Нанострасти

Глава 1

Дверь с еле слышным шорохом уехала в сторону, и моим глазам открылась романтическая, совершенно здесь неуместная картина. Очень красивая девушка лежала на диване и так увлеченно читала старинную бумажную книгу, что даже не заметила моего явления. Короткий халатик с опушкой из искусственного меха почти не скрывал неестественно идеальную фигуру, а из длинных светлых волос торчал острый кончик длинного уха.

Впрочем, ничего такого уж нереального в красавице не было. Пластические операции давно стали безопасны и доступны, так что многие люди здорово перекраивали данные от природы тела, да и мода на «эльфийские» уши не проходила уже лет десять.

Я немного удивился, что мое вторжение оказалось незамеченным, ведь если от кого и можно было ожидать такой увлеченности, то никак не от Алисы, но только пожал плечами, пару секунд полюбовался красоткой, а затем затащил в комнату свернутый в рулон ковер и небольшую сумку.

Только от громкого хлопка брошенного на пол ковра девушка резко подняла голову и уставилась на меня влажными от слез глазами.

– Дим! – радостно вскрикнула она спустя секунду. – Я так рада тебя видеть! Ты так долго не заходил… А я тут такое читаю. Такая любовь!

Девушка элегантным быстрым движением вскочила с дивана и предъявила мне обложку с надписью готическим шрифтом «Средневековый рыцарский роман. Сборник». Я как раз раскатывал ковер, но от скептического хмыканья не удержался. Это же жуткий примитив! Кого такое чтиво может зацепить в наше время? Хотя… для нее, может, в самый раз…

Но я и сам не лучше, если хорошенько подумать. Что я здесь делаю? Рискую всем не пойми ради чего. Я раздраженно помотал головой, распрямился и резко скомандовал:

– Ложись!

Девушка, которая уже промокнула слезы кружевным платочком, недоуменно посмотрела на меня снизу вверх, так как ее рост еле достигал полутора метров, потом бросила быстрый взгляд на диван и снова уставилась на меня, округлив от удивления глаза.

– Что? Прям так просто? – протянула она, а потом резко зачастила: – Дим! Я всегда говорила, что влюблена в тебя. Но я рассчитывала на предложение. Я же девушка приличная.

Я, пораженно подумав о том, что и так куцый разум от такого чтения совсем скукожился, начал формулировать мысль попроще, но красотка неожиданно добавила:

– Я согласна!

После чего потянулась к пуговицам халатика. Но я уже опомнился и почти рыкнул:

– Тебя хотят убить! Ложись на ковер. Я заверну тебя и вынесу. Тебе нельзя идти, даже спрятав лицо. Везде камеры, и охранный искин тебя опознает хоть по фигуре, хоть по походке. А на выходе еще и охранник сидит.

– Кто хочет? – недоуменно пискнула девушка. – За что? Я же никому ничего плохого не сделала.

Ничего отвечать я не стал, так как она и сама прекрасно знает «кто», да и «за что» должна бы понимать. В любом случае объяснять слишком долго, а лишнего времени как обычно нет.

Так что я только ткнул пальцем в злосчастный ковер и, открыв шкаф, принялся выгребать очень немногочисленный гардероб девушки в сумку. Затем окинул взглядом стройную фигурку, неподвижно вытянувшуюся у моих ног, и, сам удивившись своей сноровке, быстро закатал красотку в ковер.

После чего натянул на себя самый настоящий хиджаб, взвалил ношу на плечо, ловко вписался в дверной проем и потопал вверх по лестнице, так как работу лифта прекрасно слышно в холле, и охранник может насторожиться, чего это уборщику начальственных кабинетов потребовалось на лабораторных этажах.

Пока я пыхтел, взбираясь на двадцать метров из глубин скалы, то успел порадоваться, что и Алиса такая миниатюрная, и что я всегда следил за своей спортивной формой, и что так удачно сложилось, что уборщик убежденный сектант из сочувствующих и носит хиджаб в знак покаяния мужчин перед женщинами за века эксплуатации.

Еще этот тип работает в самое волчье время и носит антикварный ковер из директорского кабинета очищать снегом, не доверяя всей этой химии и пылесосам. А я вот… успокоил его усыпляющим выстрелом из газового пистолета и теперь, возможно, совершаю самую большую ошибку в своей жизни. Но… просто не могу иначе.

Перед выходом в холл я минутку постоял, успокаивая дыхание, и твердой походкой прошел мимо скучающего охранника, открыл дверь браслетом уборщика, и наконец покинул охраняемое как сокровищницу здание.

Улица встретила меня неласково – темнотой, холодом и ветром. Хотя чего еще можно ожидать от острова далеко за полярным кругом? Никто из персонала мне не встретился, что неудивительно для начала шестого утра, так что я быстро дошел до ангара, бросил ковер на снег и быстро раскатал. Только перед этим скинул с себя хиджаб, так как почему-то не хотел, чтобы Алиса меня в нем видела.

Девушка вскочила и выжидающе уставилась на меня, нисколечко не ежась на морозе в своем минималистичном халатике. Я же открыл дверь ангара и чуть не запрыгнул внутрь, радуясь и теплу, и отсутствию ветра, да и нормальному освещению.

– Дим! – радостно прощебетала красавица. – Так ты это все придумал, чтобы похитить меня? О! Это так романтично! А какая у тебя невероятная машина!

Я как раз открывал дверь авиамашины, но на секундочку задержался, окидывая взглядом переливающийся алым перламутром кузов. Действительно, авто что надо. Кузов минивэна с плавными обводами, затонированные темно-бордовым стекла, небольшие колеса, ведь они далеко не главное для этих леталок. Хорошая техника, но не сказать, что совсем выдающаяся. Глазеть на такую будут, но особо никто не удивится. Если не ошибаюсь, эта модель две тысячи семьдесят пятого года разработки. За прошедшие шесть лет уже пяток более новых для самых богатых выпустили. Но и такие еще очень популярны у золотой молодежи.

Главное, что эта модель зарекомендовала себя как одна из лучших летающих машин. А конкретно в этой еще и начинка чуть ли не вся заменена. От стандартной модели только кузов и остался.

Сильно портили внешний вид только наклейки с кричащими надписями «Ты украл наше детство!», обильно облепившие и кузов, и боковые стекла. Ну да, секта гретарианцев – бич всех дорогих и энергоемких машин уже добрую половину века. Вот и водитель этой чудо-машины неосмотрительно где-то останавливался на неохраняемой парковке. А этикеточки такие, что так просто и не отдерешь.

Я на секунду замер, взглянув еще раз на восторженно разинувшую рот девушку, и подумал, что сейчас сделаю уже совсем последний шаг. До этого все можно было списать на влюбленного идиота, который похитил объект своих воздыханий, тем более что по нашему маленькому поселку сплетни про меня с Алисой уже не первый месяц ходят. А вот сейчас я угоню дорогущую машину и… в общем, лучше не попадаться, чтобы не провести остаток жизни на нарах.

Но… Но и оставить эту дурочку на смерть я тоже не могу. И да, она мне небезразлична, но совсем не так, как она сама, да и сплетники думают.

Я решительно сел внутрь роскошного салона и занес палец над кнопкой запуска систем, только на несколько секунд задержался, пояснив Алисе:

– Это не моя машина, конечно. Я неплохо зарабатываю, но не настолько. Ее позавчера пригнали для диагностики устойчивости систем от атак нанороботами. А в нашей лаборатории этими микробами только я занимаюсь, вот мне и поручили эту работу. Так-то эта машина принадлежит какому-то правителю небольшой, но богатой страны, и в ней установлена серьезная система безопасности. А мне вот допуск дали. Абсолютный, иначе не протестировать. Так что мы на ней долетим куда надо, а потом я ей прикажу вернуться сюда.

– Ты умный, добрый и честный! – посмотрела на меня влюбленными глазами девушка, так что мне даже стало стыдно, что я ей грубил. Но это, наверное, от волнения и страха. Я как-то не готов был так неожиданно стать преступником.

Я вздохнул и нажал кнопку. Тут же экран на месте приборной панели засветился, а над подставкой перед лобовым стеклом возникла тридцатисантиметровая голограмма девушки с толстой русой косой и в цветастом сарафане. Она смущенно поковыряла босой ступней зеленую лужайку, откашлялась и почти прокричала звонким голосом:

– Здравствуйте, свет Дмитрий! Ваши абсолютные административные права подтверждены. Меня зовут Забава, я искусственный интеллект, управляющий аппаратно-программной системой движения, полета и безопасности, производства корпорации «Заслон». Используется вариант с имитацией личности и свободным общением. Если вам такой не нравится, то можете выбрать другие варианты. Но я больше всего люблю этот образ.

Я покосился на Алису, которая опять, разинув рот, глазела на голограмму, сразу шестым чувством определив, что та на порядок, а может и на два, умнее ее.

– Это Алиса, – представил я спутницу. – Ей назначаю права продвинутого пользователя.

– Принято! – кивнула искин, а Алиса удивленно посмотрела на меня, не ожидая, похоже, вообще каких-то прав.

– Полетели, – отдал я удивительно тупой приказ, за что сразу же и поплатился.

– Куда? – начала с самого сложного Забава.

– Пока до материка. В первый же пункт, где можно дозаправиться, а дальше решу.

– Вы забыли получить разрешение на вылет…

– Полетели без разрешения, – вздохнул я, надеясь, что моих прав абсолютного доступа хватит на преодоление такого серьезного запрета.

Хватило. Но голографическая красотка мгновенно сменила наряд на доспехи средневекового дружинника, или точнее дружинницы, так как кольчуга плотно облегала выдающиеся, хотя и виртуальные, прелести.

– Исполняю! – строго сказала девушка, купол ангара начал раскрываться, из крыши машины выступили небольшие телескопические крылья, а из боков выдвинулись четыре тоже небольшие, но очень мощные поворотные турбины, и их нарастающий вой донесся даже через отличную звукоизоляцию салона, а искин обеспокоено продолжила: – Я засекла постоянную работу радара. Он может использоваться и только для предупреждения, но обычно такими оснащаются орудийно-ракетные системы противовоздушной обороны. Поэтому прошу пристегнуться, так как в случае чего я буду очень сильно маневрировать. Вероятность прорыва из зоны охраны семьдесят процентов. Я очень хорошая система безопасности, даже от средств ПВО.

– Да вроде нет здесь никакой ПВО, – буркнул я, но все-таки пристегнулся, а глядя на меня и Алиса быстро накинула ремни.

Машина резко рванула сначала вверх, так что мой желудок чуть не ухнул куда-то вниз, а затем мы устремились вперед, в несколько секунд вылетев за пределы острова. Забава не замолкала.

– Получен приказ от искина ПВО лаборатории немедленно вернуться. Игнорирую. Засекла активацию радара счетверенной тридцатимиллиметровой зенитной артустановки. Готовьтесь к противоартиллерийскому маневрированию.

На экране пониже голограммы отобразилась видеосъемка очень внушительной установки с четырьмя стволами, которая шустро вынырнула из мгновенно распахнувшегося люка в скалах. Тут же перед стволами возникли струи огня, которыми сопровождалась очень энергичная стрельба.

– Снарядам лететь до нас больше секунды, – частила Забава. – Я их вижу и буду уворачиваться от каждого.

Машину дико затрясло и начало бросать из стороны в сторону. Я сквозь темноту в глазах от перегрузок смог заметить свечение нескольких трассирующих снарядов, улетевших вперед, а потом мы резко развернулись, и два быстрых удара, свист и резкий холод показали, что в корпусе у нас появилось несколько дыр.

– Увернуться уже не получалось, – крикнула искин, – так что я развернулась бортом, чтобы никого и ничего важного не задело. Дмитрий, как вы переносите перегрузки? Я вижу, что вам нехорошо, но мы скоро уже выйдем из зоны обстрела. А Алиса, как я вижу, вообще чувствует себя прекрасно.

– За меня не беспокойся, – выдохнула девушка. – Я просто обалдела маленько… Но такое приключение! Дим, я в восторге от этого похищения!

Наконец полет выровнялся, и я перевел было дыхание, но тут же получил еще один доклад Забавы:

– Засекла взлет двух роботизированных дронов. Вооружение ракетное. Готовимся к противоракетным маневрам! Но пока есть пара секунд перерыва, я хочу отметить, что такую систему ПВО на острове в частной аренде ожидать было невозможно.

Внутри кабины здорово свистело и ревело, и слышно искина было только потому, что та кричала на каких-то частотах, которые не сливались с жутким шумом. Вдобавок я чувствовал, что очень скоро просто задубею. Но тут же машина начала выписывать такие петли и зигзаги, что холод – это последнее, о чем я думал.

– Первая ракета прошла мимо! – докладывала бравая дружинница. – Вторая взорвалась, но далеко. Нас достало парочкой мелких осколков. Ничего важного не повреждено, даже корпус не пробит.

Взрыв и несколько слабых ударов я и сам увидел и услышал, а потом с облегчением принял доклад:

– Из зоны ПВО вышли. Преследователи отстали. Поздравляю вас, Дмитрий и Алиса, со вторым рождением! А вы поздравьте меня и весь комплекс активной обороны «Заслон» с победой.

Сзади раздалось шуршание, но прежде чем я успел обернуться, Забава отрапортовала:

– У меня есть ремонтный робот и дрон-разведчик. Робот сейчас заделает пробоины, и я восстановлю климат в салоне.

Искин сбросила скорость до минимальной, но все равно температура в салоне была примерно минус двадцать, а я еще для похищения Алисы не рискнул надевать под хиджаб что-то кроме легкой куртки, почти пиджака. Теперь начал расплачиваться, чувствуя, как превращаюсь в ледышку.

Но тут Алиса отстегнула ремни, текучим движением переместилась на мои колени и прижалась ко мне горячим, разогретым градусов до сорока, телом. Стало сразу намного лучше, только я краем глаза заметил, что Забава удивленно смотрит на мою спутницу. Еще бы, та и перегрузки перенесла, даже не заметив, и не замерзла в малюсеньком халатике, а теперь еще и меня отогревала. Электронный мозг честного искина не мог всего этого понять своими кремниевыми извилинами.

– Забава, тут все несколько сложнее, чем ты можешь думать, – решил пояснить я, так как подозревал, что так просто вернуть простреленную машину мне уже не удастся, а в дальнейшем понимание между всеми участниками бегства может в чем-то помочь. – Алиса киборг.

– Я живая, – тут же возразила красотка. – И разумная.

– Да, – решил не спорить я, впрочем, не решаясь даже себе признаться, что тоже давно считаю девушку хоть насколько-то разумной. – Алиса живая. Она искусственный человек. И разумная, конечно. И еще… Забава, ты сможешь по моему приказу забыть все, что узнала?

– Смогу, – кивнула девушка, сейчас «переодевшаяся» снова в сарафан и взявшая в руки огромный подсолнух, из которого выковыривала семечки и азартно их щелкала, не иначе чтобы подчеркнуть внимание к пикантным новостям. Только шелуха летела в стороны, тая на границе объема голограммы.

Похожий на полуметрового паука ремонтный робот быстро залепил чем-то пробоины, дрон облетел машину и визуально определил, что ничего важного не пострадало, но очень заметные снаружи дыры могли в будущем оказаться отличными особыми приметами. В салоне быстро стало жарко и я, поблагодарив, ссадил Алису с колен. Та не хотела уходить, но прямому приказу все-таки подчинилась.

– Вечером пришло распоряжение о закрытии нашей лаборатории, – вздохнув, начал объяснять я. – Утром должны начать полное уничтожение всего оборудования и всех записей научных работ с серверов. Тебя тоже приказано было унич… убить.

– Убить? Меня? Кому я помешала? – всхлипнула девушка. – За что меня убивать?

– Не именно тебя… У меня сложилось впечатление, что случилось что-то очень важное, и наша компания решила скрыть результаты всех своих исследований.

– Зачем? – озвучила очередной глупый вопрос красавица.

Я только пожал плечами, недоумевая еще и почему Алиса вдруг сильно поглупела. Когда я видел ее в последний раз, параллельно с зачатками разума у нее работал мощный искусственный интеллект, а теперь вот только глупая романтика плюс восхищение всем, чем ни попадя. Причем прямо во время бегства.

– Я проанализировала данные новостей, – вмешалась Забава. – Во многих частях мира, по всему земному шару, несколько часов назад начали вводить чрезвычайное положение.

На экране появилась карта мира, на которой красным подсветились отдельные города, регионы и даже несколько стран.

– А причина? – резко заинтересовался я.

– Неизвестна, – пожала плечами искин. – Ничего не объявляли, но по ряду параметров похоже на противоэпидемические меры. Данные, которыми обмениваются спецслужбы, зашифрованы, а у меня чего нет, так это программ взлома шифров.

– Алиса! – обратился я к хлопающей глазками девушке. – Во-первых, переоденься. Нам скоро в люди выходить. А во-вторых, у тебя же есть хакерские программы. Подключись через Забаву к интернету и посмотри на эти шифровки.

– Я не робот! – фыркнула девушка, перебираясь на заднее сиденье, где начала шуршать тряпочками. – Люди не умеют взламывать шифры без компьютера в руках.

– Сейчас не время самоутверждаться, – разозлился я. – И вообще, почему ты вдруг поглупела?

– Я не поглупела, – возмутилась красавица. – Я развиваюсь с каждым часом. Книги читаю, фильмы смотрю. А раньше ты разговаривал с искусственным интеллектом.

– И где же он теперь? – спросил я, не дождавшись продолжения.

– Я его удалила. Да, удалила! Он подавлял мой собственный разум, – пробурчала Алиса, перебираясь обратно уже в брюках, блузке и в туфлях на высоченных тонких каблуках. – Но я же тебе нравлюсь за свой ум, а не за машинные мысли. И не только за ум, а еще и за красоту, и за идеальный характер.

– Программа по взлому в интеллект не входит, – рыкнул я. – Значит, если ты не очистила диск цифрового компьютера в своей голове полностью, она должна остаться. И средства связи тоже.

– Ну остались, – надула губки красотка. – Но я же не компьютер. Я живая!

– Не время разбираться в человечности! Чтобы нам обоим остаться живыми, надо использовать то, что у нас есть.

– Ладно, – кивнула девушка, и я заметил, как по экрану авиамашины поползли выведенные Забавой, не иначе как для моего успокоения, строчки с протоколами соединений. – Но ты бы мог просто попросить. Мне же обидно, что ты груб со мной, как будто я для тебя ничего не значу.

– То что я спас тебя, этого мало? – удивленно возразил я, впрочем, несколько смягчив тон.

– Это восхитительно! Ты вынес меня на руках, – тут же расцвела девушка. – Ты настоящий рыцарь, как в книжках! Я на седьмом небе от счастья.

Я только вздохнул, а разошедшаяся киборг тем же тоном продолжила:

– Все, расшифровала я эти файлы. Но ничего не понимаю. Или сам почитай, там много, или вон, Забаве прикажи кратенько пересказать.

– Хм… Составляю отчет, – невозмутимо произнесла искин. – Как ни поразительно это звучит, но происходящее похоже на зомби-апокалипсис. Во многих регионах Земли уже третий день как стали появляться зомбированные люди. Иногда они кидались на окружающих, иногда просто вели себя как будто потеряв большую часть разума. Исследования показали в их крови и тканях наличие искусственно созданного вируса.

– Черт! – выдохнул я. – И что…

– Исследования других людей показали, – не дала перебить себя переодевшаяся в халат ученого голограмма, – что этот вирус есть у всех исследованных. По предварительным данным вирус имеет очень длительный инкубационный период, начинает передаваться почти с момента заражения и абсолютно не реагирует на любые лекарства. Еще им заражены очень многие звери и птицы, но изменений в их поведении не отмечено.

– То есть можно предположить, что почти все люди на Земле уже заражены? – уточнил я.

– Именно так. Еще отмечено, что почти все зараженные начинают чувствовать себя намного лучше, прежде чем сойти с ума.

– Как это ужасно! – воскликнула Алиса. – Но все-таки причем здесь мы?

– Не мы, – вздохнул я. – А лаборатория, из которой мы сбежали. А еще точнее, вся компания «Этернитас», что по латыни означает «Вечность».

– Дмитрий, ты считаешь, что «Этернитас» причастна к этому вирусу? – настороженно спросила Забава.

– Пока не считаю. Но по каким-то причинам решили же закрыть лабораторию, причем очень быстро и с уничтожением результатов исследований. Еще на нашем острове обнаружилась мощная система противовоздушной обороны. А возможно и не только противовоздушной.

– Доводы убедительные, – согласилась искин.

– Одно смущает, – покачал головой я. – Зачем бы нашей компании потребовалось зомбировать человечество? Цели, понимаете ли, совсем другие. Вечная жизнь плохо вяжется с живыми, отвратительно воняющими трупами.

– Тут ты ошибаешься, – возразила Забава. – Все заболевшие очень хорошо выглядят. Живее всех живых. Никаких признаков приближающейся смерти нет. Ну за исключением тех, кого пристрелили, когда они бросались на окружающих. Но те тоже, надо сказать, умерли вполне себе качественно и не поднимались.

– А бросались не все?

– Не все. Вели себя странно все, агрессию проявляли большинство, и скорее когда их хотели изолировать.

Я только в непонимании развел руками, а потом спросил обеих собеседниц:

– Что вы знаете об «Этернитас»?

– Исследования в области геронтологии, – кратко ответила искин.

– А разве она была создана не для того, чтобы сделать меня? – похлопала глазами киборг.

– Может, тогда ты знаешь, зачем тебя создали? – обратился я уже к одной Алисе.

– Ну как же! Я новая форма жизни, разумной и более совершенной, чем люди, – убежденно улыбнулась девушка. – Но я так рада, что у меня есть ты! И ты найдешь способ сделать и себя более совершенным.

Я еле удержался от колкости про манию величия и только вздохнул, решив провести небольшой ликбез:

– «Этернитас» была создана лет двадцать назад группой богатейших людей планеты. Цель была единственная и на удивление скромная – найти способ жить вечно. Возможно, только для себя, возможно, и для всех людей. А вот способов достичь ее рассматривалось множество. Я знаю о двух. Первый – это создание нанороботов, которые будут работать внутри человека и чинить отдельные клетки, поддерживая тело, в том числе и мозг, в удовлетворительной, а лучше в отличной форме бесконечно долго.

– Думаешь, что вместо роботов создали вирус? – уточнила Забава.

– Сомнительно, что компания занималась вирусами, – не согласился я. – По крайней мере про настолько полезные вирусы я не слышал. А вот наноробота с вирусом перепутать невозможно – совсем разный принцип действия. Но давайте я уж расскажу до конца.

– Да, конечно! – поспешно согласилась искин. – Но я пока поищу файлы отчетов исследований заболевших и попрошу Алису взломать их. Ой! Куда мне идти? Э… Дмитрий, Алиса послала меня.

– А что она? Как будто я машина! Нечего ко мне в мозги лезть со своими просьбами, – фыркнула красавица.

– Алиса! Взломай, пожалуйста, файлы, которые найдет Забава. А ее попросим обращаться к тебе только голосом, – я постарался вернуть мир между девушками и продолжил рассказ. – Я несколько лет работал в лаборатории, разрабатывавшей мини-фабрику нанороботов, которая должна была внедряться в тело человека, и эти нанороботы должны были постоянно жить во всех тканях человека и чинить его на клеточном уровне. Но потом возникли этические проблемы. Дело в том, что тогда этот метод не мог дать вечной жизни. Точнее, мог поддерживать тело, но не мог оздоравливать мозг. В итоге получился бы старый маразматик в идеальном теле.

– А точнее, в возрасте двести-триста лет мозг полностью отмер бы, – воспользовавшись паузой, вставила реплику Забава.

– Ну да. А учредители не молодели, и им хотелось видеть результат поскорее. Набрали добровольцев для экспериментов и решили лезть нанороботами в мозг. Я отказался в этом участвовать, так как, по сути, получилась бы киборгизация людей. Поэтому перевелся в лабораторию, которая разрабатывала искусственное тело для переселения туда сознания человека. Тебя, Алиса, разрабатывали как новое тело и вместилище разума человека.

– Вот так раз! – возмущенно воскликнула девушка. – Это же какое-то людоедство! Убить меня ради какого-то старпера.

– Не горячись, – усмехнулся над такой незамутненной эмоцией я. – Большинство ученых, которые разрабатывали тебя, вполне адекватные и нисколько не людоеды. Именно в тебя никто никого переселять не собирался. Пока просто отрабатывали тело и принципиальную возможность существования разума в аналоговом компьютере, который у тебя в голове.

Алиса раздраженно фыркнула, и я поспешил поправиться:

– В искусственном мозге, в котором зародился твой разум. Сознание людей предполагается переносить в чистый искусственный мозг. И по поводу этого, ну, переноса еще конь не валялся. То есть технология еще только на начальном этапе исследований. Но именно то, что у тебя развился разум, это уже гигантский рывок, который доказывает, что принципиально искусственный мозг работает, хотя те, кто занимался твоим разумом, еще не уверены, что ты разумна. А я вот думаю, что уже.