Дорога к рассвету – 4

© Елена Васильева, 2025

ISBN 978-5-0050-2049-9 (т. 4)

ISBN 978-5-4496-8990-0

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Рыжеволосый лейтенант

Володя практически постоянно был в тайге. Если предоставлялась возможность, то он оставался на участке месяцами, всё реже появляясь в посёлке. До Полины поздно дошли новости, рассказанные одной из поварих участка, что Вовка часто выпивает. Вот почему его не тянуло домой. В редкие дни, когда он всё-таки приезжал в посёлок, то где-то пропадал с друзьями, возвращался сильно пьяный, а иногда его привозили на машине друзья и оставляли невменяемого на скамейке возле дома. Володя практически ничего не делал по дому. Дрова колол Дениска, а весной в огороде Полина вместе с сыном копала грядки. Как-то Володя пригнал трактор и вспахал на нём поле под картофель. Но потом, разобранный из-за трактора забор, до осени оставался лежать в бурьяне, а соседские собаки топтали грядки.

Просёлочную дорогу размыло апрельской грязью, и идти по ней было Полине неприятно, несмотря на то, что молодая женщина была в резиновых сапогах. Скорее из-за этих старых резиновых сапог настроение становилось ещё сквернее. Из-за распутицы Полина не могла позволить себе надеть единственные приличные сапоги. Она берегла их и носила только в сухую погоду. Внезапно из-за угла показалась золотистая иномарка. « Хонда». Полина знала эту машину. Такая роскошная машина принадлежала Насте. Полина отошла в сторону, пропуская « Хонду», но машина, замедлив ход, свернула ближе к обочине и проехалась колёсами по большой глубокой луже, рассыпая грязные брызги в разные стороны, а затем добавила скорость и помчалась дальше. Полина с огорчением посмотрела на свой старый плащ, который запачкали грязные разводы.

– Сучка, – со злостью произнесла Полина вслед машине и вздохнула устало. Плащ придётся стирать, а ведь сегодня вечером идти на родительское собрание в школу! И в чём же ей теперь идти? Не в зимнем же пуховике. Молодая женщина чуть не плакала от досады. Её задел и сам наглый поступок Насти и то, что плащ, единственная приличная вещь на выход, испорчен.

На родительское собрание Полина всё-таки попала. Ей помогла найти выход из трудного положения Маша, отдав на вечер своё пальто. Пальто, правда, было большевато, но это пустяки. Зато приличное. В нём не стыдно появиться в школе. А вот снять пальто неудобно. Под ним старенький вязаный свитер и уже растянутая заношенная юбка. Нет, лучше она посидит в красивом Машином пальто, как будто ей холодно. Полина не пожалела, что не сняла пальто, когда в класс зашла Настя. Сегодня вела собрание она, так как уже месяц замещала заболевшую учительницу Дениса. Настя выглядела не просто хорошо, а роскошно. Полина сразу обратила внимание на красивые и явно очень дорогие сапоги на высоких каблуках. Серое шёлковое платье тоже было дорогим. Настя держалась уверенно, она уже не была похожа на ту растерянную девчонку, только что приехавшую в посёлок и по наивности предлагавшую дружбу Полине. Молодая женщина вспомнила и то, как преобразился старенький домишко учительницы. Он красовался новой обивкой из досок и новым забором. Полина вспомнила, как кое-как заставила Володю снова поставить на место ветхий разобранный из-за трактора забор.

– Полина Андреевна, вы нас, кажется, не слушаете, – донёсся до неё строгий холодный голос Насти. Полина отвлеклась от своих размышлений и вопросительно оглядела присутствующих родителей.

– Мы говорим о том, что нужно организовать спонсорскую помощь классу. Нам надо срочно в этом году заметить пол, он уже прогнил, – любезно пояснила Полинина соседка по парте.

– Ну и что решили? – отозвалась Полина.

– Вы же на руднике работаете, организуйте нам встречу с начальством. Помогите уговорить рудник оказать материальную помощь, – продолжила соседка.

В это время зазвонил телефон у Насти.

– Извините, я на минуточку, – произнесла Настя и вышла в коридор. Но через открытую дверь, к тому же Полина сидела у выхода, был слышен разговор. Молодая женщина вздрогнула, когда услышала приглушённый голос Егора. Значит, он приехал! Вернулся! Полина не понимала, почему то, что должно её огорчать, её так обрадовало. И вот сердце сейчас из груди вырвется. Полина мгновенно вспомнила и холодный ноябрьский вечер, когда они прощались, и он обещал вернуться весной. И новогоднюю ночь, когда он украдкой от Насти вырвался к ней до утра. Полина уже давно хотела сказать ему – да. Она часто думала о его обещании вернуться к тому разговору после его зимней вахты. Весной она его ждала. И вот он приехал, но звонит Насте, а она, Полина, даже не знает номера его телефона! И вдруг Полину как кипятком ошпарило, боль прошлась по всему её телу просто физическая – она услышала смех Насти. Весёлый беспечный смех. И от этого девичьего смеха сердце Полины сжалось болью. Она усилием воли заставила себя взять в руки. Егор её обманул! Не сдержал обещание. А чего, она, собственно, хотела? Не будет же Егор вечно бегать за ней. Надо было раньше соглашаться быть с ним, когда он так настойчиво этого требовал…

Настя впорхнула в класс, светясь радостью. Её щёчки порозовели, огромные глаза блестели, и весь её вид выдавал острое нетерпение побыстрее закончить собрание и убежать к мужчине, который ей позвонил.

– Продолжим, – поспешно произнесла Настя. – На чём мы остановились?

– Мы просили Полину Андреевну оказать содействие для встречи с начальством рудника, – любезно напомнила соседка Полины, поселковый фельдшер.

Полина резко встала, запахнула полы пальто, поправила на шее шарфик и сказала:

– Мне уже пора. Вы тут без меня решайте, кто пойдёт к начальству. У меня дочка маленькая дома одна. До свидания, – и резко развернувшись, вышла, не смогла сдержаться отказать себе в удовольствии – громко хлопнула дверью, от души. Но легче не стало. «Нет такого мужчины, который бы мог любить вечно», – с горечью подумала она.

И вдруг в дверях, уже выходя на крыльцо, она с кем-то столкнулась.

– Извините, – начала Полина и осеклась. Она узнала эти сильные руки, осторожно обхватившие её за талию. Она подняла голову и встретилась взглядом с серыми глазами Егора. И заметила, как они мгновенно осветились радостью и тревогой.

– Полинка, с тобой всё в порядке?

– Да, – резко и сердито ответила она и сделала попытку пройти, но Егор обхватил её за плечи таким знакомым ей движением, что сердце заняло.

– Подожди, Полина, секунду подожди, – быстро начал он. – Скажи мне, как ты, как Катя?

– Катя на каникулах у Маши с Артёмом, – быстро ответила она, совершенно забыв, как сочинила минуту назад причину, по которой ушла с родительского собрания. И добавила резко, с обидой, – Егор, пусти. Увидят.

Егор, видя, что Полину больше нечем удержать, ещё раз жадным цепким взглядом обхватил её всю.

– Полина, я зайду к вам? По сыну ужасно соскучился. Завтра можно?

– Нет, не надо. Нам ничего от тебя не нужно, Егор. Извини, я спешу. Пропусти меня.

– Интересно к кому спешишь? – усмехнулся Егор, продолжая удерживать Полину за плечи.

– К мужу, – резко ответила она.

– Да, я видел его пару часов назад возле магазина. Он с приятелями тоже спешил куда-то, – Егор не стал уточнять, что видел Володю и его приятелей уже навеселе, покупающим три бутылки водки.

– Егор, это тебя не касается, – устало ответила молодая женщина. Голос её вмиг перестал быть резким, и вся она мгновенно поникла. Егор заметил это.

– Не касается то, что моего сына воспитывает пьяница? – произнёс Егор с холодной усмешкой и отпустил плечи Полины.

Она попыталась пройти, чувствуя, что на душе становится не просто безнадёжно тоскливо, а скверно.

– Постой, – Егор опять задержал Полину, схватив её под локоть. – Ну, чего ты всё время пытаешься убежать, Полина? Не делай вид, что можешь сама обеспечить двоих детей. Толку от твоего мужика никакого.

– Послушай, Егор, – со злостью произнесла Полина, – У тебя есть о ком заботиться. Меня не надо опекать. Как живу, так и живу! – она вырвалась из его рук и побежала по ступенькам вниз.

Когда Настя встретила Егора в коридоре после родительского собрания, она поняла по его потухшему взгляду, что он столкнулся с Полиной. Поняла, но ничего не сказала и виду не подала. Егор взял из её рук пакет с тетрадями, и они пошли к машине.

Настя вышла из магазина и легко спустилась со ступенек. Егор уже ждал её, стоя возле своего уазика. Девушка подошла к нему и спросила:

– Егор, давно ждёшь? Я встретила в магазине родительницу и заболталась.

– Ничего, я недолго жду. Как там твои детишки? – улыбнулся Егор, ласково взглянув на неё.

– Хорошо. Даже лучше, чем хорошо, – улыбнулась в ответ Настя.

– Даже так? – Егор с усмешкой смотрел на девушку.

– Да. Представляешь, Егор, я, наверное, с детства мечтала стать учительницей. И мне всегда хотелось, чтобы у меня в классе были одни девочки. Знаешь, как это было в дореволюционной России в гимназиях. Мальчики учились в реальном училище, а девочки – в женской гимназии. И чтобы там обязательно были уроки хорошего тона и бальных танцев. Манерные такие барышни ходят по коридорам…

Егор засмеялся.

– Да, что-то подобное я видел в фильмах, – произнёс он.

– И вот, представь, захожу в класс, а у меня одни мальчишки! Так само собой получилось, хотя гендерных классов у нас нет. У меня сначала шок был, но потом ничего, привыкла…

– Ну, это же здорово, что мальчишки, – весело согласился Егор. – И как тебе с ними?

– Лучше, чем я предполагала. Сначала очень расстроилась, конечно, но зато теперь меня каждый день до дому провожает кто-нибудь из мальчишек. Сперва они ссорились даже, кто меня провожать будет, но потом установили очередь, – ответила Настя, продолжая рассказывать о своих подопечных, и вдруг заметила, как весёлый взгляд серых глаз угас. Она почувствовала, как Егор весь напрягся, замер. Он взял Настю за плечи и развернул к себе лицом, чтобы она не увидела то, как к крыльцу магазина подошли две молодые женщины. Одна из них чуть задержалась, обернулась и в упор посмотрела на Настю и Егора. Это была Полина. В старом поношенном пуховичке, в резиновых сапогах, с хозяйственной сумкой в руках она разглядывала девушку, стоящую рядом с Егором, на которой было новое кашемировое пальто нежно бежевого цвета, замшевые сапожки на высоких каблуках, тщательно уложенные в причёску волосы. Но хуже такого контраста между ней и девушкой Егора было не это. Егор внимательно смотрел на свою собеседницу, взгляд его был ласковым, весёлым. Она что-то рассказывала, а он слушал её, не отводя от неё глаз, а потом засмеялся, всё так же смотря на неё. Полина поправила шаль, упавшую на плечи, подобрала под неё пряди волос и резко повернулась к Маше.

– Полина, с тобой всё в порядке? – с беспокойством спросила подруга.

– Да, Маша. Идём, нужно ещё успеть в садик за Катей, – произнесла Полина бесцветным неживым голосом.

Маша взяла Полину за руку, открыла дверь магазина и потянула девушку за собой.

Настя интуитивно обернулась. Полина уже исчезла в дверях, но девушка всё поняла. Она взглянула в глаза Егору. В них стояло отчаяние, безысходность и боль. Боль была неизбывной. Настя даже ревновать не смогла, увидев, сколько боли в его глазах. Егор спохватился, отвёл взгляд и спросил:

– Настенька, тебе больше никуда не нужно?

Девушка ответила сдержанно:

– Нет.

– Тогда поехали домой. Холодно, ты можешь простыть, – сказал Егор и заботливо открыл дверцу машины перед Настей.

Когда Егор завёл мотор, он опять спросил:

– Настенька, ты не замёрзла?

– Нет, – девушка отвернулась к окну. Она чувствовала, как её губы начали предательски дрожать, и не хотела, чтобы Егор это заметил.

Машина тронулась. Настя старалась не смотреть на Егора. Она крепко с силой сдавливала в руках перчатки, не видя проносившихся мимо домов и улиц. Ну почему? Почему так?! И ведь Егора и упрекнуть-то не в чем. Он не встречается с Полиной, даже не подходит к ней и не разговаривает. И слова Полине сейчас не сказал. А то, что он любит только Полину, только её одну и никого больше, так очевидно! Нет, Егор очень внимателен к ней, Насте, заботлив, ни одного грубого слова не сказал. А вот она чувствует себя лишней, ненужной. Никому не нужной и не любимой. Неужели так будет всегда? Ей суждено быть нелюбимой женщиной, и с этим ничего не поделаешь?

Настя не заметила, как машина остановилась возле дома. Но Егор не спешил выходить. Он заглушил мотор и повернулся к девушке, протянул руку, обхватил её за затылок и привлёк к себе. Затем прикоснулся губами к её губам и начал целовать, отчаянно, словно пытаясь найти спасение в ней. Да, она сейчас была его единственной отдушиной! Настя не сопротивлялась, но и не отвечала. Егор отстранился от её губ, обхватил девушку за плечи и прижал к себе, ладонью удерживая её голову, прислоняя её к своей груди. Настя слышала, как бьётся его сердце. Так они долго сидели молча, прижавшись друг к другу.

Потом Настя будет вспоминать этот день много раз. День, казавшийся ей самым обычным, и потому она не ждала ничего необычного в то утро. Она шла на работу, погода была такая по-весеннему хорошая, что ехать в машине было бы даже обидно. Лужи почти все высохли, а те, самые большие, что остались, отражали в своей мутной глубине небо. Настя приблизилась к краю такой лужи, посмотрела вниз. Ей показалось, что она стоит на краю бездны, что даже голова закружилась. Под ногами была синева неба и белые облака. Неожиданно её окрикнул мужской голос, и Настя вздрогнула от неожиданности.

– Анастасия Сергеевна! Настенька, добрый день! – услышала она и обернулась.

На противоположной стороне просёлочной дороге остановился военный уазик, из его открытой двери высунулся рыжеволосый рослый и крепкий парень в военной форме с погонами лейтенанта. Настя приветливо ему улыбнулась. Она узнала этого лейтенанта. Станислав Иващенко. Она и не предполагала, что они могут встретиться снова! Недавно, с неделю назад, она с детьми своего класса ездила в воинскую часть на экскурсию. Там им показывали военные машины, танки, водили по территории, а потом кормили очень вкусной гречневой кашей с тушёнкой в большой столовой. И эта каша была до того вкусной, что к удивлению Насти, никто из детей, даже малоежек, не оставил ничего на тарелках, даже добавки просили. То ли сама каша, то ли новая интересная обстановка послужили причиной такого хорошего аппетита у детей – Настя не знала. Экскурсию проводил молодой лейтенант, высокий, крепко сложенный рыжий парень. Он постоянно шутил и улыбался. И было видно, что ему доставляет большое удовольствие общение и с молоденькой учительницей и с детьми. Другие солдаты тоже бросали на девушку заинтересованные взгляды и тоже пытались привлечь её внимание. Настя даже засмущалась сильно. Ей было неловко и непривычно от такого количества мужского внимания. Но рыжеволосый парень – Стас Иващенко, как он представился, быстро оттеснил собой девушку от остальных парней и взял её под свою опеку. За это Настя была ему благодарна и сразу же почувствовала себя спокойнее и увереннее. Стас настойчиво предлагал девушке вернуться в посёлок на его машине, но она, шутя, отказалась и уехала вместе с детьми на школьном автобусе. Прощаясь с Настей возле этого самого автобуса, рыжий лейтенант сказал:

– До встречи, милая учительница. Мы обязательно скоро увидимся. Теперь в деревне у меня обязательно появятся какие-нибудь дела.

Настя рассмеялась в ответ. Она обратила внимание на то, что он произнёс не « До свидания», а « До встречи».

И вот, оказывается, он сдержал своё обещание, которое показалось Насте легкомысленным, – приехал в посёлок по делам.

– Добрый день, – ответила Настя и приветливо улыбнулась рыжему лейтенанту.

– Давайте я вас подвезу, – предложил он.

– Да я уже почти пришла, – произнесла девушка.

Стас вышел из машины, быстро перешёл дорогу и оказался напротив Насти.

– Тогда и я с вами пройдусь, – сказал он с улыбкой. – Я вам показал свою часть, теперь ваша очередь показывать мне свою.

Настя засмеялась в ответ.

– Хорошо. Пойдёмте, теперь настала моя очередь показать вам место наших боевых учений.

Они пошли по узкому тротуару рядом.

– Ребятам так понравилось у вас, что они опять просятся в гости, – произнесла Настя, бросая на высокого рослого парня быстрый смущённый взгляд.

– Ну, так приезжайте опять! – Стас искренне обрадовался возможности снова провести день с девушкой.

– Нет, что вы! Это уже будет неудобно. Но всё-таки мы к вам хотели обратиться с просьбой, Станислав Назарович.

– И с какой же? Просите о чём хотите, не стесняйтесь. Для вас, милая учительница, я всё сделаю. И не называйте меня больше так официально. Вам можно звать меня Стасом, – серьёзно произнёс парень.

– Хорошо, Стас, – легко согласилась девушка. – Прошлый раз вы говорили, что играете на баяне.

– Ну, да, – засмеялся парень. – В станице на свадьбах играл.

– В станице? – удивилась Настя.

– Я же с Кубани, казак. У нас там станицы, – весёлым тоном объяснил Стас.

– Вы с Кубани? Но это же так далеко! – девушка опять удивлённо взглянула на парня.

– Что поделаешь. Служба, – пожал плечами Стас. – А о чём вы хотели меня попросить, милая учительница?

– Вас дети хотят пригласить на концерт в День Победы. Вы им понравились, – начала смущённо объяснять девушка. – Если вы не будете заняты…

– Да о чём речь! Обязательно приду, можете не сомневаться. Даже свой взвод приведу, если дети хотят, – лихо пообещал Стас.

– Ну, что вы, зачем взвод? Не нужно людей отвлекать. А вы нам нужны ещё и чтобы помочь номер приготовить. Нам нужно живое музыкальное сопровождение, понимаете?

– Живая музыка. Понимаю, – серьёзно кивнул Стас. – Если нужна, значит будет. Говорите, Настенька, когда к вам подойти.

– Ну, это как вам будет удобно, Стас. Вы человек занятой, мы под вас будем подстраиваться.

– Да я уже и завтра после пяти вечера могу подойти, уже и с баяном.

– Значит, завтра вечером мы вас ждём. Ну, вот мы уже и пришли, – произнесла девушка, останавливаясь возле калитки школьного двора.

– Уже пришли? – разочарованно спросил Стас. – Зачем же эта школа так близко?

– Да это хорошо, что она близко! – произнесла Настя, улыбнувшись. Уж очень откровенно раздосадованный был вид у лейтенанта.

– Я же совсем не успел с вами погулять, милая учительница!

– Мне уже пора начинать урок, – произнесла девушка серьёзным тоном, но глаза её смеялись.

– Но завтра, Настенька, вы от меня так просто не отделаетесь. Я вас заставлю слушать, как я играю на баяне, – сказал Стас с тёплой улыбкой.

Настя рассмеялась в ответ на его слова и зашла во двор. Стас зачарованно наблюдал, как девушка легко взбежала на деревянные ступеньки крыльца, открыла дверь и скрылась за ней. Затем он с грустью вздохнул и направился к своей брошенной на деревенской улице машине.

Общаться со Стасом в присутствии детей было легко. Рыжеволосый лейтенант сдержал обещание и привёз баян. Он быстро подобрал мелодию для аккомпанемента. Дети с воодушевлением пропели песню несколько раз, а затем Настя предложила лейтенанту спеть самому. Он, извиняясь, отказался:

– Не люблю я петь, особенно на сцене. Вот в станице на свадьбах, да ещё под горилку – другое дело. А так стесняюсь.

Девушка не смогла удержаться от улыбки. Надо же, такой бойкий парень и вдруг застеснялся.

– А вот у вас, Настенька, очень красивый голос. Когда вы ребятам объясняли, как нужно петь, я вами заслушался. Давайте вместе споём, я вас дюже хочу послушать, – предложил Стас, опять взяв в руки баян.

Девушка почувствовала, как от комплимента её щёки покрываются румянцем, и попыталась отказаться:

– У меня слабый голос.

– Так есть же микрофон, – с весёлой улыбкой возразил парень. – Давайте споём «Возвращался казак домой…» Знаете?

– Знаю! Кто же не знает! – так же весело улыбнулась в ответ девушка, что-то было в этом парне такое, что заставляло её быть в его присутствии весёлой и беспечной.

– Тогда поём, – Стас подмигнул девушке с озорством, как мальчишка.

Баян заиграл, дети с любопытством стали ждать исполнения песни. Ничего не поделаешь, придётся петь.

После того, как песня закончилась, Стас серьёзно сказал:

– Если вы, Настенька, пообещаете спеть со мной, тогда я, так и быть, не откажусь выступить на вашем концерте. Только с условием – песня должна быть казачья!

– Я подумаю, – смущённо ответила девушка.

Девочки столпились возле своей юной учительницы и начали с горячностью упрашивать:

– Давайте петь, Анастасия Сергеевна! Мы тоже хотим с вами!

– Ну, хорошо, – сдалась Настя, уступив уговорам. – Похоже, у меня нет иного выбора.

Стас добродушно рассмеялся.

Авария на дороге

На концерте в клубе был, кажется, весь посёлок. День Победы отмечали массово, дружно. После концерта собирались за деревянным зданием клуба есть солдатскую кашу, которая готовилась там же, в железной печке. А вечером, когда уже стемнеет – танцы для взрослых и фейерверк.

Когда на сцену вышли дети начальной школы и начали петь, Егор, привычно занявший место в конце зала у входа, обратил внимание, что им аккомпанирует парень в военной форме лейтенанта. Укол ревности, как удар молнии, быстрый и беспощадный, кольнул в грудь. Что делает этот лихой парень среди детей Насти? Но, когда, после того, как дети спели и под шумные аплодисменты ушли со сцены, парень с баяном в руках подошёл к микрофону. На сцену вышла Настя. Она надела строгое тёмно-синее платье, к которому приколола георгиевскую ленту. На её юном лице не было следов косметики, не было на ней и никаких украшений, а волосы заплетены в косу, перекрученную вокруг головы, как это делали донские казачки в старых послевоенных фильмах. Девушка была такая юная, свежая, как утренний цветок, даже без косметики её лицо ярко светилось восторгом молодости.

Настя встала рядом с высоким рослым парнем в военной форме, который начал играть на баяне. Они запели. Слова песни, простые и знакомые, в их исполнении звучали по-новому волнующе:

Ты ждешь, Лизавета,

От друга привета.

Ты не спишь до рассвета,

Все грустишь обо мне.

Одержим победу,

К тебе я приеду

На горячем боевом коне.

Приеду весною,

Ворота открою.

Я с тобой, ты со мною

Неразлучны навек.

В тоске и тревоге

Не стой на пороге!

Я вернусь, когда растает снег.

– Моя дорогая, – запел рыжеволосый парень с теплотой в голосе и с такой же теплотой взглянул на девушку. Егор готов был поклясться, что в этот самый момент сердечко Насти вздрогнуло. Парень с баяном снова смотрел в зал открытым задорным взглядом, но всё-таки один раз не удержался и, обернувшись к девушке на сцене рядом с ним, лихо подмигнул ей пронзительным синим взглядом.

Я жду и мечтаю.

Улыбнись, повстречая —

Был я храбрым в бою.

Эх, как бы дожить бы

До свадьбы-женитьбы

И обнять любимую свою!

Сильный низкий голос лейтенанта красиво контрастировал со звонким девичьим нежным альтом. Зал мгновенно замер. Чего было больше в этом исполнении – самой песни или того, как эта пара подходила друг к другу, вызывая этим живой интерес. Пара была красивой. Изящная фигурка девушки на фоне сильного парня в военной форме выглядела трепетно. Парень и девушка едва знали друг друга, но связь между ними, духовная связь, была очевидна. Звучание их голосов завораживало. Когда молодой лейтенант пел про то, как он хочет обнять любимую, он, не скрывая нежности, с теплотой посматривал на девушку.

На щёчках Насти появился лёгкий румянец. Егор заметил и это. А ещё то, что рыжий парень смотрит на девушку не вожделенно и страстно, как смотрел на женщин сам Егор, а нежно. Взгляд у лейтенанта открытый, прямой. Сразу видно, что и душа у парня открыта. Он не будет ничего утаивать. Наоборот, смелый в чувствах, он не боится показать всему миру, что любит эту девушку. Девушку Егора…

Егор, только бросив первый взгляд на эту пару, мгновенно понял, что второй раз в жизни теряет любимую женщину. Он не хотел слушать песню до конца, но был не в силах оторвать от сцены цепкого потухшего взгляда. И, как только зал взорвался шквалом аплодисментов, Егор стремительно вышел из зала.

Оказавшись на улице, он прислонился к забору спиной и закрыл глаза. Он не мог видеть этого яркого, по-весеннему праздничного мира. Даже солнце немилосердно играло на ещё нерастаявшим от ночного мокрого снега деревенских крышах. Опять весь мир против него. Опять он один. Опять он лишний на этом празднике жизни. Весь мир идёт на него войной, он чувствовал это даже закрыв глаза… Почему женщины, которых он любит, искренне любит, уходят от него к другим? Но ответить на этот вопрос Егор не успел. В кармане его куртки громко и настойчиво зазвенел телефон. Он взял трубку в руки, высветился номер Матвея Ивановича.