Попроси меня. Т. VI

Исследование российской истории раскрывает динамику общественного развития через призму взаимосвязи человека и божественного начала. Автор обращается к фактам, которые прежде оставались вне поля зрения официальной науки, и осмысляет их сквозь призму христианского мировоззрения. В качестве примеров приводятся: формирование Древней Руси, имевшее как духовную, так и политическую основу; принятие христианства, которое, вопреки привычным трактовкам современной историографии, точнее назвать не крещением во спасение, а крещением в омоложение, не в милость, а в справедливость; «безумство» Ивана Грозного, в котором это русское крещение нашло свое полное воплощение и которое позже переросло в хаос Смутного времени; деятельность патриарха Никона, стремившегося не к новым основам, а к восстановлению прежних связей. Показано, как русская система оказывает сопротивление цивилизующему (творческому) воздействию, впадая в циклическое состояние, постоянно возвращаясь к собственной молодости (языческому, волшебному становлению). Ярким подтверждением этому служит деспотичное и одновременно реформаторское правление Петра I, а затем нравственно-политическая драма, развернувшаяся вокруг личностей Петра III, Екатерины II и Павла I, закономерным следствием чего стало нивелирование достижений правления Александра I, а затем и уничтожение всех реформаторских начинаний в России большевиками.

Рассматривается возникновение материалистической философии как естественный результат интереса к сверхъестественному. Представлен анализ работы Маркса «Капитал», который стал основой для «новой» эпохи в истории Восточной Европы (России) в XX веке — необычайной молодости высшей фазы общественного равенства, идеально воплотившейся в состоянии высокого достоинства кристаллизованного матриархата.

В шестом томе описываются периоды правления императоров Александра (продолжение пятой книги), Николая и Александра II. Включены фрагменты из сочинения Астольфа де Кюстина, посвящённого России, а также освещается Гражданская война в Соединённых Штатах и отношение Российской империи к этому конфликту.

ПОПРОСИ МЕНЯ

6

ИСТОРИЯ РОССИИ И МИРА

В ФАКТОРЕ ЦЕЛОСТНОСТИ ПРИРОДЫ БЫТИЯ

И ВЛИЯНИЕ НА ЭТОТ МИР

ИЗОЛЯЦИОНИЗМА СОЗИДАТЕЛЬНОГО АКТА

БОГА–ТВОРЦА

АЛЕКСАНДР ПАВЛОВИЧ (продолжение)

ОТЕЧЕСТВЕННАЯ ВОЙНА 1812 г.

АРМЕЙСКОЕ ВОЛЬНОДУМСТВО.

ПЕРВЫЕ ОРГАНИЗАЦИИ С ЦЕЛЬЮ

УСТАНОВЛЕНИЯ В РОССИИ

КОНСТИТУЦИОННОГО СТРОЯ

С воцарением Александра I российские внешние дела приняли отличный от предыдущего царствования вид, хотя на первых порах еще замечались следы «совершеннаго хаоса»1, как характеризовал внешнюю политику, возведенный в канцлеры новым императором, А. Воронцов. Формально, на бумагах вместо размашистого «быть по сему» появилась красивая и правильная рука.

В политике международных отношений Александр I вначале придерживался пути государственной выгоды. В письме к С.Р. Воронцову он пишет: «Я особенно постараюсь следовать национальной системе, то есть системе, основанной на выгодах государства, а не на пристрастиях к той или иной державе, как это часто случалось»2. Александр I посылает практически в каждую европейскую державу послов с подтверждением и заключением мирных договоров. Император восстановил отношения с Англией, нарушенных Павлом I, вернул из похода в Индию казачий отряд В.П. Орлова. Нормализация отношений с Англией и Францией позволила России заняться активными действиями на Ближнем Востоке. Народы Закавказья, находившиеся под давлением Османской империи и Ирана, и Грузия, испытавшая периодические набеги со стороны этих сопредельных ей государств, тяготели к России. В 80–90 годах XVIII в. Иран усилил экспансию в Грузию.

Опасаясь, что грузинские князья начнут междоусобную борьбу, в результате которой Грузия будет завоевана Персией, грузинский царь Георгий XII обратился к России с просьбой принять ее в свое подданство. Павел I удовлетворил просьбу, издав 23 ноября 1800 г. соответствующий рескрипт на имя Георгия XII. 22 декабря 1800 г. император Павел I подписал манифест о присоединении Грузии к России, опубликованный в Санкт–Петербурге 18 января 1801 г. Но в декабре 1800 г. больной Георгий XII умер, не дождавшись своих послов с манифестом Павла I. Переход власти (в качестве регента) к Давиду XII обострил обстановку в стране. Царица Дареджан (мачеха Георгия XII) и ее сыновья отказались признать власть царевича Давида XII, а также присоединение Грузии к России. Окончательное присоединение Грузии произошло уже при Александре I. По новому манифесту от 12 сентября 1801 г. по ранее принятым договорным условиям автономно царствующая в Восточной Грузии династия Багратидов теперь лишалась престола. В мае 1802 г. генерал–лейтенант русской армии К.Ф. Кнорринг, находившийся в Грузии, в Тбилиси сверг грузинского претендента на трон Давида; власть перешла к российскому наместнику, командующему русской армией генералу И.П. Лазареву. Грузинская знать не желала признавать указ от 12 сентября до апреля 1802 г., когда Кнорринг собрал всех в Сионском соборе Тбилиси и заставил принести присягу Российскому престолу. Те, кто отказался, были арестованы. Постепенно стало вводиться российское административное устройство. Летом 1802 г. Александр назначил главнокомандующим Грузией родственника царицы Мариам, супруги Георгия XII, представителя московского грузинского поселения Павла Цицианова (Цицишвили). Упрочению нового правления препятствовало пребывание на родине многочисленных грузинских царевичей, поэтому их стали высылать в Россию. Большинство их обосновалось в Санкт–Петербурге, существуя на назначенную императором пенсию, занимались лишь научно–литературной деятельностью.

После присоединения Восточной Грузии включение в состав России произошло и Западной. После опустошительного нашествия персидского шаха Ага–Магомет–хана имеретинский (Имеретия) царь Соломон II 25 апреля 1804 г. в присутствии главнокомандующего в Грузии князя Цицианова подписал акт о своем «вечном и верном рабстве Российской державе»3. Не доверяя, однако, русским и думая при помощи турок увеличить свои владения, Соломон II вступил в переговоры с аббас–туманским пашой Халим–агой, что имело следствием вступление русских войск, под начальством Тормасова в Имеретию. Кутаис присягнул России 20 февраля 1810 г., сардарь (военачальник) имеретинский Кайхосро Церетели был разбит, Соломон — взят в плен и отправлен в Тифлис. Управление Имеретией временно возлагалось на местных князей, а 19 апреля 1811 г. было обнародовано положение об управлении Грузино–Имеретинской областью. Царю Соломону вскоре удалось бежать, но в истощенной стране никто к нему не пристал, и после долгого скитательства он умер в 1815 г. в Трапезунде.

Присоединение Грузии столкнуло Россию с Ираном, претендовавшим на эту территорию. Начавшаяся война в 1804 г. велась Россией успешно. В 1804–1806 годах к России была присоединена и основная часть Северного Азербайджана; война завершилась в 1813 г. присоединением Талышского ханства и Муганской степи. По заключенному в октябре 1813 г. Гюлистанскому миру Иран признал присоединенными к России Грузию и Северный Азербайджан.

Со вступлением на престол Александра I больше всего волновала позиция Франции. Еще при заключении первого договора основным условием согласия с Бонапартом было соблюдение равновесия влияний в Европе между русскими и французами, что и было достигнуто. Бонапарт во внешней политике Франции защищал интересы своей буржуазии, соперничавшей с буржуазией английской в борьбе за мировые рынки и колониальный раздел мира.

Бонапарт убедился в тщетности надежды на союз с Россией против Англии, поэтому он решил отвлечь Россию от активного участия в европейских делах. Он стал постоянно намекать А.И. Моркову (посол от России) на близость разложения Османской империи и возможности ее раздела: «Турецкая империя готова рухнуть, и в таком случае соседние державы, Россия и Австрия, естественно захотят унаследовать ее развалины; я, со своей стороны, ничего против этого не имею, если только Франции будет предоставлена выгодная доля»4.

В конце XVIII в. Османская империя, потеряв ряд территорий, фактически утратила былую самостоятельность в международных делах, а само сохранение империи в качестве крупного военно–политического объединения стало во многом зависеть от разногласий между европейскими державами, не желавшими за счет изменения статуса Османской империи нарушать политический баланс на континенте.

В Санкт–Петербурге осознавали, что война с Турцией столкнет Россию с Австрией, постоянно опасавшейся расширения России на Балканах и на Дунае, оттолкнет Англию (ориентир новых российских политиков) и предупредит образование коалиции с Россией во главе. Отвергнув мысль о разделе Турции, Санкт–Петербург известил о предложении первого консула Порту и Англии.

Тем временем отношения между Францией и Англией становились все более натянутыми, возник серьезный конфликт из–за о. Мальты: вопреки Амьенскому договору (25 марта 1802 г.) английское правительство не отозвало свои войска с острова, поскольку он служил удобной военно–морской базой. Вначале Франция предложила России посредничество в улаживании конфликта, затем — занять остров своими войсками, но это было слишком грубо по отношению к Англии. Стремление втянуть Россию в конфликт с Англией было слишком откровенно.

В мае 1803 года была объявлена война между Францией и Англией. Для России она повлекла затруднения в торговле и опасности, грозящей от французов Гамбургу и Любеку. В широких кругах русского общества росло возбуждение против Франции. Недоволен был и император; оценивая действия Талейрана (министра иностранных дел Франции) и Бонапарта, Александр I воскликнул: «Какие мошенники!»5. А когда Бонапарт объявил себя пожизненным консулом, Александр писал Лагарпу в письме от 7 июля 1803 года: «Завеса упала, он сам лишил себя лучшей славы, какой может достигнуть смертный и которую ему оставалось стяжать, — славы доказать, что он без всяких личных видов работал единственно для блага и славы своего отечества, и, пребывая верным конституции, которой он сам присягал, сложить через десять лет власть, которая была в его руках. Вместо того он предпочел подражать дворам, нарушив вместе с тем конституцию своей страны. Ныне это знаменитейший из тиранов, каких мы находим в истории»6.

Провозглашение Бонапарта «императором Французской революции» еще более накаляло обстановку. Европейские монархи, кичившиеся своими многовековыми династическими родословными, не желали признавать себя равными «безродному корсиканцу, вчерашнему артиллерийскому лейтенанту», считали его «исчадием революции», «Робеспьером на коне»7.

Франция стремилась распространить свое влияние на Центральную и Южную Европу. Россия, как могущественная европейская держава, могла сыграть ей на руку и вместе произвести дележ территорий. Но усиление Франции не входило в планы российских политиков, поскольку это грозило свертыванием рынка с Англией, то естьрезким сокращением спекулятивных операций русскими дворянами, продажи зерна англичанам, соответственно, остерегались дворянского недовольства с вытекающими последствиями в виде переворота; также мешала этому невозможность идти на сближение с политическим строем, насильственно ликвидировавшим монархию, и личные негативные отношения Александра и Бонапарта. В это время Александр I начинает развивать идею о возможности устройства европейского мира на основе сотрудничества, так называемых гуманистических принципов (подразумевая под этим исключительно положительные качества), уважения прав наций, соблюдения прав человека.

Захватнические шаги Бонапарта в Европе определили поворот России на военную конфронтацию. Александр решил создать Европейскую коалицию против Франции, но, вопреки своим ожиданиям, призыв русского императора к новому крестовому походу против дерзкого нарушителя общего спокойствия был встречен «преданными соседями» далеко не восторгом. Нейтралитет России еще сохранялся некоторое время, тем более что в Санкт–Петербурге были недовольны англичанами, допустившими захват каперами русских судов и блокировку устья Эльбы; недовольны были и действиями английского посла в Стамбуле.

В марте 1804 года в Бадене, на границе Франции и Швейцарии, французскими жандармами, используя любовные чувства к женщине, был заманен, а затем похищен принадлежавший к Французскому королевскому дому герцог Энгиенский, отпрыск Бурбонов и родственник жены Александра I. Подозреваемый в заговоре против Бонапарта, он был судим и расстрелян. Это событие взволновало все европейские дворы, а Александр I заявил официальный протест против «пролития венценосной крови». Бонапарт ответил, что в самой России была пролита царская кровь и пусть император позаботится схватить убийц своего отца…

Используя момент европейского возбуждения, Россия, отказавшись от встречи с Бонапартом, обратилась к Регенсбургскому сейму с предложением потребовать от Франции удовлетворения за дерзкие нарушения границ империи. Но вместо ожидавшегося единодушного выступления русская нота вызвала среди германских государей лишь жалкий переполох. К русскому протесту присоединились лишь ганноверский посланник и шведский король. Франция ответила России крайне резкой нотой, содержавшей прямые угрозы. Хотя коалиции еще не было, Александр решил не медлить и потребовал очищения Северной Германии и Неаполя, вернуть Францию к 1789 году. Бонапарт отказал, и в августе 1804 года дипломатические отношения были прерваны.

В переговорах с Англией пришли к общему мнению, что Россия должна составить коалицию, а британское правительство помочь ей своими силами и средствами. В апреле 1805 года была заключена англо–русская военная конвенция, согласно которой Россия обязывалась выставить 180 тыс. солдат, а Англия — выплатить ей субсидию в 2,25 млн фунтов стерлингов и участвовать в морских акциях против Франции. К этой конвенции присоединились Австрия, Швеция и Неаполитанское королевство.

Пока шли переговоры о коалиции, Наполеон сосредоточивал силы в Булонском лагере, надеясь принудить этой угрозой Англию к миру. Полной неожиданностью для союзников стало появление его войск в Швабии и Франконии уже в конце сентября. В переговорах с Пруссией Наполеон предложил ей взять Ганновер.

При известии о движении союзного войска Наполеон снял свою армию из Булонского лагеря и форсированным маршем двинул ее в Баварию, где стояла австрийская армия под командованием генерала Макка, у которого вместо 250 тыс. человек было только 80 тыс. корпус. Наполеон в несколько дней трижды разбил австрийцев, перешел Дунай, занял Аугсбург и Мюнхен. В следующем сражении под Ульмом, Наполеон наголову разбил армию Макка, который 20 октября сдался с 23 тыс. войском.

Под впечатлением этих событий произошло свидание Александра I с прусским королем. Поражение австрийских войск еще не было поражением России, и Александр явился в Берлин в не померкнувшем ореоле вождя коалиции. Имея личную встречу, он мог сделать то, чего не добился через дипломатов. Пруссия не присоединилась к коалиции, но приняла на себя вооруженное посредничество, выставив и со своей стороны требования, положенные в основу программы союза. Наполеону стал грозить союз всей Европы — Англии, Австрии, Неаполя, Швеции и России — третья антинаполеоновская коалиция.

Несмотря на европейскую коалицию, против Наполеона выступили только русско–австрийские войска, и в гораздо меньшем количестве, чем это предполагалось изначально. Слова Кутузова подошли к местечку Инн (правый приток Дуная), вместо 180 тыс. человек у него насчитывалось только 50–тысячный корпус. У Наполеона было значительно более многочисленное войско, притом одушевленное рядом побед. Спасая армию, Кутузов стал отступать, совершил 400–километровый марш–маневр. Отовсюду шли вести о поражении австрийцев. Французы заняли Вену. Наконец, у Ольмюца отступление прекратилось: туда подошли свежие войска от России и небольшой австрийский отряд. Прибыли Александр I и император Франц.

Наполеон вступил в Брюнн. Кутузов предупреждал Александра отступить, но император решил по–своему. Союзники двинулись навстречу Наполеону. 20 ноября под Аустерлицем (ныне г. Славков–у–Брна в Чехии) произошла губительная для них встреча с Наполеоном. Только теперь Александр понял и оценил Наполеона, сам он едва спасся от плена, укрывшись в избе моравского крестьянина. В следующие дни Россию покинули все союзники. Австрия начала сепаратные переговоры, закончившиеся Пресбургским миром (14 декабря 1805 г.), по которому она уступала Наполеону Венецию, Истрию, Далмацию, допускала значительное приращение территории его союзников — Баварии, Вюртемберга и Бадена — и признавала Наполеона Итальянским королем. Англия и Швеция отозвали свои войска. Александр почувствовал себя оставленным всеми, это стало принимать личную окраску.

Александр резко отклоняет предложения принять участие в мирных переговорах, т. к. с Россией Наполеон вынужден считаться: ее войска потерпели поражение, но силы ее не тронуты. Из Константинополя доносят, что Наполеон старается поднять Османскую империю против России, последнее соглашение с Пруссией (об ее нейтралитете) под вопросом. 3 декабря, под влиянием угроз и обещаний Наполеона, Пруссия заключает наступательный и оборонительный союз, причем направленный прямо против России статьями о гарантии неприкосновенности Османской империи. Наполеон передает Пруссии права на Ганновер (1714–1837 гг. — установление личной унии с Великобританией, поскольку курфюрст Георг–Людвиг был объявлен под именем Георга I королем Великобритании; с 1803 г. находилась под десятилетней оккупацией французскими войсками) взамен уступки Анспаха, Баварии и княжества Невшательского Франции. Занятие пруссаками Ганновера повлекло столкновение с Англией. Английские корабли блокировали все порты Пруссии, более 100 прусских торговых судов были захвачены английскими каперами, к которым присоединились и шведские. Полная приостановка морской торговли Пруссии вызвала серьезный экономический кризис, поэтому она переметнулась в другой лагерь.

Перед Россией появляется опасность восстановления Польши Наполеоном и приближение его по Адриатическому побережью к границам Турции. Едва начавшаяся военная кампания, проигранная по вине, как все говорили, Александра, что воспринималось очень болезненно, могла стоить почти всех приобретений последних 20 лет. Чтобы справиться с общим настроением, овладеть им, можно было только дать ему выход — искусство апеллировать дипломатией. Этим объясняется назначение императором январского обсуждения европейских дел в Государственном Совете, постановления которого не имели практических последствий. Но самим Александром уже было принято решение: возобновить войну с Наполеоном, взять реванш и тем спасти свое личное положение. А пока в Париже в июле 1806 г. пришлось подписать русско–французский мирный договор, правда, так и не ратифицированный в России.

Поражение русско–австрийской армии под Аустерлицем, подталкивание Наполеона Османской империи против России привело к тому, что Османская империя попыталась вернуть себе утраченные позиции на черноморских берегах. Поводом к войне послужили ее действия — вопреки прежним договорам правительство Османской империи сместило со своих постов правителей Валахии и Молдавии, по настоянию прибывшего в Стамбул наполеоновского генерала Ф. Себастиани и демонстративно закрыла для русских судов проход через проливы.

Очередная русско–турецкая война длилась с 1806 по 1812 год, когда основная часть российских сил была отвлечена на европейский фронт военных действий. Русские войска появились в Молдавии, Валахии и на Балканах. Особенные успехи в войне произошли после назначения над русскими войсками в марте 1811 г. главнокомандующим М.И. Кутузова. В октябре 1811 г. начались мирные переговоры в Бухаресте. По заключенному 16 мая 1812 г. миру к России отходила Бессарабия с крепостями Хотин, Бендеры, Аккерман и Измаил. Граница устанавливалась по реке Прут. Россия возвращала Османской империи территории в Закавказье, захваченные русскими войсками. Бухарестский мир обеспечил нейтралитет Османской империи во время войны 1812 г. России с Францией.

Летом 1806 г. Наполеон захватил Голландию и западные германские княжества. Королем Голландии он провозгласил своего брата Людовика Бонапарта, а из 36 западногерманских государств образовал Рейнский союз, объявив себя его «протекторатом». Над Пруссией возникла угроза вторжения французских войск. Возобновление войны приближалось, инициатива, на этот раз, исходила от Пруссии. В середине сентября 1806 г. образовалась четвертая коалиция против Франции — Англия, Швеция, Пруссия, Россия, Саксония. Пруссия послала Наполеону ультиматум. Сроком для ответа было назначено 8 октября. В этот же день французы начали наступление. 10 октября, при Заальфельде прусская армия, образец для всех старых монархий Европы, была побеждена, затем дважды разбита 14–го при Йене и Ауэрштедте; образцовая армия через неделю после начала войны перестала существовать. Сам король Пруссии Фридрих–Вильгельм III бежал к границам России, а 27–го октября Наполеон с триумфом вступил в Берлин и предложил Пруссии мир на очень тяжелых условиях. Между тем, и русские войска вступили в Пруссию. Престарелый главнокомандующий граф Каменский, прибыв к войску, приказал отступать, но, вопреки приказу, один из двух подчиненных ему корпусных командиров, Беннигсен, дал 14 декабря удачный бой под Пултуском. Александр немедленно назначил Беннигсена главнокомандующим. Кровопролитная двухдневная битва под Прейсиш–Эйлау (26 и 27 января 1807 гг.) была нерешительной, Наполеон не потерпел поражения, даже поле битвы осталось за ним, но в первый раз он не победил в большом сражении.

Союзники преисполнились надежд, начались переговоры, в которых затрагивались вопросы восстановления Польши, компенсации Пруссии и России и так далее. 26 апреля была заключена Бартенштейнская конвенция, носившая реставрационный характер. Но радоваться было рано. 2 июня русские войска потерпели серьезное поражение под Фридландом (в Восточной Пруссии).

Далее продолжать войну было невозможно по ряду причин. Наполеону удалось вызвать разрыв между Россией и Портой, и Россия вынуждена была вести параллельную войну с Османской империей. Вступление в декабре 1806 г. русских войск в княжества, из–за войны с Турцией, сразу вызвали недоразумения с Австрией и Англией, что затруднило русской дипломатии искать поддержки в борьбе с Наполеоном.

Между тем, Наполеон стоял почти на границе России, и войну, не имея союзников, пришлось бы перенести внутрь страны, то естьдопустить полное уничтожение Пруссии и восстановление Польши под эгидой французского императора. Другая причина — не хватало денег для ведения войны. Неудача двух коалиционных войн не только стоила Англии громадных непредвиденных затрат, но имела материально тяжелый для нее результат: закрытие для ее торговли всех портов от Любека до Кенигсберга, оккупированных французами. Англия ответила, при перевесе сил на море, блокадой французских портов и союзных с ней государств. Эти формы борьбы требовали напряжения финансовых сил страны. Поэтому решено было более не тратить на субсидии терпящим поражение за поражением континентальным государствам. В начале 1806 г. Александр обратился к Англии с просьбой о займе и получил, сильно оскорбивший его, отказ. Эти обстоятельства вынудили Александра пойти на переговоры с Наполеоном. Они встретились 25 июня 1807 г. в шатре посреди Немана в г. Тильзите (ныне Советск Калининградской области). «Военное дело — не Ваше ремесло»8, — сказал при встрече Наполеон Российскому императору. У Александра, человека потомственного «василевса», честолюбивого и самолюбивого, внутри все кипело при обмене любезностями со вчерашним поручиком. Но ему пришлось заглушить все чувства и пойти на все условия Наполеона.