Операция «Царский ковчег». Трилогия. Книга 3. Соединяя берега

Эти люди – подвижники. Они постоянно участвуют в международных медицинских стоматологических конгрессах, конференциях. А также принимают активнейшее участие в их организации, распространяя самый современный опыт лечения зубов, и новые методики. Эти методики разрабатываются ими совместно с учеными из многих стран мира, тем самым они прививают вкус молодым специалистам к современным технологиям в медицине. Олег с благодарностью вспоминает очередной симпозиум «Бюркель и компания», посвященный проблемам имплантологии, прошедший в декабре 2000 года в Таврическом дворце нашего города. На него были приглашен и Олег вместе со своей супругой Анжеликой Петровной, которая руководит Региональным Общественным Фондом «Державные традиции». На симпозиуме присутствовали ученые из США, Израиля, Белоруссии, России, Финляндии, Германии и Канады. В эти дни Фонд проводил презентацию новой книги «История души, или Портрет эпохи». Книга была вручена самым известным ученым мира в области стоматологии и импланталогии. В этой книге была представлена информация об участии руководителей клиники «Нордмед» профессоров Вураки К. А., Несмеянова А. А. и Колмакова С. В. в исследованиях, посвященных идентификации Цесаревича Алексея, сына последнего императора России Николая II.

Когда Олег с сёстрами находился в Финляндии в 1995 год, то к их приезду финская сторона хорошо подготовилась. Газета «Савон Саномат» 3 ноября 1995 года писала, что финны получили возможность изучать останки семьи царя Николая II, которые были найдены четыре года тому назад в Екатеринбурге.

Согласно утреннему сообщению радиостанции «Юлейсрадио», договор между отделением судебной медицины Хельсинкского Университета и Санкт-Петербургском исследовательским центром был подписан в среду, в Хельсинки.

К настоящему времени найдены останки трех из четырех дочерей царя. Двое из них опознаны – Ольга и Татьяна, однако относительно личности третьего тела пока нет полной уверенности.

По словам, судебного стоматолога Хелены Ранта, теперь финны получили возможность выяснить, чьими останками является тело третьего человека – дочери Марии или Анастасии.

Финские специалисты в области судебной медицины первыми из западных исследователей получили возможность выяснить, являются ли живущие в Санкт-Петербурге брат и сестра Филатовы, последними внуками царя.

Они уверены в том, что их отцом был покойный Наследник престола Алексей, останков которого не было найдено в могиле в Екатеринбурге.

Журналист Велламо Вехкакоски в своей статье в газете «Хельсингин Саномат» от 03.11.95. писал, что прошедшим августом судебный стоматолог из Хельсинки Хелена Ранта встретилась в городе Вантаа с профессором из Санкт-Петербурга Вячеславом Поповым. Оба они принимали участие в конференции, на которую Министерство внутренних дел Финляндии и Центральная уголовная полиция пригласили специалистов в области судебной медицины и идентификации трупов из сопредельных регионов.

Попов В. Л. является ответственным судмедэкспертом большого Петербурга. Он также входит в состав комиссии, которая изучает останки расстрелянной в 1918 году в Екатеринбурге царской семьи. На конференции не говорили о костных останках царя, однако, по возвращении в Санкт-Петербург профессор Попов В. Л. связался с Рантой в отделении судебной медицины Хельсинкского Университета и попросил оказать помощь в исследовании. Попова В. Л. интересуют брат и сестры Филатовы из Санкт-Петербурга, которые подозревают, что их покойный отец Василий Филатов был сыном царя Николая II Алексеем. Насколько известно, костных останков Наследника престола не обнаружили в екатеринбургской могиле. Попов В. Л. и отделение судебной медицины Хельсинкского Университета заключили договор об исследованиях.

«В соответствии с пожеланиями Попова В. Л., в него было также включено исследование костей, обнаруженных в Екатеринбурге. О причине этого Попов В. Л. не сказал». Ранта считает, что более важным, чем Филатовы или возможные царские кости, является проверка того, как может развиваться сотрудничество специалистов судебной медицины через восточную границу. «В дальнейшем такое сотрудничество будет еще более важным, ведь в России остались неопознанными еще сотни людей».

Ранта, например, доверяет исследованиям, которые выполнил Центр патологий вооруженных сил США «Эй-Эф-Ай-Пи». В центре были исследованы образцы зубов и костей младшего брата царя Георгия, а также локон волос Николая II и следы крови, оставшиеся на носовом платке. «Эй-Эф-Ай-Пи» сообщил, что скоро опубликует результаты своих исследований.

Ранту интересуют антропологические исследования костей. «У меня в рабочем кабинете просто замечательные кости», говорит она. Самый старый из ее черепов – шведский из Вестероса, датируемый 300 годом. Ранта, кроме того, помогает археологам: она пытается выделить «ДНК» из середины зубов, а также определенные белковые соединения. «С их помощью можно, например, определить возраст в момент смерти. Такие биохимические исследования проводят ещё только в двух лабораториях в Европе».

Вместе с черепами в кабинете Ранты на полках хранятся десятки папок с диафильмами и фотографиями, на которых имеется надпись – «Эстония». Ранта входила в состав комиссии, задачей которой являлось идентификация жертв «Эстонии» в Финляндии. Две третьих жертв «Эстонии» были идентифицированы по зубам.

По зубам можно определить возраст жертвы, и даже то, была ли она левшой или правшой. «Люди чистят зубы с одной из сторон более сильно». По зубному протезу стоматолог практически сразу видит, из какой страны он.

Когда из жертв «Эстонии» оставалось неопознанными менее десятка, Ранта определила, кто из них финн. «Он действительно переехал в Швецию, но его пломбы выдавали финскую врачебную одонтологию 60-х годов».

По утрам в будни Хелена Ранта проводит время в Хельсинкской центральной тюрьме: вот уже шестой год она является главным стоматологом лечебного отделения для заключенных. В круг ее обязанностей входит развитие стоматологических услуг во всех финских тюрьмах.

До получения должности в тюрьме Ранта была в течение 12 лет преподавателем и исследователем в центре стоматологических наук Хельсинкского Университета. «Затем я захотела заниматься чем-нибудь другим. Работа в тюрьмах – это было у нас в роду». Отец матери Ранты Адольф Гротенфельт был более ста лет тому назад первым главным директором департамента здравоохранения заключенных.

Матильда Вреде сблизилась с ним, чтобы также попасть поближе к заключенным. Ранте также потребовалось разрешение нынешнего главного директора К. Й. Лонга, чтобы попасть к исследованию костей и тел; ныне она уже в течение нескольких лет является стоматологом-консультантом в отделении судебной стоматологии Хельсинкского Университета. Газета поместила фотографии судебного врача Кайса Лалу и стоматолога Хелены Ранты, изучающих рентгеновские снимки черепов Филатовых.

Фото было предоставлено агентством «Лехтикува».

Журналист «Хельсингин Саномат» Вехкакоски Велламо продолжил тему идентификации останков, найденных под Екатеринбургом. Заголовок статьи был следующим: «Отец никогда не говорил нам прямо, что он царский сын».

Он писал, что в Финляндии имеются хорошие технические возможности для подобного рода исследований, а независимые исследователи географически находятся очень близко, заявил ответственный за изучение скелетов из Екатеринбурга профессор Попов В. Л. в четверг в Хельсинки. Из Финляндии в исследованиях принимают участие пять-шесть специалистов, а из Петербурга примерно столько же.

«В данном случае деньги через границу не перечисляются, а каждая из сторон покрывает свои затраты самостоятельно», – говорит Попов В. Л.

Кости также не пересекают границу, а исследователи приезжают в Россию из Финляндии изучать их. «А не был ли Николай II канонизирован в России? Тогда кости бы точно не перевозили», – заявляет Ранта. «Исследование становится довольно заманчивым», – говорит Ранта. Около 75 лет, пролежавшие в могиле кости очень разрушились. Отделение судебной медицины получило необходимые материалы для исследования из России. Ранта встретилась также с британскими специалистами, которые проводили исследования остатков костей, «ДНК».

Генный материал был сравнен с образцами живых родственников царя, в том числе с материалами принца Филиппа, чья бабушка Виктория была сестрой царевны Александры. Исследования семьи Филатовых, по словам Ранты, не дают ответа на вопрос, являются ли они родственниками царя. По словам Ранты, в черепе имеются все-таки углы и размеры, на основе которых можно выяснить наследственность.

Семья Филатовых – Ирина (38 лет), Ольга (40 лет), Олег (42 года) выглядела изможденной вечером в четверг. Исследования в отделении судебной медицины Хельсинского Университета начались утром в восьмом часу. После этого представители средств массовой информации, начиная с американской «Си-Эн-Эн», забросали их вопросами: на основании чего Филатовы считают себя детьми сына последнего царя, Алексея? Что рассказывал их отец? «Отец говорил отвлеченно, но никогда прямо не упоминал, что он сын царя. Представьте себе, что это могло бы повлечь за собой в Советском Союзе. Его бы посадили в психбольницу», – говорит руководитель маркетинговой службы петербургского радиозавода, Олег Филатов.

«Он боялся также, что могло бы произойти с нами, с детьми», рассказывает Олег Филатов, а сидящие рядом сестры, инженер-химик Ирина и искусствовед Ольга, кивают в знак согласия.

«Но об этом он не говорил напрямую, и мы пришли к такому выводу, в конце концов, на основании его рассказов в нашем детстве и тех шрамов, что у него были. Но он всегда подчеркивал, что нам нужно самим думать и сравнивать с тем, что заявляется официально».

По словам Филатовых, их отец рассказывал о том, что царская семья была казнена в 1918 году в Екатеринбурге. Отцу было тогда 14 лет. «Он рассказывал, как будто это произошло с каким-то третьим лицом. Но когда он рассказывал о том, как их заставляли опять лезть к краю, могилы штыками, он говорил о себе», вспоминают Филатовы. По словам детей, отец рассказывал о своей судьбе намеками. Однако на основании этого дети сделали вывод, что во время казни отец был ранен, но смог убежать, когда царская семья была в могиле. «У него на теле была рана от удара штыком, хотя он никогда не был на войне», добавляет Олег Филатов. В течение всей своей взрослой жизни отец носил имя Василий Ксенофонтович Филатов. «Он жил как обычный советский человек, по-другому в Советском Союзе было просто невозможно». Из-за работы отца-учителя Филатовы жили на окраине Советского Союза. Например, Олег родился в немецкоязычном районе в Оренбурге, что на Южном Урале, а сестры – в Вологде, в маленькой сибирской деревне. Василий Филатов умер 1988 году в Астрахани на берегу Волги. После переезда в Санкт-Петербург в 1983 году Олег Филатов начал выяснять судьбу отца только после его смерти. «Я просил даже провести официальные исследования, но их запрещали. Поэтому нам пришлось обратиться к таким людям, как, например, профессор Попов В. Л., которые проводят такие исследования как частные лица.

Все-таки поездка родственников в Финляндию для проведения исследований не была простой. Она бы не удалась без поддержки Русской Православной Церкви и частного фонда «Чернобыль».

«Однако профессор Попов В. Л. придерживался того мнения, что это исследование стоит осуществить», – продолжает Олег Филатов. «Проживающая в Германии в Штуттгарте наша сестра Надя Филатова Хертинг не смогла поехать в Финляндию». В октябре прошлого года брат и сестры побывали в Германии, где был изучен «ДНК», но исследований черепа проведено не было.

Ну, а если в результате исследований станет ясно, что отец Филатовых может быть царским престолонаследником? «На данном этапе мы не хотим пока определять свою позицию. Посмотрим сперва, что покажут исследования, ну а потом как-нибудь», говорят сестры и брат.

78-летняя мать Филатовых еще жива, она проживает в Санкт-Петербурге, где похоронен ее муж. «Человек всегда стремится быть похороненным там, где он родился», говорит Олег Филатов.

Подписи под фотографиями, опубликованные в газете гласили:

«Жители Санкт-Петербурга Ирина, Ольга и Олег Филатовы выглядели в четверг измученными. Им сделали рентгеновские снимки черепа, чтобы выяснить, являются ли они наследниками царской семьи, как им когда-то дал понять их отец». В газет были помещены фотографии с подписями:

«Царская семья перед революцией. Слева принцессы Ольга и Мария, царь Николай II, царица Александра, принцесса Анастасия, наследник престола Алексей и принцесса Татьяна».

Следующая статья в этой же газете называлась «Брат и сестры Филатовы побывали в Финляндии на исследованиях». В ней шла речь о том, что в соответствии с договором о сотрудничестве, финны провели запрошенные Попов В. Л. исследования, передали ему результаты и оставили ему свои комментарии. Первая часть договора уже выполнена. Трое Филатовых в октябре побывали в Хельсинки на исследованиях черепа и «ДНК». Результаты уже переданы профессору Попов В. Л.

Проблема заключается в том, что образцы, взятые у Филатовых, не с чем сравнивать. Так что Ранта надеется, что финские специалисты по судебной медицине весной побывают в России. «Мы готовы изучать, как найденные в Екатеринбурге кости, так и останки отца Филатова, если его могила в Астрахани будет вскрыта, на границе с Чечней».

У русских для этого нет денег. Попов В. Л. надеется на спонсорскую помощь из Финляндии.

Ранта не думает, что финны могут принести много нового в исследования костей. «Можем, тем не менее, гарантировать, что исследования будут проведены качественно. Затем останки можно будет задокументировать и захоронить. Теперь похороны отложены, по крайней мере, до февраля».

Финны хотят сфотографировать, сделать рентген и измерить кости из Екатеринбурга и кости отца Филатова, а также их черепа и снять с них образцы «ДНК». «Череп – это более надежный и безопасный источник взятия образцов „ДНК“, чем длинные кости, тем лучше, тем более что в екатеринбургских костях „ДНК“ осталось уже очень мало». Ранта хочет также сделать рентген, на котором были бы видны зубы мудрости дочерей. Они точнее показывают возраст, чем износ зубов. Ранта готова сотрудничать с теми лабораториями, которые уже изучали екатеринбургские останки. «Мы могли бы попросить у них, по крайней мере, сравнительный материал». Далее в статье, которую написала Катри Пелтола, излагался материал о Филатовых, которые проживают в Финляндии. Она называлась:

«Депутат Филатов «может быть» является родственником царю». В ней шла речь о том, что «род Филатовых также представлен в Финском парламенте. Депутат от социал-демократов Тарья Филатов, тем не менее, не знает, есть ли у нее какие-нибудь родственные связи с Филатовыми из Санкт-Петербурга.

«Депутат Тарья Филатов, являетесь ли Вы родственницей царя Николая II?»

«Все может быть. Не знаю, исследован ли этот вопрос. Наш род где-то лет двести назад переехал из Белоруссии поближе к границам Финляндии. Отцовский род, откуда мы получили фамилию Филатов, происходит из Нююрёля, откуда-то оттуда».

«Я не знаю, кто из проживающих в России Филатовых мог бы быть нам родственниками. Там все-таки очень много Филатовых». В вашем роду не проводились родовые исследования? Мы с отцом такого не делали. У меня такое впечатление, что кто-то что-то исследовал, но ничего более подробного по этому поводу я не знаю».

Ну, а возможная родственная связь с царской семьей, не является ли достаточной причиной для проведения исследования? «Ну, поэтому поводу я уже слышала усмешки» Пусть будет так. Наш род, говорят, был в слугах у царя. Не знаю, правда ли это, но пожилые люди полушутя рассказывают такие истории». Собираетесь ли вы заняться такими исследованиями? «Да, конечно, это было бы интересно. Надо только выяснить, проводил ли кто-нибудь такие исследования раньше. Отец наверняка знает». Таким образом, статьи, опубликованные в различных газетах, создавали положительный фон, в освещении самого начала процесса исследований, но в этом деле не обошлось и без ложки дегтя в бочку с мёдом. В процессе работы учёных у них нашлись и оппоненты. Так 19 декабря 1995 года в Куопио, где проходила часть исследований, связанная с попыткой идентификации Василия Филатова как Наследника Цесаревича Алексея Николаевича Романова отношение к группе исследователей было не однозначное. Один из сотрудников кафедры Ротовой Патологии, рентгенологии и судебной медицины адъюнкт Пертти Сайнио высказал свое несогласие с постановкой данной темы и возможности ее осуществления на базе Университета, и опубликовал критическую статью в газете «Савон Саномат» от 17 декабря 1995 года от имени Университета.

Своей публикацией он задел честь и достоинство членов группы, что привело к разбирательству с участием ректора. Господин Колмаков С. В. написал письмо в адрес ректора и самого Пертти Сайнио. Соответственно, в этой дискуссии постоянно упоминались имена членов семьи Филатовых, поскольку, так или иначе, наша семья являлась объектом исследований. Так господин Колмаков С. В. писал ректору Университета в Куопио, что он, ссылаясь на прилагаемую статью из газеты «Савон Саномат» обращается к нему с просьбой дать разъяснения на следующие вопросы:

1. «Является ли правдой, что “ У Университета Куопио. нет ни малейшей возможности помочь исследователям в разрешении судьбы последней царской семьи России».?

2. Был ли адъюнкт-профессор, Пертти Сайнио, уполномочен делать заявление для средств массовой информации от имени Университета (» У Университета Куопио, согласно заявлению профессора Пертти Сайнио, не имеет ни малейшей возможности помочь исследователям»? )

Далее он писал о том, что «…судьба последнего императора России царя Николая Второго и его семьи является до сих пор неразгаданным вопросом вне зависимости оттого, что сделаны многочисленные исследования для разъяснения дела (даже исследования по ДНК). В связи с особенностями дела в кругах историков, судебно-медицинских экспертов и судебных следователей это дело считается «самым мистическим преступлением века». До сих пор не решен вопрос о том, чьи останки были найдены в могиле расположенной недалеко от Екатеринбурга. Подтверждением этому является постановление Святейшего Синода Русской Православной Церкви, которое (высший церковный орган) не согласуется с решением о принадлежности останков царской семье Романовых и то, что захоронение останков было отложено.

Финско-российская судебно-медицинская группа была создана осенью 1995 года для решения только одного фрагмента всего дела, может быть наиболее значительного: «Являлся ли живший в России под именем Василия Филатова человек, на самом деле сыном царя Николая Второго, Алексеем?»

Члены исследовательской группы, как с финской, так и с российской стороны, представляют наилучшее знание в данном вопросе (адъюнкт-профессор Пертти Сайнио не входит в эту группу). Исследование само по себе является легко ранимым по натуре, и в силу значительного внимания к нему предварительные результаты исследований, по естественным причинам, не выдаются посторонним. Именно потому, чтобы не рождалось свободное толкование результатов исследования по заказам (именно в этом кроется самое большое количество источников подделок, не истинных знаний, которые порождают домыслы, а они в свою очередь слухи и ошибочные действия).

К финско-российскому историческому судебно-медицинскому исследованию царской семьи Романовых проявляется большой интерес в мире, в том числе со стороны представителей династии Романовых, представителей Русской Православной Церкви, чиновников России и международных экспертных групп. Поэтому исследовательская группа считает важным представлять средствам массовой информации только правду, а не домыслы или незнание. Если от имени Университета Куопио даются в средства массовой информации принципиальные сведения и домыслы, они могут повредить имиджу Университета в глазах общества и отрицательно повлиять на работу экспертов. Чтобы мое мнение не было бы голословным, привожу части упомянутой ныне статьи и мои замечания к ним.

Утверждения:

1.В Университете нет ни малейшей возможности помочь исследователям и разрешении судьбы последней царской семьи России.

2.Единственным способом выяснить загадку Романовых, по всей видимости, являются анализы ДНК, в которых сравниваются анализы крови покойника и его ближайших живых родственников.

3.Он подозревает, что единственным является посещения и поиск спонсорских денег.

Правда.

1.Служебная помощь запрошена и получена с кафедры ортопатологии стоматологического факультета Университета Куопио. Другая помощь или финансирование даже не запрашивались, и поэтому разговор о возможностях является преждевременным.

2. Останки находились в могиле, по меньшей мере, 50—60 лет. Кости сохранились почти наполовину, и они значительно повреждены. Какие образцы можно получить из костей? Где искать ближайших родственников? Кто даст гарантию в том, что они являются именно ближайшими родственниками, а не самозванцами?

3. Задачей визита являлись проведение исследовательской работы, которую и сделали с вечера пятницы и в утро воскресенья, а не поиск в субботу спонсоров для проведения эксгумации.

О таких домыслах я уже писал и прежде. Намек на то, что член-корреспондент «Петровской Академии Наук и Искусств» профессора Попова В. Л., приезжал в Финляндию только для поиска спонсоров, является оскорблением не только в отношении профессора, но и всей исследовательской группы. В кругу исследовательской группы предпочтительно велась беседа о привлечении в Финляндию исследовательского Фонда Романовы, задачей, которого является направление и финансирование независимых исследований, относящихся к Романовым.

Что касается проведения эксгумации, то финско-российская группа судебно-медицинских исследователей является экспертным органом, который не является заинтересованной стороной. Поиск необходимых средств для проведения эксгумации является делом заинтересованной стороны (заинтересованной стороной в данном случае является семья Филатовых, претендующая на родственные связи с царской семьей Романовых). Средствам массовой информации сообщено только о проблеме Филатовых, но не о проблемах исследователей. Большую часть работы исследователи проводили и до сих пор проводят в свое свободное время без получения зарплаты. Конечно, члены группы были бы рады, если спонсорская помощь для исследований (а не для перевозки останков) была бы оказана.

Заявление адьюнкт-профессором Пертти Сайнио, в средствах массовой информации не соответствует действительности, и по своей природе является, либо предупреждающим, либо.

Так как ко мне обращаются с вопросами по поводу этой статьи, прошу Вас с уважением, дать разъяснения по делу для избежания неправильного трактования».

22 декабря 1995 господин Колмаков С. В. прислал Олегу факс, который он отослал в Германию генетику В. Хукенбеку в Университет им. Г. Гейне в институт судебной медицины, где он сообщал, что по поручению Олега Филатова он информирует его о том, что в настоящий момент финская исследовательская группа закончила антропологические измерения трех членов семьи Филатовых. Согласно исследовательскому протоколу (подписан 1 ноября 1995 года), конечные результаты могут быть представлены к публикации лишь тогда, когда пройдет дискуссия научных групп из Санкт-Петербурга и Хельсинки. Он писал, что они все заинтересованы в их (немецких) генетических исследованиях. Он также утверждал, что они также надеются на создание совместной кооперации между немецкой стороной и финской, и возможности обмена информацией, как можно в большей степени, между международными группами. Далее он просил доктора Хукенбека связаться с ним. Так закончился 1995 год.

После новогодних праздников доктор Колмаков С. В. прислал письмо, от имени заведующего кафедрой, профессора Антти Пентилля.

Профессор А. Пентилля официально подтвердил, что «…в рамках заключенного между Кафедрой Судебной медицины Университета Хельсинки и «Петровской Академией Наук и Искусств» договора (касающегося возможного родства между последним Императором России, Царем Николаем II, его семьей и семьей Филатовых), на кафедре проводятся судебно-медицинское и судебно-стоматологическое исследования граждан России Олега Васильевича Филатова, Ольги Васильевны Филатовой и Ирины Васильевны Можейко (Филатовой).

Исследования включают клинический осмотр слизистой оболочки, зубов, изучение стоматологического статуса по гипсовым моделям, рентгенологическое исследование челюстей и черепов (ортопанораматомография. боковая проекция черепа в кефалостате, РА проекция черепа в кефалостате), а также исследования ДНК крови.

На основании проведенных исследований (исследования ДНК еще не проводились) исследовательская группа учёных считает необходимым исследовать и других живых членов семьи, а так же останки Василия Ксенофонтовича Филатова».