- -
- 100%
- +
К читателям
В моих предыдущих книгах я попытался раскрыть, что же происходило в период 1917–1924 гг.. в руководстве большевистской партии, кто и как из наиболее известных ее руководителей поступал в том или ином критическом моменте, которых, естественно, было много, как проявил в них себя, насколько они были едины с В. И. Лениным или хотя бы разделяли его взгляды, а главное – так ли уж безоговорочно они воплощали его идеи в жизнь.
Если кратко подытожить написанное мною в этих книгах, то вывод может быть один: каждый из руководителей, о которых я писал в моих предыдущих книгах, в той или иной мере имел личную позицию, которая, пусть и в завуалированной форме, при каждом удобном случае проявлялась в их делах и поступках.
Почему они так поступали? Только ли потому, что считали необходимым довести свое мнение до коллег, чтобы совместно выработанное и принятое решение было детально проработанным и единственно верным, или же, чтобы утвердить себя в глазах равных, как человека исключительного, обладающего чем-то таким, чего нет у других, то есть возвыситься над ними, говоря современным языком «сформировать свой собственный непоколебимый имидж»? Очевидно, и то и другое предположение имеют право на существование. Как и то, что, зачастую, «имидж» формировал не сам человек, а те, кто хотели, чтобы у этого человека был тот «имидж», который был выгоден им. Почему? Для достижения своих далеко идущих планов, собственных целей.
Не верите?
Тогда, давайте вместе поразмышляем над тем, что произошло с теми, кто называл себя «большевиками-ленинцами». Знаете, о ком пойдет речь? Нет? Тогда читайте эту мою книгу…
I
К 1927 г. внутри Всесоюзной Коммунистической партии (большевиков) в результате внутрипартийной борьбы, начавшейся еще при жизни В. И. Ленина, сформировалась довольно значительная как по численности, так и по уровню представительства в высших партийных органах, прежде всего в Центральном Комитете и Центральной Контрольной Комиссии, группа, члены которой называли себя «большевиками-ленинцами», то есть подчеркивали, что именно они, а ни кто-нибудь другой, являются истинными продолжателями дела В. И. Ленина, противопоставляя себя как указывалось в «Проекте платформы большевиков-ленинцев (оппозиции) к XV съезду ВКП(б)» «аппаратно-центристской группе» И.В.Сталина – В.М.Молотова – Н.А.Угланова – Л.М.Кагановича – А.И.Микояна – С.М.Кирова – Н.И.Бухарина, т.е. тем, кто представлял собой «теперешнее фактическое Политбюро».
Наиболее заметными и широко известными представителями оппозиционной группы «большевиков-ленинцев» были: Л.Д.Троцкий, Г.Е.Зиновьев, Л.Б.Каменев, Г.Л.Пятаков, о которых наряду с И.В.Сталиным и Н. И.Бухариным писал В. И. Ленин в своем «Письме к съезду», рассматривая их как возможных руководителей партии и государства, Х.Г.Раковский и И.Т.Смилга. Именно они, а также Муралов, Евдокимов, Петерсон, Бакаев, Соловьев, Лиздин, Авдеев, т.е. 13 членов ЦК и ЦКК ВКП(б) подписали «Проект платформы большевиков-ленинцев (оппозиции) к XV съезду ВКП(б)» под названием «Кризис партии и пути его преодоления».
В создании текста этого «Проекта» по словам Л.Д.Троцкого, зафиксированным в «Стенограмме объединенного заседания Политбюро ЦК и Президиума ЦКК 8 сентября 1927 г. по вопросу о «Проекте платформы» Троцкого, Зиновьева, Муралова и др. от 3 сентября 1927 г.» только в Москве участвовали «человек 100», «а десятки товарищей приезжали в разное время за эти месяцы, в том числе и Каменев, и Раковский, мы с ними советовались, и с Украины приезжали товарищи, у которых мы многому учились.» При этом он подтвердил утверждения Молотова о том, что «принимало участие 150—200 товарищей», «150—200 членов партии, … знали об этой вашей платформе», заявив, что «я сам же вам назвал число 150—200 чел.»
Вышеназванный «Проект платформы», на мой взгляд, стал апогеем упомянутой мною внутрипартийной борьбы, главным образом ее теоретической и отчасти организационной составляющих.
В чем же «большевики-ленинцы», утверждавшие, что «мы совершенно единодушно хотим защищать и защищаем подлинно ленинскую пролетарскую линию», и их «платформа. … от первой до последней страницы построена на учении Ленина и проникнута подлинным духом большевизма» несогласны с «аппаратно-центристской группой»?
Главное, на мой взгляд, в том, что «большевики-ленинцы» последовательно настаивали на том, что «наша партия, стоящая у власти, должна бесстрашно критиковать свои ошибки, не скрывать своих теневых сторон, ясно видеть опасности прямого перерождения для того, чтобы вовремя принимать необходимые меры». При этом, как написано в разделе «VII.Партия» «Проекта платформы»: «Давая ниже картину нынешнего состояния нашей партии, со всеми ее теневыми сторонами, мы, оппозиционеры, твердо надеемся, что при правильной ленинской линии партия поборет все свои болезни и окажется на высоте своих исторических задач».
О каких ошибках применительно к ситуации в партии они говорили? Вот об этих:
«I. Социальный состав партии за последние годы все более ухудшается. … Вместо ленинского призыва, мы имеем таким образом сталинский "отсев". …
II. Еще более ухудшился социальный состав руководящих партийных органов. … громадную власть у нас забирают "управленцы" из мелкобуржуазных слоев, а также "рабочая бюрократия". …
III. Роль "бывших" (эсеров и меньшевиков) в партаппарате и вообще на руководящих постах выросла. …
IV. Бюрократизм растет во всех областях, но особенно губителен рост его в партии. … . Если бы мы в самом деле признали, что "партию нашу надо рассматривать сверху", это означало бы, что ленинской партии, партии рабочих масс, больше нет.
V. За последние годы идет систематическое уничтожение внутрипартийной демократии – вопреки всему прошлому большевистской партии, вопреки прямым решениям ряда партийных съездов. Подлинная выборность на деле отмирает. Организационные принципы большевизма извращаются на каждом шагу. Партийный устав систематически изменяется в сторону увеличения объема прав верхушек и уменьшения прав низовых ячеек. … Право каждого члена партии, каждой группы членов партии "выносить коренные разногласия на суд всей партии" (Ленин) фактически отменено. Съезды и конференции созываются без предварительного (как это было при Ленине) свободного обсуждения вопросов всей партией, а требование такого обсуждения рассматривается, как нарушение партдисциплины. …
Внутри партии происходит – в тесной связи с общим курсом – крайне многозначительный процесс оттирания старых партийцев, прошедших через подполье или, по крайней мере, через гражданскую войну, более самостоятельных, способных постоять за свои взгляды – и замены их новыми элементами, проявляющими главным образом безоговорочное послушание. Это послушание, поощряемое сверху под видом революционной дисциплины, по существу дела ничего общего с ней не имеют. Нередко новые коммунисты из числа таких рабочих, которые отличались всегда покорностью по отношению к старому начальству, продвигаются ныне на руководящие места в рабочих ячейках и в администрации, выслуживаясь на демонстративном, резко враждебном отношении к старым рабочим-партийцам – вожакам рабочего класса в самые трудные моменты революции. …
В несравненно более уродливом виде подобные сдвиги переносятся на государственный аппарат, в составе которого не редкость уже встретить законченную фигуру "партийно"-советского чиновника …
Действительные реальные права одного члена партии наверху (прежде всего секретаря) во много раз больше, чем реальные права сотни членов партии внизу. Возрастающее оттеснение партии ее собственным аппаратом увеличивается "теорией" Сталина, отрицающей неоспоримое для каждого большевика положение Ленина о том, что диктатура пролетариата осуществляется и может осуществляться только через диктатуру партии.
Внутрипартийные разногласия извращаются. Месяцами и годами идет отравленная полемика против взглядов большевиков, объявленных "оппозицией", а изложить свои подлинные взгляды на страницах партийной печати этим большевикам не дают. …
Партия вынуждена судить о разногласиях на основании всем опостылевших казенных "проработок" и шпаргалок, сплошь и рядом безграмотных и лживых. Слова Ленина – "кто верит на слово, тот безнадежный идиот" – заменяются новой формулой: кто не верит на слово, тот оппозиционер. Оппозиционно настроенные рабочие от станка вынуждены платиться за свои взгляды безработицей. Рядовой член партии не может громко высказать свое мнение. Старые работники партии не могут высказаться ни в печати, ни на собраниях.
На большевиков, отстаивающих идеи Ленина, возводится отравленное обвинение в желании создать "две партии". Это последнее обвинение нарочито измышлено, чтобы восстановить против оппозиции рабочих, естественно отстаивающих единство своей партии со всей страстностью. Всякое слово критики против грубых меньшевистских ошибок Сталина (в вопросах китайской революции, Англо-Русского Комитета и тому подобное) изображается, как борьба "против партии", хотя партии Сталин не спрашивал предварительно ни о линии политики в Китае, ни о других важных вопросах. Обвинение оппозиции в стремлении создать "две партии" повторяется изо дня в день теми, кто сами поставили себе целью вытеснить большевиков-ленинцев из партии, чтобы иметь "свободные руки" для ведения оппортунистической линии.
VI. Почти вся партучеба и вся работа по политграмоте свелась теперь к "проработке" оппозиции. Метод убеждения не только в громадной степени заменен методом принуждения, но и дополнен методом введения партии в заблуждение. …
VII. За последнее время в партии не только растут карьеризм, бюрократизм, неравенство, но в нее вливаются и прямо классово-чуждые, враждебные и мутные струйки, например, антисемитизм. …
VIII. Между тем огонь репрессий направлен исключительно влево. Совершенно обычными стали исключения оппозиционеров за выступления в своей ячейке, за резкий возглас, за попытку огласить завещание Ленина. По своему политическому уровню, а главное, по преданности делу партии, исключаемые нередко бывают выше исключающих. Оказавшись вне партии – за "неверие" и "пессимизм" по отношению к Чан-Кай-ши, Перселю или собственному бюрократу – эти товарищи продолжают жить жизнью партии и служить ей гораздо вернее, чем многие партийные службисты и обыватели.
IX. Град репрессий и угроз, явно усиливающийся по мере приближения XV партсъезда, имеют задачей еще больше запугать партию и свидетельствуют о том, что объединенная группа Сталина-Рыкова, чтобы прикрыть наделанные ею политические ошибки, прибегают к самым крайним мерам, ставя партию каждый раз перед совершившимися фактами.
X. Политическая линия ЦК (который на XIV съезде был сформирован по принципу солидарности со Сталиным) неправильна. Колеблясь, нынешнее ядро ЦК все время идет направо. Уничтожение внутрипартийной демократии тем и вызвано, что политическая линия в корне неправильна. Поскольку она отражает давление мелкобуржуазной стихии, влияние непролетарских слоев, обволакивающих нашу партию, – поскольку эту линию все более приходится проводить нажимом сверху.
В области теоретической монополия предоставлена, так называемой, "школе молодых", то есть ревизионистам, готовым в любой момент выполнять литературные поручения аппарата, в то время как лучшие элементы большевистской молодежи, проникнутые действительными традициями большевистской партии, не только оттираются, но и прямо подвергаются преследованиям.
В области организационной, фактическое подчинение Политбюро – Секретариату, а Секретариата – генеральному секретарю уже давно является совершившимся фактом. Оправдались худшие опасения, высказанные Лениным в его завещании, относительно того, что тов. Сталин не будет достаточно лоялен, не будет достаточно партийно пользоваться той "необъятной властью", которую он "сосредоточил в своих руках" (Письма Ленина от 25 декабря 1922 и 4 января 1923).
В настоящее время в ЦК, и вообще в руководящих органах партии и государства, существуют три основных течения.
Первое течение – открыто правый уклон. Это течение складывается, в свою очередь, из двух групп: одна их них в своем оппортунизме и делячество в значительной мере отражает "хозяйственно-мощного" середняка-крестьянина, на него держит курс, его идеалами вдохновляется. Это группа тт. Рыкова, Смирнова А. П, Калинина, Г, Петровского, Чубаря, Каминского и других. Около них и в непосредственной близости к ним работают "беспартийные" Кондратьевы, Садырины, Чаяновы и другие "деловые" политики зажиточного крестьянства, более или менее открыто проповедующие устряловщину. … Другая группа, это – верхушка профсоюзов, держащая курс на наилучше оплачиваемый слой рабочих и служащих. Эта группа, в частности, характеризуется стремлением к сближению с амстердамцами. Она возглавляется тт. Томским, Мельничанским, Догадовым и другими. Между этими группами бывают трения, но обе они объединяются стремлением повернуть линию партии и государства направо как в международной, так и во внутренней политике; обе отличаются пренебрежением к теории ленинизма, тенденцией к отказу от тактики мировой революции.
Второе течение – аппаратно-"центристское". Эта группа имеет своими вождями тт. Сталина, Молотова, Угланова, Кагановича, Микояна, Кирова; это и есть теперешнее фактическое Политбюро. Бухарин, колеблясь в ту или в другую сторону, "обобщает" политику этой группы. Аппаратно-центристская группа, как таковая, менее всего отражает массовые настроения, но пытается, и не без успеха, подменить собою партию. Слой "управленцев" – в партии, профсоюзах, хозорганах, кооперации, госаппарате – насчитывает ныне десятки тысяч людей. .Среди этого слоя немало "рабочей" бюрократии – выходцев из рабочих, ныне оторвавшихся от рабочих масс. …
Но извращения политической линии и партийного режима, на другом полюсе, порождают многочисленный слой подлинной бюрократии.
Фактически власть этого слоя громадна. Именно этот слой "управленцев" требует "покоя", "деловой работы" – и всегда "против дискуссий". Именно этот слой склонен самодовольно объявлять (и даже иногда искренно считать), что у нас уже "почти социализм", что "девять десятых программы" социалистической революции мы уже якобы выполнили. Этот слой склонен "рассматривать сверху" всю партию, а тем более – неквалифицированных рабочих, безработных, батраков. Этот слой видит главного врага в левых, то есть в революционерах-ленинцах, и дает лозунг "огонь налево".
Пока что группы правой и "центра" сплачиваются общей враждой к оппозиции. Отсечение последней неизбежно ускорило бы борьбу между ними самими.
Третье течение, – так называемая оппозиция. Она представляет собою ленинское крыло партии. Жалкие попытки изобразить ее оппозицией справа (приписывание ей "социал-демократического уклона" и тому подобное) вызваны желанием замазать собственный оппортунизм. Оппозиция за единство партии. Свою собственную программу – "отсечение" – Сталин пускает в ход под фальшивым флагом, будто оппозиция хочет построить "вторую" партию. Оппозиция отвечает на это: единство ленинской ВКП (б) во что бы то ни стало. Платформа оппозиции изложена в настоящем документе. Рабочая часть партии и все подлинные ленинцы-большевики будут за нее.
Личные отходы от оппозиции неминуемы в той труднейшей обстановке, в которой оппозиции приходится бороться за дело Ленина. Отдельные личные перегруппировки в руководящей части всех трех течений еще будут, но они не меняют дела в основном.
XI. Все это, вместе взятое, создает кризис партии. Внутрипартийные разногласия со времени смерти Ленина все больше углубляются и охватывают все больший круг все более коренных вопросов.
Основным настроением партийной массы является стремление к единству. Нынешний режим, однако, мешает ей ясно понять, откуда угрожает действительная опасность единству. Вся же механика Сталина направлена на то, чтобы партийную массу в любом сколько-нибудь важном и остром вопросе ставить перед выбором: либо отказывайся от своих мнений, либо подпадай под обвинение в расколе.
Наша задача заключается в том, чтобы сохранить единство партии во что бы то ни стало, дать решительный отпор политике раскола, откола, исключений, отсечений и тому подобное – и в то же время обеспечить партии возможность свободно обсудить и разрешить все спорные вопросы в рамках единой партии.
Вскрывая ошибки и ненормальности в нынешнем положении партии, оппозиция глубоко уверена, что основная масса рабочей части партии сумеет, несмотря ни на что, вновь вывести партию на ленинскую дорогу. Помочь ей в этом и есть основная задача оппозиции».
Неправда ли все вышеперечисленное весьма и весьма серьезно? И это при том, что как написано в «Проекте платформы» «Внутрипартийные разногласия извращаются». Не верите? Тогда читайте дальше …
II
Вот, что написано в разделе «XI. О РАЗНОГЛАСИЯХ ДЕЙСТВИТЕЛЬНЫХ И МНИМЫХ» «Проекта платформы»: «Ничто не свидетельствует в такой мере о политической неправоте группы Сталина, как ее непрестанное стремление спорить не с нашими подлинными взглядами, а с выдуманными взглядами, которых мы никогда не разделяли и не разделяем. …
… и теперь мелкобуржуазный уклон в нашей собственной партии не может бороться с нашими ленинскими взглядами иначе, как приписывая нам то, чего мы никогда не думали и не говорили. Сталинская группа превосходно знает, что, если бы мы могли сколько-нибудь свободно защищать свои подлинные взгляды, громадное большинство членов нашей партии поддержало бы нас.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.