Королева красоты

© Виктор Васильевич Кабакин, 2022

ISBN 978-5-0056-8314-4

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Королева красоты

2

До дня проведения конкурса красоты оставалось немного времени, и его организаторы совсем сбились с ног. Сергей Корольков каждый вечер собирал группу, задействованную в подготовке мероприятия, и заставлял каждого отчитываться о проделанной за день работе. Совещания были короткими. Корольков не любил долгих заседаний. Но каждому давал высказаться. Вопросы рассматривал быстро и четко и требовал, чтобы принятые решения выполнялись беспрекословно, невзирая ни на какие обстоятельства. Это также был один из его деловых принципов, которого он придерживался неукоснительно.

Идея провести конкурс «Мисс путешествий», естественно, принадлежала ему. Победительницы впоследствии должны были сниматься в рекламных туристических проспектах и журналах на лучших российских и зарубежных курортах. Новизна дела всегда увлекала Сергея, и он с головой окунулся в него.

Акция широко рекламировалась, поэтому фотографии и письма претенденток на участие в конкурсе посыпались потоком. Сергей даже не предполагал, что столько девушек захотят стать «королевами красоты». Нужно было отобрать двадцать пять участниц на заключительный тур из десятков тысяч поступивших заявок. Он сам лично просмотрел несколько сотен.

Перебирая фотоснимки, Корольков размышлял о том, что красота хороша только в том случае, когда она индивидуальна. И еще, если она одушевлена. Многие девушки выглядели хорошенькими, были безупречно сложены, да и только. За их внешней привлекательностью не чувствовалось того особенного качества, глубинного содержания, без чего красота быстро блекла, переставала восприниматься и волновать. Сергей порой чувствовал разочарование: может, зря он связался с этим конкурсом.

Один портрет, правда, привлек его внимание. На первый взгляд, девушка не была эффектна. Но в ней отсутствовали обычное кокетство и напыщенное кукольное выражение, чем грешило большинство претенденток. Эта девушка не пыталась себя рисовать. Тонкая нежная шея, легкий поворот головы с короткой прической светлых волос и серьезные серо-голубые глаза, огромные, как озерки. Однако в них читалось то самое таинственное выражение, которое неизменно заставляет сердца мужчин биться сильнее, ощутить себя сильными, возбуждает у них желание оградить женщину от любых невзгод. В то же время во взоре незнакомки горел некий огонь вызова и упорства. В нем проступали одновременно сила и слабость, покорность и неукротимость – редкое и неотразимое сочетание, как правило, бьющее любого мужчину наповал.

На другой фотографии она была в белых брюках и небольшом топике, открывавшем полоску кожу выше пояса, и смотрела куда-то вдаль моря. Фотография явно любительская, слабая, но поза девушки не натянутая, естественная, а на лице опять-таки никакого намека на улыбку. Увы, она не выполнила условий просмотра и не прислала фотокарточку в купальном костюме. Да и по физическим параметрам не подпадала под стандарты, определенные устроителями конкурса.

Сначала Корольков положил ее фотографии в ящик, где лежали сотни изображений других кандидаток, не прошедших отборочный тур. Но через пару дней ему вдруг захотелось снова взглянуть на нее. Он вытащил фотоснимки и опять долго разглядывал незнакомку… Ах, эти глаза, глубокие озера, в которых не было дна! Потом усмехнулся: он может сделать так, что эта девочка из далекой провинции станет счастливой и известной. Удивительное и сладкое ощущение – чувствовать себя вершителем чьих-то судеб…

Другие члены жюри возражали, но он твердо настоял, чтобы данную девушку включили в число конкурсанток. И с нетерпением, удивлявшим его самого, стал ожидать ее приезда и появления на сцене.

…По всем признакам девушка должна была провалиться. Провинциализм сказывался во всем: в одежде, разговоре, походке, манере держаться. На предварительном просмотре она, сильно волнуясь, споткнулась и едва не упала. Держалась скованно, на вопросы отвечала плохо. Корольков, сидя в глубине зала и наблюдая за конкурсантками, был разочарован.

Вечером он поехал к знакомому фотографу Федору Гневатину, который был известен тем, что из всякого «лица» делал, как говорится, конфетку. Он мог «раскрыть» любого человека, к нему стояла очередь из фотомоделей и звезд эстрады и кино, а лучшие иллюстрированные журналы почитали за честь помещать выполненные им фотографии.

– Надо, чтобы ты из этой девушки сотворил нечто выдающееся, – сказал ему Корольков, протягивая фотографию.

Как настоящий специалист, знающий себе цену, Гневатин держался с достоинством. Он долго изучал снимок. Корольков видел по его лицу: стрела попала в цель. Художник оценил фактуру.

– Как скоро? – спросил Гневатин.

– Четыре дня срока, – пожал плечами Корольков.

– Я тебя умоляю, – присвистнул фотограф. – Ничего себе. Да ты с ума сошел. Знаешь, сколько у меня работы…

– Надо, Федя, надо.

Художник в задумчивости погладил себя по редким волосам, наморщил лоб, казавшийся широким из-за больших залысин, затем потрогал за усы, которые в сочетании с маленькими, чуть маслянистыми глазками делали его похожим на добродушного кота.

– Занятно, конечно, поработать с ней. Объект, похоже, неординарный. Хорошо, я возьмусь за нее. Только это тебе дорого обойдется.

– Договорились.

…Через несколько дней на очередном просмотре удивлению Королькова не было границ. Золушка действительно превратилась в принцессу. Он позвонил фотографу.

– Федор, ты – гений.

– Я это знаю, – закричал в трубку Гневатин. Он никогда по телефону не разговаривал спокойно. – Но и девочка талантлива. Схватывает налету. Далеко пойдет. Я ей сказал, что она должна почувствовать себя настоящей королевой. Она сразу все поняла. Но если ты, Сергей, имеешь на нее какие-то личные виды, предупреждаю, – пропадешь. Она из семейства вампиров.

– Брось, Федор, какие виды, – засмеялся Корольков.

– Кроме того, она по знаку Зодиака – Скорпион. Берегись, он подбирается незаметно, и никогда не знаешь, когда смертельно ужалит тебя…

– Откуда ты узнал, что она – Скорпион? – подозрительно спросил Корольков.

– Я всегда об этом интересуюсь у клиентов. Такая у меня тактика: для каждого знака своя программа и особый подход.

– Брось, Федор, нет у меня никаких личных интересов. Просто мною, как и тобой, движут чисто профессиональные, эстетические мотивы.

– Я тебя умоляю, – кричал фотограф. – Знаем мы вас, старого

ловеласа. Не первый год замужем. Однако мое дело – тебя предупредить. Кстати, я тоже не в накладе. Наделал массу ее фотографий. Чую, что через некоторое время они будут на вес золото. Ха-ха…

И он повесил трубку.

Анастасия Белогорцева – так звали девушку – попала в число финалисток, которые должны выступать на заключительном этапе. Вечером за день до последнего тура Королькову позвонил Андрей Степанин, который официально возглавлял конкурсное жюри. Выслушав председателя, Сергей почувствовал раздражение. Какие нелепые вопросы тот задает.

– Мы же договорились, что Белогорцева должна занять второе место. Нет, не первое и не третье. Меня не интересует, кто будет первой. Это вы решайте сами. Мне важно, чтобы она была второй. Да предупреди этого болтуна Махлеского, чтобы поменьше трепался. Иначе язык ему оторву. Что за сплетни он распускает про одну из участниц. Что за чушь? Ах, это он так пошутил. Скажи ему, что за такие шутки под суд можно пойти. За клевету. К тому же говорят, что он некоторым девушкам обещал содействие в выигрыше за определенные интимные услуги. Если узнаю, что кто-то в таких делах будет замечен, то расстанемся с ним навсегда. И, как говорится, без выходного пособия. Кого возьмем ведущим вместо Махлеского? Пригласим с телевидения Максима Уткина. Он, кстати, уже вел какой-то конкурс красоты. У него безупречная репутация, любимец публики. Вознаграждение, естественно, должно быть достойным его положения. За хорошие бабки он не откажется. Времени, говоришь, совсем не осталось. Ладно, я сам ему позвоню.

3

В Хургаде было плюс двадцать восемь. Прекрасная ноябрьская погода. Еще каких-то четыре часа назад Сергей Корольков в ожидании посадки на самолет ежился в Шереметьевском аэропорту от десятиградусного московского мороза, да еще с ветерком, а тут – настоящее лето, безоблачная синь неба, экзотические деревья, теплое море. Это всегда казалось маленьким чудом. Корольков не первый раз находился в Египте. Но если раньше приезжал сюда, в основном, по делам бизнеса, то сейчас прибыл частным образом, можно сказать, инкогнито, по обычной туристической путевке. В аэропорту его встретил представитель местной турфирмы и отвез в небольшой отель на берегу Красного моря.

Переодевшись, Сергей вышел на пляж. Он сразу увидел Настю Белогорцеву. Расстелив махровое полотенце на песке, она в одиночестве загорала на полупустынном пляже. Лицо ее было прикрыто куском легкой ткани. Сергей, направляясь к морю, специально прошел рядом с девушкой. Услышав шаги, она подняла ткань и искоса, правда, без особого любопытства взглянула на него. Она, похоже, не узнала Королькова. Да и откуда ей было его знать, если во время конкурса он постоянно старался держаться в тени.

По мнению местных жителей, море было холодным, всего каких-то двадцать три градуса. Сергей усмехнулся: им бы в наши подмосковные водоемы, тогда они бы поняли, что такое прохладная вода. Сотни ярких рыбок шарахнулись в сторону, когда Корольков входил в море. Надев купальные очки, он с наслаждением окунулся в воду и поплыл. Под ним находился водяной слой не менее трех метров, но красочное морское дно просматривалось отчетливо, вплоть до самых мелких камешков. Здесь были идеальные условия для подводного плавания. Через некоторое время Сергей опрокинулся на спину. Соленое море отлично держало тело. Широко расставив руки и ноги, он долго, словно на перине, лежал на водной поверхности.

Возвратившись на берег, Корольков снова прошел мимо Насти. И в этот раз она не обратила на него никакого внимания. Корольков усмехнулся: если бы девушка знала, благодаря какому стечению обстоятельств она оказалась здесь. А точнее, благодаря кому? Ладно, пусть считает, что добилась всего сама.

Будучи одной из победительниц конкурса, заняв на нем второе место, Белогорцева была награждена специальным призом – двухнедельной поездкой в Египет. Девушка почувствовала, будто попала в сказку. Роскошная обстановка, шикарная природа, беззаботное течение жизни, заинтересованные взгляды мужчин, предупредительные гиды и работники отеля, готовые, казалось, выполнять любое ее желание, – все это резко контрастировало со скучным существованием в маленьком заштатном городке в глубинке России, где у многих отсутствовала работа, где разговоры, в основном, велись вокруг того, выдадут вовремя или нет мизерную зарплату, которой никогда не хватало, а из развлечений была только надоевшая дискотека, репертуар которой давно набил оскомину…

Впереди было несколько чудесных дней и масса новых замечательных впечатлений. А дальше что? Там видно будет. Теперь Настя всем докажет, на что способна. Воли и энергии ей не занимать.

После обеда девушка, находясь в номере и предаваясь приятным мыслям, достала маникюрный набор и неторопливо занялась собой. Она с удовольствием вспоминала забавного араба-официанта, который, смешно мешая английские и русские слова, показывал ей, как надо открывать пакетик с кофе. Она мало что поняла из его исковерканной речи, но мило улыбнулась ему.

В номере зазвонил телефон, и администратор отеля вежливо напомнил Насте, что вечером за ней заедет автомобиль, чтобы отвезти в Каир.

…Мальчик в гостиничной униформе поднес ее чемодан к машине, стоявшей возле подъезда. В кабине она увидела знакомого гида по имени Али, который встречал ее в аэропорту, и еще одного мужчину в легком белом костюме, приветливо поздоровавшемся с ней. Ей показалось, что она его уже где-то видела. Он был значительно старше ее, седовласый, но, как отметила Настя, моложавый, спортивного вида и очень симпатичный. Али пояснил, что мужчина тоже направляется на экскурсию в Каир, и спросил, не возражает ли она, если он поедет с нею в одной машине. Она пожала плечами: нет, конечно.

Переезд в Каир длился всю ночь, и Настя, удобно устроившись в кресле, дремала. Сергей Корольков сидел рядом с ней и задумчиво смотрел на серую полосу шоссе, в середине которого сверкали огоньки, обозначая отраженным от фар светом разделительную полосу. Справа и слева была пустыня, и в темноте белый песок очень напоминал снег. Шоссе было безлюдным, и машина мчалась с огромной скоростью. Вдруг раздался сильный удар, и автомобиль резко затормозил. Перепуганная Настя спросонья схватила Королькова за руку. Водитель остановил машину и вышел на улицу.

– В чем дело? – спросил по-английски Корольков. – Какие-то

проблемы?

– Нет проблем, – успокоительно махнул рукой гид и смущенно

улыбнулся. – Лиса. Выбежала на дорогу…

Сергей недоумевал: никакой лисы он не видел. Скорее всего, шофер, утомленный однообразной дорогой, задремал на мгновение, и оказавшаяся без контроля машина, выскочив на обочину, ударилась о придорожный камень. Кажется, легко еще отделались.

Водитель снова двинулся в путь, сразу набрав огромную скорость. Здесь любят лихачить. Чтобы развеяться, он включил радио, и восточная заунывная музыка поплыла в салоне.

– По-моему, такая музыка скорее не развлечет, а усыпит кого

угодно, – засмеялась Настя.

– Европейца, может быть, – весело откликнулся гид. – Но только

не араба.

Водитель напевал себе под нос мелодию, доносившуюся из приемника. На поворотах автомобиль сильно заносило. Сергей наклонился к Насте.

– Положите голову мне на плечо, – шепнул он ей. – Вам так будет удобнее.

Она чуть подумала, вздохнула, затем доверчиво опустила голову на его плечо и закрыла глаза.

…В Каир они приехали под утро. Их сразу отвезли в отель. По просьбе Сергея ему предоставили номер, из окна которого виднелись пальмовые рощи и далекие пирамиды. В соседней комнате поселилась Настя. Гид сказал, что сразу после завтрака и небольшого отдыха состоится обзорная экскурсия по городу, а затем их повезут в национальный музей.

Сергей любил Египет и каждый раз испытывал почти мистическое чувство от прикосновения к седой старине, фактически к колыбели человечества. Сейчас ему доставляло огромное наслаждение наблюдать за Настей, которая с восторгом окунулась в пучину древних чудес. Широко раскрытыми глазами она взирала в Гизе на знаменитый сфинкс и могучие пирамиды.

– Боже, – с замиранием сердца восклицала Настя. – Я всегда

считала, что у пирамид гладкие стены. А у них такие высокие ступени. По ним, наверное, можно забраться до самого верха.

Она визжала от восторга, мчась на верблюде, и чуть не свалилась, так как нечаянно выпустила вожжи, когда животное по команде бедуина резко подломило ноги и опустилось на землю, чтобы она могла слезть. Стоило Сергею на миг отлучиться, как она притащила целый ворох разных сувениров: поддельных «древних» папирусов, картушей, амулетов, которые насовали ей мальчишки, крича, что это «презент», а затем потребовали от нее «бакшиш». Окруженная кричащими полуголыми мальчишками, девушка растерянно смотрела на Королькова, который, достав мелочь, стал расплачиваться за «подарки».

С горящим взором Настя изучала древние сокровища в Каирском музее. Со вниманием слушала истории о египетских фараонах. Особенно поразили ее рассказы гида о древней царице Хатшепсут, которая, отстранив от власти своего малолетнего родственника, сама царствовала в течение двадцати двух лет, покровительствуя искусству и архитектуре. И о красавице Нефертити – супруге фараона-реформатора Эхнатона, а после его смерти ставшей, по одной из версий, регентшей при малолетнем Тутанхамоне, чья богатая гробница благополучно добралась до наших дней.

– Это великие и бесстрашные женщины, – горячо говорила Настя, медленно прохаживаясь по музею и подолгу рассматривая портрет длинношеей загадочной Нефертити. – Они достигли самых высоких вершин, их влияние на мир было почти беспредельным. Им поклонялись, как богиням.

При посещении знаменитого Карнакского храма около священного озера Настя увидела, как группа женщин совершала странный обряд, обходя несколько раз камень-памятник в виде гигантского скарабея.

– Что они делают? – удивленно спросила Настя.

– Жук-скарабей, по верованию древних египтян, обладал

магической силой и являлся неизменным атрибутом таинств, – объяснил Сергей. – По преданию, если женщина сделает семь кругов вокруг камня, то будет счастлива в любви, родит здорового ребенка, и ее судьба сложится весьма благополучно.

Анастасия тут же старательно семь раз обошла камень.

От Асуанской плотины вниз по Нилу Корольков и Настя плыли на комфортабельном теплоходе «Леди Диана». Энергия, бьющая из Насти, ее неутомимость, какая-то ненасытимая жажда увидеть все – «как бы чего не пропустить» – поражали Королькова. Она почти не спала, вставала рано утром, чтобы выбежать на верхнюю палубу, искупаться в пустом бассейне, а потом, сидя в кресле, смотрела на убегающие берега, где жизнь, казалось, не менялась в течение нескольких тысячелетий. Сгорбленные крестьяне, орудовавшие на крошечных полях неизменной мотыгой, ослики, ходившие по кругу и подававшие в глиняных кувшинах воду из реки на поля, приземистые постройки, хижины из тростника, пальмы на берегу, а вдали отроги гор, – все дышало вечностью и привлекало ее внимание. Она не понимала тех туристов, которые во время стоянок теплохода не мчались на берег навстречу новым достопримечательностям и впечатлениям, а оставались загорать, лениво развалившись на палубе.

– Они что, сумасшедшие, – недоумевала она. – Загорать можно и дома. Но чтобы пропустить такое. – И она показывала рукой на великолепные останки очередного древнего храма. – Это – преступление.

В последний вечер путешествия на теплоходе был организован костюмированный карнавал. Настя, одетая в длинную оранжевую юбку, накинула на голову платок, закрыв нижнюю половину лица, совсем как женщины-мусульманки. Глаза ее сияли радостью, когда в полуосвещенном зале она, гибкая, как тростинка, лихо отплясывала с мужчинами в белых длинных одеяниях странные танцы – смесь современных и восточных движений, а Корольков, любуясь, снимал ее на видеокамеру. После каждого танца она подходила к нему, садилась, улыбаясь, и с наслаждением пила фруктовый сок или минеральную воду, которые разносили неприметные официанты…

Поздно ночью они направились в каюты.

– Совсем не хочется спать, – сказала возбужденная Настя. – Может, поболтаем о чем-нибудь.

Такое было уже не раз. Часто по вечерам Анастасия не в силах сдерживать эмоций, которые рвались у нее через край, горела желанием поделиться ими и приходила к Королькову. Они разговаривала чуть ли не до утра. Вот и сейчас, Сергей повернул ключ и распахнул двери своей каюты.

4

Все, вроде, шло так, как задумал Сергей. Он очень красиво и неординарно «охмурял» понравившуюся ему девушку. Медленно, исподволь он входил в ее мир, занимая в нем все большее место, и также неторопливо привязывал ее к себе.

В небольшой уютной каюте Сергей вытащил из бара-холодильника бутылку шампанского, фрукты, поставил их на стол. Они с Настей и раньше так сидели: в креслах напротив друг друга с бокалом вина в руках. Иногда Анастасия выкуривала сигарету. От избытка чувств и впечатлений, поясняла она. Она обычно не курила, но, как заметил Сергей, в ее сумке всегда были пачка сигарет и зажигалка. Так, на всякий случай.

Глядя сейчас на необычайно оживленную Настю, Корольков думал о том, что, возможно, именно сегодня между ними произойдет то, ради чего собственно им и был затеян весь этот долгий, необычный и такой заманчивый спектакль.