- -
- 100%
- +
Е. Абиль: – Надо отличать этническую историю от истории государства. История государства – это прежде всего история народов, которые населяют эту территорию. В историческое время территорию Казахстана населяли не только казахи. Можно писать о том, как эти народы воевали друг с другом. Но не лучше ли писать, как они находили формы совместного существования? О войнах писать и читать, конечно, интереснее. Потому, наверное, летописцы предпочитали больше писать о войнах, чем о мирной торговле между народами. Правда, при этом небольшие сражения у них превращались в эпические войны. Это общая тенденция, но к науке она никакого отношения не имеет.
– Но как быть обычному гражданину, когда политики так вольно обходятся с историческим материалом?
Е. Абиль: – Политические вопросы – всегда сегодняшние. Любое свое действие человек должен осознавать – как оно отразится на его личной жизни, на жизни его родных и близких людей. Сегодня и завтра. Я – историк, человек, обращенный в прошлое. Но жить прошлым нельзя. Его надо знать, его надо изучать – не больше. Опыт предшествующих поколений говорит, что прошлое нас, к сожалению, ничему не учит. Нам кажется, что учит, но мы продолжаем совершать те же ошибки. Жить нужно, исходя из сегодняшних реалий. И думать о будущем. Каким его видим не завтра, а через 20-30 лет. Высказывания политиков, а также интерпретацию их журналистами человек должен пропускать через личную судьбу. Если ему дела 300-летней давности (причем не факт, что они были в действительности) важнее сегодняшней жизни, то это его личный выбор. То, что простой обыватель читает историю, это хорошо. Но он не должен ее привносить в сегодняшнюю жизнь. Наши предки могли совершать ошибки, но это не значит, что сегодня кто-то за это должен отвечать.
В нашем обществе вопрос о государственности казахов и раньше обсуждался. Но не так болезненно. Сейчас сказался политический момент – кризис на Украине. В такой момент любое неосторожно сказанное слово политтехнологи могут использовать для того, чтобы взбудоражить общественность. То, что в последнее время существуют попытки сорвать интеграционный процесс, используя проблемы в российско-украинских отношениях, не секрет. Такие политики есть и в России, и в Казахстане.
Д. Легкий: – Трагедия Украины начиналась с учебников истории Украины, когда на первый план вышли тоталитаризм, геноцид, голодомор. В наших учебниках по истории Казахстана тоже есть аналогичные элементы. Типа – притеснение, экспансия… Упор делается на захват казахских земель. Субъективизм всегда присутствует. Но историкам нельзя огульно отрекаться от своего прошлого. И у русских, и у казахов, у всех народов Евразийского союза история была общая. В написании истории Казахстана нужно делать упор на позитив, на объединяющее начало.
«Наша газета», 16.10.2014
В поисках истины
Тема информационной безопасности Казахстана до последнего времени беспокоила только министерство, ведающее делами СМИ. После упразднения цензуры кто-то же должен беспокоиться о незамутненности мозгов граждан молодой суверенной республики.
С некоторых пор эта повестка дня стала злободневной и для экспертного сообщества. Политологи, социологи и представители медиаструктур обнаружили, что пропагандистская война вокруг кризиса на Украине вошла в наш дом и разделила общество. Выходит, что Казахстан беззащитен перед лицом любой информационной интервенции? Что делать?
Ответ на этот вопрос недавно попытались найти в исследовательском клубе «Аспандау». Тема дискуссии – «Информационная безопасность Казахстана: в поисках объективной истины». Казалось бы, вектору обсуждения придано нужное направление: информационную безопасность реально обеспечить не созданием барьеров от проникновения «вражеских голосов», а развенчанием пропагандисткой лжи объективной истиной. Но кто будет носителем «объективной истины»?
Выступивший с основным докладом владелец медиагруппы «Тан» Арманжан Байтасов посетовал, что основная масса казахстанцев из-за низкого качества отечественных телепередач предпочитает смотреть российские шоу-программы.
– И в этом – прямая опасность того, что мы отдали свое информационное пространство на откуп другому государству, – резюмирует Байтасов. – Я считаю, что это однозначно плохо.
По его оценке, если бы Казахстан сейчас находился в состоянии информационной войны, он бы ее проиграл. Для иллюстрации Байтасов сослался на односторонность освещения событий на Украине российскими и украинскими СМИ. Он считает: если бы казахстанские масс-медиа давали объективную информацию, не было бы такого раскола, который сейчас наблюдается в нашем обществе по поводу отношения к данному конфликту. И потому решил в своем «Тане» выпускать «объективные» новости.
Об этом Байтасов заявил в интервью сайту radiotochka.kz еще 9 сентября. Но будут ли эти новости свободны от субъективизма главы медиа- группы? Например, до конца ли он продумал свои оценки, заявив журналисту, что референдум о присоединении Крыма к России был «очень странным», и Казахстану в тот момент для вступления в Евразийский союз «нужно было чуть-чуть остановиться и подумать – а стоит ли нам сейчас идти на эти интеграционные процессы»? Байтасов не скрывает, что точного ответа на эти вопросы он не знает, но в своем «Тане» хочет демонстрировать объективность. Как? Так же, как высказался по поводу введения Россией эмбарго на импорт продовольственных товаров из стран Евросоюза?
– Мне кажется, что с правительством Казахстана и Белоруссии этот вопрос не согласовывали, – сказал Байтасов. – А если уж и согласовывали, то все равно россияне сделали по-своему. Но ведь мы единый Таможенный союз. Как быть Казахстану? Выходит, этот союз какой-то неравный?
Так ведь к этому времени руководство России уже заявило, что Казахстан и Беларусь не обязаны делать то же самое. А Байтасов все еще мучался этим вопросом.
Заявить о приверженности «объективной истине» легко, но попробуй найди ее в море шелухи из амбиций и предрассудков.
«Наша газета», 23.10.2014
Ответственность равная, интерес разный
23 октября на расширенном заседании совета Ассоциации выпускников и попечителей Костанайского госуниверситета шла речь о практико-ориентированном обучении. Участие в обсуждении акима Костанайской области, представителя министерства образования и науки, а также предпринимателей говорит об актуальности проблемы. Уровень практической подготовки выпускников вузов все чаще никого не удовлетворяет. Почему после долгих лет реформирования системы высшего образования проблему качественной подготовки специалистов до сих пор не решили?
Специальность получили, а работы нет
Точного критерия для оценки масштаба этой проблемы пока нет. О качестве практической подготовки выпускников вузов чаще слышно от работодателей. Судить о масштабе неудовлетворенности можно было бы, исходя из данных о трудоустройстве выпускников. И вузы такую статистику сейчас ведут. Правда, эти цифры доверия не вызывают.
Выпускники костанайских вузов рассказывают, что частенько администрация учебных заведений угрозой не выдать диплом заставляет предоставить справку о трудоустройстве. Как добыть такую справку, если работы еще нет – каждый выпускник решает сам. В дело идут связи родителей, отношения в организациях, где проходил практику.
Молодежное крыло партии «Нур Отан» недавно проводило в стране акцию «Чистая сессия». Из всех опрошенных 44% утверждают, что по окончании вуза либо их заставляют предоставить такую справку для отчета, либо они слышали о такой практике от других студентов.
По официальной статистике, за последние 5 лет костанайские вузы выпустили около 50 000 человек. Их них более 7 000 обучалось за счет государственных образовательных грантов. По данным вузов, после каждого выпуска трудоустроилось в среднем около 80% бывших студентов. Однако считать этот показатель истинным вряд ли можно по вышеназванной причине.
В разных источниках реальное трудоустройство выпускников казахстанских вузов оценивается в пределах 40-60%. Причем не факт, что все они работают по профессии, полученной в учебном заведении. Ведь даже у грантников, по оценке министерства образования и науки, только около 80% получают работу по профессии.
Устроиться на работу по специальности после вуза не так-то просто. В этом мы убедились, побывав на городской ярмарке вакансий, которая прошла на прошлой неделе в Костанае. Обратили внимание на двух молодых людей, которые ничего подходящего для себя на ярмарке не нашли. Они оказались выпускниками одного из местных учебных заведений, где в 2014 году получили специальность программиста. По их словам, все попытки найти работу пока неудачны. Говорят, некоторые их сокурсники уже ушли в торговлю.
– Наверное, у нас еще не так развита компьютеризация, чтобы программистам можно было найти работу, – подвел итог нашему разговору один из собеседников.
О том, что у нас «развито», а что «не очень», очевидно, можно было судить по перечню специалистов, которых работодатели готовы были купить» на этой ярмарке вакансий. Из 180 рабочих мест только на 5 требовались профессионалы с высшим образованием. На все остальные – рабочие. Тогда для кого вузы готовили 50 000 специалистов?
Технику нужно «пощупать»
На упомянутом заседании совета Ассоциации выпускников и попечителей КГУ аким Костанайской области Нуралы Садуакасов заявил, что потребность в специалистах возрастает в связи с реализацией государственной программы индустриально-инновационного развития Казахстана.
В качестве примера он сослался на дефицит ветеринарных врачей и зоотехников, который сдерживает развитие крупных животноводческих хозяйств в регионе. Без хорошей ветеринарной службы невозможно рассчитывать на разведение высокопроизводительных пород скота и расширение экспортных возможностей этой отрасли. Привел он и пример с местными машиностроителями. Японцы, запуская линию по сборке своего автомобиля, вынуждены были заменить на своих сотрудников весь персонал, занятый в процессе.
Как соединить потребность производства с тем «материалом», который предоставляют учебные заведения? До последнего времени производственники считали, что это забота учебных заведений и государства.
Мы поговорили с недавними выпускниками местных вузов Артуром Богдановым и Александром Анохиным. Они работают по полученной специальности – инженерами релейной защиты и автоматики филиала Сарбайских магистральных электрических сетей АО «KEGOK». На вопрос, что главнее в практической подготовке студента – умелый преподаватель или хорошая материальная база, оба твердо ответили: преподаватель.
– Оборудование на производстве новейшее и в нем быстро можно разобраться, если будет хорошая база знаний, – уточнил Богданов.
В качестве положительного примера назвали доцента Костанайского госуниверситета, кандидата технических наук Юрия Гладова, благодаря которому, по их оценке, они во многом и смогли овладеть полученной профессией.
А вот сам Юрий Гладов на проблему смотрит шире:
– Если говорить о подготовке инженерных кадров, то студенту нужно не только получить теоретические знания, но и пощупать своими руками технику, которая есть на производстве, поработать на ней в реальных условиях.
Сказать легко, а как эту банальную истину реализовать в жизни, когда в вузах ничего нет, кроме письменных столов и остатков давно устаревшей техники? Ведь будущему энергетику, например, до прихода на производство нужно научиться работать на оборудовании, которое находится под напряжением не только теоретически. В программе обучения практика на производстве предусмотрена, но кто там возьмет на себя ответственность, если у студента нет допуска к реально работающему электрооборудованию?
Сегодня такую формальную практику стали называть «зеленой». Почему? Единственное, что студенту могут доверить, например, на электрической подстанции, так это выкосить траву вокруг мощных электроустановок.
Доцент Гладов до прихода на преподавательскую работу более 30 лет работал в энергосистеме, поэтому прекрасно понимает важность практической подготовки будущих энергетиков. Когда работал в Костанайском инженерно-экономическом университете, построил там полигон с реально действующим электрооборудованием. Придя в КГУ, начал создавать лаборатории. Но вот в чем беда: на все это вузы денег не выделяли.
– Я использовал старые связи с руководителями предприятий, – вспоминает Гладов. – Они безвозмездно передали списанное оборудование. Мы со студентами все это смонтировали, и теперь у них есть возможность (причем под мою личную ответственность) работать на нем в реальных условиях. Эти лаборатории фактически стали тренажерами для будущих инженеров.
Этого оказалось мало. Чтобы студенческая практика на производстве была результативной, будущие энергетики должны иметь вышеупомянутый допуск. Официально установленные стандарты образования этого не предусматривают. Тогда Гладов придумал соревнования между студентами по профессиональным знаниями и навыкам, судит которые комиссия с участием представителей предприятий. Причем задания соответствуют требованиям Единого квалификационного справочника, что дает основания комиссии по итогам соревнований давать необходимые допуски для работы на электроустановках.
В комиссии, кстати, участвовали представители Сарбайских МЭС, куда на практику присылают будущих энергетиков.
– Это очень интересная форма, – сказал «НГ» начальник отдела метрологии измерительной системы филиала Сарбайской МЭС Михаил Солдатов. – Мы там сразу может оценить человека и берем себе на заметку.
– Тут проявляется общая заинтересованность, вот мы и сотрудничаем с вузом, – добавил начальник отдела релейной защиты и автоматики филиала Сарбайской МЭС Владимир Ковалев.
«Чувствуем себя недоученными»
Увы, преподавателей, подобных Юрию Гладову, в вузах не так много, чтобы ждать подобной инициативы в массовом порядке. Нужны изменения системного характера.
Участники заседания совета Ассоциации выпускников и попечителей КГУ приняли текст обращения, в котором прозвучал тезис о необходимости равной ответственности за практическое обучение студентов со стороны государства, образования и работодателей. Но словосочетание «равная ответственность» демонстрирует лишь принцип. Тем более что и само обращение носит декларативный характер. А для решения проблемы нужны конкретные меры .
Участвующий в заседании совета председатель Комитета по контролю в сфере образования и науки МОН РК Саят Нюсупов сообщил, что, согласно сделанному анализу, «все университеты страны недофинансировались с точки зрения потребности в современных лабораториях, технологических программах».
– Со следующего года министерство образования и науки планирует инвестировать средства туда, где будут подготовлены кадры, востребованные реальным сектором экономики, – сообщил Нюсупов.
Эти деньги будут получать только государственные учебные заведения. Но и им вряд ли хватит. Если, конечно, параллельно не будут приняты другие меры. Например, налаживание деловых контактов с компаниями, которые заинтересованы продавать вузам производимое ими современное оборудование не по рыночным ценам.
Конкретизации требуют и статусы бакалавра и магистра, которые сегодня присваиваются выпускникам. Именно с точки зрения привязки их к потребностями реального рынка труда. Будет ли это проявляться через растущую самостоятельность вузов в составлении обучающих программ, которую обещает МОН РК, или в чем-то другом – не принципиально.
Лишь бы помогло. Пока же выпускники признаются, что, обучаясь 4 года на бакалавра, они как инженеры чувствуют себя недоученными, а магистратура в этом отношении – «напрасно истраченное время».
Ориентироваться «на интерес»
Работодатели пока не высказывают особого желания участвовать в создании вузовских мастерских и лабораторий. Потому и ждать от них в этой сфере «равной ответственности» не реально. Выход в опоре на принцип, о котором говорил производственник Владимир Ковалев: «Все зависит от личного интереса». Верно для всех, начиная от студента и заканчивая работодателем.
В советское время государство растило кадры своими силами. Выпускнику давали статус молодого специалиста, и в течение трех лет производственники из него этого самого специалиста лепили. Под шефством опытных, под защитой закона.
Схема не идеальная, но свои положительные плоды она давала. Сейчас в этом месте образовался провал. Кто в рыночных условиях «залатает» эту дыру – пока не ясно. Вполне возможно, что процесс пойдет по линии «штучной» подготовки специалистов. Кто-то из работодателей будет учить за свой счет (взяв определенные обязательства с выпускника), кто- то сам придет в вуз, найдет перспективного студента и будет помогать ему в наработке практических навыков. Остальные пойдут по пути «общей образованности», поддерживая своим участием рабочие места для преподавателей.
«Наша газета», 30.10.2014
Армию реформируют?
Смену министра обороны РК можно назвать событием заурядным, если бы не личность нового руководителя этого ведомства. Любая силовая структура – всегда предмет особого внимания руководителя государства, однако в Казахстане министры обороны так часто смещались, что очередная передвижка могла остаться незамеченной. Ну разве что на нее обратили бы внимание только в связи с тем, что имя экс-министра Серика Ахметова «полоскали» в СМИ в связи с коррупционным скандалом в Караганде. Потому и его отставка казалась делом времени.
Так почему же именно Имангали Тасмагамбетова привели на пост министра обороны? Если сравнивать эту должность с предыдущей (аким Астаны), то это выглядит как понижение. Или же он устал от забот, связанных с устройством пафосных мероприятий по формированию международного имиджа Казахстана, и воспользовался возможностью сменить обстановку? А может, в стране назревают какие-то серьезные события, и у Назарбаева возникла необходимость во все места, где есть «человек с ружьем», поставить самых преданных людей?
Гадания экспертов продолжаются, каждая из выдвигаемых версий, наверное, имеет какое-то реальное основание. Но мало кто обращает внимание на главное: последние годы Тасмагамбетова ставят на те посты, где нужно решать не «глобальные» проблемы, а вполне конкретные вопросы. В правительстве и в Администрации президента он задерживался на 1-2 года. Но акимом Алматы был 4 года, акимом Астаны – 6 лет. И каждый из периодов его работы в столицах отмечался определенными подвижками.
Выходит, что и в министерство обороны Тасмагамбетова отрядили для решения вполне конкретных задач. Каких именно? Ведь одно дело, когда гражданский человек рулит городским хозяйством, и другое – военным ведомством? Очевидно, на данном этапе казахстанскому войску понадобился не столько человек с военными знаниями и боевым опытом, сколько хороший организатор. Да к тому же понимающий толк в политике. В этом смысле систему современной военной обороны должен выстраивать человек, который хорошо понимает политический смысл существования армии на огромной территории, границы которой практически беззащитны. Хотя угроза агрессии в существующих глобальных реалиях скорее возрастает, чем уменьшается.
Как бы ни относиться к вовлечению украинской армии в разрешение внутриполитического кризиса, но то, что она оказалась небоеспособной, это факт. Очевидно, этот опыт заставил руководство Казахстана и на свою армию посмотреть другими глазами. Увидели странную картину: за внешним парадным глянцем спряталась коррупционная ржавчина, разъевшая высший командный состав. Какие ценности в случае необходимости будет защищать такая армия?
Вполне возможно, что эти проблемы замечались и раньше, но армия до последнего времени оценивалась, скорее, не как реальная боевая сила, а лишь в качестве дорогостоящей игрушки. Под зонтиком ядерных держав иногда можно было позволить себе поиграть в учебные бои и красивые парады по большим праздникам. Когда-то с этим надо кончать. Скорее всего, Тасмагамбетов займется реформированием армии.
«Наша газета», 30.10.2014
Очередное «фи» Назарбаеву
Среди казахстанцев, озабоченных засилием российских СМИ на информационном пространстве своей страны, оказался и Сергей Дуванов. Свое негодование он выразил в статье «Кто угробил информационную независимость Казахстана», опубликованной в «Газете новостей».
Дуванов известен как яркий публицист, обладающий аналитическим даром, и уже только потому его мнение могло быть интересным для читающей публики. Однако его заточенность на критику Назарбаева настолько мешает глубоко анализировать обозначенную тему, что публикация воспринимается лишь как использование момента для очередного «фи» президенту. Если бы не один важный момент. Он в объяснении Дуванова, почему его так беспокоит влияние на сограждан российских СМИ:
– Благодаря сложившейся ситуации подавляющее большинство казахстанцев сегодня поддерживает Путина в его стремлении возрождения «русского мира», осуждает украинский Майдан, приветствует аннексию Крыма, плюется в сторону «гейропы» и видит в США главного врага человечества.
То есть уважаемый публицист обеспокоен не столько отсутствием у Казахстана информационной безопасности, сколько политикой Путина. А посему «уже десять лет пытается привлечь внимание к этой проблеме». Забыв, правда, что именно столько лет российский президент пытается спасти свою страну от распада. Та же угроза существовала и в Казахстане. Однако наш борец за очищение информационного пространства Казахстана от пропагандистского влияния авторитарной власти северного соседа думает о другом:
– Сегодняшняя информационная зависимость Казахстана от России на руку Назарбаеву. Нынешняя мощь российской пропагандистской машины объективно работает на укрепление его власти – это факт.
Я никогда не считал себя сторонником авторитаризма, поэтому очень внимательно присматривался к попыткам украинских политиков создать в своей стране либеральную политическую систему. Почему украинский опыт закончился гражданской войной, которая поставила страну на грань развала, разбираться нужно досконально. Пропагандистский шабаш, который иногда устраивают на российских телеканалах ангажированные журналисты, бывает далек от профессионализма, поэтому мне, как и Дуванову, это тоже не нравится. Для чистоты восприятия читаю в Интернете, как события подают украинские СМИ, и делаю выводы. И они-то как раз работают не в пользу либерализма.
Тогда возникает вопрос: причем здесь «информационная безопасность Казахстана», если никто из критиков «путинской политики» ничего вразумительного по поводу украинского кризиса сказать не может? Их приверженность правовым процедурам понятна, но чем руководствоваться, когда нормы повсеместно нарушаются? Наверное, выбором, которые делают сами граждане, определяя свою жизнь на ближайшую перспективу. Как и поступили жители Крыма, Донбасса и Луганщины. Почему все эти события так беспокоят казахстанцев – это не проблема «информационной безопасности Казахстана», а вопрос нашей длительной совместной жизни с россиянами и украинцами. Жизнь эта очень сложна, противоречива, а потому никогда не будет соответствовать рафинированным помыслам «биологических» демократов.
«Наша газета», 06.11.2014
Переходим к НЭПу
11 ноября президент РК Нурсултан Назарбаев на расширенном заседании политсовета партии «Нур Отан» объявил о новой экономической политике «Нурлы Жол», реализация которой начнется с 1 января 2015 года. Ее основные параметры будут предложены Парламенту в ежегодном Послании народу, с которым глава государства решил выступить раньше обычного.
– В целом замедляется экономический рост, прогнозы развития мировой экономики на 2014-й и последующие два года пересмотрены международным валютным фондом и всемирным банком в сторону понижения,– сказал глава Казахстана. – Поэтому нам необходимо оперативно пересмотреть некоторые позиции, также внести корректировки в планы на предстоящий период.
Руководство Казахстана намерено сделать экономический прорыв. Для этого в ближайшей трехлетке ежегодно в экономику будут «вбрасываться» по $3 млрд из Нацфонда. Не уйдут ли эти деньги «в песок», не растекутся ли они по счетам пронырливых людей?
– Созданная мною комиссия будет строго следить за эффективным расходованием средств и докладывать мне лично, – пообещал президент. – Спрос будет строгим за каждый тенге.
Стержнем НЭП Назарбаев назвал План инфраструктурного развития, рассчитанный на 5 лет. Его инвестиционный портфель составляет 6 трлн тенге. На эти деньги будет развиваться транспортная, индустриальная, энергетическая инфраструктуры, что должно привести к мультипликативному эффекту в экономике. Только на строительстве дорог ожидается создание 200 000 новых рабочих мест, есть надежда на оживление производства строительных материалов и развитие сферы услуг.