Не время для героев – 4

Глава 1 – Подготовка

(Конец весны 1078 года от Раскола)

С момента мятежа Харрана прошёл месяц. Месяца, за который Ялайское королевство продолжило меняться, хвала Богам – в лучшую сторону.

Казалось бы – я должен радоваться, но… Ничего подобного.

Я никак не мог выкинуть из головы Айрилен и её слова, услышанные мной во время проведения ритуала. Я вспоминал испуганные крики магессы вновь и вновь, каждый раз испытывая леденящий душу холод…

Ей было больно. Ей было страшно. Она хотела вернуться – и я был обязан помочь ей!

А потому Беренгар получил задание – как можно скорее отыскать способ вернуть Айрилен тело.

Я даже не предполагал, что владея такой мощью, как сейчас, имея все нужные ресурсы и огромное количество знаний Архивариуса, у Сейнорай с этим возникнут хоть какие-то проблемы – но они возникли.

Проведённые расчёты показали, что для переноса Айрилен требуется тело именно «светлого» мага уровнем не ниже Магистра. А под рукой, как назло, никаких светлых магов, кроме Изабель, не было.

Нет, само-собой, я не собирался использовать тело Изи для такой цели! К тому же – она была слабее, чем требовалось, и всё равно бы не выдержала энергоструктуру Айрилен… Мысль эта была хоть и ужасной – всё же проскочила у меня в голове. Но я вышвырнул её вон и сосредоточился на поиске другого варианта.

Можно было попробовать захватить какую-нибудь магессу на территории Империи – но и это не сулило ничего хорошего. Если подобное всплывёт – все усилия, пущенные мной на налаживание отношений с Империей, пойдут прахом. Да и… Уничтожать одну личность ради спасения другой…

Не таким человеком я был.

А потому после долгих обсуждений мы с Беренгаром пришли к выводу, что нужно пойти другим путём – вырастить для Айрилен новое тело и наделить его подходящими свойствами.

Звучало безумно, но я полагал, что раз это смог сделать Ирандер – значит, это возможно. И оказался прав – Сейнорай подтвердил, что вырастить новое человеческое тело с имеющимися возможностями замка и частицы Арканума получится без особых проблем. Требовалось лишь специальное оборудование, которое мы отыскали в лабораториях тёмного владыки, и время, сроком от одного до трёх месяцев.

Вот только инструкцию к оборудованию Ирандер нам не оставил. При доступе ко всем знаниям Беренгар никак не мог найти, как мой предшественник делал тела Творений пригодными для переноса в них энергостурктур магов. Учитель бился над решением этой проблемы, проводил какие-то собственные расчёты, но пока результатов не было.

Однако Сейнорай не отчаивался. Он пообещал, что найдёт решение, и я не сомневался в успехе – ведь разобраться в этом вопросе было, прежде всего, в интересах учителя. Кто, как не Беренгар мечтал получить новое тело? А опыт с Айрилен дал бы ему необходимые знания и уверенность, что всё получится.

Так что пока учитель трудился над моим заданием – я вновь сосредоточился на королевстве.

С тех пор как я осудил две сотни малефиков-предателей на центральной площади и якобы отправил их гнить в подземелья замка, новых восстаний или даже волнений не возникало. Армия, чья жизнь с введением свода законов значительно улучшилась, поддерживала меня полностью. Как и крестьяне с ремесленниками, впервые за сотни лет живущие без страха постоянных наказаний и сумасбродств чернокнижников.

Сами колдуны, увидев, как я поступил с мятежниками, присмирели даже без восстановленной «привязки» к перчатке Ирандера. Это было хорошо, конечно, но я не собирался повторять собственных ошибок, а потому на очередном собрании бывших сангаур прямо заявил, что в следующий раз тот, кто задумает против меня хоть какое-то зло – мигом окажется убит, даже находясь за сотни миль.

В качестве демонстрации я призвал в зал пятёрку успевших удрать из столицы чернокнижников-предателей, и заставил их мучительно умирать на глазах у собрания малефиков. Остальных мятежников (числом около сотни) я отыскал сразу после проведения ритуала и убил без сожаления. А этих оставил в живых для наглядной демонстрации.

К несчастью, призвать и убить самого главного мятежника, бородатого ублюдка Харрана мне не удалось… Эта скотина, по всей видимости, сбежала за пределы королевства – туда, куда сила частицы Арканума не дотягивалась. И помня слова Тайбель, я подозревал, что единственный из выживших Высших ещё доставит мне проблем…

Мне не нравилось то, что я делаю – но это был самый верный способ подкрепить свои слова. И судя по глазам присутствующих колдунов – они прекрасно меня поняли.

Конечно, было бы неплохо, чтобы даже мысль о свержении или нанесения вреда мне, каралась сразу, едва возникает в голове малефика, но… Было два камня преткновения.

Во-первых: мысли есть мысли. Они могут поменяться, они могут остаться лишь просто мыслями, и если убивать только за мелькнувший в голове образ – колдунов станет резко меньше. А оставаться без магической поддержки в случае вероятного нападения Империи – смерти подобно.

Во-вторых: я просто не знал, как это сделать. Магия такого порядка была куда тоньше, чем грубый ментализм «тёмных». И чтобы настроить подобную привязку, требовалось понимать, как работает частица Арканума, разбираться во всех её энергосплетениях и уметь их контролировать. А я, к своему прискорбию, сосредоточившись на делах королевства, стал уделять обучению магии очень мало времени…

Так что после подавления мятежа решил это исправить. Как показала схватка в Гарзуле – сам справиться с большим количеством врагов, обладающих Даром Аулэ, я не мог. А всё время полагаться на перчатку…

Я даже думать не хотел о том, что случится, если я поддамся её шёпоту и отголоски Зеал-Тора завладеют моим естеством…

Ежедневно на рассвете я выделял три колокола – один для медитаций, позволяющих лучше постигнуть собственную, вновь изменившуюся суть, и два – для практических занятий в оборудованном для таких целей зале под руководством Беренгара.

И эти занятия словно бы откинули меня в самое начало пути!

Нет, разумеется, всё то, что я научился делать за прошедшие полтора года, осталось со мной. Но та магия, в которую превратился мой собственный дар, уравновесивший свет и тьму, да ещё и смешанный с силой частицы Арканума, стала чем-то совершенно иным.

Её приходилось осваивать заново шаг за шагом, и делать это так же легко, как освоить умения Таскалора, у меня не получалось.

Если колдовство времён Академии и моей бытности солдатом было энергией Источника, которую приходилось силой воли и фантазией обращать в нужное проявление в реальном мире, то новое… Эта грань Дара Аулэ оказалась совсем не такой простой.

Оказывается то, чему обучали в Имперских школах и тёмных ковенах Ялайского королевства, те основы, которые до меня весь прошлый год доносил Беренгар – всё это оказалось лишь «верхним слоем» Источника и самого Дара Аулэ!

Словно у луковицы, стоило его снять, как стало видно – внутри есть гораздо – ГОРАЗДО! – больше граней! И они сильно отличались от того, что я видел, ощущал и умел.

Беренгар объяснил мне, что эти слои – ранги, которыми владели Сейнорай его мира и времени. И чем глубже ты проникал в суть Источника, чем больше слоёв снимал – тем сильнее становился. Всего, по словам учителя, таких слоёв у магов прошлого было семь, а за ними находилось Ядро. И тот, кто его осваивал, открывал для себя такие глубины магии, что мог поспорить силой с самими богами…

Разумеется, я не мог не спросить о том, был ли кто-то, кому удалось проникнуть так глубоко в тайны Дара Аулэ, но получил насмешливый ответ, что мне об этом думать рано. Сейчас передо мной лежал лишь первый слой, и чтобы его освоить, одних концентрации, воли и фантазии было недостаточно.

Теперь мне требовалось «договориться» с даром. С помощью регулярных медитаций попытаться пронизать им всё своё тело, впитать каждым органом, мышцей и костью, а затем распределить таким образом, чтобы энергокаркас тела получал равномерную и постоянную подпитку из Источника.

Но это было лишь самым первым шагом…

Беренгар сказал, что когда это произойдёт, я получу возможность создавать в своём энергокаркасе заготовки – взведённые арбалеты – и записывать в них определённые действия. Какие-то из них придёся возобновлять, а какие-то станут постоянными, и вот как раз это переведёт меня на совершенно новый уровень колдовства.

Мне не будет нужно представлять заклинания и каждый раз формировать их. Да, самые простые стихийные атаки, к примеру, мой разум даже сейчас проводил автоматически, и времени на них уходило совсем немного, но более сложное колдовство всегда требовало большего времени и размышлений о принципе его действия.

Но освоив новый уровень, я смогу заранее продумывать заклятия любой сложности, «заряжать» и хранить их в своём энергокаркасе – и это даст мне невероятное преимущество перед простыми колдунами!

От открывшихся перспектив у меня, честно говоря, закружилась голова. Но был один момент, который останавливал мою радость – на всё это требовалась прорва времени. А являясь владыкой Ялайского королевства, я был завален делами и просто не мог позволить себе целыми днями заниматься развитием дара. Вот и приходилось выкраивать каждую свободную для этого минуту.

А их у меня было не так уж и много. Если говорить прямо – времени катастрофически не хватало..

Даже после того, как мятеж оказался подавлен и я смог, наконец, сформировать хоть немного рабочий государственный аппарат, введя в него лояльных мне людей на разных уровнях – дел всё равно была прорва.

Сложности с финансовой системой из-за недостатка серебра и золота; магические твари, появившиеся зимой в приграничье, которое я решил превратить в сельскохозяйственные земли; моровое поветрие на побережье; недостаток опытных ремесленников и примитивное оборудование; регулярно обновляемый и переписываемый свод законов; просители и суды; ремонты и стройки; отсутствие нормальных дорог; заселение разорённого Гарзула, рядом с которым находились самые крупные железные шахты в стране; создание новых государственных структур вроде тайной службы, во главе которой встал капитан Кронос; и многое-многое другое…

Всё это требовало моего личного участия. Свалить проблемы на того же Советника, хорошо понимающего только военное дело, или Беренгара, не имеющего возможности «выбраться» за пределы замка, было просто невозможно – в таком случае всё стремительно катилось к хррашевой бабушке, и мне всё равно приходилось разгребать последствия самому.

А ведь был ещё один немаловажный момент…

Я всё также был должен оказать помощь Эльхану с урочищами. Найти подходящей информации о том, как можно соорудить амулеты, способные очистить заражённые магией древних кристаллов территории, Беренгару так и не удалось.

Сейнорай говорил, что у него есть мысли, как можно справиться с этой проблемой, но для этого мне требовалось лучше освоить процессы, происходящие в частице Арканума и собственный Дар, поэтому пока что и рассуждать было не о чем.

Чего уж говорить про обучение подобным вещам моих малефиков или шаманов Эльхана?

И тем не менее – я дал владыке кочевников слово, что помогу ему. Да, мы наладили с народом Дженгеров торговлю, и теперь обменивали металл на еду, но с тех пор, как я побывал в степях, прошло четыре месяца. И хоть благодаря дипломатическим письмам, получаемым кехару с каждым идущим из Ишшата кораблём, я знал, что зараза не распространяется, за последние два месяца Эльхан дважды спрашивал, есть ли подвижки в исследовании этого вопроса. И откладывать визит к своему единственному союзнику я больше не мог.

Правда, тратить целый месяц на путешествие туда-обратно и ещё невесть сколько времени на прогулки по степям мне было несподручно – а потому вместо кораблей я придумал другой способ перемещения…

* * *

– Ты шутишь?!

Сейран смотрит на меня, словно на сумасшедшего, а затем переводит восхищённый взгляд на кейласа.

– Ты правда предлагаешь мне… Объездить его?! Но это же чудовище! Он мне голову откусит!

Это забавно, но в голосе зеленоглазого мальчишки нет никакого испуга – скорее, предвкушение и восхищение.

Услышав это, я усмехаюсь про себя – ну а как ещё потомок великих наездников может отреагировать на предложение оседлать не простого скакуна, а опасную летающую тварь, способную за день покрыть почти восемь сотен лиг?

Разумеется, в смуглом младшем сыне Эльхана бурлит юношеское желание выделиться, показать себя, попробовать что-то новое – и совершенно отсутствует страх перед неизвестным. Он не испугался отправиться в другую страну, которая однажды обманула его народ, и стать добровольным заложником. Не испугался обучаться магии у тёмного колдуна и его странного слуги, не являющегося человеком. Не испугался демонстрации того, насколько жёстко молодой правитель Ялайского королевства карает предателей.

Так как ему – юноше, в чьей культуре верховая езда занимает место даже выше чем пища, секс, деньги и власть – остаётся реагировать на предложение объездить кейласа?

Только радостно, само собой.

– Не откусит, – усмехаюсь я. – Эти птички подчиняются мне напрямую. Они знают, что ты друг, и даже не подумают причинить тебе вред. Но совладать с их норовом придётся, Сей. В безвольных кукол я их не превращаю – тогда они теряют всякую полезность. Не летают быстро, не реагируют на команды, как надо… Становятся вялыми и сонными. Именно в контакте со всадником они проявляют все свои свойства. Даже я не понимаю до конца, как это происходит – они просто чувствуют того, кто на них летает…

Разумеется, перед тем, как предлагать своему гостю полёт до степей на опасном летуне, я заблаговременно объездил такого сам. Научиться этому оказалось сложнее, чем управлять лошадью, но имея опыт Архивариуса и мощь перчатки Ирандера, обуздать здоровенное чешуйчатое животное о четырёх когтистых лапах оказалось не так уж и сложно.

Система уздечек, стремян и рычагов, протянутых к крыльям кейласа, позволяет направлять его влево-вправо и регулировать высоту, а определённые команды давали твари понять, когда ускоряться или замедляться.

На самом деле это куда проще, чем я предполагал, но Сейрану я не вру – для меня до сих пор остаётся загадкой, как летунами управляли обожравшиеся ядовитыми грибами наездники, которые даже не всегда использовали сёдла.

И, тем не менее, несмотря на уверенность, что всё будет в порядке, я с лёгкой опаской наблюдаю за тем, как кехару подходит к огромной летающей твари с острейшими когтями и пастью, усеянной двумя рядами здоровенных зубов. В любой момент я готов усыпить кейласа или заставить его замереть, но как выясняется через несколько мгновений – этого не требуется.

Юноша, не испытывая ни намёка на страх, оказывается рядом с мордой кейласа, спрятанной в наморднике, гладит чешуйчатую кожу, чешет шею твари, что-то шепчет в небольшое острое ухо – и летун почти сразу же припадает не передние колени, чтобы новому наезднику было проще забраться в седло!

– Ялайский пепел! – выдыхаю я. – Быстрее, чем у меня получилось…

Кехару только смеётся:

– Я езжу на конях с четырёх лет, Хэл. Это почти тоже самое. Тем более, что ты сказал, что бояться нечего… Эта узда для набора высоты?

– Да.

– Тогда вперёд!

Я едва успеваю запрыгнуть на своего кейласа – так стремительно Сейран взмывает в небо! Мощный взмах крыльями, заставивший солдат, стоящих вокруг нас, отшатнуться – и парень оказывается в воздухе!

– Куда?! – рявкаю я ему, поравнявшись – ветер сразу же относит слова далеко и приходится орать. – Юг в другой стороне!

Вместо ответа я слышу лишь радостный вопль парня. Ветер развевает его волосы, на лице – выражение счастья и невероятного удовольствия. Поравнявшись, я вижу, как уверенно он держится в седле кейласа – проклятье, куда увереннее меня! – и, перекрикивая ветер, спрашиваю:

– Как тебе?!

– Это волшебство, Хэл! Как в старых легендах, ха-ха-ха!

– Только не грохнись, я тебя прошу!

– Никогда! – оскалившись в безумной улыбке, кехару вырывается вперёд, тянет поводья, нажимает на стремя – и его кейлас закладывает совершенно дикий вираж, крутнувшись вокруг своей оси…

* * *

Меньше суток в одну сторону, меньше суток в другую, и декада, за которую я пообщался с Эльханом и очистил ещё два урочища, пообещав правителю Дженгеров вернуться в следующем месяце – именно столько мне понадобилось, чтобы выполнить хотя бы часть обещания, данного правителю кочевников.

Он был доволен моим визитом – хоть слегка и шокирован тем способом, которым мы с его сыном прибыли в Ишшат. Как и все прочие ханы, и даже местные жители, которым удалось застать это зрелище. Полагаю, слухи о нашем визите ещё долго будут ходить по столице кочевников.

Кехару лично рассказал отцу, матери и брату, как ему живётся в Ялайском королевстве, продемонстрировал успехи в изучении магии иллюзий – на мой взгляд, они были не слишком впечатляющими, но по меркам местных шаманов – весьма и весьма…

Это порадовало Эльхана, и мы провели с ним несколько бесед о будущем парня. Я прямо заявил, что сдружился с парнем, и хотел бы продолжить его обучение. Нахар не был против – ему не было никакого смысла отказываться от такого щедрого предложения. Единственное, о чём он попросил – чтобы я не обучал кехару «тёмным» направлениям колдовства, даже если он сам этого попросит – и я дал ему обещание, что такого не случится.

Сейрану бы сначала стихии освоить, а уж об остальном будем думать позже…

В общем – второй визит к кочевникам прошёл удачно. Особенно если учитывать, что я оставил в одном из урочищ «маяк» для открытия портала… Просто на всякий случай.

По возвращении из земель кочевников всё продолжает налаживаться. Странное дело, но визит к Эльхану и сумасшедшие полёты на кейласах с Сейраном на короткое время заставляют меня забыть о невзгодах и проблемах, и я возвращаюсь в Ялайское королевство будто бы «заряженным».

В самом деле – в кои-то веки всё идёт хорошо!

Тело Айрилен постепенно растёт, Беренгар с огромной скоростью изучает гигантские бумажные библиотеки Ирандера, и даже Изабель ведёт себя так, как я совсем не ожидаю.

Моя бывшая подруга день за днём всё сильнее смягчается ко мне и даже позволяет себе случайные прикосновения, долгие взгляды и почти откровенные намёки на симпатию.

Хотя, возможно, я просто неправильно её понимаю? Девушки – сложные существа, но я рад, что она хотя бы больше не обвиняет меня в предательстве. Появляются мысли, что мы снова сможем стать друзьями…

Неужели, наконец-то, моя жизнь начинает налаживаться?

Глава 2 – Та, о ком я помню

Я постепенно обучаю людей на местах (да и сам параллельно учусь быть правителем), они всё больше проникаются новыми законами, свободой и ответственностью. Преступлений в королевстве почти не происходит, экономика медленно, но верно, налаживается. Даже школы, с которыми из-за отсутствия образованных простолюдинов поначалу возникли проблемы, начинают работать более-менее приемлемо, давая детям начальный уровень знаний.

Алхимические лаборатории производят нужные людям лекарства на основе украденных или просто купленных моими шпионами в Империи рецептами. Хвала Богам – нужные ингредиенты поставляет нахар, если их оказывается невозможно отыскать на землях королевства.

Теперь необходимый минимум пищи мы производим сами, возделывая плодородные почвы приграничья, а отправляемая Эльханом провизия дополнительно поддерживает страну. Войска переформировываются – магические отряды теперь смешаны с простыми вояками, я вместе со своими генералами, командирами и колдунами провожу постоянные учения и распределяю войска по стране так, чтобы и границы были усилены, и внутри королевства можно было перебрасывать их без проблем.

Колдовская система также претерпевает реформы. Высших больше нет. Все они оказались предателями, и это сословие я упразднил. Направляющие тоже расформированы, и теперь малефики поделены на несколько рангов. Самые одарённые стали Архимагами, средняков уровня Магистров я назвал Мастерами, остальных поделил на Старших и Младших магов.

Теперь с помощью Беренгара я разрабатывал для них новую методику обучения и проводил регулярные собрания в разных частях королевства, чтобы лучше понимать их нужды, выслушивать предложения и общаться с теми, кто до сих пор составляет основную силу моей армии. А также присматривался к тем, кого намеревался в будущем ввести в разные органы власти.

Самые лояльные колдуны получали земельные наделы и собственные поместья, на которых теперь трудились наёмные крестьяне. Те, кто предпочитал служить в опасных местах, борясь с разными тварями, появившимися в моих землях после зимы, зарабатывал больше золота чем те, кто просиживал штаны в гарнизонах. А те, кто хотел изучать и развивать магию – получили такую возможность в первом организованном в столице колдовском училище.

Да, пока что там развивали лишь «тёмные» направления магии – но я надеялся, что с новым поколением магов, первые из которых уже проявили дар этой зимой, получится поработать лично, и вылепить из них тех, кто владеет обеими сторонами Дара Аулэ…

Посольство Империи, каждую декаду отправляющее в Лавенгейский вал письма (проверяемые мной, разумеется) о том, что происходит в государстве, отмечало колоссальную работу, проделанную новым владыкой Ялайского королевства.

В общем – дела шли более-менее хорошо, и в кои-то веки я почувствовал редкое для себя спокойствие.

* * *

– Ты очень стараешься, – замечает Изабель во время одного из наших совместных обедов. – Народ вовсю восхваляет тебя. Я слышала, комитет по строительству сегодня рассматривал возможность постройки памятника в твою честь в столице, а на юге хотят открыть храм, посвящённый Сыну Ирандера. Не то, чтобы мне нравилось название – но такая любовь народа не может не внушать трепета…

Как глава посольства, моя бывшая подруга имеет такую привилегию – беседу с владыкой один на один. После того как вспыхнуло восстание, и я отправился на север подавлять его лично, отношение Изабель ко мне изменилось в лучшую сторону.

Конечно, я рад этому – но вместе с тем отмечаю и странности в поведение Златовласки.

Иногда она ведёт себя странно, и с чем это связать – с некомфортной обстановкой, свалившейся на неё ответственностью или ещё чем-то – я не знаю…

Да, она всё ещё является моей подругой. Да, я рад, что объяснился с ней. Да, мне приятно, что она, как посол, отмечает мои старания по изменению королевства и радуется успехам почти так же, как я.

Однако есть и тревожные “звоночки”.

Например то, с какой ревностью она смотрит на Иссель, с которой мы проводим довольно много времени вместе и обсуждаем дела её земельного комитета.

Девушки внешне похожи и, кажется, Изабель думает, что я нашёл себе для утех ялайку – ей на замену. И она сильно ошибается. Иссель привлекательна и умна, но я отношусь к ней так же, как и к большинству жителей своего королевства, разве что с большим уважением за её способности. Никаких чувств и влечения к девушке с двумя разными глазами – фиолетовым и ярко-зелёным – я не испытываю, и уж точно не собираюсь пользоваться своим положением, чтобы затащить её в койку.

Хотя бы потому что вижу, как она симпатизирует Тормунду, который всё чаще и чаще находит повод провести рядом с Иссель несколько лишних мгновений. И пусть это не слишком достойно с моей стороны – рано или поздно я собираюсь воспользоваться этой привязанностью здоровяка…

Или другой момент – то, как Изабель, при всей доброжелательности ко мне, относится к большинству моих подчинённых. Что к колдунам, что к дайнхаммелам, которые её охраняют, что к простолюдинам, она испытывает плохо скрываемое презрение…

Причём сначала этого заметно не было – Изи общалась с людьми, выезжала со мной в разные кварталы столицы на собрания и благотворительные марши. Но спустя несколько месяцев она перестала просить брать её на выезды – наоборот, начала держаться от моих людей подальше, словно они могли её запачкать.

Когда именно в ней произошло это изменение я не отследил, но факт остаётся фактом – мне такое поведение Изабель совсем не нравится.

Но и это не всё! Есть ещё одна, самая главная причина, по которой я понимаю, что прежних отношений у нас уже не будет – у меня просто не осталось к Златовласке тех чувств, которые я испытывал раньше. Я люблю её как подругу детства, но не более того. Её вины в этом нет, просто в присутствии Изи моё сердце больше не замирает – в отличие от воспоминаний об Айрилен.

О магессе я думаю постоянно с момента проведения ритуала «привязки» и того, как услышал её голос.

Вот и сейчас, сидя за длинным столом напротив Изабель, я пропускаю её последние слова мимо ушей.

– Прости, что ты сказала?