Разложение и духовность: Нравственный уровень биомассы

Ошибка Маслоу

Американский автор Абрахам Маслоу, основатель гуманистической психологии, придумал всем известную пирамиду потребностей. Он утверждал, что есть два типа потребностей: дефицитарные и бытийные. Дефицитарные (низшие) – это потребности в пище, безопасности, уважении, признании. Бытийные (высшие) – потребности в познании, творчестве, самореализации.

Маслоу считал, что высшие потребности «включаются» только после удовлетворения потребностей низших. А что на деле? А на деле ничего подобного!

В современном обществе низшие потребности у большинства не то, что удовлетворены, они переудовлетворены. И это самое большинство, по идее, должно переключиться на высшие потребности и стать высокодуховными суперлюдьми: гениями, героями и гуманистами, как мать Тереза. А в реальности большинство – это оболваненные рекламой и Интернетом потребители-нирванщики, которые хотят жрать, сношаться, покупать брендовые вещи и понтоваться ими в соцсетях. Ну и где тут бытийные потребности? Их нет!

Маслоу считал, что все люди имеют бытийные (высшие) потребности в себе, но это не так. В большинстве людей есть только низшие потребности. А чтобы появились высшие, во-первых, человек должен соприкоснуться с идеалом, или с ним произойти должно какое-то экстраординарное событие, которое вызовет сильный внутренний отклик и перевернёт душу. Во-вторых, должен произойти труд души, когда человек делает шаги к реализации внутреннего идеала. Только тогда сформируется высшая бытийная потребность.

Я называю такую высшую потребность «объектной ценностью» – то, что дорого независимо от удовольствия и выгоды, приверженность чему сохраняешь даже при дискомфорте и страдании. Деятельную приверженность, а не просто болтовню. Это императивный фактор внутренней мотивации, который побуждает человека к действиям и даёт энергию для них.

А от того, что индивид жрал, сношался и потреблял на всю катушку – никаких высших потребностей в нём не появится, только ещё больше захочет жрать и сношаться. Именно так живёт биомасса, безо всяких бытийных потребностей.

Практический идеализм

Слово «идеализм» из философии. Оно означает, что сознание первично, а материя вторична. Это – теоретический идеализм. Есть ещё лирический идеализм, эта всяческая поэзия, где обсасываются «высокие чувства». Общее в том, что ни теоретический, ни лирический идеализм ничего в нового в физическую реальность не привносят.

А практический идеализм привносит, на то он и практический. Что конкретно привносит – идеал. Практический идеализм – это духовно-нравственная позиция, которая главной задачей личности в мире считает воплощение идеала в физической реальности. Идеала, который зародился в душе, и человек с помощью своего разума и воли воплощает его в физическую реальность. Образно говоря, переносит из своей души в мир физический.

Чтобы идеал был идеальным, важно твоё внутреннее ощущение его идеальности, идеальности для тебя лично. А не рассудочные аргументы, обосновывающие ценность идеала. Они, конечно, могут быть, но они мало что значат, идеал является таковым не из-за аргументов и логики. И любой идеал можно с помощью грамотно подобранных аргументов обесценить. На это не надо вестись, иначе останешься без идеала в душе, с одними только финансово-половыми позывами. Именно так живёт биомасса.

Стоит отличать практический идеализм от пропаганды. Пропаганда тоже использует идеалы как средство манипулирования поведением. Идеалы при этом подходят любые – лишь бы работало, лишь бы пипл хавал и делал то, что от него требуется. Идеалы можно менять: сегодня один, завтра другой, в зависимости от конъюнктуры. Идеалы для пропаганды берутся из книжек, которые кто-то написал. С помощью идеалов пропаганда сгоняет индивидов в стадо, запускает в них сильные эмоции, иногда героического характера, и гонит на амбразуры пулемётов.

Когда я говорю о практическом идеализме, всё не как в пропаганде:

– идеал зарождается в душе конкретного человека, он аутентичный и не привносится извне;

– идеал, зародившийся и окристаллизовавшийся в человеке – конкретный и незаменимый, а не «сегодня один, завтра другой»;

– идеал никуда не гонит принудительно, образно говоря, это огонь духа, который светит во тьме, но булками шевелить приходится самому.

Эти моменты важно понимать. А на пропаганду вестись не стоит, ни на какую.

Три проявления идеализма

Есть три проявления идеализма: гениальность, героизм и гуманизм.

1. Гениальность – это про творчество и инновации. Не в смысле мазюкать красками для удовольствия и со скоростью пулемёта постить рилсы для накачивания лайков. А инновационное творчество, когда прокладываешь дорогу по нехоженной целине. Решение проблем, не надуманных, а реальных и болезненных, которые просто не дают жить. То есть инновация. В науке, искусстве, бизнесе лучший из лучших – это инноватор, и он вне конкуренции.

Такая деятельность требует сверхусилий, ведь нужно превзойти стандартный уровень, и нет гарантии, что дело выгорит.

2. Героизм – это про подвиг и самоотверженность. Он связан с риском, и часто с постановкой на кон самого ценного – своей жизни. Причём опять-таки без каких-либо гарантий. Тот, кто бросается совершать подвиг, может погибнуть, а задуманного результата не достигнет…

3. Гуманизм – это про деятельное сострадание и человечность. Про то, чтобы уменьшать количество страданий в мире. Космисты писали про страдания атома, буддисты – про тотальное страдание. У Ивана Ефремова в «Туманности Андромеды» была Академия горя и радости, у него же в «Лезвии бритвы» – тетрадка добрых дел. Гурджиев писал, что духовный рост начинается с добровольного страдания. В общем, страдание – это не то, чего следует избегать.

Хочешь заслуживать гордое звание Человека с большой буквы – борись со страданием животных, людей. Конкретно – чьих страданий? Конкретно – как ты их уменьшаешь? Конкретика, а не красивая корпоративная миссия типа «помогаем быть на связи» как у какого-нибудь МТС. Масштаб при этом вторичен.

Именно это: творчество, подвиг и деятельное сострадание, – и есть три проявления практического идеализма. Три «Г» – легко запомнить. Это ответ на вопрос, какой скилл прокачивать, чтобы быть человеком. Когда твоё существование будет иметь смысл не просто для тебя, а для Вселенной.

Драма и огонь духа

Огонь духа – это как топливо для ракеты. Можно склепать крутую ракету, с суперкомпьютерами и системами пожизненного обеспечения. Но если нет топлива, ракета никуда не полетит. Как и машина, даже самый раскрутанский Майбах или напальцованный Роллс-Ройс, без бензина не поедет. Он будет просто стоять и всё, и на него будут гадить птички, если стоять будет не в гараже.

Так же с идеалами. Самые замечательные и прекрасные идеалы, они могут быть сформулированы, могут быть записаны в книгах… Но если нет огня духа в конкретном человеке, если нет страсти воплотить идеал в физической реальности, они останутся просто красивыми словами и образами. Которые приятно бывает почитать, освежить в памяти, и поставить обратно на полку.

Откуда берётся огонь духа? Из противоречия! Из драматической напряжённости между тем, что есть, и идеалом, о котором человек знает и мечтает. Драма – это основа театрального искусства. Это конфликт противоположностей, приводящий к развитию событий. Это энергия для борьбы и движения вперёд.

Есть два момента:

– внутренний конфликт – это не слишком приятное переживание, дискомфортное, а зачастую травмирующее;

– борьба и движение вперёд – это сложно, ведь нужно прилагать усилия и сверхусилия, и можно огрести нехило.

Поэтому биомасса внутренний конфликт устраняет:

1. С помощью психических защит личности:

– вытеснение, чтобы «забыть» недоступное;

– рационализация, чтобы его обесценить;

– замещение, чтобы подменить недоступное доступным.

2. С помощью «психотерапевтов».

Они ведь спецы по нейтрализации внутриличностных конфликтов. Психотерапевты направо и налево используют вышеназванные механизмы психической защиты. Где-то я читал, что «психотерапевты» восстанавливают психические защиты личности, чтобы работали исправно и «гасили» внутриличностные конфликты.

Примечательно то, что внутриличностный конфликт считается «патологией» в любом случае, независимо от содержания и сути конкретного конфликта.

3. С помощью химии.

У Оруэлла в романе «Дивный новый мир» была такая поговорка: «Выпей сомы грамм – нету больше драм». Сома – это такой напиток, вроде легального наркотика. Современная биомасса эффективно использует для гашения драмы алкоголь. А у кого совсем плохи дела – те пьют антидепрессанты, вот как я, например.

Устранение внутренних конфликтов позволяет индивиду погрузиться в нирвану, и ощутить себя «счастливым». Правда, есть незадача – в нирване сидеть скучно. И чтобы избавиться от скуки, биомасса смотрит драму в кино. Или как вариант – в компьютерных играх. Масса сопереживает и устраняет ощущение скуки.

Так они и живут:

– никчёмная реальная жизнь без страсти и драмы;

– героизм и любовь на экране.

Большинство индивидов живут без драмы, а отдельных личностей, которые реально живут «с драмой», называют психами. Биомасса считает, что высшая мудрость – принять то, что есть, и с этим смириться. И понятно, что у таких особей никакого огня духа нет.

Ведь огонь духа появляется вместе с внутренним протестом и неприятием того, что есть. Потому что ты внутри себя знаешь, что может быть и по-другому. И даже примерно представляешь, как.

Этот протест является энергией, с которой можно по-разному поступить.

1. Можно эту энергию заглушить алкоголем.

2. Можно пойти к психотерапевту и её разрядить.

3. Огонь духа гасится болтовнёй.

4. Погружением в бытовуху и рутину, когда человек в них погрязает, и они начинают казаться ему важными.

5. Огонь духа гасится конфликтами из-за мелочей. Ловите себя на тех моментах, когда какая-то мелочевка ценой в 200–300 рублей занимает ваше внимание, и вы тратите час или два на то, чтобы ситуацию ценой в 300 рублей решить в свою пользу. Писать сообщения в службу поддержки, добиваться справедливости по мелочёвке… Ловите себя на этом и останавливайте, потому что огонь духа дороже.

Если методично гасить в себе огонь духа, никаких идеалов не воплотишь. Топлива не будет. А можно этот огонь духа в себе беречь, биомассе его не показывать, чтобы не загасили. Понять, в чём твоя объектная ценность, в чём твой идеал, который ты хочешь в физической реальности воплотить, и с помощью этой энергии постараться его реализовать.

Добровольное страдание

Российский автор-эзотерик Георгий Гуржиев в книге «Рассказы Вельзевула своему внуку» написал, что духовный рост начинается с добровольного страдания. На первый взгляд, звучит очень странно. Это как в анекдоте про муравья-мазохиста, который себе бьёт молотком по яйцам и кайфует, когда промахивается? Где же здесь духовный рост? Хотя некоторые авторы пишут, что страдание, если оно не чрезмерное, является духовного развития человека, образно говоря «учителем». Об этом, например, Иван Ефремов писал.

Я не знаю точно, что имел в виду Гурджиев. Но его идея о «добровольном страдании как условии духовного роста» мне импонирует. Я эту идею понимаю вот так.

Человек может испытывать два вида страдания.

Первый вид, вынужденное и неизбежное страдание, причиняет социум. Во-первых, социальный режим, под который человек вынужден подстраиваться, ломая себя. Во-вторых, чтобы жить в социуме, человеку приходится постоянно практиковать самоподавление и самопринуждение. Давить в себе внутренний протест и через силу заставлять себя делать то, чего не хочется. Это всё страдание вынужденное, так как социум заставляет, и неизбежное, потому что отказаться от него практически невозможно – с голоду сдохнешь.

Второй вид – добровольное и необязательное страдание. Это дискомфорт разного характера, который неизбежно возникает при движении человека к сверхнормативной Мечте, к аутентичной объектной ценности. Ценность может быть в формате дела, идеи или конкретного человека (в смысле односторонней любви как ценностного отношения к другому). Сверхнормативная мечта инновационна, нет гарантий реализации, а это вызывает тревогу и страх – то есть страдание. То, что инновационно – масса не одобряет, она давит и прессует инноватора, чтобы от Мечты отказался – тоже страдание. В случае односторонней любви потребности фрустрированы, масса осуждает что «псих-маньяк» – опять страдание.

От таких страданий можно отказаться путём обесценивания объектной ценности и Мечты. Раз это приносит мне дискомфорт, значит, это мне не нужно, а боженька подаёт сигнал «откажись». Ну раз так, значит чик – и отрезал. Биомасса так и живёт, всё что вызывает дискомфорт, биомасса обесценивает.

Но есть такие вещи, которых не достигнешь без дискомфорта. Пробежать марафонскую дистанцию, в космос полететь, рукопашный бой с врагами выиграть, на Эверест залезть, суперкорпорацию создать, накачать мускулы как у Шварценеггера… Ничего такого не сделаешь, если молишься на комфорт, а страдания боишься. Только через дискомфорт и страдания можно прийти к выдающимся сверхнормативным результатам.

Идею Гурджиева вполне можно понимать в таком ключе. Когда человек идёт к Мечте, он выносит страдание, и при этом крепнет духом (становится более стойким), а огонь духа в нём разгорается сильнее. Вот вам и духовное развитие.

А биомасса педалирует одно утопическое представление, что якобы можно духовно развиваться с комфортом. Эта идея транслируется во всяческих позитивненьких роликах, которыми наполнены соцсети. Изображают, что я тут, значит, в комфорте-шоколаде, гармонии с социумом и самим собой, окружение меня принимает-поддерживает, и я развиваюсь на полном газу.

Но что это за «развитие» такое. На 99% это поглощение информации, типа книг на злободневные темы и всяческих «тренингов успеха». Плюс бесконечные поездки по заморским странам, и прочая гонка за впечатлениями. Или прокачка своей тушки в тренажёрном зале, чтобы особи противоположного пола хотели и давали. Вот что биомасса называет развитием.

Я говорю про развитие совершенно в другом смысле. Развитие – это деятельное воплощение в мир идеала, который зародился в вашей душе. И здесь с неизбежностью будет дискомфорт. Не просто временный выход из зоны комфорта, а дискомфорт постоянный. Потому что на пути к Мечте придётся преодолевать сопротивление социальной среды, совершать сверхусилия и действовать без гарантий. А это всё – дискомфорт.

И нужно зарубить себе на носу, что подлинное духовное развитие в комфорте невозможно. Это утопия. Либо нирвана, либо духовный рост – без вариантов.

Одиночество и самобытность

Каждой бабе по мужику, каждому мужику по бутылке водки

(В. Жириновский)

Человеку нужен человек

(к/ф «Солярис»)

Человеку нужны Любовь, Свобода, Природа, Красота и Правда

(А. Грин «Серый автомобиль)

Если под духовным развитием понимать зарождение идеала в душе и формирование императивного фактора внутренней мотивации (объектная ценность), который побуждает воплощать этот идеал в физической реальности, необходимым условием является дистанцирование от социальной массы. Одиночество – это один из ключевых моментов духовного развития, его необходимое условие.

Почему? Потому что, когда человек окружен окружением и с ним взаимодействует, это самое окружение императивно определяет, как человек будет думать, что он будет чувствовать и чего хотеть. Индивидуальные различия допускаются, но в узких пределах. Если человек отклоняется от стандарта, окружение начинает посылать сигналы неодобрения, это дискомфортно, и человек возвращается к стандарту, чтобы вернуть одобрение.