Путешествие Джорджа во времени. Встреча с динозаврами

Было далеко за полночь, когда шофер большегрузного вольво Сайрус Смит решил остановить свою машину. Стояла одуряющая июньская жара, нестерпимо пахло ароматом трав, в темноте ночи громко стрекотали кузнечики, очевидно, подзывая своих подруг.

– А ничего была вчера Роза, – осклабясь в пьяной ухмылке, подумал он, – вот только ноги у неё немного тонковаты.

Сайрус Смит неторопливо подошёл к заднему колесу своей машины и расстегнул ширинку, намереваясь, таким образом ослабить содержимое своего желудка, который переполняло более 5 литров крепкого пива.

Внезапно бархатную темноту ночи прорезал ослепительно белый столб света. Он шёл сверху, абсолютно перпендикулярно земле. Начало его терялось в сияющих звездных высотах, конец упирался в землю, образуя идеально правильный круг метров двадцать в диаметре. От него не слышалось никакого, пусть даже самого слабого гудения.

Сайрус Смит оторопел. Так продолжалось несколько секунд. Затем столб исчез. Но то, что затем увидел Сайрус, поразило его ещё больше. На месте, где только что было ослепительное световое пятно, лежал мужчина. Он был абсолютно голый и слабо стонал. От его тела исходило такое же ослепительно белое сияние.

– Свят-свят! – оторопел Сайрус, – Чур, меня, изыди нечистая.

В ответ мужчина перевернулся на бок и застонал сильнее. Хмель мигом выветрился из головы Сайруса. Не помня себя, он добежал до кабины своего большегрузного вольво и включил зажигание.

******************************************************************

Одинокий свет фар выхватил из темноты массивные кованые ворота, какого – то замка.

– Эй! Люди! – закричал во всю свою крепкую глотку насмерть перепуганный Сайрус Смит, – Эй, люди крикнул он ещё раз, – Есть ли кто живой.

На его крик показалось сонное лицо охранника. Он зевнул и направил луч своего фонаря прямо на Сайруса Смита.

– Сэр! – строго сказал он, – Вы находитесь в частном владении, поэтому предъявите ваши документы.

Сайрус Смит полез в нагрудный карман. Охранник внимательно просмотрел документы, ещё раз осветил фонариком лицо Смиту и вернул их ему.

– А теперь объясните мне, мистер Смит, что заставило вас в два часа ночи орать, как бык на бойне, и вторгаться в частное владение, но прежде застегните ширинку.

– Там, там, там, – заикаясь от волнения, и, хватая воздух широко открытым ртом, только и мог проговорить Смит.

Всё таки через пятнадцать минут настойчивых расспросов охраннику удалось, наконец, узнать в чем дело. И он вместе с перепуганным Сайрусом, у которого всё ещё тряслись руки, выехал к месту происшествия.

Свечение, исходившее от тела, уже давно погасло, и охраннику вместе со Смитом стоило немалых трудов отыскать таинственного незнакомца.

– Так вы утверждаете, – спросил охранник, внимательно вглядываясь в голое тело, что он упал с неба прямо на землю.

– Не упал сэр, а именно возник, – заискивающим тоном проговорил Сайрус Смит, – если бы он упал, то я бы, наверное, слышал какой – то шум. А так ничего.

– Сильные ссадины и кровоподтёки, – быстро отметил профессиональным взглядом охранник, – к тому же повреждён череп. Судя по характеру раны, удар был нанесён острым предметом, и наносили его сзади.

Охранник задумчиво погасил фонарь. Ладно, кидай этого парня в машину, доедем до замка, а там разберёмся.

Через несколько минут большегрузный вольво подъехал к воротам замка. Охранник торопливо выскочил из машины и побежал докладывать обо всём случившемуся старшему по дежурству.

– Да пошли ты его подальше, – отвлекаясь от рассматривания Playboy, – ответил он ему. Напился он, вот и мерещится ему всякое. Составь протокол, возьми штраф, да и пусть едет дальше на своей колымаге.

Сайруса Смита со всех сторон обступили скучающие крепкие парни.

– Так ты говоришь, что этот парень упал с неба?

– Да не упал, а именно возник, – вполне освоившись с обстановкой задиристо отвечал Сайрус, – Значит, дело было так. Я подошёл к заднему колесу и хотел…

Дружный гогот десятка крепких глоток прервал его рассказ.

На шум вышел полковник Джеймс.

– А у вас тут весело, ребята, – недовольным тоном проговорил он, – в чём дело?

– Да, вот тут, сэр, – проговорил один из охранников, – голого парня привезли, водитель утверждает, что он свалился с неба.

Полковник Джеймс взглянул на беспомощно распростертое тело, лежащее на кровати, и у него начали медленно подкашиваться ноги.

– Что с вами, сэр! – подскочил испуганный охранник.

– Ничего, ничего это сейчас пройдёт, – силясь улыбнуться, ответил он, – пройдёт, пройдёт, – повторил он и, чтобы не упасть, тяжело сел на стул, подставленным одним из охранников. В распростертом теле он узнал Джорджа.

– Значит, этот парень вернулся! – стучала в его голове пронзительная мысль, – побывал ТАМ и вернулся. – Кто его нашёл? – слабым голосом спросил он.

– Я, сэр, – услужливо подскочил Сайрус Смит.

– Всё свободны, – постепенно приходя в себя, сказал полковник Джеймс, – парня накормить, оказать первую медицинскую помощь и не спускать с него глаз, – а вам, сэр?

– Сайрус Смит, сэр, – угодливо ответил Сайрус Смит, – а вам сэр Сайрус Смит придётся пройти со мной.

– Да я ничего и не делал, сэр, – заканючил он.

– Всего лишь некоторые необходимые формальности, – сухо ответил ему полковник Джеймс, – мы составим протокол и вас отпустим.

Пройдя в свой кабинет, он устало опустился на кресло. Рядышком на стуле осторожно примостился Сайрус Смит. Некоторое время полковник Джеймс сидел, полуприкрыв глаза. – Значит, он вернулся, вернулся, – продолжала свербеть его мозг настойчивая мысль, – побывал ТАМ и вернулся. Невероятно.

Он достал лист бумаги и ручку.

– Расскажите, пожалуйста, сэр Сайрус Смит, как всё это произошло?

– Значит так, сэр, – начал он рассказ, – Вчера в одном из придорожных кабачков я выпил больше пяти литров Red Bulla. А вы знаете, сэр, что эта наивкуснейшая, наиприятнейшая из всех жидкостей через некоторое время начинает давить на весь ваш организм и особенно на почки. И вот когда давление стало уж совсем нестерпимым, я остановил свою машину и подошёл к заднему колесу чтобы…

– Дальше можете не продолжать, – поморщился полковник Джеймс, – больше его никто не видел кроме вас? – спросил он, внимательно всматриваясь в лицо Сайрусу Смиту.

– Клянусь вам, сэр, никто, – горячо заговорил он, прижимая свои большие красные ладони к груди.

– Можете ехать, закончив расспросы, сказал полковник Джеймс, – только распишитесь, пожалуйста, в протоколе.

– Сильная степень опьянения, – прочёл Сайрус Смит, – штраф 20 долларов.

– Да я же ничего и не пил, сэр, кроме этого проклятого пива, – обиженно засопел Сайрус Смит.

– Хорошо, – пожал плечами Джеймс, – тогда вам придётся остаться здесь до утра, до выяснения всех обстоятельств, мы вынуждены будем сообщить вашему начальству…

– Только не начальству, – испуганно проговорил Сайрус Смит, – только не начальству. Где мне расписаться сэр? – торопливо спросил он.

– Вот здесь, и вот здесь, – указал полковник Джеймс.

Торопливо расписавшись, и заплатив штраф, он стремительно вышел из кабинета.

– Эй! Сайрус! – Расскажи-ка ещё раз, как ты нашёл этого красавчика, – окликнули его охранники.

– А идите вы все, – огрызнулся Сайрус Смит.

Взревев всем своим четырёхсот сильным двигателем, вольво быстро начал набирать скорость, и через минуту его красные огоньки исчезли в бархатной тишине ночи.

– Значит, он вернулся, вернулся, – продолжал рассуждать полковник, задумчиво шагая по кабинету, – побывал ТАМ и вернулся. Но как это произошло? Неужели возник из света, как говорил этот пьяный шофёр. Просто невероятно! Шофёру вряд ли кто поверит, я так составил протокол, что его можно не опасаться.

Он взглянул на часы, – без пяти три, Хъюз, небось, спит сном праведника. Пойти, что ли разбудить его»?!

Полковник Джеймс, отхлебнув немного виски для храбрости, направился к Хъюзу.

– Хъюз, эй Хъюз! – да проснись же ты! – Полковник Джеймс начал тормошить его.

Хъюз перевернулся на другой бок и сладко засопел.

– Хьюз! – громко и отчётливо сказал полковник Джеймс, – Джордж вернулся.

– Какой Джордж? – так же громко и отчётливо ответил Хьюз, как будто и не он всего лишь несколько минут назад спал сладким сном.

– Помнишь того парня, которого ты тогда отправил к первым людям, и которого мы все считали давно погибшим? Так вот, сегодня ночью, на него наткнулся какой-то пьяный шофёр. Он утверждает, что Джордж возник из столба пламени.

– Не пламени, а света, – поправил его бодрым голосом Хъюз, – это нисколько не противоречит моей теории, веди меня к нему.

В неярком ночном свете лицо Джорджа показалось ему незнакомым. Но, вглядевшись получше, он узнал его. Положив свои сильные руки поверх одеяла, Джордж безмятежно спал и по детски улыбался чему – то во сне.

– Подождём до утра, – сказал Хьюз, – шеф наверняка спит, а будить его опасно, в гневе он становится похож на разъярённого льва.

На следующее утро они, разбудив Джорджа, отправились к Смиту. Но перед этим его разбудил звонок Джеймса.

– Доброе утро, сэр, – поздоровался он.

– Доброе утро Джеймс, – зевая ответил Смит.

– Сэр, – сказал Джеймс, Джордж вернулся.

Ни один мускул не дрогнул на лице Чарльза Смита.

– Что нибудь он с собой привёз?

– Абсолютно ничего, сэр, мы нашли его совершенно голым.

– Через пятнадцать минут я жду вас в своём кабинете.

Ровно через пятнадцать минут Джордж в сопровождении Хъюза и Джеймса входил в его кабинет.

Он был ещё очень слабым после долгого путешествия, к тому же у него, почему – то хромала левая нога.

– Значит, я всё – таки вернулся, – устало подумал Джордж, глядя на бодрое свежевыбритое лицо Смита, – как там Мари? – мелькнула у него в удалённом уголке сознания мысль, мелькнула и тут же погасла.

– Поздравляем, поздравляем, вас, Джордж, нарочито бодрым тоном проговорил Смит, – Вы первый путешественник, благополучно перешагнувший порог времени, перешагнувший и вернувшийся обратно. Cейчас мы это дело как следует отметим! Что предпочитаете коньяк шампанское?

– Спасибо, мистер Смит, – устало улыбнулся Джордж, – мне бы сейчас немного поспать. – Что с Мари? – быстро спросил он, и, потеряв сознание, рухнул на пол.

Джёмс и Хъюз, не сговариваясь, бросились к нему.

– Пульс нитевидный, едва прослушивается, – сказал Джеймс, – температура тоже высокая.

– Мне нужен этот парень, – отрывисто бросил Смит, – отвезите его в наш стационар и лечите, да не спускайте с него глаз, – грозно закончил он.

Двое охранников по приказу Джеймса положили Джорджа на носилки, через пять минут подъехала крытая санитарная машина и, распугивая ранних прохожих, громким воем сирены, понеслась по направлению к больнице.

Там его уже ждали. В отдельной палате приятно пахло чем – то сладковатым, за окном громко чирикали воробьи. Невысокого роста крепкий седовласый профессор мягко взял его руку.

– На что жалуетесь, молодой человек? – участливо спросил он.

Джордж на мгновение приоткрыл глаза, и тут же острая, как кинжал, боль пронзила его от головы до пят.

Глухо застонав, Джордж бессильно откинулся на подушку.

Профессор озадаченно потёр руки, – ушибы и ссадины меня не беспокоят, а вот рана головы может оказаться серьёзной, – сказал он, – если к тому же произошёл ушиб мягких тканей головы, то тут возможны осложнения. Впрочем, оснований для беспокойства пока нет, пусть отдохнёт, а мы тем временем будем готовить компьютерный томограф.

Профессор поправил одеяло на Джордже и вышел из палаты.

Однако через два часа, вопреки диагнозу профессора, у Джорджа поднялась температура. Его кудлатая голова металась по подушке.

– Они идут за мной! – хрипел он, – Мари я люблю тебя!

– Что, побывал на очередной спец операции? – спросил профессор у полковника Джеймса, который срочно приехал по звонку из клиники. Ему частенько приходилось выводить из такого состояния людей Чарльза Смита.

– Хуже, – многозначительно ответил тот.

– Хуже, так хуже, – пожал плечами профессор, – моё дело лечить, а не убивать и вот этим я занимаюсь, – Сестра каталку! – властно кликнул он.

И через минуту, метавшегося в бреду Джорджа, повезли на обследование.

Всё тело Джорджа бил озноб, на лбу выступили капли холодного пота.

– Так, значит, у него малярия, – определил профессор, – интересно, где он её подцепил, в болотах Конго?

На всякий случай он велел взять кровь на анализ и дать Джорджу хинин.

*****************************************************************

Через день, утром, сидя в уютном кресле, Чарльз Смит просматривал телевизионные новости по местному каналу. Он уже собрался, было, выключить его.

– Разыскивается без вести пропавший Джордж Тим, – услышал он голос диктора, – ушёл из дома 5 октября 2010 года и до сих пор не вернулся. Приметы, – и Чарльз Смит с ужасом услышал приметы Джорджа, – Знающих, что – либо, о его местонахождении просим сообщить за большое вознаграждение по телефону…

– Ого! 50000$ сами плывут мне в руки! – с довольной ухмылкой подумал он. Но, поразмыслив немного, он решил, что жадничать не стоит, – Мы же его не нашли, – мы его привезли, – сказал он сам себе.

Он набрал номер, – Полицейское управление? – с вами говорит Чарльз Смит, я по поводу вашего объявления. Никуда этот парень не пропадал, он много работал на моём ранчо и нечаянно свалился с крыши, сейчас отдыхает в больнице. Нет, нет ничего особенного, синяки и небольшие ссадины. Номер больницы, пожалуйста. И Чарльз Смит назвал номер больницы.

– Надо предупредить Джеймса, пока не приехала его родня, чтобы он ничего лишнего не сболтнул.

– Полковника Джеймса мне, – прокричал он в трубку внутреннего телефона.

– Слушаю, сэр, – как всегда чётко по военному ответил тот.

– Интересно, а видел ли Джеймс эту передачу? – подумал Смит – и, хотя он получает неплохое жалованье, но 50000$..?.

– Джеймс как дела у этого парня?

– Нормально, я сегодня утром звонил, справлялся у профессора, состояние у него нормальное, и хотя булыжником ему дали по башке довольно здорово, сэр, неужели он побывал ТАМ, у первых людей? – заинтересованно спросил он.

– Продолжайте, продолжайте, Джеймс! – сухо ответил Смит.

– В общем, всё у него нормально, – несколько разочарованным тоном закончил он, – ушиба мягких тканей головы, к счастью, нет, правда, он, бродя по тамошним болотам, подцепил где – то малярию, но профессор пичкает его лекарствами, так что через недельку, другую его можно забирать

– Джеймс, сейчас за ним приедут его родные, – начал Смит, – вы должны побывать у него немного раньше, – он тонко неприятно рассмеялся, – напомнить ему о нашем договоре, сколько вам потребуется времени?

– Думаю, что в полчаса уложусь, – ответил тот и положил трубку.

– И с чего старик стал таким заботливым? – подумал Джеймс, – раньше я за ним этого не замечал, впрочем, я получаю хорошее жалованье ещё и за то, что не задаю лишних вопросов.

– Значит, он ничего не знает, – удовлетворённо улыбнулся Смит, глядя в окно, на беззаботно чирикающих воробьев.

Джордж как раз в это время проходил процедуру лечения. Сильные лекарства быстро и надёжно делали своё дело. И хотя его предупредили, что приступы будут повторяться через каждые два дня, это его уже не пугало. И хотя он был ещё очень слабым, сейчас меня может победить даже школьник, – весело подумал он, голова его работала ясно, а на лбу не было этой противной испарины.

– Значит, я вернулся! – всё, более осваиваясь с этим, на некоторое время вдруг ставшим ему непривычным миром, – в который раз удовлетворённо подумал он, – значит, я снова могу приступить к работе над своим электродвигателем и, самое главное, его прелестная Мари, его милая чудесная Мари спасена, и у них будет ребёнок.

Судя по его подсчётам, – Джордж начал медленно загибать пальцы на руке, – октябрь, ноябрь… да где – то в конце месяца в семье должно быть пополнение. Интересно мальчик или девочка? – подумал он.

Его неторопливые, приятные размышления прервало появление полковника Джеймса.

А он то? – Что он тут делает? – озадаченно подумал Джордж.

– Как у вас дело Джордж?

– Спасибо ничего. Небольшая слабость, но профессор утверждает, что через недельку я встану на ноги. А вот и он.

Навстречу им, улыбаясь, шёл профессор.

– Лечим, лечим его, не доходя до Джеймса, громко проговорил он, – медицина не всесильна, но мы стараемся!

Полковник Джеймс отозвал его в сторонку. Джордж с интересом прислушивался к их разговору.

Нет! Но я так не могу! – вдруг громко сказал профессор, – хотя болезнь и не очень серьёзная, всего лишь лёгкая форма так называемой четырёхдневной малярии, я все же не могу…

Полковник Джеймс молча подал ему трубку радиотелефона.

– Но позвольте! – начал, было, профессор и осёкся, – всё понял мистер Смит, всё понял, – через несколько секунд его лицо расплылось в довольной улыбке, – хорошо мистер Смит. Всего доброго, мистер Смит. До свидания.

Он довольный передал радиотелефон Джеймсу.

– Напористый у вас шеф, полковник, умеет делать дела!

Затем он подошёл к Джорджу.

– Ну, – как дела, молодой человек? – спросил он.

– Что они ещё задумали? – тревожно поглядел на него Джордж.

Профессор взял его руку.

– Пульс слабый, но ровный, наполнение хорошее. Он потрогал его лоб, – и лоб у вас в норме. Сейчас к вам приедут родственники, я, правда, сначала возражал, вы ещё довольно слабы, но мистер Смит меня переубедил.

И, правда, их кратковременный визит вам не помешает, скорее, даже наоборот. А любовь вашей прелестной жены, быстро поставит вас на ноги, быстрее всяких лекарств.

Любовь, молодой человек, – великая сила, – и довольно мурлыкая, что – то себе под нос, профессор стал осматривать Джорджа.

Закончив осмотр, он оставил Джорджа и Джеймса вдвоём.

– Так, значит, сейчас сюда приедет его Марго, его милая прелестная Марго, – улыбаясь, думал Джордж, – сколько она бедняжка перенесла, а ведь у ней скоро будет ребёнок, наш ребёнок.

– Вы поняли меня, Джордж! – голос полковника Джеймса донёсся до него откуда-то издалека, – мы выполнили свои обещания, 150000$ давно уже перечислены на ваш счёт, благодаря им здоровье вашей жены вне опасности.

– Спасибо, полковник, – улыбнулся Джордж, – я мужчина и умею держать слово.

Попрощавшись с Джорджем, Джеймс ушёл.

Разговор с Джеймсом немного утомил Джорджа, и он решил немного поспать, пока не подъедут родные.

Очнулся он от ощущения, что кто-то пристально на него смотрит. Джордж приоткрыл один глаз, затем другой.

На больничном стуле сидела Мари. Беременность не красила её фигуру, а лицо было серым и нездоровым, очевидно, будущий ребёнок интенсивно забирал из организма матери питательные вещества необходимые для своего развития.

Но прелестные глаза, глаза его милой Марго по прежнему светились мягким светом.

– Нет, они даже стали ещё теплей, – подумал Джордж, – и не удивительно ведь она несёт в себе новую жизнь, жизнь нашего ребёнка.

– Проснулся Джордж, – мягко улыбаясь, сказала Мари, – а я тихонечко, тихонечко сидела на стуле, боялась тебя разбудить. Я так люблю тебя Джордж, – сказала она, и слёзы счастья выступили у неё на глазах.

– Бедняжка, сколько она пережила! – нежно подумал он.

Неожиданно милое, прелестное лицо Мари заволок какой-то красный туман. У Джорджа начался приступ. Весь лоб покрылся холодными противными каплями пота. Тело начали сотрясать судороги. Зубы мелко и часто застучали.

– Доктора, доктора! – пронзительно закричала Мари, – доктора ему плохо!

На шум прибежал взволнованный профессор.

– Не волнуйтесь, милочка! – суетливо заговорил он, – у вашего мужа начинается очередной приступ малярии. Болезнь постепенно выходит из него. А чтобы она вышла ещё быстрее, мы сейчас ему сделаем укольчик.

– Сестра, укол! – властно крикнул он.

Сильнодействующий укол быстро сделал своё дело. Дыхание Джорджа стало ровнее, постепенно прекратились и судороги.

– Сейчас он сильно устал, – тихо сказал профессор, – приступ забрал много энергии, ему нужен покой.

– Хорошо, так же тихо ответила Мари, – можно я ещё немного посижу около него.

Кивнув головой, профессор осторожно вышел из палаты.

*****************************************************************

Здоровье Джорджа быстро шло на поправку.

Марго, его милая прелестная Марго, бывала у него почти каждый день. Очень часто приезжала и мать. Она догадывалась, что Джордж был не на ранчо. Но на её осторожные, как бы заданные невзначай вопросы, он так и не отвечал. Обычно приветливый и весёлый, он быстро замыкался и уходил в себя.

А однажды раздался звонок.

– Здравствуй сын, – зарокотала трубка радиотелефона, – ты, где же так долго пропадал?! Сказал, уедешь на месяц, а прошло целых восемь.

– Ну, вот начинается! – подумал Джордж.

– Мы все тут с ног сбились, разыскивая тебя! – продолжала рокотать трубка, – я даже розыск объявил за весьма приличное вознаграждение.

– Так вот почему ко мне так быстро приехала Мари! – догадался Джордж, – но почему он мне звонит, неужто, простил?

Загадка разрешилась быстро.

– Твои двигатели, сынок! – тут обычно металлический голос отца заметно потеплел, – прошли все испытания и мы запустили их в серию. Они молодцы, они звери твои двигатели!

– Но я не один их разрабатывал, папа.

– Не скромничай, сын! – оборвала трубка, – по этому поводу у нас на фирме скоро будет большой банкет, и я приглашаю тебя и твою очаровательную супругу. Как её здоровье?

– Спасибо, ничего, – ответил Джордж, – ходит ко мне и ждёт ребёнка.

– А твоё! – ревниво спросил он, – как кормят?

– Мать меня просто завалила фруктами и всякими сладостями, так, что я их даже в другую палату передаю.

– Молодец! – удовлетворённо крякнула трубка, – выздоравливай, сынок, и приступай к работе. Серию нужно расширять. Я тебя назначил начальником бюро, а мистер Кук стал начальником отдела. Выздоравливай, сынок, и отец положил трубку.

– Всё хорошо, что хорошо кончается! – философски подумал Джордж. Мог ли я подумать, всего, каких – то четыре месяца назад, что судьба так высоко вознесёт меня. Хотя при чём здесь судьба, если бы электродвигатели не вышли на заданный режим, и не пошли бы в серию, черта-с два простил бы меня мой батюшка. Уж я то его характер знаю.

– Эх! И покатаю я Марго на своём великолепном ярко красном ягуаре, – подумал он и с наслаждением потянулся.

Скоро Джордж выписался из больницы, и молодые переехали в апартаменты отца. Поначалу Марго пугало это обилие света в дорогих зеркалах, большие просторные залы. Но очень скоро она освоилась со всем этим, а её незлобивый приветливый нрав буквально очаровал всех обитателей роскошного дома Питера Тима, включая и его многочисленную прислугу.

– Она у тебя настоящее сокровище, Джордж! – частенько говорила ему мать.

– Я знаю, – тихо отвечал Джордж, и глаза его светились счастьем.

Но волнения, связанные с возвращением Джорджа, не прошли для Мари даром.

Как – то раз она почувствовала себя плохо, и Джордж был вынужден отправить её в больницу. На этот раз она лежала не в обычной городской больнице. Отец Джорджа разительно переменившийся к нему, после того, как его электродвигатели пошли в серию, решил поместить Мари в больницу, принадлежавшую его фирме.

– Лежать она будет в отдельной палате! – громогласно заявил он, – а я поговорю с главным врачом, чтобы ей обеспечили надлежащий уход.

Джордж каждый раз после работы подъезжал на своём великолепном ярко красном ягуаре к больничному крыльцу, брал халат, и, легко прыгая через три ступеньки, бежал в палату к Мари.

Ходила она уже с трудом вот, вот должен был появиться ребёнок, да и болезнь брала своё. Чаще всего он подолгу, пока не сядет солнце, сидел у её кровати, нежно гладил её руку и рассказывал ей о делах на работе, о том, как идёт расширение серии.