Телохранитель для Оливки

Пролог

– Странно, что твоя секретарша не доложила о моем приходе, – язвительно произнесла я, входя в кабинет своего пока еще мужа.

Швырнула сумочку на диван, прошла к столу и, бросив на Даниэля суровый взгляд, со стуком положила на столешницу обручальное кольцо. Фух, даже как-то легче стало. Осмотрелась и присела в свободное кресло, отбросив за его спинку длинные волосы. Мужчина, как и всегда, вел себя вальяжно и, словно испытывая мои нервы, несколько долгих секунд молчал, показывая свою важность.

– Что это? – строгим голосом спросил Даниэль и, наконец-то, поднял на меня злой взгляд.

– Кольцо, милый. Неожиданно, правда?

– Зачем ты его сняла? Надень немедленно обратно, – со стуком переложил его ко мне ближе, но я не пошевелилась.

– Мы разводимся и устраивать цирк не имеет смысла.

– Понятно, – вздохнул Даниэль и, размяв шею, расстегнул пиджак. – Это все из-за вчерашнего? Ну так понимай, что это было лишь раз.

– Прямо-таки раз?

– Да! Хотелось чего-то новенького попробовать. Да еще и ты уехала.

– То есть ты считаешь, что если ты решил изменить мне всего лишь раз, то я должна тебя простить? Вот так просто, закрыть глаза на то, что я вчера застала тебя в массовой оргии?

– Ну не преувеличивай! – поднял голос на меня, стукнув по столу. – Их было всего две!

– Тогда да. Это меняет дело, – хмыкнула я и тут же добавила: – Мы разводимся, я уже это решила. И лучше бы сделать это быстрее, чтобы мой отец не узнал правды. Иначе ты знаешь, что будет.

– Да что твой старик мне сделает? – зашипел этот идиот и, склонившись над столом, грубо схватил меня за лацканы блузки.

– Уничтожит тебя, – ответила ему в тон. – Он тебе еще такую фору даст, что ты из Италии ногами убежишь, лишь бы не встретиться с ним лицом к лицу.

Даниэль знал, о чем я говорила, и потому молчал, сверля меня ненавистным взглядом. Конечно, узнай мой отец, что я застала мужа в обществе трех телок, одну из которых он как раз драл так, что та пищала на весь дом, Даниэлю придется туго. Во-первых, не смотря на мои отговорки, папа пришлет бугаев, чтобы этому несостоявшемуся итальянцу начистили морду и подправили ребра, а во-вторых, он просто резко станет банкротом. Ведь в день нашей свадьбы отец подарил Даниэлю Моретти десять процентов акций. А это баснословная сумма, учитывая, какие деньги крутятся в концерне родителя и Булата. Теперь я понимаю, почему позже отец пожалел, что позволил мне выйти замуж за этого ублюдка. Но об этом не сейчас.

– Чего ты хочешь? Фирму отнять? Дом или машину? – наконец заговорил он и отпустил мою блузку, возвращаясь обратно в свое кресло.

– Ты смотри, как заговорил. Боишься денежки потерять? Не меня? Ну что же, ты прав. Меня-то ты уже потерял, а вот деньги…

– Ты, сука, только попробуй…

– Что? Ну что? Думаешь, если я тебя любила, то стану прощать твои измены? Тебе мало было меня? Так радуйся, я тебя отпускаю, и дальше ты сможешь развлекаться с кем хочешь! – сообщила я так, словно мне действительно было плевать. Но нет, душа изнывала от боли. Я любила этого подонка и замуж выходила по следам чувств своего сердца.

– Ты о сыне подумала? Что с ним будет? – продолжал рычать, будто это было виновата я, а не он.

– А что с ним будет? Или ты у нас главный добытчик в семье?

– Я его отец, хочешь ты этого или нет!

– Я бы не стала об этом так яро кричать, – я поднялась из кресла, собираясь покинуть кабинет и заняться разводом, как муж резко дернул меня за руку, и не сдержавшись, я снова рухнула в кресло. – Ты больной? Осторожнее будь! – мне стало не по себе, ведь мое положение не жаловало нервных срывов и резких движений.

– Послушай ты, – он поднялся со своего места и, обойдя стол, навис надо мной, яростно прожигая меня взглядом, – то, что по документам…

– То, что по документам, тебя не должно волновать. Даже не смей свой рот открывать! Ах… – щеку обожгла боль, а перед глазами заплясали звездочки. Сфокусировав взгляд, заметила, как глаза Моретти едва ли не наливались кровью. Боже. Неужели он, как и вчера, под дозой?

– Никогда, сука, не смей со мной разговаривать в таком тоне. Ты сегодня же позвонишь домой и прикажешь привезти сына сюда, и сама будешь день и ночь проводить с ним. До тех пор, пока я не захочу тебя в своей постели! – зарычал он, и еще чуть-чуть и из его рта забрызгала бы слюна. Как же мерзко.

– Ты больной ублюдок, нажравшийся наркоты. Я даже понятия не имела, с кем жила эти годы и как была слепа. Прав тогда оказался отец…

– Заткнись!!! – зашипел и резко выдернул меня из кресла, усадив на стол и схватив за горло.

Страшно было сейчас только за ребенка, и я едва сдерживалась, чтобы не плюнуть этому мерзавцу в лицо. Как же я могла его любить и не видеть, что из себя представляет его нутро.

– Мужикам нужно все прощать, – сказал коварным голосом и резко дернул за полы моей блузы, вырывая из петель маленькие пуговички.

– Ты придурок, пусти, – стала вырываться, но Даниэль резко перехватил руками мои руки и завел их за спину, вызывая боль в плечах и груди.

Перехватил их в одну руку, а второй грубо схватил за подбородок.

– Ты моя жена и будешь покоряться до тех пор, пока я этого хочу. А сейчас я хочу тебя, – и сдвинул руку мне на грудь, прикрытую лишь бюстгальтером.

– Ненавижу тебя. Одним махом перечеркнул все чувства. Отпусти! – продолжала брыкаться я, ощутив его язык на груди. – Пусти, ненормальный!

– Да угомонись ты, дрянь, – новый удар по щеке, отчего я покачнулась и рухнула спиной на стол.

Поддаваться не хотелось. Ощущала себя испачканной от его рук, и на душе становилось мерзко от того, что мой собственный муж мало того, что изменил мне, так еще хочет изнасиловать.

Он задрал мне юбку, я отбивалась руками, толкала его всеми силами, но они были не равны. Я даже попыталась заехать коленкой ему в пах, за что получила легкое удушение, бросившее меня в жар. Силы были на исходе, я начинала понимать, что попросту не справлюсь с ним и бороться не было смысла, потому что Даниэль в разы сильнее меня. Но когда его рука коснулась моей промежности через трусики, меня чуть ли не стошнило прямо на него. Горло обхватило спазмами, и решив, что я не имею права сдаваться хотя бы ради ребенка, я рукой начала искать на столе хоть что-то, что могло мне помочь. И когда мерзавец уже полностью овладел моей грудью, облизывая ее своим языком и не глядя пытался расстегнуть свои брюки, я нащупала какую-то статуэтку, перехватила ее дрожащими пальцами и размахнулась, ударяя ею мужа по голове.

Он истошно простонал, дернулся и завалился прямо на меня. Я выдохнула и отбросила статуэтку, а затем и бессознательное тело Даниэля на пол.

Как могла, поправила на себе одежду, запахнула блузку, которую уже нельзя было никак застегнуть, схватила сумку и словно от зверя бежала не только из кабинета, но и из здания, боясь, что Моретти настигнет меня и продолжит начатое. И только в своем авто, мчащемся по трассе на большой скорости в сторону загородного дома, я поняла, что именно только что произошло. Жаль, я сразу не заметила кровь, медленно расплывающуюся по кавролину и не пощупала пульс мужа. Может быть, если бы я не была растерянна и ненавидела его так сильно за эти поступки, моя жизнь не сделала бы такой кульбит. И как русло той реки, не потекла бы в другом направлении.

Глава 1

Мы с мужем как раз собирались уезжать домой, когда у выхода его остановил владелец виноградных полей. Я решила не мешать им разговаривать, а подышать свежим воздухом и заодно подождать, пока подгонят машину.

Выйдя на улицу, остановилась у края ступеней и достала свой телефон. Кажется, мне писала сестренка, а я была занята светскими разговорами. Ох, как же я не любила такие сборища, но поделать ничего не могла. Чтобы муж мог развиваться и укрепляться в сфере бизнеса, нам необходима была поддержка. Зато как приедем домой, возьмем бутылку вина и к камину. Обожаю наши вечера у камина…

– Любимая, я освободился, как раз машину нашу подали, – неожиданно моих плеч коснулись руки, и я так вздрогнула, что мой телефон вылетел прямо под колеса подъехавшего авто.

– Ох, ну ты меня и напугал, – хмыкнула и обратила внимание на то, что смартфон попросту не спасти.

– Прости, милая, я не хотел. А вот этот говнюк ответит за то, что сделал.

– Ты чего? – я не успела ничего понять, как Даниэль спустился по ступенькам и схватил за лацканы пиджака молодого мужчину, только что подавшего нам авто.

– Ты сучоныш…

– Даниэль, ты чего?

– Ты знаешь, сколько стоит этот телефон? – прорычал он, но меня успокаивало то, что парковщик смотрел на него немигающим и немного надменным взглядом. К слову, это было странно.

– Трудно угадать, ибо он раздавлен, – ответил мужчина, а я бросила взгляд на его губы.

Красивый. Настолько красивый, что даже стыдно перед самой собой, ведь рядом стоит мой муж.

– Да! И раздавил его ты, будучи слепым! Да тебе несколько месяцев надо будет работать, чтобы заплатить за него.

– Даниэль, – прикрикнула я, привлекая к себе внимание, – это всего лишь телефон.

– Милая леди права, – произнес бархатный голос, после чего мужчина одарил меня теплым взглядом, от которого по телу побежали мурашки. – Это всего лишь телефон. И Вы слишком преувеличиваете, мне не нужно работать несколько месяцев, чтобы его оплатить.

– Нынче обычные парковщики до хрена получают? – продолжал рычать мой муж. Я его таким не узнавала.

– Обычные – может и не до хрена! Вот моя визитка, позвоните. Я возмещу убытки, – последние слова произнес, снова глядя на меня, и мне показалось что-то странным в этом человеке.

– Позвоню, будь уверен, – замолчал на миг и, посмотрев на визитку, тут же добавил: – Игнат Градецкий!

Молодой мужчина сам одернул руки моего мужа, вежливо кивнул, бросил короткий взгляд на меня и, развернувшись, ушел. Не знаю почему, но я смотрела ему в спину до тех пор, пока он не скрылся за углом большого здания. Если бы не Даниэль, возможно, бы я обратила свое внимание на него и даже подумала бы о чем-то большем. Но благо, я любила своего мужа. А этот Игнат был просто красивым. Уверена, за ним бегают толпы девчонок.

– Не много ли внимания простому служащему?

– Даниэль, а что с тобой? С каким пор ты стал делить людей по социальным уровням? И откуда столько агрессии из-за телефона в четыреста долларов?

– Я не делю на социальные уровни, просто иногда надо понимать, что ты сделал! И отвечать за свои поступки! – рассерженно произнес он, сверля меня злым взглядом. – Обслуживающий персонал на то и обслуживающий….

– Обслуживающий персонал – тоже люди, и не надо разговаривать со мной в таком тоне. Случиться может все что угодно. И, между прочим, телефон уронила Я, потому что испугалась, когда ты неожиданно тронул мои плечи. И уж этот парень ни в чем не виноват! Он даже не успел бы затормозить, потом что все случилось мгновенно.

– Если бы он не подъехал в этот момент, телефон остался бы цел.

– Боже, какой бред! – возмутилась я, в возмущении подняв руки к верху. – Мы поедем сегодня домой или так и будем болтать о каком-то незнакомце?

– Поехали! Но тебе не обязательно было так на него смотреть.

– Как я на него смотрела? – плюхнулась на пассажирское сиденье и, дождавшись, когда Моретти сядет за руль, продолжила: – Мое отсутствие сроком в неделю плохо на тебя влияет, любимый.

Я только вчера вернулась с Родины. С сыночком гостили у родителей, которые постоянно уговаривали меня переехать жить в столицу. Я была не против, если бы здесь меня не держал мой муж. У него бизнес – спасибо отцу, что подарил пакет акций. Только-только все стало налаживаться, и я не могу дернуть Даниэля на Родину. Раз уж решили обосноваться в Сицилии, значит, так тому и быть. Но, конечно же, по дому я скучала, а потому в свободное время всегда летала к родным. Вот и сейчас пробыли там недельку, и, скажу я вам, это сложно. Там любимые и здесь любимый. Со всеми хотелось быть рядом.

И вот из-за мероприятия, на котором нам надо было сегодня присутствовать, сыночка я оставила со свекровью, которая души не чаяла в нашем ребенке.

– Согласен, малышка, – коснулся моей коленки, выруливая с парковки на главную дорогу. Так как здесь не было большого движения, мужчина немного отвлекался, сдвинул с колена платье и прошелся вверх, лаская мое бедро. – Без тебя совсем грустно. Башню клинит.

– Люди не виноваты, что нам приходится расставаться на некоторое время.

– Не виноваты. Но и мне, знаешь, не нравится, что ты так часто улетаешь.

– Даниэль, я летаю домой раз в месяц, извини, но реже не могу. У нас изначально был договор с тобой. Так что не надо меня в этом упрекать.

– Я не упрекаю. Прости, прости, любимая.

На этом разговор и замяли.

Домой приехали, когда уже стемнело. По дороге заехали в ресторан за едой, ведь на вечере нам не удалось перекусить из-за занятости, и решили поужинать дома у камина. Мы любила проводить своим вечера именно так. Иногда с бокалом вина. Но комната с камином была нашим излюбленным местом.

Было уже часов десять вечера, когда мы, обнаженные и счастливые, лежали на ковре у камина и попивали белое полусладкое вино. После того как мы сытно поели, я предложила мужу срочно сбросить лишние калории, и он тут же набросился на меня с поцелуями и ласками. И теперь я ощущала себя расслабленной и обессиленной. Даниэль был отличным любовником и никогда не оставлял меня неудовлетворенной, за что я всегда говорила ему спасибо. Он не был эгоистом, и мне, как жене, это очень нравилось.

– Мы же еще родим ребеночка? – с надеждой спросила я, подумав о том, что последнее время мы перестали предохраняться.

На диване зазвонил мобильный мужа. Он проигнорировал мой вопрос, отставил свой бокал и, оставив лежать меня одну, поднялся и прошел за мобильным, тут же ответив на звонок.

Полдвенадцатого. Я в шоке: кто может звонить так поздно, и почему мой муж побежал отвечать на звонок, полностью проигнорировав мои слова?

– Слушаю. Да, да… Почему? Прямо сейчас? Хорошо, я буду минут через сорок.

– Что-о? – удивленно спросила я, когда он еще даже не сбросил вызов.

Я приподнялась с пола, натянув на грудь лежащий рядом плед.

– Да, до встречи, – произнес он и, нажав на сенсор, не убирая телефона, подошел ко мне и присел на карточки. – Прости, милая, работа.

– Какая работа, Даниэль? Почти полночь.

– Я знаю, малышка. Но там что-то с контрактом не так. Какие-то ошибки, – ответил он и, склонившись, чмокнул меня в лоб. – Не жди меня, я буду поздно. Ложись спать.

– Даниэль, пожалуйста, сделай это утром! – попросила я, действительно не понимая, что за необходимость ехать на работу ночью.

– Оливия, ложись спать, я сказал! – гаркнул он и, схватив штаны, вышел из комнаты, громко хлопнув дверью.

– Просто прекрасно! – воскликнула я и рухнула обратно на ковер.

Настроения как и не бывало. Громко выдохнув, устало потерла лоб, искренне не понимая, что за спешность отправляться ночью на работу. Да, я всегда и во всем поддерживала мужа, зная, как он стремится достичь высот в бизнесе. И несмотря на то, что отцу категорически не нравился Даниэль, я все равно была на стороне супруга. Папе же оставалось принять мой выбор. Да я даже согласилась скрыть правду о сыне, особо не допрашивая в чем суть. Хотя ситуация в целом приятной не была. Я любила Даниэля и любила родителей. Соглашаться на кое-какие поступки выходило крайне сложно. Где-то даже приходилось поддаваться, лишь бы родители приняли моего мужа в нашу семью.

А сейчас что получается? Моя поддержка пошла на то, что теперь Даниэль работает по ночам? Как это понимать. Что мне теперь делать?

Вопросов было куча, а настроение упало к нулю.

Приподнявшись, обернулась в плед и добавила себе в бокал вина. Сделала пару глотков, смотря на огонь в камине и думая о том, что мне вовсе не хочется, чтобы наши вечера заканчивались именно так.

– С этим нужно что-то делать, иначе я не выдержу.

Снова отпила вина и, отставив бокал, понадеялась, что сестренка еще не спит.

Так, будучи обмотанной пледом, я прошла в свою комнату за ноутом. Все равно другого варианта не было, позвоню Лапочке в Вотсап.

По комнатам зажгла свет, так как дома находилась одна, не считая охраны на улице, и вернулась обратно в каминную.

– Да уж, а день так здорово начинался, – произнесла в слух, снова разместившись на ковре и отпив вина.

Загрузила ноутбук, просмотрела почту, отметила для себя два интересных письма, остальное удалила и нажала на ярлык «Вотсап». Отыскав нужный контакт, нажала кнопку с камерой и принялась ждать ответа. Надеюсь, я не отвлекаю сестренку от важных дел. Это я про мужа ее.

– Ой, Оливка, привет. Тебе чего не спится? О, ты с ноутбука?

– Привет, милая. Да, у меня телефон разбился, потому пока так. Мне скучно и грустно, а вот вы чего не спите?

– А у нас детвора у соседей, – пошутила она, намекая на то, что родители забрали внуков к себе. А жили-то мама с папой по соседству.

– Ой, прости, я вам помешала.

– Нет-нет, все хорошо. Муж пошел в кухню на поиски еды и шампанского, – счастливо пропела Лапочка, и я заметила, как в этот момент сияли ее глаза. Ей очень повезло с Булатом, который делал свою жену счастливой и ни в чем не отказывал ей. В том числе и в сексе. Ну, в смысле, там у них все было в порядке. А что у нас? – Эй, сестра, ты чего? Что за грустный взгляд? Что-то случилось? Поругались с Даниэлем? А где он, кстати?

Я под взволнованный взгляд Лики допила оставшееся вино и грустно вздохнула, отставляя пустой бокал.

– Да день какой-то дурацкий. Вроде все хорошо было, а потом наперекосяк.

– Ты о чем? Вы сегодня вроде на мероприятие собирались.

– Да, мы были на вечере. Моретти сегодня какой-то злой. На ступеньках выронила телефон, когда он меня напугал случайно, и смарт попал под колеса нашего авто. Как раз парень нам подал машину. Так Даниэль обозлился на парня.

– Кричал?

– Ага, за шкирку его, и потребовал возмещения убытков. В общем… бред, – вынесла вердикт я и, дотянувшись до бутылки, налила еще немного алкоголя.

– Просто он любит тебя и переживает.

– Нет, Лик, это здесь не при чем. Действительно, его поступок выглядел глупо. Я бы даже сказала дешево.

– Он не услышит тебя? Мужчин нельзя обижать, они такие ранимые. Ну ты понимаешь, о чем я говорю, – подмигнула она, оглядываясь, не слышит ли ее муж.

– Понимаю, – кивнула я, – нет, он не услышит. Его нет дом.

– В двенадцать ночи? Эм… прости, а где он?

– Он на работе, – в ответ Лапа ошарашенно посмотрела мне в глаза. – Мы… в общем, тоже Дамирушку отдали сегодня свекрови и… наслаждались друг другом. Все было хорошо. Про инцидент с телефоном забыли. А тут ему позвонили и вызвали на работу.

– Вызвали? Главного владельца вызвали?

– Ну… Даниэль сказал, что с контрактом что-то не так и нужно срочно исправить некоторые пункты.

– Хотела бы я посмотреть на Булата, если бы он мне в двенадцать ночи сказал, что ему нужно на работу, – серьезно возмутилась Ангелика.

– Так-так, и что было бы тогда? – услышала я голос зятя за кадром.

– Что-что, неделю бы без секса жил, – хмыкнула сестренка, и на экране появилось довольное лицо Богословского.

– Привет, мелкая. Как дела?

– Привет, Булат.

– Да как. Муженек на работу ускакал. Как это понимать?

Кажется, Лапочка злилась уже больше меня.

– Хм, на работу. А у вас все нормально в постели? Ауч! За что?

Я едва не расхохоталась, от того, как сестра неожиданно хлопнула по затылку мужа, и тот наигранно скорчился. Словно она и впрямь причинила ему боль. Но я-то знала, что все это шутки. У них легкость в отношениях, которой мне порой не хватает.

– Между прочим, милая моя, секс – важная составляющая в отношениях.

– А то я не знала! – возмутилась она. – Повежливее будь, иначе еще раз хлопну.

И тут я уже не сдержалась. Расхохоталась вовсю. Такие забавные они были, что сил не было сдерживать смех. Мне нравилось, что во время такой перепалки на их лицах были то ли улыбки, то ли возмущения, но никогда не было злости. Они, как и наши родители, пример для многих семей. И только глядя на них я понимаю, что мне чего-то не хватает.

– Ох, Оливка, знала бы ты, как мне с ней тяжело.

– Что? В сексе ненасытная? – отплатила той же монетой.

Булат в камеру показал большим пальцем «класс» и тут же загреб жену в объятия, вовлекая ее в поцелуй.

– Ну ладно-ладно, тут на нас вообще-то младшая сестра смотрит.

– Хи-хи, точно, Лапочка. Развращаете замужнюю даму, – хихикнула я в ответ.

– Иногда удивляюсь, куда я попал, – наигранно возмутился Богословский и тут же серьезно добавил: – А вообще, мелкая, я не шучу. Будь внимательна. Никакая работа не отвлечет ночью мужика от любимой жены. Только если…

– Любовница? – тут же произнесла я. Сама сказала. А ощущение, что кипятком окатили.

– Я сужу с мужской стороны. Нахрен мне ночью работа, если рядом любимая?

После этих слов мы распрощались с ребятами до завтра. А я в своих мыслях после разговора ушла в спальню в холодную пустую постель. Муж не пришел даже к утру, а я так и не сомкнула глаз, полностью поглощенная мыслями о словах Булата. А что, если он окажется прав?

Глава 2

Я готовила для себя завтрак, когда со стороны входа послышались шаги. Бросив взгляд на время, озадаченно хмыкнула, но мужа встречать не пошла. Я даже не обернулась, уделяя внимание пекущимся оладьям. И вздрогнула, когда наливала тесто на сковороду и ощутила на талии мужские руки.

– Доброе утро, любимая, – прошептал на ухо, а у меня по телу прошла приятная дрожь, но сдаваться я не собиралась.

Было обидно за вчерашнее. За тон и за то, что он не ночевал дома. И разговаривать с Даниэлем не было никакого желания.

– Ты чего, обиделась что ли? Ну, милая, это бизнес, и надо понимать, что бывают форс-мажоры.

От услышанных слов я не сдержалась и резко развернулась, держа в руках деревянную лопатку. Муж был помят, что в принципе не удивительно – не спал всю ночь.

– Мои родители много лет вместе, и у отца всю жизнь была большая империя. Ни разу, ни разу, Даниэль, папа не позволил себе работать ночью. Более того, он много времени был дома, потому что его жена родила двух дочерей ему.

– А ты и одного не смогла! – схватив за футболку на груди, прошипел он мне в лицо. – Пришлось брать ребенка из дома малютки, чтобы ты не ревела ночами о утрате. Я же тебе ни слова об этом не сказал.

– Решил бить по больному? – в тон ему спросила я, тут же подумав о маленьком Дамирушке.

– Нет! Просто ты меня вынуждаешь. Я, любимая, пашу, как вол, ради нашего общего будущего. И не могу бросить все на полпути. Я знаю: если что, ты не останешься на улице и без еды. Но я хочу сам обеспечивать тебя и ребенка, а не с помощью твоего отца. А точнее, вашего семейного концерна.

– Ладно, – выдохнула я, готовая вот-вот поверить в его слова. – Только ответь мне на один вопрос.

– Ты о чем?

– У тебя появилась любовница? – спросила, а сама пожалела, потому что боялась услышать положительный ответ.

– Что? Любимая, о чем ты? Боже, да я даже подумать не мог, что ты себе такое надумаешь, – обиженно произнес Моретти и устало сжал переносицу, все же отпустив мою футболку.

Я обернулась, чтобы продолжить печь оладьи, которые, к слову, стали пригорать.

– Знаешь, если бы у меня была работа ночью, ты бы мне вообще скандалы закатывал. Сам подумай, муж уходит на ночь, что в моей голове?

– Ну, прости, – тут же произнес он и, подойдя со спины, руками коснулся моего живота. – Прости, моя малышка. Я постараюсь, чтобы впредь такого больше не повторялось. Я люблю тебя, ты же знаешь. И никто мне больше не нужен.

Его руки поднялись выше и крепко сжали мою грудь. Я выключила плиту и откинула голову на плечо мужа, издавая тихий стон. Любила находиться в его объятиях, любила его самого и верила. Я знала, что Даниэль много работает для того, чтобы расширить наш бизнес, а потому поверила и его словам. К тому же, он ни разу не давал мне повода усомниться в нем. А вчера просто был сложный день. Может, полнолуние? И муж сестры сказал не для того, чтобы я поругалась с Моретти, а потому что всегда переживал за меня наравне с родными.

– Прости за мои слова, милая. Я знаю, как больно ты переживаешь потерю нашего малыша.

В ответ я набросилась на губы мужа, не желая разговаривать на эту тему. Ведь как ни крути, а чувствовала себя виноватой. И было за что. Стыд ощущала, да только Даниэль и представить не мог, за что именно.

– Я не обижаюсь, любимый. Мы с тобой просто на эмоциях.

– Конечно, – произнес между поцелуями, – конечно. Я люблю нашего сына, девочка моя.