Тайна дома Лесовских

Тамара считала своего мужа идеалом мужчины и возлюбленного. Его неверность стала для нее настоящим ударом. Она бежит из города в родной поселок, в дом, доставшийся ей от родителей. Здесь она сможет прийти в себя и начать жить заново. Но дом, который молодая женщина привыкла считать олицетворением мира и покоя, хранит тайну, оказавшуюся смертельно опасной для Тамары и Антона, а ведь встреча с ним вселила в нее надежду вновь стать счастливой…

v 1.0 – создание fb2 (irul)

Надежда Ефремова

Тайна дома Лесовских

М.: Центрполиграф, 2025. – 286 с. – (

Женские истории).

ISBN 978-5-227-11083-1

© Ефремова Н., 2025

© «Центрполиграф», 2025

© Художественное оформление серии, «Центрполиграф», 2025

Охраняется законодательством РФ о защите интеллектуальных прав. Воспроизведение всей книги или любой ее части воспрещается без письменного разрешения издателя. Любые попытки нарушения закона будут преследоваться в судебном порядке.

Пожилой мужчина набрал привычный код на замке и закрыл за собой массивную дверь. Он погладил её рукой и тихо проговорил:

– Храни то, что там, за тобой. Это пригодится, обязательно пригодится. Найдётся тот, кто разберётся. Я уверен.

Он вошёл в комнату и приобнял сидевшую у камина жену.

– Ну как, готово? – с доброй улыбкой спросила она у мужа.

– Да, управился. Ещё и порядок навёл, теперь там вообще всё нормально.

Он подошёл к камину и пошурудил кочергой угли, потом подкинул к ним аккуратное полешко, отчего огонь занялся с новой силой. Приятный треск дров наполнил комнату особой атмосферой спокойствия и уюта.

– Отлично! Ты молодец, я всегда тобой гордилась и сейчас горжусь!

– Спасибо, родная, я тобой тоже! Мы вместе это сделали.

– Не зря жизнь прожили, не будем мучиться на смертном одре от того, что чего-то не успели.

– Это точно!

Тамара наспех запихивала попадающиеся под руку вещи в сумку, лежащую посреди комнаты. Из-за накативших слёз она плохо разбирала, что находилось перед глазами. Мысли как ветром сдуло. Лишь одного она хотела сейчас: провалиться сию секунду сквозь землю. Но, увы, это было невозможно, поэтому девушка приняла решение срочно эвакуироваться. И проклинала себя за то, что поверила Андрею однажды. Он стоял в дверях. Сначала молчал, а потом, чтобы как-то выгородить себя, начал кричать на Тамару, обвиняя её во всём, что случилось. Это подкосило её ещё больше, ведь она надеялась услышать извинения и просьбы о прощении, но всё оказалось совсем уж скверно.

– А чего ты ожидала?

Неужели она могла предположить, что её вот так просто можно предать? Ещё вчера она с радостью возвращалась домой, бежала к нему, своему единственному и любимому, с пакетом свежих продуктов, торопясь порадовать его вкусным ужином и уснуть в его тёплых объятиях. Поднимаясь почти бегом на третий этаж, она встретила на лестнице девушку, которая растерянно топталась на месте, разглядывая пол.

– Вы что-то потеряли? – дружелюбно спросила Тамара.

Она чувствовала, что может обнять весь мир и помочь всем страждущим, ведь её дома ждёт самый лучший человек! А это придаёт таких сил, что горы можно свернуть!

– Ой, вы знаете, я, кажется, серёжку потеряла!

Девушка показала Тамаре вторую, которая осталась в ухе, и та принялась искать вместе с ней такую же, согнувшись и шаря глазами по лестничной клетке. За этим занятием они провели минут двадцать.

– Эх, не нашли, жалко!

– Спасибо. Да ладно, что ж теперь.

Расстроенная незнакомка медленно пошла по лестнице вниз.

Вечер Тамара и Андрей провели за ужином, болтая о всякой ерунде в своей небольшой, но уютной квартирке, которую подарили Андрею родители. Позже, когда Тамара готовилась ко сну и решила поменять постельное бельё на свежее, она всё-таки нашла серьгу той девушки. Только почему-то у себя в наволочке. Это точно было то самое потерянное украшение. Большой красный камень запомнился хорошо. Он был похож на каплю и красиво обвит жёлтым металлом, очевидно золотом.

Тамаре показалось, что её ударила молния, пронзив насквозь.

– Нет, этого не может быть!

Она обессиленно опустилась на пол у кровати и закрыла лицо руками, с отвращением отбросив снятую простыню и наволочки в сторону. Несколько минут пробыла в ступоре, а потом громко заплакала, осознавая, что случилось.

Андрей появился в дверях и в недоумении смотрел на неё. Кира успела выпорхнуть из его объятий минут за пятнадцать до прихода жены, ведь не попались же!

А для Тамары мир рухнул в одну секунду. Ей захотелось убежать, скрыться, просто не быть, не существовать! Как так могло случиться, она не понимала. Голова отказывалась думать. Сердце в один миг разъела кислота, образовав чёрную пустоту.

– Чего ревёшь? – спросил Андрей, не подходя к ней, будто опасаясь.

Она лишь молча протянула ему свою находку. Он удивлённо посмотрел и ушёл в другую комнату, буркнув в чей-то адрес:

– Вот надо было серьгу потерять!

Он даже не стал оправдываться! Всё ещё больше помутилось перед глазами. От силы нахлынувших переживаний затошнило. А как же их планы на жизнь, как же завтрашний продуманный день? Как вообще теперь всё? Как жить-то теперь, как? Одно Тамара знала точно: она хочет убежать прямо сейчас. Но город уже захватила ночь, а нырять из тёплой квартиры в её холодные объятия сейчас, да ещё в таком состоянии, было просто опасно. Решила, что уйдёт утром. Просто покинет эту квартиру, в которой, оказывается, её любимый муж жил и своей личной жизнью, а не только семейной.

Дрожащей рукой Тамара нащупала в шкафу кофту и потянула её, вывалив половину содержимого. От этого ей стало ещё жальче себя. Кое-как облачившись в тёплое, она вышла на балкон, села прямо на пол, обняв себя за колени, и просидела так всю ночь в ожидании, что Андрей придёт за ней. Успокоит, всё объяснит. Скажет, что это совсем не то, о чём она подумала! Но он не приходил. Прошёл час, второй. Она устала плакать и уснула. Из подсознания всплывали образы обычной жизни. Улыбки, объятия, плечи, руки, разговоры. Первые лучики солнца и не подозревали о её горе, поэтому начали щекотать лицо. Тамара почесала нос, открыла глаза и вспомнила, почему сидит здесь в такой позе. Всё тело затекло, а тяжесть измены мужа придавила её с новой силой.

Пробравшись в комнату, она нашла под кроватью свою большую дорожную сумку, с которой переезжала к нему, и начала собирать в неё свои вещи. Силы покинули её вчера все разом. Даже руки не хотели слушаться, а ноги обмякли. Андрей не останавливал её, он стоял и смотрел на её сборы, уверенный, что она вернётся через пару дней, если вообще осмелится уйти. Но и молчать он не стал. Своим долгом посчитал обвинить её и в своей измене, и в том, что его, оказывается, не устраивало в Тамаре.

Она боялась забыть документы, ведь теперь нужно было начинать жить самой. Заново. А это страшно и больно. Но другого пути нет. Идеальный муж – это была всего лишь иллюзия, которая одурманила её, а теперь пришло время трезветь. Резко и быстро.

Запихав самое необходимое в сумку, Тамара поспешила выйти в недружелюбный и холодный бетонный подъезд. Она знала, куда поедет зализывать свою сердечную рану – в домик, который остался ей от родителей и находился в одном из ближайших посёлков. Глянув на лестницу, она заплакала. Ещё вчера она помогала здесь незнакомке искать серьгу, которую та потеряла вовсе не на лестничной клетке, а в квартире её мужа.

Несколько минут хрупкая рыжеволосая девушка простояла на площадке. Глаза отекли, под ними появились синяки, нос распух. Тамара понимала, как жалко выглядит сейчас, но ей было всё равно. На удивление Андрей не выходил, не пытался остановить. Но ещё несколько минут она почему-то решила помедлить. Так и не дождавшись мужа, поволочила свою большущую сумку до первого этажа, вышла из подъезда, у которого почему-то именно сегодня было достаточно оживлённо.

– О, Тома! Собралась куда-то? – звонко спросила пожилая соседка, одна из тех, кому всегда до всего есть дело. – Сумка-то какая огромная! Надолго едешь?

– Да, – сухо ответила Тамара, наспех вытирая слёзы.

– А ревёшь чего?

– Да в глаз что-то попало, вот только что.

Нормально всё. Надолго уезжаю.

– И как ты Андрюху-то, такого видного парня, одного оставляешь? – Женщина ехидно оскалилась.

– Ничего, думаю, справится.

– Уведут! – задорно пошутила соседка.

– До свидания, мне пора на поезд, – соврала Тамара и поспешила в местный ломбард, чтобы сдать обручальное кольцо.

Так как она собралась уехать из города, даже небольшие деньги ей сейчас не повредили бы. Получив пару купюр, она бросила квитанцию, по которой можно было выкупить ценное украшение, в урну. Теперь нужно как-то добраться до автостанции. Сил не было совсем, с утра она ничего не съела, потому что просто не могла. Аппетит покинул её вместе с хорошим настроением и желанием вообще что-то делать. Из-за морального упадка кусок в горло не лез. Тамара вызвала такси и потом всю дорогу смотрела в окно автомобиля, совершенно не разбирая речи общительного водителя, который постоянно говорил. Лишь улавливая вопросительные интонации, выдавала что-то вроде: «Угу».

Билеты на нужный рейс ещё были – повезло. В автобусе она не могла уже даже смотреть в окно, просто взгляд завис на какой-то одной точке. Иллюзия, которая, как пелена, заволокла всё её сознание, разбилась слишком уж резко. Где она просмотрела, что Андрей оказался таким? Наверняка судьба делала намёки и помягче, но их не хотелось замечать. Соседки у подъезда вечно шептались и хихикали за спиной, когда Тамара возвращалась домой. Кто-то из общего окружения пытался объяснить, что Андрей не такой ангел, каким она себе его представляет. А она просто нарисовала в голове идеальный образ мужчины, которого хотела видеть рядом с собой, и переставала общаться с теми, кто нехорошо отзывался о её муже.

В браке они прожили год. Месяц назад Тамаре исполнилось двадцать три года. Андрею было уже двадцать пять. Детей он не хотел, говорил, что слишком рано. Работал он в фирме своих родителей. Тамара же трудилась организатором в агентстве праздников. Весёлый и добродушный нрав помогал ей находить общий язык с клиентами и коллегами. Иногда она даже решала конфликтные ситуации. Но теперь уезжала из города, понимая, что уже не вернётся на любимую работу. На первое время были небольшие деньги, но стоило думать о том, чтобы найти какое-то место в посёлке.

Рыжие кудряшки трепал ветерок. Он врывался в окна автобуса, который уносил её от только что сломавшейся семейной жизни. Как же хорошо, что у неё есть тот дом, в который можно поехать. Там никто не потревожит. Но никто и не встретит. Родителей не стало полгода назад. Ушли один за другим. Тамара была у них поздним ребёнком. Родилась, когда маме было сорок семь лет, а папе пятьдесят два. Братьев и сестёр судьба ей не подарила. И теперь осталась она со своей бедой в полном одиночестве. Была лишь подруга Таня, но она жила в городе.

Мама к своему пожилому возрасту заимела проблемы с сердцем. Очень переживала за дочь: зять ей совсем не нравился. За широкой фальшивой улыбкой она заметила хитрость и лицемерие. Но её Тома ничего не хотела об этом слышать. И после замужества не спешила не то что навещать родных, но даже и звонить. Делала это всё реже и реже.

Когда умерла мама, папа последовал за ней всего через месяц. Андрей помогал с похоронами и уточнял между делом, достанется ли Тамаре дом, было ли у родителей завещание и всякое такое. И его очень удовлетворила информация о том, что его жена – единственная наследница.

– Понятное дело, интерес к недвижимости сейчас, наверное, есть у всех.

Тамара оправдывала всё, что касалось Андрея, и всегда защищала его. У неё были грандиозные планы на жизнь с этим человеком. Но они провалились в чёрную пропасть. Сейчас ей казалось, что эта бездна теперь затягивает и её саму.

Ну, вот и родной посёлок, знакомая остановка.

«Только бы никого из знакомых не встретить, ведь не смогу ни слова сказать», – думала Тамара и медленно плелась по тропинке. Впереди показался дом. Серый забор из профлиста, такая же крыша. Странно, но он не выглядел пустым и брошенным. Белые ажурные шторы так и висели на окнах. Их с большим трепетом выбирала мама, она любила это дело. Обустройство дома, всякие красивые штучки. Радовалась, занимаясь уютом. Воспоминания о родителях поплыли перед глазами яркой лентой, сложенной из многочисленных важных картинок. Сердце заныло ещё сильнее.

Лето было в самом разгаре – середина июля. Деревенское разнотравье благоухало. Цветущие ромашки, тысячелистник и клевер стелились прямо на тропинку под ноги. Палисадник украшали кусты сирени. Правда, нынче она уже отцвела. Тамара прошла в дом, в котором стояла тишина, но не гнетущая, а спокойная. И в родных стенах стало сразу как-то полегче, что ли. Можно было позволить себе немного расслабиться: хоть плачь, хоть кричи, хоть смейся, хоть молча гляди в потолок.

Как только Тамара расположилась, услышала стук в калитку. Та была металлическая, поэтому загромыхала на всю улицу.

О нет! Кто-то увидел, что она приехала. Тамара вышла и выглянула за ворота. Снаружи стояла соседка, семидесятилетняя Александра Павловна.

– Тётя Шура, здравствуйте!

Тамара обрадовалась и сразу бросилась обниматься.

– Томочка, привет! Я тебя увидела из окна с большой сумкой. Вид у тебя какой печальный! Вернулась, да?

Слова соседки кольнули прямо в сердце, а затем тупой болью опустились в живот.

– Да, тёть Шур, – сквозь вмиг навернувшиеся слёзы ответила Тамара.

– Ой, милая моя, не дождались тебя родители. Тома, не плачь, давай-ка, пошли ко мне. Ты только с дороги, разбитая вся. Пойдём, покормлю тебя. В доме-то еды у тебя нет, там же давно никого.

Тамара вытерла глаза и послушно направилась за заботливой соседкой. Она знала Александру Павловну с детства. Женщина обладала добрым нравом и любила карапузов, да и вообще всех людей. С соседями ладила, поэтому своим долгом считала помогать им с долгожданным ребёнком. У неё самой было два сына и дочь и уже четверо внуков. Периодически к ней приезжали родственники. Это всегда приносило радость в её дом. Тамаре казалось, что у этой женщины со всеми было именно так: по-доброму. Она никогда не слышала от неё грубости в чей-нибудь адрес.

Когда-то давно Тамара проводила с этой женщиной много времени, поэтому доверяла ей. Вместе они встречали корову тёти Шуры с пастбища, ходили в магазин, даже иногда делали уроки. Когда сидели на лавочке у палисадника, та пела какие-то мелодичные песни. Картинки того времени начали мелькать перед глазами, пробуждая память.

В этот раз в гостях у соседки она пробыла до позднего вечера, рассказывая ей свою печальную историю. Тамара остро нуждалась в том, чтобы её выслушал тот, кто не будет осуждать, а поддержит. И это была тётя Шура.

– М-да, Андрюша, значит, показал наконец-то своё истинное лицо. Если честно, которое все видели, кроме тебя, Томочка. Но знаешь, это даже хорошо, что сейчас, пока немного вместе прожили. Вот если бы ты узнала его настоящую натуру спустя десять – двадцать лет семейной жизни? Было бы сложнее. Ты молодая ещё, устроится жизнь, надо только верить. Тамара слушала и понимала, что тётя Шура совершенно права. И как же хорошо, что она ещё и до сих пор здесь живёт, и что пришла, позаботилась! Вернувшись к себе в дом, Тамара рухнула спать на диван на первом этаже, сил подняться в свою комнату уже не было. Но телефон она проверила: Андрей не писал и не звонил. От этого снова остро кольнула боль. Хотя она и не хотела к нему возвращаться: простить не смогла бы, но всё же надеялась, что он сожалеет. Но, видимо, нет. Может быть, даже радуется сейчас там, что обуза с него свалилась, которая прохода не давала.

Да, слишком уж зациклена Тамара была на своём муже, а теперь пришлось внимание резко переключить на себя. Похоже, что об Андрее она знала больше, чем о собственной персоне. Его увлечения, предпочтения. Что бы он поел, на чём бы поспал, что бы надел. А она? А о чём же мечтала она, кроме его величества? Тамара ещё вчера могла сказать, что любит только его и больше ничего, потому что ничего и не видит вокруг, потому что ничего ей больше и не надо. А тут раз – и такое разочарование. Идеальный образ лопнул – и… пустота.

Сегодня она уже ненавидела его. Как же больно разочаровываться в том, кому веришь и посвящаешь всю себя! И неужели та идеальная семейная жизнь была лишь миражом, в который она так хотела верить? Неужели все те злые языки были правы? Все, кто говорил об Андрее что-то нелестное, – неужели они знали и понимали то, чего не хотела знать и понимать она? Размышляя об этом и крепко обняв подушку, Тамара начала видеть размытые образы из прошлой обычной жизни, которые перемешивались с чем-то нереальным. Так подступал сон. Постепенно картинки исчезли, и она погрузилась в тёмную бездну.

Наступило утро и предательски резко выбросило её в реальность. Непривычно было просыпаться в абсолютной тишине, да ещё и в полном одиночестве. Голова болела от слёз и тяжёлых мыслей. Тамара поспешила открыть окно, чтобы поскорее услышать хоть какие-то звуки жизни. И действительно, от звонкого щебетания птиц стало как-то спокойнее.

Она подошла к холодильнику и достала то, что соседка дала ей специально для сегодняшнего завтрака. Деревенские творог и сметана, две булочки и баночка молока – завтрак удался! Сытой стало жить полегче. И теперь нужно было выдвигаться в магазин. Но Тамара вспомнила, что она не была ещё на втором этаже. Захотелось пройтись по всему дому, поздороваться с каждым уголком. Она осторожно поднялась по лестнице, проводя рукой по резным перилам и балясинам, которые сделал её отец. На стене висели семейные портреты, которые притягивали взгляд. Ступенька – фотография, ещё ступенька – ещё снимок. Идея с такой небольшой галереей принадлежала маме, и домочадцам тоже пришлась по душе.

Наверху было две комнаты, одна из которых – бывшая детская Тамары. Первым делом она прошла туда. Её встретила атмосфера беззаботного времени, как будто кто-то бережно её хранил. Тамара посидела за своим столом, затем заглянула в шкаф, где до сих пор оставались некоторые вещи, потом поправила подушку на кровати. К горлу подступил комок, но она глубоко вдохнула и поспешила в спальню родителей.

Там даже воздух был какой-то особенный. Тамара обошла небольшое пространство, касаясь мебели. Здесь в шкафу тоже была одежда.

«Надо перебрать. Что-то обязательно оставить на память, а что-то отдать в какой-нибудь фонд или отнести в церковь», – подумала она. Сердце защемило, опять подступили слёзы.

Она спустилась и подошла к окну на кухне. Возле соседних домов кипела жизнь. Кто-то входил-выходил, люди что-то выкрикивали и смеялись, разговаривали. Ко всему этому примешивались деревенские звуки: мычание коров, крики петухов. Где-то блеяли барашки и, конечно же, лаяли собаки.

Наконец, собравшись с духом, Тамара отправилась в магазин за провиантом. Заглянула к тёте Шуре и спросила, что нужно купить для неё, а в ответ получила приглашение на обед. По дороге Тамара всё думала о случившемся с ней в городе. Гнев по отношению к Андрею кипел в груди. Она никак не могла понять, почему он так поступил. Как назло, встретились несколько знакомых, которым пришлось отвечать, что она вернулась насовсем. Отчего чувствовала себя скверно, будто признавалась в собственном позоре, хотя одновременно с этим понимала, что ей стыдиться нечего. Не она же предательница, это Андрей наплевал на семейную жизнь.

Конечно, самооценка у Тамары падала с каждым объяснением. И это заставило её снова окунуться в печальные мысли, в которых она всё-таки винила за всё себя. Вспоминала, где же она провинилась перед мужем, что он решил так с ней поступить? Но если дело в ней, то почему он никогда не говорил на эту тему? Она бы обязательно поработала над собой.

Тяжёлые рассуждения никак не хотели покидать ее сознание. Понятно было, что в Андрее она ошиблась, но как теперь жить с этим? Как общаться с людьми, как им доверять? Да, наверное, не все такие лицемерные, как он… Но как же научиться понимать, что на самом деле собой представляет человек? На эти вопросы Тамара пока не могла найти ответов.

Притащив два пакета продуктов, сразу занесла один из них соседке и предупредила, что придёт к ней в гости не к обеду, а к ужину. Нужно разобрать свой баул, а ещё звонить на работу, рассказывать, почему она больше не сможет выполнять свои обязанности. Придётся выслушивать недоумения и оправдываться. Дома она дозвонилась до начальницы и вкратце описала свою историю. Оповестила и о том, что уже уехала в родной посёлок.

– Тома, как неожиданно!

Голос на том конце коридора связи был расстроенный и растерянный.

– Анна Григорьевна, а для меня-то это как всё неожиданно! Не могу прийти в себя. И удивительно, что это всё выпало на мои выходные.

– Тамарочка, я тебе могу только посочувствовать, что уж тут сделаешь, раз человек так жестоко поступил.

Тамара тяжело вздохнула, всхлипывая в трубку.

– Подожди, я, кажется, знаю, что мы можем сделать. У тебя получится там, в деревне, писать сценарии для праздников, верно? Ну, и по телефону договариваться, с кем нужно. Просто ну кем мы тебя заменим? Ты прекрасный организатор, дружелюбный, коммуникабельный человек, отличный сценарист! Ты нам нужна!

Глава 2

Неожиданности

Тамаре было приятно слышать, что она кому-то нужна. Тем более что сказали это в агентстве, а она как раз боялась, что там её осудят. Что можно трудиться удалённо – это была прекрасная новость, но всё же пока идею устроиться где-нибудь в посёлке она не стала совсем исключать. Мало ли. После разговора с руководительницей Тамара взглянула в окно и заметила, что закапал дождь. Она приоткрыла створку, и свежий сырой воздух тут же обдал лицо.

Как же хорошо, что успела сходить в магазин до сырости!

Тамара легла на диван, а ветерок приятно обдувал уставшие ноги, от этого расслабление постепенно окутывало всё тело. Снова погрузившись в свои мысли, да ещё и под стройный ритм капель, она начала задрёмывать. Но вдруг на улице начался какой-то переполох. Стало слышно, как приближалась толпа детей. Они шумели, что-то выкрикивали, некоторые жалобно причитали.

«Что там такое случилось?» – подумала она и нехотя поднялась с дивана. Затем выглянула из окна и увидела, как под дождём шли несколько мальчиков и девочек. Один из них нёс перед собой картонную коробку. По дороге к ним присоединялись ещё ребятишки. Тамара выскочила им навстречу и как раз успела, пока они проходили мимо её дома. Причиной переполоха оказался один маленький слепой новорождённый щеночек, который еле ползал по коробке и жалобно пищал. Мальчик, который эту коробку нёс, был в слезах, но вытирать их не мог, потому что руки были заняты. Тамара тут же прошлась по его лицу краем своей рубахи.

– Ребята, вы что, его на улице нашли?

– Да, – всхлипывала девочка рядом, – щенков было трое, там, возле мусорки. Мы понесли их по деревне, чтобы раздать добрым людям!

– Двоих пристроили, а этого никто не берёт, – подхватил её слова мальчик с коробкой.

– Да, потому что он самый маленький… слабенький.

Девочка очень переживала и теребила рукав.

– Не плачьте, мои хорошие, я его забираю! Вы большие молодцы, что нашли этих пушистиков и раздали!

Тамара аккуратно достала щенка и прижала к себе. Сердце её сжалось от сострадания.

– Правда?!

Лица детей засияли от радости, слёзы тут же исчезли. «Господи, как мало ребёнку нужно для счастья: пристроить беззащитного зверька в добрые руки», – думала Тамара, глядя на обнимающихся ребят, теперь они весело галдели. Ей тоже достались объятия. Чувствовалось настоящее и искреннее человеческое тепло. Дети поблагодарили её и разбежались, задорно щебеча, и никакой дождь им был нипочём. Тамара вернулась в дом уже не одна, а с маленьким другом, который теперь очень в ней нуждался.

– Ну что, малыш, здравствуй! Какой ты милый!

Она рассматривала смешную мордочку.

– Так, давай-ка сначала тебя молочком напоим. Наверняка голодный.

В коробке из-под лекарств отыскался небольшой шприц без иглы. Тамара развела молоко кипячёной водой и попыталась накормить беспомощного питомца. К счастью, всё удалось, щенок поел и уснул, а хозяйка смотрела на него и умилялась.

– Вот это неожиданно, конечно, но приятно. Теперь я не буду совсем уж одинокой.

Посмотрев в Интернете, как определить пол у только что родившихся собак, Тамара поняла, что у неё появилась подружка.

– Так ты девочка! – с большим теплом в голосе проговорила Тамара, поглаживая мохнатенькое тельце пальцами. – Интересно, когда ты откроешь глазки? И как мне тебя назвать? Ты очень милая, поэтому быть тебе Милой. По-моему, тебе подходит.