Нежное лето первой любви

– Как бабушка? Переживает?

– Переживает, конечно, – пожал он плечом, доставая из кармана ключи и щёлкая брелоком сигнализации. – Но она молодец!.. Я думал, будет хуже… Фестивалей не устраивает, но и на месте не сидит. Постоянно что-то варит-парит-печёт и собирается обновить ассортимент в пекарне.

Такие новости Леру слегка порадовали. Жизнь продолжается, и бабуля действительно молодец, что не закрылась от мира наедине со своим горем, а пробует шагать по жизни дальше.

– Как ферма без деда? – задала она вопрос Коляну в спину, когда он закидывал её сумку на заднее сиденье в угловатый уазик одной из самых современных моделей.

Брат захлопнул дверь и бросил на неё короткий взгляд.

– Готовится к уборочной. Всё под контролем. Отец в теме, мы с Яровым на подхвате…

Она кивнула.

Дед бы никогда по доброй воле не доверил ни одному из них руководить таким ответственным делом, как уборка хлеба. Всё сам.

Он был готов работать до последнего, пока его не унесут с полей. Так и вышло.

Теперь настало папино время. Это лето покажет, как он самостоятельно справится с уборочной. И хотя Колян готов помогать ему, толку от него немного: у него ещё слишком мало опыта. А Яровой… Этот вообще вчерашний школьник!

– Как выпускной прошёл? – поинтересовался брат, устраиваясь за рулём и пристёгиваясь ремнём к сиденью.

Лера села на пассажирское кресло и захлопнула дверь.

– Не знаю, – пожала она плечами и тоже вытянула ремень. – Он пройдёт сегодня без меня…

Внезапно Колян с одобрением хмыкнул и уважительно повёл подбородком в сторону.

– Я думал, ты не сможешь такое пропустить! Мне показалось, в прошлый раз ты была расстроена, что так получилось.

Наливаясь розовым цветом, сестра стыдливо приложила ладони к щекам и зажмурилась.

– Не то слово! Я прям очень тогда разозлилась на деда! И это было так глупо…

Усмехнувшись, брат снова надвинул очки на глаза и, повернув ключ в замке зажигания, аккуратно стал выезжать с вокзальной парковки.

Это он принёс им с мамой некоторое время назад печальное известие, и первой Леркиной реакцией были слёзы и… ярость. Она рыдала и топала ногами: ну что, он не мог подождать, что ли, пока она окончит школу и отгуляет выпускной?!

Это потом уже мать рявкнула на неё и отчитала за неуместные эмоции, велев успокоиться и держать их при себе.

Но, несмотря на весь этот концерт, он понимал, почему сестра отреагировала именно так. Ведь когда твои планы летят к чертям и ты ничего не можешь с этим поделать, так оно и бывает. Ты рвёшь и мечешь, но изменить ничего нельзя.

В те дни он переживал за неё, потому что Лера в самом деле успокоилась, но стала при этом уж слишком тихой и подозрительно молчаливой. И даже сейчас она ему не нравилась: какая-то вялая и флегматичная, сестра была совсем на себя не похожа.

Обычно она порхала, как лёгкая стрекоза, любила наряжаться и краситься и каждый день крутила на голове новые причёски. Сегодня она выглядит бледной молью. На ней надет какой-то бесформенный серый костюм, больше напоминающий больничную пижаму, на лице нет ни грамма макияжа, а светлые русые волосы собраны в неряшливый пучок, который вот-вот рискует завалиться набок.

И это вот так она собирается скрашивать бабулины тоскливые будни?

Да её саму пора вытаскивать из депресняка!

– Хочешь, на речку тебя завезу? – неожиданно пришла Кольке в голову отличная идея.

И Лера встрепенулась. А почему бы и нет?

– Давай, – кивнула она.

Купальник лежал где-то на дне её дорожной сумки. Придётся перевернуть её содержимое, но прохладная вода сейчас – самое лучшее, что может помочь ей избавиться от противного ощущения липкого пота на теле и хоть немного вернуть настроение перед встречей с родными.

И, откинув голову на подголовник, девушка расслабленно выглянула в окно.

Машина виляла по асфальтированным улицам посёлка, где возле дворов зеленели ровно подстриженные газоны. Кое-где торчали аккуратные кустики в форме больших и маленьких шаров. И от городских эти улицы отличались лишь тем, что дома здесь стояли одноэтажные.

Даже не верится, что всего в нескольких километрах отсюда извивается река Белая, на берегах которой примостились постройки из разных времён: современные коттеджи, кирпичные домики из девяностых и даже старые бревенчатые избушки с резными ставнями.

– А как дела у тебя? – Лера повернула голову к брату, замечая, что на мгновение он напрягся, но тут же пожал плечом и улыбнулся, не сводя с дороги взгляд.

Колян успел защитить диплом и окончить университет до того, как с дедом случилось несчастье. А ещё он расстался с девушкой, с которой у него был роман длиной в два года. Или она с ним рассталась. Подробностей Лера не знала. Эта часть его жизни была закрыта от всех, в том числе от родителей, сестры и брата.

– Всё нормально! – неопределённо отозвался брат.

Леру не устроил такой ответ, и она предприняла ещё одну попытку узнать, насколько это было серьёзное решение.

– Ты ещё долго планируешь здесь оставаться?

– Пока всё лето, а дальше осенний призыв покажет…

Вот как!

– Собираешься в армию?

– Всё равно! – Колька круто повернул руль, выворачивая на просёлочную дорогу в конце улицы, и их обоих сильно тряхнуло.

Лера ойкнула, быстро сообразив, что это был намёк замолчать и больше не задавать такие вопросы. Она вновь устроилась поудобнее и посмотрела прямо перед собой сквозь лобовое стекло, усеянное грязными пятнами от размазанных по нему насекомых. Фу-у-у!

Дома´ Смородинок показались через несколько минут по правую сторону от машины. Они не приближались и не удалялись, а просто двигались параллельно и спустя ещё некоторое время остались позади.

А потом брат остановил машину и указал подбородком на едва заметный крошечный тоннель, который, плотно сплетаясь, образовали зелёные ветки старых деревьев.

– Ну, вот и приехали! Пошли купаться?

– Я не знаю это место! – с удивлением отметила Лера и смешливо прищурилась: – Надеюсь, ты не собираешься меня тут утопить?

Колян снял очки.

– Ты сейчас договоришься, Валера! – И потянулся к магнитоле. – Давно не слушала бессмертный хит?!

– О-о-о не-е-ет! Избавь меня! – Лера живо отстегнула ремень и выскользнула из машины, хлопнув дверью.

Брат расхохотался ей вслед. А через две секунды над полем из открытых окон полетело: «Валера! Валера!..»

Часы уже показывали начало седьмого, когда запылившийся УАЗ резко затормозил у высокой деревянной калитки, поднимая колёсами песочный вихрь, дёрнулся вперёд и встал как вкопанный. Водитель нетерпеливо посигналил, а потом двери синхронно хлопнули, и Лера с братом выбрались из машины.

Незапланированное купание пошло ей на пользу. Она немного освежилась и разрумянилась, а в голубых глазах появился блеск. Волосы намокли, и она распустила их по плечам, чтобы немного просушить. Даже её серый костюм не казался теперь таким унылым и скучным: девушка завязала края футболки в узел на животе, и у неё появилась талия. А ещё по дороге домой Колян выпихнул сестру из машины, и она набрала большую охапку ароматных полевых цветов для бабули.

Лера повесила рюкзак на плечо, взяла в одну руку цветы, а в другую лёгкие спортивные сандалии. Оглядев высокий деревянный забор, увитый листьями дикого винограда, она приблизилась к калитке и попыталась справиться с задвижкой двумя пальцами. И, когда калитка поддалась ей, перед Лерой открылся вид на огромный сельский двор с беседкой и садом.

Девушка ступила босыми ногами на тёплую дорожку, выложенную серыми плитками. Между ними буйно росла сочная трава-мурава, и ступать по ней было мягко и щекотно. Тут же она обнаружила на пороге невысокую кругленькую старушку с белым облаком коротких пушистых волос вокруг головы и замерла на секунду.

– Валер и´! – раздался радостный возглас, и бабуля всплеснула руками.

Лера расслабилась и расплылась в улыбке, прибавляя шаг и спеша навстречу бабушке.

– Бонжур, ба! – раздалось из-за спины Колькино приветствие.

И Лера рассмеялась, ныряя в тёплые объятия.

– Привет, бабуль! Это тебе!

– Мерс и´! – кокетливо отозвалась бабушка, принимая букет, и расцеловала внучку в обе щеки. А потом внимательно на неё посмотрела светло-голубыми, почти прозрачными глазами и поправила влажные русые волосы у неё на плече. – Как я рада, что ты приехала!

– И я! – Лера взяла её за руки и громко вздохнула, устало улыбаясь. – Как ты?

– Потихоньку, – отозвалась бабуля и мягко потянула её за собой. – Пойдём скорее в дом! Ты, наверное, проголодалась с дороги!

– Вообще-то, я тоже! – напомнил о своём присутствии Колян.

Бабуля отмахнулась от него, и внуки, переглянувшись, негромко рассмеялись.

Лера бросила обувь на крылечке и быстро окинула взглядом крепкий дом из белого кирпича с длинными цветочными горшками на окнах, над которыми причудливо заворачивались тонкие стебельки зелёного горошка. Раньше она всегда чувствовала себя здесь уютно. И, возвращаясь сюда сегодня, переживала, что это чувство больше не посетит её.

Казалось, в доме будет не хватать присутствия деда, его рабочего духа и настроения, могучего баса и суеты, которую он наводил повсюду, где появлялся. Что здесь повиснет тяжкая атмосфера горя и утраты. Но всё оставалось на своих местах и как будто продолжало жить по-прежнему.

Бабуля провела её в просторную кухню, где вкусно пахло свежей едой, ванильной выпечкой и… детством. Солнечные лучи рассеивались, проникая внутрь сквозь плотно задёрнутые цветастые шторы. И, шагая по гладкому ламинату, декорированному под светлое дерево, Лера с опаской озиралась, всё ещё боясь увидеть необратимые изменения. Но кремовые обои на стенах и шкафчики в светло-зелёных тонах, деревянные стулья и белый стол, украшенный вазой с садовыми розами, её окончательно успокоили.

Бабушка, как волшебница, взмахнула рукой и повернулась к внучке уже с пузатой стеклянной банкой. Наполнила её прохладной пузырящейся водой из крана и поставила в неё цветы, расправляя соцветия и листочки тонкими пальцами с элегантным французским маникюром.

– Вазы у меня закончились, – посетовала она. – Мальчишки завалили меня цветами…

Лера присела на стул и, грустно улыбаясь, подпёрла ладошкой щёку. Колян и Мишка, как могли, окружили бабушку незатейливой мальчишеской заботой и старались поддерживать, проявляя внимание. Да и самой ей каждый день нужно было думать о том, чтобы кормить этих проглотов. Наверное, поэтому она сейчас не выглядела потрясённой и потерянной и, в общем-то, вела себя как обычно.

Кругленькая, с шаром седых волос, она напоминала сливочную конфетку с миндалём и кокосовой стружкой, и за это сходство все вокруг называли её Рафаэлкой. Это прозвище ей невероятно шло, и она совсем не обижалась на деда, который его придумал. Потому что вдобавок к такой запоминающейся внешности у бабули были французские корни, и её отец и прадед Леры, коренной француз, носил имя Рафаэль.

В паспорте у бабушки так и было записано – «Колоскова Эмма Рафаэль». Правда, долгое время она не желала расставаться со своей девичьей фамилией, и в этой графе значилось другое слово – «Анри». Но настойчивый дед в конце концов убедил её исправить этот нюанс, и она сдалась под его напором, чтобы он к ней больше не приставал.

– А что у нас есть поесть? – В кухню вслед за ними вошёл Колян, который тут же проверил содержимое холодильника и повернулся обратно с уже оттопыренными щеками. Как будто это не Колян вовсе, а прожорливый хомяк. – М-м-м… Ба, это что за райское наслаждение?!

Лера прикрыла ладошками рот, который непроизвольно растянулся в широкой улыбке, и посмотрела на бабушку. Та довольно прищурилась и потрепала за щёку своего старшего внука.

– Садись за стол, хитрюга! Знаешь, как бабушку задобрить!

И парень, посмеиваясь, уселся рядом с сестрой, а Лера привалилась виском к его плечу. После купания в речке она немного оживилась, но сейчас на неё как будто снова навалилась усталость. Но только не та дорожная усталость, от которой тошнит и гудит голова, а приятная и расслабленная, какая бывает после водных процедур.

– Чем ты планируешь заниматься вечером? – спросила она, поднимая глаза на брата.

Он пожал плечом, и её голова поднялась и опустилась вместе с ним.

– Заеду за отцом сначала. Потом узнаю, как там наш «запорожец». И рванём на речку с пацанами. Давай с нами? – пригласил он с собой сестру.

– Не-е-е… Я уже сегодня накупалась!

– Ники! – обратилась к внуку бабуля, накладывая в глубокие тарелки что-то ароматное. – Ты ещё не забыл, что обещал мне набрать смородины в соснах?!

– Я? – Колян сделал вид, что впервые об этом услышал. И когда бабуля строго нахмурила брови, он снова расплылся в обаятельной улыбке и тут же её успокоил: – Да помню-помню, не забыл! Обещал – значит, сделаю! Между «запорожцем» и речкой загоню туда Мишку и Лерку с вёдрами – и будет сделано!

Лера тут же отпрянула и треснула брата кулачком по коленке, а потом они оба рассмеялись. Бабушка поставила перед ними тарелки и, опираясь ладонями на стол, посмотрела на внуков с немного печальной улыбкой.

Девушка спохватилась и, нацепив на лицо виноватое выражение, растерянно взглянула на неё снизу вверх:

– Прости, ба!..

– Всё в порядке, – отозвалась та, качнув головой. – Думаю, дед не одобрил бы, если бы мы здесь всей семьёй ходили с траурными лицами и изображали страдания вместо того, что по-настоящему чувствуем… Так что ведите себя естественно! – И загремела ящичком, где хранились столовые приборы.

Через минуту внуки уже уплетали за обе щеки вкуснейшее овощное рагу с томлёным утиным мясом и мягким домашним хлебом. А на десерт их ждали мятный чай и ванильные булочки с изюмом.

– Ну, как, наелись? – посмеивалась бабуля, наблюдая, как еда исчезает в их бездонных желудках. – Что вам на завтрак приготовить?

– Блинов хочу! Со сметаной! – мультяшным голосом домовёнка Кузи отозвался на этот вопрос Колян.

Старушка сложила пальцы колечком, принимая заказ и жестом обещая, что всё будет окей. И все трое успели снова посмеяться, прежде чем услышали с улицы шум, чей-то топот и голоса.

– Валерон!

Лера чуть не впечаталась носом в пустую чашку, когда сзади ей на спину запрыгнула пухлая Мишкина тушка в коротких шортах, и братишка чуть не придушил её от радости.

– Ай-ай-ай! – запищала она, пытаясь вывернуться из его объятий, и едва не свалилась со стула. – Отпусти меня, пухлая ты тефтелька! Мне дышать уже нечем! – Лера вскочила на ноги и, ловко скрутив его, собралась легонько нашлёпать брата пониже спины, как вдруг заметила в дверях ещё одного гостя. – Ой! Привет, Яровой… – И сдула с лица завернувшуюся колечком светлую прядь.

В проёме кухни с футболкой на плече появился парень с чумазым носом и щекой. Лера невольно опустила взгляд на Мишку и заметила, что и он похож на чертёнка.

– Привет, – сдержанно поздоровался гость, утирая лицо футболкой, и, комкая её в руках, обратился к старшему из братьев: – Всё, мы его отремонтировали! Попозже вечером или утром по холодку попробую перегнать до гаража…

– Отлично! – отозвался тот. – Я думал, он уже всё. – Колян чиркнул пальцем по горлу и высунул язык изо рта, откинув голову назад.

Гость натянуто улыбнулся уголком рта:

– Он ещё нас с тобой переживёт! – И, расправляя мятую футболку, натянул её на загорелый торс. – Ну, я пошёл…

– Ку-у-уда? – поймала его вопросом бабушка. – А ну-ка садись за стол! Мать опять с утра до ночи в пекарне – дома, наверно, одни макароны!.. Валери! Давай помоги!

– Да не… Да я… – слабо возразил он, но Мишка и Лера схватили его за руки и попытались усадить на стул. – Ла-а-адно, дайте хоть руки помыть! – Наконец, улыбнулся парень и покрутил грязными кистями в воздухе. А потом шагнул к раковине и выдавил на ладонь немного средства для мытья посуды.

Лера аккуратно открыла дверцу шкафчика над раковиной, стараясь не стукнуть парня по лбу, и выудила оттуда чистые тарелки. Нос почуял специфический автомобильный запах. Влад сосредоточенно намыливал руки, опустив ресницы, и она вдруг заметила широченную ссадину у него на локте.

– Ой! Ничего себе! Это надо обработать, Влад, – произнесла девушка, наклоняясь ближе.

Влад слегка повернул предплечье, чтобы осмотреть следы, оставшиеся от короткого полёта в кусты, и фыркнул:

– Само пройдёт! Заживёт как на собаке!

Лера на секунду поймала добродушный взгляд его жёлто-коричневых глаз, а потом отвернулась и сняла тяжёлую крышку с большой толстостенной жаровни. Помешала половником ароматное густое рагу и, разложив его по тарелкам, поставила на стол для Влада и младшего брата.

– Ба! Далеко у тебя аптечка? – спросила она. – Мне нужны вата и перекись.

– Не надо! – буркнул Влад.

– Тихо! – скомандовала Лера, слегка повысив голос, и спустя секунду приняла от бабушки новую упаковку ваты и большой пузырёк с антисептиком.

Понимая, что ему не отвертеться, Влад уселся на стул и протянул руку.

– Давай сюда! Я сам!

– А у него ещё нога такая же! – сунув ложку в рот, сообщил бесхитростный Мишка.

Влад бросил на него осуждающий взгляд, а Лера склонила голову набок и скрестила руки на груди. Эта поза говорила о том, что она собирается ждать до тех пор, пока он не завершит процедуру обработки. Поэтому, неслышно выругавшись, парень разорвал упаковку с ватой, отщипнул большой кусок и, обильно смочив его антисептиком, аккуратно и неторопливо очистил ссадины от грязи. Ранки были неглубокие, но всё равно неприятно и горячо пощипывали.

– Довольна? – спросил он, закручивая пузырёк.

И Лера молча забрала у него использованную ватку, демонстративно отправив её в мусорное ведро. А потом улыбнулась и, закручивая волосы в хвост на затылке, с удовольствием потянулась.

– Спасибо за ужин! Пойду разберу сумку и поваляюсь на Мишуткиной кровати!

– М-м-м!.. Э-э-э!.. – недовольно отреагировал брат. – Не-е-ет!

Лера состроила ему рожицу и показала язык, а потом под дружное хихиканье бабушки и Коляна выскользнула из кухни, успев заметить смущённую улыбку Влада.