Правила нежных предательств

– В наш  дом,– хмыкнул Федя, но нижним этажом поник, я бы даже сказала скукожился. – А что ты тогда делала с ним в его уродской машине? Я все видел.

– Вызывала у тебя ревность. Хотела сделать тебе больно, так же как было больно мне,– притворно всхлипнула я, сделав вид, что пропустила его месседж про дом. Этот особняк подарил мне мой отец. И по всем законам, я могу дать пендаля Федьке под его гладкую задницу, прямо сейчас. Но это не станет унижением. Потому что денег у Федюши на счетах хватит на покупку десятка таких домов. Нет, я оставлю его таким, каким он появился в этом доме и в моей жизни – нищим оборванцем, не имеющим ни черта за душой. – Федь, прости. Мне надо время. Переночую у Янки. Дай мне отдышаться.

И что вы думаете? Этот придурок сказал – «Нет, это я должен перекантоваться где – то, любимая. Я же виноват»

Хрен там. Федька даже помог мне собрать сумку.

Через час я открыла своим ключом дверь квартиры подруги и на цыпочках, стараясь не разбудить Янину, почапала в гостевую комнату. Открыла дверь, включила свет и едва не заорала от гадливости и стыда. Янка, зажатая между двух мужиков, тихо стонала. Я уставилась на мужскую задницу покрытую мелкими пупырышками, двигающуюся в такт с головой моей подруги, работающей ртом, на счастливца стоящего перед ней, и кажется уже отлетающего в эмпиреи удовольствия. И наконец смогла отмереть, когда Янчик забилась в сладких конвульсиях. Бросилась прочь, пытаясь вспомнить, где выход из этого «содома». Пришла в себя уже в машине, хотя, кажется, Янка меня пыталась остановить, кричала что – то вслед. Но я бросила ключи на пол прихожей и смылась позорно. И дело даже не в том, что я стала свидетельницей «тройничка» в исполнении любимой подруги, это ее нормальное поведение. Янка говорит «Живем разок, надо все попробовать на зубок». Дело во мне. Точнее в адском возбуждении, которое я испытала при виде неразборчивых мужиков. И мне вдруг захотелось, чтобы варвар вот так же двигал бедрами возле моего лица, заставляя задыхаться и стонать.

Так, идти мне некуда. Гостиница? Терпеть не могу казенные номера. В них одной холодно и тоскливо. Домой возвращаться побитой собачонкой – не вариант. Друзей – подруг мне бог не отмерял таких, к которым можно заявиться среди ночи и сказать «Я у вас поживу»

В сумочке завибрировал мобильник. Наверное Федька все же одумался, или снова разбил свой снифтер. С игрой, которую я имела счастье сегодня лицезреть, вполне возможна смерть бокальчика.

– Что делаешь, лохушка?– услышала несущийся из телефона, жизнерадостный голос.

– Сижу в машине. Из дома я ушла, а у подруги оргия,– словно степной акын перечислила я свои злоключения.

– Так приезжай ко мне. Обсосем наше с тобой дельце,– вкрадчиво предложил этот коварный змей, гражданской наружности. Черт, про обсосем он зря. Я только секунду назад себя успокоила, прогнала похотливые мысли.

– Еду,– коротко вякнула я, заводя машину. Да гори все огнем.

– Да, и вот еще что. Я связался с моим юристом, он прислал договор, по которому ты обязуешься или вернуть мне имущество, или его стоимость. Как раз и подпишем,– вернул меня на землю козлище. Ну ничего, с ним я разберусь потом. А пока…

– Макс, я скоро приеду, только в аптеку загляну,– пропела, самым своим беззаботным голоском.

– К чаю что-нибудь купишь? – загоготал варвар.– Молодец. Я тоже за безопасный секс. И гематогенку мне купи. Только в желтой упаковке. Они самые вкусненькие. Те что в синей к зубам липнут, да и пучит меня с них, почему – то.

– Нет, дорогой. После подписания документов мы приступим к реализации моих планов. А для этого мне нужны некоторые вещи, скальпель например.

В телефоне повисла гробовая тишина, и мне стало смешно. Интересно, о чем он сейчас думает?

– Ты же не для меня этот подарок везешь? – наконец сдавленно спросил Буйнов, явно жалея, что меня пригласил.

– Макс, я нормальная баба. И отрезать то, что я чувствовала, когда сидела на тебе верхом, было бы кощунством. Так что расслабься . А гемтоген куплю и аскорбинку,–  прохрипела я в трубку, пытаясь справиться с огненным вихрем внутри.

– Я тебя жду.

И вот эти три слова, сказанные мне чужим, посторонним, язвительным козлиной. Вот именно они были мне нужны все эти годы. Вот именно этого мне не хватало – сильного плеча, за которым я могла бы быть слабой женщиной. Не тянуть на себе лямку стервы, способной свернуть горы. Не взваливать на хрупкие плечи целый мир. А просто быть женщиной – взбалмошной, капризной, глупой. А еще, я бы исполнила свою детскую мечту. Но об этом думать уже поздно.

 Я завела «коняшку» и твердой рукой направила ее туда, где меня ждал варвар.