Cеребряный теленок. Альтернатива

Утром он принес ей спящего ребенка в кровать, Потому что видел, что Наташа не могла встать. Помог ей встать, и отнес её в ванну. Принес свежий халат, снова отнес её в кровать, поцеловал, сказал, что позавтракает пирожками.

– Ты полежи, я сам соберусь.

– Джонни! Не забудь записку на кухонном столе.

– Какая записка?

– О том, что ты должен мне купить.

– Вспомнил. Хорошо.

Остап облачился в поношенный спортивный костюм. Кеды, бейсболка и старый рюкзак дополнили его облик. Зашел к соседке. Сказал, что Наташа немного хворает, просил её не беспокоить, а когда посигналит уазик, просил сообщить рабочим в уазике, что он уехал в город за лекарствами, чтобы вылечиться совсем.

– Я все сделаю, – говорила соседка, улыбаясь.

– Вам тоже привезу новые лекарства,

– Подожди. Я тебе подорожник принесу, только не уходи.

Она быстро ушла. Остап смотрел на часы: через двадцать- пятнадцать минут приедет уазик. Но вот соседка пришла, принесла сумочку, надеваемую через плечо. В ней были пирожки и бутылочка с водой.

– Наклонись, – сказала соседка.

Остап наклонился, Любовь Ивановна перекинула ремешок сумки через его голову. Он поцеловал её руку.

– Храни, тебя Господь! – сказала соседка и перекрестила его, и он побежал рысцой на автобусную остановку, свернув в переулок, где не поедет уазик. Он бежал так не долго. Затем шел и думал, как соседка поняла его состояние и перекрестила. «Прав ли я, что буду менять чужие доллары на рубли?» Эта мысль его мучила пока он не сел в автобус – экспресс. Он сел на заднее место, стал анализировать происшедшее, и делать выводы:

– Первое: – Любовь Ивановна мечтает жить рядом с дочерью, если они продадут усадьбу. Это плюс.

– Второе – Анатолий попросил двадцать тысяч, в то время, как у него было почти пять миллионов рублей, – тоже плюс!

Третье – сосед боялся трогать эти деньги по не понятной причине. Нужно поберечь его здоровье, которое не купишь за деньги – это тоже плюс.

– Четвертое – деньги могли сгореть в сарае или их могли украсть братья Паниковские. Он спас эти деньги – жирный плюс.

– Пятое: сто или двести тысяч уйдет на ремонт усадьбы. И это будет роскошный ремонт, – это приятный минус.

На обороте записки Анатолий написал, что мечтает получить три с половиной миллиона на усадьбу. Значит, он будет доволен этой суммой. И все будут довольны – это плюс.

– Шестое – соседу и всем сказать, что деньги дала его мама: продала свой дом и хочет переехать к нему. Но мама приедет к нему на новоселье. Это плюс.

Он довольно потер руки, почесал затылок, подергал носом в обе стороны, и пальцами поднял выше брови, словно желая увидеть берега Рио-де- Жанейро.

– Итого: пять плюсов и один минус. Маленький минус настораживает и может говорить о том, что за день можно не управиться с обменом.

Тогда, счастливый обладатель долларов стал загибать пальцы: если он будет давать валютчику по двадцать купюр, и будет бегать от места к месту, то на это у него уйдет три дня. Нужно будет позвонить Маше, чтобы она дала указание остановиться на бывшей квартире на три дня. Сказать, что вывих ноги или поиск нового контракта. Ночевать там, класть рюкзак в наволочку, которую нужно купить. Первый день нужно выглядеть, для валютчика, как бедный спортсмен. Второй как интеллигентный человек в шляпе и с тростью. А в третий день, как пижон, в пестром свитере. Свитеров должно быть три разных цветов. Так, занимаясь трудными вычислениями, он доехал до города, и подумал, как хорошо, что треть денег он оставил дома.

Он взял такси, доехал до дома Маши. Он был здесь однажды у Алисы по поручению Маши, забирал некоторые книги. Тогда он выходил на балкон и видел детскую площадку. Чтобы перевести дух, сейчас сел на лавочку у детской площадки, которая была ещё пуста. На балкон Машиной квартиры вышла молодая женщина. Она полила цветы и ушла быстро. Тогда Остап позвонил Маше, что приехал в город в аптеку по ароматным маслам. Но по причине, о которой нельзя говорить по телефону просит разрешения переночевать две ночи у Алисы. Маша сказала, что поняла, сказала, чтобы он купил палку сырокопченой колбасы в магазине: «от Маши». И через час может позвонить в дверь Алисы.

«Хорошо, что я взял денег собой, достаточно на первый случай» – подумал он. Сделал так, как сказала Маша, ещё купил связку баранок, и три розы. Больший букет мог вызвать подозрение. Баранки повесил их на шее. И через час звонил в квартиру на третьем этаже. Алиса встретила его доброжелательно: видно, что Маша дала гостю хорошую рекомендацию. Алиса повела гостя пить чай на кухню, поставила розы в вазочку, спросила о здоровье Маши, об их театральных планах. Остап понял, что это ей сказала Маша. Он помыл руки, достал колбасу, сказал, что приехал заказать здесь костюмы для театра и еще у него другие дела, поэтому придет только вечером.

Остап быстро нашел первый банк, и нашел менял недалеко от него. Удачно обменял двадцать купюр. Поехал дальше. Снова обменял хорошо. Никто не обращал внимания на высокого спортсмена с рюкзаком, который ел на ходу баранки. Он понял, что это хороший типаж, не вызывающий подозрений. Купил бутылку молока, выпил её в сквере. Снова стал на ходу есть баранки, которые не ел со студенческих лет. К вечеру, когда рюкзак заметно наполнился, он понял, что переночует только одну ночь, и через два дня повторит визит. Спешка в таком деле не нужна. Вечером он познакомился с Димой- мужем Алисы.

Но поговорить, особенно, не успели. Дима извинился, что работает с западными областями страны и ушел к компьютеру. А Остап был рад этому: он устал от бегания по городу и почти сразу заснул. На другой день он понял, что на спортсмена с рюкзаком не обращают внимания, а на профессора с рюкзаком могли бы обратить внимание. Поэтому, вечером заглянул к Алисе попрощаться, обмотал щиколотку бинтом для своего оправдания перед женой. Димы не было еще дома. Это хорошо.

Остап сел на экспресс- автобус и спокойно доехал до дома. За два дня он успел купить по списку от жены почти все. А в аптеке по ароматическим средствам он купил много чего из списка, к большому удивлению фармацевта, еще обещал зайти.

В последний день приехал домой поздно, поцеловал жену, сказал, что ногу подвернул, поэтому не мог двигаться. А это было недалеко от истины: ноги гудели и просили отдыха. Он дал жене сумку с её заказами, где были еще средства ароматными маслами. Она все это понесла показывать Нине Петровне и Маше.

Остап вздохнул, потянулся. подумал, куда спрятать деньги. Он спрятал деньги в рублях на антресолях, и спрятал лестницу за диван., а похудевший рюкзак положил вниз широкого шкафа, где были зимние вещи. Когда пришла жена, то Остап уже после ванной лежал в постели и дремал. Рядом на стуле лежало влажное полотенце, в котором он вышел из ванной. Он сказал Наташе, что день был трудный, успел заключить выгодный контракт, попросил таблетку аспирина.

– Какой контракт и с кем? – спросила жена, когда принесоа аспирин и стакан воды.

Но муж уже спал. Рано утром спустился к Нине Петровне с перевязанным горлом, спросил её, где сейчас доктор.

– Он сейчас на дежурстве. Зарабатывает дни для походов за грибами. А за флакончики с ароматными маслами он вам благодарен и еще просил купить.

– Вы ему позвоните, скажите, что я подхватил болезнь горла. Пусть поверит вам на слово и выпишет мне больничный лист на пять дней. Я не хочу вас заражать, поэтому ухожу к себе.

– Конечно, конечно, пейте теплое молоко, чай с малиновым вареньем. Наташа принесет от меня варенье. Идите, ложитесь и не ходите по дому и по двору.

Да, Остапу повезло с соседями с двух сторон: одни кормили его пирогами и поили наливкой, другие оставили в сарае для него не нужные никому деньги. Почему их не съели до сих пор крысы, было, просто удивительно.

Он спал долго, и видел перед тем, как заснуть: стены домов, мелькавшие перед глазами, машины и газоны. Снова видел странный сон, как утопал в навозе. Проснулся от теплого солнца в окне. Попросил Наташу сходить к Любови Ивановне, спросить, как она передала его просьбу о болезни на его работу.

Решил полежать спокойно два дня, отдохнуть, на один день съездить: продолжить менять доллары. Этого хватит, чтобы расплатиться за дом Анатолия. Остальные деньги он решил менять через месяц: это уже успеет за один день. Итак, он за четыре дня управится с этим. Ему в этом помог удачный образ ловкого спортсмена с рюкзаком за плечами, который на ходу ест баранки.

Глава 6

***

Прошло две недели, и вернулся сосед Анатолий. Как только увидел Остапа во дворе и спросил, когда он сможет купить у него дом.

– Через пять дней. Мне удалось уговорить свою мать продать дом срочно.

– Так быстро. И сколько вы мне дадите?

– Как и стоимость маминого дома: три с половиной миллиона.

– Нужно добавить.

Остап вывернул пустые карманы. А Любовь Ивановна говорила, что не будет больше ждать и уедет сама к внукам. На этой сумме и порешили. Остап вошел в дом к соседу, посмотрел, что был прав о капитальном ремонте.

На другой день подал заявление об увольнении. Купил каждому члену бригады по две бутылки пива. Мог и больше купить, но это бы вызывала подозрение. Начальника не было. Остап передал бригадиру заявление об увольнении. Едва доработал до вечера. Вечером зашел к Косте, сказал, что надорвал спину на тяжелой работе и уволился.

Костя согласился взять его к себе в помощники на ставку «менеджера-стажера» через месяц. Тогда это место будет свободным. Остап должен быть обучаться в процессе работы.

Глава 7

Мой дом везде, где есть небесный свод,

Где только слышны звуки песен,

Всё, в чем есть искра жизни, в нём живёт,

Но для поэта он не тесен.

Анатолий уехал скоро, оставив немного мебели (это хорошо) и три утки (тоже хорошо). Похоже, что утки спрятались во время отъезда. Это неплохо: легче прокормить. Гусей Анатолий всех забрал: Остап не хотел с ними возиться.

Остап долго спал не только ночью. Но и днем тоже. Стресс был так велик, что хотелось только лежать и думать о Рио-же Жанейро. Он обмотал ногу ниже колена, чтобы оправдать перед окружением свою нахлынувшую лень. Вспомнил про Обломова. И понял, как ему было хорошо и как хлопотно его другу Штольцу. Но быстрый ум Остапа придумывал уже сцены будущего спектакля, а для этого нужно было пополнить свои знания о жизни того времени. Он стал читать рассказы Зощенко. Произведения Горького и Бабеля ему не нравились. Эти книги были в библиотеке Нины Петровны и доктора. Но у доктора еще были пластинки того времени, и они помогали понять настроение того времени.

Днем, хромая, вышел осмотреть свой новый двор. Он понял, что нужно сломать не только изгородь у кустов роз, а продолжить убирать забор дальше. Тогда дворы Маши и его соединятся. «Такой будет простор для гуляния, можно даже каток сделать зимой! – думал он, – только один куст роз нужно пересадить, – он будет мешать».

Он стоял у тех кустов роз, сильные запахи которых будили его ранним утром. Да, эти кусты уже протянули активную поросль во двор Маши. Было видно, что прежние хозяева выкопали два куста. Но это не изменило общую шикарную картину: между кустами с темно- красными и алыми цветами был широкий куст роз с бледно- желтыми цветами.

Остап долго стоял, любовался ими и решил узнать, какие им нужно дать удобрения и как укрывать их на зиму. Он пошел дальше до пруда, с метлой в руках. Плитка вокруг пруда позеленела. Нужно её скрыть крупными округлыми камнями с берега моря, привезти настоящие камыши. А еще построить горку из камней. Сверху обогнуть проложить гибким шлангом с дырками, замаскировать его и пускать по нему воду под напором, тогда будет водопад. Планов много. Новый хозяин долго смотрел всё вокруг.

Анатолий уехал спешно, оставив почти весь урожай и в огороде и в саду тоже. Приближалась осень. За железной изгородью на кустах висели помидоры. В небольшом парнике было много огурцов. Остап полил их теплой водой из бочки стоящей рядом. Сорвал огурцов столько, сколько вошли в карманы. Малины было уже немного. Он поел ягоды с куста и понял, как это вкусно. А смородины было мало: почти собрали. Остальное большое пространство занимали гряды моркови, свеклы. Еще росли кабачки и тыквы, над ними висели диски подсолнухов. Все это изобилие грело душу Остапа.

Он не боялся такого множества всего вокруг: нужно пригласить братьев Паниковских. Они помогут все убрать, если у Наташи возникнут трудности в обработке урожая. Он медленно приближался к дому, и хрустел огурцом. Женщины и доктор наводили порядок в его новом доме. А Остап не любил рутины, поэтому вернулся к сараю, сел на широкую скамейку, вытянул ноги, и смотрел на дом. Ему захотелось поставить здесь диван, и лежать на нем. Он вспомнил несколько слов стихов Лермонтова, что для поэта дом везде. Но только вспомнил: « Мой дом везде, где есть небесный свод».

Дом Анатолия и дом Марии и Константина был построен по одному проекту, как и почти вся улица, но дом Анатолия покрашен в зеленый цвет. А крыша была красной, что в будущем сыграло свою роль. Наташа была рада, что будет жить в нижнем этаже. Там тоже были две спальни и большой зал- гостиная и кухня. Ребенок подрастал и на второй этаж подниматься ей не нравилось.

Планы Остапа шли дальше: оставшиеся деньги нужно было вложить в недвижимость, и он решил строить третий этаж. Ян Паниковский говорил, что отец так и думал достроить третий этаж. Фундамент был прочный, широкий: много кирпича было тогда. Но отец Паниковских стал хворать, и поэтому осталось два этажа. Остап сидел, размышлял, но боялся заходить в сарай.

Он не знал, забрал ли Анатолий портфель. Может, он зря печатал доллары. Он пересилил себя, повернул голову и увидел, что ключ торчал в замке. Отпер дверь, зашел в помещение длинного сарая. Все осмотрел, увидел, что образовалась пустота, что тут стояло его не интересовало. Но железного ящика с портфелем тоже не было. Остап ел длинный китайский огурец, и размышлял о том, что может хозяин, развернет рукава от синего плаща, увидит, что пачки долларов на месте.

И снова будет их держать годами, пока тамошние мыши их не сгрызут. Но душа хозяина несколько лет будет спокойна. А может все сгорит в пожаре или его кто ограбит. Ясно, что использовать эти деньги нельзя: они порвутся. А если намокнут, то сразу размякнут. Он был спокоен: государству вред не будет нанесен. Остап сидел, закрыв глаза, и думал о превратностях судьбы, он жил как в гостях у Маши с Костей. А вот и уже его эта усадьба с прудом и утками – его. Вот, одна утка вышла из кустов и шла к пруду. Остап пересилил лень, пошел к кустам крыжовника. Осмотрел их и под одним увидел два яйца, прикрытые травой. Он устроил гнездо в сарае, принес туда воды, крупы, хлеба и травы. Оставил дверь открытой, и насыпал крупы от пруда к сараю. Его расчет оправдался: скоро утка пошла по это дорожке, а затем и села на яйца. Остап был рад такой привязанности утки ко двору. Он не поленился, нашел молоток и пилу в сарае. Быстро соорудил отверстие в стене сарая у самой двери. Сел снова на скамью и решил хлопоты по хозяйству переложить на братьев Паниковских. Купить гусей для них. Пусть на рынке или в гастрономе. Его мечтам о хозяйстве помещала Наташа, она тихо подошла к нему и спросила:

– Как ты себя чувствуешь? Обедать будешь?

– Еще посижу: я сыт впечатлениями последних дней, а здесь ещё меня и утка- мать позабавила.

– Видела, видела, как ты рассыпал крупу.

– Осваиваюсь, вот и окошко внизу сделал для утки- мамаши. Может у нее потомство будет, может в яйцах по два зародыша будет в каждом.

– Три будет, – смеялась жена, -ты тогда мне говорил про какой-то контракт?

– Да, но я им помахал ручкой. Костя меня перехватил, как ценного кадра с большими способностями, – смеялся Остап.

– Кто бы сомневался? Купить такой дом! Я тоже все еще осваиваюсь, – говорила Наташа и смотрела вокруг, – ты совсем раскис. Принести сюда раскладушку?

– А давай! Я еще и не осматриваю все, постепенно все осмотрю. Огурцы и помидоры нужно собирать. Я нарвал в карманы поесть сейчас.

– Этим завтра займемся с Ниной Петровной. Я вижу, что у тебя потрясение. Твою маму нужно перевозить теперь. Для неё это тоже стресс.

– Нет! Она пока не хочет. У неё муж молодой. Как папа умер, она через год нашла себе спутника по жизни. Но я рад, что он оба рады. Живут своим хозяйством и своими заботами.

– Твоя мама вышла замуж за молодого мужчину? Красивая она?

– Да. Она же у меня красавица. Почему я долго не женился? Искал красавицу, как она, как ты. А на меня посмотри в кого я такой красивый.

Остап встал, забыв о больной ноге. И стал гордо ходить, поворачиваясь, как на подиуме, и продолжал:

– Моя мама была актрисой, но во время ушла со сцены, поэтому у нее нет депрессии, о которой сейчас много говорят. Она сейчас рисует картинки для детей.

– А имя она тебе придумала или твой отец?

– Оба придумали, они увлекались романами Ильфа и Петрова. Вот так и назвали, а мою младшую сестру назвали Зосей

– Она же деньги тебе отдала за дом? Где тогда они живут?

– Они продали дом её мужа. Мамин дом стоит дорого.

.– Где будем спать сегодня? – спросила жена.

– Пока на прежнем месте, – говорил Остап, зевая, – ты бы мне принесла хлеба и соли и тарелку для огурцов тоже.