- -
- 100%
- +
Ева Литвинова сидела в отсеке, где был небольшой кусочек Земли, росли маленькие березки, осинки, совсем кроха – елочка и чуть побольше кедр. Она стояла и гладила рукой маленькие листочки: перед её мысленным взором вставала березовая роща, прямые стволы берез уносились ввысь, листва тихо шелестела, сквозь неё светило яркое летнее солнце. Она шла по едва видимой тропинке, рядом шел любимый человек, счастье разливалось в душе и в природе. Длинные светлые кудри опускались на широкие плечи, голубые глаза доверчиво и ласково смотрели на неё.
– Ева, зачем тебе этот полет, неужели больше некому лететь, во всей стране больше нет врача для данного полета? – тихо спрашивал любимый.
– Может быть и есть, но я сама хочу в космос, я хочу увидеть звезды, увидеть далекие планеты, может быть людей.
– Ева, а как же я, ведь я тебя люблю и не смогу жить без тебя, – снова спрашивал любимый.
– Летим со мной, ты вторым пилотом, а я врачом, так мы сможем с тобой быть вместе и не расставаться.
– Но я не хочу лететь, – останавливаясь и притягивая Еву к себе проговорил любимый. – Оставайся, я гарантирую тебе мою любовь, я все сделаю, чтобы ты была счастливой.
– Милый, но я хочу в космос, всю жизнь о нем мечтала, а здесь такая удача, я не могу отказаться. Слезы застили глаза девушки, сквозь них удаляясь, тянул к ней руки любимый. Сколько раз за полет она воспроизводила в памяти эту сцену, сколько раз плакала от тоски и наконец поняла, что все в душе умерло, только тихая грусть ворошила желтые листья березовой рощи.
Она еще постояла около маленьких деревьев.
– Я завтра к вам обязательно приду. Надо жить, – подумала Ева, она не заметила, как вышла, прошла по коридору звездолета, дошла до лаборатории, дверь была приоткрыта, около порога сидела собачка, счастливо виляя хвостом и радостно повизгивая.
– Барс, привет, соскучился? – она наклонилась и погладила собачонку по спине. Вдоль стены лаборатории находилось огромное количество клеток с разными земными животными: хрустели сухим кормом кролики, белые мышки сновали по клетке и пищали, попугайчики – неразлучники радовали глаз, даже две курицы и петушок сидели в курятнике и довольно квохтали, петушок громко кричал: ку – ка – реку по делу и без дела. Накормив всех животных, Ева записала показатели в дневник, показатели не изменились – все было в норме. Почти месяц в космосе, по земным меркам не так уж и долго.
В кают – компании собрались все члены экипажа.
– Всем, привет, – произнесла Ева, усаживаясь за обеденный столик и заказывая себе пищу. Собачка Барс прыгнула на соседнее сиденье и уставилась на Еву, видимо гипнотизировала.
– Ева, ну как там поживают наши братья меньшие? – озорно спросил Николай Пронин, программист звездолета, штатный балагур и весельчак. Он никогда не унывал, во всем видел позитив и всех настраивал только на позитив, рассказывая веселые истории и юморески, если бы он выбрал профессию конферансье, то был бы гениальным, по – общему мнению – актером.
– Все животные в порядке, едят и пьют, – ответила Ева. – Хочешь покормить, пойдем, они все тебе будут рады.
– С чего бы это?
– Все мои животные любят внимание, так что, если хочешь покормить приходи в любое время.
– Ладно, Ева, не заводись, я просто так спросил.
– А я просто так ответила.
– Ну, хватит вам, каждый день одно и то же, хоть бы тему сменили, – вступила в разговор Галина Пинежина, врач – гигиенист, она оторвалась от забора проб воздуха, снимая маску и резиновые перчатки.
– А вам, Галина, хватит уже каждый день брать пробы воздуха в замкнутом пространстве. Откуда здесь могут появиться болезнетворные микробы, если мы не выходим наружу, – вступил в перепалку Сергей Корж, борт. механик, вращаясь на крутящемся кресле. Он всегда подшучивал над Галиной, стараясь вывести её из себя, когда девушка сердилась она смешно моргала глазами и махала левой рукой. Вот и сейчас она была на грани, но сдерживаясь, сверлила Сергея глазами, нужно сказать, очень красивыми глазами.
– Да, замолчите вы все уже, – начал кричать второй пилот звездолета Иван Перецвет. – Да сколько можно каждый день одно и тоже, – Иван вскочил со стула с прикрученными к полу ножками и начал бегать между столами смешно избегая столкновения. Ева слушала, смотрела на всех и думала, что все заводятся с пол-оборота, потому что психологически устали находиться в замкнутом пространстве столько дней. Атмосфера накалялась и вдруг собачонка прыгнула на стол, встала на задние лапки и подвывая самой себе начала плясать: она приседала, махала согнутыми передними лапками и смешно закатывая глазки, смотрела то на одного, то на другого.
Это было так уморительно, что Ева засмеялась, откидывая голову назад и хлопая в ладони. Экипаж подбежал к собачке, все с хохотом пытались изобразить её движения, подвывая, кто как мог. В этот момент открылась дверь.
– Дожили, хор мартовских котов, – сказал, подходя к танцующей братии, командир звездолета – Андрей Первухин. Но, когда он подошел к собачке и увидел её пляску, сам сделал несколько движений руками. – Всё, ребята, повеселились и будет, давайте все по местам, мы приближаемся к красной планете нашей Солнечной системы – Марсу. Она уже хорошо видна на мониторах.
– Ева, как у нас с прививками? Скоро мы выйдем на поверхность красной планеты, лучше перестраховаться, чем…, ну, да ты сама все знаешь, – капитан взглянул на врача, Ева годилась ему в дочери.
– Хорошо, Андрей Иванович, будет сделано, – ответила Ева, продолжая держать собачонку за лапки и поощрять её на дальнейшую пляску, но собачка устала, плюхнулась на стол, повернулась на спину и подняла лапки вверх.
– Ах, ты хитрюшка, поди со стола, – Ева взяла собачку и опустила на пол. – Сидеть, – и погрозила пальцем. Окинула взглядом, сидящих в кают – компании коллег и вышла из столовой. Собачка с лаем выбежала за ней.
– Ладно, я тоже пойду, – Галина, подхватив свой чемоданчик с пробами воздуха, покинула каюту.
– Что – то все ушли, мне тоже пора, нужно немножко поработать, – откланялся Николай Пронин, при этом он состроил гримаску, попятился задом и начал махать руками изображая балерину и это у него неплохо получалось.
– Клоун, что с него взять, – подвел итог Сергей. – Просто все устали от однообразия, поэтому постоянно и ссоримся, – сказал он капитану, оправдывая разом всех своих друзей.
– Да это понятно, но ничего, все придет в норму, когда начнется работа на планете, – задумчиво согласился командир.
Ева вошла в каюту, где стояли огромные мониторы за наблюдением ближнего и дальнего космоса.
– Как быстро пролетел месяц, вот мы уже почти и прилетели, – подумала Ева, наблюдая за планетой, которая и правда имела красный цвет. Она ждала появления двух спутников Деймоса и Фобоса. Не терпелось увидеть эти огромные камни, но они сейчас были с другой стороны планеты. Ева зашла в электронный справочник планет Солнечной системы и дальнего космоса (ESP, выпуск 2075года).
ESP: Марс – планета с атмосферой, по химическому составу очень отличается от земной и содержит 95,5 % углекислого газа с примесью 2,7 % азота, 0,13 % кислорода и около 0,03 % водяного пара, примеси других газов.
– Да, дышать будет нечем, придется все время ходить в универсальном скафандре, будет тяжеловато перемещаться. С другой стороны, атмосферное давление на поверхности планеты в 100 раз меньше земного, значит, ходить будет не очень тяжело? Ладно прилетим, увидим. Что еще интересного можно прочитать в справочнике?
ESP: Температура в подсолнечной точке планеты составляет + 17 градусов Цельсия, в области Полярной шапки – 123 градуса Цельсия.
– Думаю, 17 градусов можно выдержать, мне кажется, это значение вполне приемлемое, а вот – 120? Ладно, не буду думать по этому поводу, скафандры наши выдерживают температурный режим в пределах (от -200 0С до + 200 0С). А есть ли жизнь или следы жизни на планете? Ева знала ответ на этот вопрос, но хотелось поподробнее почитать, что предпринималось в этой области практики.
ESP: Основной задачей американских программ межпланетных спутников «Викинг», осуществленной в 1975 году посадкой на поверхность планеты, было обнаружение следов жизни и поиски органических соединений в грунте. Но ничего подобного обнаружено не было.
– Думаю, что мы сейчас будем на поверхности и все сами увидим. Ева не верила в отсутствие жизни, она врач – исследователь и ей очень хотелось опровергнуть выводы «Викингов». – Да и информация дааавно устаревшая.
– Ева, ты что здесь делаешь, – спросила Галина, при этом она взяла пробу воздуха.
Ева понимала, что вопрос риторический, а что можно делать в каюте наблюдений? – наблюдать, но ответила.
– Посмотрела основные характеристики Марса, жду не дождусь высадки на поверхность.
– А моя работа будет сведена к нулю, – Галина сожалея вздохнула. – Внешний анализатор за долю секунды выдаст все параметры, ну мне работы хватает и на звездолете.
– Ты, права, Галя, зайди, пожалуйста, и в лабораторию, там взять пробы воздуха не помешает. Ева задумчиво продолжала смотреть на монитор электронной камеры слежения, передающей снимки космоса в режиме реального времени. Черный глубокий космос, летящие навстречу мелкие камушки, которые появлялись неожиданно, залетая в защитное поле корабля они молниеносно сгорали и такие маленькие вспышки происходили почти каждую секунду.
Девушка еще немножко посидела, посмотрела на монитор, мысли вновь перенеслись на Землю.
– Ева, не улетай, мы ведь хотели создать с тобой семью, хотели детей, – тихо шептал любимый, его руки крепко обнимали девушку. Ева была согласна с ним, она тихонько шептала в ответ, что она только разок слетает в космос, прилетит и тогда все будет.
– Вот ты где, спящая красавица, – утвердительно качнул головой Николай, он рисуясь подошел к Еве, и бросил взгляд на экран, не найдя на нем, что – либо интересное он продолжил. – Что сидишь, мечтаешь? Напрасно, тебя наверняка не выпустят на поверхность. Что тебе там делать? Больных нет и вообще никого нет, чтобы лечить, так, что будешь сидеть на корабле и ухаживать за своими животными.
Ева молча встала, что спорить с человеком, который ничего в жизни серьезно не воспринимает?
– Останься, поболтаем, – смеясь предложил Николай.
– О чем? Мне не о чем с тобой разговаривать, – отрезала Ева и вышла из каюты.
– Ничего, – сказал Николай, – скоро сама ко мне прибежишь, не таких обламывали.
Ева не слышала последних слов, она шла тихонько по звездолету, ноги привели её в спортзал. Спортзал – это громко сказано, но места было достаточно, чтобы сделать небольшую фитнес – разминку, а затем сесть в асану.
– Ом, – тихо загудела Ева, закрыла глаза и углубилась в себя. Перед её мысленным взором стали возникать и гаснуть какие – то яркие картинки. Ева продолжала углубляться, стараясь прояснить видения.
Голубая вода плескалась прямо около ног, лизнув её ступни, быстро убегала назад. Она вглядывалась вдаль, что хотела она там увидеть? Кто – то подошел и встал рядом. Ева медленно повернула голову: рядом стоял высокий человек, красоты необыкновенной… картинка стала таять и размываться и наконец исчезла совсем.
Ева вышла из транса, размялась. В голове теснились мысли по поводу картинки.
– Какая невероятная глубина красок, в реальной жизни я таких не встречала. А море, какое невероятно синее, а дальше черное. А что я видела, там в дали, летящий самолет? А, что за мужчина стоял рядом со мной? Вопросы были, ответов нет.
Ева зашла в лабораторию Галины, в ней была такая стерильная чистота, что было боязно до чего – либо дотронуться. В центре стоял частотный газоанализатор и масса каких – то приборов меньших размеров. За столом сидела Галина и что – то рассматривала.
– Ну, что Галя, скажешь? Как там воздух в лаборатории?
– В воздухе много сероводорода, чаще включай газоуловитель, а то у тебя будет болеть голова, имеется в наличии мелкая пыль. Давно мыла пол в отсеке?
Но Ева не отвечала, она внимательно рассматривала фотографии.
– Что это?
– Ты знаешь, – начала оправдываться Галина, – перед полетом я зашла в книжный магазин купила еженедельный журнал «Мир планет Солнечной системы», в одном из них я увидела марсианские пейзажи, ну и купила. Правда здорово будет все это увидеть собственными глазами? Например, гору Олимп, её высота достигает 20 км, а склоны напоминают ступени пирамиды Хеопса. Мы высадимся на плато Ломоносова, там поставим станцию, проведем на планете три месяца и вернемся домой.
– Ты права, плато Ломоносова недалеко от горы Олимп, по звездной карте около 50 км, возможно мы будем её видеть, шутка ли 20 км, – поддержала разговор Ева. – Я думаю будет здорово. И эти пейзажи мы тоже скоро увидим, – она смотрела на открытки с красными видами поверхности Марса.
– Пойдем поедим? – спросила Ева. – Почему бы нет? – и девушки вышли из лаборатории. По дороге они заглянули в рубку управления полетом: командир и борт. механик играли в шахматы на время, часы отсчитывали секунды принятия решения.
– Это тебе не языком трепать, – сказала Галина, хлопая Сергея по плечу. – Что наш командир, крепкий орешек, тебе не по зубам? Так его, Андрей Иванович, так: рокировочку, ход ладьей, пешкой, мат тебе, Сереженька. Учиться тебе еще и учиться.
– И что они цепляют постоянно друг друга, – думала Ева. – Серега некрасивый (на мой взгляд, никого нет краше моего), лысоват, но крепкий и плечистый мужик. Хорошо разбирается в технике. Может помирятся еще? Ева смотрела на друзей и было непонятно, чего они добиваются друг от друга.
– Ладно, время расставит все точки на «и», а сейчас, что гадать? Андрей Иванович, Сергей, пойдемте ужинать?
– Я требую матч – реванш, – настаивал Сергей, расстроенный тремя проигрышами.
– Ева, я останусь, посмотрю.
– Хорошо, – Ева вышла из рубки и отправилась в столовую. За столиком сидел один Иван Первоцвет. Фамилия у Ивана была очень говорящей: румянец заливал щеки мужчины и казалось, что он на самом деле цветет и пахнет. Иван был невысокого роста, полноват с круглым как Луна в затмении – лицом. Румянец никогда не сходил с его щек, но эта особенность не мешала ему быть умным, решительным и отважным пилотом.
– Привет, когда мы будем уже на орбите, так хочется увидеть Марс поближе.
– Где – то через три дня, насмотришься еще, – ответил Иван. – Хотя, ты права, мне тоже не терпится увидеть Марс поближе. Здорово, мы единственные кто побывает на этой планете.
– Иван, мы будем не одни, кто побывает на ней, придут и после нас, – остудила пыл Ева. – Наша задача построить станцию для приема будущих космонавтов. Как – то она выдержит постоянные песчаные бури, ветер, говорят достигает 20 м/с.
– Как обеспечить постоянным теплом станцию, вот вопрос.
– А вообще, как это – год на Марсе длится 686, 9 дней, т.е. почти в два раза длиннее, чем на Земле, значит лето в два раза длиннее, – мечтательно откинувшись на спинку диванчика, сказала Ева. – Жаль, Солнце очень далеко от планеты.
– А, вы тут, голубчики, – громко и весело крикнул Николай Пронин, открывая дверь в столовую и вбегая в неё как вихрь.
Ева разочарованно встала и вышла.
– Надоело это его постоянное веселье, пустобрех, – в сердцах произнесла девушка, закрываясь в своей каюте. Она любила уединение, на столе её ждали начатые стихи, неоконченные акварельные картины, книги, в часы отдыха она занималась творчеством. Но сегодня ничего не хотелось, она вытянулась на узкой койке и подумала о своем видении, что бы это значило? И кто рядом? На этой мысли Ева уснула. Во сне человек может быть кем угодно, быть, где угодно.
Перед Евой расстилался огромный Белый город. Она смотрела на него как бы с высоты полета птицы. А кто рядом? Девушка повернула голову, с ней рядом летел тот самый мужчина из видения.
– Как вас зовут?
– Апполей, я царь Белого города.
– Где мы? – спросила Ева, они медленно приземлились посредине огромной белой площади. Каменные белоснежные здания, высокие и низкие, но все с округлым куполом. Они не блестели на солнце, но отсветы все – таки были, чем они покрыты? Ева любовалась, она не могла отвести глаз от окружающих зданий.
– С чем сравнить? В первом приближении с античной архитектурой, но только на первый взгляд. Что – то неуловимо было другое: мало внешней роскоши, ничего лишнего, только строгие, уносящиеся в небо колонны, кроме этого, все здания имели красноватый, совсем незаметный оттенок. Однако, роскошь присутствовала во внутренних двориках зданий. По площади гуляли очень красивые люди: высокие, все в белых одеждах.
– Какое – то Белое царство, – подумала Ева.
Сон разворачивался непрерывно и вот Ева в сопровождении Апполея уже плывет на маленькой белой лодочке, вот скорость лодочки увеличилась, золотые волосы девушки развеваются на ветру. Вот так бы ехать и ехать, наслаждаясь прогулкой, но…вот лодочка исчезла, и Ева стала медленно опускаться вниз, но темнее не становилось, а наоборот, внизу все осветилось, и Ева увидела прекрасный Голубой город. Он мало чем отличался от того, что был на поверхности. Огромные голубые здания с округлыми куполами, были прекрасны и удивительны. Девушка обратила внимание, что жители Голубого города были похожи на людей, но она заметила у шеи жабры, которые раздувались и сжимались, позволяя жителям дышать.
– А как же я дышу, – и она не успела ахнуть, как рядом с ними появилась маленькая голубая лодочка, которая вынесла их на поверхность воды (море или океан?). Лодочка, набирая скорость, поднималась вверх и вот уже впереди по курсу появился летающий остров, корни деревьев, спускались очень низко, что – то рушилось прямо вниз, Ева прикрыла глаза.
– Не бойся, – прошелестело в голове, – это Зеленый город. Лодочка остановилась, и они сошли прямо на землю, сплошь покрытую травой. Ева оглянулась, лучше бы она этого не делала, так как сзади было голубое, с оттенком красного – небо.
– Смотри, Ева, смотри, – шелестело в голове.
Ева посмотрела вперед, такой красоты город она видела впервые в жизни, небольшие светло-зелёные здания, располагались компактно, но между ними росла трава, усыпанная мелкими красными и белыми цветочками. Ева наклонилась, и сорвала цветочек…
– Ева, Ева, проснись, что сегодня с тобой, – трясла Еву за плечо Галина, – просыпайся работать надо, животные твои голодные ревут. Ева медленно выходила из сна, все казалось, что она сейчас полетит и увидит, что – нибудь новое и удивительное. Она привела себя в порядок, золотые волосы собрала в пучок.
– Нужно позавтракать, а то такой голод будто неделю не ела, – подумала Ева. – А все – таки, что это за видения? Она вспомнила красоту Белого города, прямые улицы Голубого и прекрасные пейзажи Зеленого.
– Это точно не Земля, у нас нет летающих островов. А может быть это фантазия? Не стоит относиться к видениям, как реально существующим, точно, скорее всего это фантазия, – Ева облегченно вздохнула, принятое решение успокоило её и избавило от необходимости думать: где это, что это и т.д.
Она быстро поела и побежала в лабораторию кормить животных, собачка сидела около порога и радостно виляла хвостиком.
– Ну, что Барсик, соскучился? Собачка прыгала и старалась лизнуть ей руку. Ева кормила животных и для каждого у неё было ласковое слово и ласковый взгляд. Она присела на кресло и откинулась на спинку, задумчиво глядела на собачку. Барс, чувствуя внимание хозяйки вилял хвостом и тянул лапу, заглядывая в глаза Еве. Девушка закрыла глаза и сознание тотчас поплыло, будто кто – то в голове стучался. Ева испугалась и открыла глаза. Она хотела пересесть за стол, но
– Уважаемые члены экипажа, экстренное торможение, экстренное торможение, прошу всех занять кресла и пристегнуться. Ева быстро накинула на себя ремень и пристегнулась.
– Что случилось, почему экстренное торможение, неужели посадка? Нет, для посадки рано, значит, что – то другое, – Ева закрыла глаза и тотчас услышала голос Апполея.
– Ничего не бойся, мы вас немного придержали, чтобы вы не уничтожили наши прекрасные города, – прошелестел Апполей. – Если вы не видите, это не значит, что этого нет. Ева стояла на песчаном берегу моря, волны лизали её ступни и было тихо и спокойно, что не передать словами. Ева растворилась в чувстве блаженства.
– Кто вы, Апполей? Как я сюда попадаю?
– Ничего не спрашивай, все потом, все потом.
– Вы не уничтожите наш звездолет?
– Нет, мы просто уменьшили вашу скорость, отсюда экстренное торможение. Сейчас вы пролетите жилые зоны, мы увеличим вашу скорость и вы, как и положено, подойдете к мертвой планете, – шелестел голос Апполея.
– Апполей, как я могу быть здесь, у моря и одновременно сидеть в звездолете?
– Ты живешь одновременно в двух измерениях, как и мы, поэтому ты легко выходишь к нам и можешь существовать одновременно и здесь и у себя.
– Апполей, почему я это могу, а другие нет?
– Потому что ты веришь в нас, а другие нет.
Ева подняла глаза и увидела в небе летающий остров, он был как облако, но свисающие вниз корни напомнили Еве, что она не на Земле.
Ева открыла глаза, Барс внимательно смотрел на неё, будто спрашивая: «Ева, ты где была?»
– Где, где была, – сказала Ева, вставая с кресла. – Там уже нет, – бросила она собачке, потушила в лаборатории свет, и вдруг увидела, что некоторые мышки светились фиолетовым пламенем.
– Это еще что такое? – она включила свет, все как обычно, выключила и снова несколько мышек светились. Ева подошла к клеткам, светящиеся мышки встали на задние лапки и внимательно смотрели на неё.
– Что с вами? – Ева не нашла ничего умнее, чем спросить мышек об их состоянии.
Открылась дверь и в лабораторию вошла Галина Пинежина.
– Ева, ты здесь? – Галина громко окликнула девушку, видимо глаза привыкли к темноте, и она увидела Еву и светящихся мышей. Удивленная Галина подошла к клеткам и стоя рядом с Евой спросила:
– Что это? Ты проводишь эксперимент? Ты накормила мышей фосфором?
– Галя, зачем мне это надо?
Дверь открылась и с порога раздалось:
– Ау, что сидите в темноте? – раздался голос Николая Пронина. Он хотел включить свет, но увидел светящихся мышей.
– Девушки, что мыши от экстренного торможения начали светиться? Вот это здорово, Ева, сделай так, чтобы я тоже светился в темноте, – Николай болтал без умолку. – Представляете, идешь в городе по улице, выключили свет, а ты начинаешь светиться и людям светлее и тебе хорошо.
– Да, умолкни ты, наконец, – не выдержала Галина, – а то…., – она замахнулась на него полотенцем, – сейчас, как дам.
– Все, все молчу, – Николай комично, поднял руки вверх, – сдаюсь. Он подошел к клетке и встал рядом, рассматривая фиолетовое свечение мышей. Теперь мышки смотрели на всех троих.
– Ладно, пойдемте отсюда, – проговорила Ева, пытаясь вывести коллег из отсека.
– Я пришел помочь тебе кормить животных, ты вчера приглашала, – вырываясь из рук, произнес Николай. Ему явно хотелось понаблюдать, что будет происходить, но Ева была неумолима и вывела обоих из лаборатории.
– Пойдемте в рубку к капитану, расскажем про светящихся мышей, – предложил Николай. – Тебе надо, ты и иди, – ответила на реплику Галина, а мы пойдем поедим.
– Не, я один не хочу, пойду с вами, – они шли по коридору и через минуту уже были в столовой.
За столом сидели Иван Первоцвет и Сергей Корж, они о чем – то горячо спорили, увидев входящих Сергей спросил:
– Кто – то включил экстренное торможение, теперь мы отстанем от графика на 2 часа. По дорожной карте мы завтра в девять часов утра были бы уже на орбите около Марса, а теперь – только в одиннадцать часов.
Девушки промолчали.
Иван продолжал развивать мысль Сергея.
– Если никто из экипажа не включал экстренное торможение, значит его включил кто – то, кто находится извне, за пределами звездолета.
– Что вы тут рассуждаете, кто может быть за пределами звездолета, – начал дразнить Николай, – смотрите, смотрите, инопланетяне, – вдруг крикнул он, пальцем указывая на иллюминатор.
– Где? – на одном дыхании спросили все присутствующие, пытаясь разглядеть что – то в иллюминатор.
– Ха, ха, ха, – держась за живот хохотал Николай. – Я пошутил, а вы поверили? Да, что сегодня с вами со всеми? – Николай переводил взгляд с одного лица на другое, он не видел ничего плохого в своих «плоских» шутках. Ева хотела выйти из кают – компании, но решила не обращать внимания на программиста, балагура и весельчака, который все видел в каком – то искаженном виде. Она фыркнула и обратилась к Ивану.
– Иван, мы все вместе будем выходить на поверхность, или может быть сначала пойду я, все – таки врач – исследователь, – спросила Ева, волосы, забранные в «хвост», слегка растрепались, на висках появились завитушки, большие зеленые глаза смотрели на Ивана Первоцвета внимательно и строго.