- -
- 100%
- +
– Как пафосно, – скривился он, – но в твоих словах есть резон. Готовность. Начинаем взлет.
Их вдавило в кресла.
– Злата! Что с жизнеобеспечением?
– Все в норме, капитан!
– Тогда почему такие перегрузки? Здесь что-то не то. – Он включил передатчик. – Тех.отсек, прием?
– Маранга, – послышался знакомый голос. – Слушаю, капитан.
– Почему такие перегрузки?
В приемнике послышались помехи. Девушка не верила свои ушам. Да они еще со станции не улетели, а их сплющило в креслах и помехи в приемнике!
Капитан потянул рычаг на себя и давление увеличилось. Он посмотрел на Злату.
– При прыжке мы не выживем или развалимся на части.
Она согласно кивнула.
– Возвращаемся на стартовую площадку. Маранга, готовь аварийную посадку!
В приемнике что-то протрещало.
– Наверное, это значит «есть, капитан!», – прокомментировала Злата.
Когда они приземлились, девушка подумала, что опоры рухнули под ними. Но корабль все же пережил аварийную посадку.
Корней вскочил и начал мерить шагами мостик.
Она поняла, что капитан не будет кричать. Он начнет докапываться до истины: методично и спокойно. Именно поэтому он не вышел сразу на связь с центром управления и не приказал выслать за помощью. Зачем? Сейчас команда им все расскажет.
Послышались тяжелые шаги. На мостик зашел техник.
– Вызывали, капитан?
На его лице была написана угрюмая решимость. Это озадачило девушку.
– Родион, как вас по отчеству?
Мужчина удивленно посмотрела на Васнецова.
– Сергеевич, – проговорил он.
Капитан кивнул.
– Родион Сергеевич, у вас какой летный стаж?
– Более двадцати лет, – угрюмость снова вернулась на его лицо.
Корней подошел к нему ближе.
– Что за скоропортящийся груз? И что было в контракте?
Техник метнул взгляд на девушку.
– Команда ни при чем, капитан. Они были не в курсе.
Корней подошел к технику еще ближе.
– Советник, кажется, ты была права, – он пристально взглянул в глаза Родиона. – Рассказывайте что знаете.
Мужчина опустил плечи.
– Тонкости нам не известны, но то, что контракт нельзя отменить даже Центру подтвердил юрист.
Капитан нахмурился.
– Вы ходили с этим контрактом к юристу?
Маранга хмыкнул.
– Мы нашли одного в баре. Напоили его, показали контракт. Он даже присвистнул и сказал, что нам крышка – отменить контракт нельзя. Нужно выполнять. Но есть одна зацепка, – мужчина вздохнул. – Корабль разваливается, другой не дают да и в контракте прописано что корабль серии ИЛТ 15488 с таким-то бортовым номером и командой …
Васнецов застонал и закатила глаза.
– ИЛТ? Перепелица, мы с тобой на антиквариате пытались взлететь. Это же со времен царя Гороха! Илюшин-Туполев, мама дорогая!
Техник был обескуражен.
– Капитан, но контракт!
Корней повернулся к нему и на его лице появилась холодная улыбка. Марангу пробрало. Злате стало приятно. Ее капитанов всей красе. Главное, чтобы она на нее так не смотрел.
– А что контракт? Контракт кабального типа. Отменить его может только заказчик, но он его не отменит, потому что его все устраивает. Центр отменить данный контракт тоже не может потому что контракт заключен не от частного лица, а от лица капитана. Контракт видимо с поселенцами или жителями приграничных колоний. После волнений и первый восстаний колоний был введен такой пункт, что капитаны кораблей могут заключать контракты на поставки продовольствия и медикаментов. Отменить его не отменили, никто им не пользовался за ненадобностью. А вот нашлись же умники.
Родион был обескуражен.
– Но как? Как вы догадались?
Капитан махнул рукой.
– И что вам насоветовал этот горе-юрист?
Злата вышла из ступора. Ай да капитан, ай да Васнецов!
Техник ответил, глядя куда-то невидящим взглядом.
– Если корабль не сможет улететь с места приписки по техническим причинам, экипаж не несет ответственность за невыполнение условий контракта. Но принять решение об отмене полета может только капитан.
Девушка напряглась. Неужели они решились на саботаж? Эта же мысль мелькнула в голове и у Корнея.
– Что вы сделали? – немедленно озвучил он свой вопрос.
Мужчина горько улыбнулся.
– Я двадцать лет летаю на этом корыте. Я знаю каждую заклепку на нем. Я не стал бы портить его. Уже долгие годы – это мой дом. Кто разрушает свой собственный дом? Горе-капитан выделял средства на ремонт только чтобы корабль продолжал летать. Система жизнеобеспечения давно накрылась, но он внедрил какую-то программу которая показывает что у нас все в порядке. Мы уже привыкли и перестали ждать что что-то изменится, но следом полетела система амортизации и охлаждения. Посадки жесткие, во время полета пекло. Только в грузовом отсеке все хорошо – там скоропортящийся товар.
Злата переглянулась с Корнеем. Техник продолжил:
– Я не сделал ничего противозаконного. Но в последний полет, когда горе-капитан был на борту, не выполнил его приказ об отключении всех членов экипажа от системы жизнеобеспечения, чтобы создать ему комфортные условия. Он на своей шкуре испытал то, что мы испытываем каждый полет. Теперь можете отдавать меня под трибунал.
Корней скосил глаза на девушку.
– А что случилось с помощником?
Родион улыбнулся.
– Сбежал. Разрешите идти?
Капитан удивился:
– Куда?
Мужчина пожал плечами.
– Вещи соберу. С ребятами попрощаюсь.
Корней закивал головой.
– Конечно, только под санкции теперь попадаем мы с Перепелицей. Мы ведь приняли все обязательства. Как ты там говорила, советник: разворот по Анисимову отработаем?
Родион Маранга медленно повернулся к ней. Злата никак не могла понять кого ей больше жаль: себя или все же этого несчастного техника? Какое удивление было у него на лице, какой ужас, когда понял что тоже «сбегает», а не помогает кораблю и экипажу. Жалость к Маранге все же перевесила.
Он начал бормотать:
– Капитан, но как? Корабль не может лететь.
– Молодец, Родион Сергеевич, только сейчас станционные техники придут, проверят на своем оборудовании наш корабль и скажут летите с Богом. Программка то работает, я полагаю.
Техник схватил себя за голову.
– Болван, болван! Еще и пигалицу в кабалу затянул.
Злата возмущенно вскинула руками. Корней заулыбался.
– Пигалица.
Он со смехом наблюдал за ее недовольством.
– Слушай, Пигалица-Перепелица, может что посоветуешь? А то мне сумасшедшего неохота изображать. Нет актерского таланта. Экипаж надо выручать.
Последнюю фразу он сказал уже серьезно. Она задумалась.
– Корней, а где та девушка техник?
Он мотнул головой.
– Окстись, Перепелица! Какая девушка-техник?
– Та самая, что показала тебе, как крышку капсулы открывать или не закрывать.
Капитан задумался.
– Времени найти не хватит. Через пять минут техники точно будут здесь. Я передатчик выключил. А раз мы молчим, то стандартные 10 мнут.
Злата хитро улыбнулась.
– Вот что-то мне подсказывает, – начал капитан, – что это знаменитая улыбка твоего отца.
Она продолжала улыбаться и предложила:
– А давайте дверь заблокируем. Пока они будут нас открывать, мы поищем ту девушку.
Васнецов повернулся к Маранге.
– Что я говорил: котелок варит. Дверь сможете заблокировать будто она сама сломалась?
Мужчина хмыкнул.
– Тут и стараться особо не надо. – он бросил взгляд на девушку. – Та самая Перепелица?
Корней снизил голос.
– Скорее всего вы имеете в виду ее отца. Но да, та самая.
– Радарная глухомань! – выговорил он и убежал.
Васнецов посмотрел на своего советника.
– Я так понимаю у них это ругательство.
Девушка кивнула.
– Надо записать. Бабушке показать. А что, миленько и со вкусом.
Молодой мужчина закатил глаза.
Глава 5
На удивление их поиски достаточно быстро увенчались успехом. После сбивчивых объяснений Корнея Тати поняла кто он.
– Вот уж не думала что еще раз пересечемся, капитан – последнее слово она произнесла с плохо скрываемым сарказмом.
Злата постаралась скрыть улыбку.
– Послушай, нам нужна твоя помощь очень сильно! – поторопился Корней.
– Не вопрос, но почему по рации? По видеосвязи нельзя?
– Нельзя, как только мы включим видеосвязь с тобой, нас тут же запеленгуют и выйдут на связь. Тебя заглушат.
– Ничего не поняла. Капитан, вы где?
Злата не могла удержаться от смеха.
– Перепелица! Хватить ржать! Сейчас техники снимут с петель люк, потом приварят новые петли, смажут их и мы отправимся в наш последний полет.
В рации послышался кашель.
– Я так понимаю, все очень серьезно. В чем проблема? Если смогу помочь конечно, – отозвалась Тати.
Ответить капитан не успел. На мостик прибежал, кажется связист и доложил:
– Капитан, вас требуют к люку.
Корней вскинул брови.
– Как они с нами связались?
– У люка старинный переговорник.
– Ясно, иду. – Он посмотрел на девушку. – Злата, долго мы там не продержимся. У них трафик. Нас выпнут отсюда…
– Я поняла, капитан. Вас ждут.
Он кивнул ей и ушел вслед за связистом.
– Злата? – послышалось в рации.
– Да, – подтвердила она.
– Ты сетями пользоваться умеешь? – спросила Тати.
– Смотря какими. Если обыкновенная, то не очень. Мы с ней конфликтуем. Но если подсеть или бинарных импульсов…
– Давай бинарную, – скомандовала Тати. – Подключишь меня к пульту.
Выполнить оказалось сложнее, чем сделать. Но наконец Тати получила доступ.
– Смотри на экран, там сейчас будет информация о системе, – скомандовала она.
Но даже привычная к бинарным импульсам одной из самых первых сетей Злата была удивлена.
– Эээ… Тати?
– Что там?
– Кажется мы что-то сделали не то.
– Злата, объясни толком!
Советник вздохнула.
– На экране идут ровные ряды ноликов и единиц.
В рации послышались чьи-то приглушенные стоны.
– Это же бинарная система… а вы наверное на каком-то старом-престаром судне.
– В точку! – подтвердила Злата. – ИЛТ 154 чего-то там.
– Подожди, – техник прекратила стенать. – В этих кораблях была своя система со своей сетью. Это потом их под общую сетку перенастраивали. Но вернуться к первоначальной всегда можно, она вшита в сам корабль. Слушай внимательно и вводи что я тебе говорю.
Злата села поудобнее:
– Прямо как на уроке информатики. Я слушаю.
На нее посыпались термины и команды, которые она только и успевала вводить. Сложность заключалась в том, что команды должны вводится в работающей системе и поэтому времени на исправление было очень мало. А Злата еще со школы умудрялась делать опечатки где никто никогда не делал.
– Вопрос, – выбиваясь из сил просила она Тати.
– Спрашивай.
– Что случится, если я все же что-то напечатаю не так и не успею исправить ошибку?
В рации стало тихо.
– Тати?
– А какова вероятность этого?
Злата раздраженно вздохнула.
– Очень высока. Очепятка на очепятке и все править я не успеваю.
– Ну тогда ты полностью повесишь систему и единственный способ загрузить ее будет через старую локальную. Скажи честно, ты ведь преувеличила?
Злата прочистила горло.
– Нет.
Из динамика послышалась новая волна стенаний. Экран вдруг потемнел.
– Тати, Тати!
– Что?
– Экран потемнел?
– Что происходит? Говори!
– Пока ничего. Он не то чтобы темный, но и не обычный. В командной строке все еще бегут какие-то строки, но я уже не разберу. Ой!
– Что там? – крикнула Тати.
– Там, в строке то есть, все остановилось и мигает только квадратик. Тати, тут вообще все выключается! Свет и тот гаснет!
– Злата! Слушай внимательно! Это конфликт двух систем! Когда все полностью погаснет, начнется перезагрузка. Ты должна удержать эти кнопки, чтобы не дать поврежденной системе снова загрузиться. Держи их пока не увидишь на экране самолет в кружочке. Тогда…
Связь прервалась. На мгновение все погрузилось в мрак. Девушка слышала чьи-то шаги, но на мостик никто не заходил. Экран монитора мигнул и посветлел. Девушка что есть сил клацнула по четырем указанным техником кнопкам. Система шумела, словно пыталась вернуться на прежний привычный путь, но вдруг шум прекратился и на экране возник самолет в кружочке. Снова заработала вентиляция, зажегся свет и ожили все коммуникации. Злата увидела центр грузовых перелётов, над пультами и экранами сгрудились разные люди. Но на нее они не обращали внимания. Словно и не видели вовсе. Также вела себя незнакомая девушка в перепачканном комбинезоне. Она что-то лихорадочно вводила, но видимо у нее не получалось.
– Тати? – поняла что это за девушка Злата.
Техник дернула головой.
– Злата, что произошло? У тебя получилось?
– Да. Честно говоря, я представляла тебя по-другому.
У техника вытянулось лицо. Она взъерошила короткие волосы.
– Ты меня видишь?
– Отчетливо. Я и центр управления грузовыми перевозками вижу. Они меня нет. Тут еще одна картинка есть. Ага, это капитан у люка. Кажется их открывают. – до Златы вдруг дошел смысл сказанного. – Тати, нас открывают! Что делать?
– Спокойно. Запусти программу проверки. Она запускается так же как. То есть… – она вздохнула, – печатай.
– Угу, а дальше?
– Дальше эта система обнаружит все инородные программы и деактивирует их. В отдельном окошке будет вестись профилактика системы и отчет покажет что у вас на самом деле. Включи связь с центром. Они смогут сами все увидеть. Если что, звони.
– Спасибо, – поблагодарила ее Злата.
Она сделала все, как сказала техник и потом долго выслушивала извинения от операторов станции за их «стрессовые высказывания» в адрес команды.
Корней пружинящей походкой подошел к кораблю.
– Родион Сергеевич, у нас отсрочка на неделю. Потом мы все же летим.
Техник покачал головой.
– Это было бы слишком хорошо, чтобы все так быстро закончилось. Хотя бы корабль в нормальный вид приведем. – он снова посмотрел на молодого человека, – Постойте, вы сказали мы летим?
Капитан кивнул.
– Да, мы летим. Наше задание остается прежним.
– Но, – мужчина запнулся.
Васнецов покачал головой.
– Нет, как только мы вернемся с базы, вы снова останетесь без капитана и советника.
Маранга снова кивнул.
– Родион Сергеевич, где тот контракт?
Техник повел плечом.
– Горе-капитан спрятал. Копия была у помощника.
– А запросить у заказчика копию?
Мужчина посмотрел на него в упор. Самые худшие подозрения проснулись у Корнея.
– Вы уже пробовали, – понял он.
– Да, капитан, мы пробовали. Мы знаем на кого мы работаем и от этого паршиво. Двадцать лет безупречной службы, чтобы на юбилей получить нож в спину. Вы спрашивали про груз. Это запрещенные грибы. Перевозить их нельзя. Они высокотоксичные и скоропортящиеся. Наша задача довести их не в сохранности, мы должны довести их или то, что от них осталось. Мы работаем на контрабандистов, капитан, которые готовят из грибов галлюциногены.
Родион Маранга побрел назад в свой технический отсек.
– Правильно ли я понял, – спросил его в спину Корней, – что копию вы так и не получили?
– Правильно, – не оборачиваясь ответил техник.
Васнецов отправился на поиски своего советника. Девушка нашлась в зимнем саду.
– Перепелица, вот чего тебя сюда тянет?
– Здравствуй, Корней.
Он внимательно посмотрел на своего советника.
– Ты чего?
Девушка вздохнула.
– Все нормально. Не обращай внимания.
– Ну ладно. Я побеседовал с дивным Родионом Сергеевичем. Итак проблемы у нас серьезные: мы везем запрещенные грибы, из которых контрабандисты потом сделают галлюциногены. Контракта у нас нет. Маранга то ли не смог добиться от заказчика своей копии, то ли был полностью деморализован новостью кто заказчик. Подозреваю, что все же второй вариант. Родион Сергеевич – представитель старой школы, идеалист. Что ты думаешь?
Злата пыталась переварить услышанное. Что она думает?! Васнецов внимательно смотрел на нее. Она должна успокоиться. Прочь эмоции. Все это потом. Итак, что она думает?
Знает ли Центр что именно является предметом контракта? Не может быть, чтобы они закрывали на это глаза. И нам все же нужно раздобыть копию контракта.
Корней согласно кивнул. Девушка подняла указательный палец.
– Кажется, я знаю что нужно делать – как нам получить контракт.
Капитан довольно улыбнулся.
– Браво, Перепелица, браво!
Девушка быстро замахала руками.
– Не-не-не! Я не собираюсь связываться с этими преступниками.
– Не понял.
– Корней, ты же приглашенный капитан, корабль в ремонте, ты обязан оповестить заказчика о вынужденной отсрочке. Но если у нас нет контракта, мы должны послать запрос в центр и они пришлют копию.
Васнецов хмыкнул.
– Неплохо. Ну, а что если в договорном отделе нет этого контракта? В архив запрос? Это канитель может длится долго.
Злата хмыкнула в ответ.
– Если бы. Что-то мне подсказывает, что заказчик сам скоро объявится. Мы же люди новые, ничего и никого не знаем…
Капитан подхватил ее улыбку.
– Мне нравится ход твоих мыслей, – понимающе сказал он. – Но не вздумай провернуть со мной этот трюк! – строго сказал он.
Девушка опешила. Все-таки Васнецов был весьма странным капитаном.
Как и предсказывала девушка, жалоба пришла довольно скоро. Родион Маранга хотел было объясниться, но капитан отстранил его и посадил на вахту за нарушение субординации и протокола. По «странному» стечению обстоятельств заказчик стал свидетелем этой сцены и после непродолжительного разговора, скрипя сердцем обещал выслать копию контракта.
– Не нравится мне все это, Злата.
Корней маятником ходил по мостику.
– Почему он сам обещал выслать копию? Неужели контракт отправленный в договорной отдел и тот, который у них на руках отличаются?
Они бились над этим вопросом уже второй час.
– Делаем так, отключаем связь и…
Злата удивленно подняла бровь.
– Согласен, глупая идея. Ни контракта не получим, ни времени не выиграем. А ты что думаешь? – наконец обратился он к своему советнику.
Девушка пожала плечами.
– Не такая уж и глупая идея. Вот если бы мы могли получить контракт и тут же отключиться… может стоит попросить Тати о помощи?
Капитан кивнул.
– Стоит попробовать. Но позвони ей со своего телефона. Действуй.
Злата на полпути к выходу спросила:
– Капитан, а что делать с Родионом Сергеевичем? Вы так и оставите его на вахте?
Корней хитро улыбнулся.
– Конечно. Он же нарушил весь регламент, – и подмигнул ей.
Сам техник не переживал о своем отстранении.
– Да что я? Все нормально. Капитан прав, все верно сделал. Только я никак не пойму зачем он это представление устроил перед ними? Думаете они испугаются вас?
Девушка покачала головой.
– Нам нужен контракт и они его пришлют.
Мужчина согласно кивнул.
– Что ж, может у вас получится что-то найти там. Удачи!
Со станции они улетели через два дня. Ремонт был проведен в рекордные сроки. Единственным «новшеством» осталась первоначальная система корабля.
– На базе нас уже ждут, – доложила Злата, как только они вышли в открытый космос. – – Грузовой корабль.
Васнецов кивнул.
– Оно и верно. Зачем светиться перед нами и показывать свою нору? Что с контрактами?
Тати подключила свою знакомую, связиста. Она обещала найти оригинал в архиве.
Капитан ввел в корабль курс и начал медленный разгон.
– Сколько времени это может занять?
Злата пожала плечами.
– Не знаю. Она постарается найти как можно быстрее.
Корней отвлекся от корабля и строго посмотрел на нее.
– Злата, это не ответ.
Девушка промолчала и заставила себя сосредоточиться на полете. На ее мониторе появились строчки: «Капитан конечно та еще «душка», но и его можно понять. Он хочет разобраться. На вас надеется вся команда». Злата улыбнулась. За сотни парсеков от них девушка-техник Тати поддерживала ее и переживала за все их предприятие. Благодаря старой системе корабля они смогли подключить ее к бинарной сети и теперь у них была дополнительная техподдержка.
Глава 6
Лететь на старинном ИЛТ было то еще испытание. Девушка мысленно снимала перед экипажем шляпу за их мастерство. Выполнить маневры ей никак не удавалось.
– Нашел!
Корней вошел на мостик что-то читая с планшета. У Златы появилось нехорошее предчувствие.
– Тевтонские рыцари обычно атаковали клином или свиньей, как описывает Даль.
– Что? – не поняла она.
– Не что, а кто. Даль Владимир Иванович – составитель толкового словаря русского языка.
Она недоверчиво скосила глаза на Корнея. Может он таким образом пытается развеяться? Иначе зачем ему повторять стиль атаки немецких рыцарей на Чудском озере?
– Я знаю кто такой Даль. Ты это к чему?
Он поднял указательный палец.
– К тому, Перепелица, что наконец я нашел описание стиля твоего полета: свиньей.
Злата насупилась, но тут же разгладила лицо дежурной улыбкой. Ей повезло, капитан не заметил.
– Вот ты вроде отличницей была в академии. Много знаешь про маневры, про Шпилева, Анисимова, Кронберца, про петлю, бочки, штилевой дрейф, линейный дрейф, импульсный… Но я никак не мог понять почему ты не используешь все эти знания во время своей вахты и просто тупо летишь навстречу всему что нам движется. А теперь я понял! Ты же любительница истории и поэтому выбрала стиль атаки тевтонских рыцарей. – Он подошел ближе. – Ты только не забывай чем все закончилось на Ледовом побоище.
– Во время, – автоматически поправила она, – во время Ледового побоища.
Корней холодно улыбнулся и вышел.
Злые слезы комом стояли в горле. Ну, почему именно ей достался такой капитан? Почему именно им достался ИЛТ, как грузовое судно и почему при всем своем старании она никак не может маневрировать кораблем? Очередная попытка увернуться от облака пыли провалилась. Корабль завибрировал на несколько секунд и снова продолжил свой путь.
– Действительно клином идем, – констатировала она. – Как кабан напролом.
Девушка шмыгнула носом. Может Тати что-то знает? Но после короткого обмена сообщениями и эта надежда умерла. В приемнике что-то зашипело и затрескало.
– Слушаю, – включила она передачу.
В ответ ей раздалась новая порция шума и треска.
– Родион Сергеевич, я вас не понимаю. Подойдите на мостик.
Рация коротко треснула и выключилась. Через несколько минут на мостик зашел техник.
– Разрешите?
– Заходите, – сказала Злата. – Что у вас?
– Защита проседает. От мелкого мусора она словно решето становится. У нас итак не особо хорошо с защитой…
И тут Злату понесло.
– Замечательно! Просто замечательно! Теперь Корней на меня еще и поврежденную защиту повесит. Маранга, давайте выкладывайте что у нас в ближайшее время выйдет из строя? Чтобы я готова была.
Техник опешил от ее реакции.
– Не понял.
Она несколько раз глубоко вдохнула и выдохнула.
– Почему с этим вопросом о прохудившейся защите ко мне пришли? Почему не к капитану?
Мужчина удивленно пожал плечами.
– Так я подходил. Ничего критичного, если только уходить от мусора и пыли. Вы же сами все знаете. Корабль на честном слове держится.
Девушка раздраженно закрыла глаза. Она злилась. Злилась на себя, на свое бессилие, на старый разваливающийся корабль, на капитана и на невозмутимого Родиона Сергеевича.
– И как вы на этом корыте летаете? Выбираете курс без помех? У вас свои тропы есть?
Мужчина хмыкнул.
– Тропы конечно есть, но обычно мы маневрируем.
Девушка странно выгнула шею.
– Что вы делаете?
– Маневрируем, – техник озадаченно посмотрел на нее. – Я наверное лучше пойду.
– Стойте!
Маранга замер.
– Стойте! – более спокойно сказала Злата. – Покажите, как вы маневрируете на этом корабле.
Родион Сергеевич недоверчиво покосился на нее, но все же подошел к пульту.
– Это конечно не высший пилотаж, довольно топорно получается, но как получается, – продолжая коситься на девушку, объяснял он.
Злата во все глаза наблюдала за ним. И, о чудо! Корабль послушно выполнил маневр. Она несколько раз попросила мужчину показать ей маневр.
– Но это ни в одном учебнике не написано, – пытаясь повторить за Марангой, констатировала она.
Техник хмыкнул.
– Так-то мудреные маневры, тонкое искусство расчётов и практики. А здесь возможностей нет. Туда-сюда, влево-вправо и снова прямо.
Злата снова мысленно сняла с себя шляпу. Мало того, что Родион Сергеевич умудрялся маневрировать на неповоротливом корыте, так еще и считал себя обыкновенным работягой, которому недоступно высокое искусство полетов.