Полетная практика

– Родион Сергеевич, вы же пилотировали корабль, вы много раз летали на нем и знаете и его, и маршрут как свои пять пальцев?

Мужчина почесал в затылке.

– Так-то оно так.

Девушка достала свой блокнот.

– Вы не поделитесь? Пожалуйста.

Техник был обескуражен, но рассказал все что знал и все что умел.

– Вот уж не думал, что мои навыки пригодятся. – Он замолчал.

Злата подняла глаза от своих записей. Техник переминался с ноги на ногу.

– Разрешите спросить? – решился он наконец.

– Спрашивайте.

Маранга показал на ее блокнот.

– Это обыкновенный блокнот?

Злата была в ступоре. Она ожидала чего угодно, но не вопроса про блокнот.

– Да.

– Впервые вижу молодую девушку, которая использует блокнот. Привычнее видеть с планшетом.

Она усмехнулась.

– А я доверяю больше блокноту. Вдруг на планшете заряд закончится? А он закончится и в самый неподходящий момент.

Мужчина удивленно покачал головой и вышел. До конца своего дежурства Злата несколько раз повторила «маневр уклонения». Грузовому кораблю не хватало легкости и мощности современных кораблей.

– Шпилев тоже не на современных прототипах учился, – успокоила она себя в конце дежурства.

Размеренный полет был нарушен срочным сообщением из Центра. Корней внимательно прочитал его.

– Перепелица, у нас срочная остановка.

Девушка удивленно посмотрела на карту. Ближайших остановок не было до самой базы.

– Где? – все же спросила она.

Капитан ничего не ответил и вызвал техника на мостик.

Злата покосилась на капитана.

– Кхм… может мне лучше уйти?

Он удивленно поднял на нее глаза.

– Зачем? Ты нужна здесь. Сбрасывай потихоньку скорость. Скоро стыковка.

Она снова покосилась на Корнея. Может он в грузовом отсеке паров от галлюциногенных грибов нанюхался?

– Сбрасывай скорость, Перепелица и перестань смотреть на меня как на сумасшедшего. Наше задание на этом корабле через час-два закончится, – не отрывая глаз от экрана произнес капитан.

– Есть, капитан!

Дальнейшее происходило в полнейшей тишине. Корабль замедлял ход, экипаж готовился к стыковке, а Злата пыталась придумать как отпросится в свою каюту и собрать вещи. Но подходящего предлога никак не возникало.

– Корней! – наконец решилась она, как только техник ушел с мостика.

Капитан удивленно посмотрел на нее.

– Внимаю.

В его удивленном голосе проскальзывало предупреждение, что ей не поздоровится. Девушка уже сто раз успела пожалеть что открыла свой рот, но отступать было некуда.

– Можно мне в каюту?

Капитан мотнул головой.

– Куда? – переспросил он.

– В каюту.

Молодой человек недоверчиво скосил на нее глаза.

– Перепелица, мы во-вот начнем стыковку с боевым крейсером, а ты в каюту собралась? Зачем?

Злата выдохнула. Зря она затеяла этот разговор. Ох, зря.

– Капитан, можно личные вещи собрать?

Корней снова мотнул головой, но на этот раз гораздо медленнее.

– Злата, ты меня слышала? Вот-вот подлетит боевой крейсер космофлота и мы должны будем с ним состыковаться. Ты понимаешь насколько это тяжело и опасно? Ведь это судно, на котором мы имеем счастье лететь, может развалиться.

Девушка снова выдохнула.

– Да, капитан, я все слышала и все понимаю. Но без зубной щетки и расчески будет очень неудобно! Разрешите собрать личные вещи, в которые, прошу заметить, входят также и документы.

Он немного отстранился и посмотрел на нее словно видел впервые.

– Наглеешь, Перепелица, не по дням, а по часам. Ладно, иди. У тебя на все 5 минут. Через 5 минут быть здесь. Отбываем сразу после стыковки. Все вопросы потом.

Злата пулей выбежала с мостика. Если Корней сказал 5 минут, то ровно столько он и будет ждать. А после, ее проблемы… Стараясь не думать об этом, она лихорадочно заталкивала свои вещи в рюкзак. Хорошо, что в космофлоте пользовались рюкзаками, а не вещмешками по старинке. Все удобство рюкзака она не успела оценить. Затолкав все абы как, она выбежала на мостик. Капитан уже ждал ее.

– Смотри-ка, туда и назад плюс сбор личных вещей – уложилась в 5 минут. Можешь считать, что норматив ты сдала. Оставляю тебя за старшего офицера. Пойду и я вещи соберу.

Он не спеша направился в коридор. Девушка была настолько обескуражена, что молча провожала его глазами. Меньше чем через полчаса они уже были на боевом крейсере.

– Капитан, – тихо позвала она Корнея.

Они шли куда-то и насколько она понимала далеко не на мостик.

– Капитан, – громче позвала она.

– Ммм? – отозвался он.

– Вы обещали объяснить что к чему.

Корней, не поворачивая головы, ответил:

– Прототип помнишь? Мы летим на нем. Следуем за нашим чудным антикварным корытом.

Девушка прибавила шагу, чтобы оказаться с капитаном на одном уровне.

– А задание? Какое у нас теперь задание?

Они свернули в ангар для кораблей и затормозили.

– Соображаешь, Перепелица.

Но Злате надоели его недомолвки.

– Тут и соображать не надо. Что у нас за задание? Ведь не просто так Центр выдернул нас с ИЛТ.

Сопровождавшие их солдаты нехотя отошли под пристальным взглядом Васнецова.

– Вот чего больше всего не люблю, так это женских истерик! Подождать никак не могла?

У девушки перехватило дыхание. Это она закатывает женские истерики?!

– Спокойно, Перепелица, только спокойно! Признаю, был не прав. Но разглашать подробности задания при посторонних мне запрещено. Как только отлетим на нашем прототипе, так и расскажу. Чего стоим? На борт!

Она несколько раз глубоко вдохнула и выдохнула. Спокойствие, только спокойствие, как говорил Карлсон. Стоявшие в отдалении солдаты с грустью провожали ее глазами. На какое-то мгновение ей даже стало интересно: ее жалко или прототип? А может им не терпелось узнать в чем суть задания? Корней выдернул ее из своих мыслей:

– Ну все, можешь считать себя настоящим и полноправным офицером, – самодовольно произнес он.

– Не поняла.

– Ты жаловалась что не проходила практику на боевом крейсере. Поздравляю! Ты только что прошла ее.

Девушка пыталась понять: шутит он или говорит всерьез? 10 минут на боевом корабле, вернее в его коридорах считается за практику?

– Не кипятись, Перепелица, у тебя был экспресс курс, так сказать. Вся суть практики заключается в быстром беге по коридорам. Кто успел, тот и молодец, – мужчина закончил приготовления и поднял глаза на Злату. – Хотя могло все поменяться. Минутная готовность. Летим за объектом. Включаю режим невидимости.

Она быстро прыгнула в свое кресло.

– Давай, Максимовна, удивляй своим мастерством. Шлейфовый дрейф в импульсном режиме. Радио тишина в эфире. Уровень секретности бета.

Пальцы девушки запорхали над пультом корабля. После громоздкого и неповоротливого ИЛТ прототип казался бабочкой, скоростной бабочкой. Управлять им было одно удовольствие. Хотя утереть нос бравым офицерам с крейсера ей тоже хотелось. Они благополучно вылетели и легли на курс. Капитан одобрительно кивнул.

– Рисуешься, Перепелица?

С чего это? – пожала она плечами.

Корней криво усмехнулся. Ей хотелось возразить, но проблема была в том что он молчал. Конечно она заметила когда он включал коммуникатор и конечно она поступила глупо, поддавшись на его провокацию «Давай, Максимовна, удивляй своим мастерством». Вероятно на крейсере даже не слушали его. Они привыкли к болтовне в эфире и реагируют только на необходимую информацию.