Ночные странники

Рандеву

«We don't need nobody else

It's a feeling that I never felt

And we can make it on our own

Just take my hand and I'll show you where to go…

Dancing in the night light

Staring at the sunrise

We can make it on our own

Just take my hand and I'll show you where to go…

– …So runaway with meeeee!»1

Подпевая знакомому треку, Ребекка возвращалась домой с вечеринки, которую организовали подруги – Анна и Лаура.

– День рожденья должен отмечаться вопреки всему! – заявили они накануне. – Не отвертишься, дорогуша, и доводы вроде «не время радоваться» к рассмотрению не принимаются!

В бар «Дэйзи», где решили провести торжество, Лаура пригласила всех, кто имел хоть какое-то отношение к имениннице. «Нет, не перебор», заявила она, делая смс-рассылку со списком подарков. Ее старания не прошли даром – «Дэйзи» в минувший вечер шумел громче всех в городе.

Праздник закончился к полуночи. Заводя свой старенький «Фольксваген-жук», Ребекка поняла, как легко уговорить человека, который отсутствует мысленно, на всякого рода авантюры. «Но теперь, – подумала она, – ты точно знаешь лучшее средство от тоски – это дружба и танцы!»

«Жук» терпеливо поскрипывал в такт музыки. Дорога, освещаемая и без того редкими фонарями, окончательно потемнела – Ребекка выехала из центра Р.

Неожиданно ее догнал серебристый мерседес; две мальчишеские физиономии появились в пустоте опущенного пассажирского стекла. Мерседес был старый, во вмятинах; на тех местах, где слезла краска, виднелись разноцветные наклейки с пошлыми шутками. Один из парней рулил и пытался уследить за дорогой, выглядывая из-за спины попутчика, который, в свою очередь, вывалился из окна по пояс и размахивал руками.

Ребекка нахмурилась и нажала на педаль газа до упора, и вырвалась вперед. Парни не унимались – мерседес вновь поравнялся с «жуком», послышались крики:

– Красавица, открой окно, давай пообщаемся, поболтаем! Красааавицааа!

Ребекка успела мельком осмотреть незнакомцев – глаза их безумно сверкали. Она опустила стекло и прокричала:

– Без обид, не знакомлюсь!

Справа от дороги показалась заправка-магазин с яркой оранжевой вывеской. Ребекка резко свернула в сторону бензоколонки, уповая на то, что незнакомцы не успеют совершить манёвр и поедут дальше. Она припарковалась недалеко от входа, вышла из машины и вновь увидела злополучный автомобиль, который развернулся, несмотря на одностороннее движение, и влетел, петляя, на заправку.

…Что им нужно?!

Ребекка почти вбежала в магазин, где скрылась за стеллажами, склонила голову и сделала вид, что рассматривает микроскопический текст на пачке орешков. Не отрывая взгляда от упаковки, она услышала, что незнакомцы зашли следом – их громогласный гогот разносился по всему залу. Прогоняя из памяти громкое дело о трех девушках, бесследно пропавших прошлым летом, она распрямилась и посмотрела поверх полок: парни перекидывали друг другу пачку мармеладных мишек и стреляли в нее глазами.

– Классная штучка! – проговорил один из незнакомцев.

Через минуту, продолжая гоготать, приятели ретировались на улицу. Магазин опустел.

Ребекка взяла воду из холодильника и направилась к кассе.

– У вас есть тревожная кнопка?! – спросила она парнишку, который сидел за стойкой на высоком стуле и читал газету «Происшествия».

– Вам зачем?

– Там… эти… – она кивнула в сторону парковки.

Продавец лениво потянулся, зевнул, и, упираясь одной ногой на прилавок, выгнулся и посмотрел сквозь стеклянную витрину.

– …Вы серьезно? – фыркнул он. – Не парьтесь! …У вас только вода?

«Сидишь тут, как король, – возмущенно подумала Ребекка, расплачиваясь. – А мне домой ехать…»

Она сделала виток вокруг автотоваров, но решила, что выглядит глупо, и двинулась к выходу. К ее неудовольствию незнакомцы не только не уехали – они остановились у «жука» и разглядывали его сломанное боковое зеркало.

Если бы сегодня Лаура не показывала свой «супербрейкданс» и не снесла его ногой, они бы прошли мимо!

 Приближаясь к машине, Ребекка представила, как громко будет звать на помощь, если незнакомцы попытаются ее схватить.

– Ребят, можно я поеду домой? – проблеяла она, оказавшись за их спинами.

– Как ты поедешь, у тебя машина разваливается? – среагировал парень пониже ростом. Его взъерошенные волосы и полосатая футболка, грязная посередине, подсказали Ребекке, что это он чуть не выпал из пассажирского кресла во время погони.

– Надо помочь девушке, у нас имеется скотч? – обратился к взъерошенному второй незнакомец. Он стоял, покачиваясь, щурил глаза и перебирал что-то в карманах черной толстовки.

– Какой к черту скотч, ты сдурел что ли? – взъерошенный заржал.

 В голове Ребекки понеслись, как ошалевшие от жары мухи, предположения о том, могут ли быть парни накуренными или пьяными, и что в принципе от них стоит ожидать.

– Спасибо за участие, сама справлюсь, – стараясь не касаться чужаков, она протиснулась между ними, юркнула в салон и потянулась к двери, но взъерошенный выставил вперед ногу.

– Куууда? Стой пока.

Воображение Ребекки тотчас нарисовало картинку с утопленным автомобилем и заголовком: «Новое исчезновение! Молодая девушка не вернулась с вечеринки, подробности выясняются!»

Так, похоже, придется подыграть, чтобы они оставили меня в покое.

– Будет вам скотч! – она порылась в бардачке и вытащила не начатый моток прозрачной ленты.

– Интересно, зачем он тебе? – ухмыльнулся парень в толстовке.

Заклеивать рты приставучим и болтливым субъектам.

– О, вот это я понимаю! – обрадовался взъерошенный, подкидывая скотч. – Сейчас мы быстренько все поправим!

Везде камеры.

Виден номер их машины, они заходили на заправку…

Они не маньяки.

Ребекка повернула голову в сторону магазина – продавец безмятежно восседал на стуле и читал газету.

Раз он так спокоен, значит видел их, тут нечего переживать.

Только… я их не видела, и они мне не нравятся, вот что.

От таких одни проблемы!

Незнакомцы, тем временем, зафиксировали зеркало горой скотча. Они толкались локтями и подкалывали друг друга, и удовлетворённо рассматривали результат. Ребекка отметила, что выглядят они не так и враждебно, и остановилась на мысли, что настоящие похитители никогда не стали бы так «светиться», и успокоилась.

– Теперь, принцесса, мы проводим тебя до дома, – воодушевленно заявил взъерошенный. – Вдруг зеркало отвалится?

– Это необязательно, – ответила Ребекка.

– Не переживай, нам не сложно. Слушай, что за коробки на заднем сиденье? Подарки детям? Подрабатываешь Сантой? Зима же не скоро!

Ха-ха-ха.

Клоун.

– У меня День рожденья… сегодня отмечала.

– Ого! С праздником! Тогда тебе точно нужен эскорт. Погнали!

Сбавляя скорость на перекрестке перед домом, Ребекка в который раз посмотрела в обмотанное скотчем зеркало – мерседес не отставал, более того, попутчики припарковались первыми и оккупировали тротуар. Она попробовала обойти их, но они преградили ей путь и атаковали вопросами:

– Как тебя зовут? …Мы не обидим, не бойся!

– Ребекка.

– Я – Николас, – взъерошенный поднял руку, и Ребекка еле сдержала смешок, подумав, что он похож на индейца, встречающего завоевателей. – Извини нас! Мы ехали от друзей и увидели тебя со сломанным зеркалом. Решили познакомиться. Эмм… точнее помочь.

Точнее вам нечем было заняться, и вы, прожигая бензин, искали приключений на пятую точку, а потом, от скуки, прицепились ко мне!

– Все хорошо. – Ребекка натянуто улыбнулась, параллельно соображая, что перетаскиванием подарков придется заняться завтра. – Никогда не знаешь, кого можно встретить на дороге, тем более ночью. Ладно, ребят, пойду-ка домой, мне с собакой еще гулять. Спасибо за починку!

– А телефончик? Телефончик оставишь? – Николас помахал трубкой с горящим дисплеем. – Если снова наша помощь понадобится?

Это начинает раздражать.

Теперь понятно, кто они: ночные гуляки, коллекционирующие впечатления, и чем быстрее они получают желаемое, тем быстрее отваливают.

– …Что делать, записывай. Шестьсот двадцать один, двести семьдесят, шестьдесят, девяносто пять.

Парни отошли в сторону и зашушукались. Ребекка окинула их пренебрежительным взглядом и направилась по утоптанной дорожке в сторону одноэтажного дома на десять квартир – крайнюю, угловую, арендовала она. Через несколько секунд водитель мерседеса догнал ее и чмокнул в щеку. Беспечно смеясь, ребята прыгнули в машину и скрылись за перекрестком, оставив в воздухе пыльное облако и музыкальное эхо. Ребекка представила, растирая пальцами место поцелуя, как подруги будут смеяться, когда услышат эту историю, особенно ту часть, в которой она нафантазировала утопленный «жук».

Джо, золотистый кокер-спаниель, встретил хозяйку нетерпеливым лаем; когда открылась дверь, он рванул за угол, перебежал дорогу и исчез на аллее заброшенного сквера.

Ребекка побрела вслед за собакой. Перед глазами возник кадр с минувшего праздника – забитый до отказа бар ищет рифму к «двадцать два». Она ласково улыбнулась – больше всего ей понравилась рифмовка Анны: «двадцать два – год для волшебства». От флэшбэка ее оторвал вибрирующий телефон.

– Это кого принесло? – Ребекка насупилась – на экране высветился незнакомый номер. – …Алло?

– Ты еще на улице?

– …?! …Да, гуляю с собакой.

– Я сейчас приеду. Не уходи.

Ребекка узнала насмешливый тон водителя мерседеса; озадаченная, она прислонилась к дереву, и внезапно сообразила, что не изменила, как обычно это делала, желая отвязаться от назойливых кавалеров, последнюю цифру своего номера.

– Подожди ты! Можешь не мельтешить?! – рассердилась она на пса, который прыгал вокруг с мячиком в зубах.

 Через пять минут мерседес подъехал к парковке, уже без пассажира. Вглядываясь в огромную приближающуюся тень, Ребекка раз за разом задавалась вопросом, что еще должно произойти, чтобы она навсегда запомнила эту ночь.

– Ну, где твой питомец, показывай?! – деловито осведомился незнакомец, приблизившись к ней. – …Ах вот ты какой, лохматый… Привет-привет!

Ребекка молчала, наблюдая, как пес вьется возле парня.

Собаки ведь чувствуют людей с дрянными намерениями и дают об этом знать?

– Я не представился? …Леон! Ты не торопишься домой? Погуляем?

Ребекка поджала губы.

– У меня, я так понимаю, нет выбора?

– Попробуй прогнать меня палкой! – Леон весело улыбнулся.

– Я такое не практикую.

– …А что ты практикуешь?

– Ты странный, да? – она наморщила лоб.

Леон состроил шальные глаза, и, придурковато изгибаясь, заковылял вперёд.

– О, прекрасная Эсмеральда! – завыл он. – Обрати внимание на бедного горбуна! Не бросай меня здесь одного! Я погибну…

– Тише ты! Сейчас соседи проснутся!

– Может они оценят мой талант? …Идём же, красавица!

– Сейчас, сбегаю за «Оскаром»2, – прошептала Ребекка и нагнала попутчика.

Поочередно кидая собачий мяч, они придались неспешной прогулке по аллее. Кленовый свод беззвучно шелестел над их головами.

– …Расскажешь, как зеркало сломала?

– Много будешь знать, скоро состаришься.

– Что ж… – Леон недоуменно замолк, но спустя мгновенье озарился: – Чему быть, того не миновать! …Или нет, быть или не быть, вот в чем вопрос!

– Безупречная игра, – буркнула Ребекка, но улыбка тронула ее лицо. Она незаметно рассмотрела собеседника и сделала несколько выводов: «Спортивный, высокий. Ну да, симпатичный… Но эти его позёрские манеры и полные нахальства глаза… Ну нет, слишком много пафоса!»

Похоже, он считает себя охренительным мачо.

…Нужно поставить его на место.

Череда кленовой изгороди, защищающей аллею от дороги, заканчивалась круглой площадкой со старым фонарем в центре. Болтовня Леона стерла скептический настрой Ребекки, и когда они остановились в бледно-желтом пятне света, который отбрасывал фонарь, она поймала себя на мысли, что держится за плечо Леона, покатываясь со смеху.

Очаровательно.

…Так, стоп.

Она отстранилась, сделав два шага назад, и решила, что от парней, которые умеют незаметно втереться в доверие, добра ждать не стоит.

Большую часть обратного пути Леон загадочно улыбался. Когда он снова заговорил, его веселый и постановочный голос наполнился серьезными нотами.

– Давно ты здесь живешь?

– Относительно. Я сняла квартиру, съехала от родителей.

– Николас живет неподалеку, а я в центре. Странно, что мы раньше не встречались, я частый гость в этих краях.

Ничего удивительного.

Таких персонажей, как вы, я обычно обхожу стороной.

– В этой части города я никого не знаю. О, мы почти пришли, – Ребекка облегченно выдохнула, увидев припаркованный «жук». – Спасибо за компанию, дальше я сама.

Леон протянул ей руку:

– Аккуратно, принцесса. Давай я помогу?

 Часы, блеснувшие на его запястье, показались Ребекке знакомыми. Она вспомнила комментарий Лауры: «Парень, который носит хронометры – стопроцентный «джек-пот»!»

Лауре он однозначно понравится.

Они перешли дорогу. Шагая за Леоном по тропинке, Ребекка обнаружила, что он до сих пор держит ее ладонь, и высвободила ее. Они обогнули угол дома и остановились во дворике.

– Симпатичное местечко, – заметил Леон, оглядываясь.

– Неплохое… Что-то не вяжется… – Ребекка сдвинула брови. – Не понимаю…

– Что такое?

– …Николас же взял мой телефон, почему ты здесь?

Леон расплылся в полной удовольствия улыбке.

– Ааа… Все просто. Ты понравилась ему, там, на дороге, и он заставил ехать за тобой… Конечно, он мой лучший друг, но… такую девушку я пропустить не мог!

– О мой бог! – Ребекка закатила глаза. – От твоих комплиментов зубы сводит!

– Ты улыбаешься, это главное.

– Спасибо еще раз за ремонт зеркала. Уже поздно. Я пойду.

– Постой! – Леон прошелся вдоль палисадника, разбитого перед домом, перегнулся через оградку и сорвал алую розу. – С днем рожденья, красавица!

– Благодарю, ковбой!

– Какая ты, а? – он звонко цокнул, отвесил поклон и удалился.

Зайдя в квартиру, Ребекка покрутила розу в руках, понюхала ее, сложила стебель пополам и кинула цветок в помойное ведро.

Красавица…

Наверно это мои сексуальные кеды свели его с ума.

Дам его телефон Лауре.

Она знает, что делать с такими прохиндеями!

Добрые дела

Утром Ребекка вспомнила о том, что давно не каталась на велосипеде: «Он вроде у родителей должен быть. Ага, точно. И как раз до издательства доеду!»

В Р. в мае разыгрывалась практически летняя жара. Ребекка надела любимый льняной комплект молочного цвета – пиджачок с короткими рукавами и шорты с отворотами. У дверей караулил пёс, который сосредоточенно глазел на очки в ее руках.

– Предыдущую пару ты съел. Хватит с тебя! – она чмокнула собаку в нос и вышла на крыльцо.

Возле цветника суетился Деметрио – местный садовник и владелец квартиры Ребекки. Он сооружал для своего садика калитку из проволоки. Звук закрывающейся двери заставил его обернуться.

– Девочка моя, здравствуй! А я тут доделываю кое-что…

– Деметрио. Доброе утро!

Ребекке нравилось общаться с садовником, что-то неуловимо доброе и спокойное прослеживалось во взгляде его синих глаз.

– Куда направляешься?

– По делам. Заеду к родителям, потом в издательство.

Из глубины сада вышла супруга Деметрио, Камилла. Ребекка поражалась, как в таком преклонном возрасте, а Камилле, как она прикидывала, было глубоко за семьдесят, ей удавалось не ходить, а порхать.

– Приветствую, дорогая! – улыбнулась Камилла. – Ты, как всегда, шикарно выглядишь. Где ты нашла костюмчик под цвет волос? …Посмотри, какая у меня тут красота! – она изящным движением развернула ладонь, на которой лежал белый цветок, пять лепестков его непринужденно изгибались.

– Яблоня отцвела, разве нет? – Ребекка изобразила заинтересованность, зная, что старикам это нравится.

– Чуть-чуть осталось. И, – Камилла вытащила из кармана заколку, воткнула в нее росток и аккуратно прикрепила его к волосам Ребекки, – еще украсит нашу девочку. Вот так! – она запрокинула голову, рассматривая получившийся ансамбль. – Замечательно. На пару часов хватит.

– Спасибо… – пробормотала Ребекка, трогая украшение. – Деметрио, вы поможете мне перетащить пару коробок из машины домой? Я одна не справлюсь.

– Он поможет! – опередила мужа Камилла. – Немного размяться не помешает. …Милый, тебе не сто лет. Иди, помоги девочке.

Родительский дом и по совместительству отель встретил Ребекку ароматом поджаренного бекона. Она оставила «жук» на парковке для персонала и направилась на кухню; повара приветливо улыбались ей, и к моменту, когда она шагнула в вестибюль, в руках ее лежала теплая булочка с сырной начинкой.

Территория отеля, предназначенная для постояльцев, пустовала. Из-за стойки администратора высунулись и нырнули обратно заспанные глаза.

– Доброе утро, Ма-а-рк, – пропела Ребекка, лавируя меж кресел. В который раз ее внимание привлекла фотография в толстой деревянной раме на стене приемной – на ней были запечатлены ее еще молодые родители и она сама, в семилетнем возрасте. «Давно пора убрать эту убогую фотку. Три чучела: папа с кустовой щетиной, у мамы брекеты, а я без половины зубов!»

На обширной веранде, переходящей в сад, Ребекка обнаружила своего отца, Диего. Занятый своими мыслями, он чинил напольную меловую доску, которая служила уличным меню для ресторана.

– Папа. Ау! – негромко позвала она.

– Доочь! Ну, напугала! …Неожиданный визит. А какой наряд! – Диего шутливо присвистнул. – Ты на стажировку так вырядилась?

– Во-первых, у меня выходной, во-вторых, Морильо не оценивает длину извилин по длине шорт, – иронично ответила Ребекка. – Да, мне нужно в издательство, хочу уточнить летний график. И я возьму велосипед.

– Он где-то на территории, поищи… Черт, ничего не выходит! – Диего устало выдохнул, поднял доску и направился в сторону барной стойки. – …Когда ты удостоишь нас вниманием?

– Да, я помню, мама просила заехать, – Ребекка вынужденно кивнула. – Как-нибудь на днях.

– Как вчера погуляли?

– «Дэйзи» еще стоит! …Пап, мне пора. Вижу, ты занят.

– Не забудь позвонить матери!

Ребекка нашла велосипед, покрытый толстым слоем пыли, в закутке, в котором хранился садовый инвентарь. Она окинула раму критическим взглядом, протерла сиденье листком с ближайшего куста, и пощупала колеса – прислушалась, не уходит ли воздух из шин. Велосипед выглядел исправно.

Должна доехать.

Издательство находилось в нескольких километрах от отеля, в центре Р. Ребекка закрутила педалями, воспроизводя в памяти любимый маршрут – через городские джунгли. Мимо замелькали белый кирпич и выгоревшая черепица крыш. Дома, стоящие вплотную, создавали нескончаемый коридор; дорога уходила вниз, Ребекка расслабила ноги и подставила лицо встречному ветру. Воздух наполнился теплом, отовсюду доносились звуки просыпающегося города. Улочки наводняли ранние туристы – они выползали из отелей, и еще сонные, шарили пальцами по путеводителям.

Ребекка вытащила телефон из рюкзака, и, удерживая руль одной рукой, просмотрела входящие сообщения. Сообщений от Виктора не приходило.

Так лучше.

Он забудет меня, а я перестану рыдать и чувствовать себя последней стервой.

В издательстве люди сновали туда-сюда, сталкиваясь в проходах между столов. Часы показывали восемь сорок три.

«Через семнадцать минут сюда влетит Морильо и даст всем «прикурить». Надо торопиться!» – Ребекка включила компьютер и зашла в почтовый агент.

Фидель Морильо, босс Ребекки и директор издательства, имел страсть к двум вещам: алкоголю и своей газете. Каждый рабочий день он начинал со стакана крепкого ирландского и «разбора полетов». Через месяц стажировки Ребекка окрестила его «трудоголиком-алкоголиком».

– Эй, Санс, что делаешь на работе? – раздался голос из общего зала. – Сегодня не твоя смена!

– Меня нет, у вас галлюцинация. И она ис-чез-ла!

Разобравшись с делами, Ребекка вышла на улицу, купила мороженое в прилавке по соседству и уединилась в тени, сбоку от главного входа, там, где стоял ее велосипед. Она прислонилась к стене и стала наблюдать за владельцами кафе напротив, которые брякали металлическими стульями и раскрывали брезентовые зонтики от солнца.

«Нужно девочкам позвонить – они живы после вчерашнего?» – подумала она и вновь достала телефон. На глаза попался последний вызов.

Леон, кажется.

Человек, который красиво улыбается, говорит еще лучше, и к тому же считает меня привлекательной.

Только в такие совпадения я не верю.

– Ауууу! – Ребекка взвыла – холод стрельнул по верхним зубам, и от неожиданности и острой боли она выронила телефон и мороженое одновременно. Пытаясь остановить их падение, она суетливо замахала руками и выставила вперед колено, но трубка отскочила от ноги и упала на тротуар, мороженое плюхнулось рядом.

– Долбаное дерьмо! – в сердцах вскрикнула она, рассматривая результат своей неуклюжести. Осторожно подняла телефон – от трещины посередине паутина сколов расползлась по всей его поверхности. Она свирепо пнула остатки мороженого и села на велосипед. Отъезжая, она заметила мужчину, сидящего в кафе через дорогу – он метал в ее сторону взгляды, полные ненависти и презрения. На асфальте возле него валялся пустой стакан, а кроссовки и ноги до колен были облиты чем-то зеленым.

Добравшись до «жука», Ребекка детальнее оценила повреждения телефона: оказалось, что ущерб нанесен и кнопкам – нажимать на них приходилось с усилием. Трубка жалобно забрюзжала входящим вызовом.

– У аппарата… – уныло ответила Ребекка.

– Привет, принцесса, – в динамике раздался бодрый голос. – Как машина, в порядке? Зеркало не отвалилось? Это Леон.

– Ну привет. Зеркало на месте. Машина в норме.

– …А у тебя как дела?

Тебе то что?

– Телефон разбила! Он работает, но на сколько его хватит, неизвестно.

– Плохо. Надо быть на связи… А ты сегодня занята?

– Эээ… У меня выходной.

– И ты, судя по всему, собираешься провести остаток дня в печали?

– Вроде того. Денег то на новую трубку нет, от слова совсем.

– Думаю, что смогу уговорить тебя развеяться… прогуляться. Со мной, конечно.

Делать мне нечего, с тобой встречаться.

– Ты в себе так уверен. Интересно, какие будут аргументы?

– Мне достаточно одного, чтобы перебить весь твой сарказм.

– Я само внимание.

– Сидеть дома и грустить – не лучшее занятие по вечерам в предвкушении лета, – провозгласил Леон. – Согласна со мной? Скажи «да»!

Ребекка закусила губу. Настырность нового знакомого одновременно раздражала и нравилась ей.

– …Ты прав, – неохотно кивнула она.

– Я всегда прав. Заеду за тобой в восемь.

Наступил вечер. Ребекка решила вывести Джо за двадцать минут до приезда Леона. На пороге она взглянула в зеркало и увидела, как алеют щеки и горят глаза.

Неужели парочка смазливых фраз от всяких прохвостов заставляют девушку сиять, как утренняя роса?

К ее удивлению, Леон приехал раньше: со сложенными за спиной руками он мерял шагами тротуар. Ребекка медленно шла по тропинке, рассматривая его, Джо тоже заметил знакомый силуэт, вырвался с поводка и понесся по направлению к мерседесу.

Шерстяной изменщик.

– …Я ему понравился, смотри! – воскликнул Леон, отклоняясь от прыгающей собаки.

– Скоро вы станете лучшими друзьями, – Ребекка рассмеялась. – Привет.

– Привет, именинница. У меня для тебя кое-что есть! – Леон извлек из мерседеса потрепанную коробку с изображением телефона и положил ее на капот, изобразив пасс фокусника.

Ребекка вытаращила глаза:

– Чего?! Ну уж нет! Мы с тобой не знакомы толком, что за подарки? Это неудобно и дорого. И вот, мой работает, посмотри! – она продемонстрировала трубку, обмотанную клейкой лентой. – Какой симпатичный! Считай, эксклюзивная модель!

– Дай догадаюсь, у кого ты научилась так скотчем орудовать? – Леон заулыбался. – Согласен, такой образец поискать нужно. Может ты тогда отдашь его мне, на хранение? Сберегу для твоих детей.

– Ни за что! – Ребекка завела руку за спину и попятилась на газон.

– Я ведь заберу его.

– …Это вызов?

Вместо ответа Леон кинулся к ней, но поскользнулся на мокрой траве и упал на спину.