Жених на заказ. Академия Делатур

Глава 6. Как добиться своего и немного больше

Я вывалилась из вентиляции и с коротким криком рухнула вниз, успела только притормозить падение, чтобы меня не размазало о пол. Удар был глухим и относительно мягким. Я тихо взвыла от боли в локтях и коленях. Светлая богиня, и как я шею не сломала? Кто же знал, что вентиляция в этой аудитории выходит не в стену, а через потолок?

Я огляделась. Приземлилась я ровно на стол преподавателя, расшвыряв все бумаги. Царила мёртвая тишина, и все взгляды были прикованы ко мне. Я даже не знала, что люди умеют так увеличивать глаза. Клюшка стояла в нескольких сантиметрах от стола, я рухнула буквально ей под нос.

Вид у неё был ошарашенный и бледный, я даже могла рассмотреть, как у неё подрагивает нижняя губа, а руки до бела вцепились в учебник. Я почувствовала смущение и даже укол вины, напугала старушку. И поспешила слезть со стола. Это было непросто, тело было недовольно такими трюками.

На глаза навернулись слёзы, похоже, я сильно ушиблась. Хорошо, что ничего не сломала или вообще шею не свернула. Глупая была бы смерть. Я задрожала от осознания собственной глупости, которая могла обернуться чем-то очень серьёзным.

– Вы… – наконец смогла взять себя в руки леди Эвелин, голос её дрогнул, – с вами всё хорошо, мисс Шин?

– Простите, – я видела, что напугала её не столько своим появлением, сколько тем, что могла пострадать.

Стало очень стыдно. Я непритворно покраснела и опустила глаза.

– Я так понимаю, запретить вам не ходить на мои занятия я не могу? – спустя минуту молчания проговорила леди Эвелин уже уверенно.

Я замотала головой и тут же поморщилась от волны боли, прошившей тело. Я подняла глаза на леди Эвелин и заметила, как она недовольно поджала губы, сканируя меня острым взглядом.

– Хорошо, я разрешаю вам ходить на мои занятия, мисс Шин, – наконец сказала она, – но поклянитесь, что больше никогда не сделаете такую глупость.

– Клянусь! – охотно пообещала я.

– Вам не нужно в лазарет? – она снова оглядела меня.

– Я приземлилась… удачно, – я сглотнула и посмотрела на люк вентиляции в потолке.

Меня прошибло ледяным потом. Святая богиня! Да там лететь и лететь! Только чудо и дар не позволили мне расшибиться. Там было этажа три высоты, если не больше. Я побледнела и нервно сглотнула. Да мои ушибы вообще фигня!

– Тогда займите своё место, – она снова просканировала меня взглядом, на этот раз я почувствовала касание магии, – только у меня один вопрос. Как вы до этого додумались?

– Где мы прямо не пролезем, мы пройдём бочком, – процитировал народную мудрость и смущённо поправила волосы.

– Лучше вам навсегда забыть о бочках, иначе однажды не соберёте себя, – неодобрительно сказала она и кивнула на студентов, – идите.

Я поблагодарила её и, сдерживая стоны, поплелась на своё место. Студенты всё ещё не отошли от моего эффектного появления, но генеральский окрик леди Эвелин вынудил их переключить внимание на преподавательницу, а я осторожно села за парту.

Тори повернулась ко мне и красноречиво покрутила пальцем у виска. А потом придвинула ко мне свой конспект, тут же недовольно отвернувшись. Я спрятала улыбку.

Я ворвалась где-то на середине лекции, примерно через десять минут после этого, в аудиторию начал кто-то ломиться, Клюшка поспешила отпереть дверь, внутрь влетел знакомый мне встрёпанный парень.

– Леди Эвелин, Ксан раскрасил статую Светлой богини в серо-буро-малиновый в крапинку! – воскликнул он.

– А, так это тотализатор закончился! – воскликнул какой-то умник с задних рядов, – Айза победила.

Взгляд Клюшки тут же прошил меня насквозь. Достигнутое было подобие перемирия разлетелось на осколки. Я обернулась назад, чтобы посмотреть на этого говоруна. Симпатичный такой шатен с седьмого ряда. Я поймала его взгляд, и он вздрогнул, весь как-то сжался. Пришибу идиота!

– Ничего я не победила, – недовольно сказала я, – кто вообще его организовал?

Взгляд Клюшки вцепился в побледневшего парня, а потом вернулся к встрепанному безымянному няню этого Ксана. Седая бровь вопросительно выгнулась. Лохматый сглотнул.

– Кто организовал тотализатор, Цезарь? – я чуть не прыснула, и не я одна.

Кто-то всё-таки не сдержал хохоток. Имя великого диктатора прошлого, могучего воина и этот неказистый встрёпанный парень? Очень уж не вязалось. Цезарь насупился.

– Я в играх Ксана не участвую, – сказал он, – поэтому не могу сказать, он это или не он.

– Зато я знаю. Вот паршивец, – не сдержалась леди Эвелин, – накройте статую брезентом, потом подумаем, что с этим делать. С Ксаном я сама поговорю. Иди, у меня и так занятие почти сорвано.

Тут она посмотрела на меня. Цезарь кивнул и поспешно ретировался, а мы остались, слушать об основах магии, а я спешно переписывала лекцию из тетради Тори. Мысленно я уже прикидывала, какое направление могла бы выбрать. Мой дар довольно близок к предсказаниям, а для рунологии и исследований магии-то почти и не надо.

С фауной тоже можно было бы поработать, вот с флорой и алхимией могли возникнуть серьёзные проблемы. Мне в пансионе дежурить в столовой не давали после того, как я из простого пюре сделала что-то явно ядовитое для человека. Ну вот не моё это. Не моё.

Со здравием я могу сделать только одно – лишить этого самого здравия. А артефакторика… с артефакторикой я знакома очень близко, и отношения у нас своеобразные. Я использую артефакты или ломаю их, но точно не способна создать ни один. М-да, не густо.

– Итак, ваше домашнее задание, – сказала Клюшка под конец, – выбрать те направления магии, которые вам близки и написать по ним рефераты. Двух видов будет вполне достаточно. А вам, мисс Шин…

Она снова сделала на мне акцент, я вздрогнула.

– Вам я задаю написать рефераты по каждому направлению, – припечатала она.

– Но я не успею сделать всё на завтра, – выдохнула я.

– О, не переживайте, – пропела она, – вас я опрошу персонально через несколько дней, когда все сдадут свои рефераты. Нас много, как видите. У вас будет целая неделя и выходные на подготовку. Справитесь, вы упорная.

Я печально закрыла ладонями лицо.

– А кто он такой, этот Ксан? – спросила я, когда после обеда мы отправились в библиотеку, чтобы начать работу над рефератами.

Почти все соседки сидели за одним читательским столом, к нам с Бригиттой и Тори присоединилась Анна-Луиза, а вот Крессида царственно проигнорировала наше присутствие. Но не очень-то и хотелось. Тори, правда, была недовольна, что все увязались за ней, но прогнать нас не смогла.

– Я знаю только то, что его никто не видел, – сказала Бригитта, Тори фыркнула.

– Говорят, что он внук леди Эвелин, – заговорщически зашептала Анна-Луиза и сделала страшные глаза, – поэтому ему всё сходит с рук.

– Внук леди Эвелин? – переспросила я, лениво листая страницы.

– Брехня, – отозвалась Бригитта, – у леди Эвелин нет детей.

– О-о-о, – протянула Анна-Луиза.

– Перестаньте! – зашипела Тори, отложив книгу, – вы бы лучше о её здоровье побеспокоились, у неё явно не все дома, раз она вломилась в аудиторию через вентиляцию и чуть не убилась!

Она обвинительно ткнула в мою сторону.

– Дура, ты чем вообще думала? – продолжала шипеть она в мою сторону, – ты могла покалечиться или погибнуть! Святая богиня, это же надо было, полезть в вентиляцию! Ты перепугала леди Эвелин до полусмерти. Совсем у тебя мозгов нет.

Она поднялась, собрала вещи и ушла под нашими ошарашенными взглядами. Колени и локти снова заныли. В лазарете, куда меня утащила Бригитта сразу после лекции, подлечили мои ссадины, но память ещё была свежа.

– Ты и правда сумасшедшая, – хмыкнула Валькирия.

– Как ты только решилась? – распахнула огромные карие глаза Анна-Луиза. Я тут же окрестила её Оленёнком.

– Я была в отчаянии. Но я правда не думала, что всё произойдёт так, – повинилась я.

Сдавать незнакомца с его подсказкой я не стала. Только сейчас в голове мелькнула мысль, что этот парень, возможно, и есть тот неуловимый Ксан. Ещё только второй день учёбы, а он уже навёл такого шороху, что все и думать перестали о Константине Делатуре. Даже я так увлеклась противостоянием с Клюшкой, что забыла о своём истинном задании.

Чёрт! Мне надо не увлекаться учёбой, которая подхватила меня как волна и понесла. Не стоит забывать, что я тут ненадолго, и моя задача заключается в том, чтобы поймать Делатура для Невестушки. Но мне бы для начала просто найти его в стенах академии.

– Я бы так не смогла, – вздохнула Анна-Луиза, – я такая трусиха. Я бы и сюда не поступила, если бы отец не заставил. Он как узнал, что Делатур вернулся на родину и скрылся в академии, так начал носиться как ужаленный.

– Так ты здесь для того, чтобы поохотиться на герцога? – поставила локти на стол Бригитта, шатенка кивнул, – а ты хочешь за него замуж?

– Нет, – грустно ответила девушка, – но мой отец хочет. Герцог Делатур лучшая партия на данный момент, к тому же папа хочет, чтобы я вышла замуж за кого-то из своих.

– Подожди, то есть ты принадлежишь к магической аристократии? – приподняла брови я.

– Не совсем, – смущённо кивнула она, – моя мама единственная наследница Вольного барона Шенуара.

– Ого, – присвистнула Бригитта, – магическая аристократия – это же самая верхушка! Даже обычный герцог на полступени ниже тех же Вольных баронов.

Я незаметно для девушек сжала ладони на коленях. Иерархия в нашем королевстве и нескольких сопредельных была такова – после королевской семьи шли Великие герцоги, потом Высокие графы, а за ними Вольные бароны. Их наследники временно приравнивались к светской аристократии. Но они всё равно были на порядок выше всех остальных.

Великих герцогов было трое, Высоких графов – пять штук, а Вольных баронов насчитывалось ровно девять. Вместе они создавали вокруг короля Треугольник, Звезду и Круг. И все были связаны с троном. Это первые люди королевства, потомственные могущественные маги.

Константин Делатур – наследник Первого Великого герцога. Ну а я… Я впилась ногтями в колени. Не хочу даже вспоминать. Но упоминание магической аристократии нервировало. Надеюсь, меня не додумаются искать в магической академии. Мой дар всё-таки не влезает в стандартные рамки общей магии.

Искать меня в Делатуре это то же самое, что искать рыбу на дереве. Я вдруг подумала, что мне стоит остаться в академии подольше, дать следам остыть. А там уже можно будет строить новые планы по побегу. Да и денег подкопить не помешает.

– Девочки, я пойду, поищу ещё книги, – поднялась я из-за стола.

– Ага, иди, – махнула Бригитта, – мы ещё почитаем общий справочник. Нужно определиться с видом. Даже завидую тебе, выбирать не надо.

– Нашла чему завидовать! – усмехнулась я и ушла.

Глава 7. О бездарном даровании

В библиотеке было достаточно многолюдно, наш курс кинулся искать информацию для докладов, старшекурсники тоже что-то искали на полках. Я задумчиво прогуливалась по проходам, мне нужно было взять себя в руки после упоминания магической аристократии.

Глупо было бы думать, что тут нет никого из верхушки власти, это же академия магии. Но я и не подозревала, что один из представителей окажется совсем рядом со мной. Меня это нервировало, хотя не должно было. Имя у меня сейчас другое, моего лица никто никогда не видел, а о моём существовании, я уверена, всё ещё никто не знает.

Так что не стоит так нервно реагировать. В конце концов, я готовила себя ко встрече с одним из высших ровно с той минуты, когда Невестушка назвала имя жениха. Не кстати я подумала, что, если бы Делатур не был высшим, отыскать его было бы на порядок проще.

Дело в том, что магическая аристократия не выводит наследников в свет и по большей части предпочитает домашнее обучение. Поэтому никто не знает, как они выглядят, эти дети магических аристократов. Их представляют свету, когда те становятся способны за себя постоять или пока не захотят показаться миру.

Маги, да ещё и принадлежащие к высшим семьям, вообще народ не очень публичный. Это светская аристократия блистает и развлекается. Герцог Константин Делатур был из тех, кто отчаянно скрывался от двора до последнего. Ну а я… Мне двор не светил. Теперь – точно. И я была этому рада.

Я зашла в секцию религиозных книг. Здесь никого не было, поэтому я решила побродить тут. Взяла какую-то книгу с полки и начала бездумно листать. Это оказался сборник легенд о магии и Светлой Святой, с красочными картинками. Детское сказочное издание. Что-то похожее нам читали монахини в детстве.

– Приятно проводите время, мисс Шин? – прошелестел за спиной до ужаса знакомый голос.

Я вздрогнула и медленно обернулась, встретилась взглядом с жестокими ледяными глазами поверенного Милорда. Он был закутан в тёмный плащ, капюшон скрывал его лицо, но глаза всё равно сверкали сталью из темноты. Жуткий, неуловимый словно тень человек. Я судорожно вцепилась в книгу.

– Ч-что вы тут д-делаете? – икнула я, намеренно не скрывая свой страх, более того, вокруг меня появился флёр, транслирующий почти животный ужас в голову поверенного.

Пусть он и Милорд думают, что я боюсь их до поросячьего визга, пусть будут уверены, что я прочно сижу на крючке. Так они не будут ждать от меня подвоха, а у меня будет пространство для манёвров, случись что. Я и правда опасалась Милорда и его поверенного, но бояться их по-настоящему не получалось.

Потому что в моей глупой голове всё ещё жила мысль, что за мной всё ещё стоят, всё ещё защищают. Что я не одна. Но это было не так. Теперь я одна, сама за себя. Моя судьба – в моих руках, и только от меня зависит, как я ею распоряжусь. Я ни за что не вернусь назад. Лучше Милорд с его поверенным. Они хотя бы честны в своей жестокости.

– О, я всего лишь пришёл напомнить, для чего вы здесь, – пропел он.

– Я помню, – пропищала я, – но прошло всего два дня, не нужно меня торопить!

– Никто не торопит. Просто не забывайте, ведь так легко увлечься… – притворно вздохнул он, а потом постучал пальцем по книге в моих руках, – почитайте, довольно интересное и редкое издание. И вот это.

Он потянулся вперёд и вверх, куда-то над моей головой, я вжалась в стеллаж, чтобы увеличить между нами расстояние. Поверенный достал книгу и непринуждённо, как старый друг, положил её поверх раскрытой книги в моих руках.

– Я за вами наблюдаю, мисс Шин, – сказал он напоследок и вышел, оставляя меня одну.

Я вздохнула и почти с ненавистью посмотрела на книгу, что он посоветовал. «Тайны Светлой Святой. Мифы или реальность». Что за глупость? Но убирать книгу обратно не стала, побоялась. Не просто же так поверенный её достал, лучше прочитать и не злить его. Я взяла оба томика, сказки и предложенные мифы.

Собралась уже уходить, как услышала тихие голоса за соседним стеллажом. Бесшумно подкралась и осторожно выглянула. Мои брови поползли вверх, ведь там был тот самый незнакомец! Он достал из внутреннего кармана жилета какую-то склянку с серовато-бурой жидкостью и передал высокому худому парню.

Тот опасливо огляделся и резко выхватил склянку. Дёрганным движением он спрятал её в полах своего бесформенного пиджака и всучил незнакомцу монеты. Снова нервно огляделся и быстро скрылся. Незнакомец же невозмутимо убрал деньги и засунул руки в карманы.

А я стояла за углом и не знала, что мне делать. Сцена была странной. Что он продал тому парню? Почему тот так дёргался? Это что-то противозаконное? Наркотики? Дурман? Мысли метались в голове вспугнутыми тушканчиками, а незнакомец всё отдалялся, пока и вовсе не скрылся. Это даже и к лучшему.

Мне совсем не нужны проблемы с подозрительными личностями, а моё любопытство точно толкнуло бы меня в объятия неприятностей и этого странного незнакомца в белом. Он открывался мне с новых сторон, всё более неприятных, но вот дикость… Интерес к нему у меня только возрос.

Кто он? Ксан? Почему ему выгодно помогать мне с Клюшкой? Что он продаёт подозрительным личностям? Сколько вопросов! И мне до ужаса хотелось найти на них ответы. И я не покину Делатур, пока этого не узнаю.

– Академия Делатур – очень престижное магическое заведение, – заявили нам на занятиях по искусству, – пока леди Эвелин читает вам курс основ магии и помогает определиться с направлениями, я займусь вашими светскими навыками. Маги – это элита любого государства. Они должны уметь показать себя вне зависимости от титулов.

Занятие вёл сухопарый мужчина, ровесник леди Эвелин. Его звали лорд Зайгон, он был слабым магом и получил специальность рунолога-исследователя, чем и занимался в свободное время. А преподавал он в академии искусства разного толка.

Нам было предложено несколько вариантов: пение, игра на инструментах, танцы, театральное искусство и рисование. Это являлось обязательной программой и нужно было выбрать хоть что-то из предложенного. От курса лекций по этикету это всё равно не спасало.

– Итак, мисс Шин, вы что-нибудь выбрали? – подошёл ко мне лорд Зайгон, – вы единственная ничего не отметили в бланке.

– А я не могу… ничего не выбирать? – спросила заискивающе.

– Ни в коем случае, – нахмурился профессор, – в чём дело, мисс Шин? Вам ничего из предложенного не интересно? Или вы боитесь, что у вас не получится?

– Я не сильна в искусствах, – вздохнула я, – мне медведь на ухо наступил и на ноги тоже, голос у меня как у павлина, руки растут не из плеч, и я боюсь сцены.

– Сложный случай, – хмыкнул профессор, а потом подозрительно весело улыбнулся, – но я уверен, что вы на себя наговариваете. Не может же человек быть абсолютно бесталанным, не так ли?

– Ох, – я кисло улыбнулась.

Первым испытанием на прочность для лорда Зайгона было пение. Вдохновившись моей проблемой, он решил провести пять занятий для всего курса, отдельно по каждому искусству. Чтобы доказать себе и студентам, что они могут больше, чем думают.

У Анны-Луизы был прекрасный голос, Крессида пела достаточно бодро, Бригитте неплохо удался боевой марш, Тори с достоинством приняла певческое поражение, но когда очередь дошла до меня… Я весь день настраивалась перед своим звёздным часом. Мне хотелось поразить, ошеломить и отбить охоту учить меня пению на раз.

– Мисс Шин, что вы нам споёте? – мило улыбнулся бедный лорд Зайгон, он и не подозревал, что его ждёт.

– Народная песенка о маге, – сказала я и завела, – «Однажды жил на свете маг»…

Мой голос скрипом умирающего дуба вознёсся к потолку, пилой проникая в уши слушателей. Лорд Зайгон мужественно держал на губах улыбку, но глаз уже начал подёргиваться. Те, кто решил тоже послушать меня, поспешили заткнуть уши руками. И я их прекрасно понимала.

Профессор же был несгибаем. Маг уже успел влюбиться в дочку кузнеца, спалить лес, разлюбить девушку и влюбиться в дочку рыбака, иссушить реку и спрятаться у лесной знахарки, а лорд Зайгон не собирался останавливать эти жуткие звуки. У меня уже горло болело, выдавливать из себя крики умирающей чайки.

И я решилась на отчаянный шаг.

– …Жени-и-ился он на не-е-е-е-е-е-е-е-ей!.. – отчаянно заверещала я на одной ноте.

Мои связки напряглись, стремясь выйти из фальцета и взять новую вершину. Тоненько зазвенели стёкла, не выдерживая мой визг, спасались бегством однокурсники, а лорд Зайгон… Он застыл с лёгкой улыбкой на губах и с отсутствующим взглядом смотрел в одну точку.

Мой визг дрогнул и сорвался на хрип, я отчаянно раскашлялась. Горло болело так, словно у меня внутри взорвали стеклянный графин с лавой. Звенящая тишина опустилась на класс пения, и даже мой кашель не мог испортить этого блаженства. Лорд Зайгон медленно поднялся и пару раз хлопнул в ладоши.

– Вы… молодец, мисс Шин, – ровно проговорил он, – вы… неплохо пели.

Я икнула и вытаращилась на него во все глаза. Вернувшиеся на тишину однокурсники были озадачены не меньше моего. Бригитта покрутила пальцем у виска, а Тори отчаянно закивала. Похоже, я свела почётного профессора с ума… О Светлая богиня, бедный лорд Зайгон!

– Но вам лучше выбрать другой вид искусства, – наконец закончил он и нервно стёр со лба пот накрахмаленным платочком.

Слаженный вздох облегчения нескольких десятков студентов пронёсся по помещению. Я тоже смахнула пот со лба и поспешила ретироваться. Горло начало невыносимо болеть в ответ на мои издевательства. Но я всё равно была собой довольна. Теперь меня и на пушечный выстрел к пению не допустят.

Осталось пережить ещё четыре занятия и убедить лорда Зайгона и окружающих в моей абсолютной бесталанности в плане искусств. Ведь это то немногое, что мне нельзя делать, чтобы не попасться. Никаких искусств, никакого творчества.

Глухая серая стена бездарности – клетка и спасение. Вот ведь ирония. Сейчас здесь я делаю почти то же самое, что со мной делали раньше. Только в этот раз я сама посадила себя в рамки, сама желаю следовать правилам. Мои цепи дарят мне крылья.

Пусть я всё ещё не могу летать высоко, но ведь крылья расправлены, верно?

Глава 8. Первый Устав Делатура

– Ты была ужасна, – хохотала Бригитта вечером в гостиной.

– Правда? – прохрипела я и ткнула её в плечо.

– Ну, не нужно так говорить, – тактично заметила из кресла Анна-Луиза, – просто тебе стоит уделить время другим своим талантам.

– Ты слишком дипломатична, – отмахнулась Валькирия, – я говорю как есть – тебя надо использовать как оружие массового поражения, Айза.