Реджина 2. Секрет Драконьего рода

Глава 5

Реджина Тиас

Глава деревни, в которой мы оказались, расположил нас в маленьком домике, больше похожем на изысканный и очень красивый сарай с тканными стенами. К счастью, и я, и Рейвен говорили по-виэльски, поэтому смогли объясниться с мастером Иширу. Он философски отнёсся к нашей проблеме.

– Если вы попали на Фасиру, значит, должны были здесь оказаться. Сам Рой привёл вас сюда, – он доброжелательно улыбнулся, огладив свою жиденькую бородёнку клинышком.

– Но, мастер, – почти на чистом виэльском возразила я и ткнула пальцем в сторону Рейвена, которому лечила рану тоненькая как веточка девушка, – он – тёмный.

– Эх, вэйна Рейе, – в который раз переврал моё имя мастер, – божества Тьмы и Света уже давно не враждуют и все равны.

– Хорошо, тогда скажите, как нам выбраться? Нас ждут дома, в империи, – я абстрактно махнула рукой в воздухе, точно не зная, в какой стороне Грезерд.

– Куда вам торопиться, достойные вэйны? У вас вся жизнь впереди, – он мило улыбнулся, а я почувствовала, как закипаю.

– Мастер… – в моём голосе послышалась угроза.

– Ты, вэйна, лучше подумай о своём мужчине. Ему нужно отдохнуть, – виэлец укоризненно посмотрел на меня узкими тёмными глазами, – примите водные процедуры, поужинайте и укладывайтесь спать. Утро вечера мудренее. Завтра всё узнаете.

Я поняла, что лучше не спорить. Рейвену и правда не помешало бы отдохнуть и набраться сил, слишком уж были насыщенны на события последние сутки и пара дней до них. Я хотела возразить мастеру про «моего мужчину» и прояснить истинные отношения между нами с Теодором, но замешкалась, потому что сама не знала, что между нами происходит.

Тем временем мастер кивнул целительнице и, заложив руки за спину, пошёл от нашего миниатюрного домика. Девушка в лёгком подпоясанном платье с широкими рукавами поклонилась нам и певуче пожелала звёздной ночи. Я повернула голову и посмотрела прямо в глаза некроманту, в сгущающихся сумерках они казались почти чёрными.

– Иди в душ первым, – сказала я, разрушая странную атмосферу, окружившую нас.

Рейвен недовольно поджал губы и направился к небольшой пристройке с водоснабжением. Я предалась самокопанию и анализу ситуации. Меня тянуло к нему, и странных моментов между нами становилось всё больше. Я совершенно запуталась, окончательно потерявшись в своих чувствах.

Меня выбивала из колеи странная игра Рейвена. После нападения Марги он попытался со мной заговорить, но из-за подслушанного разговора я не хотела его видеть. Он оставил меня в покое, думая, что мне нужно время. Позже Йен пытался что-то выведать у меня по поводу Теодора, но и ему я дала укорот.

Две последующие недели шли экзамены в академии, мы все были безумно заняты подготовкой. Но даже с учётом этого Рейвен полностью игнорировал меня, уделяя всё своё внимание только Виркасис. Меня это злило, обижало, причиняло боль. Но я понимала, что мы ничего друг другу не обещали, поэтому мной всё больше овладевала бессильная злость.

На практике в Хмельных Орчанках всё изменилось. Он наконец вспомнил, что я тоже существую, и решил поговорить. Принимал несколько попыток, которые я успешно пресекала. Просто была не готова к такой резкой смене его поведения, слишком была обижена. А ещё я боялась услышать его объяснения. Какая-то часть меня, очень маленькая и глупая, надеялась, что в неведении мне будет лучше.

Пока я витала в своих нерадостных мыслях, Рейвен успел искупаться. Я заметила его только тогда, когда он подошёл к небольшому домику, где нам предстояло переночевать, в одном только полотенце на узких бёдрах, с распущенными влажными волосами, раскинутыми по плечам. Моё сердце трепыхнулось и прыгнуло куда-то в район горла, где начало колотиться со страшной силой. Кровь резко прилила к лицу, я чувствовала, как загорелись мои щёки. Но отвернуться не смогла.

Морок скрывал его настоящую внешность, будто присыпал пылью, но вот фигуры это не коснулось. Как боевой маг, некромант, он был в великолепной физической форме. Широкие плечи, узкая талия, крепкий пресс и сильные руки. Им хотелось любоваться и любоваться. Но я быстро опомнилась, понимая, что сейчас на его фоне выгляжу как бродяжка.

Я отвела взгляд, надеясь, что он не успел заметить этих мгновений моей слабости. В конце концов, в полутьме не рассмотреть покрасневших щёк. Я быстро проскочила мимо Теодора и заперла дверь небольшой пристройки. Внутри под потолком парил серебристый светлячок некроманта, поэтому мне всё было видно.

Я устало опустилась на низкую скамеечку и положила рядом стопку с чистой одеждой, выданной другой девушкой, одной из жительниц этой деревни, как только нас привели к домику. Она принесла одежду и для Рейвена, но он до сих пор злился на меня за то, что я прыгнула в портал за ним, поэтому ушёл в душ без всего. Я огляделась, на полке лежало аккуратно сложенное полотенце для меня.

За плотной шторкой оказалась маленькая квадратная ванна с низкими бортиками, чем-то напоминавшая наши душевые кабины. Сверху спускался блинчик с дырками, откуда и подавалась вода. На полках в баночках были вкусно пахнущие жидкие мыла.

Я выбрала мятно-лимонный запах. Пришлось как следует повозиться, чтобы промыть свои длинные волосы. Они потемневшими волнистыми змейками спадали до самой пятой точки, прилично оттягивая голову. Промелькнула мысль, что стоит их отрезать, но я тут же её откинула, потому что было жалко обрезать моё капризное сокровище.

Нагревшаяся за день вода из бочки сверху стекала по телу, забирая с собой усталость. Я прикрыла глаза, невольно вслушиваясь в шум бьющихся о дно ванной капель. И чем больше вслушивалась, тем больше слышала и чувствовала, прямо как тогда в Ирии, когда я столкнулась с Ирмой. Тогда я получила второе предсказание, после которого моя жизнь резко закрутилась.

Подумать только, всего полгода назад моя жизнь была спокойной и нормальной. Меня не пытались подставить или убить, я не была влюблена ни в какого лорда Рейвена, моя магия была стабильна. В музыку падающей воды ворвалась новая нота. Солёная, горькая, отдающая эмоциями обиды и безнадёжности.

Я сразу поняла, что это слёзы. Мои слёзы. Но вода милосердно смывала их с моего лица, не давая задержаться на щеках. Вместе со слезами она уносила и безнадёгу, на несколько мгновений завладевшую всем моим существом. Я снова почувствовала облегчение и силы бороться дальше, даже с самой собой.

Я с сожалением выключила воду и выжала волосы. На секунду мне показалось, что они стали намного светлее, но стоило моргнуть, как всё вернулось в норму. Перед глазами встало последнее воспоминание из детства. Там у меня были нежно-платиновые волосы, как у мамы. А сейчас они были золотисто-русыми, слишком тёмными. Я заподозрила, что и внешность-то у меня тоже чужая.

Однако я не чувствовала на себе кокона из тёмной магии. На мне не было морока. Да и поддерживать его на мне было бы сложно… Я решила пока об этом не думать, ведь сейчас это не имело никакого значения и даже было мне на руку. Потом, когда я увижусь с мамой, смогу узнать больше.

Поэтому я поспешила вытереться и облачиться в просторные летящие одежды нежно голубого цвета из лёгкой, но непрозрачной ткани. Волосы пришлось заматывать в полотенце, потому что рисковать и пользоваться магией я не хотела. Но наполненный больше, чем наполовину резерв приятно грел душу.

Грязную одежду, которую я быстро постирала вручную, пришлось развесить на перилах на выходе из душевой. Мне не хотелось просить напарника сушить её бытовой магией, поэтому пришлось оставить её на ночь и дать высохнуть так. Я надеялась, что уныло повисшие штаны и обычную просторную рубаху из льна, никто не заберёт. Мало ли.

В нашем маленьком домике, за полупрозрачными стенами из ткани, натянутой на рамы, горел свет и был виден тёмный силуэт сидящего некроманта. Я поджала губы и быстро прошлась по короткой каменной тропинке. Вечером, почти ночью, здесь было прохладно. В кустах стрекотали насекомые, а над тропинкой парили серебристые светлячки Рейвена. Наверное, он оставил их, чтобы я не запнулась в полутьме.

Я немного сдвинула в бок раму и скользнула внутрь, тут же возвращая её на место. Внутри было прохладно, бытовые заклинания, запущенные Рейвеном справлялись отлично. Я села на плоскую подушку возле низенького квадратного столика, заставленного небольшими пиалками с разнообразной снедью, и молча приступила к ужину.

Рейвен сидел на соседней подушке, прямо напротив меня, сложив ноги баранкой. Он был одет так же, как и мастер Иширу, только его одежда была побольше и облегала тело чуть сильнее. Распущенные длинные волосы, уже сухие, лежали на плечах, свисая на спину и грудь. Некромант смотрел на свою ладонь, по которой бегали сверкающие тёмные искры. Он регулировал температуру в нашем маленьком домишке, больше похожем на небольшую комнату, огороженную тканями в рамах.

Я быстро поужинала, пользуясь только ложкой, потому что палочками есть было невозможно, и поёжилась от холода, когда стянула тюрбан, закрученный из полотенца, которое было сырым насквозь. Влажные волосы рассыпались по плечам и свились колечками на деревянном полу, до которого доходили из-за своей большой длины. Я принялась заплетать непослушные пряди в косу, чтобы было не так холодно и влажно.

В комнате стало значительно теплее, а потом мои руки перехватили горячие ладони Рейвена. Я молча повернула к нему голову и опустила руки, позволяя ему пропустить мои влажные пряди через пальцы. Локон за локоном, некромант сушил мои волосы, пока они не завились крупными кольцами золотисто-русого цвета.

Всё это время я сидела тихо, как мышка, и тихо наслаждалась длинными пальцами в моих волосах. Было невероятно приятно, когда он, чуть забывшись, начинал массировать кожу головы. Но всё приятное имеет свойство заканчиваться. Я не подала виду, что огорчена. Мне бы, наоборот, возмутиться его своеволием, но я не могла. Не хотела.

– Реджина, – позвал меня некромант, – мы давно не медитировали. Насколько помню, последний раз был ещё до снятия Аркана.

– Сейчас? – я была удивлена, – я думаю, не стоит. Это нужно, чтобы напарники лучше понимали друг друга.

– Нам как раз не хватает понимания, если ты не заметила, – он скептично выгнул бровь, а потом усмехнулся, – или я тебя смущаю?

– Нет, – пожалуй, я ответила резче, чем хотела, поэтому постаралась исправиться, – хорошо, давай попробуем.

Ссориться лишний раз из-за моего неравнодушного к нему отношения не хотелось. Хотя бы в благодарность за то, что он помогал мне и защищал, хотя вовсе не должен был. Мы ведь друг другу никто, просто напарники. Если честно, то глубоко в душе мне хотелось наконец отпустить всю эту ситуацию, объясниться, простить и забыть. Теперь я чувствовала, что готова его выслушать.

Мы переместились на расстеленные чуть в стороне от стола тонике матрасы, больше похожие на толстые одеяла. Сиан Кёртис рассказывал мне, как они на самом деле тут назывались, но я уже не помнила. Я вообще всё, связанное с этим Кёртисом забывала. Мне казалось, что я была знакома с ним давно, в прошлой жизни, и с тех пор ни разу не общалась.

Я повернулась к Рейвену и сложила ноги крендельком. Теодор поднял ладони лицом ко мне, и я приложила к ним свои. Они были горячие, и такие же слегка шершавые, как и тогда. Он начал поворачивать свои кисти так, чтобы они оказались под моими. Возникло ощущение, будто мои ладони погладили. Длинные пальцы некроманта задели нежную кожу запястий, и я сжала губы, закрывая глаза.

Перед внутренним взором появились две ауры, одна золотистая, с оранжевыми всполохами, а вторая серебристая с фиолетовыми. Ауры мага Света и мага Тьмы. Они пошли на сближение и коснулись друг друга, создавая просто невероятное свечение. Я всмотрелась в ауру Рейвена и с удовольствием отметила, что она полностью чистая. Ни следа от мерзких болотных всполохов в глубине.

Я начала погружаться всё глубже и глубже, в серебристо-сиреневое марево, пока не поняла, что ещё один шаг вперёд, и я окажусь непозволительно близко к Теодору. Настолько, что обратного пути уже не будет. Не каждому маг может доверить самое сокровенное – свой магический мир, центр его магических и жизненных сил. Я понимала, что не могла переступить эту грань, пусть хозяин приветливо уступал мне дорогу.

– Нет! – я отшатнулась от Рейвена, разъединяя наши руки, моя аура, до этого почти влившаяся в ауру некроманта, отпрянула назад, – я не могу. Это неправильно, так не должно быть, Теодор.

– Почему? – он нахмурился, – почему ты отказываешься и всё время пытаешься меня оттолкнуть?

– Потому что магический мир надо показывать тому, кем ты дорожишь больше жизни, чьё доверие не сможешь предать, – я покачала головой, – я не тот человек. Поэтому давай забудем всё, что было и не было? Мы ничего друг другу не должны. И… если ты хочешь, я бы выслушала то, что ты всё время хотел мне сказать.

Мне показалась, что я говорю что-то совсем не то, потому что с каждым моим словом Теодор становился всё мрачнее и злее. На секунду мне даже показалось, что Рейвен зарычит, но он лишь прикрыл глаза, а когда открыл, то опалил меня таким знакомым холодом.

– Вот как, – зло протянул он, – хорошо, Тиас, как пожелаешь. Тогда просто забудь о том, что я хотел тебе что-то сказать. Мы ведь ничего друг другу не должны.

И он лёг на одеяло и укрылся тонкой простынёй, тут же поворачиваясь ко мне спиной. Светлячки резко погасли, пряча от мира мои побелевшие костяшки пальцев, которыми я со всей силы сжимала собственные лодыжки. Это было как пощёчина.

На глаза навернулись слёзы, но я зло стёрла их и сама себя отругала. Нет, сырость разводить я не буду. Хочет обижаться непонятно на что тогда, когда я хотела пойти на мировую – пусть. Тогда и я больше не стану пытаться примириться. Похоже, нам просто не суждено рядом друг с другом оставаться спокойными и трезвомыслящими.

Я укрылась простынёй и закрыла глаза, медленно проваливаясь в сон. Браслет на запястье мягко сжался и потеплел, словно говорил, что всё будет в порядке, и мы с напарником наконец-то сможем нормально поговорить.

В кабинете императора Грезерда было неестественно тихо. За огромным столом из дорого чёрного дерева восседал владыка самого большого государства на континенте и, возможно, в мире. Дамиан был в гневе, но не в том яростном чувстве, когда люди кричат и бьют кулаками по горизонтальным и вертикальным поверхностям. Гнев Дамиана Гроувера был тихим, что было ещё страшнее.

Но сидящая перед ним леди в строгом нежно-зелёном платье его ни капли не боялась. Он был почти всемогущ на территории собственной страны, но для неё он навсегда останется мальчишкой, что в свой первый день в Ирийской Академии растянулся на полу перед ясными очами ректора Изарис.

Изабель тонко улыбнулась и поправила будто нарочно выбившийся локон из идеальной высокой причёски. За окном была ночь, и её выдернули прямо из постели. Точнее, все думали, что из постели. На самом деле леди Изарис по старой привычке распивала чай в своём тайном кабинете. Она знала, что её вызовут к императору, поэтому заранее подготовилась.

– Мой племянник пропал в неизвестном портале, отследить который не получилось, – Дамиан нахмурил угольно чёрные брови, такие же чёрные глаза зло сверкнули, – все наложенные заклинания просто рассеялись. Как такое возможно?

– Тише, Дамиан, пропал не только Теодор, в том же портале исчезла ещё одна моя студентка, – Изабель сложила руки на коленях, – лучше разберись с первостепенными задачами. Поверь, твой племянник очень скоро даст о себе знать.

– Леди Изарис, – молодой мужчина едва заметно повысил голос, – вы понимаете, что сейчас говорите? В данном случае мой племянник в куда большем приоритете, потому что он мой наследник.

– Разве твой? – задала очень странный вопрос ректор Первой Академии Тьмы и Света, но потом, казалось, поняла, что сболтнула лишнего, и поспешила исправиться, – первый в очереди на трон империи твой брат, принц Веллар. Ты ведь не хочешь отказаться от него? Ты же понимаешь, что он обязательно вернётся к вам.

– Понимаю, – Дамиан откинулся на спинку кресла, чёрные волнистые волосы разметались по широким плечам, контрастируя с белоснежной рубашкой, – но сейчас Веллар не может наследовать за мной, а Ноэлия – наследница Рейвена. Поэтому моим наследником должен стать Теодор.

– Дорогой, – Изабель поднялась со стула для посетителей и обогнула стол, – ты скоро женишься, у тебя будут прекрасные дети. А Веллар… дай ему время, не сбрасывай его со счетов.

– Веллар уже два года не приходит в сознание, – император снова нахмурился, – лучшие целители и менталисты ничего не смогли с ним сделать. Он до сих пор дышит лишь из-за моего упрямства и заботы Аркадии.

– Дамиан, – леди Изарис вздохнула, узкая ладонь погладила почти всемогущего молодого мужчину по голове, как ребёнка, – дай мальчикам время. Они сами справятся. Обрати своё внимание на Кьягль и Виэлью. Объявляй военное положение в приграничье ханства. У тебя есть ночь. И пошли разведчиков в город Танаэ, пусть осядут там на недельку.

Изабель коснулась сжатого кулака императора, лежащего на столе, и направилась к выходу. Дамиану Гроуверу сейчас будет не до неё. Брюнет поднялся из кресла и подошёл к огромному окну, выходящему в парк дворца в Кассидии. Он вглядывался в горизонт, туда, где находилось ханство Кьягль. А потом связался с военным министром и главой тайной разведки по артефакту. Если у него была возможность действовать на опережение, он ею воспользуется.

Реджина Тиас

Утром нас подняли на рассвете, когда солнце ещё только-только окрашивало небо в золотисто-розовые тона. Я со стоном поняла, что спали мы от силы часов пять. Мастер Иширу жизнерадостно возвестил, что нам пора в путь, глядя на наши слегка помятые лица. И, убедившись, что мы точно не ляжем спать повторно, он вышел из нашего домика, велев поторопиться.

Я поспешила к пристройке для приёма душа, спасаясь от злого взгляда ни капли не остывшего за ночь некроманта. Но там меня ждал сюрприз – моей одежды и след простыл. Вместо неё на полу лежало два аккуратно сложенных комплекта одежды. Один поменьше, явно женский, светло-синий, а второй побольше, мужской, светло-серый. Я взяла предназначенный мне, и вошла внутрь. Не удержавшись, я приняла утренний душ, тут же почувствовав приток энергии.

Комплект состоял из свободных штанов, туники без воротника и рукавов и кофты на запахе до середины бедра с коротким рукавом, затянутой широким поясом. Также имелись носки и местные национальные тапочки-лодочки со шнурками, которые требовалось зашнуровать и обмотать вокруг лодыжки, крепко завязав. Тут было и чистое нижнее бельё, севшее на меня как влитое.

Из кабинки я выходила довольная собой и миром. Одежда была удобной и не стесняла движений, тапочками я решила пренебречь в пользу своих ботинок. Я переплела косу и почувствовала себя почти прекрасно. На выходе я столкнулась с Рейвеном, он даже не посмотрел на меня, молча прошёл мимо, прижимая к себе свой комплект одежды. Хорошее настроение тут же улетучилось, и я хмуро побрела к нашему домику, внутри уже стоял низенький столик с кучей небольших мисочек с едой.

Половина была уже опустошена, но вторая половина была оставлена мне. Я присела на плоскую подушку и почувствовала, как наложенное бытовое заклинание, не позволявшее еде остыть, рассеялось. Я непроизвольно улыбнулась. Чёрт, ну как я могла не замечать, что вот такие мелочи говорят о человеке больше, чем пафосные слова и демонстративные действия. Даже сейчас, когда он непонятно на что был зол, Теодор продолжал обо мне заботиться.

Я взяла деревянные палочки для еды и неловко попыталась взять кусочек мяса. Приборы разъехались в разные стороны не желая подчиняться, я не знала, как правильно их держать. Я могла бы взять ложку и есть ей, как вчера, но это было слишком просто. Я попробовала ещё раз. Взяла палочки и зажала их пальцами, действуя интуитивно.

Я поспешила тут же посмотреть, получится ли взять кусочек мяса. Пальцы немного неуверенно держали деревянные приборы, но со второй попытки мне удалось подцепить кусочек и донести его до рта.

Когда Рейвен вернулся, полностью одетый, как и я, только в серое и с длинными рукавами, с тугой русой косой за спиной, я уже успела закончить завтрак и лениво потягивала зелёный чай из тонкостенной фарфоровой чашечки без ручки. Словно только этого и ждал, мастер Иширу появился возле домика и велел идти за ним.

Я отставила чашечку с допитым чаем в сторону и поднялась, следуя за мастером и Рейвеном. Виэлец повёл нас по главной деревенской дороге, давая как следует рассмотреть дома и местных жителей. Все они были темноволосы и темноглазы, с интересными причёсками из кос и хвостов, что у мужчин, что у женщин. Они были приветливы и улыбчивы. Женщины в большинстве своём ходили в лёгких платьях.

К нам подбежала детвора из девочек и мальчиков разных возрастов, они смеялись и играли во что-то похожее на догонялки и магические сражения. Магии у них не было, но они махали руками, вставали в различные позы и сопровождали всё это выкриками и хлопками в ладоши.

Весёлая гурьба «магов» пролетела мимо нас, они выкрикивали приветствия мастеру и благородным вэйнам. По законам Виэльи вэйнами называли мужчин и женщин благородного происхождения и магов, а танами – простых людей, причём, всех простых называли «танами», вне зависимости от пола и семейного положения, обращение не склонялось.

– Вэйна, а что это у вас? – моей руки куснулась тёплая детская ладошка, я повернула голову.

Рядом со мной шла очаровательная малышка десяти лет на вид. Она немного отличалась от других детей, её кожа была не в пример светлее, а глаза шире, необычного для местных голубого с зеленцой цвета. Тёмно-русые, почти каштановые волосы, убранные в причудливую причёску, были украшены красивой заколкой с цветами. Платье девочки почти не отличалось от одежды других детей, только было из более качественной светло-синей ткани.

Она указывала прямо на браслет, который было прекрасно видно из-за короткого рукава верхней кофты. Я удивлённо приподняла брови, удивившись тому, что девочка видела мой артефакт.

– Это подарок родителей, – я закрыла украшение ладонью и улыбнулась.

– Очень красивый, вэйна Рейе, – она улыбнулась в ответ, – я такой видела только в книжке.

– Терейя! – девочка из удаляющейся стайки «магов» обернулась и замахала рукой, – Терейя! Идём скорее!

Моя недавняя собеседница сорвалась с места, оставив меня сгорать от любопытства. В какой книге она видела мой браслет? Чёрт, так не вовремя девочка решила вернуться к игре. Я попробовала разглядеть макушку с красивой заколкой в толпе, но малышка будто исчезла. Она показалась мне на кого-то похожей. Я недоумённо проморгалась и решила расспросить о девочке у мастера.