Стылая вода. Круговорот. Часть 3

От автора

Уважаемые читатели!

Обратите, пожалуйста, внимание на то, что в книге 24 главы и эпилог. Если у вас в приложении ЛитРес отображается меньшее количество глав, то Вам нужно обновить черновик вручную. Для этого необходимо удалить файл из памяти и скачать книгу заново.

Информацию, связанную с работой над книгами, новости и обновления можно найти в моих официальных группах:

Вконтакте: Анастасия Ватутина | Автор | ВКонтакте

Телеграмм: https://t.me/anastasia_vatutina_author

Спасибо за интерес к моему творчеству, я вас всех люблю!

Глава 1

Яна повернула за угол, и налетевший внезапно порыв ледяного ветра едва не сбил ее с ног. Она плотнее запахнула пальто и пригнула голову, пряча лицо в складках объемного шерстяного шарфа. Бабье лето, которое так активно обещали синоптики, продлилось всего несколько дней, резко сменившись несвойственной даже для московского сентября непогодой. Над городом уже который день нависали тяжелые свинцовые тучи, не сулившие горожанам ничего хорошего.

Яна резко дернула на себя дверь кофейни и с наслаждением вдохнула аромат свежемолотого кофе и выпечки. Лика уже ждала ее за столиком у окна и приветливо махала, привлекая внимание Яны.

– Заказала твой любимый десерт, надеюсь, понравится, – Лика подвинула к Яне тарелку с шоколадным пирожным, щедро украшенным не по сезону яркими и сочными ягодами, едва та устроилась за столом. – Кофе только принесли, горячий.

Яна с удовольствием обхватила теплую кружку озябшими ладонями и сделала осторожный глоток.

– Блаженство, – заключила она, расплываясь в довольной улыбке.

– В такую погоду только и остается, что согреваться горячими напитками, – улыбнулась в ответ Лика. – Как себя чувствуешь? – Подруга внимательно вглядывалась в лицо Яны, подмечая малейшие признаки недомогания: бледная кожа, синяки под глазами…

– Нормально, – коротко ответила Яна, нарочито внимательно изучая содержимое своей тарелки. В последнее время вопросы о самочувствии стали страшно раздражать. Она не могла порадовать близких, честно ответив, что чувствует себя прекрасно, бодра и полна сил, а врать, видя в их взглядах искреннюю обеспокоенность, не хотелось. Горькая правда же заключалась в том, что с каждым днем сил у Яны становилось все меньше и меньше, даже выполнение элементарных действий изматывало настолько, что ей требовалось несколько минут отдыха для того, чтобы справиться с головокружением и то и дело накатывающей тошнотой. Яна много спала, все выходные проводила дома, почти не выходя на улицу без особой надобности. Часто забывала пообедать и существовала исключительно на лошадиных дозах кофеина и сахара.

– А что с Марком? – Лика, очевидно, решила сегодня пройтись по всем неприятным для Яны темам.

– Ничего, – Яна неопределенно пожала плечами. – Мы с ним друзья.

– Но как ты с этим справляешься?

– Лик, – Яна отложила вилку, которой сосредоточенно ковыряла десерт, она уже жалела, что поделилась с подругой своими чувствами к Марку, – плохо! Очень плохо! – последнее слово прозвучало неожиданно громко, и посетители за соседними столиками с любопытством обернулись на Яну. Та же, устыдившись всплеска эмоций, отвернулась к окну, пытаясь взять себя в руки.

– Ладно, не будем об этом, – испуганно пробормотала Лика.

– Нет, – Яна снова посмотрела на подругу. – Лик, мне правда плохо. Тяжело. Больно. И очень сложно привыкнуть к этим новым для меня чувствам. Я пытаюсь уместить в своей голове все то, что проживала на протяжении нескольких жизней. И эта любовь, которая так внезапно обрушилась на меня, просто разрывает изнутри. Я мечусь между желанием признаться во всем Марку, рассказать, что мы связаны и созданы друг для друга, и желанием дожить пусть не до глубокой, но все же старости. Быть с Марком и жить долго и счастливо, к сожалению, невозможно. Сейчас мне удается убеждать себя в том, что до тех пор, пока он любит другую, я безопасности, но что, если мои чувства однажды станут взаимными? Я не уверена, что мне хватит сил отказаться от него. И тогда наша судьба повторится снова. Я не могу так поступить с Марком, не хочу, чтобы он снова переживал мою смерть и, честно говоря, сама очень не хочу умирать.

– Мне кажется, что честнее было бы рассказать обо всем Марку, он ведь не знает, всю эту историю про прошлые жизни и договоры, заключенные вашими душами. Возможно, в этот раз вам удастся изменить судьбу.

– Марку и без того хватает проблем в этом воплощении. Он уже потерял любимую, представь, что я расскажу ему о том, что мы с ним, вообще-то, созданы друг для друга и в будущем нас ждет большая и чистая любовь, правда, ненадолго, потому что я умру, а он будет снова страдать до конца жизни, оплакивая не одну, а уже двух невест. Это жестоко, тебе не кажется?

– Ян, слушай, а ты уверена вообще в том, что твои видения у Плач-камня правдивы?

Яна закрыла глаза, и снова перед ней пронеслись картинки, увиденные на проклятой поляне. За прошедший месяц они ничуть не померкли, она все так же отчетливо помнила свою смерть, горе в глазах Марка и чувство обреченности, накрывшее ее с головой.

– Уверена, – тихо сказала она.

– Я вот что подумала, – Лика наклонилась ближе, – может, ты все-таки ошибаешься? Маньяк же накачал тебя препаратами, мало ли что могло привидеться в таком состоянии.

– В любом случае проверить это невозможно, – Яна снова вздохнула и, подцепив кусочек клубники с десерта, отправила его в рот.

– Об этом я и хочу поговорить, – Лика понизила голос и заговорщицки подмигнула Яне. – Я тут узнала про одну интересную тему, называется регрессивный гипноз.

– Это еще что такое? – Яна удивленно заморгала.

– Мы с Вадимом недавно ужинали с каким-то очередным его бизнес-партнером. Тот был с женой, и пока мужчины обсуждали свои скучные дела, она мне рассказала, что была на приеме у регрессолога. Говорила как будто в шутку, но мне показалось, что история любопытная. Якобы гипнолог помогает тебе увидеть свои прошлые жизни и еще раз пережить травмирующие события, чтобы понять, как можно избежать их повторения в этой жизни.

– Погоди, так если она сама во все это не поверила, почему ты думаешь, что мне стоит попробовать?

– Понимаешь, – Лика замялась, – регрессолог этот погрузил ее в транс, и она начала вспоминать свою прошлую жизнь. И тут оказалось, что в прошлой жизни она была... свиньей, и это ее первое воплощение в человеческой форме. Конечно, она в это не поверила, сказала, что это все шарлатанство и фокусы, грозила прикрыть всю эту «шарашкину контору», но я смотрю на нее и понимаю: «А ведь действительно похожа!». И, кстати, свинину она тоже не ест. Ну что это, если не травмирующий опыт из прошлой жизни?

Лика, не выдержав, рассмеялась, и Яна, как ни пыталась подавить смех, все же присоединилась к подруге.

– То есть мне он скажет, что в прошлой жизни я, скорее всего, тоже была каким-то животным, и до тех пор, пока я не собираюсь в лес к голодным волкам, ничего моей жизни не угрожает? – отсмеявшись, предположила Яна.

– Хорошо бы так, – улыбнулась Лика, но тут же лицо ее стало печальным. – Если честно, я думаю, что вы с Марком на самом деле созданы друг для друга, но каждый раз между вами встают препятствия, которые вы не можете преодолеть. И мне кажется, пора уже выяснить, что вам мешает.

– Ну в этой жизни я могу тебе легко дать ответ на этот вопрос: он полюбил другую, – Яна тяжело вздохнула.

– Нет, – Лика задумчиво смотрела куда-то в пространство за Яниной спиной, – чувствую, что здесь есть что-то еще. Я же вижу, как он на тебя смотрит. Даже если он думает, что любит свою погибшую невесту, невозможно не заметить, что его влечет к тебе, и уверена, рано или поздно он тоже поймет, что вы должны быть вместе.

– Лик, давай не будем об этом. Я приняла решение, и не нужно давать мне поводов его изменить.

– Как скажешь, но про регрессолога подумай. Я на всякий случай взяла контакты. – Лика протянула Яне картонный прямоугольник, и та задумчиво покрутила визитку в руках, прежде чем убрать карточку в сумку.

– Никогда не слышала о регрессологах, – задумчиво пробормотала Яна. – Думаешь, это реально – увидеть свои прошлые воплощения?

– Ты видишь призраков, почему не можешь увидеть свою прошлую жизнь? – пожала плечами Лика. – Наша душа бессмертна, а значит, хранит память обо всем, через что ей пришлось пройти. Нужно просто вытащить эти воспоминания на поверхность.

– Я боюсь вспомнить то, что испугает меня еще больше, – вздохнула Яна.

– В любом случае выбор всегда за тобой, – Лика ободряюще улыбнулась. – Но согласись, не каждому выпадает шанс встретить любовь своей жизни, глупо было бы отказываться от нее без борьбы.

Яна толкнула тяжелую дверь магазина эзотерических товаров «Пятнадцатый аркан» и под мелодичный перезвон колокольчиков протиснулась внутрь. Маргарита выглянула из-за стеллажа, куда ставила новую партию книг. Краем глаза Яна отметила, что в основном это были томики, посвященные осенним обрядам и гаданиям.

– Как прошел обед? – Хозяйка магазина прервала свое занятие и подошла к Яне.

– Обед прошел хорошо, – ответила та, пристраивая пальто на вешалке у двери, – а вот погода сегодня на редкость паршивая.

– Видимо, зима в этом году будет ранней, – заметила Маргарита, выглядывая на улицу сквозь большие окна магазина. – Если хотите, наливайте чай, я только заварила.

– Спасибо, – Яна направилась в небольшую подсобку в дальнем конце торгового зала и несмотря на то, что буквально полчаса назад выпила кофе, налила себе большую чашку горячего чая.

– Яна, мне кажется, нам нужно поговорить, – Маргарита так тихо подошла сзади, что от неожиданности Яна вздрогнула и расплескала чай.

– Это связано с работой? – Яна вытирала лужицу, стараясь не встречаться с Маргаритой глазами.

– Нет, скорее, с вашей личной жизнью.

Яна повернулась и удивленно уставилась на начальницу.

– Яна, я в курсе всего, что происходит с вами в последнее время, и меня беспокоит, что после возвращения из отпуска, вы сама не своя. Я понимаю, вам пришлось пережить страшное потрясение, вы были на пороге смерти, но сдается мне, что дело не только в этом. Скажите мне, я права?

– Маргарита… – Яна тяжело вздохнула и отставила чашку – пить чай расхотелось. – Это просто черная полоса…

– Я понимаю, что лезу не в свое дело, – прервала ее собеседница, – но мне искренне хочется вам помочь. В жизни каждого бывают непростые моменты, и, если вы понимаете, что не справляетесь со всеми чувствами, которые обуревают вас, есть способ от них избавиться. Я могу унять боль, страх, тоску и даже… излечить от неразделенной любви. – Она подошла ближе, взяла со столика отставленную Яной кружку и снова вручила ее девушке. – Одно ваше слово и я помогу вам заглушить любые чувства. Ритуал простой и почти не требует никаких энергетических затрат, но после него вы почувствуете себя гораздо лучше. Если что-то или кто-то заставляет вас страдать – вы вольны от этого отказаться.

– Магия вместо психотерапии? – мрачно спросила Яна.

– Если угодно, – Маргарита мягко улыбнулась.

– Все же, я бы предпочла справляться со своими переживаниями по старинке, – Яна выдавила вежливую улыбку и протиснулась мимо Маргариты в торговый зал. – Говорят же, что время лечит.

– Яна, – хохотнула ей вслед хозяйка, – вы на удивление упрямый человек! Магия не зло и не проклятье, в умелых руках это прекрасный инструмент для достижения целей.

Яна не стала ничего отвечать, сделав вид, что ее внезапно увлекло составление новой композиции для грядущего Дня осеннего равноденствия. Она выгрузила на большой круглый стол, стоявший в центре магазина, коробку со свечами, деревянные фигурки славянских идолов и, немного поразмыслив, добавила пару венков из рябины, которые собственноручно сплела накануне. Сосредоточенно расставляя предметы на льняной скатерти, расшитой руническим орнаментом, она думала про себя, что ни за какие коврижки не согласится добровольно участвовать в каких бы то ни было ритуалах. Хватит с нее и того, что сама того не желая, она теперь видит призраков и вынуждена помогать им перейти в новую жизнь, поэтому с разбитым сердцем будет справляться по старинке: плакать и жалеть себя.

Глава 2

– Я почему-то не сомневался, что живешь ты именно в центре Москвы, – усмехнулся Кулешов, отодвигая Марка плечом и переступая порог его квартиры.

– Ты же видел адрес прописки в паспорте, когда допрашивал меня в гостинице, – не удержался от колкости Марк.

– Видел, – буркнул Кулешов. – Но я думал, что такие мажоры, как ты, предпочитают более позерское жилье: окна в пол, хром и бетон, а тут все такое … уютное. Как будто по наследству от деда досталось.

– Кулешов, мы делом будем заниматься или так и продолжим мои жилищные условия обсуждать? – Марк сложил руки на груди и вопросительно уставился на гостя. – Но ты прав, квартира мне на самом деле досталась от деда.

– А что же, на свою не накопил? Все спустил на крутую тачку? – поддел его Кулешов.

– Накопил, – бросил Марк и направился вглубь квартиры. Кулешову ничего не оставалось, как последовать за ним.

После возвращения из гостиницы «Плач-камень», Марк с ужасом обнаружил в своих вещах нож, которым убийца во время ритуала вырезал сердце своей жертвы. Он был уверен, что орудие убийства надежно заперто в отделении полиции вместе с другими уликами по этому делу, и потому не имел ни малейшего понятия, как тот оказался в его сумке. Недолго думая, он связался со следователем, который вел расследование, и попросил приехать в Москву. Кулешов, конечно, немного поартачился, но что-то в голосе Марка заставило его поверить в то, что дело серьезное, поэтому он договорился на службе о небольшом отпуске и теперь задумчиво стоял посреди кабинета, куда его привел Марк.

– Ну, рассказывай, что такого важного у тебя произошло, что ты умолял меня приехать. Или просто соскучился? – подмигнул ему Кулешов.

Марк его веселого настроя не разделял, потому молча подошел к письменному столу и вытащил из ящика предмет, предусмотрительно упакованный в полиэтиленовый пакет с застежкой.

– Это еще, черт возьми, что такое? – выругался Кулешов, разглядывая предмет перед собой.

– Нож, – коротко ответил Марк.

– Вижу, что нож! Откуда он у тебя взялся?

– На этот вопрос у меня, к сожалению, нет ответа.

Кулешов молча смотрел на Марка, ожидая продолжения.

– Я вернулся домой и обнаружил нож в своих вещах. Я не могу утверждать, что это тот же нож, что использовался в ритуале у Плач-камня, но, согласись, очень на него похож.

– Ясное дело, это не он. Орудие убийства хранится в моем кабинете в сейфе, ключ от него есть только у меня и у Игнатова. Так что над тобой просто кто-то неудачно подшутил, и зря ты меня выдернул со службы.

– А ты можешь прямо сейчас позвонить Игнатову и попросить проверить сейф?

– Мажор, ты как маленький, честное слово. Говорю тебе: улики в надежном месте, – но несмотря на уверенность, звучавшую в его голосе, Кулешов все же потянулся за телефоном.

Марк, прислонившись к столу, наблюдал, как следователь меряет шагами комнату, то и дело обрушивая на бедного Игнатова потоки брани. Он не слышал, что отвечал Кулешову его помощник, но мог догадаться, что сейф, в надежности которого так убеждал его майор, оказался пуст, а то самое орудие убийства, которое должно было быть под замком за триста километров от Москвы, сейчас лежит на его письменном столе, и ни у кого из них нет ни малейшей догадки, как оно здесь оказалось.

– Все, – выдохнул Кулешов, убирая телефон. – В лучшем случае за утерю вещдока меня лишат звания, а в худшем – посадят за халатность, а убийцу оправдают за недостаточностью улик.

– Майор, успокойся, – сказал Марк, но, судя по покрасневшему лицу Кулешова, слова его возымели обратный эффект.

– Успокойся? Да ты хоть понимаешь, что все это значит?

– Я понимаю, – перебил его Марк, – но сейчас ты должен взять себя в руки и выслушать все, что я тебе скажу. Нож не единственная причина, по которой я попросил тебя приехать.

По лицу Кулешова было видно, что он и сам в данный момент может многое сказать Марку, но все же пересилил себя и покорно сел в кресло.

Полчаса спустя, Кулешов все так же сидел за столом, и на лице его читалось абсолютное неприятие и непонимание всего, что он только что услышал. Марк внимательно наблюдал за его реакцией и ждал, когда следователь вымолвит хоть слово.

– Скажи честно, – наконец выдавил Кулешов, – ты на учете нигде не стоишь?

– Нет, – вздохнул Марк.

– Употребляешь? – Марк отрицательно покачал головой. – Может, у тебя утечка газа? – Кулешов втянул носом воздух принюхиваясь. – Знаешь, иногда отравление угарным газом может вызывать галлюцинации и бред.

– Не может, – равнодушно ответил Марк.

– Но ты же не всерьез веришь, что твоя невеста – та самая ведьма, что рассказала Арсению про ритуал воскрешения мертвых? Или веришь?

– Я не говорил, что Карина – ведьма, я сказал, что она обращалась к ведьме, и в ее дневнике есть описание ритуала, похожего на тот, что у Плач-камня пытался провести Арсений.

– И дальше что? – все еще недоумевал Кулешов.

– Ну как ты не поймешь? – раздраженно бросил Марк. – Карина обращалась за помощью к какой-то ведьме, об этом мне рассказала ее мать. А потом в вещах дочери обнаружила дневник, который передала мне. Я начал его листать и понял, что по большей части там описаны разные магические ритуалы, один из которых очень напоминает тот, что мы видели на поляне. Арсений же на допросе сказал, что про ритуал ему рассказала женщина, но имя ее назвать отказался…

– … и ты решил, что твоя невеста и мой убийца консультировались у одной и той же ведьмы? – закончил Кулешов.

– Именно! – Марк ликующе хлопнул в ладоши.

– Да бред, – скептически сказал Кулешов. – Сколько этих шарлатанок по всей стране? Тысячи! Если не миллионы… Да и что там было особенного в ритуале? Пентаграмма? Так их даже подростки в заброшках везде рисуют!

– Нет, – Марк подошел ближе и снова выдвинул ящик стола. – Смотри, – он протянул Кулешову блокнот в твердой обложке.

– Слушай, это как-то неудобно… – замялся Кулешов, разглядывая совместное фото Марка и Карины, – все-таки личное, – он выразительно округлил глаза, от чего Марк невольно улыбнулся – в обычное время следователь не отличался особой деликатностью.

– Я не возражаю, читай.

Кулешов бросил на Марка еще один подозрительный взгляд, после чего осторожно открыл блокнот. Он медленно перелистывал страницы, стараясь не особенно разглядывать совместные фотографии Марка и Карины и игнорируя все восторженные записи, которые девушка адресовала своему возлюбленному на страницах дневника. Постепенно стихи и сердечки сменились чертежами и списками, а дойдя до разворота, на котором была изображена пентаграмма, Кулешов и вовсе замер. Он жадно пробегал глазами неровные надписи, и на его лице недоумение сменилось удивлением, когда взгляд упал на знакомое название.

– А откуда ей было известно про настоящий Плач-камень?

За окном давно стемнело, остатки еды в пластиковых контейнерах с логотипом ближайшего ресторана покрылись неаппетитной коркой, а Марк и Кулешов все еще изучали записи в дневнике Карины.

– И ты хочешь мне сказать, что никогда раньше обо всем этом не слышал? – с сомнением протянул майор, перелистывая очередную страницу.

– Честное слово. Дневник я получил после возвращения в Москву, его передала мне мать Карины, которая обнаружила тетрадь в ее вещах. До этого момента я не то что о его существовании не догадывался, я даже не знал, что Карина всем этим интересовалась.

– Любопытно… – протянул Кулешов, задумчиво почесывая подбородок. – Допустим, я тебе верю, но согласись, твое участие во всей этой истории выглядит все более и более подозрительно.

– Майор, не начинай…

– Ладно, – Кулешов махнул рукой и со вздохом откинулся на спинку кресла. – Что делать-то будем?

– Искать ведьму?

– Да ты что? – в притворном удивлении округлил глаза Кулешов. – Без тебя бы и не догадался. А если серьезно, нужно расспросить подружек твоей Карины, наверняка она с кем-то обсуждала всю эту магическую белиберду. Сможешь к завтрашнему дню составить список?

– Подруг Карины?

– Да, мажор, соображай живей!

– Я, честно говоря, и незнаком ни с кем.

– Это как? – Кулешов удивленно выпрямился в кресле.

– Мы почти постоянно были вдвоем, по выходным заезжали навестить ее родителей и все. Я ни разу не встречался ни с кем из ее друзей. Сейчас мне кажется, что я даже никогда не слышал, чтобы она о них упоминала.

– А долго вы были вместе?

– Два года.

– Два года? И за все это время ни одного упоминания о приятелях, школьных подружках, коллегах с работы?

– Нет… Странно, правда?

– Еще как! – Кулешов встал. – А как вы с ней вообще познакомились?

– Мы учились в одном университете, нас представили друг другу на какой-то студенческой тусовке, но тогда, честно говоря, я на Карину не обратил никакого внимания, даже имени ее не запомнил. А два года назад, когда приехал на кладбище в день годовщины смерти деда, я увидел девушку. Она стояла с букетом желтых роз у его могилы. Когда я подошел ближе, она обернулась и все… Любовь с первого взгляда, как в кино.

– Да уж, романтика, – Кулешов скептически хмыкнул, – только ты мог подцепить девицу на кладбище. Но, если серьезно, не нравится мне вся эта история. Ты прав, совпадение на грани фантастики, но все же и ритуал, и место его проведения наводят на определенные мысли. Ниточка тонкая, но пока единственная, которая ведет к нашей загадочной ведьме. Не факт, конечно, что это та женщина, которую мы ищем, однако проверить стоит. Поступим следующим образом: завтра заедем к Карине на работу, порасспрашиваем коллег, вдруг удастся что-нибудь выяснить. А ты утром позвони ее родителям, возможно, они смогут рассказать, с кем дружила их дочь.

Марк согласно кивнул и вслед за Кулешовым направился к двери.

Едва майор вышел в подъезд, его губы тотчас растянулись в обворожительной улыбке, и в несвойственной ему приятной манере Кулешов произнес:

– Добрый вечер, Яна! Какая неожиданная и приятная встреча!

Глава 3

Яна с удивлением переводила взгляд с Марка на Кулешова. Появление майора не предвещало ничего хорошего, более того, в ее душе зародилось подозрение, что история с Плач-камнем еще не закончена, и она вся внутренне сжалась, инстинктивно отступив на шаг дальше от Кулешова.

– Очень рад вас видеть, – как ни в чем не бывало, продолжал ворковать следователь, – как себя чувствуете?

– Спасибо, неплохо, – наконец выдавила из себя Яна. – А вы к нам какими судьбами? Что-то случилось?

– Нет-нет, все в порядке, – Кулешова искоса взглянул на Марка, – был проездом, решил зайти поздороваться.

– Понятно, – Яна немного расслабилась и даже изобразила подобие улыбки, хотя слова Кулешова ее совершенно не успокоили. – В таком случае я тоже рада вас видеть, Александр Филиппович.

– Яна, ты, наверное, устала, – наконец подал голос Марк. От него не укрылось, как старательно она избегала смотреть на него, сосредоточив все свое внимание на Кулешове.

– Да, денек выдался тот еще, – она все же мельком глянула на Марка и снова перевела взгляд на Кулешова. – Вы уж извините, Александр Филиппович, я пойду. Доброй ночи!

– Доброй ночи! – с улыбкой ответил Кулешов и едва за Яной закрылась дверь, вопросительно уставился на Марка: – Какая кошка опять между вами пробежала?

– У нас все нормально, – процедил Марк.

– Оно и видно, – хмыкнул Кулешов. – Ладно, завтра заедешь за мной. Адрес скину. – И, не дав Марку возможности отказаться, майор поспешил вниз по лестнице.

Яна стояла в темном коридоре, прислонившись ухом к двери. Голоса были едва слышны, но все же ей удалось разобрать, что Марк и Кулешов что-то затеяли, однако ее посвящать в свои планы не стали.

«Тем лучше», – решила Яна и, сбросив куртку и ботинки, побрела в свою комнату. Не зажигая свет, вытащила из шкафа халат и, перебросив его через плечо, направилась в ванную.

Единственный плюс работы допоздна заключался в том, что к моменту ее возвращения домой, все жильцы коммунальной квартиры уже разбредались по своим комнатам и она могла с чистой совестью принимать душ столько, сколько ей заблагорассудится. Она сделала воду погорячее и зажмурилась от удовольствия, вдыхая шоколадный аромат геля для души. Встреча с Марком и Кулешовым тут же вылетела из головы, и тихонько напевая веселую песенку, которую в последнее время очень часто крутили по радио, она с наслаждением растирала озябшую кожу мочалкой.