- -
- 100%
- +
Глава 1
Как попасть в приключение
История, которую я хочу вам рассказать, началась одним теплым декабрьским вечером, в День Зимнего Хмеля, в городе Эрдре. Это было так давно, что ещё не существовало трех знаменитых кланов, а последний губернатор не совершал похода в Холиторский лес. И о пришельцах из Ниоткуда тоже никто не слышал.
Город Эрдр был тогда не так густо населен, красота его домов уступала нынешней, но бедняков в нём не было. В то время на улице Черных фонтанов стоял трехэтажный дом, где в одной из квартир, под самой крышей, жила десятилетняя девочка, по имени Асилия. Родители ее много работали в других городах, оставив девочку на попечение тети. Хотя тетя Амела, а именно так ее звали, была слишком молода, чтобы по-настоящему заменить племяннице родителей, она делала для этого всё возможное, поэтому позволяла Асилии больше того, что обычно позволяют родители своим детям.
Амела работала в трактире на той же улице, где стоял их дом. Сегодня, в большой праздник, там пировало особенно много гостей, поэтому тетя была вынуждена работать до утра. Асилии в это время полагалось сидеть дома одной, и, так как игрушки казались ей слишком детскими, а тетины книги, стоявшие на полке, слишком скучными и непонятными, девочке оставалось только мечтать, сидя у окна, а потом лечь спать в одиночестве, что, безусловно, пугало ее. Ведь кто, будучи ребенком, не боялся ложиться спать один! Особенно зная легенды о проклятом замке, стоящем неподалеку, – замке, в котором обитал Некто, утаскивающий детей в ночи… Конечно, всё это были лишь россказни, однако дети частенько пропадали…
Проводив тетю, Асилия заперла дверь, переделала все важные дела и уселась на подоконник, с грустью наблюдая за бурной жизнью на улице. Соседские дети в потешных праздничных нарядах бегали, играли в снежки, катались с горок и пытались расколоть подтаявший лед. Извозчик на другом конце улицы сливал во флягу оставшееся пиво, а навстречу ему шла веселая компания людей, напевая что-то в честь праздника. Время текло слишком медленно… Часы казались днями… Нашей героине каждую секунду всё больше хотелось вырваться на улицу, чтобы радоваться празднику вместе со всеми. Однако Асилия была послушной девочкой, поэтому, следуя наказу тети, она сидела дома, стараясь не попасть в неприятности. Ну, а мы с вами знаем, что такое безделье влечет за собой скуку, столь вредную для детей…
Интересных событий на улице происходило все меньше, шум стихал, и девочка решила лечь спать. Вдруг на крыше послышался скрежет. Сначала с правой стороны, потом – с левой, после чего на балконе раздался глухой удар, как будто кто-то спрыгнул на него с крыши, а затем этот кто-то стал сопеть, издавая еле слышное рычание. Асилия, рассудив, что она никого не ждет, бросилась под кровать, а сердце ее бешено забилось. Послышался стук по стеклу балкона, как будто птица билась клювом. Неведомая сила, а может быть, ещё и обычное любопытство заставили Асилию вылезти из-под кровати. Она осторожно выглянула на балкон и обомлела. Перед ней на двух задних лапах стоял огромный черный лев, но, вместо передних лап, у него были руки – да-да, именно человеческие руки, только с когтями и шерстью. На его плечах красовалась вышитая серебром зеленая накидка, скрепленная блестящей брошью в виде розы.
– Юная Асилия? – спросил нежданный гость старческим, но ласковым голосом.
Девочка с визгом отбежала от двери и шмыгнула за штору. Лев на балконе проворчал что-то неразборчивое и стукнул когтем по стеклу. От места удара пошли круги, точь-в-точь такие, какие вы можете наблюдать, бросив камень в озерную гладь, после чего лев прошел сквозь них. Как только он это сделал, в комнате запахло песком и морской водой. «Все это мне кажется! Все это моя фантазия!» – убеждала себя девочка, но крадущиеся шаги были вполне настоящими, как и тень, отбрасываемая незваным гостем.
– Асилия, – растягивая каждый звук имени, позвал ее лев. – Где же ты? Ты ведь ребенок, который скучал громче всех! Этим ты вызвала меня, и я пришел за тобой!
У Асилии выступил холодный пот, крик застыл в ее горле. Девочка твердо решила молчать, надеясь на то, что огромный лев не обнаружит ее и уйдет. Однако необъяснимая сила требовала от Асилии выйти из укрытия. Эта манящая сила была похоже то чувство, которое пробуждается, когда на столе оставляют пирожное с сильно пахнущей шоколадной помадкой, а тебе говорят, чтобы ты не ел и даже не смотрел на него. После этого, если уж не съесть, то посмотреть на пирожное точно нестерпимо захочется!
– Может, вы похитите не меня, сэр лев? У нас в городе есть много плохих людей! – неожиданно для себя выдала Асилия и замолчала, потому что похититель приподнял штору.
Вблизи он почему-то перестал казаться таким устрашающим, каким она увидела его на балконе. Звериные черты лица словно отошли на второй план, наружу пробилась какая-то человекообразность. Сияющие во рту клыки затупились, в глазах погас злой огонек, когти на пальцах показались девочке давно не стриженными ногтями, и даже зеленый цвет накидки стал на тон светлее.
– Похитить? – лев отпрянул назад, округлив глаза. – Я понял! Ты наслушалась небылиц обо мне от старших. Асилия, они постоянно врут тебе! – заявил лев, смерил свою жертву взглядом и продолжил: – Может быть, ты хочешь что-нибудь съесть? – его голос, до сих пор старческий, скрипучий, но на удивление убедительный, приобрел глубину и особую музыкальность.
Асилия кивнула в ответ, хотя сильного чувства голода она не испытывала и по-прежнему прикидывала, как бы сбежать. Лев помедлил и рассмеялся рокочущим, но уже не пугающим девочку хохотом.
– Зови меня Диарис! – сказал он, выставил руки и дунул на них.
Возникло свечение, и – о чудо! В руках у Диариса появилась тарелка, на которой возвышалась гора печенья с шоколадом. От удивления Асилия улыбнулась: все самые худшие подозрения одно за другим развеивались. В ответ на это Диарис грациозно развернулся и щелкнул пальцами. Посреди комнаты появился круглый столик с серебряной скатертью, а возле него небольшое, но свободное серое креслице. Диарис плюхнулся в него, забросив ногу на ногу, и щелкнул пальцами еще раз: на столе материализовались две чайные чашки и белые салфетки, а также пара тарелок с бисквитными пирожными.
– Прошу, угощайся! – нежданный гость протянул Асилии золотую ложку.
Девочка нерешительно взяла ее, попятилась назад и села в кресло, которое неожиданно выросло из-под пола. Диарис сурово посмотрел на нее, но не смог долго удерживать такой взгляд и расплылся в улыбке.
– Итак! Я здесь, чтобы предложить тебе поучительное приключеньице, которое многое изменит и определит в твоей жизни. Это ведь то, о чем ты мечтала?
Асилия кивнула и осторожно надкусила пирожное: оно было чудесным! Нежное и мягкое, со вкусом молочного шоколада и чего-то ранее ею не пробованного, но отлично дополняющего вкус шоколада. Девочка попыталась понять, что это за вкус и откуда Диарис знает о ее мечтах, но все ее мысли разбились на много маленьких осколков, заставляющих думать лишь об одном: «Где взять побольше таких пирожных?».
– Отлично! – Диарис извлек из-под складок плаща пергамент и золотое перо. – Тогда заключим с тобой сделку и начнем!
Слово «сделка» насторожило Асилию, вернув в реальность.
– Прошу Вас рассказать об этой сделке, сэр… – девочка ахнула, с ужасом осознав, что съела все сладости и выпила две чашки чая, пока мечтала. Разум ее затуманивался мыслями о путешествиях и пирожных.
– Что-что? – переспросил Диарис, подливая чай из блестящего чайника, которого вроде как раньше и не было. Асилия внимательно всмотрелась в чайник, затем перевела взгляд на чашку и вдруг поняла, что скатерть на столе – это на самом деле карта с причудливыми названиями мест, диковинными существами и извивающимися стрелками, указывающими направления сторон света.
– Я согласна, – завороженно прошептала девочка. – Но мне кажется, сэр, что я не очень понимаю написанное…
– Просто подпиши здесь, – Диарис указал место в конце желтоватого пергамента, испещренного знаками, – и я заберу тебя в приключение.
Настала гробовая тишина, в доме все замерло и, кажется, не только в нём… Конечно, час был поздний, но чтобы с улицы не раздавалось ни звука – такого девочка не припоминала… Асилия потянулась к перу, и ее удивило, что чернил не было. Лев тем временем осматривал книги, расставленные на полке. Девочка поставила кляксу на краю пергамента и, оставшись довольной результатом, начертила размашистую заглавную букву «А» под всеми непонятными ей записями. Диарис был тут как тут.
– Отличная у вас библиотека! – бегло бросил он, поставив свою маленькую непонятную подпись под буквой «А», потом взял свиток и убрал его в потайной карман своего плаща.
– Начнем? – утвердительно спросил Диарис и, не дожидаясь ответа, нацарапал на полу букву «М».
Дверь балкона скрипнула, будто не была заперта, глаза льва осветились зеленым огнем, впитав в себя почти весь вечерний свет комнаты, в которую тяжелым шагом вошло что-то огромное. Девочка попятилась к кровати и уже думала попробовать закричать, но свет частично вернулся, а перед ней оказался большой белый кот с голубыми, в цвет глаз, полосами на спине, который старательно стряхивал примерзшие к его шерсти льдинки.
– Мне это снится? – неуверенно спросила Асилия, переводя взгляд с белого кота на Диариса и пытаясь решить, что из этого более странно.
Всё магическое было в новинку для нее, что и неудивительно для ребенка, выросшего в атмосфере самых обычных детских радостей, не умевшего, да и попросту не знавшего, как участвовать в приключениях.
– Если да, то какой смысл спрашивать у меня? Ведь в таком случае я просто плод твоего воображения и отвечу тебе то, что ты захочешь услышать! А если нет… – на мгновение Диарис многозначительно замолчал, мечтательно глядя в потолок, но, как будто опомнившись, быстро продолжил: – Так и опоздать везде можно!
Он поднял Асилию и, усадив на спину к коту, сел перед ней. Кот вразвалку вышел на балкон, затрясся, мяукнул, хотя девочке это показалось больше похожим на рев, и оказался на облаке, стремительно ускоряясь и направляясь вперед.
Асилия с восторгом и страхом посмотрела вниз, но ничего, кроме густого белого тумана, не увидела. Тогда она взглянула вверх. Над ней проносились созвездия и одиночные звезды, большие и маленькие, золотые, голубые, белые. Вместе они сливались в едином танце, выписывая невообразимые узоры, негласно соревнуясь друг с другом в небесных плясках.
– Как тебе это? – крикнул Диарис, указывая когтем на единственную зеленую звезду вдалеке, которая по мановению его когтя сорвалась, сделала круг и вернулась на место.
– Это чудесно! Но как это возможно? Тетя говорила, что на облаках очень холодно…
– Все просто! – отозвался собеседник, как будто ему несколько раз в день задавали такой вопрос. – Чтобы это было – достаточно просто верить!
Глава 2
Замок Инептиас
Спустя некоторое время облака перед котом начали выстраиваться в ступени, заканчивающиеся на заснеженной веранде у подножия башни из черного камня. Вершиной башни был шпиль, увенчанный железной головой дракона с разверстой пастью, которая, как стрела, вырывалась вверх из красной черепицы. Но то, что смутило девочку, было воистину странно: ни на веранде, ни на башне не было снега. Так же, как на облаках, здесь было удивительно тепло. По каменному полу веранды, забыв о том, что сейчас зима, стелились толстые светло-зеленые стебли, которые затем, словно змеи, плавно поднимались вверх и обвивали резную арку ворот башни. Они почтительно раздвинулись перед белым котом. «Этого не может быть, это все ненастоящее!» – подумала Асилия, но ее мысли прервал Диарис, грациозно спрыгнувший со спины кота.
– Благодарю, мистер Монв! – в ответ на это белый кот поклонился. – Пожалуйте в Инептиас – в мой замок! – Диарис обвел рукой веранду.
– Я ваша пленница? – смелость Асилии куда-то испарилась, а на смену ей пришли страх перед реальностью и осознание откуда-то изнутри: ее все-таки похитили!
Диарис оставил вопрос без внимания, а себе под нос пробурчал:
– В этот раз на полчаса раньше…
– Вы съедите меня? Нет, это всё не по-настоящему! Сон! – крикнула Асилия и в панике бросилась к лестнице, спускавшейся вниз от веранды.
Не успела она пробежать и десяти шагов, как снова оказалась на веранде перед Диарисом.
– Это не сон! – пропел огромный лев. – Всё тут настолько настоящее, насколько позволяет реальность! – Диарис дотронулся когтем до кончика носа Асилии: на нем вспыхнул зеленый огонек и тут же погас. – Есть тебя никто не будет, с чего ты взяла?
– Тетя Амела…
– Ах, тетя Амела, тетя Амела! – передразнил Диарис и сразу стал серьезнее, очаровательная улыбка пропала с его физиономии. – Твоя тетя ни разу не встречалась с… со мной, так откуда ей знать?
С этими словами он щелкнул пальцами, и из-под вершины башни к ним спикировала красная птица, увенчанная короной из черных перьев. Она сделала несколько кругов над девочкой, издавая мелодичную трель, и села ей на плечо. Асилия, все еще пребывая в ужасе, обернулась к птице, а та, ловко орудуя клювом, вплела в волосы девочки большую алую розу с таким ароматом, что все страхи и переживания Асилии исчезли. Птица, пристально изучив свою работу, пропела: «Свиенда». И так же, как и прилетела, кругами начала подниматься в облака.
– Идём, я покажу тебе замок! – Диарис важно зашагал вниз по лестнице.
Замок был воистину прекрасен! Природа царила здесь наравне с архитектурой: к старинным узорчатым башням, стоящим на высоких фундаментах-постаментах из черного камня, примыкали деревья, оплетая их своими корнями и ветвями, выстраиваясь в арки и коридоры. А какой запах был от их плодов!.. Не буду рассказывать об этом читателю, чтобы лишний раз не пробуждать у него аппетит.
Из огромных стен там и тут торчали статуи никогда не виданных Асилией существ с музыкальными инструментами. А большой внутренний двор замка просто поражал воображение! Он представлял собой круглую площадь: ее центр занимал огромный фонтан, из которого, будто борясь с водой, поднималась статуя человека, державшего боевой рог. Суровое лицо воина было преисполнено отвагой. Казалось, еще чуть-чуть, и он оживет, ринется в бой.
Над внутренним двором парили прямо в воздухе открытые книги, словно кто-то невидимый держал их. Фонтан освещали одиннадцать чугунных фонарей, а чуть поодаль от них стоял двенадцатый – перегоревший. Проходя мимо него, Асилия увидела странные надписи на незнакомом ей языке. Как только она отвела от них глаза, ей стало казаться, что эти надписи предвещают что-то недоброе. Однако обернуться, чтобы взглянуть на них, девочке не хватило решимости, поэтому она постаралась поскорее забыть об этом.
Миновав площадь, они подошли к незаметной калитке, которую Диарис отпер золотым ключом. Всё происходящее завораживало Асилию, но больше всего ее удивляло то, что до сих пор они не встретили ни одного обитателя замка. Диарис как будто прочел ее мысли и начал издалека.
– Нас не так много… – его прервало выбежавшее им навстречу невысокое существо, покрытое серой шерстью и похожее на мальчика.
Особенно поразили Асилию его топорщащиеся, как щетка, бакенбарды, ромбовидные глаза цвета расплавленного золота и широкая улыбка, обнажающая ряды острых клыков. Однако мальчик, обладавший такой уникальной внешностью, казался совершенно непохожим на Диариса. В нем было больше от человека, чем ото льва.
– Ох! Как ты меня напугал! – Диарис отступил назад, чтобы мальчик не налетел на него. – Асилия, это Гермес – начинающий работник отдела безопасности замка.
Девочка не успела ничего ответить, как мальчик слегка склонил голову и бросил:
– Очень приятно! – и со счастливой улыбкой на лице выпалил, обращаясь уже к спутнику Асилии: – Сегодня тот самый день!
– Да?! Разве?! – Диарис поспешно извлек странный прибор, похожий на часы, задумчиво постучал по нему, и прибор отозвался : «Тот день, тот день».
– Ты прав, Гермес! Твой день настал! Живо в отдел! Дело не ждет!
И Гермес со всей проворностью, на какую способны мальчишки, побежал в отдел, время от времени подпрыгивая от счастья.
– Не осуждай его за поспешность, – сказал Диарис, предугадывая мысли девочки. – Не всякий день исполняется желание. И если уж исполнилось, то все простительно.
Асилия пропустила последнюю реплику мимо ушей, так как была заворожена причудливой архитектурой замка: каждым поворотом лестницы, очередным невообразимо нелепым, но в тоже время грозным зданием, стеной или аркой. А над ними плыл огненный закат, изредка закрываемый лазурными облаками в форме мифических существ, о которых тетя Амела не раз читала девочке.
Спустя некоторое время они подошли к огромным каменным воротам. Размер ворот впечатлял: они были выше любого дома, когда-либо виденного девочкой. На створках, местами окованных золотом, носились в головокружительном танце символы, которые Асилия приняла за письменность жителей замка.
Диарис постучал по воротам когтем и произнес: «Ланонпакан». Узкие трещины света побежали по серому камню, а символы на створках слились в единую надпись.
– Здесь начинается настоящее приключение, – важно сказал Диарис и толкнул ворота когтем.
Те стремительно раздвинулись, словно были не тяжелее листа бумаги.
Из разверзшейся тьмы повеяло морозом и послышались страшные крики. Пронзительные, душераздирающие, они то затихали, то возобновлялись.
Сердце девочки сильно забилось, она попятилась назад и вдруг поняла, что они с Диарисом стоят в несущейся колеснице, не запряженной лошадьми. Крики становились все громче, и Асилия, привстав на носочках, выглянула за край колесницы. В лицо ей ударил поток холодного воздуха, и она, прищурившись, отвернулась и села.
То, что она смогла разглядеть, было непонятно и сильно пугало ее. В оврагах по обе стороны от колесницы медленно карабкались друг по другу и падали вниз тысячи худых мужчин и женщин с длинными грязными волосами и впавшими глазами. Все они были облачены в некогда красивые одежды, превратившиеся в лохмотья, и каждый был согнут под тяжестью навешанных на себя золотых украшений.
– Кто эти люди? – прошептала Асилия, дрожа от ужаса.
– Заблудшие, – как бы нехотя ответил Диарис и, выдержав небольшую паузу, дал объяснение: – За всю свою жизнь эти люди не сделали ровным счетом ничего, жили так, как живется! – эта фраза была сказана им с особым презрением. – А верхом их мечтаний было набить пузо и раздобыть любой ценой побольше золота. «Хорошая жизнь для себя» – так они это называли. Оцени, как прозаично!.. Им говорили, что они не смогут унести золото с собой в гроб, но я!.. – Диарис гордо вскинул голову и продолжил: – Я дал этим людям выбор, и посмотри: все они в золоте!
– Вы держите их в плену! – вскрикнула девочка.
– Нет, ни в коем случае! – Диарис взмахнул рукой, словно указывая на что-то. – Они пришли сюда добровольно и сами остались здесь, обменяв душу на свои желания. Это был их выбор! – Диарис щелкнул когтями и колесница остановилась. – Идем, и ты убедишься в том, что я прав.
Они подошли к краю дороги. Диарис, наклонившись, вытянул из оврага судорожно бьющегося в конвульсиях седого старика в ободранном красном меховом пальто и протянул ему кубок.
– Пейте, сэр Прим, и Вы наберетесь сил. Асилия, это сэр Прим, наш самый старый гость.
Старик не обратил внимания на девочку и, выплеснув содержимое кубка, спешно начал прятать его в карман. Кубок туда не влезал, а из кармана начали высыпаться другие золотые предметы. Сэр Прим отчаянно бросился их собирать, хрипя и задыхаясь, но все его сокровища никак не помещались в руках и карманах. Что-то постоянно падало. Вот выпал и покатился кубок.
– Нееет!!! – крикнул старик и, зажав в руках все, что мог унести, прыгнул с моста во тьму вслед за кубком.
– Идем! – торжественно позвал девочку Диарис, уже ожидавший ее в колеснице.
Асилия в глубоком потрясении от увиденного взошла на колесницу и до самой ее остановки не поднимала глаз, страшась увидеть что-нибудь еще.
Глава 3
Мечты и бесы
Колесница остановилась в просторном зале, уставленном множеством диванов, но от этого не казавшемся меньше. Потолок поддерживали восемь резных колонн, а в центре, вокруг фонтана, из которого лилась серебряная вода, под музыку оркестра, расположившегося на трех балконах, кружились в заводном танце люди. Асилия не понимала, как они здесь оказались, не смела шелохнуться: восторг и ужас одновременно переполняли ее. Диарис же как ни в чем не бывало сошел с колесницы и осмотрелся.
– Ты знаешь, чей это дом? – обратился он к девочке, но та покачала головой. – Это дом семьи Найя, – пояснил Диарис, благоговейно закатив глаза и подняв вверх указательный палец в знак важности момента, а затем продолжил: – Семья Найя – одна из самых богатых в стране и уж тем более в городе, а это …! – Диарис обвел дом глазами. – Это их, с позволения сказать, дача.
Музыканты умолкли, и все гости обернулись в сторону Диариса. Сердце Асилии сильно-сильно забилось. Казалось, оно вот-вот выпрыгнет из груди. Девочке было очень стыдно и неловко из-за того, что они прибыли на чужой бал без приглашения. Она чувствовала себя так, будто ее уличили в преступлении… А гости все продолжали смотреть на Диариса, возвышавшегося над остальными, словно великан. Напряжение не спадало, но ничего не происходило, никто не собирался ругать и прогонять прибывших, и Асилия решилась выглянуть из-за края колесницы. К Диарису подошел лысый толстячок с жезлом, ударил им об пол и объявил:
– Приветствуйте! Леди Найя!
Диарис сделал шаг влево, и девочка увидела спускавшуюся вниз по лестнице женщину средних лет, в черном атласном платье с жемчужными украшениями. За ней шли три служанки, тоже облаченные в черное, и поддерживали огромный шлейф платья хозяйки. В зале раздались аплодисменты.
– Друзья, друзья! Я всех приветствую на нашем вечернем приеме! А теперь позвольте представить нашего особого гостя! Лорд Фрол! – обратилась к своим гостям леди Найя.
Толпа обернулась и оживленно загудела, но Асилия не успела рассмотреть особого гостя, потому что Диарис указал ей на одну из лестниц, по которой из зала выбегала одетая в синее платье девушка с опущенной вуалью.
– За ней! – с энтузиазмом крикнул Диарис и вскочил в колесницу.
Через миг они уже оказались в другой комнате, которая была чуть менее просторной, чем бальный зал, но более уютной. Асилия подумала, что здесь поместилось бы с десяток их с тетей жилищ. А сколько тут было золота и разного дорогого убранства…
Дверь резко отворилась, и в комнату, пятясь, вбежал скрюченный старый фавн, держа в руках поднос с кушаньями. За ним следом, словно летя над полом, стремительно ворвалась разгневанная девушка с белыми, если не сказать – седыми, волосами и огромными зелеными глазами. Последним в комнату вошел карлик-негр с опахалом и затворил дверь. Асилия судорожно вжалась в кресло и старалась не дышать. Да, таких приключений она еще не переживала! «Лишь бы меня не нашли!» – пронеслась в ее голове просьба, направленная непонятно кому.
– Они нас не видят и не слышат, – надменно сказал Диарис и оторвал веточку винограда с подноса, который держал Фавн.
Тем временем девушка с белыми волосами опустилась на кушетку и, прижав пальцы к вискам, глубоко дышала. Затем, собравшись с силами, она распахнула свои огромные, как блюдца, глаза и крикнула фавну и карлику: «Ступайте! Ступайте вон!»
Карлик отбежал от дивана и замахал опахалом на фавна, подгоняя его к выходу. Как только дверь захлопнулась, девушка, скривив от боли самое измученное лицо, которое когда-либо видела Асилия, издала стон, полный отчаяния, и, уткнувшись в подушку, зарыдала.
– Людская природа!.. – обращаясь к пустоте, с досадой выдавил Диарис. – Ох уж эта неопределенность! Ох уж это непостоянство!
Асилия сочувствовала девушке. Сама не знала почему, но сочувствовала. Девочка подошла к ней и положила на подлокотник кушетки свой носовой платок.
– Бедняжка Руби! – язвительно продолжил спутник Асилии и, поняв, что привлек внимание девочки, выдержал паузу и сказал: – Эта девушка мечтает выбраться из золотой клетки, хочет сама вершить свою судьбу! Но ее мать не дает ей сделать этого…
Руби Найя прервала речь Диариса, бесцеремонно пробежав сквозь него, невидимого. Он обернулся ей вслед и расплылся в улыбке.
– Ах, да! Нельзя не упомянуть, что наша героиня еще и влюблена! – Диарис указал Асилии на противоположный конец комнаты, занавешенный шторой, где на резном столе лежали кисти и краски, а рядом высился холст с незаконченным портретом молодого черноволосого юноши.