Коралловый браслет. Эзотерический роман

– Ты меня слышишь?

Иван спрашивал, боясь, что их прервут, и кричал будто откуда-то из туннеля, во всяком случае, ей так показалось.

– Да, Иван, говори, я слушаю!

– Извини, что долго не писал. У нас тут заварушка вышла. Начальство в группе никак не может с властями договориться о кое-каких деталях. Приеду, расскажу. И еще, мы тут такое интересное дело обнаружили! Это далеко от мест обитания людей, поэтому я долго не мог выбраться, чтобы написать или позвонить. Сейчас у нас там стоянка оборудована, мы исследуем древние надписи на камнях и пещеры, много чего любопытного нашли.

– Когда вы приедете?

– Группа остается еще месяца на два, а я, возможно, скоро буду дома. Недели через две. Надо в городе кое-что уладить и тебя повидать. Потом опять придется ехать. Но уже к Новому году буду с тобой! Ты слышишь?

– Да, Иван, я жду тебя!

– Целую и люблю, до встречи!

Разговор прервался гудками, и Селена, счастливая, долго сидела с трубкой в руках, забыв положить ее на место. В этот день она ходила взволнованная и о чем-то мечтающая, напевая одну из своих любимых мелодий. Прибравшись в квартире, она взялась поливать цветы, часто поглядывая в окно на бегущие куда-то вдаль большие перистые облака. «О, как бы я хотела быть сейчас там, рядом с ним!» – думала она. Ночью ей снился сон, будто она летит над землей высоко в горах, а внизу – крутые склоны, огромные ущелья и какой-то огонь. Она держится изо всех сил, стараясь не бояться и не думать об этом, но ей все-таки немного страшно. Вдруг она видит что-то светящееся между камнями в одной из гор и летит туда, с надеждой и верой. Достигнув положенного места, она растворяется в ярком свете, льющемся из горного источника. Какое-то необыкновенное блаженство разливается по всем ее порам и клеткам, которых нет, но в то же время они есть. «Ты знаешь это?» – кричит в ней знакомый голос, и она просыпается, вся вспотевшая и завороженная, долго силясь понять, где она и что с ней.

Незаметно пролетели две недели, и, открыв однажды воскресным утром входную дверь, чтобы вынести мусорное ведро, она нос к носу столкнулась с бежавшим к ней Иваном, который, увидев ее, остановился, глубоко дыша и замерев на некоторое время с радостной улыбкой на губах.

– Селена…

– Иван!

Они оба, счастливые и взволнованные, стояли так минуту, глядя друг на друга, затем она проговорила полушепотом:

– Проходи в дом, я сейчас ведро вынесу…

Быстро обернувшись, Селена вымыла руки и, посмотрев на Ивана, который стоял у кухонного окна, произнесла:

– Есть хочешь?

– Нет. Я уже сытый, – сказал он, улыбаясь и глядя на нее с нежностью.

– Пойдем в комнату.

Зайдя в зал, они присели на диван, при этом то и дело поглядывая друг на друга в светлом предвкушении чего-то необычного…

– Бабушка умерла.

Селена, сказав это, взглянула на Ивана с ожиданием участия и понимания. Он, удивленно подняв брови, посмотрел на нее с нескрываемым волнением и заботой.

– Когда?

– В сентябре.

– Так ты теперь одна?

– Да, но я уже немного привыкла.

– А я ничего не знал… Мы там совсем от мира отдалились, так увлеклись работой. И эта задержка…

Иван с досадой хлопнул рукой о спинку дивана и, задумавшись, в каком-то отключении посмотрел в сторону.

– Так что же там у вас случилось? – спросила Селена с интересом и некоторым волнением в глазах.

– Понимаешь, в нашей группе есть представители и с индийской стороны. Мы обнаружили древнее захоронение предметов культуры примерно восемнадцатого века до нашей эры. Там есть фрески и очень красивые вазы, а еще – глиняные черепки с надписями. На камнях тоже есть надписи. Мы пытались их расшифровать, но пока неудачно. Когда уже собрались ехать домой, договорились с индийской стороной, что возьмем черепки с собой, чтобы тут на месте подумать над этим, потом бы мы их вернули. Но возник небольшой конфликт с властями данной местности, они хотят организовать музей и потребовали, чтобы черепки остались там. Вот мы и задержались, хотели выяснить побольше. Конечно, сняли все на кассету, но когда видишь «вживую» – это совсем другое. Пришлось кое-что улаживать и с начальством на работе. Это же, знаешь, бумаги, отчетность и так далее. Еще даже не все оформили, завтра пойду разбираться.

– Мне бабушка говорила, что у тебя там что-то не так, она на картах гадала.

– Да, неприятное вышло дело, но мы уже и не обижаемся. Ты знаешь, какие там красивые вещи? Умели раньше люди творить! А эти надписи на черепках и на камнях мы обязательно разгадаем, надо только ключ найти. Там очень необычная пещера, какие-то ходы и туннели, некоторые места завалены камнями. Что там могло быть? – задумчиво спросил Иван, глядя мечтательно куда-то в сторону.

– Жалко, я не могу с тобой поехать, – сказала Селена немного огорченно.

– А мы туда следующим летом опять собираемся, поедешь с нами? – оживился Иван.

– А меня возьмут? – с надеждой спросила она.

– Я устрою, – уверенно ответил он, улыбаясь ей. – Наша группа будет, конечно, уже значительно меньше, но это даже лучше.

– Говорят, в Гималаях есть долина Богов, куда не ступала еще нога человеческая, – в задумчивости произнесла Селена.

– Да, там есть такие места, о них нам рассказывал некий старец, которого мы встретили по дороге.

– Отшельник?

– Не знаю, но выглядел он довольно странно.

– Может, какой-нибудь тибетский монах?

– В тех местах встречаются тибетские монастыри, вполне может быть.

– Ты знаешь, я недавно видела сон, там были горы, и что-то светилось в них. Какой-то источник.

– Ты его можешь описать?

– С трудом, это невозможно выразить словами.

– Но ведь ты что-то чувствовала при этом?

– Да, это было странное ощущение. Будто огонь или свет проник в меня, и я растворилась в нем. Мне было так хорошо, что я, проснувшись, все еще чувствовала неописуемое блаженство.

– Это довольно интересно. Возможно, ты предвидишь что-то.

Иван встал и, пройдясь по комнате, остановился рядом с Селеной, взяв ее за руку.

– Красивый, – сказал он, глядя на браслет, а затем на нее. – И тебе очень идет. – Он посмотрел ей в глаза и, присев рядом, вдруг начал медленно и нежно целовать ею шею, а потом губы. Она, расслабившись, ловила себя на том, что находится от этих прикосновений где-то в небесах. Так, забыв про все, они сидели вместе минут десять.

– Пойдем, прогуляемся, – немного оправившись и придя в себя, неожиданно предложила Селена.

В ее глазах сквозило смущение и одновременно какая-то мечтательность.

– Идем, – с готовностью отозвался Иван и встал, все еще держа ее за руку.

Они быстро оделись и спустились во двор, где первая морозная корочка покрыла землю, деревья, столбы. Воздух был чист и свеж, а утреннее ноябрьское солнце светило нежным и тихим светом, даря ненавязчивое тепло и легкий привкус чего-то радостного, трепетного. Они шли, держась за руки и улыбаясь друг другу. Все вокруг было наполнено какой-то божественной благодатью и естественным покоем.

– Я дышу, то есть – живу! – с наслаждением вдыхая морозный воздух, страстно и громко вдруг произнес Иван.

Селена засмеялась, отпуская его руку, и они вместе, в непонятном возбуждении весело побежали по дороге, мимо куда-то идущих прохожих, магазинных витрин и застывших в утреннем свете, еще не оживших домов с уже проснувшимися и буднично озабоченными жителями. На углу сквера они остановились, пытаясь отдышаться и набрать воздуха в легкие.

– А ты знаешь, там, в горах, воздух совсем не похож на наш. Он более чистый и какой-то живой, «огненный», благодатный, с ароматом трав и нектаром горных цветов.

Селена посмотрела на Ивана с интересом и удивлением.

– Правда?..

В этот раз они зашли в сквер не с главного входа, а с окраины, пробираясь через небольшие оазисы зеленых елок и молоденьких берез, с которых уже почти слетела листва, устлав землю мягким, но сырым и смешанным с палой травой ковром.

– А ты видел там снежного леопарда? – спросила Селена, вспомнив недавнюю телепередачу о животных, живущих в горах.

– Нет, не пришлось, хотя мой дядя говорит, что видел. Зато однажды я встретился с гималайским медведем, вот это страшно. Он вышел из укрытия, когда я проходил мимо его владений. Мы посмотрели друг на друга без желания причинять какой-то вред и расстались, так и не узнав поближе.

– Неужели он такой безобидный?

– Нет, конечно, я просто был от него на достаточном расстоянии. Хотя перепугался страшно. Ведь у меня не было с собой никакого оружия.

– Вот это да! Так там небезопасно?

– Вообще-то животные чувствуют, когда им хотят причинить зло. Не бойся, я же буду рядом с тобой.

– Да я это так спросила. Конечно, мы будем рядом, и все будет нормально, правда?

Иван обнял ее, и они пошли дальше вглубь сквера, наслаждаясь пейзажами поздней осени. Затем, выйдя на набережную, они долго ходили вдоль реки, смотря на серо-голубое небо и отражение деревьев в воде. В этот день Селена пришла домой поздно, расставшись с Иваном, как обычно, у подъезда своего дома. Он долго не хотел уходить, крепко сжимая ее руку и глядя ей в глаза.

– Завтра и послезавтра у меня занятые дни, и ты учишься. А в среду я уже улетаю утренним рейсом.

– Но ведь ты приедешь к Новому году?

– Да, конечно, числа двадцать шестого.

– Я буду ждать, – сказала она с чувством и по старой привычке послала ему воздушный поцелуй.

Затем, помахав рукой, скрылась за дверью, стуча еле слышно парой изящных каблучков. Иван, довольный, зашагал в сторону остановки, чему-то улыбаясь и насвистывая веселую мелодию.

До Нового года Селена жила своей обычной жизнью, радуясь маленьким успехам Максима, готовясь к зимней сессии и занимаясь хозяйством. Все было неплохо, если не считать одного «курьезного» случая, произошедшего с ней уже в декабре. Это было в один из снежных вечеров, когда на улицах уже горели фонари, а в домах – свет. Она возвращалась с работы, любуясь на падающие снежинки в свете фонаря рядом с домом. Как вдруг заметила вдали у подъезда знакомую фигуру. Подойдя поближе, она узнала Мишку, который, наверно, уже давно ждал ее, пытаясь укрыться от холода большим воротником своей куртки.

– Мишка, что же ты в подъезд не зайдешь, замерз весь! – сказала она, улыбаясь.

Тот, увидев ее, весь расплылся от счастья, тут же забыв и про холод, и про все на свете.

– Вот, шел с работы, дай, думаю, зайду, узнаю, как ты.

Селена нежно и участливо посмотрела на него, смахивая снег с его шапки.

– Пойдем, погреешься.

Дома она тут же поставила чайник на плиту и, сняв пальто, пригласила Мишку присесть. Он уже успел раздеться и стоял, рассматривая камешки, лежащие на полке у зеркала. Это был подарок Ивана, тот нашел их в горах. Камешки были разной формы и необычного цвета, а некоторые отсвечивали гладкой поверхностью овала или эллипса.

– Красивые? – спросила Селена, глядя, как Мишка поворачивает их в разные стороны.

– Да, а кто тебе их дал?

– Мой парень, он сейчас в горах в экспедиции.

Мишка вздохнул и, положив камни на место, прошел в комнату, где, удобно усевшись в кресло, стал листать лежавшую на столе газету. Селена приготовила чай и, поставив чашки и вазочку с печеньем на блюдо, принесла все в зал, расположив на столе рядом с Мишкой.

– Угощайся, – предложила она.

Тот, взяв чашку, тут же отпил большой глоток и чуть не выронил ее, поперхнувшись.

– Ой, он же горячий, я тебя не предупредила, извини.

Мишка махнул рукой и, отдышавшись, принялся пить дальше, но уже маленькими глотками. Закончив чаепитие, они разговорились.

– Что-то твоей бабули не видно.

– Она умерла еще в сентябре… – с какой-то теплотой и трогательностью в голосе тихо произнесла Селена.

Мишка взглянул на нее, замешкавшись.

– Извини, я не знал… Ты где-то работаешь?

– Подрабатываю, даю уроки мальчику. А как ты?

– Уже освоился, город изучил. Собираюсь к лету заочно поступать на инженера в технологический институт. Зарплату прибавили… О, кстати, тебе кое-что принес, – вспомнил он, поднявшись к своей куртке, висевшей на косяке двери.

– Вот, держи, – сказал он, протянув ей небольшой пакет, обвязанный розовой лентой.

– Что это? – удивленно спросила она, развязывая его.

В пакете лежал маленький фотоаппарат и две пленки к нему.

– Зачем, Мишка? – взглянула она на него с ласковой улыбкой на губах.

– Бери, бери, для тебя специально подбирал. Автомат, щелкнул и все – готово.

– Спасибо, конечно, но ты же здорово потратился, зачем?

– Это ерунда! Я вот шел сюда, кто-то на меня собаку спустил, так она мне штаны порвала.

– Да ты что? – засмеялась Селена. – Покажи-ка.

Мишка приподнял свитер, и она увидела на заднем месте его штанов внушительных размеров дырку, рядом с которой болтался небольшой кусок ткани.

– Так ты убегал от нее, что ли?

– Нет, я поднял какую-то палку, а она как налетит!

– Смешной ты. Снимай, я зашью.

– Да я сам, – сконфузился Мишка.

– Не выдумывай, женщина это лучше умеет делать, – улыбаясь, сказала она, открывая шкафчик серванта, где лежали нитки с иголками.

Мишка разделся в ванной, обмотавшись вокруг полотенцем. Селена посмотрела на него, чуть не прыснув со смеху. Через минут десять брюки были уже готовы, причем шов почти не был заметен.

– Ну вот, надевай, – сказала Селена, подав ему их с заботой. – И больше не подбирай «чужие» палки.

Она засмеялась. Мишка оделся и, посмотрев в окно, где уже было достаточно темно, произнес с грустью:

– Ладно, я пойду. Спасибо за чай.

– Пожалуйста. Звони, как у тебя дела. Ты Верку не видел?

– Я заходил к ней. Она, кажется, собирается снова замуж.

– Да? Неужели?

– На нее это похоже, – с легкой усмешкой сказал Мишка, надевая куртку.

– А как же Машка? – с участием в голосе спросила Селена.

– Заберет, наверно, себе.

– Плохо ей будет без отца.

– Ну… – с долей участия проговорил Мишка, пожав при этом плечами. – Тут уж ничего не поделаешь, раз так получилось.

– Да… Это верно, – о чем-то жалея и вспомнив Машку, задумалась Селена.

– Ну ладно, мне пора, – как-то озабоченно сказал Мишка и, надев шапку, открыл входную дверь. – До свидания…

Он немного потерянно взглянул на нее и, не дожидаясь ответа, быстро начал сбегать вниз по лестнице.

– Мишка! – крикнула ему вдогонку Селена. – Ну, чего ты?

Тот повернулся, посмотрев на нее с вопросом в глазах.

– Счастливо! – помахала она ему.

Он попытался улыбнуться, махнув ей в ответ, а затем, повернувшись, уже медленнее пошел вниз. Скоро его шаги затихли, а Селена все еще стояла у дверей, как-то странно и грустно смотря в окно подъезда, где уже стояла настоящая ночь. Дома она, задумавшись, подошла к календарю, висящему в прихожей рядом с зеркалом и, взглянув на него, улыбнулась. «Скоро Новый год», – подумала она мечтательно, и сердце у нее радостно забилось.

Иван приехал, как и говорил, накануне новогодних праздников. Он был радостен и немного встревожен одновременно. К Селене он зашел двадцать пятого вечером. Та оказалась дома, вот совпадение, раньше обычного, так как ей на работе устроили небольшие каникулы одновременно с каникулами у Максима.

– Селенка! Ты представляешь, мы почти нашли ключ к разгадке, но, как это всегда бывает, нам пора было уезжать.

Иван развел руками, а затем обнял девушку, глядя на нее влюбленными глазами.

– Ты похорошела без меня.

Она молча смотрела на него, улыбаясь.

– Ты знаешь, мы обнаружили еще одну пещеру, как раз накануне отъезда. По-моему, если ее хорошо исследовать, можно найти очень много чего интересного. Там довольно необычные своды и есть несколько скрытых ответвлений, за которыми прослеживаются потайные ходы.

– И ты пытался пройти в них?

– Да, но они чем-то завалены. Похоже, кто-то постарался, чтобы другие не смогли проникнуть дальше.

– Там, наверно, страшно?

– Ну, как сказать? Когда хочется что-то узнать, никакие страхи не помеха.

Он улыбнулся.

– Иван, ты у меня герой, – почти шепотом произнесла Селена, поцеловав при этом его в щеку.

– Да ну… – засмеялся он, подхватывая ее на руки и кружа по комнате.

В этот вечер они долго разговаривали друг с другом, вместе поужинав разогретым борщом. Когда уже стемнело, Иван, посмотрев на часы, сказал:

– Может, я останусь у тебя?

– Тебе завтра куда-нибудь надо?

– Часам к десяти зайду на работу, там нужно кое-что уладить. А после обеда, надеюсь, освобожусь, будешь меня ждать?

– Я приду с занятий к трем часам, заходи, хорошо?

– Обязательно!.. Так значит, я остаюсь?

Иван посмотрел на нее в ожидании ответа. Селена смущенно улыбнулась, кивнув. Тогда, подпрыгнув от радости, он взял девушку за руки и долго смотрел ей в глаза, счастливый и завороженный. Эта ночь была для них обоих чудом открытия друг друга, которое запомнилось даже больше, чем все последующие дни и Новый год. Селена, так долго сдерживающая себя в интимном плане, наконец, раскрылась, и от этого чувствовала себя так свободно и естественно, что все ее смущение превратилось в какую-то нежную и мягкую чувствительность, которая сквозила через все ее движения, звуки, слова. Она не помнила, как и что произошло между ними, потому что время слилось для нее в один прекрасный момент, а лучше сказать, порыв, из которого проистекала жизнь в ее самом сокровенном и чудесном смысле.

Все новогодние праздники они провели вместе. Готовили разные блюда по рецептам из кулинарных книг, катались с ледяной горки в сквере, танцевали с малышней вокруг большой елки у дворца искусств. А также рисовали, дыша на морозное стекло, непонятные узоры в автобусе, один раз ворвались, весело смеясь, в гости к Славику, который угощал их крепким и таким приятным на вкус домашним ликером, а потом играл для них на гитаре, смешно мотая головой в такт на каждый удар, а они подпевали что-то невпопад, не зная слов, но с чувством и громко. И, наконец, они танцевали, обнявшись, у елки во дворе. Под музыку магнитофона, включенного на подоконнике квартиры первого этажа, вместе с другими парами из соседних домов, наблюдая за разноцветными взрывами петард и хлопушек, не смолкающими до самого утра.

Иван окончательно решил остаться у нее, забрав свои вещи у отца и предупредив его об этом. Тот был не против, и даже рад. Так как мог теперь вести свою личную жизнь, не опасаясь чужих глаз и звонков. Для Селены такое решение Ивана было ожидаемым и спасительным. Долго находиться одна она не могла. Ей постоянно нужен был кто-то рядом, чтобы можно было делиться с ним своими чувствами и ощущениями. Раньше таким человеком была бабушка, хотя Ивану Селена, наверно, больше рассказывала о своих внутренних переживаниях, снах, наитиях. Девушка знала также, что многие молодые люди ее времени живут сначала вот так, в гражданском браке и затем вступают, если захотят, в официальный брак. Поэтому особенно не задумывалась о том, как сложится ее дальнейшая жизнь. Ей было хорошо, и она верила Ивану.

Зима удивила всех обилием снегов и морозов, которые в последние годы ждать приходилось подолгу, кроме того, они быстро уходили, сменяясь оттепелью и сыростью. Наступивший год был в этом отношении каким-то долгожданным чудом, все радовались пушистому и легкому снегу, который шел и шел бесконечно, заваливая окрестности домов огромными сугробами. Селена не раз опаздывала на занятия, попадая в огромные пробки из-за не могущих проехать по дороге машин. Снег разгребали медленно и по частям, а он все падал и падал вновь. Для детей же было раздолье, они носились и качались в снегу, обсыпая друг друга пригоршнями легкого и светящегося в солнечном свете «сахарного песка». Как-то уже в феврале Иван принес в дом собаку, это был бездомный щенок месяцев шести от роду, черного с белым окраса. Найдя его, скулящего, недалеко от проходной своей работы, Иван не мог удержаться и взял щенка себе. Тот был хорошенький и быстро привязался к обоим хозяевам, радостно лая каждый раз, когда кто-нибудь из них открывал дверь ключами. Выгуливали его поочередно, с утра перед работой это делал Иван, а вечером – Селена, возвратившись после занятий с Максимом. Иногда молодые люди прогуливались вдвоем, любуясь на усыпанные снегом деревья и кусты, которые в свете фонарей казались необычайно красивыми. Тоби, так они назвали щенка, бежал рядом, то и дело заглядывая в какой-нибудь куст, затем, весь обсыпанный снегом, возвращался назад, смешно отряхиваясь и махая хвостом. Дома щенок забирался на диван, устраиваясь у ног хозяев, которые, вернувшись с прогулки, любили попить чай у телевизора. Иван сходил с животным в ветеринарную службу и сделал ему все необходимые прививки. Тоби стал полноправным членом семьи.

Однажды, когда весной растаял снег, а на деревьях набухли первые почки, Селена и Максим отправились гулять в парк, прихватив с собой Тоби. Мальчик впервые увидел собаку своей старшей подруги. Животное так понравилось ему, что он играл с ним беспрерывно. Кидал палку, бегал и прыгал вместе с собакой через препятствия. Селена наблюдала за Максимом и Тоби, искренне радуясь происходящему. В последнее время мальчик стал более отзывчивым и перестал устраивать на каждом шагу «концерты» в виде упрямых истерик и воплей. Это было психологическим выздоровлением ребенка, и она прекрасно это понимала. Нагулявшись вволю, она вместе с Тоби проводила Максима домой. Мальчишка долго не хотел уходить, с чувством сожаления глядя на щенка и поглаживая его вихрастую голову.

Селена с нетерпением ждала лета. Они с Иваном часто обсуждали свои планы относительно поездки в горы. Там они собирались пробыть до конца августа, и она потихоньку откладывала деньги на дорогу, уже оформив заграничный паспорт. В этот раз группа должна была отправиться в середине июня, поэтому Селена надеялась, что успеет сдать сессию. Домашние цветы девушка хотела оставить на попечение соседки, а вот как быть с собакой, она пока не знала. Тоби привык к ней и Ивану и вряд ли чувствовал бы себя спокойно с кем-то другим. С собой брать щенка было неудобно, так как дорога была дальняя, а он был еще слишком мал. Селена надеялась, что поближе к лету что-нибудь придумает, а пока наслаждалась обществом своего четвероногого друга.

В конце апреля произошел такой случай. Селена встретилась после занятий в институте с Мишкой, который оказался в этом месте города только потому, что ездил по поручению своего начальства в одну небольшую фирму. Они обрадовались, увидев друг друга, и Селена пригласила его вечером в гости на чай, добавив, что она и Иван будут ждать. Мишка, конечно, не отказался от такого приглашения, забыв про свои «старые обиды». Он все еще был влюблен в нее, а поэтому любая встреча с ней была ему по душе.

Придя вечером с работы, Селена застала Ивана сидящим в кресле с журналом в руках. Девушка радостно сообщила ему, что скоро к ним зайдет ее старый друг по даче, и попросила выгулять собаку, пока она приготовит чай и что-нибудь вроде домашнего печенья. Иван согласился и, надев поводок Тоби, отправился с ним на улицу. Когда Селена уже поставила печенье в духовку, в прихожей раздался звонок. Вытерев руки о фартук, девушка пошла открыть дверь. Мишка стоял на пороге довольный и немного смущенно теребил одной рукой край своего кармана. Другая рука была сзади и что-то держала.

– Вот, возьми, – сказал он, подавая ей маленький букет фиалок.

– Спасибо, – проговорила Селена. – Заходи, что же ты?

Мишка вошел и, стоя у зеркала, стал поправлять свою прическу.

– У тебя какая-то модная стрижка? – спросила она, улыбнувшись. – Проходи в зал, я сейчас на кухне закончу и приду. Иван пошел с собакой гулять, тоже скоро будет.

С кухни начали доноситься вкусные запахи и звуки кипения чайника.

– У вас есть собака? – удивленно произнес Мишка.

– Да, дворняжка, но, возможно, и породистая, Иван подобрал ее около своей работы, это еще щенок, – ответила Селена и тут же добавила: – Ой, я сейчас приду, кажется, там уже кипит.

Она быстро прошла на кухню, где уже все булькало и шипело, и, поставив цветы в вазочку, занялась приготовлением чая. Иван открыл двери своим ключом, и Тоби тут же ринулся в зал, почуяв запах незнакомого гостя. Раздался лай, и Иван, заглянув в комнату, окликнул собаку:

– Тоби, фу! Нельзя, иди сюда.

Щенок перестал лаять и, виляя хвостом, отошел в сторону, рассматривая нового человека на расстоянии.

– Здрасте! Иван, – представился хозяин, подав руку гостю.

– Миша, – немного смущенно ответил тот, протягивая ему ладонь.

Они оба сели, посмотрев друг на друга с любопытством.

– Иван! Я уже все приготовила, сейчас иду, располагайтесь там, – крикнула из кухни Селена.

Через минуту она с блюдом, на котором была полная ваза печенья, а также чашки с чаем, уже заходила в зал, улыбаясь и смотря на ребят в ожидании продолжения разговора.