Дорогу осилит идущий

– Одно прикосновение может тебя убить, – выдохнула девушка.

Меч в её руке тут же словно растворился в воздухе.

– Убить? – удивился молодой мужчина.

– Да, моё оружие смертельно опасно, – кивнула Гайя, – я потом тебе объясню.

Сатур непонимающе смотрел на неё. Внезапно Отто застонал.

– Так, всё, вы трое возвращайтесь в город, – Анаэль посмотрел на молодого мужчину, Гайю и Викторию, а затем перевёл взгляд на Анели: – а ты останешься и слушаешь, что надо делать и как себя вести.

– Уходим-уходим, – девушка направилась к пежо, подхватив под руку Сатура.

– Ты… ты… – бормотал тот, следуя за ней.

– Потом, мой Ангелочек, потом, – не останавливаясь, сказала Гайя, – сейчас мы должны поспешить, а то будет ещё больше вопросов.

Все трое сели в машину. Девушка и молодой мужчина сели на заднее сидение, а Виктория – за руль. Она завела мотор, и машина направилась в сторону города.

– А… – хотела было спросить молодая женщина, но Гайя перебила её:

– Не переживай, Анаэль сделает всё, как надо. Не в первый раз мы оказываемся в такой ситуации. Он потом сам вернётся, когда закончит.

Виктория кивнула, поняв, что её помощь уже точно не нужна.

– Чем был так опасен твой меч? – Сатур задал мучивший его вопрос.

– Любой, кто к нему прикоснётся – сгорит не только телом, но и сущностью, – пояснила девушка и продолжила, не дожидаясь последующих вопросов: – Оружие, которое имеется у меня и моих детей выковано с моей кровью, а она смертельна для всех, кроме моих детей. Даже если Виктория прикоснётся к нашему оружию, то тут же сгорит.

– Вот это да! – поразился молодой мужчина. – А Анаэль, для него тоже опасно?

– Отчасти, его откинет на несколько метров, – кивнула Гайя, развернувшись к нему, – а так же грозят многочисленные ожоги и долгое восстановление. Поэтому, я прошу тебя, чтобы ни случилось, никогда не прикасайся к моему оружию, я не хочу, чтобы ты пострадал, – она прижала ладонь к его щеке.

– Прости, я не знал, – тихо сказал Сатур

От любого её прикосновения его сердце начинало бешено колотиться, а тело охватывал сладкий озноб. Неужели так ощущается любовь на самом деле?

Так они доехали до гостиницы, где Гайя сняла номер. Попрощавшись с Викторией, они поднялись в номер.

– Что ж, сегодня ты увидел меня истинную, – сказала девушка, выглянув в окно и проверяя безопасность. – Как ощущения?

– Сказать, что я в лёгком шоке – ничего не сказать, – молодой мужчина сел на кровать, перебирая пальцами амулеты, что висели у него на шее.

– Это нормально, – девушка присела на кровать. – Я больше переживаю за твои чувства и мировосприятие, боюсь, как бы то, что ты видишь, не сломало тебя.

– Думаю, это всё вряд ли меня сможет сломать, – улыбнулся Сатур и спросил: – Почему ты прячешь своё истинное обличие?

– Так безопасней, да и, по сути, я изменила только цвет волос, ну и периодически видоизменяю свою энергию. Если я буду ходить в своём истинном обличии, то миф о том, что я мертва раскроется. Внешние не должны знать о том, что я жива, хотя с каждым годом и веком всё сложнее поддерживать этот миф, они уже давно начали подозревать что-то неладное.

– Вот как, – покачал головой молодой мужчина и добавил: – Я и представить не мог, что ты так прекрасна.

– Да брось, – Гайя смущённо махнула рукой, – это ещё не вся моя мощь. Я побоялась за ваши с Викторией глаза, поэтому не до конца раскрылась. Помнишь тот слепящий свет на озере?

– Да, сначала он ослепил меня, но потом я смог чуть-чуть увидеть, – кивнул Сатур.

– Так вот, мой свет так же слепит, что можно запросто ослепнуть, поэтому иногда приходится его контролировать.

– Скажи мне, кто ты есть на самом деле? – попросил молодой мужчина, не сводя глаз с девушки, хотя он уже догадался, но было важно услышать это от неё.

– Я такой же создатель, как и твой Отец, – ответила Гайя, – я ушла строить свой мир намного раньше, чем он. Мой мир отличался от этого мира, мои создания лишь немного были похожи на людей, вы бы назвали их эльфами, наверно, но они не имели осязаемых тел.

В моём мире правила сила мысли и не было никаких культов. Мои создания меняли реальность усилием воли, и никто ни в чём не нуждался. Всюду были свет и любовь. Они развивались в свете, а я познавала через них себя. Все были равны, пока не пришёл Он, одержимый бунтарством и разрушением. Он познавал себя в разрушении, создавая хаос вокруг себя и там, где он появлялся. Его имя Аластор – демон убивающий сущность.

Моей ошибкой было то, что я настолько доверяла своим детям, что могла оставить их на какое время, чтобы отправиться к своему Отцу. В момент моего отсутствия он посеял сомнение в моём сыне – Найре, направив его ну путь разрушения. Найр проникся его обманчивой философией, Аластору удалось «завести» ему глаза. Он всегда искал самого сомневающегося и заморачивал ему голову, а в каждом мире всегда есть такие создания.

Вследствие, Аластору удалось разрушить мой мир, посредством Найра. В той ужасной схватке погибло много моих созданий, братьев и сестёр Найра, но я не виню его за это. Это была часть его развития, их развития.

Я вернулась слишком поздно, моя вселенная уже разлеталась на тысячи осколков, но всё же, мне удалось спасти часть своих созданий, тех, кто успел укрыться под моими крыльями, и кого я успела вытащить из этого ада. Мы скитались по мирам в поисках поддержки, но нам отказывали в приюте, боясь, что следом за мной к ним придёт и Аластор. И только здесь, в этом мире мы нашли приют. Ярило поддержал меня, позволив нам остаться и дать моим детям тела и новые жизни. Он позволил им развиваться, но на его условиях. Я была согласна на всё, лишь бы мои дети не страдали, они и так многое пережили за тысячелетия скитаний, но никто даже и не подумал сдаться и отвернуться от меня, моя любовь поддерживала их всё это время.

Никто из наших братьев и сестёр не одобрили его поступок, но мы знали, что со мной или без меня, Аластор всё равно рано или поздно доберётся и до них и этой вселенной. Поэтому Ярило не побоялся дать нам шанс, ибо к Отцу я не смогла обратиться, так как не хотела казаться слабой, хотя на тот момент таковой и являлась, – она тяжело вздохнула, по её щеке скатилась кровавая слеза.

– Гайя… – Сатур подвинулся ближе к ней и сжал её руку двумя ладонями, – ты не слабая, столько всего пережить и сохранять такое хладнокровие и в то же время радость жизни… я так не смог, я бы сдался ещё в самом начале.

– Это только так кажется, с человеческой призмы восприятия, – девушка улыбнулась, вытерев рукавом слёзы, и посмотрела на испачканное кровью кружево: – Ахах! Анаэль прав, я беспечно и неосторожно обращаюсь с вещами, снова придётся отправить кого-нибудь за новыми шмотками.

Она сняла фрак и кинула его на спинку стула.

– Ерунда, меня это нисколько не смущает, – покачал головой молодой мужчина и спросил: – А Ярило, это…?

– Одно из многочисленных имён твоего Отца и, по совместительству, моего Брата, – кивнула Гайя.

– А почему тогда у тебя, получается, одно имя?

– Тогда, в моём мире мои дети знали мои истинное имя и сущность, у них не было никаких религиозных и божественных культов, поэтому нам не присуща многоимённость и многоликость, – пояснила Гайя. – До появления здесь, я никогда не меняла свой облик, но здесь всё по-другому, здесь я живу не по своим правилам. Да и я уже тебе рассказывала, что не должна была остаться здесь, в человеческом теле. Я должна была уничтожить угрозу и вернуться к Брату и, как прежде, наблюдать за развитием детей, хотя, я даже там не могла вмешиваться в их жизнь, а только наблюдать. Но всё же, я умудрилась застрять в этом теле, видимо моя сущность, поглощённая страдальческой яростью, оказалась сильнее смертельной демонической крови.

– Это может показаться грубо и глупо, но зачем ты воплотилась в тело? – спросил Сатур.

– Это было решено ещё задолго до этого воплощения. На то было две причины: первая – мне было интересно, каково это жить в этом мире. Хотелось познать его изнутри именно в человеческом теле, и вторая причина – я дала обещание, что если над этим миром нависнет угроза от Аластора, то я пожертвую собой ради своих созданий и мира, в котором они обрели новую жизнь. И первое, и второе было исполнено, только теперь я расплачиваюсь за это, но самое смешное, что мне и не хочется уходить, особенно теперь, – Гайя с нежностью посмотрела на молодого мужчину и смущённо опустила голову: – Прости меня за эту сентиментальность, ничего не могу поделать со своей женской сущностью этого тела, хотя я сама являюсь таковой.

– Что ты, не извиняйся, это нормально для женщины, даже такой, как ты, – Сатур прижал ладонь к щеке девушки, поднимая её голову. – Ты мне нравишься такой, какая ты есть.

– Сатур… – тихо сказал Гайя, прежние чувства снова начали затуманивать её разум.

Нет! Стоп! Она должна держать себя в руках! Но этот взгляд… Не важно, какой был сейчас у него цвет глаз, но этот понимающий, принимающий и любящий её такой, какая она есть взгляд ничем не скроешь, никакими воплощениями и забвениями. Где-то там, в глубине своей души, он помнит её и любит до сих пор.

Девушка чуть приподнялась и, больше не сдержавшись, прижалась губами к его губам, Сатур тут же ответил на поцелуй, обняв и прижав её к себе. Его бешено колотящееся сердце забилось ещё быстрее, словно готовое выскочить из груди. Он не только полюбил снова, но и желал её. По телу пробежала волна дрожи, когда поцелуй перешёл в страсть. Она тоже желала его! Он почувствовал это!

Не отрываясь от её губ, Сатур опустил Гайю на кровать, придерживая её спину рукой. Он аккуратно отстегнул жабо от ворота хлопковой рубашки девушки и покрыл открывшуюся шею нежными поцелуями, как же восхитительно она пахла сандалом с лёгким оттенком сладкой ванили. Отложив жабо, Сатур начал медленно расстёгивать пуговицы рубашки девушки, но на середине наткнулся на преграду в корсете под грудь.

– Сейчас… – прерывисто прошептала Гайя и, быстрым движением рук расстегнув бюск, кинула корсет на пол.

Далее они без проблем избавились от одежды, побросав всё на пол. Девушка прилегла на кровать, маня Сатура за собой. Он на миг остановился и опёрся коленом о край кровати, любуясь её телом. Она казалась богиней, сошедшей с небес, каждый изгиб её тела был идеален, как и истинная сущность.

Гайя чуть приподнялась и обхватила руками его шею, коснувшись губами его груди и проведя по ней языком. Сатур с трудом сдержал стон, сладкая волна возбуждения пробежала по его телу. Как бы он не хотел продлить прелюдию, дикое желание начинало брать над ним верх.

Девушка опередила его, она поднялась и села на колени, настойчиво поцеловав его. Сатур всё же застонал, сжав её бёдра. Гайя притянула его к себе, но тут же опрокинула на кровать, нависнув сверху.

Их поцелуи становились жадными. Сатур провёл руками по её спине, сжимая пальцами кожу. Девушка упёрлась ладонями в подушку и приподнялась, чувствуя бёдрами его твёрдую плоть, не сводя с него глаз, она начала медленно опускаться.

– Божее… – хрипло простонал Сатур, когда Гайя опустилась на него, и он полностью проник в неё.

Он потерял чувство реальности, ещё ни разу он не испытывал таких невероятно приятных ощущений и восторг. Казалось, что его сердце сейчас остановится, в ушах словно застучали тысячи молоточков, а тело задрожало, как от удара током. Но вдруг на миг ему показались эти ощущения смутно знакомыми, как будто раньше он уже ощущал нечто подобное, но страсть и возбуждение затмили эту внезапную вспышку памяти. Сатур с трудом заставил себя вернуться в реальность. Выпрямившись, он сел и прижал девушку к себе, жадно припав к её губам.

Тяжело дыша и дрожа всем телом, она начала медленно двигаться, судорожно сжав его мышцами. Оба застонали от наслаждения и страсти, вцепившись друг в друга. Сатур снова наполовину потерял чувство реальности, эти удивительные и приятные ощущения накрыли его с головой, казалось, что он вот-вот взорвётся.

Погрузившись в омут страсти и, крепче прижав Гайю к себе, Сатур перевернулся, нависнув над ней и содрогаясь от сжимавших его мышц. Движения навстречу друг другу становились всё быстрее, казалось, сердце сейчас выскочит из груди, приближаясь к концу.

Он немного замедлился, судорожно соображая куда…

– Я приму, – прерывисто прошептала Гайя, обвив рукой его шею и прижав к себе, – прошу тебя, не останавливайся, я приму, – и впилась губами в его губы.

Его пальцы нашли её ладонь и сжали, он снова начал увеличивать темп, движения стали настойчивыми, превращаясь в страстные и глубокие толчки. Их тела задрожали, а энергия устремилась навстречу друг другу.

Обоюдный вскрик перешёл в протяжный стон. Сатур практически упал на Гайю, прижавшись лбом к её лбу, вздрагивая и ещё двигаясь бёдрами навстречу её дрожащему волнами экстаза телу. Его ненасытные губы требовательно приникли к её рту в страстном поцелуе.

– Знаешь, такое ощущение, как будто я знаю тебя всю жизнь, – Сатур провёл ладонью по волосам Гайи.

– Конечно, мы же с тобой знакомы с древних времён, – та улыбнулась, – непросто забыть те чувства, что мы с тобой пережили.

Они лежали под одеялом на боку лицом друг к другу. Покрывало и их одежда комком валялась на полу.

– Хоть я ничего пока не помню, но ты сразу меня сразила, ещё на концерте в Кёльне, когда я заметил тебя среди зрителей. Хотя, обычно, мы не замечаем, кто там находится в толпе.

– А я вот, слепая, даже не заметила тебя, да что тут говорить, даже не почувствовала, – Гайя вздохнула.

– Это уже не важно, главное, что сейчас ты здесь, рядом. В твоём мире был секс? – спросил Сатур, прижимая девушку к себе.

– В моём мире был немного другой способ обмена энергией и получения удовольствия, – Гайя хихикнула. – Мне нравился мир, в котором я росла, но мне хотелось создать нечто иное, даже в таких «мелочах».

– Вот как, – улыбнулся молодой мужчина и замер, не сводя глаз с девушки: – А ничего, что… я… мы…. Как ты…?

– Не бойся, или ты уже забыл, как Анаэль сдал меня с потрохами? – та засмеялась. – У меня же отсутствует эта функция, помимо ещё нескольких, да и в душ я уже сбегала.

– Ах, да, прости, – смутился Сатур, – просто это как-то необычно…

– И ощущения другие, не те, как были с другими, – добавила Гайя.

– Откуда ты знаешь? – удивился молодой мужчина и тут же осёкся: – А, хотя, глупый вопрос…

– Я просто помню это, – девушка погладила его по щеке. – И, кстати, я ни с кем, кроме тебя и до тебя и после тебя не спала, – она засмеялась: – Как нелепо звучит! Но всё же, ты был и остаёшься единственным мужчиной в моей жизни. Надеюсь, я предупредила приступ ревности?

– Скажешь тоже, – Сатур рассмеялся, – никогда не болел таким.

– Уже много жизней, как не болел, но я до сих пор помню твоею ревность к Арею, когда ты ещё не знал, что он всего лишь один из моих созданий, – Гайя потрепала его по волосам, – но теперь ты не такой, за столько жизней ты очень изменился душой.

– Надеюсь, в лучшую сторону? – пошутил молодой мужчина.

– Нет, конечно, в худшую! – расхохотавшись, девушка приподнялась и навалилась на Сатура сверху, перевернув его на спину. – Думаешь, за что тебя в этой жизни столкнули с таким «вампирёнышем», как я?

Смеясь, она губами начала покусывать его шею, стараясь не поцарапать клыками.

– Ахаха! Я тебе не верю! – молодой мужчина тоже рассмеялся, пытаясь шутливо отбиться от Гайи. – Я же хороший дядька!

– Ты не дядька, – проведя языком по его шее, девушка подняла голову, – ты мужчина в самом расцвете своих сил! Поющий и играющий забавные песенки.

– Это не забавные песенки! – Сатур чмокнул её в губы.

– Да? Все настолько серьёзно?

– Серьёзней не бывает.

– Когда у вас там намечается концерт? Я приду послушать, – Гайя не сбавляла шутливый тон.

– Никогдацатого, – в тон ей ответил Сатур, – придёшь и раскритикуешь меня ещё.

– Ты боишься критики?

– Ну а вдруг тебе не понравится? – молодой мужчина надул губы, но его глаза выдавали улыбку.

– Глупенький, мне нравится всё, что ты делаешь, – девушка легонько щёлкнула его по носу.

Она легла обратно на бок и стала серьёзной.

– А теперь немного о грустном, – немного помолчав, начала Гайя, – завтра утром ты вернёшься в Кёльн.

– Завтра? – Сатур повернулся к ней лицом. – Как завтра?

– Да, тебе пора возвращаться к группе, ты и так пропал на несколько дней, – печально кивнула девушка и коснулась пальцами трефота на его шее. – Главное, теперь ты защищён и вне опасности, поэтому уже нет необходимости охранять тебя.

– А если я не хочу? – молодой мужчина, не отрываясь, смотрел на неё.

– Что не хочешь? Не хочешь возвращаться в группу?

– Нет, не хочу расставаться с тобой, – Сатур сжал её обнажённое плечо. – Вот не хочу и всё.

– Мы больше не расстанемся, – девушка прижалась к нему всем телом, – просто нам обоим нужно возвращаться к привычной жизни, но мы будем видеться как можно чаще, – она подняла голову и посмотрела ему в глаза. – Ты же понимаешь, что у нас с тобой нетипичные отношения? У тебя музыкальная карьера, я защищаю этот мир от внешних и ищу своих детей, ты будешь в концертных разъездах, а я пропадать, оббегая весь мир как минимум раза по два за сутки… но поверь, как только у меня будет свободная минутка, я тут же примчусь, ты же это и без объяснений знаешь. Мне тоже не хочется расставаться.

– Знаю, – кивнул молодой мужчина.

– Если бы я была такой же, как Виктория, например, было бы проще, а так… – Гайя провела рукой по его спине.

– В смысле, как Виктория? Она всё-таки имеет к тебе отношение?

– Нет, она тоже дитя твоего Отца, просто она архангел в теле человека. Причём мужская сущность в человеческом теле, – девушка хихикнула, – я еле сдержала смех, когда узнала его.

– Архангел? – поразился Сатур. – Значит, они всё же тоже живут среди нас?

– Да, как и те, кто уже поднялся до уровня развития ангела.

– Я так и знал! – тихо воскликнул молодой мужчина.

– Ну неспроста же она увела тебя от того демона, да и, как ты уже убедился, она многое видит из того, что незримо людям, – заметила Гайя. – Но всё же, будь я здешним созданием, было бы чуточку проще.

– Ты не такая, как все, и мне это нравится, – проговорил Сатур и, прижав её к себе, мечтательно пробормотал: – Я бы хотел вот так и уснуть, прижимая тебя к себе.

– Сегодня я тоже никуда не уйду, даже на свой пост-стул у окна, – засмеялась девушка, крепче обнимая его. – Спи, я буду здесь, совсем рядом.

– Я люблю тебя, Гайя, – прошептал ей на ухо молодой мужчина и добавил: – Нет, Вечная Гайя.

– И я люблю тебя, мой возлюбленный уже Сатур, – прошептала Гайя и блаженно закрыла глаза, наслаждаясь объятием давно потерянного и вновь обретённого возлюбленного.