- -
- 100%
- +
Древо Вишня – древо наставления на Путь.
1 Радагост
Я делаю шаг… к себе и от себя… внутрь и наружу… Под ногами дорога – вьется и ведет куда-то вперед, туда, где между огромных елей виднеется просвет. Дорога ныряет в него, проходя между двух огромных елей, что как стражи замерли на опушке – как будто охраняющие вход, и выходит на простор… То ли большая равнина, то ли поле до горизонта, с редко торчащими купами деревьев. Где-то там впереди едва виднеется возвышение… Я точно знаю, что это большой холм, к которому мне и надо дойти… И я иду по этой дороге…
Жара… Из безбрежной синевы небес яркое солнце изливает щедрые потки тепла и света, бьет в глаза лучами и воздух аж звенит от полуденного зноя… Я иду по пыльной разбитой дороге… Пыль вьется вокруг меня, оседает на одежды, на обувь, скрипит на губах и конца и края этой дороге нет… Но надо идти, цель пути едва приблизилась ко мне.
Пройдя еще какое-то расстояние по дороге, я остановился вытереть лицо от катящихся по нему струй пота, и впереди, у обочины, заметил одинокое дерево, дающее скудную тень и приют от палящего солнца… Направившись к нему, я решаю сделать привал – набраться сил и перекусить… Из котомки на моем боку появилась чистая белая тряпица, в которую завернут хлеб и немного соли, бутыль с водой и пара луковиц. Внезапно, какое-то движение на дороге привлекло мое внимание – на дороге показалась фигура, опирающаяся на посох и бредущая по направлению к дереву, под которым расположился я. Высокий человек в бедных и поношенных одеждах (не сказать в лохмотьях) подошел к моему немудреному бивуаку.
– Дозволь рядом с тобой в тени присесть? Палит нещадно, а иду я уже очень долго. Передохнуть надо и набраться сил, – сказал мне путник.
– Конечно, дедушка! – говорю я. – Присаживайтесь и угощайтесь, чем боги послали.
Я беру с тряпицы каравай хлеба, ломаю его пополам и протягиваю одну половину встреченному путнику, пододвигая к нему соль и одну из луковиц.
– Жаль, воду налить не во что, – посетовал я. – Не побрезгуйте, отведайте пару глотков. Сам недавно через звонкий и чистый ручей проходил, набрал.
Мой гость с охотой принял мое немудреное угощение и разделил со мной трапезу. Пользуясь тем, что гость занялся едой, я продолжил украдкой его рассматривать. Старая, поношенная одежда, дорожная пыль, осевшая на ней и оставившая свои следы на лице и бороде путника, добавили ему лет. При более внимательном взгляде я увидел, что мое обращение «дедушка» было сильно преувеличено – да путник, да уставший, да в поношенной одежде и с пропыленными руками и бородой, но ясные карие глаза, внимательные и цепкие, показывали мне, что незнакомец полон внутренней силы и уверенности, и никак не может быть «дедушкой», скорее уж крепким середовичем. Насытившись, путник вернул мне остатки несъеденного хлеба и поблагодарил за трапезу, поднялся на ноги, отряхивая крошки, и постукивая своим сучковатым посохом по дороге, отправился дальше… к одному ему ведомой цели его пути.
Я не стал рассиживаться – солнце еще высоко, путь до холма еще неблизкий… И, отдохнувший, бодро зашагал по пыльной дороге к уже явно виднеющемуся впереди холму.
Дойдя до подножия, я внезапно осознал, что не такой уж это и холм – передо мной возвышался большая каменистая круча, лишь от неведения моего могущая именоваться холмом. Дорога кольцами обвивала подножие кручи и устремлялась ввысь, к невидимой мне отсюда вершине.
Чем выше я поднимался, тем свежее и прохладнее становился воздух – пыль и зной, казалось, остались внизу у подножия холма… Налетел порыв ветра, дышать стало еще легче, как будто силы появились в утомленном теле, и я вышел на вершину… Что-то привлекло мое внимание, я даже не понял, что это… Подойдя ближе, я увидел копье, украшенное белой лентой, воткнутое пяткой в расселину между камнями на вершине. Красивое, светлое, пропорциональное копью с золоченым древком и белой лентой под наконечником…
– Молодец, дошел – услышал я голос… И каково же было мое изумление, когда, обернувшись, я увидел того самого путника, с которым делил хлеб и соль на обочине дороги.
– Что, не ожидал? – спросил тот, кто выглядел как нищий оборванец-путник: «Внешность – она очень обманчива. Смотри сердцем. Лишь сердце откроет тебе суть вещей и людей, развеяв кривду».
Оборванец подошел к копью, каким-то властным, могучим жестом положил на него руку и яркая золотая вспышка света озарила вершину… Передо мной стоял высокий воин в золотых доспехах: его шлем был увенчан орлом, на круглом щите пылал лик Дажбога, копье в его руке казалось испускало кольца силы… Могучая, неодолимая и бескомпромиссная сила прянула от воина во все стороны.
– Как звать тебя, Великий? – спросил я.
– Ты же уже все сам понял, зачем переспрашивать? Звать меня Гость от Рода – Родагост. Гость, которому рады – Радагост.
«Идя по пути, мы никогда не знаем кого, как и где мы встретим за следующим поворотом», – раздался голос Бога. «Поэтому – предельная внимательность, чуткость и открытое сердце, связанное с Родом, позволят тебе видеть – кого действительно встречаешь ты на своем пути. Любой гость – может быть мной. И я – могу быть в любом встретившемся тебе. Не пропусти истину глядя на оборванные одежды и пыль тысяч дорог, что покрывает несущего весть».
Радагост поднял копье и с силой ударил наконечником о камни вершины… Вспышка …, и я оказываюсь в своем теле.
24-04-2023
2. Арий
Я делаю шаг… вперед, за границы себя… от себя и к себе… наружу и внутрь… Руны имени Арий вспыхивают перед моим взором ярким золотым светом и кажется, они излучают теплый солнечный свет, который проникает в меня и раздвигает что-то во мне… мое восприятие меняется…
Завеса границы тает передо мной, и я выхожу из ельника на большое открытое пространство. Тысячи и тысячи людей вокруг… Шатры, костры, лошади… бегают ребятишки, женщины готовят еду… За порядком приглядывают воины в доспехах… «Поход? Военный поход?» – думаю я. «Но откуда тогда жены и дети – на войну не берут с собой семью». Еще раз окинув взглядом доступное мне пространство, я увидел сбоку чуть возвышающийся холм – небольшой, но с его вершины я явно смогу увидеть больше. Поднявшись на верх, я обернулся к людскому морю, а это и правда море – все необъятное пространство у подножия высоких гор было заполнено морем людей – головы, головы, головы, повозки, шатры, дымы костров… В воздухе повисла густая смесь запахов животных, людей, еды, выделанных кож и меди… «Да это же переселение», – осенило меня… Какая-то невероятная беда согнала тысячи и тысячи людей с насиженного места и заставила отправиться в путь – вперед в неизвестность, спасая себя и своих детей… Людское море голов внезапно заволновалось… «Сбор, сбор, общий сбор!» – послышали выкрики с разных сторон, – и все пришло в движение. Жены быстро забирали детей в шатры, проверяли скотину и шли со своими мужьями куда-то вперед, кажется, в центр этого огромного сборища людей… Внезапно по реальности прошла как будто рябь – и я увидел в центре высокий помост, окруженный морем людей… С одной стороны помоста выстроены войска в парадном построении, с другой стоят убеленные сединами старцы, опирающиеся на посохи – видимо жрецы или волхвы… И море, людское море накатывает на помост, словно кипящий волнующийся прибой…
Высокий, статный мужчина в золотых, нестерпимо сверкающих на солнце доспехах, восходит на помост. Алый плащ за его спиной кажется языками огня… Мужчина обернулся лицом к толпе, поднял правую руку и тревожный гомон толпы начал стихать… Воцарилась гулкая и тревожная тишина – все замерли, ловя слова своего Предводителя, того, кто спас народ от страшной беды и ведет их дальше – вперед, в неизвестность, к новому месту жизни.
«Люди, – прокатился над толпой глубокий, сильный, уверенный в себе мужской голос, – Мы одолели с вами часть пути. Не могу сказать, что она была самой тяжелой – тяжелей пройденного только то, что неизвестно и лежит впереди, но мы смогли, мы справились! Благодаря каждому из вас, благодаря нашей силе, нашей настойчивости, нашему упорству – мы справились! Никто не остался один – мы объединились! Каждый смог подставить плечо каждому – и потому мы выстояли и справились. Впереди нас ждут новые вызовы – новая земля, новые люди, с которыми мы столкнемся, новая жизнь и новые условия, к которым нам надо будет приспосабливаться. Задача каждого – посмотреть на себя, свою жизнь, свои привычки и жизненный уклад – отстраненно, свежим взглядом. Найти то, что, будучи переосмысленным и примененным к новым условиям, позволит нам не только выжить, но и успешно развиваться дальше: растить детей, строить дома, строить свою новую РОДину и Державу. Новое – всегда страшнО. Всегда страшно оставлять позади себя родные стены и привычный жизненный уклад, но, если Боги позвали вас вперед – идите смело, опирайтесь на себя, свое сердце и дружеское плечо рядом. Единитесь, люди, стремитесь всегда достичь общей мысли и общего действия, учитесь ставить общие интересы выше своих личных интересов и самих себя, своей семьи и даже рода. Сим победим!»
Алый плащ предводителя взметнулся от порыва налетевшего ветра, скрыл помост и кажется, скрыл собой во всполохах огня все вокруг.
Я осознал себя стоящим перед своим давно ушедшим в Навь отцом, смотрящим мне в лицо. И мои старшие сыновья стояли за моей спиной, положив через мои плечи руки на плечи друг другу.
«Род един, сынок», – послышалось мне. «Всегда, во все эпохи, во все время и по всем измерениям и вселенным – Род един. Един силой и волей к жизни наших предков, что дали жизнь нам всем, и которую они восприяли от наших Первопредков и наших родных Богов».
На груди отца начинает разгораться свастика, золотая свастика заключенная в круг… Все быстрее и быстрее она вращается посолонь, пока не превращается в сверкающий золотой диск и не выплывает из груди отца, повисая передо мной.
Золотые вспышки от свастики как будто прояснили мое зрение – за спиной отца я увидел деда, прадеда и дальше все предков по мужской линии, уходящей куда-то вдаль, далеко-далеко к золотому, неистовому свечению….
Золотой шар, в который превратилась свастика, потянул меня вперед – за собой…, и я полетел к могучему золотому свечению, мимо длинной череды своих предков, туда вперед, к могучему сиянию сердца рода. Лица предков все быстрее и быстрее мелькали перед моими глазами, пока не слились в одну единую туманную череду, вытекающую одним концом из золоторого свечения, которое становилось все ближе и ближе, и в котором я уже начал различать смутные очертания человеческой фигуры…
С яркой вспышкой золотой шар впечатался куда-то в район груди стоящей в золотом свечении фигуре и свечение втянулось в свастику, открыв мне образ высокого мужчины, в полном воинском доспехе, шлеме и с сияющим знаком свастики на груди.
– Как звать тебя, Великий? – почтительно спросил я.
– Арий, – раздался в ответ глубокий, исполненный силы голос мужчины из моего видения про переселение. «Я Арий – предводитель тысяч, новатор и изобретатель, открывающий новое в старом и приспосабливающий новое к яви».
«Запомни – Путь всегда идет вперед, что бы ты не думал. Все падения, ошибки, промахи на пути – это тоже вехи пути. Это опыт и путь. Ничего не делая, ничего не совершая и не дерзая, ничего и невозможно сделать. Пробуй – новое на самом деле не так страшно, как знакомая косность. Пробуй и дерзай! И неси новое обретённое знание вперед – в мир и людям!»
Золотая вспышка от остановившейся свастики вспыхнула перед глазами, откидывая меня в начало моего пути, к отцу… и все растворилось в серой дымке, заставляя меня очнуться.
25-04-2023
3 Денница
Руны имени Денницы золотом вспыхивают на фоне густого непроглядного мрака…. Они сияют все ярче и ярче – золото рунницы притягивает мой взор и затягивает в себя… Сияние заливает все вокруг, явь растворяется в этом золотом сиянии и я оказываюсь на вершине холма, выступающего из могучего ельника… Вокруг тихо-тихо, предрассветные сумерки окутали все вокруг, воздух уже сереет, бледные точки звезд покидают небосклон… Кажется, что вся природа замерла в тихом и почтительном ожидании нового дня …
На востоке возникает свечение, сначала едва заметное, которое затем начинает усиливаться и наливаться густым золотым светом с алыми проблесками… Зарево, предвестник Зари и солнечного света идет в мир, возвещая неизбежное наступление нового дня, неизбежный восход солнца и неизбежную победу света знаний над тьмой невежества и глупости…
Все небо поглотило золото-алое зарево, и впереди, на его фоне, стала проявляться фигура человека… Высокий воин, держащий чуть отведенный в сторону и склоненный к земле меч в своей деснице. Взгляд собранный и пронизывающий, как бы спрашивающий – а выполнил ли я все предначертанное, не свернул ли с пути, не дал ли себе слабину, пойдя на поводу у своих страстей.
Воин поворачивает меч так, что лезвие становится видно целиком – пропорциональный обоюдоострый клинок с золотой рукоятью… вспышка… и зарево в небе отразилось в полированной стали клинка и ударило мне по глазам… В голове все зазвенело… и все вопросы, тревожащие мое сознание, вылетели из головы.
«Безусловная любовь не знает кары и наказания», – зазвучал в голове преисполненный мощи голос. «Суть творца – творить: Великий Род породил всю вселенную движимый великой силы любви – дать возможность маленьким искоркам-душам подняться от самых нижних ступеней золотой лестницы Совершенства до своего уровня. Потому нет кары и нет наказания, преступившим законы Рода и нарушившим Волю Его. Есть закономерные последствия их собственных поступков и выборов. Любой, берущий больше, чем отдает, рано или поздно исчерпает до дна меру своих вещей, разрушив при этом сосуд, удерживающий его Ведогона в Яви – и превратится в живущего одной жаждой пожирать, разрушая все, что создано другими творениями Рода. И тогда исполняется мера вещей его и в великой любви своей Род посылает десницу свою пресечь разрушение, которого не должно быть здесь и сейчас!»
Давящий, неистовый свет заполняет все мое существо… жесткий, бескомпромиссный, не ведающий ни жалости, ни пощады. «Жалость и пощада – это мерила человеческого сознания. Боги не жалеют, не оправдывают и не сострадают, так же как Боги не вознаграждают за усердие, и не карают за нарушение законов – человек получает ровно то, чего добился своими поступками и ровно то, к чему он стремился.
Путь – это клинок. С помощью которого ты можешь добровольно отсечь от себя все лишнее, преобразуя себя и стремясь стать на ещё одну, пусть даже крохотную, ступеньку ближе к Роду.
Путь может быть освещён только огнем своего сердца. Лишь открытое сердце, добровольно свивающее свою силу и энергию с волей Рода, укажет тебе верный Путь по лезвию меча».
Неистовый свет стал стихать… рассеченная на двое душа собралась воедино… великий Путь Совершенства засиял под ногами души…
Образ Денницы стал таять, погасло зарево в небесах, и я открыл глаза в своем теле.
25-04-2023
4 Сива
Руны имени Сивы вспыхивают передо мной, серо-белым, седым, сивым светом, резко выступая из окружающего мрака, вспыхивают и захватывают все мое естество, погружая меня в себя… Я открываю глаза и оказываюсь посреди зимнего леса, вокруг вьюжно, холодно, снега намело выше колен, а я босой… Сквозь кружащуюся вокруг вьюгу едва-едва просматриваются силуэты огромных елей по бокам чего-то прямого. Видимо, в том направлении какая-то дорога… Путь… Наверное, он сможет вывести меня из сбивающей с ног вьюги… Мороз ощутимо покусывает щеки… Снег, в который я проваливаюсь по колено, хрустит и приминается под моими ногами… «Вперед, только вперед… Остановлюсь – тут и останусь», – твержу я себе… Вдруг, справа от меня мелькнул какой-то огонек или, кажется, пара огоньков… Что-то мягкое тиранулось о мою правую ногу и тут же исчезло… Я замер, настороженно вслушиваясь в завывания пурги…. Из снежных вихрей, как бы раздвигая их, ко мне на встречу вышли два ирбиса – больших, величавых… Внимательно оглядев меня с ног до головы, один ирбис развернулся и пошел вперед – ступая по снегу так легко и грациозно, как будто он ничего не весил. Второй же, обойдя меня по дуге за спину, стал подталкивать меня сзади – понуждая идти куда-то вперед, за первым ирбисом… Я и сам собирался идти в ту сторону, надо как-то выбираться из пурги… Мягкие толчки ирбиса придали мне сил, а осознание того, что впереди, видимый мне, следует проводник, придало мне уверенности, что я на Верном, ПРАВильном Пути.
Тяжело идти сквозь вьюгу, по колено в снегу да еще и босым… Кажется, что ветер швыряет тебе в лицо снег со всех сторон сразу – не спрятаться, не скрыться… но надо пробиться через эти препятствия на пути, иначе гибель – «гибель» не наказание, а «гибель» следствие – ведь сдался и престал бороться я сам, никто меня не заставлял. И эта простая мысль словно встряхнула меня, тело наполнилось огнем, прокатившимся по венам, даже вьюга, кажется, стала завывать тише, снежинки все мельчали и мельчали, пока не превратились почти в невесомую снежную пыль, которая растаяла в воздухе, оставляя вместо себя плотную белую пелену не то дыма, не то снежного тумана.
Впереди между стволов елей, куда меня вели и подталкивали ирбисы, появился просвет – не разобрать что там, все скрытой пеленой дымных белых струй, но там явно что-то есть. Если не конец пути, то уж точно конец этой, кажущейся бесконечной, полосы снежно-вьюжных ледяных препятствий.
Ирбисы остановились. Тот что был сзади, вышел вперед, оба обернулись ко мне и стали внимательно рассматривать меня… и, видимо удовлетворившись увиденным, взвились в воздух в мощном прыжке и растворились в дымно-снежной круговерти… Впереди что-то блеснуло похожее на огонь. Все еще проваливаясь в снег, я поспешил на отблески огня, едва пробивающегося в кружащей метели. Оставив за спиной могучие ели-стражи, я оказался на открытом пространстве, в центре которого горел огонь. Я подошел ближе, и увидел ровную, идеально утоптанную снежную поверхность, в центре которой горит огромный костер – видимо, в него что-то добавили – густой бело-сивый дым толстыми струями поднимается от костра и расходится во все стороны по поляне. Я чувствую, что начинаю проваливаться в этот дым… Дым наполняет меня и я сам как будто становлюсь одной из струй этого дыма…
Я замечаю, что круговерть снежного дыма приняла какой-то упорядоченный характер. Как будто дымно-вьюжные струи начали стекаться к одному месту поляны – напротив меня, перед костром… Миг и передо мной проявился образ благородного старца, в длинных белых одеждах, с белым же посохом и каким-то сияющим чистым светом кристаллом на челе.
Строгий взгляд старца приковал меня к месту – казалось, всю мою душу вынули из меня, оценили, внимательно рассмотрели и сделали свои выводы.
– Годится, – раздался у меня в голове глубокий, совсем не старческий голос.
– Кто ты, Великий? – спросил я.
– Так, а к кому ты так целеустремленно шел-то? Сам знаешь? По усилиям – и награда. Я Сива! – сказал мне старец.
– Подожди, великий Бог, какая награда? Разве Боги вознаграждают смертных за что-либо? Я думал, что встреча с частицей силы самого Рода уже достойная награда для стремящегося.
– Ты понял правильно. Боги не милуют и не карают: Боги могут подсказать в трудную минуту, Боги могут послать сил оступившемуся, но осознавшему, Боги могут вдохновить в самую последнюю минуту, когда кажется, что все кончено и нет ни единого лучика надежды – но всегда это будет не милость и не награда, это будет помощь оказанная каждому идущему по Пути.
Род-Породитель заповедал нам, Старшим, заботиться о его творениях, помогать и поддерживать их всеми силами, не допуская лишь одного – не допуская паразитизма. Ни один тот, кто только берет не отдавая, ни один тот, кто думает только лично о себе и своем развитии, ни один тот, кто хочет на чужих достижениях продвинуться исключительно сам – никогда не получит от Богов никакой помощи.
Люди могут думать, что мы их наказали – истина в другом: мы не помогли. Повторю уже слышанное тобой – нет ни кары, ни воздаяния, ни наказания. Также, как и нет какой-то особой награды на Пути. Боги помогают стремящемуся тогда, когда ему недостает самой малой толики сил, чтобы успешно дойти до конца Пути. Путь человека никто, и даже Боги, за него не пройдет. Только сам – и только своими усилиями и своими ежедневными выборами вершит человек свою судьбу и идет по ступеням золотого Пути Совершенства.
Голос Сивы затих, как затихла и вьюга вокруг… Свет дня стал меркнуть, снежные тучи исчезли с небосклона открыв мне ярко-оранжевое закатное солнце… «Помни – по усилиям и достижения!» – напоследок прозвучал голос Сивы и его образ стал растворяться в пространстве…
Из-за окружающих поляну с костром елей вышли ирбисы, подошли ко мне позволяя ощутить пальцами густой и роскошный мех, и внезапно оба прыгнули мне на грудь, сильно толкая лапами… Миг полета, и я открываю глаза уже в своем теле.
26-04-2023
5 Крышень
Я делаю шаг… К себе и от себя, вовне и наружу… Рунические буквы имени Крышень вспыхивают передо мной звездно-белым светом, переливаясь всеми оттенками звёздного огня на фоне черного бархата космоса… Имя зовет за собой и тянет вперед и вверх… Я оказываюсь на опушке большого леса. За спиной застыли уже привычные ели-стражи, своими лапами, как кулисами, перегораживая мне путь назад… Передо мной расстилается большая поляна… Я как-то понимаю, что она находится посредине густого елового леса – так просто к поляне не дойти, надо приложить немало сил и применить немало знаний, что бы пробраться через все препятствия ельника к этой поляне… Поляна вся покрыта ковром изумрудной, шелковистой травы, над которой густо торчат кустики землянки, покрытой белоснежными цветами и уже (как ни странно), крупными сочными ягодами…
Вечереет, воздух становится свежим… Густой земляничный аромат начинает таять и исчезать в сгущающиеся сумерках. На поляне остается запах лесной свежести и едва-едва уловимый аромат легшей на ягоды росы… Последние лучи закатного солнца отражаются на дрожащих каплях… густой сумрак окутал поляну… и на небо стали всходить первые летние звезды – такие крупные, светящие дрожащим и переливающимся светом, что кажутся зажженными в ночи лампадами звёздного огня…
Я замечаю, что вся поляна передо мной начинает светиться, как будто роса на ягодах и цветах земляники впитала в себя лучи садящегося солнца, а сейчас напитывается дрожащим светом звезд… Все ярче и ярче начинают гореть ягоды и цветы земляники…
Я иду вперёд по поляне, медленно пробираясь сквозь густое море ярких огоньков, которые начали соперничать своим размером и светом со звездами над головой… Поляна оказалась огромной, край ельника за моей спиной давно скрылся во мраке, а конца поляны впереди меня не видно – только небо со звездами впереди. Звезды над головой и звезды под ногами, кажется, что шагаешь по небу и звезды весело подсвечивают дорогу своим светом… Земли не видно, я один среди звезд… Звезды внизу и звезды наверху, звезды справа и слева – куда ни посмотри я окутан звездным сиянием со всех сторон… Тихо-тихо, на грани слуха, я начинаю слышать какую-то величественную музыку… Кажется, что звучит само мироздание, а каждая звезда, каждая планета, метеор, комета и все-все космические пылинки являются нотами этой величественной музыки… Свето-звуковая феерия захватывает меня… Огоньки звезд вспыхивают и гаснут в такт нотам, звездные ветра приливают и отливают вместе с развитием и завершением тем этой величественной симфонии – Музыки Сфер..
Все мое Я растворилось в мироздании. Я – часть мироздания, я – часть изливающихся, постоянно меняющихся и взаимодействующих потоков сил, пронизывающих все мироздание – связывающих его воедино и взаимовлияющих.
Вспышка кометы прочертила мироздание перед моими глазами. Сознание собралось в единую, сверкающую звезду и я увидел, что на фоне космоса и пронизывающих его потоков сил, начинает проявляться образ человека – не старый и не молодой, зрелый, мудрый. Его белая борода и развивающиеся волосы кажутся началом и продолжением всех потоков, что свиваются и текут через него и все мироздание…
– Как твое имя, Великий? – почтительно спрашиваю я.
– Крышень, – слышится глубокая, наполненная силой и светом вибрация всего мироздания.
– Ты ищешь мудрости и понимания, идущий по Пути. Ты хочешь понять, как все связано со всем и как звезда влияет на мельчайшую пылинку?
Осознай – все что ты видишь в яви, является отражением того или иного аспекта силы Богов, их качеств. Абсолютно все. Познав силы богов, их качества и их проявления в мире Яви, ты сможешь увидеть все миросплетение сил мироздания. Поняв, как сплетаются силы, как они текут и изменяются вместе с движением всего сущего, что заповедано Родом, ты увидишь, что будет происходить в любой точке яви и в любом периоде. Ты познаешь грядущее и поймешь силу пророчеств.