Фантастическая история королевства Тарт

© Анна Вега, 2021

ISBN 978-5-0051-3376-2

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Глава 1. Таинственный лес

Стихли последние отзвуки шагов, и принцесса осталась совершенно одна. Одна в этом страшном и странном лесу. До последнего она не верила, что это происходит с ней в действительности. Она подумала – может, они вернутся? Хоть кто-нибудь из них. Вернётся и освободит её. Она жутко боялась теперь, в этом абсолютном одиночестве, в этой только кажущейся умиротворённой тишине леса. Она почти не ощущала своего тела, а её сердце было таким горячим, что принцессе показалось, что оно сейчас расплавится, и тяжёлыми каплями скатится на землю. Может, она умирает, и это её душа стремится избавиться от тела? Но нет, она ещё жива, в этом принцессу убеждали веревки, стягивающие её запястья. Она попыталась освободиться, крутила, дёргала руки, но напрасно, узлы не развязались, верёвки, правда, чуть ослабли, но взамен она только натёрла себе запястья. Её – Принцессу Тарта! – оставили здесь на заклание чудовищу!

Принцесса и предположить не могла, что когда-нибудь окажется здесь в роли жертвенного агнца, привязанной на поляне к этому древнему дубу. Раньше она даже испытывала по этому поводу некоторое угрызение совести потому, что в связи с её положением она никак не могла очутиться на этом месте. Ирония судьбы, но именно положение принцессы и привело её сегодня сюда. Впрочем, сейчас она низложенная принцесса, принцесса, которая так и не стала королевой, все старания её отца пошли прахом, а он так мечтал короновать её на трон Тарта. Но она по-прежнему особа королевской крови, и потенциально опасна для нынешнего правителя. Принцесса прекрасно осознавала, что раз она не смогла удержаться на троне, возможность её нового воцарения маловероятна. За несколько месяцев, что прошли со времени смерти её отца, всех её союзников переманил Первый Сановник Тот, а она так и не смогла добиться от Ассамблеи решения о своей коронации после совершеннолетия. Да что там решения, принцесса даже не смогла созвать Ассамблею по этому вопросу, а всё из-за того, что она была особой женского пола, а за всю историю королевства Тарт, им никогда не правили женщины. А все основания для созыва Ассамблеи у неё были – король Лев в своём завещании указал её как свою преемницу. Принцессу устроил бы и вариант отложенного решения, это означало бы, что до её совершеннолетия, никто не сможет претендовать на престол Тарта, но Ассамблея отвергла этот вариант, таким образом, она оказалось низложенной принцессой. Сановник Тот, свергнувший её, понимал, что в данное время девчонка неопасна для него, но ему было необходимо исключить даже ничтожную угрозу для его правления. И никогда не забывать, что в принцессе в любой момент может взыграть кровь её отца. Тот с пеленок рос вместе с будущим королём Тарта Львом I, и своего повелителя знал прекрасно. И страшно завидовал ему. Завидовал даже не королевскому происхождению, а тому, что принц Лев смог стать королём и на протяжении тридцати лет властвовать в Тарте, снискать любовь подданных и не заиметь врагов.

Тоту повезло, что в Тарте нет наследного принца, всего-навсего – принцесса. К тому же могущественный король Лев I сам сделал за Тота половину работы, избавился от всех жаждавших власти сановников. От всех, кроме Тота. Разумеется, король делал это для дочери, но кто же всерьёз воспринимает женщин? К тому же Тот рассматривал вариант, что может появится какой-нибудь амбициозный авантюрист, и, женившись на принцессе, сможет стать претендентом на трон. Нет, Тоту не нужна была лишняя головная боль. Чудовище – вот наилучший вариант избавления от принцессы, а так как он сделал всё, чтобы у принцессы не осталось могущественных покровителей, никто и не рискнул возразить против его предложения. Предложения – отдать принцессу чудовищу. Кого-то же надо приносить в жертву, таков порядок, и не Первый Сановник Тот его установил.

Поляна, на которой ждала появления чудовища привязанная принцесса, на первый взгляд была самой обыкновенной. Ничто не пугало здесь, не заставляло боязливо оглядываться по сторонам, не указывало ни на какие странности. И всё же поляна, где сейчас созревала земляника, где так успокаивающе жужжали пролетающие шмели, где распускались такие милые полевые цветы, находилась в заповедном лесу. Она словно являлась границей между королевством принцессы и таинственным лесом, дальше, за поляной, в нём властвовали нечистые силы, так полагали тартцы и небезосновательно. Ни один охотник королевства никогда не охотился в чащах заповедного леса, туда не приходили собирать ягоды, грибы или травы. И никто, кого знала принцесса, никогда не был дальше этой поляны. Потому как, кто заходил вглубь леса, оттуда уже никогда не возвращался. Ни один из правителей Тарта не издавал этого закона, и всё же существовал этот негласный запрет для всех подданных королевства уже не одно столетие – если ненароком ты оказался на крайней поляне, то ни шагу с поляны в глубь татрского леса. Сейчас принцесса находилась на той стороне поляны, куда еще рисковали раз в год приходить королевские стражники и оставлять очередную жертву.

Семнадцать зим назад, в год рождения принцессы, здесь впервые появилось чудовище. Да, именно здесь, на этой самой поляне и увидели его охотники, тогда ещё находились смельчаки, промышлявшие здесь охотой. В тот раз устроили охоту на зайцев, эти непуганые зверьки из проклятого леса совсем обнаглели, с наступлением заморозков они почти каждый день устраивали набеги в сады и огороды, фермеры не могли сладить с ними. Выстрелы погнали зайцев в лес, охотники пустились за ними. Но даже охотничий азарт угас, едва мужчины оказались на поляне, все, как один, они припомнили и подчинились неписаному закону. Даже возможность лёгкой добычи не подстегнула их. Как-то враз почувствовав усталость, охотники остановились передохнуть на поляне, добычи оказалось уже достаточно, решено было больше не охотиться сегодня, и вернуться после привала в город. Разожгли костер, освежевали несколько заячьих тушек, нанизали их на вертел, и, расположившись вкруг костра, стали травить байки, в предвкушении жареного мясца, и конечно припомнили старые сказки о загадочных существах, обитающих в этом лесу.

Охотники находились в полной власти старых преданий о древних чудовищах, которых их предки встречали в тартских лесах, и когда на поляну из леса вышел этот огромный зверь, охотники оторопели, они даже не вспомнили о ружьях. Несколько мгновений они в ужасе взирали на него, не веря своим глазам, и лишь услышав его рык, этот рык невиданного до сей поры животного, заставил охотников поверить в реальность происходящего, и они опрометью бросились бежать с поляны, бросив и ружья и добычу. Грэг, единственный из охотников, кто замешкался и рассмотрел чудовище ближе, чем все остальные, рассказал после, что представлял собою зверь. Это огромный зверь, рассказывал он, который встаёт на задние лапы и может ходить как человек, он очень высок, у него короткая коричневая шерсть и нет хвоста. Грэг видел как, прогнав охотников, и не заметив его, Грэга, чудовище подошло к ружьям. Тогда Грэгу подумалось, пока оно находится спиной к нему, он тоже сможет ретироваться с поляны, он не сбежал с остальными, так как его нога затекла и онемела, и теперь Грэг торопливо растирал её. Наконец, ощутив свою конечность, Грэг осторожно приподнялся и попятился к деревьям, но под его ногой хрустнула ветка, и зверь молниеносно развернулся, и Грэг встретился взглядом с чудовищем. У него взгляд не дикого зверя, утверждал Грэг после. Чудовище зарычало, и, забыв обо всём, Грэг развернулся и побежал прочь, за собой он слышал шум, чудовище преследовало его. Грэг бежал изо всех сил, на опушке леса его ждали товарищи, добежав до них, Грэг оглянулся, вдали, среди стволов деревьев угадывался силуэт настигающего их чудовища. Охотники не стали ждать его появления на опушке и бегом ринулись в город. Чудовище же, добравшись до кромки леса, дальше их преследовать не стало, и охотники, оглядывающиеся на зверя на бегу, только тогда решились перейти на шаг, но замершая фигура лесного чудища ещё долго мерещилась им у самой кромки леса.

Тарт окружён лесами со всех сторон, но именно эта часть леса, начинающаяся ближе всего к городу слыла самым жутким местом во всем Тарте. Ни охотники, ни лесорубы в ту зиму не осмеливались заходить даже на опушку запретного леса. Но со временем в городе разговоры о чудовище начали постепенно сходить на нет, его начали забывать. К весне же разговоры возобновились вновь, и все они заканчивались предложением совершить в лес вылазку. Даже бывшие тогда на охоте не усматривали уже ничего страшного в этом, противился лишь один Грэг, он предостерегал горожан о новом появлении чудовища. Чудовище появилось, когда мы говорили о нём, напоминал Грэг, нельзя вспоминать его, и не стоит искать его, утверждал он. Но всё же в начале апреля поход состоялся. Ни в лесу, ни на поляне, ни зверя, ни его следов охотники не обнаружили. Дальше же заветной поляны никто и не рискнул ступить в запретный лес.

Пришло лето, поспела земляника. За ягодами горожане начали заходить и в таинственный лес. Сначала собирали по опушкам, постепенно стали забредать всё дальше. Самая крупная и сочная земляника росла на той самой поляне, где пролегла невидимая граница королевства, и где появилось чудовище, но туда ещё никто за ягодами заходить не осмеливался. И вдруг, в один день разговоры о чудовище вспыхнули вновь. И самое загадочное было в том, что никто не мог сказать, что на самом деле видел его. Но, несмотря на это, слухи о чудовище не прекращались. В пику этих слухов, трактирщик Мал с женой отправились в роковой лес за земляникой. И собирать они пошли на ту самую поляну, Мал был человеком жадным, поэтому никто не удивился, что именно туда он повёл жену. Ведь Малу всё мало. Ушли они рано утром, к полудню должны были вернуться и открыть трактир.

Вернулся обратно Мал один, без жены и без ягод. Прихрамывающий, с поцарапанным лицом он вошел в караул стражников и объявил всем, что его жену утащило чудовище, а сам он еле спасся. Многое в рассказе Мала выглядело неясным, он явно что-то скрывал, недоговаривал, но охотники и стражники, что были отправлены в лес подтвердили наличие следов крупного хищника, жену Мала не нашли, как не нашли и следов крови. Выходило, что Эли, жену Мала, чудовище и в самом деле унесло с собой. На поляне валялась брошенная корзина Мала, рассыпанные ягоды, целая гора. Без веской причины Мал ни за что бы не бросил собранные ягоды. А то, что он сбежал, и не попытался вызволить из лап чудовища жену, так кто из мужей совершил бы подобное? В королевстве особами женского пола не дорожили. И это невзирая на то, что женщин здесь рождалось гораздо меньше, чем мужчин. Но всё же мужчины умудрялись жениться дважды, а то и трижды, редко кто из них проживал с одной женой всю жизнь. Женщины скоропостижно умирали, а мужья недолго горевали, ведь новую жену можно быстро найти, особенно если искать в соседнем королевстве.

Маленькой девочкой впервые услышала принцесса о чудовище и, узнав историю с женой Мала, подумала, что она бы предпочла быть утащенной чудовищем, чем быть женой толстого и противного Мала. Принцесса сказала об этом отцу. Король улыбнулся, но после ответил дочери, что правитель должен любить всех своих подданных. И даже если кто-то и вызывает неприязнь, то всё равно он обязан заботиться о своих подданных в равной степени, а свою неприязнь скрывать. Но и после слов отца принцесса не изменила своего мнения о трактирщике. Сам же трактирщик Мал недолго горевал после пропажи жены, и вскоре привёз себе новую, такую же скупую и визгливую, как и он сам.

Желающих ступить даже на опушку рокового леса находилось с каждым днём всё меньше и меньше. Чудовища так никто и не видел, но теперь стали приписывать все необъяснимые явления, как, например, непонятные следы возле крепостных стен города, оленя, выбежавшего на опушку леса, присутствию в лесу чудовища. На ночь все городские ворота запирались как обычно, но караул стражников усилили. В эту осень обычных набегов зайцев на садовые земли фермеров почти не было, но вместо того, чтобы радоваться, многие горожане стали с ужасом говорить, а что если, съев всю живность в лесу, чудовище начнёт нападать на домашний скот, или людей?

Король не мог успокоить горожан. За поимку чудовища была объявлена большая награда, но охотников поймать чудовище не нашлось, ни среди свиты короля, ни среди простых горожан. Так, в страхе, прошла зима. Весной фермерам надо начинать работать в полях, а это значит надо всё дальше и дальше уходить от надёжной защиты крепостных стен Тарта. Король распорядился на опушке окаянного леса выставить караул из десятка стражников. В первые апрельские дни фермеры работали судорожно. Находясь в постоянном страхе, они всё время оглядывались на злополучную лесную опушку. Но признаков чудовища не было никаких, и постепенно фермеры перестали опасаться чудовища, и через два месяца караул стражников сняли.

Земли отца Брижит, тянулись как раз возле опушки этого проклятого леса. После обеда девушка прилегла отдохнуть на лесной опушке, от усталости и жары её разморило, и она уснула. Домой девушка больше не вернулась, брат Брижит, Вик, видел её последним, он утверждал, что чудовище уволокло Брижит в лес. Запыхавшийся, он прибежал к отцу, сначала ему не поверили, фермер решил, что Вику просто надоело работать, и он решил сбежать домой, а в своё оправдание выдумал эту историю. Фермер вместе с сыном вернулся на поле, но девушки там действительно не оказалось. На поиски Брижит был послан отряд стражников. Но, как и год назад, поисковый отряд вернулся обратно ни с чем, он опять дошел лишь до поляны запретного леса, Брижит нигде обнаружена не была, даже следов никаких не нашли. Следовало признать, Брижит стала второй жертвой чудовища.

Как и в первом случае, когда исчезла жена трактирщика, никто особо не переживал по поводу пропажи Брижит, и возможной её смерти. Брижит родилась хромой, одна нога её была меньше, чем другая. Это был нонсенс, в королевстве редко рождались люди с врождёнными физическими недостатками. Вдобавок тому, мать нарекла девочку странным именем – Брижит. Именем, состоящим из шести букв, в то время как в королевстве редко встречались люди с именами даже из четырех букв. С рождения Брижит выделялась из всех детей своим странным именем и хромотой. Сверстники вроде не сторонились её в открытую, но в то же время будто и вовсе не замечали Брижит.

Мать Брижит умерла через три года после рождения единственной дочери, и отец Брижит женился в тот же год опять. Непопулярность девочки у сверстников не могла снискать ей любовь отца, у которого к тому же вскоре родились ещё дети, и все они были нормальными. А с хромотой Брижит, у её отца не было шансов даже выдать её замуж. Брижит уже находилась в том возрасте, когда девушки выходят замуж, и хотя её хромота не мешала делать ей любую работу, никто из парней не заглядывался на неё. И если все остальные горожане сказали себе, к счастью, что чудовище похитило не мою дочь (жену, сестру), то отец Брижит подумал – а может так оно и лучше.

Через год история повторилась, а через год ещё. И вновь эти девушки были, если можно так выразиться не такие, как все. Хохотушка Лив после обмана жениха, избегала всех остальных мужчин. Она упрямо отказывалась выходить замуж, что не на шутку злило всю её семью. Ей уже исполнилось двадцать пять, критический возраст для девушки, чтобы выйти замуж, но она напрочь игнорировала все увещевания своей семьи и подруг по этому поводу. После исчезновения Лив её отец тоже мог вздохнуть с облегчением, ведь в королевстве Тарт не любят тех, кто хоть чем-то отличается от остальных.

За Лив последовала врачевательница Ло. Казалось бы, исчезновение Ло должно было огорчить многих жителей королевства, но Ло, кроме того, что была врачевательницей, обладала колдовскими чарами, она хранила много тайн, и это уже становилось досадным обстоятельством для спокойной жизни многих знатных жителей королевства. И с несказанным облегчением, после исчезновения Ло, вздохнул первый советчик короля Тот, а вскоре он стал Первым Сановником королевства. После пропажи Ло, четвёртой пропавшей девушки, король собрал Ассамблею, где постановил, что отныне именно Ассамблея будет решать, какая из женщин будет отдана чудовищу.

Глава 2. Встреча

Принцесса закрыла глаза, ей очень хотелось спать, всю предшествующую ночь она так и не сомкнула глаз. Только сейчас усталость победила, её перестал бить нервный озноб, закрыв глаза, она начала молиться. Услышав шорох рядом с собой, принцесса Ти с трудом открыла глаза, но не сразу рассмотрела того, кто стоял перед ней. Солнце, проникая через ветки дерева, било в глаза и ей понадобилось несколько мгновений, чтобы привыкнуть. Но ещё до того, как глаза приобрели прежнюю ясность, она поняла, кто перед ней. Это было оно – чудовище. Чудовище было действительно огромным, у него была звериная морда, но тело было очень похоже на человеческое. И оно было покрыто короткой шерстью темного цвета. Да, именно так описывал охотник Грэг чудовище, и сейчас Ти была в полной его власти. Принцесса открыла рот, она хотела позвать на помощь, она вмиг забыла, что, даже услышав её крик, навряд ли кто-нибудь поспешит на её зов. Ведь ближе всего были те, кто привел её сюда рано утром. Возглас принцессы утонул в мохнатой лапе, закрывшей ей рот, а через мгновение померкло и сознание принцессы.

Как только принцесса обмякла, чудовище обошло дуб, к которому была привязана девушка, и развязало веревки, затем оно внимательно оглядело все вокруг и, закинув принцессу на плечо, быстрыми шагами двинулось вглубь леса.

– Принцесса?! Принцесса Ти?

Принцесса Ти очнувшись, вздрогнула, вздрогнула от звука этого голоса. Голос был мужской и какой-то глуховатый, в нём звучало изумление, а ещё само произношение слов было очень странное, принцесса никогда не слышала, чтобы так говорили. Она бы без сомнения употребила бы слово акцент, но этого понятия в Тарте не существовало. Она чуть приоткрыла глаза, ей не терпелось увидеть говорившего, ведь выходило, что она спасена, спасена обладателем этого странного голоса. Так кто же он? Принцесса смогла сдержать стон, хотя первое, что она увидела, кроме густых крон деревьев, было чудовище. Но оно же не могло произнести слово – «принцесса»! Неужели ей это почудилось? Принцесса вновь смежила веки, может бесчувствие поможет ей дольше сохранить жизнь.

– Не бойтесь, принцесса, открывайте глаза, я вас не съем, – произнёс тот же голос. Теперь принцесса должна была признать, что говорит и в самом деле чудовище.

– Сэр, не торопите принцессу, дайте же ей прийти в себя, – мягко произнёс женский голос. Больше принцесса притворяться была не в состоянии, она повернула голову и, открыв глаза, действительно увидела женщину, типичную тартку – круглое милое лицо с чуть вздернутым носиком, серые глаза, тёмно-пепельные волосы.

Женщина встретила настороженный взгляд принцессы дружелюбной улыбкой, тем же мягким голосом она произнесла:

– Меня зовут Ло, принцесса Ти.

– Врачевательница Ло? – Ти с трудом узнала свой голос, он был такой тихий и к тому же хриплый.

Ло кивнула.

– Мы в заповедном лесу? – вновь очень тихо прозвучал голос принцессы.

– Да, но вам здесь нечего опасаться.

Принцесса вновь кивнула и обратила взор на чудовище.

– Вы умеете говорить? – спросила принцесса, однако, несмотря на все её приложенные усилия, голос её дрожал.

– Да. И если вам уже лучше, может, присядете, и мы поговорим?

Заботливые руки Ло помогли сесть принцессе, затем напоили узницу. Принцесса обнаружила себя на крошечной поляне, её спина упиралась в ствол дуба. Чудовище расположилось напротив, слева присела Ло, справа от принцессы расположилось какое-то животное. Оно сильно напоминало собаку, тут существо зевнуло, широко раскрыв пасть, принцесса испуганно вздрогнула.

– Кто это?

Ответило чудовище:

– Собака, разве вы не видите?

– Таких собак не бывает, – возразила принцесса.

– Это у вас не бывает таких собак, принцесса. А у нас бывают. Просто Март большая собака, вот и всё. Бывают не только разные собаки, но и люди бывают отличными друг от друга.

– Люди? Как это люди, могут отличаться друг от друга? Если только людьми называть тех, кто умеет говорить, но у кого звериная морда, а тело покрыто шерстью? – резко спросила принцесса и, не дожидаясь ответа, продолжила. – Так кто вы? – она уже взяла себя в руки, голос перестал дрожать, и стал звучать уже громче, всё-таки она принцесса, не следовало ей забывать об этом. Смерть отца, отрешение от престола и даже известие, что она отдаётся в лапы чудовища, принцесса приняла стойко, ничем не выдав чувств, что бушевали внутри неё.

Чудовище сначала рассмеялось (так решила принцесса), а потом произнесло:

– Далеко-далеко отсюда есть места, где живут люди не очень похожие на тартцев, принцесса. Они бывают разного роста, высокие и низенькие, и у многих из них кожа, волосы, и глаза разного цвета.

– Какие же это цвета, красные, или может быть, синие? – ядовито поинтересовалась пленница.

Чудовище сарказм проигнорировало и серьёзно ответило:

– Кожа может быть чёрной до синевы, жёлтой или молочно-белой. А глаза могут быть чёрные, как ночь, голубые, как небо, серые, как у вас, зелёные, как эта трава. А волосы, они могут быть прямые и кудрявые, или чуть вьющиеся. Цвет их может быть чёрным, как вороново крыло, светлым, как лен, рыжим, как огонь.

– Черный, рыжий, зеленый? – принцесса готова была и дальше прекословить, ведь все тартцы такие одинаковые, мужчины невысокие, кряжистые, почти все с чрезвычайно добродушным выражением лица, что делало их еще больше похожими друг на друга, привычные темные волосы и карие, либо серые глаза. Вот и весь портрет тартца. Женщины тоже не отличались высоким ростом, как и цветом волос и глаз от мужчин, и все они обладали живым и покладистым характером, но принцесса вдруг вспомнила один портрет во дворце, портрет предка, древнего короля с голубыми глазами. Чужаки, пришельцы, как она забыла о них, об этих действительно странных людях, своей внешностью, языком разительно отличавшихся от тартцев, впрочем, немудрено, чужаки давно не появлялись в Тарте. Принцесса была слишком молода, чтобы оглядываться и призывать на помощь свой жизненный опыт. И в памяти не возник тот случай в далёком детстве. Королева Ла, мать принцессы, была ещё жива, и они гостили в Сартре, как-то гуляя по городу Ти заметила двух маленьких девочек, мать мыла им головы, волосы были в пене, и всё-таки Ти заметила этот странный цвет волос, она даже вскрикнула от изумления. Волосы были белые. «Они грязные, мама? Их волосы такого странного цвета, – взволновалась Ти, – Да, они грязные, детка», – подтвердила Ла, и больше ничего не сказала дочери, решив что та ещё слишком мала. И все-таки Ти не хотелось сдаваться: – Что ж, быть может в том мире существо со звериной головой и человеческим телом называется человеком, но здесь даже пришельцы ненамного отличаются от подданных моего королевства.

– Вашего королевства, принцесса? – коварно поинтересовалось чудовище. – Неужели столь глубокая любовь к своим подданным толкнула вас на этот шаг, и вы добровольно отправились на заклание чудовищу? Поведайте же нам, как вы очутились на поляне? Какое стечение обстоятельств позволило нам, простым смертным так запросто общаться с особой королевской крови?

– А вам, не всё ли равно, каким образом я здесь очутилась? Вы получили желаемое, новую жертву. Ну, так делайте со мной, что вы хотели, – огрызнулась принцесса.

– Принцесса, здесь вам никто не желает зла, – примиряюще проговорила Ло.

– И вы совершенно свободны, – добавило чудовище.

И вопреки своему желанию, не смотреть на страшную звериную морду, принцесса подняла на неё глаза.

– Свободна? – недоверчиво переспросила она.

– Да, абсолютно. Если вы хотите, я могу отвести вас обратно в ваше королевство к вашим подданным. Или туда, куда вы пожелаете.

Принцесса, как ни странно, поверила чудовищу. У неё возникло множество вопросов, но для начала, она должна была решить, как ей быть. Принцесса подумала, что возвращаться назад, в королевство ей совершенно незачем, её там никто не ждёт. К тому же возвращение сулило ей участь стать добровольной пленницей сановника Тота. Коварство, подлость, изощренная дипломатия, хитрость, скрытность, этими качествами в полной мере владел её отец, и, конечно же Тот, нынешний правитель Тарта. Но сама принцесса была их напрочь лишена, по крайней мере, она так полагала. Несмотря на все усилия короля-отца, стремившего привить ей эти качества, она мало преуспела в этом. Все её существо противилось стравливать придворных, потворствовать их слабостям, а после играть на этом, никого, даже самых близких людей не посвящать в свои истинные замыслы и конечную цель. Итак, заключила принцесса, Тота мне не победить такими методами, поскольку я ими не владею, а других я не знаю, следовательно, возвращаться не имеет смысла, если вернуть трон не удастся. И вдруг, в первый раз в жизни в её душе вскипел гнев, он был направлен на одного человека – на Тота. Он лишил её дома, её привычного образа жизни, наконец, пути к престолу, к которому вёл её отец, принцесса и не помышляла о другой судьбе для себя, но до сих пор Ти не чувствовала к Тоту ненависти, она признала своё поражение и смирилась с ним. Однако сейчас, она ненавидела Тота за то, что из-за него у неё был лишь один выбор – принять то, что ей предложит чудовище. Принять это и постараться извлечь из этой ситуации пользу. У неё вдруг появилась цель, цель, ради которой она даже хотела жить рядом с этим получеловеком. Но о существовании этой цели она не скажет никому, в этот раз она всё сделает так, как учил её отец.