Сосед на тридцать дней

Глава 1. 30 дней до отъезда

Лив

Кофе умер примерно сорок минут назад. Я всё равно сделала ещё один глоток.

Холодный. Горький. С тонкой плёнкой на поверхности, которую нормальный человек счёл бы достаточной причиной вылить содержимое кружки в раковину.

Но нормальный человек не обещал клиенту прислать три варианта обложки до пяти вечера.

На экране моего ноутбука мужчина с подозрительно идеальным подбородком прижимал к стене женщину в красном платье. За последние два часа я переставила название семь раз, сменила три шрифта и успела возненавидеть обоих.

Особенно мужчину.

Он выглядел слишком довольным собой.

— Нет, — пробормотала я и уменьшила его процентов на десять. — Будешь знать.

Стало лучше.

Я откинулась на спинку кресла и только тогда заметила время в углу экрана.

16:52.

Несколько секунд я просто смотрела на цифры. Потом на телефон. Потом снова на цифры.

— Чёрт.

Новый жилец должен был прийти в пять.

Я захлопнула ноутбук и вскочила так резко, что задела коленом стол. Кофе опасно качнулся, но устоял.

Хотя бы кто-то из нас сегодня держался достойно.

Мне требовалось подняться всего на один этаж. Теоретически для этого не нужно было готовиться так, будто я собиралась на собеседование, свидание или ограбление банка.

Я всё-таки заглянула в зеркало у двери.

Растрёпанный пучок, огромная бежевая футболка и едва заметный след туши под левым глазом. Я провела под ним пальцем.

Стало хуже.

Отлично.

Можно было переодеться. Можно было даже расчесаться.

Я посмотрела на часы.

16:54.

А можно было вспомнить, что я собираюсь всего лишь отдать ключи арендатору.

В идеальном мире он вообще должен был произвести на меня максимально слабое впечатление.

Заплатить.

Не разрушить квартиру.

Не разводить экзотических животных.

Через месяц вернуть ключи.

На этом наши отношения могли считаться успешными.

Я потянулась к деревянной миске на комоде.

Пусто.

— Только не это.

Ключи от верхней квартиры исчезли.

Если мне когда-нибудь удастся положить ключи туда, где я потом смогу их найти, где-нибудь рухнет финансовая система небольшого государства.

Я проверила карманы.

Сумку.

Стол.

Подоконник.

Зачем-то холодильник.

В холодильнике лежала половина лимона, сыр и молоко, срок годности которого я решила не уточнять.

Ключей не было.

16:56.

— Прекрасно, Лив.

Я вернулась к рабочему столу, отодвинула графический планшет — и увидела связку.

Она лежала рядом с ноутбуком.

Прямо перед тем местом, где я просидела последние три часа.

Я прикрыла глаза.

Иногда жить одной было особенно удобно: никто не видел подобных моментов.

Звонок в дверь раздался в 16:59.

Я замерла с ключами в руке.

Люди, которые приходят практически во время, меня немного пугали.

Слишком ответственные.

Вживую я Адриана ещё не знала. В переписке он был краток. Настолько, что я несколько раз ловила себя на желании проверить, не обидела ли его случайно.

«Да».

«Подходит».

«Буду в 17:00».

Ни одного смайлика. Даже точки иногда отсутствовали.

Риелтор уверял, что у него отличные рекомендации, стабильная работа и квартира ему нужна только на месяц. Последнее меня устраивало больше всего.

После двух предыдущих арендаторов я почти решила оставить верхнюю квартиру пустой.

Первая женщина выращивала на подоконниках столько растений, что после её отъезда я ещё полгода находила землю в местах, которые никакого отношения к садоводству иметь не могли.

Второй арендатор называл себя музыкантом.

Я узнала об этом уже после подписания договора.

Ошибка новичка.

С тех пор фраза «я иногда репетирую дома» вызывала у меня нервный тик.

Поэтому архитектор, который будет жить здесь тридцать дней, звучал почти как подарок судьбы.

Я открыла дверь.

И на несколько секунд забыла, что собиралась сказать.

Вот это уже было некстати.

Адриан оказался красивым.

Красивым настолько, что мой взгляд успел задержаться на нём прежде, чем я напомнила себе, что мужчина пришёл снять квартиру, а не исполнить какую-либо другую роль в моей жизни.

К счастью, следом я заметила кое-что менее интересное.

Он был пугающе аккуратным.

Тёмное пальто сидело без единой складки. Под ним — светлая рубашка. В одной руке небольшая дорожная сумка, в другой телефон.

Никакого чемодана размером с небольшой автомобиль. Никакого пакета с чем-то, что потом потечёт на мой пол.

Уже хорошо.

Он был высоким. Тёмные волосы, короткие по бокам и чуть длиннее сверху. Чёткая линия подбородка. Тонкий светлый шрам пересекал левую бровь.

И серые глаза.

Не какие-нибудь «цвета грозового неба».

Просто серые.

Очень внимательные.

И сейчас они рассматривали меня примерно так же внимательно, как я его.

Я первой отвела взгляд. Исключительно потому, что кто-то из нас должен был вспомнить, зачем мы вообще здесь стоим.

— Лив?

Голос оказался ниже, чем я ожидала.

Я подняла связку ключей.

— Если ты Адриан, то мы оба неплохо справились.

Его взгляд скользнул к ключам, потом вернулся ко мне. Уголок рта едва заметно дёрнулся.

Не улыбка.

Скорее информация о том, что технически он способен улыбаться.

— Адриан.

Он протянул руку.

Я пожала её.

Нормальное рукопожатие. Тёплая ладонь. Сильные пальцы. Никаких попыток удержать мою руку дольше необходимого.

Очень профессионально.

Я это отметила.

А потом мысленно спросила себя, зачем именно анализирую качество рукопожатия собственного арендатора.

Ответа не нашлось.

— Ты рано.

Он слегка повернул запястье и посмотрел на часы.

Разумеется, у него были часы.

— На тридцать секунд.

Я посмотрела на настенные часы за своей спиной.

16:59.

Потом обратно на него.

— Это считается рано.

— Я могу выйти.

— Что?

— Вернуться через тридцать секунд.

Несколько мгновений я пыталась понять, шутит ли он. Лицо оставалось совершенно серьёзным.

— Даже не думай. Соседи решат, что я выгнала тебя ещё до подписания договора.

— Было бы быстро.

— Я эффективная.

Теперь он точно улыбнулся.

Совсем немного.

И это оказалось неожиданно плохо.

Потому что без улыбки Адриан был просто привлекательным мужчиной, которому я собиралась сдать квартиру.

С улыбкой возникали лишние обстоятельства.

Я отступила от двери.

— Пойдём. Она наверху.

— Я помню.

Я вышла на лестничную площадку и закрыла дверь.

Старый дом был одной из причин, по которым я всё ещё жила здесь, хотя иногда обещала себе перебраться куда-нибудь с нормальным лифтом и стенами, которые не скрипели зимой.

Высокие потолки. Широкая лестница. Тёмные деревянные перила, отполированные тысячами ладоней.

Верхнюю квартиру когда-то занимала моя бабушка.

После её смерти она почти два года стояла закрытой. Каждый раз, когда я думала о продаже, появлялось неприятное ощущение, будто я собираюсь продать что-то, что мне на самом деле не принадлежит.

Сдавать оказалось легче.

Чужие люди приходили и уходили.

Квартира оставалась.

Мы поднялись на пролёт.

Я чувствовала присутствие Адриана за спиной сильнее, чем мне хотелось. Не потому, что он делал что-то особенное.

Наоборот.

Он шёл молча. Спокойно. Не задавал дурацких вопросов. Не пытался разговаривать со мной о погоде.

Это должно было быть идеально.

И всё-таки немного раздражало.

Я остановилась перед дверью квартиры и вставила ключ в замок.

— Предупреждаю сразу: дверь иногда заедает.

— Из-за замка?

— Из-за характера.

За моей спиной повисла короткая пауза.

— У двери?

— У дома. Не принимай на свой счёт.

Замок щёлкнул.

Я толкнула дверь и включила свет.

— Добро пожаловать домой на ближайшие тридцать дней.

Адриан вошёл.

Остановился в прихожей. Посмотрел в гостиную. Потом на окно. Потом на диван.

Я проследила за его взглядом.

Он снова посмотрел на диван.

И вот тут мне впервые пришло в голову, что месяц может оказаться длиннее, чем я рассчитывала.

Я закрыла дверь и прошла следом.

— Здесь гостиная. Кухня дальше по коридору. В спальне чистое бельё, запасные полотенца в шкафу. Интернет уже подключён, пароль я тебе скину.

— Хорошо.

Он слушал.

По крайней мере, делал вид.

Потому что взгляд его в это время жил отдельной жизнью.

Сначала окно.

Потом стол.

Потом кресло.

Потом диван.

Адриан опять посмотрел на диван.

— Что?

Он перевёл взгляд на меня.

— Ничего.

— Ты уже третий раз на него смотришь.

— На кого?

— На диван.

— Я понял.

— Тогда зачем переспрашиваешь?

— Хотел убедиться, что мы говорим об одном и том же.

Я прищурилась.

— И?

Он ещё раз посмотрел в гостиную.

— Он стоит странно.

Я тоже посмотрела на диван.

Обычный серый диван. Стоял у стены уже несколько лет и до этого момента прекрасно справлялся со своей основной обязанностью — быть диваном.

— Это диван.

— Именно.

Я подождала продолжения.

Его не последовало.

— И что с ним не так?

— Он перекрывает комнату.

— Он стоит у стены.

— Не у той.

Я несколько секунд молчала.

— Напомни, кем ты работаешь?

— Архитектором.

— А я уже начала подозревать, что профессиональным критиком диванов.

На этот раз улыбка появилась сразу.

— Я просто сказал, что он стоит неудачно.

— Нет. Ты сказал это таким тоном, будто он разрушил твою веру в человечество.

— До этого ещё далеко.

Я направилась к окну.

— Вот отопление. Регулировка здесь. Иногда батарея шумит, но обычно недолго.

Адриан подошёл следом и провёл пальцами по деревянной раме.

— Окно меняли давно?

Я посмотрела на него.

— Не знаю.

— Видно.

— Адриан.

— Что?

— Ты ещё даже сумку не распаковал.

— Это мешает мне видеть окно?

Я глубоко вдохнула.

Тридцать дней.

Всего тридцать дней.

— Нет. Но сразу предупреждаю: ничего здесь не переделывать.

— Я ничего не собирался переделывать.

— И мебель не двигать.

Он промолчал.

Недолго.

Но достаточно.

— Почему ты молчишь?

— Думаю.

— Не надо.

Он посмотрел на меня почти с интересом.

— Не думать?

— О моей мебели.

— Поздно.

Я развернулась и пошла в сторону кухни. За спиной послышались его шаги.

— Кофемашина работает. Посудомойка тоже. Если что-то сломается — сначала напиши мне, а не пытайся чинить самостоятельно.

— Ты очень невысокого мнения о моих способностях.

— Я очень высокого мнения о стоимости ремонта.

Он опёрся ладонью о край столешницы.

— Разумно.

— Спасибо.

— Но стол в гостиной всё равно стоит не там.

Я повернулась.

— Ты сейчас специально?

— Немного.

Вот теперь он точно улыбался.

И это было несправедливо.

Человеку с таким характером не полагалось ещё и выглядеть так, будто его улыбка способна значительно осложнить кому-нибудь жизнь.

Я решила не уточнять, кому именно.

— Идём. Покажу спальню.

Спальня была небольшой: кровать, две тумбы, шкаф и окно во двор. Здесь бабушка почти ничего не меняла, а после её смерти я тоже не стала.

Адриан вошёл, огляделся.

На этот раз промолчал.

— Спасибо, — сказала я.

— За что?

— За то, что не сообщил кровати, что она стоит неправильно.

— Она стоит нормально.

— Какая честь.

Он провёл ладонью по дверце шкафа, открыл её и снова закрыл.

— Заедает.

— Я знаю.

— Петлю нужно подтянуть.

— Я знаю.

— У тебя есть отвёртка?

— Нет.

Он посмотрел на меня.

— Ты владеешь двумя квартирами и у тебя нет отвёртки?

— У меня есть телефон.

— Это не инструмент.

— С его помощью я могу вызвать человека с инструментом.

Несколько секунд Адриан просто смотрел на меня.

Потом кивнул.

— Логично.

— Рада, что заслужила одобрение.

Я пошла обратно в гостиную.

На столе лежали распечатанные документы. Я заранее оставила их здесь вместе с ручкой, потому что иногда мне всё-таки удавалось вести себя как организованный взрослый человек.

— Осталось подписать несколько страниц.

Адриан снял пальто и положил его на спинку кресла.

Очень аккуратно.

Под пальто оказалась светлая рубашка с закатанными до локтей рукавами.

Бессмысленная деталь, которая заметно ухудшила мою способность сосредоточиться на договоре.

Я села за стол.

— Здесь срок аренды. Здесь сумма. Здесь пункт про ущерб.

Он сел напротив.

— Строго.

— Предыдущий жилец был музыкантом.

— Соболезную.

Я подняла взгляд.

— Спасибо. Это многое для меня значит.

Он взял ручку.

— До тридцатого числа?

— Да. Риелтор сказал, тебе нужен ровно месяц.

— Верно.

— И продлевать не планируешь?

— Нет.

Я пожала плечами.

— Отлично.

После этого Адриан посмотрел на меня чуть внимательнее.

— Отлично?

— Чем меньше времени человек живёт над моей спальней, тем меньше шансов, что я начну его ненавидеть.

— Обнадёживает.

— Я стараюсь быть честной с арендаторами.

— Тогда мы поладим.

— Ты тоже честный?

— Стараюсь.

Он поставил подпись и перевернул страницу.

— Через тридцать дней я уезжаю.

— Далеко?

Вопрос вырвался раньше, чем я успела решить, нужен ли мне ответ.

Адриан, кажется, этого не заметил.

— В другой город. Следующий проект.

— И всё так чётко?

— Обычно да.

— А если этот проект задержится?

Он поднял голову.

— Не задержится.

В его голосе не было ни хвастовства, ни сомнений.

Просто факт.

Я опёрлась локтем о стол.

— Ты всегда настолько уверен?

— Когда речь идёт о моей работе — да.

— Наверное, удобно.

Он задержал на мне взгляд.

На этот раз чуть дольше.

— Обычно.

Слово прозвучало не совсем про работу.

Или это я уже слишком долго сидела за компьютером.

Я потянулась за вторым экземпляром договора.

— Хорошо. Тогда у нас есть тридцать дней, чтобы не испортить друг другу жизнь.

Адриан подписал последнюю страницу.

— Звучит выполнимо.

Я улыбнулась.

— Ты ещё не знаешь, насколько я привязана к этому дивану.

Я собрала документы в аккуратную стопку и протянула ему один экземпляр.

— Всё. Официально можешь считать себя жильцом.

— Только сейчас?

— До подписи ты был подозрительным мужчиной с дорожной сумкой.

— А теперь?

— Подозрительный мужчина с договором.

Адриан взял бумаги.

— Прогресс.

Я поднялась из-за стола.

— Осталось показать балкон.

— Надеюсь, он стоит правильно.

Я посмотрела на него.

— Ещё одна шутка про планировку — и я увеличу залог.

Он сделал жест, будто сдаётся.

Балконная дверь решила опозорить меня именно сейчас.

Я повернула ручку.

Толкнула.

Ничего.

Попробовала ещё раз, сильнее.

Дверь осталась на месте.

— Она иногда заедает, — сказала я, словно происходящее было частью тщательно подготовленной экскурсии.

— Я вижу.

— Обычно открывается.

— Впечатляющая рекомендация.

Я обернулась.

— Хочешь жить здесь тридцать дней или нет?

— Пока рассматриваю варианты.

— Ключи верни.

Я снова взялась за ручку.

В этот момент Адриан подошёл.

— Дай.

— Я сама.

— Очевидно.

— Очень смешно.

Я почувствовала его раньше, чем увидела.

Тепло за спиной. Лёгкий запах парфюма — чистый, древесный, без сладости.

Его рука появилась рядом с моей на ручке.

Слишком близко.

Я замерла всего на секунду.

Адриан наклонился, и его плечо почти коснулось моего.

— Нужно чуть приподнять створку.

— Я знаю.

— Тогда почему не приподнимаешь?

— Потому что хотела проверить тебя.

— Конечно.

Он нажал на ручку, одновременно слегка потянув дверь вверх.

Щёлкнул замок.

Створка открылась.

Предательница.

Адриан отступил, и дышать сразу стало легче.

Что было нелепо.

— Вот, — сказал он.

— Поздравляю.

— С чем?

— Ты победил дверь.

— Соперник был достойный.

Я закрыла её обратно и проверила ручку.

Теперь она двигалась свободно.

— Только не вдохновляйся.

— На что?

— Я видела, как ты смотрел на шкаф.

— Он действительно заедает.

— Он переживёт.

— Возможно.

— Адриан.

— Лив.

Я посмотрела на него.

Он смотрел на меня спокойно.

И всё же что-то в его лице изменилось.

Совсем немного.

Наверное, потому что впервые мы стояли достаточно близко, чтобы я могла рассмотреть тонкую светлую линию шрама над его бровью.

И понять, что серые глаза у него всё-таки не такие холодные, как мне сначала показалось.

Я первой отвела взгляд.

Снова.

Плохая тенденция.

— Ладно. Думаю, дальше справишься.

— Постараюсь ничего не разрушить.

— И не улучшать.

— Это будет сложнее.

Я вздохнула и направилась к выходу.

— Пароль от интернета пришлю сообщением. Если что-то понадобится — пиши.

— Хорошо.

У двери я обернулась.

Адриан уже снова смотрел в сторону гостиной.

Точнее — на диван.

Я ткнула в него ключами.

— Даже не думай.

Он перевёл взгляд на меня.

— Я ничего не делаю.

— Вот и продолжай.

На этот раз дверь за мной закрылась без сопротивления.

Я спустилась к себе и почти сразу вернулась к работе.

Почти.

Сначала сделала новый кофе. Потом минут пять убеждала себя, что новый жилец оказался вполне нормальным.

Немного раздражающим.

Слишком внимательным.

И заметно более красивым, чем требовалось для человека, который собирался всего лишь платить мне аренду.

Но нормальным.

Мне не нужно было с ним дружить.

Тем более через тридцать дней Адриан уедет, и всё снова станет как раньше.

Я открыла ноутбук.

Мужчина с идеальным подбородком всё ещё прижимал женщину в красном платье к стене.

После Адриана он стал выглядеть менее убедительно.

— Даже не начинай, — сказала я самой себе и вернула его прежний размер.

К вечеру я закончила работу, отправила варианты клиенту и приготовила ужин из того, что нашлось в холодильнике.

Сверху пару раз послышались шаги.

Потом что-то негромко стукнуло.

И тишина.

Ни музыки. Ни странных звуков, происхождение которых мне пришлось бы выяснять.

Я лежала в кровати и смотрела в телефон, когда поймала себя на том, что прислушиваюсь.

Ничего.

Прекрасно.

Возможно, мне действительно повезло.

На следующее утро я вспомнила о втором комплекте ключей.

Он лежал в ящике комода, куда я предусмотрительно убрала его ещё неделю назад.

То есть существовали вещи, которые я всё-таки умела не терять.

Иногда.

Я написала Адриану:

«Забыла отдать второй комплект. Ты дома?»

Ответ пришёл меньше чем через минуту.

«Да».

Я взяла ключи и поднялась наверх.

Адриан открыл почти сразу.

Сегодня без пальто и рубашки.

Тёмная футболка. Спортивные брюки. Волосы чуть растрёпаны.

Выглядел он значительно менее официально.

К сожалению, не менее хорошо.

— Доброе утро.

— Я принесла…

Я замолчала.

За его плечом что-то было не так.

Очень не так.

Я шагнула в квартиру.

Посмотрела налево.

Потом направо.

Снова налево.

Дивана на прежнем месте не было.

Несколько секунд мой мозг пытался решить, не ошиблась ли я квартирой.

Нет.

Мой диван теперь стоял вдоль противоположной стены. Кресло переехало к окну. Стол был развёрнут так, чтобы на него падал дневной свет. Даже торшер каким-то образом оказался в другом углу.

Я медленно повернулась к Адриану.

— Ты переставил мебель.

— Да.

Ни малейшего раскаяния.

— Я вчера сказала тебе не переставлять мебель.

— Помню.

— И всё равно переставил.

— Да.

Я подождала.

Он явно не собирался помогать мне продолжать этот разговор.

— Почему?

Адриан прошёл мимо меня к кухонной стойке и взял чашку кофе.

— Потому что так лучше.

Я посмотрела на гостиную.

Самым неприятным было то, что он был прав.

Комната действительно казалась просторнее. Свет из окна теперь не упирался в спинку кресла, а стол стоял там, где ему, вероятно, следовало стоять с самого начала.

Это ничего не меняло.

— Верни всё обратно.

Адриан сделал глоток.

— Нет.

Я даже не сразу нашлась с ответом.

— Прости?

— Поживи с этим один день.

— Мне не нужно с этим жить. Здесь живёшь ты.

— Тогда тем более.

— Это моя квартира.

— Я в курсе.

— Судя по происходящему, не уверена.

Он поставил чашку на стойку.

— Если завтра всё ещё захочешь вернуть мебель обратно, я верну.

— А если я хочу сейчас?

— Тогда ты принимаешь решение, не попробовав лучший вариант.

Я уставилась на него.

— Ты всегда такой?

— Какой?

— Невыносимый.

Адриан задумался.

И это было хуже, чем если бы он просто ответил.

— Нет. Иногда я сплю.