Руководство ведьмы по выживанию среди ковбоев

15.Руби

Видимо, сегодня один из тех немногих дней в году, когда весь мир против тебя. Лежа на диване, я умудрилась все-таки хоть как-то задремать. Сон – был единственным сейчас доступным для меня обезболивающим. Но и эти минуты драгоценного забытия кто-то сейчас настойчиво пытался прервать.

- Гена, если это ты, то я сделаю из тебя Роберто 2.0, - проворчала я, просыпаясь и чувствуя себя лишь хуже. Как же я ненавижу месячные. Всей своей черной душой.

- Хэй, это я. Не наговаривай на нашего сына почем зря.

Мой взгляд сфокусировался, и я увидела перед собой Ретта. Он сидел на корточках передо мной и держал в руке стакан из кофейни в одной руке, а во второй упаковку ибупрофена.

- Мятный чай. Мама сказала, что мята помогает немного справиться со спазмами, - он подал мне стаканчик с трубочкой.

Я слегка заторможенно взяла его, садясь на диване, все еще не до конца веря в происходящее. И не веря, что это я сейчас столь спокойно собираюсь взять чай и таблетки от него.

Мне нужно быть настороже. Нужно опасаться мужчин. Но почему мне впервые за столько лет хочется хоть разок довериться? Отпустить ситуацию.

Это все чертовы гормоны. Размазали меня по стенке как картофельное пюре. Теперь я стала размазней. Руби-квашня. Новый ник в интернете будет. Шик.

- Ты консультировался с мамой? – мой голос был скептичным, а взгляд медленно двигался от таблеток в руке к его лицу и обратно. Я все же взяла стакан и таблетки. Аккуратно я достала из упаковки сразу две таблетки и проглотила их по-варварски, запивая затем чаем. Чай был горячим, но не настолько чтобы обжечь мой язык. И мятный холодок в послевкусии приятно освежал. Надо будет поблагодарить его маму потом. Хоть Ретт и балбес, но воспитала она его, судя по всему, заботливым балбесом.

- Разумеется. Я хотел тебе помочь не спустя рукава. А как следует, - он раскрыл пакеты, что лежали на полу рядом и начал выкладывать рядом со мной все что купил: прокладки нескольких видов. О, вижу что купил вариант для «ниагарского водопада». То что надо в ближайший день-два. Еще прокладки, тампоны, и…

- Что это? – я уставилась на упаковку куриных крылышек. Аромат от них шел великолепный, конечно, аж живот заурчал.

- Как что? Ты же просила прокладки, - он указал рукой на гору прокладок рядом со мной, а затем на упаковку крылышек в руке, - с крылышками. Вот я и купил прокладки и куриные крылышки. Кстати, самые вкусные в городе! Ну, как минимум, потому что забегаловка с ними у нас тут только одна, так что…

Боже мой. Все эти ролики в youtube про прокладки и крылышки были правда! Мужчины в большинстве своем и правда думают абсолютно линейно.

Я сжала губы сильнее чтобы не выдать как сильно мне смешно. Но я с огромным треском провалилась. Мои плечи подрагивали от беззвучного смеха, потом я случайно хрюкнула и, ухватившись за многострадальный живот, разразилась смехом словно чайка.

Правда спазмы не давали мне как следует отсмеяться, то и дело заставляя охнуть от боли и согнуться креветкой.

Смущенное или скорее слегка сконфуженное выражение лица было тем, что я первым делом увидела, когда отсмеялась. Было видно, как сильно крутились его шестеренки, как нейроны отчаянно тянулись друг к другу в мозгу, но не могли дотянуться.

Решив не мучать его, я показала на изображение прокладки на упаковке. А точнее, на их крылышки.

- Прокладки с крылышками. Вот это я имела в виду. Но куриные крылышки тоже в тему, ковбой.

Он задумчиво почесал затылок, едва не скинув с головы свою шляпу, а потом задумчиво спросил:

- А есть такие без крылышек? – он сел аккуратно рядом, открыл коробочку с крылышками и, выбрав самое крупное, подал мне.

- Угу. Ненавижу без крылышек. Неудобные до безобразия, - я взяла подношение и с внезапным для себя аппетитом вгрызлась в мягкое мясо. В отличие от обычного KFC, эти крылышки были сделаны больше как барбекю, нежели просто куриные крылья в панировке. Мясо сочное и нежное, тающее во рту, с ароматом дымка и барбекю соусом. Кажется, я теперь знаю где брать каждый месяц подношения своей матке. Буду ходить в ту забегаловку.

- Понял, принял. Такие не буду покупать, - он вытер салфеткой с моей щеки соус, стараясь лишний раз меня не трогать.

Я чуть напряглась, скорее рефлекторно, чем реально испугавшись. Все же, пока он гонял по городу в поисках прокладок и когда вернулся со всем этим богатым уловом я решила дать себе шанс чуть-чуть, совсем немного, опустить свой контроль и настороженность. Вдруг что-то хорошее из всего этого выйдет?

Но одно я знаю точно – троллить и проклинать я его не перестану. Свой остаточный стресс я должна куда-то сливать. А этот альтернативно одаренный ковбой казался идеальным реципиентом для этого.

Он выбрал очередное сочное крылышко и подал мне. Я же схватила и крылышко, и всю оставшуюся упаковку тоже, жадно кушая вкусное мясо.

Ретт моргнул пару раз, а потом неожиданно рассмеялся, но не громко как обычно, а тихим и хриплым смехом.

- Осторожнее, пума. Я не планирую у тебя отбирать еду. Ешь не спеша. Еще подавишься и придется тебя спасать. Но… - он мельком глянул на мои губы и расплылся в улыбке. Бляха-муха, что он в моем перемазанном соусом лице увидел-то опять? - …я более чем не против стать твоим спасателем.

- Спасателей не нанимаю. Я сама справляюсь, а кто без спросу лезет помогать, тех шлю нахер и кидаю за борт, - проворчала я на него и продолжила уплетать курочку. Руки бы талантливые расцеловала тому, кто готовил эту курицу! Как же вкусно!

Он покачал головой с улыбкой, поправил одеяло вокруг меня, и его горячая рука задержалась на моей пояснице. Хотелось мурлыкнуть от того насколько это ощущалось хорошо, особенно учитывая мои болезненные месячные. Но я ему такого удовольствия не дам, не-а.

Ретт аккуратно начал убирать руку с моей поясницы, а я ведь уже пригрелась, да еще и обезболивающее начало действовать. И все вместе давало мне такое желанное облегчение. Совершенно не думая, даже рефлекторно я зыркнула на него, рыкнула, держа в зубах курицу. А потом поняла, что натворила и спешно отвернулась, продолжая кушать угощение. Жар смущения поднялся по моим ушам. Черт возьми, как же я была благодарна всем богам что волосы не собирала в хвост. Так что мои алеющие уши ковбой точно не увидел. Или увидел?

Осторожно я глянула на него и едва не подавилась. Он смотрел на меня таким взглядом, от которого я лишь гуще покраснела. О, нет… О, нет, нет, нет! Кажется, я сейчас себя ощущала на месте Бриены Тарт, когда на нее смотрел Тормунд тем полным обожания взглядом.

Боги, если вы меня слышите, я ведь тогда по приколу сказала, что мечтаю о таком мужике!

16.Ретт

Ну что за львица! Я смотрю на нее, уставшую, голодную, с яростным аппетитом поедающую курочку и лишний раз убеждаюсь – какая же эта язва классная. Каждый диалог с ней – как хождение по минному полю, но я точно получаю от этого удовольствие. Делает ли это меня мазохистом? Может быть. Хочу ли я что-то изменить? Определенно нет.

Но тут в моей голове снова возникло воспоминание об Эйвери и грудь сдавило. Я не мог не задуматься о том какой же она стала за все эти годы. Стала ли красивее? Осталась ли такой же ковбойшей как раньше? Помнит ли она как мы были с ней не разлей вода? Или большой город ее изменил? Черт возьми, я все же соскучился по этой оторве.

Но Руби… Дьявол! Да что же со мной такое?! Меня тянет к Руби как магнитом, хочется подарить ей мир и окружить заботой. Но воспоминания о первой влюбленности и прожитых веселых днях с Эйвери тянули меня назад. И ощущения от этого отвратительно горчили.

- Ты выглядишь так словно у тебя инсульт. Если помрешь тут, то похороню в болоте, - послышался голос Руби, а я сразу же выплыл из своих мыслей.

Хоть и сказала она сейчас очередную колкость, но я заметил в ее взгляде промелькнуло кое-что подозрительно похожее на волнение.

Опа. Моя ведьма обо мне волнуется? Этот день точно я запомню до конца жизни. Особенно запомню ее перемазанное соусом барбекю лицо и то, как она закусила свою пухлую губку. Блять…

Неприличные мысли против воли начали возникать в моей голове. Так, думаем про ананасы на пицце, кастрацию коней, сенокос, уколы коров.

- А не, вижу все нормально, - буркнула она, догрызая куриное крылышко. Но взгляд ее все равно был какой-то подозрительный. Словно она знает больше, чем видит. Точно ведьма.

- Просто задумался, - покачал я головой. – Как себя чувствуешь? Боль поутихла?

Я все еще держал руку на ее пояснице, осторожно поглаживая сквозь ткань ее льняной рубашки. Мне нравилось касаться ее. И я сейчас не в пошлом смысле говорю (хотя видит Бог как сильно мне хочется зацеловать ее до потери пульса). Простое прикосновение к ее волосам или даже просто через ткань одежды отзывалось во мне как маленький фейерверк. Хотелось взять ее в охапку, обнять со всей силы, спрятать нос в ее мягких ароматных волосах и сидеть так долго, как только она позволит. Но она наверняка, как любая черная кошка, начнет ворчать и вырываться. Хотя меньше восхищаться ею от этого я точно не буду. Она стоит всех этих трудностей.

Руби призадумалась ненадолго и медленно кивнула.

- Да. Стало немного легче. Я хоть не хочу больше вздернутся на ветке дерева от безысходности.

- Ну ты как скажешь…

- Посмотрела бы я на тебя, если бы твоя матка сдирала с себя слой ткани каждый месяц.

Она так забавно ворчала, словно еж пыхтит.

- Руби, - попытался я ее с улыбкой остановить от накручивания, подав упаковку влажных салфеток. Она взяла их, начала вытирать руки и лицо, но ворчать не закончила.

- Каждый месяц! Каждый! Живешь себе, живешь, в ус не дуешь. И тут матка такая: «Алло, дорогая, детей в этом месяце снова нет? Ладно, на тебе БОЛЬ И СТРАДАНИЯ!». Почему природа сделала все таким болезненным? Вот несли бы женщины яйца как гуси – было бы в разы проще.

- То, через что ты проходишь нечестно, да, - я взял одну из салфеток и аккуратно приблизился к ее лицу рукой. Лишь когда она глянула на мою руку и моргнула я позволил себе коснуться ее и вытереть соус с ее лица, который она проглядела. – Поэтому ибупрофена я взял тебе с запасом. Чувствуешь боль – не терпи, пей таблетки.

Ведьма глянула на меня с каким-то подозрением, будто пыталась просканировать мой мозг насквозь. Жутковатый взгляд, если честно.

- Ты точно на солнце не перегрелся? А ну улыбнись и подними обе руки вверх, а то вдруг реально у тебя инсульт.

Со вздохом я улыбнулся ей и поднял послушно руки вверх.

- Хороший мальчик, - послышалось от нее и этот хитрющий взгляд следил за каждой моей реакцией.

Черт возьми, кажется, у меня от похвалы вся кровь на юг убежала.

- Кхм, - я хотел было поворчать на нее, но меня отвлек короткий писк моего телефона. Смс?

Вытащив телефон, я смахнул блокировку и не поверил своим глазам. Кровь аж застучала в ушах.

Я завис, смотря на смс. Эйвери написала мне! Неужели она правда приехала, и мы наконец-то встретимся? Где-то на периферии мозга возникла мысль о том, что это ее первое сообщение за эти годы, хотя я ей писал постоянно. Пока не устал писать в пустоту. Но я эту мысль едва ли заметил, ослепленный вспышкой ностальгии.

Из прострации меня вытащило едва заметное касание по плечу. Я моргнул, словно проснувшись от этого транса и взглянул на Руби.

Она смотрела на меня, чуть склонив голову влево и ее ладошка едва касалась моего плеча. Какие же ее руки бледные и маленькие в сравнении с моими. Было сложно сказать, что в ее голове творится и о чем она думает, но она явно заметила мой сегодняшний раздрай. И я чувствовал себя за все эти эмоции и метания виноватым по отношению к ней.

Я вдохнул медленно, чувствуя, как ее аромат парфюма наполняет мои легкие. Странно, она всегда пахнет так, будто творила какую-то черную магию, параллельно попивая кофе и кушая вишню в шоколаде. От этого запаха у меня сносило крышу в самом мучительно приятном смысле.

- Прости. Мне нужно идти, - я убрал телефон в карман джинс и потер затылок, чувствуя себя еще более виноватым. Хотелось остаться подольше с ней, точно быть уверенным что с ней все будет хорошо. Но я не мог игнорировать то, как эта идиотская ностальгия тянет меня домой чтобы увидеть Эйвери.

Я жалок.

- Да, иди, ковбой, - она убрала руку, а я боролся с желанием схватить ее и положить обратно на свое плечо.

- Ты точно в норме? Живот не слишком болит? Того что я купил тебе хватит? Или завезти еще потом?

- Во имя Сатаны, расслабься, - закатила она глаза, но я заметил, как уголки ее губ дернулись в намеке на улыбку. Отлично. Она заслуживает того, чтобы улыбаться. – Езжай куда тебе там надо. Я в порядке.

- Точно?

Я встал с дивана, поправляя рукава своей рубашки и шляпу на голове все не сводя с нее взгляда. Мои глаза пытались найти хоть каплю боли и дискомфорта в ее лице, найти хотя бы еще одну серьезную причину остаться.

- Точно. Я вижу, что тебя там что-то гложет. Иди разбирайся.

Руби махнула на меня рукой, а из коридора медленно и вразвалочку вырулил наш сын. Он лениво осмотрел происходящее вокруг своими глазками-пуговками и улегся на полу рядом с диваном.

До сих пор я поражаюсь тому, как ДИКИЙ кабан стал ручным и теперь ведет словно верный пес в ее присутствии. Но это даже хорошо. Этот свинота явно умнее чем кажется. Я заметил, как он ее защищал от меня же самого, когда я приходил извиняться. Значит, пока меня нет он посторожит мою ведьмочку.

- Ладно. Старайся отдыхать побольше. А ты, - я почесал Гену за ушком, добившись внимательного хрюка. – приглядывай за мамой чтобы ее никто не обижал.

Гена хрюкнул, словно понял меня и начал сонно похрюкивать. Я же повернулся и пошел на выход из ее дома.

Когда я уже подошел к входной двери, хриплый голос ведьмы меня окликнул:

- Эй, Ретт.

- Хм? – рефлекторно я повернулся, глядя на нее через плечо.

- Спасибо, - буркнула она, кутаясь в плед по самый нос.

Мне кажется, я сейчас себе челюсть вывихну от широкой улыбки. Она меня впервые поблагодарила! Меня!

- Всегда пожалуйста, ведьма, - я подмигнул ей на прощание и вышел из ее дома.

Лишь когда я подошел к своему пикапу меня пронзила мысль.

Ох ты ж дьявол… Она назвала меня по имени.

- Есть! – победно я сжал кулаки. Это была маленькая победа, но все же победа! Можно ли считать, что этот день заслуживает быть занесенным в календарь памятных дат? Плевать! Заслуживает!

Я забрался в пикап и завел двигатель. Впереди меня ждала встреча с Эйвери, и я откровенно не знал, как все пройдет. Как и не знал, что же я чувствую и буду чувствовать к ней дальше.

Блять… К черту! Буду разбираться со всем по ходу дела. Я кинул последний взгляд на дом Руби и поехал к себе.

Господь, если ты есть, дай мне ума не испоганить все.

17. Ретт

Внутри меня все дрожало от нетерпения пока я парковался у своего дома и выходил из пикапа. Я сгорал от любопытства увидеть Эйвери. Мое сердце, стучало громче моих ботинок пока я перепрыгивал ступени крыльца.

Еще секунда.

Со всей силы я распахнул двери и влетел в дом, даже слегка запыхавшись. Медленно на моем лице расползлась широкая улыбка. Кажется, у меня печень прихватило. Или почку.

Господи, это она. Это правда она! Сидит за столом и болтает с моей мамой.

Те же самые, как много лет назад, лихие синие глаза остановились на мне. Эйвери изменилась. Она стала выше, с более выразительными формами, которые совершенно не скрывала за короткими шортами и топом. На долю секунды во мне возникло странное раздражение, будто бы мне было противно такое видеть. Но… Какого хрена я вообще должен критиковать ее одежду?

- Чтоб меня… Это и правда ты, Эйвери! – я подошел ближе, она выпрямилась и с широкой улыбкой подбежала ко мне, запрыгивая сразу на меня и обнимая за шею.

Я крякнул от такого внезапного наскока на себя. Рефлекторно я поймал ее под бедра, и на долю секунды мне показалось, что мы снова подростки и снова это волнение в теле. Но запах ее духов... Господи! Слишком приторно. Будто бы в сахарном сиропе меня облили. И это отрезвило меня быстрее, чем ледяной душ.

- Я как приехала сразу же прибежала к тебе! – она отстранилась и с широкой улыбкой смотрела на меня. Ее улыбка была все такой же солнечной, но что-то было не так. Не могу понять что. Я решил пока отмахнуться от этого странного чувства. Эйвери моя давняя подруга и первая любовь. Как она может быть плохой?

Тем не менее, я краем взгляда заметил как моя мать нахмурилась. Потом. Все потом.

- Ты могла написать мне что приедешь, - я поставил ее на пол и положил руки на ее плечи. Все еще я чувствовал тепло ее тела и чрезмерную сладость ее парфюма. Мои глаза изучали ее лицо, вспоминая, сравнивая, исследуя заново.

Как же она похорошела за эти годы! Одни ее волосы платинового цвета так и манили их пропустить через пальцы. Но я упорно держал ладони на ее плечах.

- Я потеряла свой телефон, - она чуть надулась, но тут же снова улыбнулась и погладила меня по плечу. Хотя подсознание так и говорило мне: «она же могла написать с другого! Она ведь помнила твой номер! Не могла не помнить!» - Но главное, что я приехала и все снова будет как раньше!

- Да, - я улыбнулся, хотя на груди был странный осадок и обнял ее снова. – ты приехала и это главное. Ты насовсем вернулась или?..

Она просияла, слегка отстранилась, но не прекращала поглаживать мои предплечья. Мне чертовски нравилось ее обнимать и ощущать, что она сама тянется ко мне. Но внутри меня была странная буря эмоций. И этот ее парфюм… Слишком сладко. Кажется, голова начинает болеть.

- Насовсем конечно! Я дипломированный маркетолог, так что буду развивать ранчо моего отца. У меня столько идей уже в голове!

- Мне не терпится услышать их все.

Эйвери лукаво улыбнулась и облизнула губы. Я одновременно и напрягся, и ощутил жар от ее взгляда.

Нас перебило тихое покашливание моей матери. Я словно вырвался из оцепенения и взглянул на нее.

- Чай на столе, дети. Пирог яблочный тоже, общайтесь, - мама подошла к нам. Она чуть натянуто улыбнулась Эйвери. - Я рада что ты вернулась. Твой отец по тебе скучал.

- Ох, спасибо, миссис Картер, - Эйвери сладко улыбнулась ей. Но улыбка была какая-то не такая что я помнил. – Я безумно рада вернуться в родной город. И очень надеюсь, что мы будем видеться чаще.

От меня не скрылось как глаз матери чуть дернулся, но ее улыбка оставалась словно прилепленной. Я обязательно должен потом поговорить с ней. Если мама повелась на слухи от Стейси, то я должен ее осадить. Нельзя же просто из-за того, что кто-то что-то сказал предвзято относиться к людям.

- Мы справимся, мам. Спасибо, - я кивнул матери, она же в ответ глянула на меня выразительно и вышла из дома. Это был тот самый взгляд, которым мать без слов говорит «ПОДУМАЙ». Точно нужно с ней потом поговорить.

Придерживая за поясницу Эйвери, я усадил ее за стол и принялся наливать чай в кружки. Себе в большую черную, ей в кружку с Пиннокио.

- Господь мой Бог, ты сохранил кружку из которой я в детстве любила пить? – с широкой улыбкой она наблюдала за мной. Я ненадолго засмотрелся кружкой, вспоминая все те годы дружбы и влюбленности между нами.

- Естественно! Я ничего не забыл и не выкинул. За кого ты меня принимаешь?

Она взяла кружку обеими руками. Ее прикосновение к моим пальцам почему-то не отзывалось трепетом как раньше. И явно не отзывалось также сладко как прикосновения к Руби.

Руби.

В груди кольнуло от воспоминаний о ней, но я натянул улыбку и сел за стол.

- Ну знаешь… Мало ли? Вдруг ты женился, - она глянула на меня сквозь ресницы, а ее пальчик оглаживал ручку кружки. – и решил выкинуть все упоминания обо мне и о нас?

О нет.

Какой-то панический жар поднялся по моей шее, и я потер ее, чтобы унять эти ощущения.

- Я не женат пока что…

- Встречаешься? – сразу же она спросила, словно койот, вперившись в меня клыками и глазами.

- Нет, но…

- Значит, мы можем попробовать снова?

Я подавился чаем, который весьма не вовремя решил отхлебнуть. Эта ее прямолинейность меня выбила из седла похлеще дикого коня.

- В смысле?

- Ну Ретт… - она встала и с грацией пантеры подошла ко мне чтобы похлопать по спине.

Помогало это едва ли. От ее парфюма все равно я продолжал кашлять. Видимо предел сладости на сегодня все, исчерпан. Я теперь точно долго еще не смогу смотреть на сахар.

– Ты ведь большой мальчик. Я имела в виду, что мы можем снова начать встречаться как раньше. Попробовать хотя бы. Вдруг из этого что-нибудь получится?

Огромных усилий мне стоило встать и отойти в сторону, позорно делая вид что просто хотел взять ложку чтобы насыпать в чай сахар. Хотя, я не пью чай с сахаром. Но эта заминка давала мне возможность прийти в себя.

- Эйвери, я… - я кашлянул, беря себя в руки. Насыпав сахар в чай, я повернулся к ней, но не спешил сокращать расстояние, бросаться ей в руки или ноги. Хотя, по ее выражению лица мне показалось что она очень этого ожидала.

- Ты дорога мне, я этого не отрицаю, - я все же подошел к ней поближе и взял ее аккуратно за руки. Моя ностальгия тянула меня к ней, просила дать ей согласие, но.

Всегда есть одно «но». И для меня это была моя Руби.

Моя ведьма.

- Но я откажусь, ведь…

Она даже не дослушала меня, резче обычного перебив.

- Это потому что я не отвечала на твои звонки и сообщения? Ну Ретт… - она надула губы и сморщила свой курносый носик. – Ну я же извинилась!

- Дело не в этом, Эйвери, - я покачал головой. Внутри меня все сильнее появлялось ощущение что я правильно делаю, отказывая ей. – Прости, но… Я люблю другую.

Может я поспешил с такими громкими словами и правильнее было бы как-то иначе назвать мои чувства. Но я не хотел. К черту сомнения! Пусть я ошибусь, плевать. А если не ошибусь и действительно уже полюбил ее, а не просто помешался – супер. Одно я понял точно – озвучив это на душе у меня стало словно легче.

Хоть и хотелось мне провалиться под землю от того что я отказал Эйвери, но я все же держал с упорностью быка ее взгляд.

Она нахмурилась, на ее лице промелькнул гнев, который она сразу же замаскировала неловкой улыбкой. Но все ее тело было явно напряжено от моего отказа. И я вот я не мог никак понять это из-за просто самого отказа или же от того, что у нее были какие-то чувства и она ожидала на них взаимности?

Этот день я официально признаю самым тяжелым за всю мою жизнь.

- Но ты же сказал, что не встречаешься ни с кем, - она сделала шаг назад, принявшись теребить локон своих волос. – Как так?

Что за странный вопрос?

- Но это же не значит, что у меня нет чувств к девушке. Даже если я с ней еще не встречаюсь.

- Но если она не разделяет твоих чувств?

Мне чертовски не нравилось как наш разговор поворачивался. Как будто бы Эйвери пыталась меня убедить в бессмысленности моих чувств. Будто бы нет ничего важнее нее.

- Эйвери, хватит, - мягко я остановил ее, приподняв ладони в мирном жесте. – Даже если мои чувства останутся без ответа я от них не откажусь. Так что прошу, не надо продолжать. Я не хочу тебя обидеть, но я правда люблю другую и не буду от нее отказываться.

Эйвери слегка поморщилась, ее глаз дернулся, но вот за доли секунды вновь на ее лице милейшая сахарная улыбка. Вот только мне не нравится одно - ее глаза совсем не улыбаются. Они как у хищника оценивающие, внимательные, даже холодные.

- Прости, - она мирно подняла руки и опустила их, слегка похлопав по карманам своих коротких шорт. – Посыл я твой услышала, настаивать не буду. Тогда я пойду, пожалуй…

Эйвери попятилась спиной к двери, держа на лице свою фирменную улыбку.

- Но, если что, ты мой номер знаешь. И где меня найти – тоже, договорились? И вообще, просто как друзья мы ведь будем в баре сидеть и на лошадях гонять?

Я чуть расслабился. Видимо, буря миновала.

- Да, как друзья точно – да, - с теплой улыбкой я махнул ей на прощание. – Будь аккуратнее на дороге. Один из быков твоего отца порой сбегает и кошмарит округу, особенно автомобилистов.

- Пф! Не волнуйся, я ведь выросла на ранчо, так что знаю как вести себя с такими большими парнями.

Она вышла из дома, а у меня почему-то осталось ощущение будто бы ее последняя фраза была далеко не про быка.

18. Руби

К моему облегчению Ретт не появлялся у моего дома несколько дней. Хотя, какая-то дурацкая, я бы даже сказала, всратая часть моего мозга была расстроена.

Так, стоп. Нет, я не скучаю. Это глупые гормоны. Они и только они.