Наследники пепла

Глава 1. Наследники тишины.

Максимилиан ненавидел пыль. Она покрывала всё в Башне Аметиста – древние фолианты, каменные полки, его собственные руки, которые день за днём переносили рукописи из одного зала в другой. Пыль оседала в лёгких, заставляя кашлять по ночам, когда он лежал на узкой койке в своей каморке под самой крышей башни.

Двадцать три года, и что он имел? Жалкую должность переписчика в магической библиотеке королевства Аквилея, зарплату, которой едва хватало на хлеб и сыр, да мечты о приключениях, которые с каждым годом казались всё более несбыточными. Он родился в семье бедного лавочника на окраине столицы Мордрак, города из чёрного камня, добытого в горах Теневого хребта. Чёрный камень, чёрные стены, чёрное небо над головой – таким был его мир.

– Максимилиан! – раздался резкий голос главного библиотекаря Фаддея. – Ты опять витаешь в облаках? Третий зал ждёт инвентаризации!

Макс вздрогнул, роняя перо. Чернильная клякса расползлась по странице, на которую он только что перенёс фрагмент древнего заклинания защиты. Четыре часа работы насмарку. Фаддей нависал над ним, как туча перед грозой – массивный, с седой бородой до пояса, от которой пахло табаком и старыми книгами.

– Простите, мастер Фаддей, – пробормотал Макс, торопливо промокая кляксу. – Я сейчас исправлю.

– Исправишь за свой счёт, – фыркнул библиотекарь. – И запомни: в этой башне нет места мечтателям. Есть только переписчики, которые выполняют свою работу, и безработные, которые ищут милостыню на улицах Мордрака. Выбирай, кем хочешь быть.

Фаддей развернулся и вышел, оставляя за собой шлейф табачного дыма. Макс сжал кулаки, глядя на испорченную страницу. «Четыре года в академии Метариев, – думал он с горечью. – Четыре года изучения магических теорий, древних языков, алхимии и ритуалистики. И всё для того, чтобы переписывать чужие слова в пыльной башне».

Он поднял голову и посмотрел в окно. За толстым стеклом раскинулся Мордрак – столица Аквилеи, город контрастов. Высокий город с его дворцами и садами располагался на холмах, где жили дворяне и богатые купцы. Низкий город лепился у подножия, в нём ютились ремесленники, рабочие и нищие. Между ними пролегала незримая граница, которую редко кто пересекал. Макс родился внизу и знал, что умрёт там же, если не изменит свою судьбу.

Вечером, когда солнце село за западные горы, окрасив небо кроваво-красным цветом, Макс закончил работу и спустился по винтовой лестнице к выходу. Башня Аметиста была древним сооружением, построенным ещё до Великой Чумы магии, которая три столетия назад едва не уничтожила весь континент Нордемир. Говорили, что в глубинах башни хранятся секреты, способные вернуть в мир магию в её прежней силе. Но Макс не верил легендам – он видел только реестры, каталоги и бесконечные тома с заклинаниями, которые больше никто не мог использовать.

У выхода его ждал незнакомец.

Мужчина стоял в тени колонны, укутанный в тёмный плащ с капюшоном. Макс не видел его лица, только руку – худую, с длинными пальцами, которые держали запечатанный свиток. Когда Макс попытался пройти мимо, незнакомец шагнул вперёд.

– Максимилиан, сын Теодора, – произнёс он низким голосом, который эхом отдавался от каменных стен. – Ты ищешь то, чего не можешь найти в этих стенах.

Макс остановился, сердце забилось быстрее. Никто не должен был знать его настоящее имя – в академии его записали просто как Макс, без отчества, без упоминания отца-лавочника, который умер от лихорадки, когда Максу было десять лет.

– Кто вы? – спросил он, инстинктивно отступая назад.

– Я тот, кто даёт шанс, – ответил незнакомец и протянул свиток. – Возьми. Внутри – карта к тому, что изменит твою жизнь. Но помни: каждый выбор имеет цену. И цена эта может быть выше, чем ты готов заплатить.

Макс смотрел на свиток, словно загипнотизированный. Печать на нём была непривычной – не королевская, не академическая, а какая-то древняя, с символами, которые он видел только в самых старых манускриптах. Его рука сама потянулась к свитку, пальцы коснулись грубой бумаги.

– Что это? – прошептал он.

– Путь к Кристаллу Вече, – ответил незнакомец. – Найди его, и ты получишь силу изменить не только свою судьбу, но и судьбу всего королевства. Не найди – и продолжай переписывать чужие слова, пока твои пальцы не согнутся от старости, а глаза не ослепнут от пыли.

Прежде чем Макс успел что-то сказать, незнакомец развернулся и растворился в сумерках, словно его и не было. Остался только свиток в руках Макса и ощущение, что его жизнь только что изменилась безвозвратно.

В своей каморке под крышей Макс дрожащими руками сломал печать и развернул свиток. Внутри была карта, нарисованная старинными чернилами, которые светились слабым голубым светом в темноте. Карта показывала путь из Мордрака на восток, через Плато Пепельных Ветров, к руинам древнего храма. Под картой было написано на архаичном диалекте: «Шабкара ждёт того, кто смел искать. Кристалл Вече хранит её последний вздох».

Макс знал легенду о Шабкаре – богине трансформаций, которая пала в битве богов триста лет назад. Говорили, что её храм был разрушен, а сама она обращена в пыль. Но если Кристалл Вече действительно существует, если он действительно содержит частицу её силы.

«Это безумие, – думал Макс, разглядывая карту. – Отправиться в руины, где, по слухам, бродят духи мёртвых жрецов и магические ловушки, способные разорвать человека на части. Это самоубийство».

Но он знал, что пойдёт. Потому что альтернатива – прожить остаток жизни в этой каморке, вдыхая пыль и переписывая чужие слова – была хуже любой смерти.

На следующее утро Макс не пришёл на работу. Он собрал свои скудные пожитки – запасную рубашку, кусок хлеба, флягу с водой, несколько медных монет – и вышел из Башни Аметиста навсегда. Город просыпался, улицы наполнялись торговцами, ремесленниками, попрошайками. Никто не обратил внимания на молодого человека с потёртым рюкзаком за плечами, который шёл к восточным воротам.

У ворот его остановил стражник – пожилой солдат с шрамом через всё лицо.

– Куда путь держишь, парень? – спросил он, оценивающе глядя на Макса.

– К родственникам, в деревню Олстед, – солгал Макс, назвав первую деревню, которая пришла в голову.

Стражник кивнул и пропустил его. Восточная дорога была пустынной – мало кто отправлялся в те края, где земля была выжжена магическими войнами прошлого. Макс шёл весь день, пока город не скрылся за горизонтом, а впереди не показалось Плато Пепельных Ветров.

Плато было мрачным местом. Голая земля, лишённая растительности, покрытая серым пеплом, который поднимался в воздух от каждого шага. Ветер свистел между скалами, создавая жуткие мелодии, похожие на плач мёртвых. Макс завернулся в плащ и продолжил путь, сверяясь с картой, которая всё ещё светилась мягким голубым светом.

К вечеру он увидел руины.

Храм Шабкары когда-то был величественным сооружением – об этом говорили остатки колонн, поднимавшихся к небу, словно пальцы гиганта. Но теперь это была только груда камней, поросшая чёрным мхом и обвитая странными растениями, которые светились в темноте зелёным светом. Макс почувствовал, как волосы на затылке встали дыбом – здесь всё ещё была магия, древняя и опасная.

Он вошёл в руины, осторожно ступая по разбитым плитам. Где-то в глубине храма находился алтарь, а в алтаре, если верить карте, был спрятан Кристалл Вече. Макс не знал, что его там ждёт, но с каждым шагом чувствовал, что путь назад отрезан. Он был на пороге чего-то великого и ужасного одновременно.

Глава 2. Воровка с пятном на душе.

Максимилиан не ожидал, что вернётся в Мордрак так скоро. Руины храма Шабкары встретили его пустотой и разочарованием – алтарь был разграблен задолго до его прихода, а единственное, что он нашёл, была выбитая на камне надпись на древнем языке: «Ищущий найдёт в сердце тьмы, где вода забывает своё имя».

Загадка. Проклятая загадка вместо кристалла.

Макс вернулся в столицу через три дня, голодный, измождённый и злой на весь мир. Карта привела его в никуда, а незнакомец в плаще исчез, словно его никогда не существовало. Но Макс не собирался сдаваться. Фраза «где вода забывает своё имя» не давала ему покоя. Он знал, что в Мордраке было место, подходящее под это описание – Мёртвое озеро, высохший водоём на окраине Низкого города, над которым возвышался древний монастырь.

Но прежде чем отправиться туда, ему нужна была информация. И в Мордраке был только один способ получить информацию, которую не найдёшь в книгах – спуститься в подземные таверны.

Вход в Подземелье находился в переулке за мясной лавкой, через люк, замаскированный под сточную решётку. Макс знал о его существовании ещё со времён академии – студенты иногда спускались туда, чтобы купить запрещённые ингредиенты для алхимических экспериментов или списать экзаменационные задания у более опытных магов. Но сам Макс никогда не решался – Подземелье было территорией воров, наёмников и тех, кого искала королевская стража.

Сейчас у него не было выбора.

Он спустился по ржавой лестнице в темноту, освещая путь небольшим магическим огоньком, который научился создавать в академии. Воздух становился влажным и затхлым, от стен пахло плесенью и чем-то острым – возможно, алхимическими реагентами. Через несколько минут Макс оказался в просторном подземном зале, вырубленном прямо в скале.

Таверна «Последний вздох» была заполнена до отказа. За деревянными столами сидели люди самых разных мастей – от карманных воришек в лохмотьях до закованных в кожаные доспехи наёмников. В углу группа мужчин играла в кости, ставя на кон золотые монеты, которых Макс не видел в своей жизни и десятой части. У стойки бармен, огромный детина со шрамом вместо левого глаза, наливал мутную жидкость, которая, по слухам, содержала больше яда, чем алкоголя.

Макс подошёл к стойке, стараясь выглядеть увереннее, чем чувствовал себя.

– Мне нужна информация, – сказал он тихо, чтобы не привлекать внимания.

Бармен посмотрел на него с откровенным презрением.

– Информация стоит денег, мальчик. А у тебя вид человека, у которого в кармане медяки, а не золото.

– У меня есть это, – Макс достал карту и положил её на стойку, прикрыв рукой, чтобы никто не видел.

Бармен глянул мельком и усмехнулся.

– Карта к Кристаллу Вече? Ты не первый дурак, который сюда с ней приходит. И наверняка не последний.

Сердце Макса упало.

– Кто-то ещё ищет кристалл?

– Не просто кто-то. Лиара Теневая рука. Лучшая воровка в Мордраке. Она охотится за этим проклятым камнем уже полгода. – Бармен кивнул в сторону тёмного угла таверны. – Вон она, в капюшоне. Если хочешь информации, иди к ней. Только осторожнее – она не любит конкурентов.

Макс повернулся и увидел фигуру в тёмно-зелёном плаще, сидящую за угловым столом. Капюшон скрывал лицо, но он мог разглядеть стройные руки, перебирающие что-то на столе – возможно, карты или инструменты воровского ремесла.

Он подошёл, прежде чем успел передумать.

– Лиара? – спросил он, стараясь, чтобы голос не дрожал.

Фигура замерла, потом медленно подняла голову. Из-под капюшона показалось лицо молодой женщины лет двадцати шести, с острыми чертами, тёмными глазами цвета полированного обсидиана и шрамом через правую бровь. Красивая, опасная, с тем выражением лица, которое говорило: «Один неверный шаг – и ты мертвец».

– Кто спрашивает? – её голос был низким, с лёгкой хрипотцой.

– Максимилиан. Я ищу Кристалл Вече.

На секунду в глазах Лиары вспыхнуло что-то – удивление? Злость? – но она быстро взяла себя в руки.

– Как оригинально. Ещё один искатель приключений. – Она откинулась на спинку стула. – Позволь угадать: кто-то дал тебе карту, ты сходил к руинам храма Шабкары, нашёл там загадку и теперь думаешь, что ты особенный?

Макс почувствовал, как краска заливает лицо.

– Ты ты тоже была там?

– Была. Три месяца назад. – Лиара достала из-под плаща точно такую же карту, как у Макса. – Кто-то раздаёт эти штуки направо и налево. Вопрос: зачем? Что за игру ведёт незнакомец в капюшоне?

– Ты видела его?

– Видела. Высокий, худой, голос как скрежет металла по камню. Не показал лица. – Она наклонилась вперёд. – Слушай, Максимилиан, я не знаю, кто ты и зачем тебе кристалл, но я работаю одна. Всегда работала одна. Так что убирайся, пока я не передумала быть вежливой.

– Я знаю, где искать, – выпалил Макс, прежде чем успел обдумать слова. – «Где вода забывает своё имя». Мёртвое озеро. Монастырь Моргаса.

Лиара застыла. Её глаза сузились.

– Откуда ты это знаешь?

– Я архивариус. Работал в Башне Аметиста. Изучал древние тексты. – Макс чувствовал, что нащупал нужную нить. – Мёртвое озеро раньше называлось Зеркало Душ. Но триста лет назад, после Великой Чумы магии, вода в нём испарилась. Люди забыли старое название. Вода забыла своё имя.

Лиара молчала долгую минуту, изучая его лицом.

– Умный мальчик, – наконец сказала она. – Но ум не заменит навыков. Монастырь Моргаса – это не библиотека. Там культисты, ловушки, магические печати. Ты не протянешь и пяти минут.

– А с тобой – протяну?

Она усмехнулась, но в усмешке не было тепла.

– Самоуверенность – первый шаг к могиле. Но мне нужен кто-то, кто разбирается в древних текстах. В монастыре полно записей, которые я не могу прочитать. – Она протянула руку. – Сделка: мы идём вместе, находим кристалл и делим его силу пополам. Но прежде ты расскажешь мне, кто на самом деле дал тебе карту.

Макс пожал её руку. Пальцы Лиары были холодными и сильными, с мозолями от рукояти клинка.

– Не знаю, кто он. Он ждал меня у выхода из Башни, отдал карту и исчез.

– Значит, мы оба марионетки в чьей-то игре, – пробормотала Лиара. – Прекрасно. Обожаю, когда меня используют.

Она встала, откинув капюшон. Тёмные волосы были коротко острижены, почти по-мужски. На шее виднелась татуировка – змея, кусающая свой хвост.

– Когда отправляемся? – спросил Макс.

– Завтра на рассвете. Монастырь охраняется днём, но утром стража сменяется, есть окно в полчаса. – Лиара достала из кармана маленький кинжал и начала играть им, вращая между пальцами. – Но сначала тебе нужно доказать, что ты не обуза. Если не можешь защитить себя, то дорога закрыта.

– Как мне доказать?

Лиара улыбнулась, и в этой улыбке было что-то хищное.

– Драка. Здесь и сейчас. Если продержишься хотя бы минуту, берём тебя с собой.

Прежде чем Макс успел возразить, она бросилась вперёд. Кинжал сверкнул в воздухе, целясь в его горло. Макс отшатнулся, чудом избежав удара, и почувствовал, как из глубины его существа поднимается что-то горячее и яркое – магия.

Он не думал, не планировал – действовал инстинктивно. Его рука вспыхнула голубым светом, и из неё вырвалась волна силы, которая отбросила Лиару назад. Она перекатилась через плечо, встала на ноги и посмотрела на Макса с новым уважением.

– Так ты маг, – сказала она, пряча кинжал. – Почему сразу не сказал?

– Я я не знал, что могу так, – признался Макс, глядя на свои руки, которые всё ещё светились слабым голубым светом.

– Интересно становится. – Лиара подошла и похлопала его по плечу. – Ладно, архивариус. Ты в деле. Но если подведёшь меня в монастыре, я лично прикончу тебя. Договорились?

– Договорились, – выдохнул Макс, всё ещё не веря в то, что произошло.

Они покинули таверну вместе, и Макс почувствовал странную смесь страха и волнения. Лиара была опасной, непредсказуемой, но в ней было что-то, что внушало доверие. Возможно, это была решимость в её глазах, или шрам на лице, говоривший о пережитых испытаниях. Возможно, просто отчаяние, которое они оба чувствовали.

В ту ночь Макс не спал, думая о том, что ждёт его в монастыре Моргаса. Он не знал, что Лиара тоже не спала, сидя на крыше своего убежища и глядя на звёзды. В её руках была старая медальон с выцветшей фотографией – мужчина и женщина, улыбающиеся в камеру. Её родители, убитые культистами двенадцать лет назад.

«Скоро, – шептала она в темноту. – Скоро я отомщу за вас».

Глава 3. Пророчество в камне.

Рассвет застал Максимилиана у восточных ворот города, где они договорились встретиться с Лиарой. Он почти не спал этой ночью, прокручивая в голове события прошлого дня. Магия, вспыхнувшая в его руках, всё ещё пугала его. В академии Метариев он изучал теорию магии, но никогда не демонстрировал практических способностей. Преподаватели говорили, что у него нет таланта, что он годится только для переписывания текстов. А теперь оказалось, что внутри него дремала сила, о которой он даже не подозревал.

Лиара появилась из утреннего тумана как призрак – бесшумная, собранная, готовая к действию. На ней была тёмная кожаная куртка, усеянная множеством карманов и ремней, за спиной висел длинный клинок в потёртых ножнах. Она окинула Макса оценивающим взглядом.

– Не передумал? – спросила она.

– Нет, – ответил Макс твёрже, чем чувствовал себя.

– Хорошо. Потому что нам нужна ещё одна остановка, прежде чем идти в монастырь. – Лиара повернулась и направилась не к выходу из города, а вглубь, к западным кварталам. – Есть человек, которого я хочу, чтобы ты встретил.

Они шли через пробуждающийся город молча. Мордрак оживал постепенно – сначала открывались пекарни, наполняя воздух запахом свежего хлеба, потом выходили торговцы, раскладывая товар на лотках, затем улицы заполнялись рабочими, спешащими на мануфактуры и верфи. Макс заметил, что Лиара избегала главных улиц, предпочитая узкие переулки и закоулки, словно привыкла двигаться в тени.

Они добрались до самой западной окраины Низкого города, где начинались трущобы. Здания здесь были ветхими, покосившимися, некоторые выглядели так, будто могут рухнуть от сильного ветра. В этом районе жили самые бедные – те, кому не хватало даже на жалкую комнату в центре. Макс никогда не бывал здесь, и зрелище потрясло его. Дети в лохмотьях играли в грязи, старики сидели на пороге своих лачуг с пустыми глазами, женщины стирали бельё в мутной воде сточных канав.

– Куда мы идём? – спросил Макс тихо.

– К единственному человеку в этом городе, который знает о Кристалле Вече больше, чем все библиотеки вместе взятые, – ответила Лиара и остановилась перед небольшой каменной постройкой, которая выделялась среди деревянных лачуг.

Дом был странным – без окон, с тяжёлой металлической дверью, покрытой рунами, которые Макс не мог прочесть. От двери исходило слабое магическое свечение, защитные чары.

Лиара постучала особым образом – три быстрых удара, пауза, два медленных. Несколько секунд тишины, потом раздался скрежет засовов, и дверь приоткрылась. В щели показалось лицо старика – изборождённое морщинами, с длинной седой бородой и глазами цвета льда, такими проницательными, что Макс почувствовал, как под этим взглядом он становится прозрачным.

– Лиара, – произнёс старик хриплым голосом. – Не ожидал увидеть тебя так скоро. Твоя последняя попытка найти кристалл провалилась, как я и предсказывал.

– Я не сдаюсь так легко, Ксенофон, – ответила Лиара. – У меня появился новый союзник. Архивариус из Башни Аметиста. И у него есть та же карта, что и у меня.

Глаза старика переместились на Макса, и тот почувствовал, как холод пробежал по позвоночнику. Ксенофон изучал его долгим, тяжёлым взглядом, словно читал его душу.

– Входите, – наконец сказал он и отступил.

Внутри дом оказался намного просторнее, чем казалось снаружи. Стены были заставлены стеллажами с книгами, пробирками, колбами и странными предметами, которые Макс не мог идентифицировать. В центре комнаты стоял массивный деревянный стол, заваленный рукописями и алхимическими инструментами. Воздух был насыщен запахами трав, металла и чего-то сладковато-горького, что щекотало ноздри.

Ксенофон закрыл дверь и обернулся к ним. Он был высоким, несмотря на возраст – шестьдесят семь лет, как узнал позже Макс – и держался прямо, хотя опирался на посох из чёрного дерева, украшенный серебряными рунами.

– Значит, ещё один искатель Кристалла Вече, – проговорил Ксенофон, садясь в кресло у стола. – Покажи мне карту, юноша.

Макс достал свиток и развернул его на столе. Голубое свечение карты стало ярче в присутствии стольких магических артефактов. Ксенофон склонился над картой, его пальцы – длинные, костлявые, со следами химических ожогов – скользили по пергаменту.

– Да, – прошептал он. – Это подлинная карта Хранителей. Я думал, все они были уничтожены триста лет назад, после падения богов. Кто дал тебе её?

– Незнакомец в капюшоне, – ответил Макс. – Я не видел его лица.

Ксенофон кивнул, словно это объясняло всё.

– Значит, игра началась. – Он поднялся и начал ходить по комнате, опираясь на посох. – Слушай внимательно, мальчик, потому что то, что я скажу, может спасти твою жизнь. Или, наоборот, обречь тебя на судьбу худшую смерти.

Макс и Лиара переглянулись, затем вернули взгляд на старика.

– Кристалл Вече – это не просто магический артефакт, – начал Ксенофон. – Это фрагмент божественной сущности, часть богини Шабкары, которая была расчленена в битве богов. Когда боги пали, их силы были заточены в семи кристаллах, разбросанных по всему континенту Нордемир. Кристалл Вече – один из них.

Он остановился у полки и достал древний том, пожелтевший от времени, с обложкой из потрескавшейся кожи. Открыл его на странице, испещрённой рисунками и древними письменами.

– Но кристаллы были прокляты, – продолжал Ксенофон. – Те, кто создавал их, знали, что такая сила не должна доставаться смертным без цены. Каждый, кто возьмёт Кристалл Вече, получит огромную магическую силу – способность видеть потоки магии, управлять стихиями, исцелять раны и даже воскрешать мёртвых. Но взамен.

Он замолчал, и тишина повисла в воздухе, тяжёлая и зловещая.

– Взамен что? – не выдержал Макс.

– Взамен ты будешь видеть смерть каждого, кого полюбишь, – тихо произнёс Ксенофон. – Не просто предчувствовать. Видеть. В подробностях. В момент, когда ты привяжешься к человеку, когда твоё сердце откроется ему, ты увидишь его последние мгновения. Как он умрёт, где, когда, от чьей руки. И ты не сможешь это предотвратить, как бы ни старался. Судьба неизменна для проклятых.

Макс почувствовал, как внутри него что-то сжалось. Лиара побледнела.

– Это это правда? – спросила она хрипло.

– Абсолютная правда, – кивнул Ксенофон. – Я изучал кристаллы пятьдесят лет. Видел трёх человек, которые держали их. Все трое сошли с ума от того, что видели. Двое покончили с собой. Третий стал отшельником, отказался от всех связей с людьми, чтобы не видеть больше смертей.

– Тогда зачем нам искать его? – спросил Макс, голос дрожал. – Если цена настолько ужасна?

Ксенофон повернулся к нему, и в его глазах горел странный огонь – не безумие, а решимость человека, который знает нечто, чего не знают другие.

– Потому что культ Моргаса уже нашёл пять из семи кристаллов, – сказал он медленно, отчеканивая каждое слово. – И если они соберут все семь, они откроют врата между мирами. Моргас, древнее божество хаоса и разрушения, сможет войти в наш мир. И тогда не останется ни королевств, ни людей, ни надежды. Только пепел и тьма.

Комната словно стала холоднее. Макс услышал, как Лиара глубоко вдохнула рядом с ним.

– Пять из семи, – повторила она. – Значит, осталось два.

– Кристалл Вече и Камень Вечности, – подтвердил Ксенофон. – Камень находится на севере, в Ледяных пустошах, в месте, куда не ступала нога человека триста лет. Но Кристалл Вече здесь, в Аквилее. В монастыре Моргаса, под охраной самого кардинала Вексиса.

– Кардинал Вексис, – прошептала Лиара, и в её голосе прозвучала такая ненависть, что Макс невольно отступил. – Тот, кто убил моих родителей.

Ксенофон посмотрел на неё с сочувствием.

– Я знаю твою историю, девочка. Знаю, почему ты ищешь кристалл. Месть – это сильный мотив. Но она слепит. Делает неосторожным. – Он вернулся к столу и положил руку на карту. – Если вы действительно хотите найти Кристалл Вече, вам нужен проводник. Кто-то, кто знает монастырь изнутри, кто понимает магические защиты культа.

– И где нам найти такого? – спросил Макс.

Ксенофон усмехнулся, и в этой усмешке было что-то печальное.

– Передо мной. Потому что тридцать лет назад я был членом культа Моргаса. Одним из высших жрецов, доверенным лицом самого Вексиса.

Лиара вскочила, выхватив кинжал.

– Ты культист! – прорычала она.

– Был, – спокойно поправил Ксенофон, не двигаясь с места. – Был, пока не понял, во что верю на самом деле. Пока не увидел то, что культ хочет принести в этот мир. – Его голос стал жёстче. – Я провёл последние тридцать лет, пытаясь остановить то, что помог создать. Искупая свою вину. И теперь, когда культ так близко к своей цели, я не могу стоять в стороне.