День читателя

Всех этих людей Диана все же смутно вспомнила. Маму Ани знала хорошо. Еще в детстве они с Димом бегали после школы к подружке домой перекусить, чтобы потом вместе делать уроки или гулять. Отчима помнила хуже. Просто знала, что Анин папа умер, когда дочери было пять лет. Тогда Катя пошла в первый класс, а Ромке было всего полтора года. Вроде бы, Аня отчима любила и уважала. Часто о нем говорила. Младших детей этой семьи Диана если и видела, то мельком и совсем малышами. Сейчас точно не смогла бы узнать. Одно верно, для Ани они были самыми близкими людьми. Семья для подруги значила очень многое. Это Диана слышала от одноклассницы не раз. Единственная тема, на которую Аня никогда бы не стала иронизировать.

Коттеджный поселок прятался за высоченным забором, на территорию их автомобиль впустили, подняв шлагбаум на въезде, и только после того, как связались с кем-то из родных Ани.

– Серьезно все, – несколько оторопело признала Диана.

– Не то слово! – подхватила Лиза. – Тут охрана суровая. Мы когда готовили сбор одноклассников, весь вечер у Ани шарики надували. Сами. И нам со Светкой их надо было в зал отвезти. Так на выезде дядька в форме, чуть ли не каждый шарик сам лично проверил. Спасибо, что не обнюхал. И не мог поверить, что мы вывозим все это с разрешения хозяев. Хорошо, за нами следом Георгий выезжал, его знают на вахте. Он нас спас.

– А это кто? – не поняла писательница.

– Первый Анин муж, – послушно объяснила подруга. – Они дружат. Ой… Дружили…

Так искусственно поддерживаемая иллюзия хорошего настроения сдулась совсем. Как раз у границы участка Аниного дома. Подруги вышли из автомобиля, через калитку прошли на территорию. Диана старалась незаметно оглядеться. Тут все было шикарно. И газончики ровненько стриженные. И кустики фигурно обрезанные. Клумбы роскошные. Им с Димом такого великолепия за десяток лет не сотворить. Да и руки у них с другом явно не из того места растут такую красоту навести.

– Это Ромка садовод-любитель, – по ходу пояснила Лиза.

Они дошли до дома. Диана решила, правильнее было бы сказать – до особняка. Высокое трехэтажное здание, с большими окнами, выкрашенное в идеально белый цвет, и даже пара массивных колонн у входа, а над ними скромный треугольный портик.

– Анькин размах, – усмехнулась Диана.

– Ее Тара, – тихо ответила Лиза.

Писательница почувствовала, как в горле тут же образовался неприятный ком, часто заморгала, прогоняя навернувшиеся слезы. Аня обожала «Унесенные ветром».

Их пустила внутрь молодая девушка с заплаканным лицом. Лиза мило с ней поздоровалась, выразила соболезнования. Похоже, это была самая младшая из сестер. Как раз Таня. Диана точно ее не помнила, но старалась быть вежливой и участливой. Хотя, девушке явно от этого легче не стало. Таня провела гостей в комнату, которую назвала кабинетом. Писательница про себя окрестила это место библиотекой. Да, пусть тут был массивный рабочий стол, такое же «президентское» кресло, но главное, все заполняли полки с книгами. Писательница снова поняла, что готова расплакаться, когда увидела полную подборку своих романов. Аня реально читала все!

А потом еще хуже. Рядком в шкафу выстроились знакомые тома. Тут была Джейн Остин, сестры Бронте, Анна и Серж Галон, потом шли несколько фэнтези-романов в ярких глянцевых обложках: Кук, Желязны, Нортон, все то, чем они зачитывались в школе! А над столом, буквально так, чтобы оказалось всегда под рукой, стояло подарочное издание все того же романа Маргарет Митчел. Рядом в старомодной рамочке что-то вроде открытки. Кадр из фильма, где игравшая Скарлетт, Вивьен Ли, стоит на разоренных грядках с засохшей редиской, и сжимая кулак произносит знаменитую клятву, что ее семья никогда не будет голодать.

Воспоминание было таким ярким. Тогда в школе, где-то класс шестой, все девчонки уже прочитали этот роман. У них был свой «книжный клуб», лидировали в нем как раз Диана и Аня. Они первыми находили новый шедевр, а потом уже мода распространялась на остальных. В этот раз именно Анька открыла для себя «Унесенных ветром», Диана успела осилить только первые пару глав, а подружка даже и фильм посмотрела. Конечно, делилась впечатлениями.

– Такая сцена! Когда она стоит там, и произносит эти слова!

Аня тогда говорила на удивление серьезно, без своих обычных ироничных комментариев, даже взволнованно.

– Это же вообще то, радо чего стоит жить!

Диана хотела ее подколоть, заметить что-то такое, но не нашла слов. Для Ани семья на самом деле была самым важным в жизни.

Тогда, и похоже, осталось так на всю жизнь. Писательница чуть погладила корешок книги, было ощущение, что она мысленно обращается к погибшей подруге. Странное грустное, но светлое чувство. Диана хотела уже перейти к другому шкафу, посмотреть, что есть там, когда услышала звук шагов. На пороге появилась женщина.

Высокая, стройная, элегантная, с копной коротко стриженных светлых волос. Диана вздрогнула. Она так была похожа на Аню! Те же черты лица, такой же открытый прямой взгляд. Те же манеры, немного царственные, плавные, но при этом решительные. Только трость, дорогая, тяжелая, в правой руке. Ане такой аксессуар никогда не был нужен.

– Катя? – уточнила опасливо писательница.

Женщина кивнула, попыталась улыбнуться, но получилось жалко и натянуто.

– Привет, – произнесла она, подходя ближе. И тут же добавила, прочтя все по лицам гостей. – Пожалуйста, только не плачьте. Я сама, каждый раз, когда смотрю в зеркало, глаза на мокром месте.

Диана только кивнула. Сестры были удивительно похожи. Только сейчас, когда Катя стояла близко, стали заметны мелкие черточки различий. Чуть длиннее волосы и другая прическа, оттенок темнее, чем у Ани, да и лицо чуть более худое, кажется, старшая сестра чуть выше и худее.

Лиза уже поднялась со своего места, обнимала женщину, шепнула слова соболезнований. Диана просто протянула руку для приветствия. Она вообще не была поклонницей объятий. Тем более в такой ситуации.

– Спасибо, что пришла, – произнесла Катя. – Я знаю, что ты не настоящий детектив, ты их только пишешь. Но мне кажется, у тебя получится найти того, кто это сделал.

– В таких случаях, – ответила суховато писательница. – Говорят «я постараюсь». Но стараться, это пытаться сделать то, что не можешь. Так неправильно. Но и пообещать найти убийцу я не могу. Просто делаю, что получится.

– Так даже лучше, – согласилась серьезно Кат и тоже присела напротив подруг. – Хотя, честно, я уже сутки голову ломаю. Все думаю, кто. И ничего не получается. Анин характер мы все знаем, но настоящих-то врагов у нее не было. Да и причин убивать ее, тоже как-то нет.

– Это называется мотив, – напомнила Диана. – А он вещь такая, не очевидная. Мало ли что, какая мелочь кому не понравилась, что-то еще накапало, и вот. Тут сразу не разберешь.

– Да откуда капать-то? – возразила Катя. – Если так посмотреть, у Ани и круг общения был небольшой вообще-то. По работе она почти ни с кем не общалась. Ну, партнеры там, да, сотрудники. И все. А так, только семья, да, наверное, еще вы.

Диана опять испытала приступ вины. Аня считала их друзьями, но как мало времени они провели вместе! Как мало они знали о ней!

– Но даже по работе могли быть какие-то конфликты, – предположила Лиза. – Конкуренты или обиженные уволенные.

– У нас крохотное консалтинговое агентство, – ответила сестра погибшей. – Два юриста, два бухгалтера, пять человек в отделе продаж и один пиар-менеджер. И то, большей частью с ними общаюсь я, как исполнительный директор, или Таня, наш финансовый директор. Аня занималась крупными клиентами. Да честно, все вообще держалось только на ее связях.

– Это уже опасная тема, – деловито заметила Диана. – Важные клиенты, большие деньги, там легко может скрываться мотив. За деньги вообще убивают чаще, чем за все остальное.

– Да эти самые большие деньги у них, а не у нас, – возразила Катя.

Писательница еще раз окинула взглядом богато обставленную комнату, да вообще, весь этот особняк говорил об обратном. Катя лишь усмехнулась, прекрасно понимая, каким будет следующий вопрос.

– Со стороны это может выглядеть некрасиво и цинично, – признала она. – Но на самом деле Ане просто очень везло на хороших людей. Эти браки, не сделка, хотя в результате мы и получили такие отступные, что смогли построить этот дом. И наш бизнес живет до сих пор на рекомендациях от Аниных мужей. Но изначально всегда было другое. Аня влюбчивая. И они ее любили. Ее мужья, и второй, и третий. Даже когда влюбленность проходила, оставались хорошие партнерские отношения, взаимное уважение и дружба. Заодно, да, еще и бизнес. Но такие отношения важнее, чем дом!

– И все же Аня с ними разводилась, – напомнила Диана.

– Потому что опять влюблялась, – грустно улыбнулась Катя.

– Так у нее есть новый поклонник? – предположила писательница. У нее язык не поворачивался говорить о подруге в прошедшем времени.

– Да, – подтвердила сестра покойной, но тут же с сожалением добавила. – Но я его не знаю. Просто было видно. Аня ходила такая… Светилась вся, мечтательная стала, иногда даже рассеянная, и улыбалась. Только пока ничего не говорила. Может, на этот раз мог бы быть просто брак. Без бизнеса.

– Как и самый первый? – Диана помнила, что подруга была замужем трижды.

Катя кивнула, стала очень серьезной, на ее лице появилось новое, почти нежное выражение.

– Георгий, это близкий Ане человек, – произнесла она как-то очень весомо, с чувством. – Нам всем близкий. Такое на самом деле бывает только в книжках. Он настоящий рыцарь на белом коне. То, что он сделал для Ани, для Вовки, стоит многого.

Лиза и Диана одинаково недоуменно нахмурились. Подруги знали, что у погибшей есть сын Владимир. Но обе никогда не видели мальчика , считали, что это ребенок от первого Аниного брака. Сейчас из слов Кати начало казаться, что это не совсем так.

– Да, как говорится, Аня этого не афишировала, – признала сестра погибшей. – Вообще, никогда об этом не говорила даже с нами, с семьей. Чей Вовка сын, никому из нас неизвестно. Хотя, может быть, как раз Гоша это знает. Только не спрашивайте, все равно не скажет. Аня хотела сохранить это в тайне, и это ее право. Он тоже ее не выдаст. Вы же знаете, какая она была гордая? Тот мужчина был ее ошибкой. Потому Аня предпочитала не помнить о его существовании. Точнее, для нее он просто прекратил существовать.

Новость несколько выбила из колеи. Диана подумала, что эта якобы ошибка для нее ничего не меняет, никак не влияет на отношение к Ане. Писательница просто не считала наивную первую несчастную любовь и доверчивость ошибкой.

– У нее есть Вовка, – произнесла Лиза с такой же убежденностью. – Так что никаких ошибок не было.

Катя только благодарно улыбнулась.

– Я тоже так думаю, – сказала она. – И опять же, сестра это пережила, пошла дальше. Она не сломалась, осталась собой.

– Все такой же яркой, сильной и лучшей из всех, – поддержала Диана. – Тем более, как я поняла, у нее еще и был человек, который ей помог.

– Да! – сестра покойной уверенно закивала. – Аня тогда только поступила в университет. Буквально, шел первый курс, и где-то в октябре стало понятно, что она беременна. Она пришла домой и вывалила эту новость, а заодно и тот факт, что отца у ребенка не будет.