Чего хотят призраки

1

Призраков боятся все – и это правда. Но, как и любой страх, его можно пересилить. Это тоже правда. Ксюша повторяла про себя эту формулу, почти, как молитву. Только слова слабо помогали. Потому что было непонятно, как пересилить этот страх. А еще, они пока не нашли призрака, а Ксюше уже было страшно.

Стояла ночь. Такая, какую обычно показывают в голливудских фильмах ужаса. Огромная Луна в абсолютно черном небе. На землю льется ее холодный, какой-то чужой и неестественный свет. А кругом в февральском стылом воздухе висит тишина. И даже снег, всегда такой желанный, белоснежный и мягкий, кажется неправильным. Он только подчеркивает неестественную тишину и какую-то странную статичность. Будто само время замерло.

Именно в такие часы выползают наружу все детские страхи. И давят, нервируют, путают мысли. Этот застывший мир кажется неживым, будто и не настоящий вовсе, будто это лишь декорации к какой-то страшной сказке.

Особенно это ощущается, когда стоишь на пустынной, давно нехоженой дороге у входа в заброшенное здание. Когда-то, давно, тут жили люди, тут был чей-то дом. А теперь…Когда живые покинули его, он стал чужим, бездушным и пугающим, как пугают тела, покинутые душой. Разум отказывается принимать это, как неверное, чуждое. И вот эта бездушная громадина давит своими облупившимися стенами, сорванными с петель дверями, пустыми провалами окон. Он, этот дом, будто злой разум, будто зверь, наблюдает за своей добычей – четырьмя живыми людьми, стоящими возле него. Он ждет их, затаившись в тишине и неподвижности этой жуткой ночи. Чтобы поглотить…

Ксюша чуть поежилась, постаралась прогнать эти нездоровые мысли. Посмотрела на своих спутников.

– Похоже, мы не слишком готовы к своей первой охоте, – с каким-то упреком в голосе заметила всем Полина. – Никто из нас не удосужился уточнить, где именно в этом доме мы можем найти призрака.

– Я не думаю, что это так страшно, – отозвался Митька и чуть нервно усмехнулся, понимая, что слово «страшно» лучше было не упоминать. Ситуация не та. – Давайте просто обыщем здание.

Молодой человек не мог стоять на месте спокойно, толи от расшалившихся нервов, толи просто в ожидании приключения, он чуть ли не приплясывал.

– Вообще, – вступил в разговор Стас. – Мы, конечно, погорячились. Надо было первую вылазку совершить днем. Осмотреть место, а уж потом…

Он не договорил и пожал плечами. Стас тоже нервничал, хотя и старался этого не показать. Он стоял ближе всех ко входу, и даже разговаривая с остальными, продолжал смотреть туда – внутрь этого жуткого здания.

– Конечно, можно сейчас разъехаться по домам, – Ксюша сама удивилась, что ее голос не дрожит. – Завтра все исследовать, потом еще что-то уточнить, а потом еще и еще… Давайте уж просто войдем и все осмотрим. Наверное, хватит тянуть время.

Тон у нее был решительный, хотя сама она в ту минуту думала совсем о другом. Она мечтала закончить это дело и больше никогда, ни при каких обстоятельствах, ни днем, ни ночью сюда не возвращаться.

– Хорошо, сестренка, – Стас все же оторвал взгляд от двери, посмотрел на девушку. – Беру на себя первый этаж, левую сторону. Полина, как насчет второго этажа?

– Первый, направо, – резко отозвалась вторая девушка и быстро, буквально в два шага, пересекла небольшое расстояние до двери.

Ксюша нервно сглотнула, видя, как подруга исчезает внутри.

– Я за ней, – тут же засуетился Митька. – Проверю второй этаж. Направо.

Стас удовлетворенно кивнул, провожая приятеля взглядом.

Ксюша выдавила нервную улыбку.

– Ты это специально устроил, да? – спросила она.

Стас в этой компании был ей ближе остальных. Когда они только познакомились, это молодой человек смущал девушку своей слишком привлекательной внешностью. Но когда она убедилась, что в парне нет даже намека на надменность, что он серьезный, добрый и ответственный, они быстро сдружились.

– Конечно специально, – Стас впервые за весь вечер улыбнулся почти весело. – Ты же знаешь Полинку. Все и всегда должно быть под ее контролем. Все правильно и четко. За нее я, конечно, тоже волнуюсь, но чуть меньше, чем за Митьку.

– Полина не запаникует, – согласилась с ним Ксюша.

Митька был самым младшим из них. Парнишке только недавно исполнилось двадцать три. И все остальные члены команды аккуратно его опекали. К тому же Митька был всегда задорным, каким-то по-детски откровенным и по-настоящему милым.

– Ладно. Наша сторона левая. Ты наверх… – Стас вдруг протянул руку и чуть сжал Ксюшино плечо. – Я тоже боюсь, Ксю. Но мы справимся, да?

Она кивнула и чуть замешкалась, глядя, как последний из ее друзей уходит внутрь страшного дома. Наконец, глубоко вздохнув, как перед прыжком в воду, девушка тоже шагнула вперед.

Здание было двухэтажным, каким-то приземистым, но длинным. Из небольшого холла, точнее, обычного подъезда, лестница сразу вела наверх, и только перед самым началом ступеней виднелись два прохода в крылья нижнего этажа. Ксюша старалась не смотреть ни в одну из сторон, вдоль этих длинных темных коридоров. Она сразу стала подниматься по лестнице, нащупывая в кармане куртки небольшой фонарик.

Неожиданный жест поддержки со стороны Стаса немного отвлек ее. Они вчетвером были просто друзьями, и этот молодой человек всегда старался держать дистанцию с Ксюшей и Полиной, чтобы не возникло недопонимания, каких-то неправильных романтических домыслов. Он любил их поддразнивать, всегда готов был помочь, часто называл их «сестренками», но старался даже случайно не касаться их. И этот жест, вот сейчас, в эту трудную для Ксюши минуту, был для нее важен. Потому что Стас был хорошим другом. …

Но этих мыслей хватило ненадолго. Страх все равно пробивался через хрупкую, искусственно созданную иллюзорную стену позитива. Слишком тихо кругом, слишком давят эти обшарпанные, чужие нежилые стены. Слишком страшно падает лунный свет через эти провалы окон. Все это давит. Угнетает. Душит. Каждый шаг по грязному полу звучит неестественно громко, хотя Ксюша старалась ступать очень осторожно. Слишком быстро и громко стучит сердце. И эта тишина вокруг отдается гулом в ушах.

Ксюша на миг остановилась напротив одного из дверных проемов, который когда-то вел в чью-то квартиру. Заставила себя пару раз глубоко вздохнуть, перехватила фонарик в другую руку, а вспотевшую ладонь просто вытерла об джинсы. Это не фильм ужасов. Никто и ничто не выпрыгнет на нее из темноты. Нет здесь живых. А мертвые… Девушка чудом сдержалась, чтобы не всхлипнуть. Призрак…

Они пришли сюда ради того, чтобы увидеть привидение. Пока они всей командой просто рассуждали об этом, пока изучали историю умершего здесь много лет назад человека, пока строили теории о том, почему не все души после смерти покидают землю… – это все было только игрой. А вот теперь игры закончились. Все боятся призраков. И это факт. И Ксюша понятия не имела, как преодолеть этот страх. И можно ли вообще такое преодолеть. Мир принадлежит живым. Люди – они живые, теплые. Пусть они бывают злыми, даже безумными. Но они дышат, ходят, говорят. А призраки… Это нечто, чему в этом мире просто не может быть места, не должно быть места. Хотя они все-таки существуют.

На миг Ксюшу посетила просто ужасающая мысль – чем дольше она остается на одном месте, тем становится уязвимее. Она тут одна. И никто не успеет ей на помощь, если призрак вдруг налетит на нее здесь… Дыхание перехватило, резко ослабели колени. Ксюше даже показалось, что волосы на затылке зашевелились под шапкой. И она резко двинулась вперед, почти побежала.

Девушка заставила себя не слушать собственные мысли. Она полностью сосредоточилась на простом, почти не страшном деле. Три шага вперед, осветить дорогу, обыскать помещения, которые хорошо просматриваются из коридора, потом сделать следующие три шага. И конечно, она старалась не обращать внимания на темные полосы на полу, раскинувшиеся между лужами лунного света, попадавшего в коридор через окна бывших комнат, на эти похожие на ловушки полосы. На эти стены, старые, потрескавшиеся, на которых даже не было простейших матных граффити. Потому что сюда даже самые отчаянные подростки не решаются заходить. Не хотела она обращать внимание на плиты пола, где не было даже обычного бытового мусора. Только редкие сухие ветки, когда-то занесенные сюда ветром. Когда до конца коридора оставалось всего две комнаты, фонарик почему-то стал тускнуть.

Ксюша остановилась, как раз в очередной полосе лунного света. Все-таки хоть какой-то, носвет. Она несколько раз включила и вновь выключила небольшой аппарат. Ситуация не радовала. Фонарик мерцал. Стоило его направить вдоль коридора, как луч становился ярче. Но как только Ксюша светила на соседнюю стену, свет фонарика тускнел… Ксюша опять выключила аппарат. Потерла руки, явно совсем заледеневшие. Она даже не заметила за своими переживаниями, как здесь холодно. И одиноко…

Слишком тоскливо. Нет никого. Наверное, не только здесь. Кажется, во всем мире нет ни одной живой души. И это так больно…Ведь нет ничего страшнее, чем остаться совсем одному. Когда даже слова сказать некому. Некого любить, некого ждать. И даже если крикнешь, даже эхо не отзовется. Тяжело. Кругом темнота, темнота внутри, темнота выжигающая все, жизнь, дыхание, чувства…И боль, бесконечная боль, от которой хочется выть. Но ведь никто не услышит…

– Ксюша? – тихий шепот чуть не заставил девушку заорать. Она вздрогнула всем телом и шарахнулась к стене, прикрывая голову, будто боялась удара.

– Ксю, это я, – повторил тот же мягкий женский голос.

Девушка открыла один глаз, только сейчас заметив, что от страха зажмурилась. Рядом с ней стояла Полина.

– Боже, – Ксюша заметила, что ее голос дрожит. – Как ты меня напугала.

– Ты тут уже пять минут стоишь, как в трансе, – все так же мягко проговорила подруга. – Ты даже не слышала, как я подошла. Хотя я старалась двигаться как можно громче.

– Извини, – Ксюша потерла висок. – Такие странные мысли…

– Это не твои мысли, – все тем же шепотом возразила Полина.

– Что? – этот странный дом, видимо, полностью поглотил ее. Все кругом казалось нереальным, фантастичным и… ужасным.

– Ксю, – подруга нервно улыбнулась, глядя куда-то в сторону. – Это были чужие мысли. Чужие чувства. Просто ты их услышала. …Говорят, в таких ситуациях, это нормально.

– В каких ситуациях? – девушка смотрела на подругу с некоей смесью ужаса и опасения. – О чем ты говоришь?

– Ты нашла призрака, – Полина чуть кивнула головой вправо.

Ксюша резко выдохнула. Чуть помотала головой, будто стараясь стряхнуть с себя всю иллюзорность и дикость происходящего. Призрак? Она его нашла? Наконец, она осторожно повернулась в сторону очередной комнаты, рядом с которой все это время простояла в коридоре.

– О боже… – вновь проговорила, вернее, почти простонала она.

Там что-то было. Именно что-то. Если бы Ксюша стояла на шаг правее, ближе ко входу, она бы решила, что это просто игра лунного света. Но с того места, где девушка была сейчас, это можно было хорошо разглядеть. Фигура. Очень, просто до жуткого, похожая на человеческую. Будто кто-то накинул на себя какой-то странный длинный плащ с капюшоном, скрывающий детали. Фигура…расплывалась. То есть, сквозь нее можно было увидеть дальнюю стену. И наверное, именно это пугало больше всего. Фигура будто колыхалась в холодном воздухе. А еще…она выглядела так, будто сидела на стуле. Вот только стула в комнате не было! Там не было ничего. Лишь лунный свет, темнота ночи и …это. От чуждости и неправильности этой картинки хотелось орать в голос. От этого просто мутило, как от чего-то мерзкого, болезненного, смертельного… или мертвого. Давно мертвого.

– Это…ужасно, – выдавила Ксюша, прогоняя дурноту.

– И до жути страшно, – поддержала ее Полина.

К счастью, в этот момент по голым плиткам пола отчетливо зазвучали быстрые шаги. Ребята почти бежали, стремясь оказаться ближе к своим подругам.

Полина тут же вытянула руки вперед и чуть замахала ими, давая знак, двигаться тише.

– Что? – с каким-то болезненным азартом спросил ее Митька, подбежавший к ним первым.

– Вот, – ответила за подругу Ксюша.

Митька еще оборачивался к заветной двери комнаты, а Стас замер прямо напротив дверного проема. Он заметил призрака раньше, чем Ксюша успела на него указать. Казалось, парня парализовало. Он застыл, даже не донеся вторую ногу до пола. Девушка могла поклясться, что друг побледнел. Стас смотрел на странную фигуру и…его лицо изменилось. Страх, боль, а потом скорбь. Эмоции пробегали по его лицу. Парень закрыл лицо руками, будто старался укрыться от выплеснувшихся на него так неожиданно чужих чувств.

– Стас! – Полина дернула его за рукав. – Стас, очнись. Мы все рядом!

Он вздрогнул, посмотрел на девушку так, будто видел ее впервые. И лишь потом встряхнул головой, отгоняя непрошенные мысли.

– Извините, – срывающимся голосом сказал он. – Это…

– Я знаю, – Полина чуть кивнула и отошла от него. – С Ксюшей было тоже самое. Это его мысли.

– Это так…тяжело, – морщась, признался парень.

– На меня тоже давит, – признался Митька. Вот только он не выглядел не испуганным, не потрясенным. Их друг уже настроил планшет и во всю вел съемку.

– Мы должны что-то с ним сделать, – сказала друзьям Ксюша. Присутствие команды и возможность отвлечься на разговоры, помогло ей собраться. – Никто не должен …так существовать.

– Только пока мы не знаем как, – напомнила Полина. У нее был странный грустный тон, какого друзья ни разу ранее не слышали.

– Тогда давайте просто пока уйдем отсюда, – Стас говорил очень весомо, даже как-то властно. – Мы должны решить эту… проблему. Мы должны найти способ!

– И мы больше никогда так не поступим, – холодно и четко продолжила за него Полина, оглядывая друзей. – Мы никогда не придем не подготовленными. Потому что такого, – девушка указала в сторону призрака. – Никогда не должно быть.

Все трое кивнули ей в ответ. Так торжественно, будто дали обещание….

2

Они договорились собраться на следующий день, часам к шести в одном из многочисленных кафе в центре города. В машине, пока Стас развозил всех по домам, почти все молчали. Они были измотаны и физически и морально. Да и тот факт, что команда новоиспеченных охотников за привидениями оказалась не подготовлена ко встрече с первым призраком в их карьере, давил на всех грузом вины.

Ксюша встала с утра с головной болью и в каком-то поганом, подавленном настроении. Она работала журналисткой в одном из печатных изданий города. В отделе новостей. Приходилось побегать за день. И в этот раз работа помогла. К середине дня от сердца отлегло, да и скорая встреча с друзьями, новый предстоящий мозговой штурм подбадривал. Девушка верила, что они смогут найти разгадку, смогут спасти то… существо в заброшенном доме.

И так получилось, что в кафе она пришла первой, где-то минут за сорок до встречи. Ксюшу это даже радовало. Она заказала кофе и штрудель, села у окна и просто стала вспоминать, как все началось.

В прошлом году Хеллоуин выпал на пятничный день. Коллеги-журналисты сочли это хорошим поводом немного отдохнуть всей компанией и после работы собрались в ночной клуб, где как раз была запланирована тематическая вечеринка. Ксюша не была любительницей таких развлечений, но сидеть в этот вечер дома одной, ей не хотелось.

Однако, громкая музыка, незнакомые и знакомые люди с показным весельем, да еще и подогретые большим количеством спиртного, быстро девушке надоели. Уходить в разгар праздника как-то не правильно. А потому Ксюша, весь вечер проведя со стаканом сока, покинула свою компанию и отправилась к стойке. Тут было потише, народу поменьше. Она заказала мартини с тоником и решила посидеть одна. И тут рядом женский голос заказал точно такой же напиток.

От скуки и любопытства девушка оглянулась посмотреть, с кем у нее совпали вкусы. Незнакомка была молода и … похоже, тоже скучала. Девушки, как это бывает, оценивающе окинули друг друга взглядом и тут же улыбнулись друг другу. Обе были одеты в простые черные джинсы и того же цвета блузки. У Ксюши на голове, в честь праздника, красовался ободок с маленькими красными рожками. У незнакомки – такой же, но с кошачьими ушками. Во всем остальном они отличались от разодетой в маскарадные костюмы толпы.

– Скучно, – сама не зная зачем, сказала Ксюша.

– Ага, – кивнула незнакомка. – Там столик, в дальнем углу. Нас там уже трое таких скучающих.

– И что делаете? – поинтересовалась журналистка.

Девушка в ответ пожала плечами.

– Ничего, – пояснила она. – Мы даже не знакомы.

– Как это ни глупо, – после небольшой паузы, решилась Ксюша. – Но… можно мне с вами?

Незнакомка рассмеялась и кивнула. Они прошли куда-то вглубь зала. В самом углу стоял диванчик буквой «п» неимоверного ядовитого салатового цвета и маленький столик. Это был самый дальний угол клуба, и здесь было тише, чем в центре зала. И даже не смотря на этот ужасный цвет дивана, тут было как-то почти уютно.

Когда девушки приблизились, Ксюша рассмотрела остальных членов этой не-компании. Сначала она обратила внимание на молодого человека, который выглядел очень симпатичным. Что Ксюшу сразу насторожило. Ее пугали такие типы, самоуверенные и частенько –самовлюбленные. Парню было около тридцати. Видно было, что у него спортивная подтянутая фигура. Синие джинсы сидели на нем идеально, без единой морщинки, мягкий джемпер, явно ручной вязки, что стоит не дешево, модные туфли, наверняка, натуральной кожи. Весь его вид говорил о благополучии и явной состоятельности. И часы на запястье, когда-то обычный аксессуар, теперь – привилегия среднего класса, и дорогой смартфон, небрежно лежащий на столе, модная стрижка. Лицо парня было просто… красивым. По-мужски. Без какой-то смазливости. С таких, как он, Дисней рисовал принцев. И красивые большие темные глаза, и квадратный подбородок, и четкие правильные черты лица. Ксюша была уверена, если он улыбнется, на щеках заиграют ямочки. Был только один момент: обычно такие лица портило надменное выражение «властителя мира». А вот этот парень выглядел, не надменным, а скорее просто угрюмым. И еще, он не разваливался вальяжно на диване, демонстрируя свое господствующее положение мальчика-красавчика, а наоборот, сидел скромно, на самом краю. И еще он читал. Книгу. И даже не электронную, а самую обычную – бумажную.

Большую часть дивана, ее самую широкую сторону, занял второй парень. Еще почти мальчишка, одетый в какую-то несуразную футболку ужасного грязно-серого цвета с названием очередной рок-группы на груди и вычурной мистической символикой, в драные джинсы и простые, даже не фирменные кроссовки. Его волосы были всклокочены, будто он не единожды запускал туда пятерню. А на носу красовались очки, круглые, маленькие, как у Джона Леннона. Он придавали его мальчишескому лицу какое-то удивительное детское очарование. Парень что-то увлеченно печатал, ожесточенно тыкая пальцем в сенсорную клавиатуру планшета.

– Интересно тут у вас, – поделилась Ксюша впечатлениями со своей провожатой.

– Зато мы друг другу не мешаем, – заметила та. И то прозвучало как-то…недружелюбно.

– Хорошо, – Ксюша просто заняла свободное место на диване и пригубила свой коктейль.

Еще несколько минут все они молчали, каждый занимался своим делом. А клуб гудел и гремел. Вечеринка набрала обороты. И тут зазвучал гимн знаменитых охотников за привидениями из одноименного фильма. Кругом орали и пытались подпевать.

Увлеченный планшетом парень вдруг дернулся и послал далекой поющей толпе грозный взгляд.

– Вот только этого и не хватало! – в никуда заявил он с самым рассерженным видом.

Второй молодой человек оторвал взгляд от книги и посмотрел на соседа вопросительно. Девушка, проводившая сюда журналистку, просто застыла с бокалом в руках. Ксюша поняла, что пауза затягивается, и решила вежливо разрядить ситуацию.

– Простите, – обратилась он мягко к парню. – Вам не нравится, как они поют, или сама песня?

Возмутитель спокойствия одарил ее неожиданной широкой улыбкой.

– Ну, и это тоже, – сказал он весело, а потом посерьезнел. – Но больше всего не нравится сам фильм. Как так можно! У этих типа охотников оружие чуть ли не на ядерном реакторе против обычной психо-физической личностной оболочки!

– Против чего? – второй молодой человек закрыл книгу и подался вперед, чтобы лучше слышать собеседников.

– Не важно, – как-то засмущался парень. – Просто это так глупо… Они их ловят и все. И ничего.

– Вы увлекаетесь мистикой, – у молчавшей до сих пор девушки получился не вопрос, а утверждение.

– Да, – живо ответил молодой человек, почему-то глянув в свой планшет. – Это моя работа.

– В смысле? – тон у девушки был суховатым, но без сарказма.

– Я об этом пишу, – теперь это было произнесено с гордостью.

Ксюша поразилась, как меняются интонации у этого странного парня. Еще она пыталась вспомнить, не видела ли она его где-то по работе.

– Вы журналист? – все-таки решила спросить она. – Или ученый?

– Я блогер, – объяснился ее новый знакомый. – И пишу как раз на мистические темы. Но не так… не про гороскопы и там всяких фантастических тварей. Я рассматриваю такое явление, как появление призраков с научной точки зрения. Привидение – это отпечаток человеческой души, к сожалению, погибшей. И чаще всего насильственной смертью.

– То есть вы верите, что они существуют? – совершенно серьезно, без капли скепсиса спросила соседка Ксюши.

– Да! – твердо, будто клятву давал, выдал паренек. – А вы?

И он окинул всю компанию вопросительным взглядом.

– Я почему-то тоже верю, – призналась Ксюша. – Я когда-то увлекалась мистикой, лет в восемнадцать. И призраками, и там всякими оборотнями и вампирами. Читала много. Так вот истории про привидений известны с древних времен. У греков, египтян, римлян. И всегда, как вы и говорили, призраком становился тот, кто был зверски убит, или пережил перед смертью мучения. Видимо, на пике эмоций какая-то часть души реально остается в мире живых. По крайней мере, это логично. …Более логично, чем оборотничество или вампиризм.

– И я в них верю, – сказал второй молодой человек и улыбнулся довольно дружелюбно. – Просто… призраки, они как-о ближе человеческой природе, чем вампиры или оборотни. Так что можно предположить, что они существуют.

– Вот! – ликовал блогер. Потом он вдруг засмущался и выдал. – Простите, меня Митя зовут.

На лицах остальных отразилось некое беспокойство, ведь ни у кого и мысли не было познакомиться.

– Полина, – представилась вторая девушка из их компании.

– Стас, – коротко кивнул красавчик.

– Меня зовут Ксюша, – журналистка решила продолжить беседу. – Так, Митя, тебя смущает комичный вид привидений в фильме?

– Главное не это, – охотно продолжил он. – Просто… Понимаешь, весь Интернет пестрит сообщениями от всяких охотников за привидениями. Вот в фильме их хотя бы ловили. А эти, нынешние, они просто фотографируют призраков и все!

– Подождите, – Полина нахмурилась. – А призраков реально можно сфотографировать?

– Конечно, – удивился Митя, как будто этот факт является общеизвестным.

Ксюша невольно улыбнулась. Этот парнишка был каким-то… слишком искренним в своих эмоциях, таким открытым, будто он еще ребенок. И это невольно очаровывало.

– Наверное, смогу это объяснить, – вдруг сказал Стас. – Я не большой знаток техники, но здесь все легко. Современные цифровые камеры имеют очень чувствительный объектив. Запечатлевается любое явление. Я сам призраков не видел, но! Если их вообще может увидеть человек, значит. У них есть хоть какая-то плотность. И камера сможет это уловить.

– А ещё, – с азартом подхватил Митька. –Такие фотографии труднее подделать. Фотошоп оставляет следы! В Европе и Америке есть несколько ученых, и даже парочка институтов, кто занимается изучением этого явления.

– Они что? Фото призраков изучают? – Ксюша начала хмуриться.

– Ну, и это тоже, – кивнул Митька. – И вообще природу призраков. Места их обитания, причины появления. Ученые даже составили некую классификацию привидений. По тому, насколько призраки безопасны для людей, и по причине и появления.

– Стоп! – решительно вмешалась Полина. – Правильно ли я сейчас поняла? Есть целая толпа народу, кто сидит и просто изучает природу душ, не нашедших покоя? И все? А то, что это результат трагедии? Это наплевать? Или… просто сфотографировать и уйти? Я одна считаю, что это ненормально?

– Я об этом вам всем и говорю! – Митька подпрыгнул на мягком сиденье дивана и всплеснул руками. – И какие это охотники? Тут надо же как-то… помочь. Не убить, а…

Он защелкал пальцами, подбирая нужное слово.