Рубеж: Цена победы

Глава 7. Только поговорить

К концу следующего часа Шмель заметно растерял первоначальный энтузиазм.

Желающих попасть на турнир вокруг хватало. Перед Турнирным залом постоянно кто-то останавливался, собирались небольшие группы, люди знакомились, сверяли составы и расходились. Иногда разговор занимал несколько минут, иногда заканчивался почти сразу. Проблема заключалась не в том, чтобы найти ещё троих игроков. Проблема была в том, чтобы после первых же пяти минут общения не захотеть поискать кого-нибудь другого.

Последний кандидат поначалу выглядел вполне нормально. Он не требовал денег, не пытался с первых слов перестроить «Вархайт» под себя и даже спокойно отнёсся к тому, что Гриф собирался выходить на арену с мехом. Всё закончилось, когда Велки уточнил, сможет ли тот быть на турнире до конца.

— Скорее всего, — ответил игрок.

— А если не скорее всего?

Тот пожал плечами.

— Я ещё одному отряду обещал помочь. Если время совпадёт, разберусь на месте.

Велки после этого тоже пожал плечами.

— Тогда нам не подходит.

Они отошли в сторону, и какое-то время никто больше не предлагал подойти к следующему человеку.

Шмель посмотрел на Турнирный зал, потом на толпу возле него и наконец вздохнул.

— Начинаю подозревать, что Рысь вчера что-то знала.

Она повернула к нему голову.

— Ты про то, что троих подходящих людей найти сложнее, чем трёх любых?

— Я всё ещё надеялся, что тебе просто случайно повезло оказаться правой.

— Не переживай. Это не так часто случается.

— Вот поэтому и пугает.

Гриф усмехнулся, но продолжал смотреть на игроков вокруг. Искра стояла рядом с Рысью и, похоже, тоже уже не пыталась выбирать кандидатов глазами. Велки снова открыл список отряда.

ВАРХАЙТ

СОСТАВ: 5/8

Три пустых места никуда не делись.

— Может, мы всё-таки слишком придираемся? — спросил Гриф.

— К последнему? — Велки закрыл интерфейс. — Он может уйти посреди турнира.

— Не к нему. Вообще.

Искра покачала головой.

— Пока требования выглядят довольно скромно. Прийти на турнир, остаться до конца и не пытаться командовать людьми, которых видишь впервые.

— Когда ты так говоришь, звучит действительно скромно, — признал Шмель.

Наступила короткая пауза.

Гриф снова оглядел площадь и негромко сказал:

— Вообще-то осталось двое.

Шмель повернулся к нему.

— Три.

— Я знаю.

Шмель несколько секунд смотрел на него, потом перевёл взгляд на Велки. Тот ничего не сказал, но этого оказалось достаточно.

— А-а, — протянул Шмель.

Рысь тяжело вздохнула.

— Даже не начинай.

— Я пока вообще молчу.

— Вот и продолжай.

На этот раз он действительно послушался.

Несколько секунд все пятеро стояли молча. Вокруг продолжали разговаривать другие игроки, кто-то смеялся, кто-то спорил о вооружении, из открытых дверей Турнирного зала доносился шум. Но внутри их маленькой компании тема уже появилась сама собой, хотя имени пока никто не произносил.

Рысь первой нарушила молчание.

— Вы всё равно о нём думаете.

Гриф ответил без попытки притвориться:

— Думаем.

Велки кивнул.

Искра тоже не стала отрицать.

— Было бы странно не думать. Он ищет отряд на тот же турнир, что и мы.

Шмель посмотрел на Рысь, но на этот раз шутить не стал.

Она немного помолчала, словно окончательно проверяя собственную реакцию, а потом сказала:

— Тогда давайте хотя бы поговорим.

— Со Скатом? — уточнил Гриф.

— С ним. Поговорить — не значит взять.

Велки посмотрел на неё.

— Нормально?

Рысь чуть нахмурилась.

— Велки, мы собираемся с ним разговаривать, а не снова устраивать перестрелку. Со мной ничего не случится.

— Я и не говорил, что случится.

— Но спросил именно поэтому.

Он спорить не стал.

— Хорошо. Тогда сначала найдём его.

Далеко искать не пришлось.

Скат всё ещё находился возле Турнирного зала. На этот раз он разговаривал с тремя игроками у боковой стены здания. Один был в тяжёлой броне, двое других выглядели легче вооружёнными.

«Вархайт» не стал подходить сразу.

Они остановились чуть в стороне и подождали.

Разговор закончился примерно так же, как предыдущие. Тяжёлый игрок внимательно посмотрел на Ската, задержал взгляд, а затем что-то коротко сказал. Скат кивнул без спора и отошёл.

Когда он развернулся, пятёрка уже шла к нему.

Скат заметил их сразу и остановился.

— Что-то случилось?

— Нет, — ответил Велки. — Хотим поговорить.

Скат перевёл взгляд на Рысь. Та смотрела спокойно, хотя дружелюбия в её лице не было.

— Все сразу?

— Так быстрее, — сказала она.

Скат несколько секунд разглядывал их, потом показал на более свободное место вдоль стены.

— Тогда лучше там. Здесь шумно.

Они отошли от основного потока игроков. Совсем немного, просто чтобы не перекрикивать чужие разговоры.

Скат первым остановился и прислонился спиной к стене.

— Спрашивайте.

Рысь не стала ходить вокруг темы.

— Когда ты напал на меня у старой дороги, тебе нужны были мои вещи?

Скат ответил не сразу. Не потому, что придумывал ответ. Скорее потому, что понимал, что именно сейчас прозвучит.

— Да.

— Только поэтому?

— Только поэтому.

Рысь немного прищурилась.

— Если бы Велки со Шмелём тогда не появились, что бы ты сделал?

Скат посмотрел на неё прямо.

— Добил бы тебя и забрал рюкзак.

Шмель перестал разглядывать проходящих мимо игроков.

Гриф нахмурился, но промолчал.

Рысь тоже не изменилась в лице.

— Хорошо. По крайней мере, теперь я знаю точно.

Скат чуть повёл плечом.

— Ты спросила — я ответил.

— Я заметила.

На этом она неожиданно закончила.

Никаких обвинений не последовало. Рысь не потребовала объяснить, как он вообще мог стрелять в человека из-за добычи, и не пыталась вытянуть из него раскаяние. Ей нужен был ответ, и она его получила.

Дальше заговорил Велки.

— А потом ты оказался с той группой возле С-4.

— Да.

— Как?

Скат некоторое время смотрел куда-то в сторону площади.

— После истории с Рысью меня начали искать. Сначала в Вальдене, потом информация разошлась дальше. В обычные города заходить стало неудобно, а одному постоянно мотаться по окраинам быстро надоело. Потом встретил группу, которой был нужен стрелок.

— Тех самых? — спросил Шмель.

— Часть из них была там.

— И чем они занимались, ты не знал?

— Сначала — нет. Они брали то, что можно было продать, нападали на игроков, иногда работали за деньги. Меня это тогда устраивало.

Искра спросила спокойнее остальных:

— А когда понял, что там не только обычные разбойники?

Скат ненадолго замолчал.

— До С-4 уже понимал достаточно.

Гриф сразу спросил:

— Но остался.

— Остался.

— Почему?

Скат посмотрел на него.

— Потому что платили. Потому что уже был с ними. Потому что уходить в тот момент мне не хотелось.

Шмель хмыкнул.

— Хоть не рассказываешь, что выбора не было.

— Выбор был.

— И ты выбрал остаться.

— Да.

Велки вспомнил крышу возле центрального здания С-4. Ската с длинной винтовкой. Два почти одновременных выстрела. Городского стражника, который рухнул после первого.

— В стражника тоже ты стрелял сам.

— Сам.

— Никто не заставлял?

Скат посмотрел на него чуть дольше.

— Велки, если ты ждёшь, что я сейчас начну объяснять, будто меня туда притащили силой, этого не будет. Я знал, что делаю.

После этой фразы разговор на несколько секунд остановился.

Наверное, именно потому, что спорить с ней было нечего.

Рысь первой продолжила:

— А теперь ты решил стать нормальным?

В голосе не было насмешки, но слово прозвучало нарочно.

Скат понял.

— Не знаю насчёт нормального. Просто больше не хочу играть так, как раньше.

— Тюрьма помогла?

— Очень.

Шмель впервые за несколько минут усмехнулся.

— Звучит как реклама городской стражи.

Скат посмотрел на него.

— Попробуй. Потом расскажешь.

— Нет уж, поверю на слово.

Рысь спросила:

— Что там такого?

— Ничего интересного. В этом и смысл.

Скат оттолкнулся от стены и встал ровнее.

— Пока срок идёт, ты почти ничего не можешь. Вышел из игры — время остановилось. Вернулся — продолжаешь. Сначала думаешь: ничего, потерплю. Через несколько часов понимаешь, что ещё долго будешь делать ровно то же самое. И в какой-то момент начинаешь вспоминать, ради чего вообще туда попал.

— И вспомнил? — спросила Искра.

— Да.

— Понравилось?

— Нет.

Ответ получился настолько спокойным, что дальше эту тему никто не стал развивать.

Велки спросил:

— После освобождения что делал?

— Вернулся в Эларин. Начал искать обычные контракты и отряды.

Шмель оглянулся на площадь, где Скат только что получил ещё один отказ.

— Успешно.

— Как видишь.

— Не бесит?

Скат немного подумал.

— Иногда. Но я понимаю, почему они отказывают. Я бы тоже не стал сразу брать человека с такой записью.

Рысь посмотрела на него.

— А на моём месте?

Он встретил её взгляд.

— На твоём месте я бы со мной вообще не разговаривал.

Рысь молчала несколько секунд, после чего только кивнула.

— Ладно.

Теперь Велки решил перейти к тому, ради чего они вообще подошли.

— На турнир хочешь?

— Да.

— Наше объявление видел?

— Видел.

— Почему не подошёл?

Скат снова посмотрел на Рысь.

— Думаю, объяснять не надо.

— Не надо, — согласилась она.

Велки продолжил:

— Класс?

— Марксман.

Гриф едва заметно кивнул. Это многое объясняло ещё по их первой встрече со Скатом: лёгкая броня, длинная винтовка, привычка держать дистанцию и искать позицию, с которой можно работать по одной цели.

— Боезапас свой? — спросил он.

— Свой.

— На турнир хватит?

— Если не начну стрелять во всё подряд — хватит.

Шмель посмотрел на Грифа.

— Видишь? Не только ты считаешь патроны.

— У него они дешевле.

— Всё равно прогресс.

Велки продолжил:

— Деньги за участие нужны?

Скат непонимающе посмотрел на него.

— Какие деньги?

Шмель рассмеялся.

— Всё, уже лучше одного кандидата.

— Не понял.

— И не надо.

Гриф спросил:

— На весь турнир останешься?

— Если не вылетим раньше — да.

— А если не вылетим?

— Значит, останусь до конца.

Теперь оставалось главное.

Велки немного подумал, прежде чем сформулировать вопрос.

— Ты привык работать один?

Скат посмотрел на свою винтовку.

— В основном.

— Это проблема.

— Почему?

— Потому что нас на арене будет восемь. Если каждый будет выбирать себе отдельный бой, ничего хорошего из этого не получится.

Скат кивнул.

— Что от меня требуется?

— Если говорю держать позицию — держишь. Если нужно отходить — отходишь. Видишь лучший вариант — сообщаешь, но не уходишь молча туда, где тебе кажется удобнее. Если времени на обсуждение нет, сначала делаем, потом спорим.

Скат выслушал до конца.

— Нормально.

— Просто нормально?

— А что здесь ненормального?

Гриф спросил:

— Допустим, тебе кажется, что справа есть хорошая позиция. Велки говорит оставаться слева. Что делаешь?

— Говорю про правую. Если он всё равно говорит остаться — остаюсь.

Искра спросила:

— Даже если уверен, что прав?

Скат посмотрел на неё.

— Если я каждый раз буду уверен, что знаю больше всей команды, зачем мне вообще команда?

Шмель тихо сказал:

— А вот это надо было записать для Фарса.

Велки не удержался от улыбки.

— Ещё что-нибудь, что нам стоит знать до того, как мы решим?

Скат задумался.

— Нет. По крайней мере ничего такого, что может внезапно всплыть на турнире.

— Уверен?

— Если хочешь спросить что-то конкретное — спрашивай. Сам угадывать, что именно вас ещё интересует, я не буду.

Велки посмотрел на остальных.

— Тогда подожди немного.

Скат сразу понял.

— Хотите обсудить.

— Да.

— Хорошо.

Он отошёл обратно к стене, оставив им достаточно пространства.

Шмель дождался, пока тот остановится, и повернулся к остальным.

— Ну?

— Начинай, — сказал Гриф.

— Почему сразу я?

— Потому что ты всё равно начнёшь.

Шмель подумал и решил не спорить.

— Стрелять он умеет. Это мы уже знаем лучше, чем хотелось бы.

Рысь никак не отреагировала, и он продолжил уже серьёзнее:

— Марксман нам действительно пригодится. У нас нет человека, который постоянно работает с дальней дистанции. И пока он хотя бы отвечает нормально.

Искра кивнула.

— Мне тоже не нравится то, что он рассказал. Но он ни разу не попытался сделать прошлое красивее. Мог сказать, что не знал, с кем связался. Не сказал. Мог сказать, что его заставили остаться. Тоже не сказал.

— Это ещё не причина ему доверять, — заметил Гриф.

— Я и не говорю, что причина.

Велки посмотрел на него.

— А ты что думаешь?

— Как боец он нам подходит. На турнир свободен, снаряжение своё, слушать команду согласен. Остальное мы всё равно за один разговор не проверим.

Все невольно посмотрели на Рысь.

Она заметила это почти сразу.

— Вот только не надо сейчас делать вид, будто последнее слово за мной.

Шмель чуть развёл руками.

— Он всё-таки в тебя стрелял.

— Да. И я это прекрасно помню.

— Поэтому...

— Поэтому я ему не доверяю.

Она сказала это спокойно, без злости.

— Может, когда-нибудь буду. Может, нет. Но это моя проблема, а не ваша обязанность.

Велки хотел что-то сказать, но Рысь продолжила:

— Если вы спрашиваете, хочу ли я с ним дружить, ответ нет. Если спрашиваете, простила ли я его после одного разговора, тоже нет. А если вопрос в том, смогу ли я с ним выйти на арену и делать свою работу — смогу.

Гриф уточнил:

— Даже лечить?

Рысь посмотрела на него так, словно вопрос был странным.

— Конечно. Если он в отряде и ему нужна помощь, я его лечу. Я не собираюсь во время боя вспоминать, кто мне когда не нравился.

Искра чуть улыбнулась.

— Звучит разумно.

— Потому что это разумно.

Велки спросил:

— Значит, ты не против?

— На турнир — не против.

Шмель кивнул.

— Тогда я за.

— Я тоже, — сказала Искра.

Гриф пожал плечами.

— Я с самого начала говорил, что Марксман нам полезен.

Велки посмотрел на четверых.

Решение получилось проще, чем он ожидал.

Не потому, что прошлое Ската внезапно перестало иметь значение. Просто для одного турнира им не требовалось решать, каким человеком он станет через месяц. Нужно было решить, можно ли поставить его рядом с собой на арене.

Похоже, можно было попробовать.

— Тогда берём.

Скат заметил, что разговор закончился, и подошёл сам.

— Решили?

— Да. На турнир берём.

Он коротко кивнул.

— Хорошо.

— Условия те же, — продолжил Велки. — Работаем как команда. Если что-то не нравится, обсуждаем после боя. Во время боя решения не игнорируешь только потому, что у тебя есть идея получше.

— Понял.

Велки хотел добавить что-нибудь ещё. Наверное, следовало сказать о доверии, прошлом или о том, что второго шанса может не быть.

Но всё это звучало бы слишком громко для того, что на самом деле происходило.

Они брали шестого человека на турнир.

Не усыновляли его.

— Завтра не опаздывай.

Скат чуть приподнял брови.

— И всё?

— А чего ты ждал?

— Не знаю. Чего-нибудь более серьёзного.

Шмель оживился.

— Я тоже. Можно я скажу?

— Нет, — одновременно ответили Велки и Рысь.

Шмель посмотрел на обоих.

— Вы пугающе быстро сработались.

Велки открыл управление отрядом и отправил приглашение.

Скат принял его почти сразу.

Список изменился.

ВАРХАЙТ

СОСТАВ: 6/8

Некоторое время все смотрели на новую цифру.

Шмель первым подвёл итог:

— Осталось двое.

Рысь повернулась к нему.

— Только не говори, что теперь будет легко.

Он задумался чуть дольше обычного.

— Я уже достаточно взрослый, чтобы учиться на своих ошибках.