Негодный подарок для наследника. Снежные узы

Глава 1.

Если ты попала и как с этим бороться.

Несколько месяцев спустя

Я споткнулась. Вернее, мне поставили подножку, но разве докажешь? Я пошатнулась на лестнице, нелепо замахала руками, ярко представила кляксу по имени Алиса на полу посреди холла – и…

Впечаталась носом в жёсткую холодную ткань. Кажется, ещё и лбом в пуговицу врезалась.

– Ай, – прошипела.

И только спустя секунду поняла, что меня – как унизительно – держат буквально за шкирку, как нашкодившего котенка!

– Нет, – раздался надо мной голос. Ледяной и жуткий, с чуть скрежещущими нотками, – всякое ожидалось от академии смесков, но чтобы так нагло себя предлагать первому встречному… Не заинтересован, – отрезал все тот же голос.

Я вспыхнула. Даром, что брюнетка, а не рыжая – ну, почти. После экспериментов с магией мои волосы приобрели несколько иной оттенок.

Хотела добавить что-то резкое, поставить наглеца на место – но подняла голову – и застыла как кролик перед удавом, не в силах вымолвить ни слова.

Колкий серый лёд чужих глаз пригвоздил, рассмотрел как бабочку под увеличительным стеклом, и… Что-то мне подсказывало, что этот тир передо мной с удовольствием оторвёт бабочке крылышки. В научных целях, разумеется.

Узкое породистое лицо, светлая, молочная кожа, угольно-черные ресницы и брови и абсолютно невозможное для мира, в котором волосы – это сила мага. Короткий ёжик снежных волос.

Острый нос едва заметно дернулся.

Меня одарили безразличным взглядом – а потом пальцы на форменном платье разжались – и я плюхнулась вниз, больно ударившись пятками о каменный пол.

Все разговоры в холле стихли.

– Простите, высокородный тир, я споткнулась, – пролепетала, ненавидя эти оправдания.

Да чтоб тебе каждый раз сугроб за шиворот падал, как мимо крыши пройдешь! Снеговик ледяной!

– У вас непослушные адепты, шенш Анаролиш,  – холодно отрезал этот… высокородный, не глядя на меня.

Я была меньше, чем пустым местом!

И очень старалась не выть снежным волком на луну. Да, только заместителя ректора здесь и не хватало. Этот наг, да, натуральный змейс, даже с хвостом! – мог в своей надменности заставить и солнце почувствовать себя виноватым!

– К сош-шалению, подобное случается, Снегосиятельный. Адепты непременно понес-сут накас-сание, но такая мелочь не стоит вашего внимания. Мы оч-шень ш-шдали вас, прошу-шу, проходите…

Я почти услышала, как преданно застучал хвост этого подхалима. Но не могла не воспользоваться возможностью юркой мышью шныркнуть вниз. Клянусь, я вываляю Криссару в снегу! Эта девица, моя одногруппница, все никак не уймется! Теперь подножки ставить принялась!

– На этот раз ты попала, бездарность, – бросил насмешливо кто-то из парней – а меня уже вынесло на улицу.

Прочь! Прочь из этого змеючника, по ошибке названного академией магии, она же Академия ледяных пределов.

Да, я неудачница. Попаданка-неудачница, которой не досталось ни великой силы, ни принца на белом единороге (я понимаю единорогов, к местным принцам лучше не приближаться), ни хорошей работы, ни крутого факультета для обучения. В отличие от моей подруги Данки, которая тоже прижилась в этом прекрасном мире. Да-да, она попала сюда вместе со мной, мы даже учились в одной академии – только на разных факультеиах. Но… о ней немного позже.

Так что же я? Меня не любят одногруппники – бинго, за то, что я из другого мира! Я учусь на водном факультете, но у меня нет ни малейших способностей к магии воды. А ещё…

– Алисия, я могу с тобой поговорить? – Раздался низкий голос с рыкающими нотками.

Прямо на меня надвигался, сверкая глазами, ещё один местный хищник.

Вот только я не хотела с ним разговаривать. Не хотела смотреть в чужие лживые глаза. Не хотела больше запустить пальцы в гладкие светлые волосы. И попросить показать своего зверя – отнюдь не хомячка – тоже не хотела.

Привет всем, кого достают бывшие!

– Лорд Лограт, нам не о чем с вами разговаривать. Я сдаю все домашние работы, а практикумы у нас теперь ведёт другой преподаватель, – процедила, сжимая зубы.

– Алисия, ты мне и слова сказать не даёшь, – на скулах мужчины заиграли желваки.

Фейр Лограт, оборотень из снежных волков и тот, в кого я ещё недавно была влюблена, не умел отступать.

– Нам не о чем говорить. Возвращайтесь к своей невесте, тир Лограт, не то ей донесут, что вы нынче за адептками ухлестывайте, а разбираться она придет ко мне, – ответила чуть резче, чем хотела.

Такое уже было. И спасло меня из когтей разъяренной оборотницы только чудо. Не магу-недоучке с такими тягаться.

– Алисия, она мне не невеста… пока… – процедил мужчина, закрывая нас своей широкой спиной от любопытных адептов.

– Поздравляю вас с этим. Может, найдете себе менее нервную девицу, – бросила, отворачиваясь.

Снова смотреть в это лицо с резкими притягательными чертами, снова вдыхать лёгкий льдистый запах с оттенком зимних ягод…

Нет. Нет тебе больше веры. Когда нужно было выбирать – ты струсил, Фейр. Исчез с горизонта. Даже не пригласил меня на Зимний бал, а ведь это событие бывает раз в году!

Ты говорил, что тебе нужно время, что семья давит, что на тебе лежит ответственность перед твоим родом – и я приняла это. Но никто не говорил, что я должна понять и простить. У меня есть и гордость, и чувство собственного достоинства. А ты сам выбрал, блохастый! Даром, что магистр и преподаватель.

– Лисса, да почему же ты такая упрямая! Да, я обидел тебя! Да, я колебался и делал глупости, но ты тоже просто бежишь вместо того, чтобы поговорить!

А потом меня прижали к стене, в нос ударил знакомый запах морозной свежести, а Фейр… моих губ жадно, жёстко, не колеблясь ни капли, коснулись чужие губы.

Они пили меня, ласкали меня, завоёвывали меня. От оборотня исходил жар раскаленной печи – а я вдруг застыла соляным столпом.

Сознание кольнуло. Раз. Другой. Третий.

Как будто под черепную коробку гвоздики забивали!

А потом пришло оно. Отвратительное ощущение моего дара, про который в этом мире я уже успела забыть.

Чтоб у тебя снеговик посреди дома растаял, Лограт! О, в этот момент я готова была побрить звериную ипостась магистра налысо – лишь бы он от меня отвязался!

Нет-нет-нет! Я замотала головой, упёрлась ладонями в грудь Фейра, но оборотень ошибочно принял мои трепыхания за порыв страсти неземной, эгоист!

Голову наполняли видения. Одно за другим. Мой дар, проклятый дар с Земли, проснулся. Сосулька тебя побей, оборотень был удивительно честным существом по сравнению с другими моими ухажерами. Видения с ним пахли тмином и лимоном.

Но кое-что я бы предпочла никогда не знать и не видеть.

Его службу. Охоту разъяренной стаи. Страстные ночи с другими женщинами. И… Это было что-то новенькое. Видение, где не было самого Лограта, но были его родственники. Я их прекрасно помнила – ведь в мой первый день в этом мире меня поймал в свои объятья именно Фейр Лограт. И привел в свой дом.

– Милика не сможет родить без угрозы для жизни, да и ее дитя может не выжить. А этот союз слишком ценен для наших домов, – поджала губы хвостатая мамаша.

– Тогда нужно, чтобы ребенка родила другая, а мы введем его в род по древнему обряду, – шустро предложил кто-то из родни невесты.

Не понравилось мне, как алчно блеснули глаза всех присутствующих.

– Сердце мое, кажется, у Фейра роман с какой-то адепточкой из Академии ледяных пределов? – Задумчиво поинтересовался отец семейства.

Чтоб тебя блохи сожрали!

– Да-а, – протянула мать семейства, – как ее там? Лиска? Лисси? Алис? – Ты прав, подошлем к ней целителя. Это легко устроить, наш маг просто предложит свои услуги в лазарете академии. Если девица подходит – родит ребенка, дело молодое, горячее. Мы ей даже отступные выплатим. Ну а если от денег решит отказаться или с ребенком сбежать… Что случись – человечки никто не хватится, насколько я знаю, она из другого мира, здесь одна.

Тут ты ошиблась, грымза старая.

Мир мигнул – и я снова оказалась на заснеженном дворе академии.

Только в уши ввинчивался противный писк.

Я с силой ударила Фейра в живот. В груди замёрз лёд. Пусть он не знает об этом разговоре, но он позволил им думать, что со мной можно так обращаться. Я не собака дворовая! Это вы… псы блохастые!

– Алис… – Фейр, наконец, осознал, что жертва поцелуев против – и растерянно отшатнулся.

– Зарубите себе на носу, Фейр Лограт. Между нами никогда и ничего не будет. Вы сделали всё для этого. А ваши родственники – просто омерзительны – отчеканила под жуткий вой над головой.

Если бы у меня была минутка, чтобы здраво подумать! Но голова раскалывалась, а во рту был настоящий кошачий туалет.

– Что случилось? – Донеслись крики.

– Это что, барьер Академии взломали?

– Что за сигнал?

– Применена неизвестная и несанкционированная магия. Только что, – глаза Лограта потемнели, – я должен сейчас идти и разобраться с нарушителем, Алисия. Но я вернусь – и мы поговорим, обещаю.

Из горла оборотня вырвался рык.

– И не смей заглядываться на этого мальчишку! Пусть я проиграл ему дуэль – но эта мишура не имеет никакого значения, – на меня жёстко смотрел яростный зверь.

Да, было и такое. Аргенарай Родоку. Старшекурсник и сильный ледяной маг, с которым я и пошла на местный бал Зимы.

Наше знакомство было совершено случайным. Родоку до сих пор был для меня загадкой. И вызвал он Фейра больше ради жажды самой драки, чем ради меня. Ледяной жил только битвами. Я старшекурсника заинтересовала только как забавная леди с острым языком.

Сигнал стал оглушительным. А потом пришло осознание. Это я. Это из-за меня кричит сигнализация и из-за моего странного проклятого дара, который решил проснуться.

Этот колокольчик счастья трезвонит по мне!

В толпе замелькали серые мундиры безопасников. Меня вдруг сковал жуткий ужас.

Знаете, как бывает, когда вы во власти паники, а любая муха – размером со слона? В моем воображении меня уже заклеймили ведьмой, нечистью и нежитью и казнили на главной площади местной столицы!

Я даже не смотрела вслед уходящему Лограту.

Мой взгляд беспомощно зашарил по двору – и вдруг наткнулся на знакомого ледяного мага, от чьей пуговицы все ещё ныл мой лоб.

Он прощался с… кажется, нашим ректором Метелью. По крайней мере, другого такого прозрачного существа, сотканного изо льда, воды и магии, я не знала.

За спиной ледяного переминался отряд старшекурсников, которые оживлённо переговаривались друг с другом.

Мне вдруг показалось, что несколько безликих мужчин в тёмно-серых пальто завертели головами и одновременно посмотрели в мою сторону.

Машинально я протёрла губы, стирая с них следы поцелуя.

Студенты во главе с ледяным лордом свернули за угол, где располагалась одна из портальных площадок. Сердце гулко забилось в ушах. У меня была с собой только моя сумка с учебниками и тетрадями. Форма, зимняя шубка и… все.

Серые начали движение в мою сторону. Разум отключился.

Клянусь, будь я в этот момент в своем  уме, я бы никогда так не поступила! Но пришел всадник Паникун – и умная, хитрая и осторожная маленькая Алиса исчезла.

На ее место пришел комок ужаса.

Мои сапожки не очень подходили для сугробов. С перепугу мне удалось толкнуть чахлой водной струной в спину одного из адептов в синей мантии. Тот начал ругаться на шедшего позади парня, к ним подключился факультет боевиков – и началась потасовка. А я бросилась в толпу, нырнула, срывая с шеи яркий шарф, спрятала его за пазухой – и завернула за угол.

Вовремя. В портальном окне скрывалась последняя пара адептов.

Не чуя ног, не понимая даже, зачем и почему я это делаю, я ринулась вперёд.

Если бы ректор не отвлекся на гонг, ничего бы не вышло. А так мне хватило доли секунды, чтобы кубарем влететь в закрывающийся портал.

Меня замутило, закружило, завертело – и изо всей силы выбило дух оземь.

– Фу-уф, – вырвалось с паром изо рта.

Было так холодно, что даже вдохнуть тяжело!

– Назовите мне хоть одну причину, адептка, почему я не должен сейчас же, немедленно сделать из вас ледяную статую. Или просто уничтожить вас на месте, как пересекший пределы наших границ без разрешения объект! – Накатывающей тихо лавиной влился в уши знакомый мне голос.

Я подняла голову – и застыла, глядя в провалы глазниц, в которых свирепствовала ледяная буря.

Безумная, невероятная сила мага вдавила меня в землю.

И никто не заступился! Все только пихают друг друга локтями и смотрят с интересом!

Ничего мужикам доверить нельзя! Жги, Алиска.

Потому что если ты сейчас хоть что-нибудь не придумаешь, то есть все шансы ознакомиться досрочно с местным загробным миром…

Нет, ну кто бы мог подумать, что мой путь, начавшийся в этом мире с комнаты жадного до чужого тепла незнакомца, может окончиться так бездарно…

Я так и не узнала ни кем был тот ледяной Кощеюшка, которого я первым увидела в этом мире. Ни где я тогда находилась. Ни что бы со мной случилось, если бы не новый портал – который взялся непонятно откуда.

Нет, позднее я кое-что да поняла: "мой" Кощей почти наверняка находился под каким-то заклятьем, которое вынуждало его терять силы. И девушки – как та, за дверью, с которой я едва разминулась, приходили к нему именно для этого. Обменять магию и энергию на золото. За такую он меня и принял. Но вот что между нами произошло, даже думать не хочется. Пусть остаётся загадкой. Кажется, мой странный земной дар передал мужчине часть своей энергии. И это даже… помогло? Нет, не буду лезть и вспоминать.

А порталы? С ними ещё интереснее. Я их не строила. Тот ледяной – скорее всего, тоже. Тогда оставался только один вариант. Я услышала о таком уже здесь. В академии. Что мир сам притягивает порой нужных ему людей в нужное место. Мир – или боги, выполняя его волю. Кто знает, может, это правда? У меня были проблемы поважнее.

Тогда, несколько месяцев назад, я выпала из портала прямо на руки Фейру Лограту. Я не знала, кто он, но мужчина сумел не только позаботиться обо мне, принести в свой дом и успокоить, но и дал цель.

Оборотни называли этот мир Шаэкро. Благословенный. И о попаданцах здесь не знал только ленивый. Шаэкро находился на перекрестье миров, и порталы здесь открывались так часто, что иногда вы бы не успели произнести "шла Шаша по шошше". Порталы не только и не столько с Земли – о ней знали, но наша планета считалась закрытым миром, как и большинство техногенных. Здесь порталами появлялись и эльфы с гномами, и диковинные говорящие кактусы, и  русалки, и существа, о которых можно было только гадать – кто это.

Вообще всех попаданцев, обладающих даром, определяли в особую академию, где обучали, в основном, только их, а не местных. Но мне повезло по протекции Лограта попасть в Академию ледяных пределов.

Сюда принимали только тех, кто обладал магией снега, льда, воды и других производных – или нес в себе кровь снежных созданий.

Мне действительно тогда улыбнулась удача с Фейром. В моей жизни было много хорошего, связанного с ним. Он снабдил меня деньгами. Помогал мне. Занимался со мной перед поступлением. Объяснял все перепуганной девчонке и успокаивал ее. И все же в какой-то момент в наших отношениях появилась трещина. И со временем она только росла.

Фейр не понимал моего стремления к свободе и независимости – здесь целью большинства девиц было замужество. Он с трудом терпел мой язвительный характер, отсутствие почтения перед патриархальными устоями и жадный интерес ко всему в мире. Я никогда бы не смогла стать для него равной. Вот что, пожалуй, и развело нас в итоге всерьез. Это – и то, что он сам выбрал в итоге не меня. А волю рода, привычный уклад и волчью невесту.

Всё, что я ему говорила, было непривычно, дико, сложно для его сознания. Он пытался… правда пытался меня понять. Но и прогнуть – тоже.

Так и завершилась наша история. Толком не начавшись.

Рас на нашем континенте, Ша-даане, хватало. И расы эльфов – темные трау, светлые лесные, снежные и могущественные и опасные эльфы крови, деймары. И тролли, и дварфы, и наги, и эйцеры изменчивые, и… Кого там только не было!

Но самыми важными для нас были расы, так или иначе связанные с магией зимы. Как, например, наш ректор. Эмиссар Метели. Древнее воплощение магии самой богини на этой земле. Эмиссары были призваны следить за порядком, оберегать подопечные расы, уничтожать расплодившуюся нежить…

Говорят, за ледяной пустыней Академии лежали земли эмиссаров.

Что ещё? Ах, да. Я была самой бездарной адепткой Академии Пределов. Магия меня плохо слушалась – в основном, потому что мне было сложно в нее поверить. Мой проклятый дар спал. Мои одногруппники постоянно задирались, а мне все больше казалось, что в этой истории – я персонаж второго плана. Уж точно не главная героиня. Главной оказалась моя подруга Данка! Как я и говорила, вот оно счастье, нашлась пропажа! Живая и здоровая, ставшая приемной дочкой местных аристократов, снежных эльфов. Да мало того – ещё и мужа себе отхватила! И какого! Эльф крови. Из тех самых, с мрачной славой. Более того, это оказался никто иной, как местный кошмар, основатель этой расы и ужас древних времён – Ллиошэс Норитэли.

Все искупалось для меня тем, что он любил мою подругу. Может, принял ее не сразу, но… с волей мира и чувствами не поспоришь.

Только я осталась с разбитым сердцем, отсутствующей магией и чувством нездорового оптимизма.

Нет, до сегодняшнего дня я на жизнь почти не жаловалась.

Но что прикажете мне делать теперь?!

***

Тишина. Ледяная, безмолвная. Здесь гораздо холоднее, чем в Академии Ледяных пределов. И гораздо… страшнее? Неуютнее? Мельком огляделась. Мы находились во дворе огромной крепости, похожей на раскрытую пасть дракона. Высокие башни, узкие щели бойниц, внушительные острые пики зубцов на стенах.

И контрастом – бархатный, светло-персиковый свет лучей. Здесь светило казалось гораздо выше, а небо было светло-зеленым, без единой тучки.

Куда я попала?!

По моим рукам пробежала дрожь.

Высоко в небе захлопали крылья. Завороженная и онемевшая, я молча смотрела на то, как клин из тринадцати величественных ящеров тянется к крепости. Диковинных, с вытянутой головой, гривой по хребту и огромными прозрачными крыльями. Они исчезли за одной из башен – видимо, там была посадочная площадка. Странно, но погонщиков или наездников я на их спинах не заметила, хотя ездовые драконы и виверны не были чем-то новым в глазах местных.

Я отвлеклась. Видимо, разум пытался спастись бегством, чтобы не думать об открывшихся мне перспективах.

Зато сами перспективы обо мне не забыли.

Едва уловимое движение – и рука в перчатке сжалась. А неведомая сила сжала меня, поднимая болтающееся тельце вверх слитным движением.

– Кха… Пффф…

Я очень хотела сказать, что если он сейчас меня слегка придушит – этот надменный лорд с сумеречными льдинками вместо глаз, то я уже точно не смогу ответить за все свои прегрешения. Увы, у него было совершенно иное мнение на этот счёт.

Мои ноги  дернулись

– Я знаю её, – вдруг раздался из толпы парней равнодушный голос.

Аргенарай, снежок тебе в лоб, Родоку!

В последний раз мы разошлись не слишком хорошо – скорее, в состоянии позиционной войны. Я удивлена, что он вмешался.

Парень скрестил руки на груди, равнодушно смотря на нас.

– Алисия Снежная…

Да, попаданкам часто дают здесь вот такие говорящие фамилии.

– Пришелица, – скривил губы ледяной.

Это вообще-то почти… как же назвать нелюбовь по признаку принадлежности к  определенному миру? Тьфу на вас!

– Адептка первого курса нашего водного факультета. Совершенно бездарна в магии, скорее всего вылетела бы при следующей сессии, – безжалостно добавил Родоку.

Его лицо замкнуто и равнодушно, светлые глаза холоднее здешних снегов.

Я запомнила твою поддержку, драгоценный.

– Единственное, из-за чего она могла попасть сюда, – он сделал паузу, а внутри меня вдруг все сжалось и перекрутилось. Что если он… что-то знает?! – это нелепая случайность или нездоровое любопытство. Но не думаю, что это повод для убийства, куратор Элагори. Ректор Метель чрезвычайно трепетно относится к студенткам Академии льда.  Их не так уж и много, и  пропажа даже одной из них не пройдет незамеченной.

Теперь я знаю имя.

Бледные пальцы разжались неохотно, через силу. И неведомая магия тут же меня отпустила. Я мешком рухнула на землю, больно ушиблась, но смолчала.

– Бесполезная низшая, значит, – я задохнулась от гнева. Ни разу, никогда за всю мою жизнь никто не смотрел на меня с таким презрением!

Даже стычки и подначки в Академии Льда не шли ни в какое сравнение с этим непритворным ощущением, что тебя и за разумное существо не держат. Так, что-то второго сорта.

Впрочем, сама дура, верно? Кто тебя просил прыгать в портал? Кто тебя просил делать глупости, паниковать и терять голову?

Я зло укусила себя за щеку.

– Я попала в портал случайно, тир. Мне нужно было поговорить с ректором Метелью, но главу учебного заведения не так-то просто застать обычной первокурснице. Это был единственный шанс. Я просто поскользнулась. К сожалению, зимой адепты бывают не очень устойчивыми, и… Я не хотела вам помешать, прошу прощения! – Я, как очень послушная студентка, притупилась.

Нет, мне нельзя ни с кем ссориться, а эта легенда – идеальна. Поднялась я не так быстро, как хотела.

Уф. Определенно, я ушибла ногу. Шапка свалилась и сейчас валялась в снегу.

Смеётесь, ребята? А хорошо смеётся тот, кто смеётся последним! Но откуда же вам знать!

– Мне нравится. Да, нравится. Интересно… – Вдруг раздался мечтательный голос.

От стен крепости к нам шел мужчина в просторном светло-сером балахоне. Он был полностью лыс и бос и как будто не имел возраста. Его рот был безобразно лягушачьим, глаза слишком круглыми, почти совиными, ярко-золотыми. А опирался незнакомец на длинную узловатую палку от которой сами собой расползались по снегу зелёные побеги.

К моему безумному удивлению,  куратор отмороженных на голову склонил голову в приветствии.

– Кайтиш Амарлео. Я выполняю свои обязанности куратора нашей группы по обмену. Сильнейшие адепты по рекомендации эмиссара Зимы, – мужчина  дёрнул щекой, и я вдруг поняла, что он… Нервничает?

Он боится этого странного, почти нелепого мужчины.

– Он лысый как коленка, – громко шепнул один из парней.

Вот только посмеяться никто из них не успел.

Куратору стоило только махнуть рукой – и трое задир с воплем улетели носом в снег. Как он это с ними провернул и что, вьюга замети, происходит? Мне становится как-то не по себе. Нервная система не железная!

– Не смейте оказывать неуважение тому, кто может за секунду создать из вас хрустальные статуи для коллекции Вечных садов, – процедил этот неуравновешенный тир.

– Будет тебе, Мараи Элагори. Как будто я не помню, как ты поспорил с однокурсниками, что пролезешь в мою башню и напишешь на моей лысине неприличное слово, – с доброй усмешкой заметил этот странный господин.

Тир Элагори стоял, кажется, ни жив ни мертв, бессмысленно глядя перед собой. Завис, сердечный?

Студенты прекратили вопить и с опаской поднялись с земли, отряхиваясь.

– Я возьму эту девочку к себе, – раздался в наступившей тишине все тот же негромкий, мягкий,  музыкальный голос.

Совиные глаза смотрели прямо на меня с огромным интересом. Мне вдруг стало совсем зябко. А ничего, если я откажусь – и тихо сгину в этом дворе от рук злобного, но понятного Элагори?

– Н-но, – попытался возразить куратор, но был остановлен неожиданно жёстким, почти грубым:

– Это не твои проблемы, Элагори. Я объясню девочке, куда она попала и как ей теперь жить. Она будет моей служанкой.

Что-оо? Служанкой?! Вот так повышение по службе, тирра Алисия!

В каком-то онемении я наблюдала за тем, как адепты разбиваются на пары и следуют в крепость за куратором.