Эльфийский приворот и Принц на Новый год. Зима в Академии

Говорите, котики – к счастью? Я нашла одного на свою голову! Наглого и крылатого. А он оказался с секретом! Теперь я обживаю волшебный мир, а этот нахал лезет целоваться. Приворожила? Да нужен ты мне, Драк-кошка! Верни, где взял!

Но вот я уже поступаю в местную Академию, отбиваюсь от любвеобильных адептов и… замуж решили выдать? Ну, р-родственники! Вот тебе, Огнева, зимнее чудо – мой враг предлагает… брак. Фиктивный! Ему – спасение от бывшей невесты, мне – защита. Вот только почему наглые эльфийские глаза так сверкают? И чем мне грозит замужество с эльфом крови?

Пролог.

Я медленно выплывала из марева сна под неуклонный бубнеж.

– Эля, вставай! Эля, все потеряно, мы все испортили, Эля!

– Эль, там тебя опять выдать замуж хотят, слышишь?

– Эль, твой эльфяка чуть кабинет ректора не взорвал, понимаешь?

– Мм, брысь-отстань-спать хочу… – прошипела, только укутываясь посильнее.

Первые занятия в Академии вымотали настолько, что сейчас лично я могла лишь дрыхнуть без задних ног. Или рук. Да как угодно – только бы никто не трогал!

– Эль, ты скоро окажешься замужней, босой и беременной в холодном замке с пауками! – прошипели мне на ухо.

– Ну и ладно, зато посплю… – пробормотала, зевнув. И тут информация дошла до мозга.

Подскочила я с такой скоростью, что позавидовал бы любой чемпион.

Кровать протестующе скрипнула, но не сдалась под натиском юного организма. А прямо у кровати сидели две наглые и даже ничуть не виноватые морды моих… пусть будет – фамилиаров.

Справа – Ашра, она же Алая, она же Паршивка крупная. Большущая котища размером с дога, с плотной коричнево-алой шерстью, небольшими нетопыриными крыльями, которые сейчас были поджаты, острыми ушами с длинными пушистыми кисточками на них и хвостом, больше напоминающим хвост ящерицы.

Сейчас эта зараза ехидно скалила довольно крупные зубы, явно готовясь меня “порадовать” очередной порцией сверхпозитивных новостей.

Слева – Пышшр, он же Пышка. Нервный тик отдельных лиц в Академии Каэрта. Большая пушистая паучья подушка с няшными светло-голубыми глазками (восемь штук) и большим набором шустрых лап. Пыш – прелесть. Ответственно заявляю. Умеет прясть паутинку, находить ловушки, определять яды, блокировать чужую враждебную магию! Просто незаменимый помощник, редкостно умное существо и верный.

Сейчас я точно чувствую по нашей связи, что паучок, он же тэрх – встревожен.

Посмотрела на свои чуть трясущиеся от усталости руки. Представила, какую страхолюдину увижу сейчас в зеркале. Плюнула, фыркнула и наскоро зачесала волосы в косу.

– Ну, говорите, раз уж разбудили, ироды мохнатые! – потребовала. – Про замужество – это же, надеюсь, шутка была? Мы вроде бы решили вчера эту проблему?

– Если бы, Эль, – раздался мысленный голос Пыша – шелестящий и спокойный, – ты же уже знаешь, что, хоть официально в Академии обучаются все расы на равных, но ректор благоволит изменяющимся эйцерам, поскольку сам один из них.

– Ну и? – это я и так все знала. Сердце судорожно стучало, а холодок под попой вещал о крупных неприятностях.

– Ну и прознали о тебе все после феерии на балу. Не только блондинчик с брюнетиком. У них, бедолаг, девочки же на вес золота. Знаешь, сколько желающих набежало? Пока они ругаются между собой, а самые настырные осаждают твоих родственников. Но скоро могут и договориться… может, даже уже договорились, – зловеще мяукнула Ашка, – потому что папаша твой очень зол тем, что ты его план расстроила…

– И что ты мне предлагаешь делать, если порталы на Землю закрыты, а в этом мире я дальше Академии не убегу? – поинтересовалась хмуро.

Знаете ли, новость о замужестве – не то, что может порадовать ролевика со стажем в новогодние каникулы! Даже если в этом мире только начало учебного года!

– Думаю, Эгле, я могу предложить выход из этой ситуации, – на раздавшийся у порога голос я среагировала, метнув кинжал, приправленный зеленой сетью заклятья изменения.

Правда, кинжал, к счастью, поймали на подлете, дымку развеяли за долю секунды, а навернувшуюся меня – сграбастали в объятья.

Не скажу, что сильно сопротивлялась в этот момент. Ярко-бирюзовые глаза моего личного наказания вспыхнули ещё сильнее, а ладони беззастенчиво прошлись по тонкой рубашке, поглаживая спину круговыми движениями.

Кажется, меня бросило в жар. Так, Эгле, прекращай безобразие! Вы недавно ещё друг друга на дух не выносили! Что изменилось?!

– И что же вы… предлагаете? – поинтересовалась, пытаясь вывернуться.

Ну как этот, привороженный на голову, ещё что-нибудь выкинет?

Как ни странно, меня отпустили – и довольно легко.

– Выходите замуж за меня, Эгле. Прямо сейчас, пока ещё есть такая возможность, я перенесу вас в один из древних храмов моего народа, и там нас свяжет сама стихия, – молодой мужчина не двигался с места. Лишь плотнее запахнул темный плащ, на котором сейчас не было значка учащегося.

Святая инквизиция, нельзя такие предложения делать впечатлительным девушкам, я же и согласиться могу!

– Вы это сейчас серьезно? – уточнила, поспешно накидывая верхний ученический камзол. – А как же то, что вы не были уверены – не приворот ли это все-таки? Как же то, что я планировала вернуться на Землю? А то, что вы подставите под удар уже… себя? – мой голос чуть дрогнул.

Да, может быть, я не очень люблю Тэрса Иртэ. Но это не повод желать ему неприятностей.

Вот только в ответ на все эти логичные, вроде бы, рассуждения, получила неожиданно мягкую, но упрямую усмешку.

– Вы пока слабо представляете, какие проблемы могу устроить всем желающим я, – неожиданно жестко отрезал лорд.

Эльф крови. Ветвь, которая относится к эльфам сугубо номинально, видимо, по остроте ушей. Закрытый народ со своими правилами и традициями, сильные маги. Сильные и очень опасные, потому что магия крови – это власть. Порой почти безграничная. Говорят, что они произошли от союза эльфийки и демона. Или пришлого мага. Или…

Бирюзовые глаза требовали ответ.

“Соглашайся, хозяйка,” – неожиданно мяукнула моя живность, – “этот такой упрямый осел, что ты с твоим характером за ним, как за стеной замка будешь”.

“Он тебе нравится. Ты ему. Семья, гнездо, почему нет?” – уточнил Пыш.

– Твои звери дело говорят, – притягательно усмехнулись мне, демонстрируя два крупных клыка.

– Вы их слышите? – уточнила ошарашенно.

Это же… получается, он все время мог? И делал? И… не выдавал нас?!

– Пусть это останется моим секретом, – мне показалось, или бархатистый голос чуть дрогнул, – решай быстрее. Времени почти не осталось.

Он не касался меня. Не упрекал. Не угрожал. Только смотрел. Боги мои эльфийские, если одним взглядом можно одновременно соблазнить, уложить в кровать, отлюбить, заласкать до потери пульса и дать почувствовать себя самой желанной женщиной в мире…

И это я клялась, что – никаких увлечений, Эгле, да?!

– Брак ведь будет фиктивным? – собственный голос прозвучал неубедительно.

Меня смерили странным, очень нехорошим взглядом. Как будто смертельно обиделись.

– Безусловно. Я не из тех, кто берет женщин силой. Тем более – собственную жену.

“Хозяйка, я котят рожу быстрее, чем ты сообразишь! Давай! К нам уже целая делегация!” – панический вопль крылатой кошки привел в себя.

Я наверняка об этом сотню раз пожалею. Я, кажется, совсем с ума сошла за пару недель в этом мире, но…

– Я согласна, лорд Иртэ, – откашлялась, гордо выпрямившись.

Мою ладонь бережно ухватили и поднесли к губам.

– Да? – спросили потемневшие глаза.

– Да, – решительно обрубила.

И в эту же секунду мы провалились в воронку портала.

Мои животные уцепились за меня всеми конечностями довеском.

На что я подписалась, хвосты кошачьи, а? И как я дошла до такой жизни?

Глава 1. Крылатый кот под Новый Год.

Вы когда-нибудь оказывались накануне Нового Года в огромном сугробе, в обнимку со слегка невменяемым и не слишком одетым мужчиной? Нет? А если добавить, что надо мной светит ярко-ярко нежно-розовое солнце, а вокруг расстилаются, куда глаза глядят, снежные горы? А вдалеке – тоже горы, вот только уже настоящие, высоченные.

А где-то высоко-высоко в них вырисовывался совершенно невероятный, как с картинки, силуэт замка с высокими шпилями. А высоко в небе хищно кричит какая-то огромная на вид даже отсюда, снизу, хищная тварюшка. Голова трещит от похмелья, платье стремительно мокнет, а настроение плавно пересекает отметку плинтуса. Начала отмечать Новый год, называется.

Молодец, Эгле, умеешь ты попадать в полную… кхм… в неприятности!

Мужчина рядом застонал, приподнимая голову – и я замерла, вглядываясь в самые невероятные глаза, которые только можно было себе представить. Ярко-бирюзовые, расчерченные двумя вертикальными зрачками, с переливающейся радужкой. Вот зрачки начали стремительно расширяться, пульсируя в каком-то сумасшедшем, непонятном ритме. Я бы и пощечину отвесила – да только мощное мужское тело прижало к земле с такой силой, что не пошевелиться.

– Что тут происходит? Вы кто такой, господин хороший? – старалась говорить ровно, уверенно. Допилась, мать, до розовых солнышек и пульсирующих зрачков. Отметила начало новой жизни, называется.

– Моя, – тихий, уверенный рык местного неандертальца.

И прежде, чем я успеваю предпринять хоть какой-то шаг к поспешному бегству, меня прижимают к себе крепко-крепко, как нежно-любимую игрушку, и чужие губы накрывают мои поцелуем.

Поцелуйная практика у меня была так себе. Пара слюнявых, пара попыток скорчить уверенного мачо, и парочка вроде и ничего себе, но… ничего не екало. Ни бабочек, ни сердечек, ни…

По всем канонам я должна громко заорать (но как орать, когда тебя так увлеченно целуют?), начать отбиваться (попробуй сдвинь этого слона!), прикинуться бревном (а как прикинуться, если сердце заходится от ужаса и наслаждения?).

Чужие губы ласкали уверенно, напористо, нежно, страстно, отчаянно. Он пил меня, как нектар, как мед, жадно слизывая наслаждение до последней капли. Этот поцелуй был ядом, просачивающимся под кожу и точащим уверенность. Этот поцелуй сводил с ума, заставлял забыться, раствориться, позволить ладоням коснуться мускулистого – ничего себе – торса, нашаривая пресловутые кубики. Я жила этим мгновением. Я не помнила в этот момент ни того, что предшествовало моему попаданию в чужие объятья, ни того, что где-то там, за гранью, осталась моя любимая в общем-то работа, обожаемая мама, невероятная бабуля и неподражаемые товарищи по ролевому оружию.

Чужие пальцы растрепали волосы, огонь завитых для праздника локонов растекся по снегу, что-то хрустнуло, ледяная шапка заползла за шиворот – и отрезвила.

Волшебство улетучилось.

Я ошалело мотала головой, не понимая, что происходит. Рядом точно так же тряс черной гривой волос потенциальный маньяк.

– Ты кто такая? Худа, как палка, одета в какую-то рвань, да ещё и страшнее немертвого?! – у моего глюка был язык без костей.

– Ты кто такой, чтобы мне указывать, и как меня сюда затащил? В полицию заявление напишу! – я пыталась подняться – но меня упорно не отпускали.

Ноздри незнакомца снова задрожали – как будто он к чему-то принюхивался…

Красивое лицо с тонкими породистыми чертами закаменело.

– Тебя подослали тайханы? – Меня бесцеремонно ухватили за подбородок. – Соблазнили золотом лепреконов? Пообещали, что займешь место Первой леди? Кто?! Шархи? Изменяющие? Светлые сородичи?

Он сбежал из сумасшедшего дома, что ли? Или наш товарищ-ролевик совсем с катушек съехал? Нет, неужели правда кто-то из наших решил так глупо пошутить? Может, ещё в универе что-то в чай добавили?

– Для начала советую отпустить меня – на снегу лежать холодно, и, если вы, возможно, к этому привычны, то люди, как я, могут запросто заболеть, – пробормотала, отворачиваясь.

Ну а что? С психами надо на их языке разговаривать. А то они существа деликатные, нежные, ещё расстроится… В висках стучало, голова кружилась, а я пыталась понять – глюк или не глюк? Губы пекло.

– Что тебе пообещали за приворот? – прошипели мне на ухо весьма настойчиво.

Меня рывком поставили на ноги, плавно восставая из сугроба. Штаны на маньяке есть – и то утешение.

– Какой приворот, мужчина, вы точно в себе? – в такие моменты во мне моментально включается дочь своей матери. – Отпустите меня немедленно, – потребовала уже жестче.

Мы тут одни, рюкзак валяется рядышком, а вокруг – ледяное безмолвие. И если мужчина пышет жаром, как печка, то я промерзла, как сосулька.

– Я-то в себе, тэя. А вот кто ты такая и как мы здесь оказались – мне чрезвычайно интересно и очень хотелось бы это узнать… – незнакомец смерил меня уже другим, куда более опасным взглядом. Такой же был у отца Катерины, который был потомственным военным.

– Мне бы тоже, – ответила честно, чувствуя, что зуб на зуб не попадает.

– То есть ты утверждаешь, что понятия не имеешь, как мы здесь очутились? – насмешливо уточнили.

– Да я даже не знаю, кто вы такой! – искренне возмутилась.

Темноволосый смерил меня очередным недоверчивым взглядом. Под ним как жаром окатило – и возникло какое-то странное, идущее изнутри стремление оказаться ближе. Потому что это так же естественно, как дышать. Потому что он нужен и важен, мое наваждение, мой… кто?!

Сильные руки прижали меня к горячему телу, согревая. Чужие пальцы ловко перебирали пряди волос – и я чувствовала жар, идущий от них.

– Приворот сделан на тебя, ведьма, сколько ни лги! – пробормотали мне в макушку. – Вот только никакой приворот не заставит меня объявить о помолвке! – заявил безымянный похититель земных девушек.

Какая еще помолвка? Я заболела и лежу в больнице – или действительно осуществилась мечта ролевика – и я… попала?! Вот только куда? И как?!

Я уже было хотела попытаться получить более подробные разъяснения, как взгляд упал на сильные руки мужчины с длинными, весьма когтистыми пальцами. Интересный косплей! Но главным было не это. На запястье незнакомца болтался смешной игрушечный браслет из потемневшей бронзы. Тот самый браслет, который у меня отжал вреднющий кот. Кот, которого я подобрала…

Реальность качнулась снова.

– Дра… – откашлялась, озвучивая невероятное, – Драккошка? Это… ты?

Щупальца Ктулху, как я дошла до такой жизни?!

А все так хорошо начиналось…

…

Наверное, началось все с ролевой игры. Вернее, с нашей традиционной сходки долбанутых фэнтези на всю голову, которую в этот раз решили провести прямо на новогодние праздники. Встретить, что называется, перелом года со всем уважением!

– Эй, сиятельная княжна рода Пламенных, извольте оторвать свою царственную задницу и соблаговолите сказать, в каком часу вас ждать-то? – Эйтир Хо из клана Сумеречных, он же Эд, одногруппник и альв по жизни подмигнул, не обращая внимания на активно качающих на остановке уши пассажиров. – Елка, ну имей совесть, нам ещё сценарий дописывать, иначе мастер голову открутит! – заныл этот достойный представитель славного движения ролевиков.

Я надвинула капюшон на голову, похлопала теплыми рукавичками друг о друга и совсем недостойно истинной дочери пламени чихнула. Холодно! Конец декабря, на улице почти минус десять. Может, для кого-то и маловато, но я при всей любви к зиме – та ещё мерзлячка.

– Эд, сколько раз говорила – ещё раз назовешь меня кличкой – я тебе твои эльфийские уши выкручу! – рыкнула.

– Ладно-ладно, Эгле, сдаюсь! Так тебя ждать на поезд? – уточнил этот бессмертный.

– Жди. Никто не мешает ждать, – согласилась милостиво и фыркнула, – да буду я, буду! Горгона зачет приняла, а остальное полная фейня по сравнению с её предметом!

– Везет же тебе! – Эд, он же Эдгар – да-да, никаких Эдиков, он метко стреляет, если что! – раздраженно фыркнул, а потом посмотрел так просительно-просительно. Мол, женщина, твое же сердце не камень, я знаю! – Слушай, Эгле, а может замолвишь словечко перед своей бабулей, а? – серые глаза друга засияли искренней надеждой на халяву. – Я ж точно знаю – она тебе наворожила!

Ну снова-здорова! Нет, бабуля моя, Дарина Николаевна Огнева, была действительно женщиной весьма примечательной. Я бы даже сказала – колдовской, ведьминской наружности! В свои шестьдесят с хвостиком бабуля выглядела от силы на сорок пять, носила элегантные модные платья, красилась неброско, но настолько стильно, что ей и парни вслед оборачивались. А ещё её давно, сколько себя помню, окружал аромат… волшебства.

В детстве я была уверена, что бабуля – волшебница под прикрытием. Или крестная фея! В её волосах – таких же огненных, как и мои, не было ни одной седой пряди. Фантастика, да? Но у нас все три девочки в семье выглядели юными. А мамуля – так и вовсе сошла бы за мою старшую сестру. Генетика – великая вещь!

Жаль только, что с мужчинами нам не везло. Дед умер давно, был военным, разведчиком. У него почти вся жизнь засекречена. А отец… вроде бы он был иностранцем, из Литвы. Мама с ним познакомилась на практике, была переводчиком. Оттуда и имя мое – Эгле, совсем не русское. Но мне нравится. Куда сгинул отец – знать не знаю, мама об этом говорить не любит, а вот то, что бабуля ворожит – сущая чушь!

Хотя, как-то мы с друзьями на Хэллоуин в карты играли, так она подошла – такой пасьянс разложила, что до сих пор то Эд, то Катерина просятся на огонек…

– Следующая остановка – улица Вавилова. Вавилова, – устало подтвердил водитель, когда я вынырнула из раздумий.

Эд, конечно, уже давно умчался с остановки на своей спортивной тачке. Он у нас мальчик небедный, и меня бы с удовольствием подвез, но… не сегодня. Сегодня у меня священный день подарков!

К тому же с Костей хотели встретиться. Парня я с семьей и друзьями пока не знакомила, да и он не торопился. И зачем? Хотелось что-то свое иметь, личное, о котором никто не знает. Мы встречались уже несколько месяцев, и то, что Костя ухаживал неизменно галантно, не торопил, не позволял себе ничего, кроме объятий и поцелуев – все радовало. Настолько, что решила сделать шаг вперед – и пригласить с собой на наш съезд. Сам Костя фантастику не очень любил, но сериалы смотрел с удовольствием, и мои рассказы всегда слушал увлеченно.

В общем, почти доползла я уже по сугробам до его дома – красивой новостройки, высотки в тридцать этажей с одним подъездом, как вдруг за углом раздался какой-то шум.

– Лови его!

– Блохастый, а когтищи-то какие!

– Вань, дай я!

– Вот зараза…

Я бросилась туда прежде, чем хорошенько подумала. Даже едва не растянулась пару раз по дороге. И вот… трое мальчишек лет десяти-двенадцати и… я не сразу поняла, что это. Или кто. Довольно крупное животное, но очень грязное и, кажется, раненное. На снегу виднелись пятна крови. В ушах аж зазвенело от злости. Мама мне всегда говорила, что когда я злюсь – у меня взгляд жуткий становится.

– Вы что творите? – буквально прошипела. Руки в боки, пуховик и не мешает, шапка чуть не свалилась, нос красный. В общем – та еще красавица! – Вы что тут придумали – животное мучить? Хотите, чтобы полицию вызвала? А ну, признавайтесь, чей… кот? – определила все-таки по морде удивительно крупного зверя.

– Да чего сразу – чей, – кудрявый пацан мял в руках шапку, – мы его таким и нашли только-только! Чегой-то, мы животных не мучаем, скажи, Айс!

– Он сразу шипеть и царапаться, – угрюмо фыркнул второй паренек, явно с примесью восточной крови, – а когтищи – во – развел руками, – так заражение крови заработаешь. Больно надо.

– Мы в ветеринарку позвонить хотели, да никто уже не работает толком, – буркнул третий.

– Так что, – смягчилась, понимая, что была не права, – никто не знает, чья животина?

– Неа, – пацаны хором пожали плечами.

– Ладно, – пробормотала, уже прикидывая, что можно попробовать дотащить его до Кости, постараться обработать раны – если они действительно есть – и понять, насколько неотложная помощь требуется, – кто мне поможет донести его вон до того дома? – мотнула головой в сторону многоэтажки.

– Вы на когти его посмотрите, – Айс выглядел недовольным. Подходить к коту никто не торопился.

Я посмотрела на них… на животное в снегу…

И вдруг оно подняло голову. Клянусь, настолько ясных, ярких глаз, которые бы переливались странным оттенком от зелени до бирюзы, я ни у одного кота не видела. Он смотрел на меня совершенно по-человечески, устало, почти обреченно. Словно привык к мысли, что ему никто не поможет. Это решило все.

Перевелись мужчины в этом году? Ерунда, я девочка не хрупкая, даром, что из клана Пламенных. А мы, адепты огня, проблем не боимся и от них не бежим!

Подошла к коту, присаживаясь на корточки. Осторожно протянула руку, готовая в любой момент отдернуть.

Шерсть у него была густая, черная, да и сам крупный – как мейн-кун, вот только совсем не походил на него. Новая порода? Смесок?

– Не бойся, мой хороший. Я тебя вылечу, накормлю, напою. И будем твоего хозяина искать. Ну а если не найдем – так я тебя и к себе возьму, – забормотала, протягивая руки к кошаку все ближе, а потом осторожно касаясь шерсти между ушей – округлых, но со странным пухом на кончиках, напоминающим кисточку.

– Мрмммм-уррррр-мяяяя, – разродились гордо мне ответом, милостиво позволяя почесать царя зверей.

Мой ты хороший!

– И я тебя тоже люблю, красавец! Ну что, позволишь мне помочь? – спросила, отчего-то четко чувствуя, что ничего страшного не случится.

– Фррр-няф.

– Я тоже думаю, что тебе так будет гораздо лучше, – согласилась, не обращая внимания на смешки пацанов.

Осторожно подсунула обе руки, готовясь с кряхтением приподнять мохнатое тело… и чуть не упала снова. Кот был легким. Не тяжелее сумки со сладостями – уж точно. А ведь, судя по размерам, я должна была еле идти… Ладно, что я не понимаю сейчас – соображу потом.

С такими мыслями осторожно приподняла мохнатого – и потопала в сторону дома. Подмерзать, кажется, начала. Ну ничего, сейчас чаю заварим, с котом разберемся, наедимся с Костей пирогов – и можно будет, наконец, сделать ему самое важное предложение. Потому что кого попало Пламенные к себе не зовут, а кланы великих темных и сумеречных родов собираются полным составом что-нибудь отметить не так уж часто! Для меня допустить кого-то в эту часть моей жизни – все равно что раскрыть душу, вывернуть её наизнанку.

Несмотря на кажущуюся открытость я всегда была довольно замкнутым человеком, многие сомнения и неприятности просто хороня в себе, чтобы не беспокоить близких.

Почесывая притихшего кота за ушком, и оставив ошалевших мальчишек позади, я почти дошагала до подъезда, понимая, что все равно, конечно, заявилась на часок раньше обещанного срока, но что поделать?

Дошагала – и приросла ногами к дороге.

Потому что из новенькой ауди серебристого цвета вышел Костя под руку с какой-то девушкой. Симпатичная брюнетка, яркая, но высокомерная – куда там мэллорнам и их детям! Дорогая шубка, кажется норковая, красивое платье под ней – явно мерзнет, да ещё на каблучищах. Вот мне в пуховике и сапогах на платформе и то холодно!

Наверное, я в какой-то момент заледенела. Отстраненно, как будто за фильмом наблюдая, видела, как Костя наклоняется – и брюнетка буквально впьявливается в него, виснет, обнимая за шею и засасывая, как насос… Тоже мне, пылесос. Было даже не больно, а как-то… гадко что ли?

Но мы, Пламенные, гордые дети тьмы, мы за такое не мстим. Не сразу, уж точно. А объедки с чужого стола и подавно не подбираем. Только почему сердце так колет? Пришла в себя, отводя взгляд от увлеченно целующейся парочки, от громкого пронзительного мявка. Кот выглядел недовольным – это прямо отчетливо по морде читалось! Даже лапой меня, засранец, стукнул.

– Надеюсь, кот, ты вопреки всем кошачьим повадкам, не такой, как он… – пробормотала, решительно прижимая к себе тушку и вызывая такси. Ладно, потрачу карманные, нестрашно.

Только надо отойти подальше, к остановке, а лучше пройтись быстро дворами до следующей.

В себя я пришла уже дома, яростно отмывая кота в ванной. Что удивительно – он не орал, не сопротивлялся и даже не мявкнул – напротив, весьма благосклонно принимал знаки внимания. Странный…

Посмотрела на свою заплаканную физиономию с распухшим носом в зеркало. Красавица! Хорошо мамы с бабушкой дома нет – мама до завтра в отъезде, а бабушка у каких-то своих подруг на литературном вечере.

Перевела взгляд на кота. И чуть не села прямо на пол. Протерла глаза. Я же не пила, да? Точно не пила! Тогда откуда у кота чешуйчатый хвост ящерицы и эти куцые крылышки нетопыря?

Не то, чтобы я не мечтала о сказке, но, когда сказка заглядывает на порог, оказывается, что неподалеку дежурит бригада добрых докторов со шприцами наперевес!