По праву крови

В маленькой покосившейся избушке на краю деревни Рядовки, под слабым мерцанием лучины, тихо разговаривали две женщины.

– Дентея, доченька, как только меня не станет, бери вещи и беги, Прохарий, не оставит тебя в покое,– сказала та, что сейчас лежала на лавке, застеленной тоненьким соломенным тюфяком. – А с сыном его, ты счастья не увидишь! Беги в город, может Богиня смилостивится и встретишь ты своего суженого.

– Мама, как же я одна то выживу?– рыдала девушка на ее груди.

– Ты у меня всему научена, все умеешь. Главное не говори никому, что дочь мага, а то таких ушлых, как Прохарий много, сама не заметишь, как превратишься в племенную корову.

Все в этом доме, говорило о крайней бедности. И обветшалые занавески на окнах, и прохудившиеся циновки на дощатом полу, посуда в сколах и трещинах. Женщина исхудавшими, тоненькими как веточки руками, сейчас гладила по голове дочь, что уткнувшись ей в грудь, беззвучно плакала. Они обе, и мать и дочь, понимали, что дни первой сочтены. Лиандра Блейн, а так звали женщину, была еще молода, но болезнь не оставляла ей шанса. Недуг появился внезапно, незадолго до того как ей исполнилось восемнадцать. С начала девушка почувствовала какой-то дискомфорт в груди, затем он перерос в легкое жжение, а затем боль стала такой нестерпимой, что девушка теряла сознание от боли. Родных у девушки не было, ее нашла бабка Маруха. Вернее девочку, на руках у мертвой женщины, недалеко от своего двора. Всю ночь выл пес, и старая женщина не выдержав вышла в ночь проверить, что так растревожило старого пса, да не успела. Нашла только остывающее тело да двухлетнюю девочку, что жалась к матери. Бабка Маруха уже тогда была не молода, но ребенка в беде не бросила, а взяла к себе и растила, как могла. Вот и сейчас, дом в котором Лиандра доживала свои последние часы, ее приемная мать оставила ей. Давно уж не стало бабки Марухи, и ее любимый Себастиан покинул ее год назад, и только дочь Дентея, крепко держала Лиандру на этом свете.

Еще год назад все ей казалось счастливым и безоблачным. Отец ее ребенка – Себастиан Мальтон, был магом-целителем, что и спас юную девушку. По счастливой случайности проезжал он мимо их деревни, когда под ноги бросилась бабка Маруха и стала умолять спасти ее приемную дочь. Целителей легко было узнать по замысловатому ордену с зелёным камнем, что вручали при окончании магической академии. Себастиан был мягкосердечным человеком, и поэтому последовал за старухой. Лиандра покорила юного мага с первого взгляда. Длинные и блестящие словно шелк, черные волосы, огромные бездонные зелёные глаза, точеные черты лица, не оставили шансов юному магу. Вылечив девушку, он забрал ее с собой в столицу. К сожалению, природу ее заболевания он понять не мог, и лишь останавливал течение болезни и облегчал симптомы. Да так успешно, что Лиандра смогла выносить и родить ему дочь Дентею. Себастиан Мальтон, был не плохим человеком. В меру участливым и щедрым и без меры беспечным и не дальновидным. Девушку, что делила с ним быт, родила ему дочь и любила безгранично, в храм он так и не отвел. Сама Лиандра робко молчала, а что было на уме у мага, неизвестно. Возможно то, что он понимал, что маги живут намного-намного дольше обычных людей. А находиться в брачных отношениях с женщиной которая уже через несколько десятков лет будет выглядеть старухой, а он нет, видимо не хотел. Почему он официально не признал дочь? Возможно, от того что дочь была чистой копией своей матери. Нет, она была потрясающе красива, так же как и Лиандра, но без крупицы магии. А ему в будущем, если он решит основать крепкий магический род с какой-нибудь магиней, наличие ребенка- пустышки, сильно подпортит репутацию на рынке холостяков. Понимала ли сама Лиандра своё бесправное положение? Безусловно. Но также, она понимала, что вдвоем с дочерью ей не выжить. Она жива только благодаря регулярным магическим манипуляциям Себастиана и целебным эликсирам, что изготавливал для нее сожитель.

А год назад, его вызвали на очень тяжелый случай, роженица не могла разродится уж третий день. Целителя она не соглашалась позвать потому, как тот был мужчиной, а женщин целителей в городе нет. Магов женщин вообще намного меньше, с чем это связано? Никто не знал. Все решили, что Богини так пожелали, что участь женщин – дом, хозяйство, дети.

Когда у будущей мамочки начался жар и бред, ее отец плюнул на всех и вызвал мага. Себастиан исчерпал весь свой резерв, чтобы спасти женщину, ведь у той уже началось заражение крови. И в тот вечер он уставший возвращался домой пешком, ему необходимо было проветриться. Он никого не боялся. Целителей в городе уважали, но как выяснилось, не все. Когда его окружили трое грабителей и потребовали отдать все деньги и драгоценности, он лишь возмутился, отчего и получил ножом в живот. При любых других обстоятельствах, он бы сам себя излечил, и остался бы жив. Но на момент нападения, его магический резерв был пуст. И он умер в грязной подворотне, куда его оттащили преступники, от потери крови.

Утром, в особняк барона Мальтона постучали констебли, и известили домочадцев о случившемся горе. А сразу после похорон, сестра Себастиана, Маржана, выставила Лиандру с дочерью из дому.

– Это ты брату моему могла такую чушь нести, что дочь его. А меня не проведешь! Не нужна мне в доме ни ты, ни твой нагулянный приплод.

Ладно хоть разрешила забрать весь запас эликсиров, что готовил для Лиандры Себастиан. Идти им было не куда, денег было катастрофически мало, поэтому продав колечко и цепочку с кулоном, единственные подарки от Себастиана, женщины вернулись в Рядовки.

Вот ведь как бывает. Родная тетка не признала Дентею, а посторонние люди даже не сомневались, что она дочь мага. И хоть и не была сама магиней, но кровь не водица. Поэтому как только они вернулись в деревню, в дом к ним пожаловал староста Прохарий, с сыном Пашаром, свататься. Дентее хватило короткого взгляда на молодого человека, чтобы еле удержать в себе рвотные позывы. Мужчина, явно не отказывал себе в удовольствии вдоволь поесть, и видимо не очень утруждал себя физическим трудом, в их зажиточном хозяйстве для этого были батраки. Заплывшие жиром глазки, тучное тело, а главное взгляд. Липкий, мерзкий, раздевающий ее, взгляд. Пашар глаз не мог отвести от Дентеи, девушка была очень красива, ей бы во дворце блистать, а не грязь в деревне месить.

Лиандре жених тоже не понравился. Поняла она, что не от большой любви пришли мужчины просить руки ее дочери, а с желанием приобрести племенную кобылу. Ведь от дочери мага, велик шанс родить ребенка с ценными способностями. Маги были везде в почете, им по окончании магической академии сразу давали аристократический титул. Да и зарабатывали они хорошо. Если в семье рождался ребенок маг, это означало безбедную жизнь для его родителей. Понимала все это Лиандра, поэтому отказала деревенскому старосте. Желала она дочери найти истинную любовь. И сейчас материнское сердце разрывалось от осознания, что не сможет более она уберечь дочь. Как только ее не станет, Дентею признают несовершеннолетней сиротой, а потому ее судьбой будет распоряжаться староста деревни.

Дентея

После смерти отца, и выдворения нас из дома моей теткой, мы приехали в Рядовки, где у мамы была старая избушка, доставшаяся ей от приемной матери. Поначалу отношение к нам было настороженным, ведь мама не была здесь более восемнадцать лет. Наших сбережений едва хватило на дорогу и чтобы прикупить семян на посадку, да пару куриц. Иногда охотники подбрасывали нам что-то из добытой им дичи, за несколько медяков. Так что мясо на нашем столе бывало редко. Но мы не роптали. Мама лишь молилась богине о том, чтобы дожить до моего совершеннолетия. Несмотря на то, что мы были беднее церковной мыши, с самого первого дня, мне не давал прохода сын старосты . Первый раз он меня застал на опушке леса, откуда я возвращалась с корзиной ягод.

– Дентея, не ходила бы ты одна в лес, вдруг кто обидит, – прошептал он мне в ухо, поймав в свои огромные ручища. А мне в нос ударил запах его не свежего дыхания, с запахом лука и пива, отчего я поспешно отвернулась. Мужчина же не заметив этого продолжал,  – когда мы поженимся, никто не посмеет на тебя взглянуть, так стоит ли откладывать свадьбу?

– О какой свадьбе ты говоришь Пашар? Моя мама отказала вам!

– Ну так твоя мать не вечна. Все знают, что она проклята и дни ее сочтены. – Наступил он на больную мозоль. – А дальше ты окажешься в милости моего отца. Так зачем оттягивать неизбежное? – на этих словах он начал задирать мне юбку, несмотря на мое отчаянное сопротивление. Против этого жирдяя, все мои потуги были бесполезны. Слезы бессилия потекли по щекам. После того, как он обесчестит меня, у меня не останется другого выхода, как идти с ним под венец. Спасение пришло откуда не ждали .

–Дентея! – совсем рядом раздался голос матери, – дочка, где ты?

– Я здесь! – успела выкрикнуть я, до того, как Пашар, зажал мне рот рукой . И через минуту  на поляну вышла мама. Она сразу оценила и мой растрепанный и заплаканный вид . Брови ее гневно собрались у переносицы и она зло бросила:

– Решил надругаться над невинной девой, Пашар? Не боишься, что я потребую народного суда?

Мой несостоявшийся насильник побледнел и забормотал: – ты все не так поняла Лиандра! Мы просто мило побеседовали с Дентеей.

В деревнях насильников судили строго, его самого могли побить камнями, а его отца лишить должности старосты, от того и нервничал сейчас Пашар. Если бы все произошло без свидетелей, моё слово против его, и самое страшное, что его бы ожидало, это немедленное заключение брака со мной, на что он и рассчитывал. Присутствие моей матери полностью меняло суть дела, она была свидетелем. И при ее участии, народный суд будет суров. Поэтому бросив на нас затравленный взгляд он поспешил скрыться.

После этого случая, я больше никуда не выходила одна. Но даже будучи во дворе, я зачастую ловила на себе похотливый взгляд Пашара, он словно шакал кружил вокруг своей жертвы, выжидая когда та останется без защиты. Я понимала, что даже мое совершеннолетие , ничего не изменит. Он просто подкараулит меня и надругается. Я не спешила разуверить маму в том, что когда мне не нужен будет опекун, я сама смогу распоряжаться своей судьбой. Пусть свои последние месяцы она проведет в относительном спокойствии.

Лиандра.

Месяца, ей не хватило месяца дожить до совершеннолетия дочери. Эликсиры закончились почти две недели назад, и приступы с каждым разом становились все сильнее и сильнее. Она неистово молилась Богиням, прося присмотреть за ее доченькой, Дентеей. Сама она давно смирилась с тем что не увидит ни свадьбы дочери ни внуков, но даже тому что прожила эти восемнадцать лет, она была благодарна. И сделав последний натужный вдох, тело женщины выгнулось в дуге, а затем разом обмякло, унося с собой искру жизни из измученного тела.

Дентея

Я стояла над свежей могилой и мысленно взывала к Богиням. Дорожки соленых слез, холодили щеки. Тоска и безнадега заполнили всю душу, не оставив даже малюсенького просвета для надежды. «В чем я так провинилась, что вы гневаетесь на меня?». У меня не осталось никого, да и дни моей жизни тоже сочтены. Пару недель назад я почувствовала жжение и дискомфорт в груди, так же как это было и у мамы. Первое – это было отрицание. Я списывала боли на то что неудачно потянула мышцу, или то что продуло ветром, я не верила в то что это тоже самое заболевание, что и у мамы. А потом я поняла, что мамино проклятье перекинулось на меня. В моменты, когда боль становилась нестерпимой, я выбегала во двор и отсиживалась в покосившемся сарае. Ни за что на свете, я не призналась бы маме, что ее недуг проявился и у меня. Её и так терзало чувство вины, что она не уберегла меня. Не нужны ей лишние тревоги, пусть последние дни она проведет в покое. А сейчас, находясь на старом деревенском кладбище, размышляла, что у меня скорее всего и могилы своей не будет. Не собираюсь я оставшиеся мне дни, провести в статусе жены ненавистного мне Пашара. А так будет, если я не сбегу в ближайшие дни. Уверена, что никого не остановит моя хворь, если я уж больше не жилец так и с моим мнением никто считаться не станет. А похотливый взгляд Пашара не оставлял мне никакой надежды, что он оставит меня в покое. Поэтому о своём проклятье я никому не говорила. Жалость мне не нужна, а в покое меня ни при каком раскладе не оставят.

Уже на выходе с погоста, ко мне подошел Прохарий.

–Вот, что Дентея, теперь я, как твой официальный опекун, решаю твою судьбу. Поэтому готовься к свадьбе. Через три дня проведем обряд в храме.

– Побойтесь Богинь, дядька Прохарий, у меня мать только что умерла, о какой свадьбе может идти речь? У меня траур!– пыталась я воззвать к остаткам совести старосты. Но видимо и их уже у него нет. А вернее он понимал, что через пару недель у меня день рождения и наступает моё совершеннолетие и я могу сама решать свою судьбу и тогда уж я точно откажусь выходить за его сына. От того и был он сейчас радостен, что успеет меня выдать замуж, ведь эти две недели я в полной его власти.

– Вот именно, что умерла, пусть порадуется теперь за дочь на небесах. Не абы за кого тебя выдаю, а за лучшего парня деревни!– начал распаляться староста. – За сына своего! В семью тебя, голытьбу беру! И давай без чудачеств, идти тебе все равно не куда, а начнешь характер казать, так дурную бабу можно и розгами поучить!

Намек был более чем прозрачен. В случае моего сопротивления, меня просто побьют. И уверена, что никто за сироту не заступится. Чужая я им. Поэтому сейчас опустив глаза и удрученно кивнув, я направилась к своей избушке. Несмотря на показную смиренность, во мне бушевала ярость, но я ее сдерживала. Мне необходимо было подготовиться. Еще бабка Маруха рассказывала маме, что раньше в дне пути, в лесу находилась хижина лесника. Сам лесник давно помер, а потом в лесу стали происходить страшные вещи, и народ прозвал это место «Проклятым лесом». Я этих слухов не боялась, а местные туда под страхом смерти не сунутся. А для меня, это самое то. В тишине и покое проживу оставшееся мне время. Лес полон грибов и ягод, да и силки мама мне показала как ставить. Поэтому сейчас, собрав остатки припасов я поставила печься хлеб. Затем насушу из него сухарей. Неизвестно как долго я буду эту избушку искать. Несмотря на то что отец был очень богат, и прислуга в доме у нас была, мама всегда все предпочитала делать сама, и меня всему научила. Из вещей мне тоже особо собирать нечего было. Тетка не позволила забрать наряды, выставила в том, в чем были. Платье что, тогда было на мне я приберегла, а сейчас ходила в простой крестьянской рубахе, да сарафане.

С вечера, я легла спать пораньше, а утром встала еще до восхода. И словно тать, покралась в сторону леса в предрассветной мгле. Видимо староста, настолько был уверен, что сиротке податься некуда и она примет свою участь, что даже за моим домом никого не оставил наблюдать.

Добравшись до кромки леса, я, что есть сил побежала в глубь леса. Гонимая отчаянием, я словно зверь в предсмертной агонии, не согласна была умирать в клетке, а потому неслась подальше от человеческой жестокости, алчности, похоти. Мне необходимо уйти подальше от деревни, как можно скорее. На быстрый бег меня увы, долго не хватило. И теперь я бежала трусцой, не позволяя себе остановиться, зная, что потом заставить себя бежать будет еще труднее. Я не забывала постоянно ориентироваться по солнцу, да запоминать приметные деревья. Все же через несколько часов, силы мои окончательно меня покинули. И завидев раскидистый дуб, я забралась в дупло. Хоть какая то защита, и если по моему следу пойдут охотники возможно не сразу меня найдут. Хотя охотников в деревне было всего двое, и я очень надеялась, что сегодня они ушли на промысел, до того как в деревне обнаружили мою пропажу.

Достав флягу с водой и жадно сделав несколько глотков, я прикрыла глаза. Как то раз в отцовской библиотеке, мне попалась научная статья, что для восстановления человеку необходимо всего лишь несколько раз в день спать по пятнадцать минут. Настроив себя на эти пятнадцать минут, я прикрыла глаза и провалилась в сон.

Проснулась я внезапно, от необъяснимой тревоги. Выглянув аккуратно из дупла, посмотрела на солнце, оно стояло в зените. Значит не так уж долго я и поспала. Но что же разбудило меня? Затаив дыхание, я прислушалась к лесу. И словно из далека до меня долетел тихий диалог.

– Ты как хочешь, Адрон, но я дальше не пойду. Моя Белка, умная собака, и если она ни в какую дальше не идет, значит и нам не надобно. За черным озером уже территория проклятого леса начинается.

– А что же мы тогда Прохарию скажем? Деньги то он нам уже уплатил. Да и я их если честно уже распределил по своим нуждам.

– Да скажем, что девица в ущелье свалилась, сами свидетелями были. А в него уж точно никто не полезет. Нет таких дураков. А девка если не дура, в деревню больше не явится. А она не дура, если додумалась сбежать.

И говорившие начали удаляться. Теперь их тихий разговор стало совсем не разобрать. Я для надежности, посидела в дупле еще какое то время и полезла наружу. Интересно, охотники говорили про черное озеро, а это был один из ориентиров про который мне говорила мама . Из слов мужчин, следует, что оно где-то рядом. Я старалась не только опираться на зрение , но и на слух и запах . Видимо я выбрала правильное направление, потому как через несколько десятков метров, воздух стал свежее, и слегка повеяло тиной. Обрадованная, что я правильно двигалась, черное озеро находилось на середине моего пути, я обошла его по кругу, и нашла приметный валун, от него следовало двигаться дальше на восток. Умывшись, я двинулась дальше. Меня нисколько не пугала мрачная молва об этом месте. Я всегда любила лес, раньше с мамой, мы любили уходить в лес по грибы, по ягоды и за травами на целый день. И это были лучшие моменты моей жизни. Теперь когда, погоня не дышала мне в затылок, я могла идти бодрым, но комфортным для себя шагом. По пути срывая спелые ягоды земляны и напиваясь из студеных ручьев. Видимо я все таки прошла мимо очередного ориентира, старой сосны. И теперь находилась посреди незнакомого леса, абсолютно не зная куда двигаться дальше. Солнце уже начало садится за горизонт и я решила, что в темноте точно ничего не найду, поэтому накидав себе ельника, и поужинав сухарями, я легла спать. А ночью, меня скрутил очередной приступ. Но в этот раз он был намного сильнее. Сознание уплывало от боли, с трудом мне удавалось сделать вдох. И казалось, что эту ночь я уже не переживу. Сжавшись комочком, я не заметила, как ко мне кто-то подошел. Лишь шершавый язык, на моей щеке, вернул меня в действительность. «Волк, – подумала я, но даже не испугалась . – давай, серый, быстрым движением перекуси мне шею , прекрати мои страдания». Но животное покружив рядом исчезло, а я снова потеряла сознание. В краткие мгновения просветления мне казалось, что я куда то плыву, а потом кто-то вливает мне в рот пахучую травяную жидкость. В следующий раз, открыв глаза, я поняла, что лежу на кровати и холодная испарина выступила на спине. « Нет, нет, только не это. Неужели охотники все таки нашли меня и принесли в дом Прохария?» – билась во мне паническая мысль.

– О, проснулась? – произнес неизвестный мне старушечий голос. – Где ж твоя мать, дуреха? Путешествовать накануне инициации? Или тебе жизнь не мила ?

– Мама умерла,  – ответила я, и тут же уточнила, – какой инициации?

Бабка взмахнула руками: – Как какой? Знамо ведьминской? Или скажешь еще, что твоя мать не ведьмой была?

– Нет, не ведьмой. Проклятье на нас. Мама всю жизнь болела и только на отцовских зельях держалась, а как того не стало, не долго прожила, а теперь и меня проклятье догнало.

– А бабка твоя, что по матери, где? – не унималась старая женщина.

– Сиротой была мама, ее нашли маленьким ребенком на руках мертвой женщины.

– Вот оно как, – задумчиво произнесла женщина .

– Спасибо вам за заботу, но я наверное пойду, не хочу вас еще больше обременять. Я уже не жилец, а вам потом с моими похоронами возиться. Надо было меня в лесу оставить. Глядишь хоть волкам пища бы была , – и я начала приподниматься с постели. Я уже давно смирилась со своей участью. Сколько бы я не искала решения своей проблемы, просто его не находила. И сейчас очень боялась жалости этой пожилой женщины. Жалости, что сорвет мою хлипкую плотину выдержки. И я просто утону в своем горе и отчаянии.

На что женщина лишь исподлобья зыркнула на меня и шикнула.

– Лежи давай! Ишь чего удумала, не жилец она! Не какое это не проклятье, а ведьминская сила выход ищет. Каждая ведьма знает, что до восемнадцати лет необходимо пройти инициацию. Иначе сила внутрь разворачивается и начинает убивать тело. Это и произошло с твоей матерью. Твоя удача , что на меня наткнулась , и да, зови меня Ирьятой.

Я пыталась переварить услышанное, отчего то я сразу поверила старой женщине. Её уверенный тон и вид, убеждали, что она знает о чем говорит. И горечь осознания того, что маме можно было помочь, найди мы вовремя причину недуга, разъедало мое сердце. Об этом я и спросила Ирьяту.

– Нет, твоей маме было уже не помочь. Ритуал необходимо провести до восемнадцати лет, после колдовская сила направленная внутрь разъедает магические потоки. Когда говоришь у тебя день рождения?

– Через две недели. И меня зовут Дентея.

Старуха что-то пробубнила себе под нос, а затем сказала.

– Хорошо, время у нас еще есть подготовится, мне необходимо в лес за специальными травками сходить, зелье должно настояться семь дней.

– Бабушка Ирьята, – обратилась я, и от моего обращения, мне показалось что старуха вздрогнула. – а откуда вы все это знаете?

– Так ведьма я,  – усмехнулась та. – такая же как и ты!

Женщина ушла в лес, а я обдумывала новую информацию . О ведьмах мало что было известно. Много веков назад их почти всех уничтожили. Император Дартон, повздорил с одной из них, а она его в ответ прокляла, но прежде чем он сгорел от проклятья, не оставив после себя наследников, он приказал уничтожить всех ведьм. Много времени прошло с тех событий, но ведьмы так и не вернулись к людям, а если и были таковые среди жителей городов, то тщательно скрывались, не доверяя больше никому. Да и о силе их ходили слухи, одна другой страшнее . А их страшными деяниями пугали маленьких детей. Я поежилась от осознания, что и мне теперь придется всю жизнь скрываться. Пусть сейчас новый император и не преследует ведьм без причины, но людской страх укоренился в сердцах обычных жителей. А то, чего люди боятся, они уничтожают . «Но зато, я буду жить, ну и пусть, что отшельницей.» – Успокаивала саму себя я . Встав с постели, я огляделась по сторонам . Уютный домик, небольшой , но светлый и теплый. Я зашла на кухню и увидела оставленный для меня завтрак. Отварные яйца, сыр, лепешка и нарезка копченного окорока. Такой сытной еды, я уже давно не видела. После завтрака, я помыла за собой посуду, и вышла во двор. Увиденное меня удивило. Здесь было полное подворье скотины. На привязи вокруг колышка паслась коза, под ее ногами сновали куры, в небольшом загоне грелась на солнышке свинья с приплодом. На огороженной площадке были разбиты грядки с овощами и плодовыми кустами. Территория была обнесена невысоким заборчиком. Рядом с домом стоял дровяник и банька. Туалет находился в другой стороне. Решив, раз хозяйки не будет дома до вечера, то и мне негоже рассиживаться .  Вытащив из дома матрасы и подушки я выхлопала их и оставила прокаливаться на солнце, затем найдя ведро и тряпку принялась за уборку. Через несколько часов в доме все блестело, и дышало свежестью . А я вышла за ограду и принялась собирать лебеду. Я мало что знала об уходе за животными, но была уверена, что эту траву любят все. Я оказалась права. Когда я бросила охапку сорванной лебеды козе, она тут же начала ее жадно есть, а через мгновенье к ней присоединились и куры. Ирьята вернулась, ближе к вечеру. Окинув прибранный дом , она довольно ухмыльнулась.

– Извините, я не приготовила ужин, потому что не знала, что из продуктов можно брать.

– Да все что найдешь, можешь брать , – махнув рукой ответила женщина .

Она споро поставила в печь казанок с крупой и кусочками копченого окорока, и повернувшись ко мне сказала, – вот что Дентея, преемницы у меня нет. А я уже стара, очень стара. Поэтому предлагаю тебе стать моей ученицей. Обычно ведьмы передают свои знания только своим дочерям, но раз уж у нас так случилось, видимо сама Богиня решила вмешаться и свела нас.

– Хорошо , а в случае моего согласия, что я должна буду делать? – спросила я.

– Во первых слушаться меня и не перечить, – я согласно кивнула головой, ожидая что же будет во вторых и Ирьята продолжила. – а во вторых, в момент моей кончины быть рядом и принять мою силу. И не переживай, – увидев мой вопрос в глазах «Зачем мне еще чья-то сила? Со своей бы разобраться ?»