Хорошая девочка для тебя

Пролог

В огромной пустой аудитории эхом разносился звук совокупляющихся тел. Наших с Михаилом тел. Короткие вздохи, долгие стоны, и крики, полные животной страсти.

Пистолет валялся где-то в стороне, там же, где и мое платье, но мне сейчас было не до него.

Мужчина долбил меня с неистовостью, словно наказывая, а я, обхватив его торс ногами, до боли впивалась ногтями ему в плечи. Но это, похоже, подстегивало Михаила еще сильней.

Как я оказалась в такой ситуации? Как, черт возьми, получилось, что тот, кого я пришла убивать, тот, кто разрушил всю мою жизнь, трахает меня сейчас на своем столе? Почему я позволяю ему это? И почему, мать вашу, мне это нравится?!

Никогда еще у меня так не срывало крышу, как во время этого спонтанного, безудержного, безумного секса с тем, кого я считала врагом. И я не могла, не хотела останавливаться! Хоть и знала, что буду потом проклинать себя за это.

Шумно, протяжно вдохнув, Михаил сделал последнее движение, войдя на всю глубину, и мелко задрожав, прижался всем телом, вдавливая меня в столешницу. Разгоряченная порочной связью с ненавистным мужчиной, я кончила одновременно с ним, выгнувшись и тихо застонав от сладкого удовольствия. В этот момент мы стали единым целым, разделив это безумное наслаждение на двоих. Михаил уткнулся мне в шею и часто задышал, а я, отпустив его, прикрыла глаза, приходя в себя после дикого оргазма.

– Ну что, – хрипло прошептал мерзавец спустя несколько минут, и в его голосе я услышала насмешку, – все еще хочешь убить меня?

Вместо ответа со всей силы оттолкнула от себя мужчину, вскочила на ноги, и нисколько не стесняясь наготы, бросилась туда, где лежал пистолет. Подхватив его с пола, наставила на Михаила, чувствуя, как меня трясет от дикой смеси совершенно противоположных чувств. Ненависть к нему никуда не делась, и палец на спусковом крючке дрожал в нерешительности.

Я должна была, обязана отомстить ему! Но чем больше смотрела в бездонные глаза цвета антрацита, глядящие на меня с ледяным спокойствием, тем меньше хотела этого.

– Ну же, девочка, – шагнул Михаил ко мне, на ходу застегивая брюки. – Чего ты медлишь?

Он подошел так близко, что ствол пистолета уперся ему в грудь, и я в ужасе уставилась на мужчину, не понимая, что мне делать.

– Давай же, стреляй!

Глава 1

Мила

Сегодняшний день начался через одно место, а значит, как это обычно бывает, неприятности будут сыпаться на меня до самого вечера. Сначала я проспала, потом оказалось, что забыла поставить телефон на зарядку. А после, второпях допивая кофе, пролила его на свою любимую кофту. Пришлось напялить ту, что терпеть не могла, модную и дорогую, напоминающую мне о прошлой безбедной жизни.

В итоге пришлось раскошелиться на такси, чтобы не опоздать, а ведь денег до зарплаты оставалось всего ничего. Да и какая там зарплата у официантки в дешевой забегаловке? Только, чтобы не висеть на шее у матери, которая и так пашет, как проклятая, после гибели отца.

Вспомнив об этом, я снова испытала застарелую боль. Прошло столько времени, а я никак не могла отпустить это горе и заставить себя жить, как раньше. Слишком уж трагична была смерть отца, и слишком велика была ненависть к его убийце, что избежал наказания.

Вздохнув, расплатилась с таксистом и вышла из машины. В университете сегодня начинались занятия, и опаздывать было никак нельзя. Одной из причин было то, что по слухам, нашим новым куратором назначили того жуткого препода, который за недолгую карьеру в здешнем заведении успел заработать себе репутацию самодура и деспота. И он же будет вести у нас профильный предмет, на пару по которому я и спешила.

Мне еще не доводилось сталкиваться с этим преподавателем, но я слышала, что он отчего-то недолюбливает студенток, и сдать у него экзамен девушкам было практически нереально.

Вот точно, сегодня не мой день! Мне доучиться нужно просто край, иначе ни на одну приличную работу не возьмут, и я так и буду мыкаться с матерью в хрущевке, экономя каждую копейку. Не хочу такой судьбы ни для нее, ни для себя.

Сказаться, что ли, больной? Нет, вряд ли с таким, как он, подобное проканает. Значит, придется зубами выгрызать хорошую оценку у этого женоненавистника.

Зашла в аудиторию в последнюю минуту, и выдохнула. Преподаватель еще не пришел. Сев на последний ряд, достала писчие принадлежности, разложила их перед собой на парте и уткнулась в смартфон. Подруг или друзей в группе я так и не завела, и общаться тут было не с кем.

С богатыми я, по понятным причинам, дружбу не водила еще со второго курса, когда из золотой молодежи превратилась в обычную нищебродку. А остальные одногруппники давно разбились на компании, и мне среди них не было места.

Впрочем, мне и одной было хорошо, не надо ни под кого подстраиваться, никаких ссор и глупых обид, зависти и прочей ерунды. Не до этого сейчас, нормально доучиться бы, и стать главным добытчиком нашей маленькой семьи. А там уже думать о подругах и о спутнике жизни.

Хотя, с последними все было печально. Нет, я не была уродиной, скорей наоборот. Но как раз из-за красоты меня часто принимали за пустышку, девочку на одну ночь. Поэтому я сторонилась кавалеров, и почти ни с кем не встречалась.

Ровно в тот момент, когда прозвенел звонок, в аудиторию вошел преподаватель. Я как раз пыталась разобраться в своем графике, чтобы понять, как совместить учебу и работу в кафе в этом семестре, и только когда услышала про перекличку, заставила себя оторваться от телефона.

Моя фамилия начиналась на «А», и я всегда была первой во всех списках.

– Аболина Милослава, – представилась я, переведя взгляд на нашего нового куратора.

Достаточно молодого и симпатичного, с непослушной шевелюрой темных волос и модной нынче недельной щетиной, оформленной под бородку с усами. Он не выглядел таким уж страшным и суровым, как утверждали сплетни, но, увидев его, я обмерла.

Сердце забилось как сумасшедшее, воздуха стало резко не хватать, а от затопившей меня волны ненависти и горя мир подернулся пеленой, и я едва сдержалась, чтобы не закричать.

Передо мной стоял он – убийца моего отца.

Глава 2

Михаил

Эта девчонка напомнила ему бывшую жену. Та стерва так же умело притворялась до поры, до времени невинным ангелом.

До тех пор, пока у Михаила не появились финансовые проблемы. Временные, но этого хватило, чтобы Марго ушла от него, за короткое время найдя себе богатого папика. Одно радовало, женушка не стала претендовать на нажитую в браке квартиру. Ни к чему она ей была на Канарах, куда Маргарита укатила со своим толстосумом.

Разобравшись с проблемами, Михаил поклялся себе больше не иметь серьезных отношений с женщинами, уж больно не везло ему на спутниц жизни. Случайные связи его более чем устраивали, и менять он ничего не собирался. Он без преувеличения мог сказать, что достаточно хорош собой, и поклонниц у него всегда хватало, но порой ему казалось, что он притягивает к себе исключительно таких женщин, как его бывшая. Продажных, стервозных, привыкших получать от мужчин все, и ничего не отдавать взамен. В каждой встречной, пытающейся охмурить его, он видел лишь корысть и лицемерие, и дольше пары ночей ни с кем не имел дел.

Неудивительно, что он стал относиться к прекрасному полу с предубеждением, и это коснулось и его работы. Он работал преподавателем в университете и вел профильный предмет у последних курсов. Техническая специальность предполагала наличие большого количества парней, но были в группах и девчонки.

И Михаил считал, что им там не место. Загружал их дополнительными заданиями, придирался к каждой мелочи, и старался завалить на экзамене. Он знал, что за глаза его давно кличут Зверем, но ему было плевать. Ведь под горячую руку могли попасть и парни, так что никто не смог бы обвинить его в предвзятости.

Главное, что педсовет был им доволен, ведь он держал весь курс в страхе, и его студенты учились на совесть.

***

Сегодня начинался новый учебный год. Новые группы, новые лица.

В аудитории, куда он пришел, как обычно это бывает первого сентября, царил шум и гам. Студенты в ожидании преподавателя развлекались, как могли, лето только закончилось, и в молодых головах не было места для учебы.

Ничего, скоро будут у него, как миленькие, грызть гранит науки. Ведь Михаила назначили куратором этой группы, а курс у них последний, и тратить время на всякую ерунду не получится. Иначе запросто можно вылететь из универа.

Но стоило ему войти в аудиторию, как он разом позабыл про все свои намерения. Потому что увидел ее. Девчонку, издали выглядящую точь в точь, как его бывшая жена. Он даже протер глаза руками, думая, что показалось.

Впрочем, когда Михаил дошел на негнущихся от потрясения ногах до преподавательской кафедры, то понял, что различия все же имеются. Она была моложе, красивей и невинней, по крайней мере, с виду. Хрупкая шатенка с прямыми длинными волосами и выразительным кукольным личиком. Но Михаил прекрасно знал, насколько бывает обманчивой внешность.

Вот и сейчас, стоило девчонке встретиться с ним взглядом, как в ее глазах после секундного смятения возникла непонятная ему злоба. Как будто он успел ей чем-то насолить.

Стараясь держать себя в руках, Михаил отстраненно представился, и попросил студентов провести перекличку. Шатенка вскочила первой, ведь ее фамилия, как оказалось, стояла первой в том списке, что выдал ему деканат. Так он узнал, что эту странную, вымораживающую кровь одним своим видом девчонку зовут Мила. Даже на ту же букву начинается имя, как у его бывшей!

Черт! И как быть? Он ведь не сможет нормально работать, пока она рядом.

Окинув студентку недобрым взглядом, он почувствовал, как внутри зарождается ярость.

Значит, надо сделать так, чтобы ее выгнали из универа. Что ж, это будет легко.

***

Мила

– Аболина, к доске! – голос нового куратора сбросил с меня оцепенение.

Вздрогнув, незаметно сжала кулаки, но с места так и не сдвинулась. Не представляю, как смогу спокойно находиться рядом с ним.

Этот ублюдок, что сейчас сверлил меня недовольным взглядом, три года назад сбил на машине моего отца. Папа умер почти мгновенно, а урода даже не посадили. «Отказали тормоза» – озвучили нам тогда экспертное заключение. Ну да, конечно, вот только, я в это не верила. Слишком уж быстро замяли дело, а та компенсация, что выплатил нам подонок, казалась насмешкой. Ведь отца было не вернуть.

И самое интересное, мерзавец даже не узнал меня! Что-то странное промелькнуло на миг в его взгляде, но не более того.

Да, у меня была другая фамилия, девичья по матери, ведь когда я родилась, папа с мамой еще не были женаты. А потом они просто решили оставить все, как есть. Но все же, пусть мы и пересекались со Звериным лишь на заседаниях суда, он мог хотя бы запомнить лицо той, чью жизнь сломал.

– Аболина! Студентка, вы что, уснули? К доске, я говорю! – гаркнул преподаватель. – Давайте, расскажите нам, как хорошо вы помните материал предыдущего курса.

Стиснув до боли зубы, деревянной походкой я спустилась вниз. Под прицелом десятков глаз одногруппников просто не могла показать слабость. И уж тем более нельзя было давать понять Михаилу, что я его узнала.

Ведь это был мой шанс. Шанс отомстить ему за отца. Не знаю, как именно, и получится ли, но не смогу спокойно спать, если хотя бы не попытаюсь.

Подойдя к доске, с неестественно прямой спиной встала возле нее, стараясь не смотреть Зверину в лицо, и схватила маркер, чтобы чем-то занять руки. Иначе точно не сдержусь и врежу ему.

– А вам не кажется, Михаил Владимирович, что для первого занятия это слишком? – сказала я как можно равнодушней, стараясь убрать из голоса желчь.

Михаил повернулся ко мне, облокотился об кафедру, и ядовито поинтересовался.

– А на экзамене вы тоже будете так отвечать?

– Хорошо, – пожала я плечами, скрывая охватившую меня дрожь. – Спрашивайте.

Вот же козел! Мой враг оказался еще большим говнюком, чем я думала. Но не на ту напал, предмет я знала назубок, и даже летние каникулы не смогли выветрить эти знания.

Минут двадцать он терзал меня самыми каверзными вопросами, но в итоге сдался, видя, что я все знаю. Кинул на меня угрюмый взгляд, и устало махнул рукой.

– Возвращайтесь на место, студентка.

Теперь на меня, похоже, смотрели точно все. Ведь я не спасовала перед самим Зверем.

Глава 3

Мила

До конца лекции сидела притихшая, как мышь. И так слишком много внимания привлекла к своей персоне. Только вот сосредоточиться никак не могла, и половину лекции пропустила, даже не пытаясь записывать. Да и ладно, все равно ничего нового не услышу.

Вместо этого сверлила Зверина тяжелым взглядом, мысленно представляя себе расправу над ним. Никогда не замечала в себе подобной кровожадности, но хотелось, чтобы этот гад помучился, желала разрушить ему жизнь так же, как он это сделал со мной.

Только что я могу? Без денег, без связей? Разве что сделать так, чтобы его карьере пришел конец.

Я видела, как некоторые из одногруппниц бросают на Зверина заинтересованные взгляды, даже несмотря на его репутацию, и слышала краем уха, как они шепотом обсуждают возможность сдачи экзамена через постель куратора. И у меня возникла идея.

Я знала, что администрация университета придерживается строгой политики высокой нравственности, и отношения между студентами и преподавателями были категорически недопустимы. Поэтому, если я обставлю все так, что он меня домогается, его тут же поганой метлой выгонят на улицу.

Похоже, недобрые мысли отразились у меня на лице, потому как Зверин при взгляде в мою сторону вдруг помрачнел и сбился со своей монотонной речи. Но мне было наплевать. Не мигая, я смотрела на него, а он, в ответ, тоже не сводил с меня глаз, нервно поправляя воротник, будто тот его душил. И я видела, что он тоже от меня не в восторге, хоть и не понимала, почему. Неужели, вспомнил?

В аудитории повисла недоуменная тишина, еще немного, и все сообразят, на кого глазеет препод. Только это и заставило меня отвести взгляд, иначе потом слухов не оберешься.

Ладно, сволочь, подожди немного. Сейчас немного приду в себя, и тогда устрою тебе веселую жизнь.

Я его чем-то зацепила, и это было хорошо. Ничего, что он пока на меня смотрит зверем, хуже было бы простое равнодушие. Ну а так есть шанс сыграть на эмоциях, ведь, как говорится, от ненависти до любви не так уж и далеко.

Прозвенел звонок, и я, вынырнув из мыслей, засобиралась. Следующая пара проходила в другом корпусе, а перемена длилась всего десять минут. Спустившись по ступенькам, скрипя зубами от накопившейся злости, быстро прошла мимо стоящего рядом с кафедрой стола, за который уселся Зверин. Пока что я была не готова с ним воевать.

Похоже, и он тоже, вон как зыркает на меня, однако ж, молчит. Хотя от такого, как он, ожидала чего-то едкого вдогонку. Впрочем, стоило мне дойти до двери, как куратор меня все же окликнул.

– Аболина, постойте!

Я обернулась и равнодушно скользнула по нему взглядом, хотя бог знает, чего мне это стоило.

– Подойдите, – лениво махнул рукой Михаил, и мне пришлось до боли стиснуть зубы, чтобы не послать его.

Нарочито медленно подошла к мерзавцу, и демонстративно уселась на краешек стола. Что ж, раз такое дело, начну претворять свой план в действие прямо сейчас. Надеюсь, у меня хватит для этого выдержки.

Не зря я надела, значит, этот джемпер с глубоким вырезом, да и короткая расклешенная юбка будет как нельзя кстати.

С неким злорадством наблюдала, как удивленно округляются его глаза, и как темнеет его взгляд.

– Да, Михаил Владимирович? – закинув ногу на ногу, я сложила руки на груди и мило улыбнулась ему. – Вы что-то хотели?

– Хотел, – хрипло отозвался мужчина, с трудом отводя взгляд от зоны моего декольте и переводя на ноги в тонких нейлонках. – Для начала, студентка, потрудитесь слезть со стола!

От неожиданности чуть не свалилась на пол. Серьезно? Ладно, пойдем другим путем.

Поднявшись, с невозмутимым видом оправила юбку, уселась за парту на переднем ряду и сложила перед собой руки, как прилежная ученица, чем еще больше разозлила Михаила. Вскочив с места, он встал передо мной, обжигая раздражением, и наклонился, упираясь руками в парту. Его лицо оказалось так близко от моего, что я невольно сглотнула.

Держись, Мила, не позволяй этому уроду сбить себя с толку.

– Что ты себе позволяешь? – прорычал мужчина, опаляя меня горячим дыханием с привкусом мяты. – Еще одна такая выходка, и экзамен тебе точно не сдать!

Я разозлилась. Да какого черта?! Почему он так ненавидит женщин? Это у меня есть все основания для ненависти, а не у него.

– То есть вы ставите оценки не за знание, а за поведение? – продолжила я свою игру, с каким-то ненормальным наслаждением наблюдая, как темнеет от ярости его лицо. – Или за принадлежность к сильному полу?

И когда мы успели перейти на ты, хотелось бы знать?

– Не надо, девочка, – угрожающе начал Михаил, но я его перебила.

– А может, Михаил Владимирович, вам просто больше нравятся мальчики?

Черт! Не удержалась все же, так сильно он меня выбесил. Такими темпами не то что не соблазню его, а вообще вылечу с универа. Надо взять себя в руки.

Громкий удар кулаком по столешнице подтвердил мои догадки, я вздрогнула и в страхе посмотрела на Зверина.

Похоже, переборщила, вот же идиотка!

– Простите, не хотела, – состроила я виноватый вид, опустила глаза к полу, и залепетала робко. – Просто… Утро не задалось, настроение ни к черту. Приношу свои извинения.

Добавлять, что такого больше не повторится, намеренно не стала. Еще как повторится!

Михаил отстранился, и сразу стало легче дышать. Снова уселся за стол и прожег меня  злым взглядом.

– Не думай, что я тебе поверил, – процедил он сквозь зубы. – Я запомнил тебя, и буду внимательно следить за твоей учебой. А еще, придешь на отработку в субботу.

Думаешь, напугал меня, господин Зверин? Что ж, ты только упростил мне задачу.

Глава 4

Мила

Работа в кафе под названием "Нежная курочка" мне нравилась, хоть и платили копейки. Но зато здесь у меня были подруги, с которыми можно было потрындеть ни о чем, и которые, как ни странно, готовы были выслушать и поддержать в случае чего. А еще, здесь вкусно кормили, и мы с девчонками частенько набирали еды домой. Как персоналу, нам обходилось это совсем дешево.

Да и наш шеф, Вениамин Андреевич, серьезный худощавый, что странно при такой работе, мужчина преклонных лет, никогда нас не обижал ни словом, ни делом, и всегда старался помочь. Без проблем взял меня на работу, когда пришла устраиваться, и даже сделал плавающий график, когда вышла на учебу.

Сегодня была моя смена, и после учебы, едва заскочив домой, чтобы оставить рюкзак с тетрадками и переодеться в удобные джинсы и кофту, я пешком отправилась в кафе, благо оно было всего в паре кварталов от нашей пятиэтажки. Матери говорить о том, кого я повстречала в универе, не стала, иначе наверняка распереживается, а сердце у нее слабое, ни к чему ей эти подробности. Сама расквитаюсь с подонком.

Привычной дорогой через дворы дошла до проспекта, свернула на перекрестке направо, и шагнула на пешеходный переход. От гнетущих воспоминаний о сегодняшнем дне мысли витали где-то далеко, и я не сразу поняла, что, стоило мне ступить на «зебру», как загорелся желтый, а следом и красный. Визг тормозов заставил меня вздрогнуть и в испуге отпрыгнуть назад, на тротуар, и, не удержавшись, я шлепнулась на пятую точку прямо на мокрый от недавно прошедшего дождя асфальт.

– Идиотка, что ж ты творишь?! – услышала я гневный, и такой знакомый голос.

Подняла в страхе глаза и увидела сидящего за рулем Зверина. Тут же закралось подозрение, что он специально хотел меня задавить в отместку за сегодняшнее утро, но мужчина выскочил из машины, и, не обращая внимания на рассерженные сигналы стоящих следом за ним автомобилей, подскочил ко мне.

Его обеспокоенный взгляд совершенно выбивал из колеи. Он что, типа, переживает за меня? Ну, да, так я и поверила. Даже если и так, мне даром это не нужно. Уж точно не от него.

– Ты в порядке? – он наклонился, схватил меня за плечи, вглядываясь в лицо, а меня словно током ударило.

Нервно дернувшись, я скинула его руки с плеч, проигнорировала протянутую руку и поднялась, безуспешно пытаясь очистить джинсы от грязи. Бросив на ходу угрюмое «в полном», обошла мужчину и поспешила через переход, пока там горел зеленый.

Я чувствовала, что он стоит и смотрит мне вслед. Буквально кожей ощущала сверлящий спину между лопаток взгляд. Поэтому, когда, наконец, перешла улицу и нырнула в арку между домами, вздохнула с облегчением.

Вот же прицепился, гад!

Только сейчас подумала, что могла бы использовать эту ситуацию в свою пользу, чтобы подобраться к нему ближе. Но мысли об этом вызывали лишь отвращение. Совратить его казалось теперь не такой уж хорошей идеей, но отступаться от плана я была не намерена. Этот мерзавец должен за все заплатить!

В кафе я пришла в дурном настроении, и девчонки, что сегодня были со мной в смене, сразу просекли это. Пока переодевалась и натягивала форменное платье с передником, раз двадцать спросили, в чем дело, успевая бегать ко мне в раздевалку между заказами.

Но я отмалчивалась. Ну не буду же рассказывать им, что собираюсь уничтожить своего кровного врага, а по совместительству нового куратора. Не поймут.

Народа в кафе было мало, вечер только начался, и до основного наплыва посетителей оставался час или два. Играла тихая музыка, уютный желтый свет едва рассеивал вечерний сумрак. Обстановка почти не отличалась от сотни таких же заведений по городу, разве что цветом интерьера: пошарпанные деревянные столики, продавленные диванчики по обе стороны от них, высокий потолок в стиле лофт, и свисающие низко объемные абажуры светильников.

За столами сидели всего несколько человек, и девочки вполне справлялись с заказами и до моего прихода. Проковырявшись со шнуровкой на платье, я вышла в зал только спустя полчаса. Оправила фартук, заправила мешающуюся прядку волос за ухо, и направилась к стойке заказов, что находилась рядом с баром.

– Что тут у нас? – спросила я администратора Дмитрия, молодого парня моего возраста, с вихрастой рыжей челкой и усыпанным конопушками лицом. Скучающий за высокой стойкой парень оторвался от телефона и посмотрел на меня с теплотой, а потом едва заметно подмигнул. Я же привычно сделала вид, что не заметила.

Дима несколько раз уже подкатывал ко мне с предложением встречаться, но я каждый раз мягко отшивала его, оставляя парня во френдзоне. Может, и зря, я видела, что искренне нравлюсь ему именно как человек, а не просто красивая девушка. Но сердце в его сторону нисколько не екало.

– Два капучино, чизкейки шоколадный и клубничный за пятый столик. Одна отбивная с картошкой фри за шестой. Пока все, – он указал на подносы с готовыми заказами.

– О’кей, – кивнула я, подхватывая один из них.

– Мила! – громким шепотом возопила у меня над ухом Катька, самая младшая из нас рыжая заводила и проказница.

Чуть не уронив поднос, я повернулась к ней с гневным видом, собираясь отругать.

Но она меня опередила.

– Мила, тут клиент за столиком номер десять хочет, чтобы именно ты обслуживала его.

Чего? Вот только этого мне не хватало, я сейчас не в том настроении, чтобы изображать любезность.

Кафе у нас было не совсем обычное. Верней правила, установленные хозяином заведения. Слово клиента было для нас закон, и если посетитель хотел сам выбрать официанта, или жаловался, что блюдо пересоленое, пусть это и было не так, мы всегда шли навстречу. В рамках разумного, конечно.

Своего рода маркетинговый ход. Тем более, что в официантках у нас были исключительно молодые и привлекательные девушки, в коротких платьишках и кружевных фартучках, что не могло не радовать глаз наших клиентов.

Я с интересом глянула за десятый столик, стоящий в самом углу, за колонной, и теряющийся в полумраке, но увидела лишь одинокий мужской силуэт, чьего лица не было видно.

Ну что ж, вперед, Мила, твой тайный поклонник ждет тебя.

Глава 5

– Ты? – удивленно-раздраженно бросила я, замерев перед тем, кто, похоже, вознамерился сегодня окончательно меня доконать.

– Ну, во-первых, не ты, а вы, – наставительным тоном заметил Зверин, подаваясь вперед.

Только вот вид у него был совсем иной, чем на занятиях: галстук куда-то делся, рубашка была небрежно расстегнута, а темная шевелюра волос взъерошена в беспорядке. Его глаза как-то странно блеснули, он окинул меня тяжелым взглядом, и я, поежившись, невольно отступила назад.