- -
- 100%
- +
СОНЕТЫ НА РУБАШКАХ
(1975–1989)
«Здесь только оболочка. Слезы вытри», —
сказал отец Димитрий.
ТЕЛО
Продуто солнцем – все в огромных дырахИ время водопадом – сквозь меняНо стыну гипсом видимость храняВ метро в такси на улицах в квартирахМеня легко представить как коня:Храп трепет плоть. Но вообще я сыро:Вспотевший вкус черствеющего сыраВ рогоже скользких мускулов возняКостюм дворец тюрьма – миллионы клетокСтрана пещер и чудищ – всюду лето —В подмышках жмет – и много тайных мест…Живем привыкли… кажется просторно…Но вчуже видеть просто смехотворноКак это решето спит! любит! ест!ДУХ
Звезда ребенок бык сердечко птичье —Все вздыблено и все летит – люблю —И налету из хаоса леплюОгонь цветок – все – новые обличьяМое существованье фантастичноРазматываясь космос шевелюИ самого себя хочу настичь яСтремясь из бесконечности к нулюЕсть! пойман!.. Нет! Еще ты дремлешь в стеблеНо как я одинок на самом делеВедь это я все я – жасмин и моль и солнца светВ башке поэта шалого от пьянстваНи времени не знаю ни пространстваИ изнутри трясу его сонетОНА
Не по любви а с отвращеньемЧужое тело обнимала…Не рада новым ощущеньемНа спинке стула задремалаВина и водки нахлесталасьПодмышки серые от потаМорщины страшная усталость…Но предстояла мне работаМеня вращали в барабанеПытали в щелочном туманеПод утюгом мне было тяжко!И вот обняв чужую шеюЯ снова девственно белеюЯ пахну свежестью – рубашка!ПОЛИФОНИОН
Шкатулка медь сургуч бутыль с клеймомМузейный стул – с помойки уворованМы в мастерской у Сашеньки ПетроваПокрыты даже пылью тех временЯ – звучный ящик П о л и ф о н и о н ъНа желтой крышке ангел гравированВложи железный диск полуметровый —И звон! и Вифлеем! и фараон!Ведь были же трактиры и калоши —Всего себя в тоске переерошу!Когда ж печать последнюю сниму —Рожок играет и коза пасетсяВ арбатском переулке на снегу.Напротив итальянского посольстваПРИАП
Я – член но не каких-то академий!Я – орган! но не тот куда «стучат»Я – прародитель всех твоих внучатЯ – главный винтик в солнечной системеЯ от природы лыс и бородатЯ – некий бог издревле чтимый всемиЯ – тот дурак… Я – тот библейский гад…Змий своенравен: нервы место времяПусть хочешь ты да я-то не хочуЯ – тряпочка. Я – бантик. БесполезноМеня дружок показывать врачуНо чу – почуял! Как солдат в боюЯ поднимаю голову своюСтою горячий толстый и железныйЧЕМОДАН
Когда я обожрался барахломИ стал до неприличия пузатымОн придавил меня костлявым задомИ брюхо мне перетянул ремнемКак бодрый шмель гудел аэродромВолнуясь он стоял со мною рядомА я – наружу всем своим нутромПозорно перещупанным измятым!Закрыли подхватили понесли…Бродя по колеям чужой землиОн верит в ярость своего талантаА я устал я отощал давноЗа что мне век закончит сужденоЦыганским чемоданом эмигранта!РУКОПИСЬ
Раскрыл меня ты на смех – наугадНа двести девятнадцатой страницеОплыли свечи. Все кругом молчатИ дождь потоком по стеклу струитсяДорогой кони скачут и храпятВ кустах – огни! Предательство! Назад!Мария спит смежив свои ресницыИ в лунном свете замок серебритсяНачало: «Граф дает сегодня бал»Конец: «Убит бароном наповал!»Я – пыльный том седого графоманаНо лишь открой картонный переплетПредутренней прохладою пахнетИ колокол услышишь из тумана1. ФРИЗ РАЗРУШЕННЫЙ
……………………личаем кудри складки…..и треснувшие крыльяВдавились мощной длани отпечатки….оверх легли тончайшей пылью стекло крыло автомобиля закружилась в беспорядке……………………………………взмыли мраморные пяткибеззвучно развалилась лась половина и на ощупь гладкий странно наложилась …ангельский и львиный нет разгадки!2. ФРИЗ ВОССТАНОВЛЕННЫЙ
На сером различаем кудри складкиОрлиный глаз и треснувшие крыльяВдавились мощной длани отпечаткиВека поверх легли тончайшей пыльюКуст блеск стекло крыло автомобиляРеальность закружилась в беспорядкеСквозь этажи сквозь отраженья взмылиБлеснув на солнце мраморные пяткиВселенная беззвучно развалиласьРеальности осталась половинаВсе тот же камень – и на ощупь гладкийНо на другую странно наложиласьВсе тот же профиль ангельский и львиный нет разгадки!ЛИНГВИСТИЧЕСКИЕ СОНЕТЫ
1. ЗВЕЗДА
С т а р неба круг сверлит над космодромомКак сквозь вуаль мерцает Э с т у а л ьЗеркально отраженная изломомУходит С т е л л а коридором вдальШ т е р н – лаковый журнал – редактор ФаустЗ в е з д а над колокольней смотрит внизЮ л д у з по всем кочевьям расплескаласьИ сытою отрыжкою – Ы л д ы з!Мириады глоток произносят такЗдесь блеск и ужас и восторг и мракИ падающий в космос одиночкаИ звездам соответствует вездеЛучистый взрыв: ЗэДэ или эСТэГде эС есть свет, а Тэ есть точка2. ОГОНЬ
Когда славяне вышли на БалканыБыл заклан а г н е ц – капли на ладоньИз бога Агни вылетел огоньЗеленый рай синел за облакамиЯ слышу вой враждующих племенИз глоток: Фаер! файэ! Фламма! пламя!Мы были ими, а германцы – намиСмерд сел на Пферд, а Конунг – на комоньТы, я, они – из одного зернаЯ вижу лоб священного слона…Лингвист укажет множество примеровЛатинскийи г н и с и о г о н ь – в родствеИ на закате окна по МосквеКак отблеск на мечах легионеров3. ВОДА
Речь как река. Во всем – свои истокиИндусское у д а течет в водеИ мной разгадан смысл ее глубокийВ – влажность. О – овал. Движенье – Д.О у д а к а м ю а к в а в а т о в о т э …И выжимая влагу из волосКак много дней и солнца пролилосьВ небытие пустое как зевотаЯ пить хочу. Горит моя гортаньВ ней – скорпионы мерзостная дрянь!Язык мой – враг мой вытянут как жало…И – разрешилось! Ливнем снизошлоВсе мокрое: асфальт кирпич стеклоТы льешься в горло – мало! мало! мало!4. ЗЕМЛЯ
Не принял дар. Ударил Дарий о з е м ьПосла. Шла мгла опустошая з а мА в результате зеленеет озимьВ лучах и листьях бродим по лесамЗачем з е м л е мы говорим «С е з а мОткройся»? Но о страшном ли мы просим?Блестит и пляшет милая глазамСтоцветная сокровищница – ОсеньИли в Крыму – идем беспечно топчемПодошвой прах полынь пыль – почву в общемА там внизу – попробуй гору взрежьВсё вздыблено! гигантский ящер согнутО Господи! проснется – горы дрогнутВдруг выдохнет: О Гея! Гильгамеш!СОНЕТ-ВЕНОК
Алеше Паустовскому, трагически погибшему – попросившему перед смертью в подарок этот сонет
Венок обвили траурные ленты:«От любящих врагов» «от профсоюза»«ЧИТАЕМ ВСЛУХ» – друзья интеллигенты»«ЗАБУДЬ И СПИ» – Божественная Муза»«От неизвестной – НАКОНЕЦ-то ТЛЕН ТЫ!»«ПРИЯТЕЛЮ – от Робинзона Крузо»«ЕВРЕЮ – от Советского Союза»«ЗАЧЕМ ТЫ НЕ УЕХАЛ? – диссиденты»«СКОРБИМ И ПЬЕМ – деятели искусства»«ПРОЩАЙ ДРУЖИЩЕ – водка и закуска»«СДОХ БАЧКА! СДОХ! СОВСЕМ ПРОПАЛ – монголы»«УШЕДШЕМУ С ТОСКОЙ – собака Ларри»«СВЕЖАТИНКЕ! – кладбищенские твари»«Соседи по могиле – НОВОСЕЛУ!»СОНЕТ О ТОМ ЧЕГО НЕТ
Яну Сатуновскому
То мяса нет – то колбасы то сыраТо шапок нет куда я ни зайдуНо я встречал и большую бедуНет близких. Нет здоровья. Нет квартирыНет радости нет совести нет мираНет уваженья к своему трудуНет на деревне теплого сортираНет урожая в будущем годуНо есть консервы РЫБНЫЕ ТЕФТЕЛИРасплывчатость и фантастичность целиЕсть подлость водка скука и балет —Леса и степи, стройки и ракетыЕсть даже люди в захолустье где-тоИ видит Бог! – хоть Бога тоже нетПЬЯНЫЙ СОНЕТ
Навеселе под мухой под хмелькомЗа друга для сугрева для настрояУ магазина вздрогнули – нас троеА кто-то в одиночку и молчком —Наклюкался надрызгался надралсяКак зюзя назюзюкался раскисНабрался налакался настебалсяДо чертиков! до положенья риз!Нарезался. Распался по-российскиПьян в дребодан! в дым! в сиську и в сосиску!– Поколбасись еще! похулиганьСпой песню нам про цветики-цветочкиНафиздипупился. Дошел до точкиПьянь распьянющая! Распьянь и перепьяньПосвящается Герловиным
1. НОВОГОДНИЙ СОНЕТ
2. СОНЕТ – КОММЕНТАРИЙ
На первой строчке пусто и белоВторая – чей-то след порошей стертыйНа третьей – то что было и прошлоИ зимний чистый воздух на четвертойНа пятой – вздох: «как поздно рассвело»Шестая – фортепьянные аккордыСедьмая – ваше белое письмоВосьмая – мысль: «здесь нечто от кроссворда»Ни две терцины: все что вам придетНа ум когда наступит Новый ГодИ все о чем вы здесь не прочиталиИ основное: то что мой концептИз белых звуков сотканный концертПоэзия же – просто комментарийЗИМОЙ В МАЛЕЕВКЕ
Гнилой кокос плывет в воде чернеяГнилой канал оплавлен фонаремЛетят из Таиланда и ГвинеиА друг мой умер в семьдесят второмХочу уехать в Ялту по весне яВ апреле мы вещички соберемЧто из того что мы с тобой умремЖила бы лишь земля – и радость с неюСпадает с хвои снег по ветру веяДорожек сырь. Скамеек темный хромПисьменник бодр хотя мозгами хромДуша подонка и лицо плебеяВ Нью-Йорке Эдик вылез из сабвеяИ жизнь и смерть он чувствует нутромНЕОКОЧЕННЫЙ СОНЕТ
Четверг. С утра я позвонил в МосквуСошел с крыльца на снег навстречу солнцуУвидев близко розовую сойкуОбрадовался я что я живуДорогу помню – желтую постройкуОпять сегодня поздно я уснуА в дымчатое нежное высокоВливалась синь предвосхитив весну —И что созвучно всей моей душеКоторую за много лет я сноваСверкали звезды грозно и лилово —ПочувствовалРВАНЫЙ СОНЕТ
Да все мы – Я! но лишь на разных этажахСтрадания. Сквозь боль и бред предчувствуемСебя. Иногда как будто рассветает. ТогдаИстина прозревает себя. Вот-вотКоснется особенной ясностью. Сейчас —Какой-нибудь сучок, ветка, намек, счастливоеВоспоминание. Уже соскользнул. НеУдержаться на этом ослепительномОстрие. Сознание разорвано какОсеннее дерево. Этот листок —Улетающее вчера. Этот – зыбкое завтра. А этотСовсем уже не ты. Снова ощупьюЖадно шаг за шагом, день за днем, ночьЗа ночью. Но придет же Весна наконец? Или Смерть?СОНЕТ ВО СНЕ
Приснились мне превратности такие:Я сочинил сонет. Но удивленноОн вытянулся полкою вагонаИ почему-то стал поездкой в КиевКружилось поле. Дверь гремела ручкойСбиваясь ямб стучал скакал по рельсамЯ полкой был! Колесами! ТрясучкойТомительной! – и вечером апрельскимЯ был внутри сонета и снаружиИ я страдал, что это обнаружаттогда опять Урал – служить солдатомНо мой сонет бренчал стаканом чаяСмотрел в окно меня не замечаяИ выглядел довольным и усатымМИЛЕДИ
Есть голоса – футбольная командаА твой негромкий отличу от всехКак будто ласку гладишь – теплый мехЕще я видел небо ТаиландаТам тысячи легчайших колокольцевКак тысячи сладчайших богомольцевЛепечут улыбаясь в синевуТы храм такой видала на картинке?Твой смех колеблет медные пластинкиТы радуешься значит я живуСОНЕТ С ВАЛИДОЛОМ
Мокрые листья влипли в асфальтСентиментально гляжу на природуНа серое небо на серую воду…В июне меня прихватило – инфарктКажусь себе барином старого родаМол пожил и хватит – фойе и антрактА кто-то гуляет и пьет! И кого-тоСам черт не берет!.. Поразительный фактКак выжила жизнь и поэзия в этомСплошном советизме! На вечер к поэтамОпять участковый с повесткой пришелСейчас бы (пожалуйста – клетка и птица)Израниться в кровь… или просто напиться…Но в левом кармашке лежит валидолСОНЕТ ПЕТРАРКИ-1
Если то не любовь, то что же я чувствую?
(Франческо Петрарка)1Но что со мною, если не любовь?А если я влюблен, то что же это?!Само-му-чи-тель-ство!.. Простите, нездоров.Заразный. Все. Не прикасайтесь. Вето.Попался, влип – не рыпайся, не сетуй.Ведь все живут, хотя умрет любой.Банальная, как девка из балета,Любовь, как смерть, расправится с тобой.И будешь ты носиться без руля,Безвольно плавниками шевеля,Во власти волн… как говорит Петрарка…Где шеи начинается изгиб,Там темный завиток – и я погиб!Я в зной дрожу! мне на морозе жарко!СОНЕТ ПЕТРАРКИ-2
Будь благословен день, месяц, год…
(Франческо Петрарка)2Я помню год и месяц, день и час,Твой локон юный, вид бесцветно-кроткий…Тот человек…Где он теперь, сейчасТот иудей со шкиперской бородкой?Я помню, мы накачивались водкой…Пришла с подругой… Села не дичась…И день был странный – длинный и короткийВ пустой квартире – в небе светлых глаз.Я помню все – и тени на снегуИ даже то, что помнить не могу,Как целовал тебя в тот вечер мартаНе я! Как упивался поцелуйДо крови! Как окреп и вырос хуй!И ревность обжигает так же ярко!ПОДМОСКОВНЫЙ ПЕЙЗАЖ С КУКЛОЙ
Вся в ряске течет полудохлая КлязьмаВ осоке видна утонувшая куклаК осени – дождь… Но и солнышко дразнитОкраина вся менструально набухлаНа том берегу – магазины и праздникЗдесь кто-то крикнул а там кто-то гукнулТам пьяный бежит. А другой безобразникЧернеет в траве словно жук или букваЧто все это – кукла плакаты бараки?Наверно какие-то тайные знаки —И всюду рассыпанные человечкиИ желтый закат за поселком – и дажеЛошадь белеющая у речкиВ нечеловеческом этом пейзажеСОНЕТ-СТАТЬЯ
«Большая роль в насыщении рынка това-рами принадлежит торговле. Онанеобычный посредник между произво-дством и покупателями: руково-дители торговли отвечают за то,чтобы растущие потребности населе-ния удовлетворялись полне-е, для этого надо развивать гото-вые связи, успешно улучшать проблемы улучше-ния качества работы, особенно в отноше-нии сферы услуг, проводить курс на укрепле-ние материально-технической базы, актив-но внедрять достижения техники, прогрессив-ные формы и методы организации труда на селе»НЕЧТО – НИЧТО
(Метафизический сонет)Качается шар. Навстречу шаруКачается шар. Один в одинВлетают шары: один – пара, один – пара,один – параИз сферы зеркальной за ними следимВсе отраженье. Предмет или дымШар или призрак. Подобно кошмаруШар вырастает… Но вместо удара вместо удара вместо удараШар исчезает поглочен другимНесутся – слоятся шары пропадаяВ третьем – в десятом – целая стаяВ лжебесконечность уходят шары шары шары шары шарышары шары шары шары шары шары и т. д.Стойте! Довольно! Не вынесу пытки!Маленький шарик повисший на нитке —Детский предлог для вселенской игрыПЕЙЗАЖ С ДОМОМ ТВОРЧЕСТВА БОЛШЕВО
«Заходящее солнце косыми лучами освещало зеленые верхушки деревьев»
(Из рассказов начинающих авторов)Дом обжитой и барский – довоенныйБывали в нем и Горький и ГайдарЯ помню фотографию: военныйДо блеска выбрит – как бильярдный шарСтаруха знаменитая когда-тоЗдесь ходит в джинсах в красном парикеИ сценарист таинственный как датаВесь в замше размышлять идет к рекеА солнце заходящими лучамиЧего-то освещает… И ночамиИз-за гардин в аллее мертвый светКак бьется сердце!.. Утром у столовойСидят вороны крупные как совыНа ветках увенчавших мой сонетБУДДА
Такой большой!.. Такой…большая мамаКак Гималаи – вдаль – и нет концаВ тени – яйцо огромного лицаНе Будда это а скорее БрамаОн видит сны – и эти сны – Он сам:Звездой – в песчинку… с губ раскрытых – прямо…но сквозь вселенную он слышит голосаИ шарканье по гладким плитам храмаТянулся хвост… ура дошли до пяток:Глазеем на божественный порядок:На каждом пальце – красная спиральВ неслышном свисте в вихре и содомеНедаром мой отец – сапожник, БёмеВдруг понял я что этот мир – печальСПЯЩИЙ БУДДА
Снимаем обувь – уж таков порядокЗдесь Вечность спит «у времени в плену»И храм ведет куда-то в глубинуОт головы до колоссальных пятокОт локтя к уху взглядом я ползу…Из полутьмы полузакрытым глазомМир как яйцо Он созерцает разом…А мы – мы где-то шлепаем внизуОчнись! опомнись! кто мы? что мы? где мы?Вокруг застыли желтые монахиИ мрамор холодит подошвы ног…Клыкастой маской усмехнулся демонИ вновь – надежды ужасы и страхи…В закат рычит бензиновый БангкокДИАГРАММА ЖИЗНИ
Улыбчивые старцы-мудрецыРазглядывают диаграмму жизни—Поэтом будет… при социализме…– Судьба печальная – заметил Лао-цзыИ вот родился я в своей отчизне…Была война…Давили подлецы…На грядке кошка ела огурцы…Скучища – хоть на лампочке повисни!Вдруг выигрыш – поездка в СингапурИ тут где жизнь как сладкий перекурЯ фреску увидал в китайском храмеТам на стене где ивы и дворцыУлыбчивые старцы-мудрецыБеседуя склонились к диаграммеПУТЕВЫЕ ВПЕЧАТЛЕНИЯ
В Северодвинске помню я кафеКак будто МОЛОДОСТЬ а может быть и ЮНОСТЬОно похоже было на бездарностьИ пахло тухлым пластиком внутриА из Елабуги привез я сувенирГвоздь кованный и синий на которомЦветаева повесилась*… В СаранскеНа улицах я видел дохлых крыс– Эй, посмотри! – по бронзе я стучуМне в Пензе показали каланчуПизанскую. Придавит ведь засранцевПухов и сер – не Серпухов – Париж!..Ну чем еще тебя расшевелишь —Нашествием китайцев? африканцев?ПРОГУЛКА В ИВАНТЕЕВКУ
Белеет призраком… блестит летучей солью…Снег выпал рано. На лесной дорогеКак Чичиков – по рельсам – петушкомА там рукой подать до ИвантеевкиДва десятка каменных коробокВ модных брюках и дубленкеХодят местные девчонкиНа одном заводе как в родном колхозеЗдесь под Москвой – хоть вой – земля родить сталаЖелезные овощи – станки и ракетыЛишь название деревни – ни к селу ни к городуИз Ивантеевки я возвращаюсь лесомВ снегу и солнце – заросли малиныПрогулки вообще полезны для здоровьяМЫСЛИ
Вот отлетела – серая как мольВот развернулась – пестрая как веерНавязчивые – только им позволь —Всю ночь стучит и движется конвейерРассыплются – горох или фасоль —Не соберешь – еще и сам рассеян…ОГРОМНЫЕ И БЕЛЫЕ КАК СЕВЕРМучительная как зубная больРасставлены как шахматы – для делаЗастенчивая – держится в тениИ та которую хоть за уши тяниНе вытащить – так накрепко засела!Есть мысли в кресле, мысли на ходуИ э т а мысль к которой я иду.ВЕЧЕРНИЙ СОНЕТ
Зажегся свет… И в полу – непрозрачномВ стекле возникли лампа стол и яУгадывалась комната мояНо фото было призрачным и мрачнымТ а м сквозь меня просвечивали елиДалеких зданий острые огниА т у т был пол и все на самом делеХоть сам себя за ляжку ущипниЯ ущипнул себя – не удержалсяНо крикнул он – из черной немоты!А в зеркале напротив отражалсяЕще один двойник и демон – тыИ с ужасом друг друга наблюдалиТри разных стороны одной медалиОКНО
Лежу затылком чувствую: о н оРаспахнуто – как будто дышит веткаХочу взглянуть. Но возникает некто—Вам шевелиться не разрешеноНа потолке – кукушечье пятно…Досадно! глупо! Вот что видят все кто…Еще – на двери – марлевая сеткаНо слава Богу в мире есть окноТам облачно – недаром тень в палатеТам в белой раме – город на закатеДалеко – пляж… зеленая волна…Так явственно что можно все потрогать!С трудом в подушку упирая локотьЯ обернулся: за окном – стенаСОНЕТЫ ИЗ ДИЛИЖАНА
1. ГОРОДОК
Обвалы за Севаном – в сердце горПолзут в тумане фары – виражамиСпускаются – тревожится мотор —На дно где городок и горожанеПриехал Гамлет… Друг его – шоферРомео – кутежи за кутежами…Отелло остролицый как топорИ площадь как подмостки в ДилижанеЗадумчив принц: на стройку туф опятьНе завезли… И гвозди где достать?..Офелия – глазастик: дома – драмаКакой армянский зодчий рассчиталЧто приняла тщета и нищетаШекспировские очертанья храма!2. СМЕРТЬ КРОТА
Из снега Верный выхватил крота —И выронил… Затряс как бы обжегсяТам – талая вода и чернотаОн – там! – Схватил – и вновь поостерегсяКак с мышью кошка он играл с кротомПо-зимнему стучал в деревьях дятел…Обнюхал шкурку плоскую потом —И сразу интерес к нему утратилМы ближе подошли и удивились:Зачем слепой глупыш наружу вылез?Но видно землю разморило всласть —Вся в корешках набухла засочилась…И он проснулся. Тут-то и случилось!Горячая как печь собачья пасть3. МОНАСТЫРЬ ГОШ
Паленым пахнет… Безбородый – ГошЗдесь книги прятал – свод блестит от копотиДа! Тимур-ленг прошел в огне и топоте —И до сих пор здесь дух горелых кожВнизу селенье: свиньи трактор грязьИ дом из туфа – розовый ДОМ БЫТАВека назад все брошено забыто —Дымится и живет не торопясьНо черные небритые мужчиныНа площади стоят не без причины —И вот старик похож на книжный знакЛюбой из них (придурковатый самый)Хранит в себе и смысл и крепость храмаХоть самый храм их – брошенный очаг4. ЕРЕК ВАГАНЦ
Синицами исклеванное маслоТам на балконе… Из ущелья – парВ тумане солнце вспыхнуло… погасло…Но в марте липнет к москвичам загар—Автобус в Дилижан идет?.. НеясноВрунишка – но глаза как Божий дарСреди деревьев розовых и красныхВ снегу торчит могила – чей хачкар?Доехали в такси. Пиджак потертый —И сам изжеванный, зато тариф – пятеркаЕрек ваганц! – да – и не прекословьА горы между тем – страницы книгиКамней шизофренические сдвигиИ землю ткни ножом – проступит кровь5. ПОЛЯНА В ГОРАХ
Вся в воздухе стеклянная полянаЛишь тикающий шорох из тумана —С деревьев тающий и падающий снегТам – замирающие наши разговорыИ оплывающие кельнские соборыИ осыпающийся псевдочеловекИ если слушать в молоке в лесу лиИ снега шлеп и проблеск как бы хрустТо различишь дыхание косулиИ глаз ее армянский полный чувствА если выше выше – всей поляной —Всем слухом подниматься в тишинуТо станешь белой бабочкой стекляннойИль просто каплей слышащей веснуМУЗА
Появилась из‐за края скалы на дорогеВ чем-то белом подобно тунике. Соски едваОбозначены, худые колени. В тени лица —Светлые глаза еще светлей. МиловидностьЮной некрасивости; козья мордашкаУсмешка – быстрый язычок – еле уловимоеДвиженье ящерицы. Массив КарадагаВысвечен голубизной. Отрок. Лаванда. Рыба.И как в н а ч а л е – в музыке и синиС пучком колючек воронцов полыниОна прошла ничем не выражаяБожественного отвращенья к мируИ было мне дано (ему – Сапгиру)Понять что муза не моя – чужаяКОКТЕБЕЛЬ
Памяти Коктебеля
Меж Карадагом и ХамелеономКак серая жемчужина – заливХудожник на скамье нетороплив —Рисует скалы точек миллиономПолынным кругом горы очертивСказал Господь: «Здесь будет хорошо вам»И в солнце на тычке вином дешевымУпился интеллект и примитивГде в балахоне греком шел ВолошинХип «ловит кайф» двусмыслен и взъерошенПисьменники здесь пишут похабельИ в самый цвет махровым их идеямЖивую душу сделали музеемИ Планерским назвали КоктебельПИЦУНДА ЗИМОЙ
Похожа на Японию ПицундаЗимою в дождь – и небо как гримасаКакого-то свирепого абхазцаГазета мокнет – из Москвы – оттудаТам липнет снег… огни… представить трудноБезвольные во власти Фантомаса…Мыс в пену накренясь скрипит как судно —Вдруг лопнул ствол сосны – наружу мясо!Обречены на грусть и прозябаньеМы смотрим в небо… Бледными губамиЕдва живем… Что час назад промокло —Все высохло. И ездит по балконуНаперекор всемирному законуСтул алюминиевый, что ему – наши стекла!СТОЛИЦА
Гранитный парапет. Москва-рекаС утра такси несутся от вокзаловМильоны пришлых, тьма провинциаловКипят как дрожжи в капле молокаНочная – корпусами облаками —Незрячий взгляд, разжатая рука —Раскинулась и дышит словно КаинВ беспамятстве – уж очень великаИ снова «холодок бежит за ворот»Для интуриста скучен этот город:Ни супер-шоу ни реклам ни сект…Но вдруг пустеет Ленинский проспектОт Внукова как будто ветер вытер —Текут машины… где-то там – правительПИТЕР
Ни лошади на Аничковом, ни да-же Летний сад осеннею поройНи бывшей и стареющей обидаНи Петр ни змей ни бог и ни геройНи в ЕВРОПЕЙСКОЙ лилии модернаНи ростры – их русалочьи хвостыНи то что всем хронически вам скверно —(В муть в душу разведенные мосты) —Другое помню. Утром у вокзалаШла троица. Ночной триумвират:Большой как блин дворовый опивалоАлкоголичка – косточка рабочьяИ рыженький – сомлеешь встретив ночьюИм двигался навстречу Л е н и н г р а дЛЮБОВЬ
Надежде Януариевне Рыковой
Пообещала – значит выйдет скороОдну бутылку подобрал в подвалеДругие две строители мне далиКупил треску и пачку БЕЛОМОРАСтучал в окно – играл как на рояле«Май дарлинг» вызывал – для разговораШипел мяукал… приняли за вораУшел в подъезд – опять меня прогналиЧто бормочу лишь ей одной понятноВон за стеклом – и нос ее и пятна —И вертикальный с золотом зрачокОтец ее и враг из дома вышелЗачем сказал он то что я услышал? —«Влюбленный в нашу кошку дурачок»