Колдунья против инквизитора, или Драконьи страсти

Глава 7

Дьяр

Нельзя сказать, что Дьяр из рода Орме не интересовался девушками. Интересовался.

На правах старшей сестры, ещё и близкой ко двору правителя — альгахри — белых драконов, Рунгерда время от времени знакомила Дьяра с молодыми и привлекательными драконессами. Да и в академии Эльдрейни не одна благородная девица краснела и смущалась под его взглядом.

Иными словами, жениться Дьяр мог, когда захочет. Необязательно было годами или даже десятилетиями ждать истинную пару.

Но почему-то он медлил. И на все приставания Рунгерды отвечал улыбкой и спокойным: «Не всякая драконесса выдержит семейную жизнь с демоноборцем. Сегодня я рядом, а завтра могу погибнуть на задании. Демонов-то расплодилось!»

А сегодня Дьяр впервые увидел девушку, которая затронула в его сердце звонкую струну, вызвала яркое, удивительно тёплое чувство. В ней было что-то близкое и родное. Словно много лет назад, в иной жизни, в ином мире они встречались и любили друг друга.

Однако все планы насчёт зеленоглазой Тейни, родившиеся в голове Дьяра, были разрушены в одночасье.

— Это моя возлюбленная невеста, — заявил Игвар, и невидимые нити, протянувшиеся от девушки к Дьяру, резко оборвались.

Какой бы очаровательной она ему ни показалась, Дьяр ни за что не стал бы отбивать невесту у старого приятеля. К тому же Игвар сказал, что и Тейни без ума от него.

Разумеется, ведь Игвар никогда не страдал от недостатка женского внимания!

Другое дело, что Тейни совсем не выглядела счастливой. И вела себя странно. Вначале подслушивала у кабинета Игвара, затем убежала в слезах… Отвечать на вопросы Тейни отказалась, но Дьяр предположил, что здесь напрямую замешана белая драконесса Сильджана из рода Хеннет.

Что ж, если Игвар и после свадьбы не намеревался бросать своих легкомысленных девиц… Значит, на самом деле любовью к Тейни с его стороны и не пахло. Дьяр не оставил бы это просто так.

Раз Игвар решил жениться на честной и невинной девушке, он должен был вести себя соответствующе. Честно и справедливо. Либо отменить свадьбу…

Конечно, самой Тейнибросе Дьяр ничего не сказал. Он потанцевал с ней, напоследок полюбовался издалека и, чувствуя, что праздник ему откровенно не по душе, хотел пораньше удалиться.

Как бы не так! На полпути Дьяра остановили серые драконы Ифаль. Недавно главу рода обвинили в демонопоклонничестве, и речь зашла о том, удастся ли ему избежать заточения в Ирлигарде.

А ближе к концу напряжённой беседы по замку разлетелась тревога. Тейниброса погибла, а Сильджана пострадала от тёмного проклятья. И всё это сотворил непонятно откуда взявшийся демон!

Придя в себя от известия и с трудом отделавшись от драконов Ифаль, Дьяр настоял на расследовании. Он не верил в то, что демон мог расправиться с одной жертвой, пощадив при этом другую. Да и кто бы лучше остальных разобрался с тьмой, как не самый большой её враг?

При мысли о том, что Тейни мертва, в груди образовалась жуткая, тянущая пустота, хотя Дьяр знал эту девушку всего лишь несколько часов. Но, когда Игвар позвал его в свой кабинет, запер дверь и начал рассказ, стало ясно, что лучше б Тейниброса и вправду погибла.

— Не было никакого демона, — устало произнёс Игвар, потирая виски, и разлил крепкий драконий эгль по кружкам. Дьяр сделал глоток и отставил кружку в сторону — ему был необходим ясный ум.

— Не было демона? А что же тогда произошло?

— Это всё Тейниброса. Она кровью начертила круг, создала портал и бросила проклятьем в Сильджану, когда та попыталась ей помешать.

Дьяр застыл на месте. У него перехватило дыхание, и несколько мгновений он не мог говорить. А перед глазами, словно живая, встала заплаканная темнокудрая девушка с белым, как алебастр, лицом.

— Не может быть, — наконец выдавил из себя Дьяр.

Игвар невесело усмехнулся, допивая эгль.

— Сам сначала не поверил, но… Ты послушай Сильджану! И посмотри на следы в Библиотеке. Кровь и пепел… Да что там, друг, ты лет шесть или семь имел дело с отродьями тьмы, разберёшься лучше моего!

Дьяр помолчал, отвернувшись, чтобы собеседник не видел его лица. Кто-то подумал бы, что Сильджана наговаривает на соперницу, но такую историю не сочинишь. Тьма — она или есть, или нет.

Усилием воли Дьяр взял себя в руки. Теперь перед Игваром стоял собранный, жёсткий и уверенный в своём праве карать любую нечисть дракон.

— Когда ты узнал про тёмный дар Тейни?

— Клянусь, я о нём вообще не слышал! — Игвар покачал головой. У него был не на шутку встревоженный вид. — Дьяр, мне очень понравилась эта девушка. Я увидел её в башне, пролетая мимо замка Дэльг, и впервые в жизни захотел жениться. Но только теперь понял, отчего мать держала Тейни взаперти…

— Уж мать-то её точно обо всём знала, — хмуро откликнулся Дьяр. — Ладно. Мэрит из рода Дэльг допросят во дворце. И, если она просто укрывала дочь, но не помогала в злодействах, возможно, отделается изгнанием... А сейчас я слетаю за артефактом обнаружения тьмы. И, пока меня не будет, пусть никто и близко не подходит к Библиотеке!

— Да, конечно, — закивал Игвар, отпирая дверь кабинета, а затем вернулся к столу и плеснул себе ещё кружку эгля. Дьяр же вышел из замка Мигрн, принял драконью форму и полетел за артефактом.

По пути в замок Орме, где он жил один в окружении немногочисленных механических слуг, Дьяр вспомнил недавнюю трагедию в Равусе.

— Демонов было столько, что лето превратилось в зиму, — медленно, с паузами рассказывал глава общины из пяти деревень. Единственный оставшийся в живых. — Кто замёрз на месте, кого сожрали, кто от страха умер… Я на лошади ускакал, а только пала она, я тут же на землю — и бежал, пока со всего маху не брякнулся…

Борода и усы его, ещё утром того дня чёрные, полностью побелели.

Впоследствии Дьяр и другие демоноборцы потратили неделю на уничтожение нечисти. Спасибо антимагическим артефактам, которые создавал род белых драконов Айм! Без них справляться с демонами стало бы намного труднее.

Теперь же Дьяра одолевали тягостные думы. Не имела ли ко всему этому отношения Тейниброса? Как далеко от злополучной общины располагался замок её семьи? Да и расстояние для того, кто повелевает нечистью, не такая уж большая помеха!

— Замок Дэльг как раз на границе Равусы с Илитаной, — ответив на вопрос друга, Игвар с сомнением посмотрел на того. — Ты полагаешь…

— Я практически уверен, — сквозь зубы процедил Дьяр.

Исчезло тёплое, родное чувство, которое он испытал к Тейнибросе, впервые увидев её милое лицо и большие, полные печали глаза. Перестала звучать музыка, которую Дьяр услышал, словно наяву, пока танцевал с Тейни. Всё оказалось ложью, фальшивкой. А правдой были кровь и пепел.

Тейниброса — тёмная. И, скорее всего, плакала она не столько из-за любовных похождений Игвара, сколько потому, что боялась разоблачения, боялась за свою проклятую жизнь. И не зря…

— Куда она могла направиться? — Игвар стоял в Библиотеке с угрюмым видом, сжимая кулаки. Из-за спины его выглядывала откровенно несчастная Сильджана в закрытом до самого горла платье.

Дьяр выпрямился, держа в руке артефакт, похожий на угольно-чёрный компас с одной-единственной красной стрелкой. По непонятным причинам та дрожала и беспорядочно металась, прежде чем в конце концов указать на круг.

— У меня есть надёжный способ это выяснить. Поэтому, — Дьяр помолчал, — я останусь на ночь в Библиотеке, если не возражаете.

— Вы собираетесь здесь спать, благородный Дьяр? — ахнула Сильджана. Синяки на её лице были аккуратно припудрены, нос скоро заживёт, а вот грудь ей Тейниброса, похоже, испортила навсегда.

Странный выбор проклятья для девушки, которая не моргнув глазом насылала демонов на общину в Равусе, но сейчас Дьяру было не до таких нюансов.

— Собираюсь, — усмехнулся он. — Это единственный путь к цели. Вы не представляете, достойная Сильджана, как я преуспел в магии снов! Мало у кого среди золотых драконов Гелтейрис есть такие способности, как у меня.

Дьяр произнёс это просто, безо всякого хвастовства.

— Только не говори, друг, что способен притащить Тейнибросу обратно через сон, — усомнился Игвар.

— Посмотрим, — Дьяр стиснул в руке артефакт, не сводя с него глаз. — Одно я знаю точно — в какой бы мирок она ни сбежала, в какую бы преисподнюю ни провалилась, я найду её!

Глава 8

Состояние Релмы внушало опасения, что она не выдержит долгого пути в Алькендар — столицу Дэвиета. Услышав об этом, Венди сняла с пальца красивое рубиновое колечко и швырнула его наземь с беззаботным:

— Тогда так!

К моему удивлению, кольцо завертелось, засияло и начало стремительно увеличиваться. Вскоре перед нами образовался портал. Заглянув в него, я увидела спальню, где обстановка была почти такой же строгой, как в моей башне. Кровать, застеленная чёрным шёлковым покрывалом, а рядом красновато-коричневый комод на толстых ножках. У стены стоял такого же цвета внушительный шкаф, а в середине комнаты — круглый стол, накрытый чёрной скатертью, и пара стульев с резными спинками.

Вот и всё. Никаких картин или ковров, даже окно не было задёрнуто портьерами. Освещали комнату обычные магические светильники внутри больших полых жемчужин на потолке.

— Люблю минимализм, — пожала плечами Венделия и, поймав мой взгляд, пояснила: — Так папа это называет. Издевается, конечно же.

— Помоги мне, — я попыталась поднять Релму, но та оказалась тяжелее, чем я думала, — вдвоём мы сумеем дотащить её.

Венди без слов подхватила бедняжку с другой стороны. Как только мы вошли в спальню и уложили Релму на кровать, портал схлопнулся, а на полу осталось лежать рубиновое колечко. Хороший способ преодолевать расстояния!

— Я сейчас велю слугам, чтобы позвали отца, — Венди взяла со стола серебряный колокольчик, и по комнате поплыл нежный звон, — а ты ничего не бойся и не смущайся, ладно?

— Ладно, — я невольно улыбнулась. Как быстро у меня получилось найти общий язык с этой девушкой! Может, дело в том, что мы обе тёмные?

Интересно, кем были её родители, какое положение занимали в Дэвиете.

Венди успела сообщить, что здесь живут огромные великаны — дэвы, — поэтому я не испугалась, когда в комнату заглянула коротко стриженная черноволосая женщина в два раза выше и крупнее меня. Она была одета в простое коричневое шерстяное платье, а на ногах у неё красовались добротные башмаки со шнуровкой. Выслушав приказ, дэви поклонилась и ушла.

— Мне неловко, что я так неожиданно ворвалась в вашу жизнь, — сказала я Венделии, — если б не смертельная опасность для Релмы, я…

— Ой, брось, — отмахнулась девушка, подбирая своё кольцо. — Выпей лучше водички, я всегда держу вторую кружку для гостей.

Кружки были серебряными, как и кувшин с водой. Наверное, дэвы очень любили серебро. Я сделала пару глотков, посмотрела на Релму — она дышала, но всё так же не приходила в сознание — и подобралась ближе к окну.

— Вот это да! — вырвалось у меня изумлённое восклицание, когда на фоне сумеречного неба я увидела гигантский чёрный цветок с пышными развесистыми соцветиями и плотными кожистыми листьями, тоже чёрными, но при этом отливающими зеленью. Дом, или, вернее, дворец, в который привела меня Венди, был огромным, но цветок ещё выше!

— Нравится? Это хельбория, источник тёмной магии, — заулыбалась Венди, встав рядом со мной. — Его создали папа с мамой ещё до моего рождения. От хельбории можно подпитываться! Правда, отличная штука?

— Да, — искренне ответила я, слыша, как тьма внутри буквально поёт от восторга. Поёт! Обычно злая и шипящая, сейчас моя тьма наслаждалась всем, что происходит! А её настроение передавалось и мне.

— Госпожа Венделия, — раздался от двери голос служанки, — к вам Повелитель, да благословит его всемогущий Саттева!

Судя по её тону, этот Повелитель был очень недоволен. Хоть бы не выгнал нас с Релмой… Я обернулась — и, придерживая пальцами испачканные и местами порванные юбки, присела в поклоне.

Новоприбывший оказался высоким, прекрасно сложенным мужчиной с длинными золотистыми волосами, собранными в хвост, и тёмно-синими, почти чёрными глазами. Я сразу отметила правильные черты лица и симпатичную ямочку на подбородке Повелителя, но тут же велела себе не обольщаться его внешностью, а смотреть на то, как он себя поведёт. Как я убедилась на примере Игвара и Сильджаны, физическая красота не имела никакого отношения к душевному благородству.

Повелитель выглядел скорее старшим братом Венди, нежели отцом. Этому я не удивилась — драконы живут пятьсот лет и стареют медленно. Однако, рассмотрев багряного цвета чешуйки на чёрном кожаном сюртуке, я опешила. В моём родном мире красных драконов не существовало! До сих пор я считала Венди золотой, и, похоже, ошибалась.

— Папа, это Тейниброса из рода Дэльг, она тёмная, как и мы, сама открыла портал в наш мир и вместе со своей механической служанкой почти что упала на голову демону! — выпалила Венди прежде, чем я успела бы рот открыть.

И я вдруг осознала, что её отец, вот этот красный дракон с тёмным даром — Повелитель не кого-то там, а дэвов! Великанов! Как он умудрился захватить власть над ними?!

— Подожди-ка, Венди, — дракон поднял руку, останавливая поток слов. У него оказался глубокий, низкий и завораживающий голос — таким бы песни петь. — Для начала стоит представиться друг другу. Тейниброса из рода Дэльг?

Я снова поклонилась, совершенно растерянная.

— Д-да, но лучше Тейни.

— Замечательно. Моё имя Хааген Эсвейд, или просто Тёмный. Я, как вы уже поняли, отец этой несносной девчонки. Приветствую вас в Алькендаре! И прошу поведать мне, — он бросил взгляд в сторону бессознательной Релмы, — вашу историю.

Венди присела на кровать, я — за стол, как и Тёмный. И, не сводя глаз с круглой золотой пуговицы на воротнике его шёлковой рубашки, гармонировавшей цветом с чешуйками на сюртуке, я начала свой рассказ. Правда, пока не стала много говорить об Игваре; упомянула лишь то, что возненавидела жениха и хотела сбежать от него подальше.

Хааген слушал очень внимательно.

— Значит, вы, Тейни, смогли открыть портал с помощью ритуала? Безо всякого участия демонов? И сумели указать приблизительное направление того, куда хотели переместиться?

— Да-да, честное слово, я не вызывала никаких демонов! — заверила я его.

Отец и дочь переглянулись.

— Талантище! — убеждённо заявила Венделия. — Я думаю, мама тоже будет впечатлена!

Я неуверенно улыбнулась; первый раз в жизни кто-то откровенно восхищался моим тёмным даром. Но улыбка мгновенно исчезла, потому что Релма застонала, и я бросилась к ней. Опустилась рядом с кроватью на колени, взяла руку служанки в свои. Она моргала чистыми голубыми глазами, с недоумением глядя то на меня, то на Венди и подошедшего Хаагена, и дышала с трудом.

— Госпожа Тейни… мне больно… Скажите, что происходит? Где мы?

У меня на глаза навернулись слёзы. Голос Релмы звучал чуть слышно и казался таким слабым!

— Я всё объясню, только давай сначала спасём тебя. Мой бывший жених, — порывисто обернулась я к новым знакомым, — ни за что ударил Релму и повредил её механизм.

Хааген с видимым неодобрением покачал головой. На мою верную служанку он смотрел с интересом и, как мне почудилось, чем-то похожим на сострадание.

— Ваш бывший жених, Тейни, дикарь и животное, — с этими словами красного дракона я была полностью согласна. — Что касается Релмы…

— Вы поможете ей? — с замиранием сердца спросила я.

— Тейни ведь спасла меня от гуля! — торопливо добавила Венди.

Эта реплика вызвала лёгкую улыбку на безупречно красивом лице Хаагена.

— Я очень ей за это благодарен. И мог бы помочь. Но, — он сделал значительную паузу, — будет гораздо лучше, если Тейни починит свою служанку самостоятельно.

— А как же… Я не сумею…

На моё плечо опустилась сильная рука, украшенная золотым перстнем с рубином, и я умолкла.

— Сумеешь. Я научу тебя.

Глава 9

Прошло минут десять, не больше, как Хааген предложил мне своими силами помочь Релме. За это время я только села рядом с ней на кровать и успокоила бешено стучащее сердце, а Венди уже сбегала по поручению отца и вернулась с двумя предметами.

В правой руке её был артефакт, как две капли воды похожий на веточку брусники, только сделанную из драгоценных камней — наверное, изумрудов и рубинов. В левой руке Венделия держала пузырёк с неизвестным снадобьем розового цвета.

— Обезболивающее, — пояснила Венди, встряхнув пузырёк, отчего снадобье тут же вспенилось. — Должно подействовать на любое магическое создание! Эту полезную штуку нам подарила альгахри золотых драконов Лиллика из рода Яри. На день рождения Рауда, моего младшего брата.

Так у неё ещё и брат есть. А местными золотыми драконами правит женщина. Я кивнула, впитывая очередные сведения, и взяла из руки Венди пузырёк.

— Это для Релмы?

На сей раз мне ответил Хааген:

— Да. А восстанавливающий силы артефакт, — он кивнул на веточку, — для тебя, Тейни. Переход из одного мира в другой должен был сильно поубавить твой запас тёмной магии.

Я моргнула.

— Значит, он не бесконечен?

— Если тьму черпать пригоршнями, то выдохнешься надолго, — объяснил Хааген, — а тебе нужно много сил.

— Поняла, — с этими словами я приподняла голову Релмы и влила ей в рот немного снадобья. Вскоре моя верная служанка опустошила весь пузырёк и со вздохом закрыла глаза:

— Спать хочется.

— Больно? — порывисто спросила я, и, когда Релма отрицательно мотнула головой, меня затопила тёплая волна облегчения.

Дождавшись, пока дыхание Релмы станет глубоким и ровным, я взяла в руки артефакт.