Поцелуй для истинного. Расколдовать дракона

IV

Время шло, а я так и не решилась выбить дверь. Здравый смысл подсказывал, что из подобной затеи ничего не выйдет, а вот Замку-Артефакту мои действия не понравятся. И я решила действовать по-другому. Вдруг моя небольшая, но спасшая целого дракона магия поможет открыть путь к свободе?

— Ну же, давай… то, что магией закрыто, ей же может быть открыто, — скороговоркой пробубнила я себе под нос. И надо же — по замочной скважине скользнули голубые искры, раздался лёгкий треск, и дверь бесшумно отворилась.

— Вот же негодница! — возмутился неведомый голос и умолк. У меня аж мурашки по спине побежали, и, радуясь, что покидаю жутковатое место, я выбежала из комнаты.

Снизу доносились еле слышные голоса, и соблазн подкрасться к лестнице и подслушать был слишком велик, чтобы я могла с ним бороться. Потом потихоньку уйду, задерживаться не стану.

Разговор и правда оказался занятным. И беседовали не на драконьем, а на человеческом, бланкастрийском языке, который я понимала благодаря тётушке Минне. Видимо, эти, как их там, дворцовые стражники были людьми.

— …долго же высылали проверяющих на поиски, достойный Эйль-Арген! Я мог сгинуть в проклятой Арифании. Хорошо ещё, сумел самостоятельно выбраться.

— Благородный Дэйнхар из рода Илль, — по тону незнакомца казалось, что он смущён, — мы и подумать не могли, что кто-то осмелится держать у себя в плену дракона. Что нужно было тому человеку?

— Энери? Полагаю, ему кто-то внушил мысли о нападении на меня, — мрачно откликнулся Дэйнхар. — Я сжёг человечишку в гневе, не совладав с собой. Затем вернулся и расспросил уцелевших обитателей замка…

«Значит, не все погибли!» — мысленно обрадовалась я, сжимая обеими руками вырезанную на перилах голову льва.

— Они все как один утверждали, что с Энери беседовал какой-то странный тип. И там же присутствовал советник…

Личного советника господина Энери звали Лермах, и это был неизменно вежливый и добрый сухонький старичок. Я замерла в страхе, надеясь, что не услышу сейчас про его смерть.

— Вы допросили его, господин Илль? — Это, похоже, был стражник.

— Разумеется. Но он о той беседе не помнил, и его мысли говорили о том, что он не лжёт. Думаю, кто-то договорился с Энери о нападении на меня и дал ему магический артефакт. А потом заговорщик частично стёр память и советнику, и скорее всего самому Энери.

— Что?! — с искренним удивлением воскликнул проверяющий. — Это не мог быть дракон! Тогда кто же?

— Загадка, достойный Эйль-Арген. Загадка.

Наступившая тишина была напряжённой не только для меня. Между тем, я от всей души надеялась, что, допросив Лермаха как следует, Дэйн его не испепелил.

— Выходит, следы теряются?

— Именно так. Но я уверен, что, если речь идёт о чьём-то заговоре, попытка нападения ещё повторится…

Мне почудился какой-то подозрительный шорох, и, опасаясь, что меня обнаружат, я начала пятиться назад, а затем, подняв юбку, припустила по коридору. Здесь наверняка есть какие-нибудь интересные места! Например, башня, увитая паутиной, или, как в сказке, сокровищница, полная сундуков с золотом и магическими артефактами. И пока проверяющий здесь, а Дэйн отвлёкся на него, я успею всё обойти.

Итак, я преодолела второй этаж и поднялась на третий. Большинство дверей были, конечно же, заперты. Я порхала от одной к другой, наклонялась и смотрела в замочные скважины, готовясь снова применить магию и открыть ту комнату, которая покажется мне загадочной и заслуживающей внимания.

Вот! Я приложила дрожавшую от волнения ладонь к холодному металлу замка. Произнесла недавнюю скороговорку, и знакомые искры возвестили о том, что дверь сейчас откроется.

А что было внутри! Я замерла на пороге, жадно вглядываясь в картины — большие, каждая в человеческий рост. Что только не было на них изображено! Величественный, белоснежный замок с гордо устремлёнными в небо шпилями, круглыми башенками и гербом, как я поняла, рода Илль. Надпись под гербом была на драконьем языке, поэтому разобрать странные, угловатые буквы я не смогла. Зато сам герб показался мне очень красивым: белый дракон, парящий в небе на фоне тёмных грозовых туч.

Я перешла к другой картине, на которой художник запечатлел зимний пейзаж Бланкастры. Знакомые горы, как будто укрытые белыми пуховыми платками. Ветви деревьев, облепленные снегом, и где-то вдали — скачущий хвостатый зверёк земляного цвета.

Третья картина изображала мышь-смотрительницу, как живую. Казалось, Эллейн сейчас поправит ожерелье на шее и заговорит тоненьким голоском. Я оглянулась, думая, где же сейчас мышь. Неужели она появляется только тогда, когда хозяин решает дать ей поручение? Меня вдруг взяло сомнение, живая ли она вообще.

А на четвёртой картине был, без сомнения, сам Замок-Артефакт. Серые крепостные стены неожиданно перетекали в белый мрамор, сам Замок был прозрачным, а лестница, легко просматривавшаяся внутри, наверху изгибалась и расширялась, а внизу была узкая и прямая. Перила меняли цвет со светло-коричневого на чёрный. Удивительно, как Замок мог меняться по собственному желанию!

Незаконченной, незавершённой оказалась лишь пятая картина. На ней была чёрным карандашом набросана фигура девушки. Пока неизвестно, красивой или некрасивой, ещё не решён вопрос о цвете её платья, волос и глаз. Просто торопливый набросок девушки, которая поправляла обеими руками капюшон своей накидки. А за спиной у неё на чёрном коне сидел молодой человек с очень знакомым лицом.

Я отвела взгляд от картины и лишь сейчас заметила в углу холсты, краски и кисти. Осознание пришло не сразу: художником был Дэйнхар. И за спиной у девушки он нарисовал самого себя.

Надо же! Я никак не могла увязать облик сердитого дракона с таким занятием, как рисование. Интересно, Дэйнхар в самом деле умел ездить на коне, или всё это только его фантазия?

Внезапно я спохватилась: надо уходить отсюда! Бормотанье Замка возобновилось и навело меня на мысль, что дракон рассердится ещё больше, чем обычно, если застанет меня тут. Чего доброго, и правда бросит в подземелье.

Но вот как запереть дверь обратно? Сколько я ни трудилась над замком, у меня ничего не выходило. Может, потратила весь запас магии на сегодня? Что же теперь делать?

Ладно, чему быть — того не миновать. Буду уповать на то, что Дэйн не вспомнит, закрывал он дверь на ключ или нет. Он художник, а творческим людям, как говаривал советник Лермах, порой присуща рассеянность. Сам он писал рассказы — и очень недурные.

Я уже хотела пойти на четвёртый этаж, а оттуда — в башню, как одна из запертых дверей медленно и неторопливо отворилась, как будто приглашая меня внутрь. Сначала я остановилась и отступила на шаг. Уж больно подозрительно всё это выглядело… Но потом упрекнула себя за трусость.

— Да что там может быть? Не крутой же обрыв, с которого можно упасть! — сказала я сама себе и двинулась вперёд. Решительно вошла в комнату… и в ужасе уцепилась за дверь.

Передо мной действительно распахнулся крутой обрыв. А сзади, в спину, ударил порыв ветра, заставив оторвать пальцы от двери.

— Нет! — пронзительно вскрикнула я, потеряв равновесие и покатившись по земле. Отчаянно взмахнула руками, ухватилась за влажную, как после дождя, траву. Та выскальзывала из пальцев, а мои ноги в кожаных башмаках уже повисли над обрывом. И ветер всё толкал и толкал меня...

— Стой! — взвыла я, с невероятным трудом держась на краю. Паника захлестнула меня целиком, а сбоку раздавалось весёлое хихиканье. Словно всё происходящее — смешная шутка!

— Прекрати немедленно! — Я вцепилась в какой-то кустик правой рукой. — Убери всё это! Слышишь?!

Где-то на краю сознания мелькнула мысль, что даже если я упаду и разобьюсь, это будет не взаправду, и очнусь я на каменном полу Замка целая и невредимая.

Но всё равно было страшно. Очень страшно. И, не выдержав, я закричала во весь голос:

— Дэйнхар! Дэйнхар! Помогите мне!

Хоть бы услышал и пришёл. Хоть бы вытащил меня отсюда… А что, если дракон и не подумает этого сделать, а только посмеётся надо мной? Я зажмурилась, чувствуя, как из-под век катятся одна за другой слёзы. Да пусть смеётся, лишь бы пришёл!

V

Дэйн

Благородный Арген из рода Эйль всё не торопился уходить. Посматривал своими ледяными глазками туда и сюда, а после шороха, который донёсся с лестницы, и вовсе встрепенулся.

— Мышь, — как ни в чём не бывало уронил я. — И не простая мышь, а Эллейн, смотрительница Замка-Артефакта.

— Вот как, — с явным удивлением протянул Арген. А потом уже с завистью прибавил:

— Прекрасный у вас Замок. Сначала я не поверил, когда мне рассказывали, будто бы дракон из рода Илль владеет таким мощным магическим артефактом…

— Это моё наследство, — любезно пояснил я, чтобы пресечь дальнейшие вопросы. Не стал уточнять, что Замок-Артефакт — единственное наследство, которое у меня было. Всё остальное отец собирался отдать моим сводным братьям.

Арген открыл рот. Судя по всему, собрался задать парочку вопросов, но я опередил его:

— Итак, вы проверили границу с Арифанией — всё спокойно. Убедились, что я покарал наглеца, осмелившегося напасть на дракона, и благополучно вернулся в свой замок. Я поделился с вами подозрениями о заговоре, и вы можете поведать всю эту историю службе дворцовых расследователей — как они там называются?

— Квизари, — подсказал Арген.

— Квизари. Иными словами, ваше задание выполнено.

Не самый вежливый способ выпроводить незваного гостя за дверь, но его острая, как у хорька, физиономия мне надоела. Как и торчавшие у него за спиной фигуры стражников с копьями. А кроме того, я чуял, что, пока я обмениваюсь с Аргеном ничего не значащими репликами, Роника успела что-нибудь натворить. Она выглядела взбешённой, когда я оставил её в комнате. Надо же, служанка, а такая строптивая!

— Что ж, был рад повидаться, — сквозь зубы процедил Арген. Одёрнул на себе драконий сюртук с тёмно-золотыми чешуйками и направился к выходу. Стражники поклонились мне и последовали за ним. — До встречи, благородный Дэйнхар из рода Илль.

— До встречи, благородный Арген из рода Эйль, — с его спутниками я прощаться не стал. И предпочёл бы их всех никогда больше не видеть.

Едва захлопнулась входная дверь, как я мигом очутился на втором этаже. Нить, связавшая меня и Ронику, словно натянулась. Я должен был узнать, что это означает.

Конечно, Роники в комнате не оказалось! Я задержался, чтобы осмотреть замок на двери — девчонка сумела вскрыть его магией. Поразительно! Так какой же у неё всё-таки дар? Но задуматься об этом, как следует, у меня не было времени. Вдобавок с третьего этажа донеслись отчаянные призывы на помощь.

— Эй, Замок! Какого демона ты творишь?! — вырвалось у меня, когда я обнаружил Ронику висящей на краю обрыва. Мгновенно кинулся к ней, оттащил, и она тут же с рыданиями прижалась ко мне. Перепуганная, встрёпанная, и платье всё в пятнах. Роника как будто забыла, что меня надо бояться, и искала защиты!

Тем временем Замок прекратил свою глупую игру. И теперь мы стояли в обыкновенной пыльной комнате. Роника заливалась слезами у меня на груди, пока я злился:

— Чтобы такого больше не было, понял?! Я-то привык к твоим шуточкам, а она — нет!

Замок-Артефакт что-то проворчал и вдруг заявил:

— Она сама виновата, хозяин! Девчонка нарушила сразу несколько правил. Во-первых, стукнула кулаком по моей двери — а в другой раз ещё и ногой приложит, я это терпеть должен? Во-вторых, ослушалась вас, отперла дверь и пошла сначала на лестницу подслушивать…

— Ах ты болтун! — Роника отпрянула от меня и, сверкая глазами, красная и злая, оглядывалась. Руки у неё сжались в кулаки. Думала, что сейчас Замок-Артефакт примет какой-нибудь материальный облик и появится перед нами? Даже если таковой был, я его никогда не видел.

— …А потом, — неумолимо продолжал доносчик, — по коридорам бегала, открыла вашу, хозяин, комнату с картинами…

Роника прижала грязный кулак к губам, старательно избегая моего взгляда.

— И, наконец, я не вынес и решил её проучить! Она ещё и болтуном меня обозвала!

— Так, а теперь послушай, — дождавшись, пока Замок-Артефакт перечислит все прегрешения моей гостьи, объявил я. — Что бы ни сделала Роника, «учить» её запрещаю. Если кто-то и будет наказывать мою гостью за пренебрежение правилами, так это я сам. Ты можешь навредить ей. Она человек, а не дракон, как я, а люди куда более хрупкие. Если с ней что-то случится…

— …то вы избавитесь от всех неприятностей, — тихо подсказала Роника, видимо, решив, что ей нечего терять, и она может ещё и наговорить мне дерзостей. Я хмуро посмотрел на неё и закончил фразу по-своему:

— Если с ней что-то случится, то мой план будет разрушен.

— Понял, понял, — буркнул Замок-Артефакт. — Буду помягче, поделикатнее…

— А то мне придётся поселиться в другом замке, а тебя уменьшить и носить за пазухой, или в ящик сунуть. Ты этого хочешь?

— Ни в коем случае, — присмирел Замок.

— Тогда веди себя, как подобает!

Мы с Роникой вышли из комнаты, и она, опустив глаза, торопливо проговорила:

— Благодарю вас, что пришли на помощь, Дэйнхар, — и хотела ускользнуть, но я сжал её плечо:

— Э, нет! Никуда ты не пойдёшь, моя дорогая гостья. Сначала мы с тобой славно побеседуем.

Надо же, я всерьёз испугался за неё. Зная, что опасности нет, что всё это проделки Замка! Чем объяснить свой порыв, я не знал, и оттого разозлился ещё сильнее.

— О чём беседовать? — Роника вскинула на меня свои небесные очи. Всего лишь служанка, а хороша даже в перепачканном платье и с растрёпанными светлыми волосами. — Я провинилась перед вами, но меня уже Замок наказал. Или вы хотите добавить?

Мне пришлось сделать над собой усилие, чтобы сдержаться и не вспылить.

— Нет. Ты и так всё уяснила, я надеюсь, — подчеркнул эти слова. — Меня другое интересует. Твоя магия.

Я взял Ронику за руку и подвёл её к хорошо знакомой двери. И угораздило же девчонку зайти сюда! Искала сокровища — я был уверен, что именно сокровища, что ещё можно искать в драконьем замке, — а наткнулась на картины!

— Ты сумела отпереть дверь, но вернуть всё, как было, у тебя не получилось, верно? — осмотрев замочную скважину, я высказал одну из своих догадок.

Роника молча кивнула. Я отпустил её руку и принялся размышлять вслух:

— У тебя или не хватило силы, или это особенность твоей магии. Снимать чары… но не накладывать их. Но как же ты создала связь?

Любопытно! Хотелось немедленно потащить Ронику в комнату для занятий и попробовать выяснить, в чём дело. Но, глядя на её несчастное лицо и усталый вид, я опомнился. Девчонка могла исчерпать весь запас магии на сегодня, и мучить её не стоило.

— Знаете, вы красиво рисуете, — неожиданно сказала Роника, и от удивления я лишился дара речи. Служанке интересны картины? Может, она ещё и разбирается в живописи?

— Даже не думала, что вы художник. Мне очень понравилось.

Я не знал, как ей на это ответить. Наконец, сухо поблагодарил и снова перевёл разговор на магию:

— Мы ещё тебя проверим. Не сегодня — сегодня ты утомилась. Завтра. А пока что вот тебе задание, Роника — будь добра помириться с Замком-Артефактом. Тебе, — я окинул её взглядом с ног до головы, — наверняка понадобятся его услуги.

Роника вспыхнула и поджала губы.

— Я должна просить у него прощения? После того, что он сделал?

— Мирись как хочешь, но чтобы я больше не видел тебя висящей на краю обрыва, — сказав это, я жестом отпустил её. Роника поколебалась и ушла, а я посмотрел ей вслед. Юбка у неё порвалась, и было видно длинные стройные ноги… Невероятно привлекательное зрелище.

Вот же демонова нить! Меня тянуло к Ронике против воли. С самого начала.

Я отвёл глаза и заставил себя думать о другом. Своеволие Роники, конечно, могло навлечь на неё неприятности. Однако, не выберись она из комнаты, я бы не узнал побольше о её магии. А стремление сунуть свой нос везде, где не просят, неприемлемо для служанки, но может оказаться полезным для волшебницы. Она довольно любопытна. И — кто знает? — может, и любознательна.

Над всем этим стоило поразмыслить.

VI

Легко сказать: помирись с Замком-Артефактом! А на деле ещё надо было придумать, как это сделать. Извиняться перед ним я точно не собиралась! Это он был передо мной виноват.

Я вернулась в свою спальню, походила туда и сюда, подумала, решила, что первой мириться не стану, и позвала мышь-смотрительницу:

— Эллейн! Мне нужно с вами поговорить.

Пару мгновений я сомневалась, что она появится, но вот за дверью раздался шорох, и моим глазам предстала белая мышь с золотым ожерельем на шее.

— Господин Дэйнхар велел мне всегда приходить на ваш зов, — сообщила она.

Как мило. Впрочем, я его спасительница, а дракон не хотел быть неблагодарным — так ведь, кажется, он говорил за утренней трапезой? Не из добрых же побуждений он заботился обо мне, в самом деле!

— Чего желаете? — продолжала Эллейн. — Если прогулку по Замку, то только в моём присутствии. По-другому господин Дэйнхар запретил.

— Нагулялась уже, — буркнула я, поглаживая лепестки своего талисмана. — Хочу знать, где тут ближайшая речка? Или озеро.

Мне почудилось озадаченное выражение в глазках-бусинках Эллейн.

— Если пойти направо, то в пятиста шагах от Замка-Артефакта вы найдёте озеро, волшебница. Но зачем оно вам?

Я помолчала. Хорошо, что милейшая смотрительница не умела читать мысли!

— Просто спросила. Мне стало интересно — Замок-Артефакт всё сам создаёт из воздуха, или, скажем, — я притворилась задумчивой, — откуда-то забирает? Еду у людей, воду из близлежащего озера…

Эллейн замахала передними лапками, стоя на задних.

— Ну что вы, волшебница, конечно же, сам!

— Прекрасно. Это всё, что я хотела выяснить, — ответив улыбкой, я отослала её. Прежде чем уйти, Эллейн задержалась у двери:

— Господин Дэйнхар передавал, что до вечерней трапезы его не будет. Ему нужно отлучиться по своим делам. Если всё-таки захотите прогуляться, позовёте меня.

— Непременно! — откликнулась я.

После ухода мыши я переоделась в своё старое платье, подождала полчаса для верности и выскользнула за дверь. Дай-ка прогуляюсь не в самом Замке-Артефакте, а за его пределами! Уж для этого мне Эллейн не была нужна.

Входная дверь ожидаемо оказалась запертой, и чтобы открыть её, мне потребовалось больше усилий, чем раньше. Значит, запас моей магии не бесконечен, он мог истощиться! Интересно бы узнать, на какое время. Ничего, начнём тренироваться с Дэйном — узнаю.

Снаружи было прохладно и свежо, в ясном небе светило солнце. До озера, на берегу которого росли вперемешку белые, жёлтые и сиреневые цветы, я добралась быстро и без приключений. Села на корточки, попробовала пальцем воду. Холодновато, но купаться можно. А на обратном пути наберу ягод с кустов, глядишь, и вечерняя трапеза не понадобится.

Сняла с себя платье, прячась за широкими стволами росших на берегу деревьев. Оглянулась. Никого не было, и это меня успокоило. Я нырнула, тут же охнула и покрылась гусиной кожей, но согрелась, плавая по всему озеру, работая руками и ногами. Всё-таки я не изнеженная госпожа, и дома купание в речке было для меня обычным делом!

Дома. Слёзы невольно навернулись мне на глаза: как бы тяжело ни жилось в замке господина Энери, это было место, где я выросла. Теперь там пепелище и вороны каркают… а госпожа Энери, слуги и стражники — кто остался жив, — наверное, нашли себе приют. Госпожа не так давно упоминала про какую-то родню в городе Регия.

— Ого! Неужто озёрная дева? — чей-то громкий и весёлый голос пробудил меня от размышлений.

Я настороженно уставилась на вновь прибывшего: высокий, статный и весьма симпатичный русоволосый человек в светлой кожаной одежде со светлыми же чешуйками на груди. О всемилостивые боги! Не человек. Дракон.

— Что молчишь? Слышал, озёрные девы неразговорчивы, — ухмыльнулся дракон, подойдя ближе. Он как будто не замечал моё сложенное на траве платье, по которому было ясно, что я не отнюдь не сказочное создание. Или… решил поиграть? Не по душе мне такие игры!

— Оно и к лучшему. Не люблю болтушек, — задумчиво продолжал незваный гость, трогая носком сапога воду. — Они ещё хуже остальных женщин. Так кто ты такая, девица? Когда тебя удостаивает своим вниманием дракон, нужно отвечать, — как-то очень уж недобро протянул он.

Глаза у него были голубые, как у Дэйна, но язык бы не повернулся сравнить их с цветами льна. Скорее с водами такого вот озера зимой, когда их подёрнул лёд.

Облизнув губы, с испугом думая, как же теперь вылезу из воды, хотела ответить, но меня опередили.

— Инор, ты мог бы предупредить меня, что прилетишь… братец.

Дэйн вышел из-за деревьев и уверенной походкой приблизился к нам. И снова, как там, на краю обрыва, я почувствовала прилив благодарности за своё спасение. А затем смутилась, растерялась, вспомнив, что из-за своей же беспечности и угодила в эту ловушку. И пришлый дракон мог бы сделать со мной всё, что угодно.

Если б не Дэйн.

— Поленился, — Инор небрежно махнул рукой, поворачиваясь к брату. — Я смотрю, ты в полном порядке. Значит, слухи, что тебя захватили в плен какие-то людишки, неверны?

Я медленно и осторожно поплыла к берегу, остановилась в нерешительности — дадут ли мне драконы спокойно одеться, или будут смотреть? За Инора я бы точно не поручилась.

— Как видишь, я на свободе, — сухо проговорил Дэйн. Он даже не смотрел в мою сторону, но отчего-то мне казалось, что дракону его безразличие давалось с трудом.

— Очень рад, — протянул Инор. — А эта девица кто? У тебя же никогда не было любовниц среди человеческих женщин. Что, наконец-то понял, как весело с ними можно провести время?

Вот теперь мне стало жарко, несмотря на прохладную воду, и возникло сильное желание схватить с берега камень и запустить им в русую макушку. Да как он смеет!

— Это служанка, — Дэйн прищурился, что было дурным знаком — если Инор не замолчит. — Думаю, будет лучше, если мы пройдём в Замок и побеседуем там наедине.

— Служанка? — удивлённо и с долей разочарования прозвучал ответ Инора. — Такая красотка? На твоём месте я бы иначе распорядился ею. Хочешь, покажу тебе, как…

Я даже не успела возмутиться.

— Заткнись! — От Дэйна полыхнуло такой яростью, что наглый «братец» попятился и сразу завёл другую песню:

— Да чего ты злишься? Я просто предложил. Не знал, что людишки тебе настолько противны… Ну ладно-ладно, не буду настаивать, — Инор выставил перед собой ладони, словно защищаясь. — Служанка так служанка. Только скажи на милость, зачем она тебе? Замок-Артефакт ведь магический, — в голосе Инора прозвучала явственная зависть к обладателю такого чуда.