Путь Фатума. Книга 2: Лабиринт роз
- -
- 100%
- +
Первые упоминания о человеке-ягуаре обнаружили в культуре ольмеков – прародителей всей мезоамериканской цивилизации. У «жителей страны каучука», так переводится «ольмек» с ацтекского языка, ликантроп воплощал могущество и безжалостность сил земли и ночи. Сами же ольмеки считали, что начало их роду положили женщина и ягуар. В дальнейшем миф о элуантропах, как еще называют людей, превращающихся в ягуары, присутствовал во многих мифологиях, да и существует до сих пор.
Данную информацию я случайно вычитала из какой-то книги в библиотеке Виртуса, когда ожидала возвращения Дайя с заданий. Истории об оборотнях показались смешной выдумкой и всего лишь красивой частью древних культур, когда люди не знали ни науки, ни возможности человеческого разума.
Однако сегодняшняя встреча в очередной раз пошатнула мое мировоззрение. Если обнаружение собственных способностей я с трудом, но все же признала как результат удачной мутации и достижения науки, то превращение человека в животного пока не поддавалось никаким объяснениям.
Губы парня скривились в улыбке, больше похожей на оскал.
– Я уж думал, ты потеряла дар речи, – хмыкнул он и перестал изучать купол. – Можно и без всяких умных слов. Я оборотень. Меня зовут Марат.
Если предположить, что прочитанное мною оказывается правдой, ввиду того, что прямо сейчас и здесь передо мной стояло живое доказательство легенд, значит…
То ли от испуга, то ли от потери крови, но мой купол замигал и внезапно исчез. Воспользовавшись моментом, Марат подошел ко мне вплотную. Меня охватила дикая паника, и я принялась лихорадочно отступать. Я была готова развернуться и броситься наутек, если бы спина не натолкнулась на дерево. Ягуар прижал меня к «стене». Я закрыла глаза и задержала дыхание.
«Чертов купол! Подвел в такую минуту!»
Нужно лишь прикоснуться к телепорту, но вдруг я шевельнусь, и он набросится на меня как та самка? Я попробовала пошевелиться, однако не почувствовала острых клыков или укуса, а лишь услышала звук втягивания воздуха. Я приоткрыла один глаз и чуть не завизжала от страха: внезапно оборотень разорвал мою штанину и что-то собирался делать с ногой.
– Не бойся, – Марат мягко прикоснулся к моей ноге, осматривая рану. Я дрогнула от его горячих пальцев. – У тебя имя есть?
Я посмотрела на дикаря, будто он спросил что-то за пределами моих знаний, и спохватилась.
– Да… Я Ангелина, – выдавила я из себя.
Марат сорвал какие-то растения, тщательно прожевал и бережно приложил к ране. Я знала, что оборотень оказывал первую помощь, но все равно страх словно отбирал способность мыслить здраво. Всем телом я прижалась к дереву, будто собиралась слиться с ним воедино.
– Так все же, кто ты? – озадаченно Марат подпер кулаком подбородок и уселся передо мной прямо на землю. – Лесная нимфа? Для нимфы ты слишком современно выглядишь. Колдунья из соседней деревни? Тоже не катит – для ведьмы ты чересчур молодая и красивая.
Не дожидаясь ответа, оборотень вскочил и принялся ходить вперед-назад, бормоча что-то под нос. Я могла расслышать что-то вроде «иллюзионистка» и «чародейка».
«Что это за человек?» – крутилось у меня в голове, но и эта мысль задержалась ненадолго. Следующим желанием было просто ретироваться.
Дождавшись момента, когда парень отвернется, я медленно отошла и подняла рюкзак. Остается лишь притронуться к телепорту и след мой простынет.
Если бы было к чему притрагиваться…
– Не это ищешь? – явно с издевкой поинтересовался Марат и продемонстрировал телепорт.
– Верни мой браслет! – возмутилась я. Когда оборотень успел стянуть его?
– Что, кудесница без аксессуаров не может испариться в воздухе? – балам изучающе оглядел изобретение Виня. – Значит, вся твоя сила сосредоточена в этом украшении?
– Не только в нем! – закричала я и набросилась на Марата.
Парень не ожидал такой агрессии, поэтому мне удалось застигнуть его врасплох и повалить на землю. Телепорт отскочил в сторону, и я незамедлительно потянулась за ним.
– А ты юркая! – прокомментировал Марат и, обхватив меня за талию, потянул обратно.
Однако парень опоздал на долю секунды – в следующий миг он уже хватался за пустоту.
~*~
Мое открытие привело в восторг ученый состав Виртуса.
– Занимательно! Неужели это правда? – хватался за голову профессор Вилен. – Повтори еще раз, о чем вы говорили.
Я тихо простонала и по десятому кругу начала пересказывать наш разговор. Да наша болтовня была пустой тратой времени.
– У него есть младший брат и сестра. У него было вспорото брюхо. Явно это не мог сделать простой зверь или человек, – бормотал себе под нос профессор. – Пойдем, Ангелин. Мы должны разобраться во всем.
Я умоляюще взглянула на Дайя, который привел меня к Вилену. Сколько будет продолжаться их опрос?
Любимый понимающе кивнул и прошептал: «У моей мамы тоже такие бзики бывают. Потерпи немного».
Я сдалась и последовала за Виленом в главную библиотеку.
Ловко взобравшись по высоченной лестнице, Вилен вытащил достаточно увесистый том. Он бережно положил его на стол и стал медленно, боясь порвать потемневшие страницы, перелистывать. Эту книгу я еще никогда не видела. Текст в нем написан от руки, зарисовки тоже сделаны вручную.
– Ангелин, видишь, эту книгу написал мой отец. Никто никогда не воспринимал всерьез его труд, так как существование ликантропов всегда подвергалось сомнениям. В крайнем случае, за все время существования Виртуса никто из Фатумов лично не сталкивался с оборотнем, – Вилен воодушевленно показал мне страницу, где были перечислены возможные образы оборотней. – Видимо, ты вторая после моего отца, кому повезло с ними встретиться!
Я быстро пробежала глазами по списку и поразилась, обнаружив в нем ворон, акул, свиней, гиен, жаб и даже крыс. У каждого было свое определенное название и даже страна происхождения.
– Ангелина, скорее всего, оборотни не хотели, чтобы люди знали об их существовании. Но этот ягуар пошел на контакт. Ты просто обязана как можно больше разузнать о них. Они больше принадлежат природе, поэтому с их поддержкой сможем добиться видимых результатов. – Вилен захлопнул книгу и поднял целое облако пыли. – Когда ты с ним еще увидишься?
Вопрос меня озадачил. У меня не было особого стремления еще раз видеться с этим странным созданием. В нем было что-то непонятное, тревожное. Проще говоря, я просто-напросто боялась. И именно эта мысль заставила меня удержаться от отказа. Почему-то теперь жизнь воспринималась как цепочка постоянных преодолеваний страхов.
– Я пока не знаю. Но я найду его. В ближайшее время, – пообещала я, отчего Вилен просиял.
– Ну и чудненько. Держи книжечку. Почитаешь на досуге, изучишь их повадки. Обязательно заведи дневник наблюдений. Считай это началом научной работы, – профессор проводил нас к дверям. – Запомни: ты должна настроить их на сотрудничество. Мы тоже люди. Но мы другие.
– Ангелин, если ты боишься, я могу попросить отдать это задание другому, – чутко отметил Дайя, когда мы вышли в сад. Ночной воздух после жаркого дня стал мягким, приятным.
Я прижала увесистый том к себе и покачала головой.
– Нет необходимости, – улыбнулась я. – Я справлюсь.
– Ты уверена, киса? По твоему виду не скажешь, что первая попытка наладить отношения прошли блестяще, – хмыкнул парень и привлек меня к себе. Он мягко поцеловал меня, и я чуть не выронила книгу.
– Первый блин всегда комом, солнышко. Такого позора я больше не допущу, – я прищурила глаза. – Лучше расскажи, как ты дни проводишь.
– Ну что же… Я с нетерпением жду практики. Надоело уже изучать теорию, – Дайя потрепал меня по щеке.
Узнаю своего любимого. Смэш не любил слушать долгие вступления и объяснения. Он считал, что лучший способ учебы – практика. Парень все схватывал на лету, пренебрегая всякими инструкциями и предупреждениями. Он больше доверялся своей интуиции.
Я одновременно любила его за это, вместе с тем постоянно переживала. А вдруг когда-нибудь чутье подведет его и случится непредвиденное?
– А с заданиями как? – спросила я, прижимаясь к его груди.
Мне нравилось слушать ритм его сердца. Оно звучало ровно, спокойно…
– Сегодня я познакомился с девушкой, которая замедляет движение, представляешь? – воодушевленно рассказал Дайя и засмеялся. Я любила его смех. Звонкий, яркий, заразительный, естественный. – Пока я смог приблизиться к ней, она тормозила меня раз десять. Еле смог поладить с ней. Своенравная – жуть!
Я прислушивалась к его голосу и чувствовала себя самой счастливой на свете. Я не представляла силу, которая могла бы заставить меня отказаться от него, оттолкнуть, прогнать. В этот момент я была уверена, что только смерть разлучит нас.
– Киса, да ты меня не слушаешь! – воскликнул Дайя, нежно отстранив меня. – Ты просто засыпаешь! Тебе надо домой и срочно лечь спать.
– Что? Я внимательно слушала! – помотала я головой и опять зарылась в его грудь. – Я еще весьма здраво мыслю и не хочу в общежитие.
– Тогда что я сказал последнее? – строго спросил Дайя и поцеловал меня в макушку.
– Что ты был на задании, – упрямо ответила я.
– А конкретнее? – это стало походить на допрос. Такое обычно спрашивают преподаватели у двоечника, когда тот следует крылатому выражению «краткость – сестра таланта».
– Ты практически сумел привлечь нового Фатума, – продолжила я.
– И кого же?
– Девушку.
– И как ее зовут?
– … Ира! – брякнула я первое попавшееся имя.
Дайя еще долго пристально смотрела на меня, потом крепче прижал к себе.
– Так уж и быть… принимается… – вздохнул Дая. Я победно улыбнулась и поцеловала его в подбородок. Теперь он разрешит мне побыть с ним еще хотя бы полчасика. Надо же так попасть в точку! Однако дальнейшие слова Дайя поймали врасплох. – В таком случае, как ты воспринимаешь мое предложение насчет выходных?
– Какое предложение? – желание спать как ветром сдуло. Я сразу же встрепенулась и привела мысли в порядок. Я перестала прижиматься к Дайя и села прямо.
– Ты же меня внимательно слушала, – Дая явно пародировал меня, прищурив глаза. Он был очень доволен, что смог меня так провести.
Я невинно похлопала ресницами и округлила глазки. Этому меня научила Эни, которая мастерски строила из себя наивную девчушку.
– Солнышко, повтори, пожалуйста, – проныла я и закатила губу.
Иногда замечаю за собой, что такой капризной стала с тех пор, как появился Дайя. Родительским вниманием я не была избалована, поэтому вела себя достаточно приемлемо для окружающих. В крайнем случае, на меня редко жаловались. Зато рядом с Дайя я могла дать волю чувствам: капризничать, просить невозможное, вести себя как последняя идиотка, ныть, быть слабой и беззащитной, иногда даже разводить истерики. Дайя всегда с улыбкой терпел мои выходки. Они казались ему забавными и смешными.
– Я еще посмотрю, как ты будешь себя вести, – парень сделал вид, что призадумался.
– Я всегда себя хорошо веду! – сразу же заверила я. Дайя с сомнением взглянул на меня. Его взгляд можно расшифровать как «Да неужели?» Я сразу же быстро исправилась: – ну почти всегда.
– В таком случае, моя бабушка желает видеть тебя на своем юбилее.
Глава 3. Старший сын старшего сына.
Если родня расхвалит – и метлу замуж возьмут.
Даргинская пословица
Даже к школьному выпускному я готовилась не так тщательно, как к встрече с семьей Дайя. Встречают по одежке, а провожают по уму, поэтому первым делом нужно заняться внешностью.
«У девушки превосходная стройная фигура и длинные ноги. Озорные миндалевидные глаза искрились счастьем под густыми ресницами. Аккуратненький носик, румяные щеки и чувственные губы дополняли черты безупречного личика. Шелковистые, черные как ночь волосы струились по спине ручейком и являлись предметом ее гордости. Смуглая кожа говорила о том, что она любит солнце и предпочитает находиться под ним продолжительное время», – именно так Фиона описывала меня в своих романах. Ее характеристика совершенно совпадала с реальностью, что подтверждали и окружающие.
Раз с внешностью проблем не возникало, значит, стоит призадуматься о дресс-коде. Первый вопрос связан с выбором стиля: с какой стороны лучше проявить себя? Как активная жизнерадостная и вездесущая сорвиголова или спокойная интеллигентная особа? Я долго ломалась и решила все же одеть что-то более женственное.
У нас еще много времени, чтобы проявить все свои тараканы.
Многочисленные мини-юбки отпали сразу. Бабушки не терпят такого откровения и дефицита ткани на теле. Брюки надевать тоже не хотелось – они скрывали бы мои изящные ноги. Порывшись в шкафу, я выудила прошлогоднее желтое платье, оставшееся после показа мод у Dandelion. Я осталась довольна выбором – сарафан отлично проявлял характер. Вроде и женственная, вместе с тем и озорная.
Успокоившись с внешним видом, я принялась решать второй вопрос – о чем говорить. Бабушка Дайя не подозревала о существовании Фатумов, до сих пор считая сына и его семью совершенно нормальными людьми.
«Так, с происхождением и состоянием семьи вроде бы все нормально. Мама дизайнер, отец генетик, отчим маркетолог. Насчет образования можно тоже не волноваться. Два университета звучит весьма впечатляюще. А что насчет работы? Неужели стану рассказывать, как телепортируюсь по всему миру, спасая исчезающих животных с помощью исцеления? – прокручивала я в голове возможные варианты разговора. – Нет, не пойдет. Вот! Точно! Работаю в ветеринарной клинике и помогаю искать пропавших животных. Я просто гений».
Чтобы окончательно успокоиться, я решила позвонить единственному человеку, который сумел бы меня понять. Нет, не маме. К счастью, через это ей не пришлось проходить. Зато Нике прошлым летом довелось официально знакомиться с родителями Ким. Эта встреча была вдвойне неприятна, что предки Эни не терпели Нику и считали ее недостойной кандидатурой на роль невестки Рэйнов.
– Это было нечто! – воодушевленно рассказывала Роуз. Я позвонила ей как раз в тот момент, когда девушка творила в университетской мастерской. Судя по возмущенным визгам, доносившимся из трубки, от позитива она закатывала глаза и размахивала кисточками, брызгая во все стороны краской. – Короче, приехали его предки и начали меня грузить. Рассказывали, что побывали практически во всех странах мира, видели то, потрогали это. В общем, всячески пытались показать, какая на самом деле я неотесанная деревенщина, далекая от высшего искусства и культуры.
– Боже, и как ты смогла их вытерпеть? – простонала я, представляя родителей Эни. Они реально сложные люди, с которыми непросто найти общий язык.
– Да запросто! Они просто совершили недопустимую ошибку. Думали окончательно меня извести, спросив, чем я увлекаюсь. – Ника громко и заливисто засмеялась как подобает главному злодею в фильмах. – Ты бы видела их лица, когда я начала рассказывать про Микеланджело, Рафаэлло и других художников. Потом стала выявлять различия между романтизмом и сентиментализмом. Боже, они такое еще долго не забудут. Ты это, главное, будь сама собой, подруга. Все будет просто шикарно.
Разговор меня обнадежил. Думаю, все пройдет замечательно. Я в последний раз взглянула на себя в зеркало, взяла подарок для бабушки Дайя и вышла из общаги, у дверей которого уже ждал Дая.
– Выглядишь потрясающе, – сделал комплимент Дайя и поцеловал меня.
Мы отошли подальше от посторонних глаз и телепортировались. Приземлились мы на заднем дворе большого двухэтажного дома. Я огляделась: величественный сосновый лес окружал дом. Послышался шум прибоя.
– Ты готова? – ласково спросил Дайя и слегка прикоснулся к моей щеке. Автоматически я положила руку поверх его ладони и сильней прижала к себе. Его тепло успокаивало. А спокойствие именно то, что мне сейчас необходимо.
Я сделала глубокий вдох и почувствовала, как свежий сосновый аромат от любимого наполняет легкие.
Боже, какие глупости лезут в голову!
– Я нормально… – неуверенно прошептала я и оглядела своего парня.
Он как всегда выглядел изумительно. Искрящиеся глаза цвета молочного шоколада, черные как ночь волосы и моя обожаемая улыбка. Широкие плечи распирали белоснежную рубашку; потертые джинсы и озорные, ребяческие кеды дополняли картину привлекательного молодого человека.
– Киса, ты только не переживай, – Дая обнял меня и поцеловал в макушку. – Впервые вижу, чтобы ты так волновалась.
Я хмыкнула. Хотелось ответить, что, видимо, плохо наблюдал.
– Солнышко, а вдруг я им не понравлюсь? – предположила я и оглядела уютный двухэтажный дом, на пороге которого мы стояли. Здесь обитала семья Смэшей, перед кем я должна буду предстать во всей красе в ближайшие полторы минуты.
– Такого просто быть не может! Ты же единственная и неповторимая Ангелина – девушка самого замечательного парня на Земле! – воскликнул с энтузиазмом Дайя, а потом внезапно нахмурился. Он деловито потер подбородок и пробормотал, – хотя… Да, весьма возможно, что ты чем-то взбесишь бабушку, и она вышвырнет тебя из дома, запретит нам не то что встречаться, но и видеться…
От такой душераздирающей характеристики будущей родственницы я побледнела и даже поперхнулась. Я была готова немедленно развернуться и уехать к себе в общежитие. А долгожданную встречу перенесем на другую дату… Ничего страшного, если знакомство свершится после нашей свадьбы. Или лет, например, через сто…
Увидев, как воздействовали его слова, Дайя крепко обнял меня и фыркнул от смеха.
– Милая, ну с каких пор ты стала такой пугливой? Ты великолепно выглядишь! Сколько можно повторять, что ты самая красивая и умная девушка, которую я только встречал? – Молодой человек шаловливо щелкнул меня по носу. – Считай это всего лишь очередной игрой. Заработаешь пять плюсиков, значит, сорвала куш. Сойдет?
Его настрой придавал уверенности. Дайя всегда старался шутить, чтобы развеять мои сомнения и страхи. И у него это великолепно получалось.
– А откуда я буду знать, что мне поставят плюсик? – спросила я на всякий случай.
– Ну… Неужели твоя интуиция подведет сегодня? Ни за что не поверю, что чутье Фатума ничем не поможет.
Дайя поцеловал меня, и я почувствовала себя намного лучше.
«Ну что же, Смэши, киса, тьфу, то есть Ангелина идет!» – решительно сказала я про себя.
Дая посмотрел на меня и, удостоверившись в том, что я не собираюсь сбежать, нажал на звонок. Мое сердце бешено заколотилось, будто сейчас должно свершиться что-то невообразимое. В доме послышалось шуршание и возня. Через миг дверь растворилась. У порога стоял маленький мальчик примерно десяти лет.
– Дайя! – вскрикнул он и обнял моего парня. Я слегка улыбнулась, заметив, что малыш достает ему только до живота.
– Привет, Юрий! – Дая приобнял кузена, потом мягко отстранил от себя. – Ну что же ты? Помнишь, как я тебя учил? Как здороваются настоящие мужики?
Мальчик широко улыбнулся и пожал протянутую руку Дайя. Его крошечная ладонь просто утонула в рукопожатии.
– А теперь поздоровайся с Ангелиной, – сказал молодой человек и кивнул в мою сторону.
Юра принял серьезный вид и томным голосом обратился ко мне:
– Прекрасно выглядите, мадмуазель.
При этом он еще подмигнул как настоящий мачо. Я еле удержалась, чтобы не прыснуть от смеха. Спорю на что угодно: этому малыша мог научить только мой обожаемый парень. Я улыбнулась и, поддерживая игру, сделала грациозный реверанс:
– Благодарю вас, мсье.
Дая вручил ему огромный букет и потрепал по голове.
– На, джентльмен, отнеси бабушке цветы, – попросил он брата, который с громкими криками «Дайя приехал!» понесся в дом.
Я улыбнулась. Поведение кузена ничуть не удивило – Дайя, всеобщего любимца, вся семья ждала с нетерпением. А как же иначе?
– Пойдем, Ангелин. Ты только не переживай, – Дая, видимо, очень обрадовался, что освободился от тяжелого букета, и теперь может держать меня за руку. – Бабушка просто горит желанием взглянуть на тебя.
«Лишь бы только не сожгла своим рвением», – вздохнула я про себя.
Мы прошли в дом и заглянули в гостиную, где собралось около тридцати человек. Я никогда не предполагала, что у Дайя столько родственников. Я как-то привыкла, что у нас всегда ощущался острый дефицит предков. Теперь уж их точно прибавится.
– Дайя, Ангелина, заходите, дорогие! – поприветствовала нас семья. Я была приятно удивлена, что они знают мое имя.
– Всем добрый день! – радостно поздоровался Дайя, оглядывая присутствующих. – Хочу представить вам свою девушку. Барабанная дробь – вот и Ангелина!
Я поздоровалась со Смэшами, и молодой человек начал бегло знакомить меня со своей большой семьей. Я мило улыбалась и внимательно слушала Дайя, стараясь запомнить имена будущих родственников. В комнате находились представители всех поколений: от малолетних детей до пожилых пенсионеров. Все оценивающе рассматривали меня, шептались между собой, и иногда кидали многозначащие взгляды. Я почувствовала себя экспонатом в музее и до глубины души посочувствовала произведениям искусства.
– А вот и виновница торжества! – наконец Дая добрался до самой старшей Смэш. – Моя драгоценная и легендарная бабуля Айрина!
– Ну, где же мой любимый внучек! – со смехом отозвалась женщина, сидя в большом кресле (подобно троне, промелькнуло в голове) и протягивая к внуку руки.
Пенсионерка выглядела моложе своих лет, несмотря на седину и обрамленное морщинами лицо. Именно живые и чуть озорные глаза делали ее жизнерадостной и полной сил.
Дайя склонился и нежно поцеловал бабушку в щеку. Айрина потрепала внука по волосам и улыбнулась:
– Зачем так торжественно, а, баловник?
– Бабуль, это моя девушка, Ангелина.
Женщина внимательно оглядела меня с ног до головы. По взгляду я поняла, что не ошиблась при выборе одежды: легкое летнее платье хорошо прилегало к телу, а нужная длина демонстрировала стройные длинные ноги. Едва сдерживая желание вскрикнуть «Yahoo!», я победно поставила себе первый плюсик. Дайя подмигнул мне.
– Дайя сказал, что сегодня у вас юбилей, поэтому мы подготовили небольшой подарок, – сказала я и протянула женщине коробку в красивой оберточной бумаге. – Надеюсь, понравится.
Пока бабушка Дая распаковывала подарок, вся семья напряглась, ожидая вердикта. Имея достаточно развитое воображение, мне послышалась нервная барабанная дробь, которая обычно звучит в фильмах при важных моментах. Только через секунду я осознала, что это бьется собственное сердце.
Дайя спокойно наблюдал за процессом и слегка улыбался. Он явно уверен в успехе нашего презента. Я не стала зря терять время и добавила пару строк, чтобы заполнить тишину:
– Дайя рассказал по секрету, что вы коллекционируете сов, поэтому мы заказали этот небольшой экземпляр для вас.
Вся семья охнула, когда женщина поставила на стол большую хрустальную сову.
– Неужели вы достали сову из коллекции Арчибальдов?! – воскликнула бабушка. – Это просто фантастика! Спасибо большое!
Бабушка Дайя начала собирать сов после замужества. Первую деревянную статуэтку птицы муж подарил ей на день рождения. С тех пор коллекция женщины пополнилась почти до ста «экспонатов», начиная от игрушек, брелков, магнитиков на холодильник, заканчивая картинами и часами. Большую часть собрания составляли подарки любящего мужа. Однако два года назад мужчина умер от рака. С тех пор коллекцию пополняли заботливые дети и внуки.
Пенсионерка с благодарностью взглянула на меня и попросила Дайя поставить подарок на самое почетное место: в шкаф рядом с той самой деревянной статуэткой, с которой и началась эта коллекция. В душе я тихо ликовала и поставила себе еще один жирный плюс.
Однако второй раунд оказался сложнее. Дайя увели заботливые родственники, что лишило меня прикрытия. По тому, как мельчайшие подробности его жизни интересовали предков, я сделала вывод, что Смэш является гордостью семейства. Я осталась в окружении женской половины, которая сканировала меня точно металлоискатели.
Мне задавали вопросы, ответы на которые звучали весьма достойно. Конечно, я же прокручивала эти беседы в голове сотни раз перед тем как приехать сюда.
– Расскажи про свою семью, дорогая, – попросила одна из младших сестер дяди Шона. Если не изменяет память, ее зовут Александра.
– Моя мама дизайнер, а отец – ученый-генетик. Они развелись, когда мне было шесть лет, поэтому мы жили вдвоем с матерью, – ответила я, отчего женщины переглянулись. – Прошлой весной она вышла замуж. И теперь я с нетерпением жду братишку или сестренку.
– А где ты учишься? – поинтересовалась двоюродная бабушка любимого.
– На дневном отделении государственного медицинского университета на хирурга, и еще заочно в государственной академии ветеринарной медицины и биотехнологии, – без запинки проговорила я. Как и ожидалось, два высших образования звучали впечатляюще, поэтому женщины взглянули на меня с уважением.