Путь Фатума. Книга 4: Горизонт азалии

Глава 1. Я была одновременно везде и нигде

Если бы я знал, когда видел тебя в последний раз, что это последний раз, я бы постарался запомнить твое лицо, твою походку, все, связанное с тобой. И, если бы я знал, когда в последний раз тебя целовал, что это – последний раз, я бы никогда не остановился.

Друзья

Как только Дайя увидел меня на Аллее Ангелов, расстояние между нами было преодолено в считанные секунды. Он обнял мое лицо горячими ладонями, от которых пахло только что посаженными гиацинтами и, конечно, сосной. Глаза цвета молочного шоколада расширились и смотрели не мигая. Его взгляд был пронзительным, с какой-то легкой искринкой сумасшествия.

Казалось, Дайя наконец нашел то, чего искал всю свою жизнь.

Меня.

Через пару мгновений мы уже оказались в постели. Я лишь успела понять, что мы телепортировались с Виртуса, судя по тому, как земля ушла из-под ног. Мужчина одним касанием расщепил мое платье на молекулы, в котором, как ни парадоксально, двадцать лет назад я покинула Землю.

Дайя осыпал каждую частичку моего тела поцелуями, сжимал в объятиях так крепко, что порой мне даже становилось больно.

Но я хотела этого. Я сама ждала этого момента так долго.

Пятнадцать дней мы не покидали постели. Буквально. Мы практически не спали. И не ели. Даже не разговаривали. Между занятиями любовью мы просто лежали в обнимку и смотрели друг на друга. Мы боялись закрыть глаза и не увидеться вновь.

Дайя перенес нас в апартаменты на самом высоком этаже высотки, окруженной тропическим лесом. Вокруг на многие километры простирались джунгли, и только где-то вдалеке по ночам я видела крошечные огоньки города. Здание одиноко стояло посреди лесного массива словно маяк в бушующем океане.

После обеда облака сгущались и накрывали деревья шапкой молочного цвета. Тогда внизу открывалась абсолютно белоснежная пустыня, в зыбучих песках которой иногда здесь и там вспыхивали молнии.

Когда Дайя все же засыпал, я выбиралась из постели и бродила по квартире. Я так и не смогла установить ее принадлежность, потому что абсолютно отсутствовали любые личные вещи для идентификации владельца. Здесь можно найти все необходимое: чистое постельное белье, кухонные принадлежности, посуда, средства гигиены. Но все было каким-то бездушным, даже стерильным, будто мы жили в отеле.

Здание оказалось построено в форме кольца с панорамным окном в 360 градусов. Я могла обойти квартиру по кругу и снова оказаться у кровати со спящим Дайя. И я наворачивала круги, один за другим, один за другим. Я двигалась бесшумно, пытаясь вновь привыкнуть к собственному телу, весу, дыханию. Не только Дайя заново изучал каждый изгиб моего тела, но и я удивлялась самой себе.

Я была подобно космонавту, который только вернулся с орбиты. Двигаться было немного тяжело, а ступни как-то особо остро ощущали любые ворсинки и складочки ковра под ногами.

Чтобы усилить ощущения, я ложилась на пол и прикладывала щеку к шершавому деревянному паркету, вслушиваясь в толщу тишины. Трогала холодные стекла окон, проводя по ним пальцами и рисуя всякие символы как в… юношестве? Тихонько заваривала чай, вдыхала его аромат и пробовала на вкус. Кипяток обжигал язык, что тоже было для меня словно вновинку.

Я пыталась вспомнить, как это быть… человеком.

– Как ты, киса? – тихо прошептал Дайя проснувшись от моего чиха. Я добралась до полки со специями и перебирала в пальцах звездочки аниса и гвоздики, которые не на шутку раззадорили рецепторы.

Это были первые слова, которые я услышала от него за последние дни. Помимо познания собственного тела, я также пристально изучала Дайя. За двадцать лет изменилось многое. Или совсем не изменилось. Я не могла этого объяснить.

Внешне Дайя, конечно, стал иным. Пропало милое юношеское очарование, которое сменилось мужской зрелостью. Я бы сравнила мужа с виски, сладковатый вкус которого со временем стал лишь более насыщенным, яснее слышны древесные и пряные нотки.

Даже хвойный запах, которым муж всегда окружен подобно фее, больше не был сосновым, а еловым – глубоким, горьковатым, но все же теплым. Его руки сильно огрубели, стальные вены бугрились словно канатам, и так широкие плечи теперь стали для меня необъятными. На висках проглядывались первые серебристые нитки седины, но его это никак не портило.

Моего мужу тридцать восемь, а я так и осталась восемнадцатилетней хрупкой девушкой, которая сейчас утопала в его объятиях.

Не поменялось только ощущение покоя и безопасности рядом с ним.

– Лучше не бывает, – улыбнулась я и села рядом на кровать. В пальцах я продолжала держать восьмиконечную звезду аниса, которая источала приятный пряный аромат. – А ты?

Дайя довольно улыбнулся в ответ и снова притянул меня к себе. Он заметно похудел с момента нашей встречи. Неудивительно, ведь нормальные мужчины кушают три раза в день, а не только занимаются любовью нон-стопом.

– Я самый счастливый человек на земле.

Муж взял мою ладонь и аккуратно поцеловал каждый пальчик один за другим. Затем прикоснулся к лицу и стал медленно очерчивать каждую деталь: брови, нос, губы… Он словно не мог мной налюбоваться, или до сих пор не верил, что я здесь, лежу с ним рядом.

Что я не видение и не призрак прошлого.

– А еще мне нравится наблюдать за тобой, когда ты голая по квартире ходишь, – загадочно прошептал муж.

– Ну во-первых, нехорошо за мной тайно следить, – деловито заявила я и положила на язык семя аниса. Интенсивный лёгкий освежающий вкус сразу заполнил рот, отчего даже в носу защипало.

– Я не виноват, что у меня супер слух и зрение, киса.

– А во-вторых, – проигнорировала я его выпад, – это ты виноват, что у меня никакой одежды нет. У меня из всего гардероба осталось только одно единственное платье, вышедшее из моды двадцать лет назад и порядком потрепанное хождениями по джунгли. Ты и его превратил в горстку пыли.

– Все-все, не злись, я куплю тебе целый шкаф одежды. Нет, целую комнату, даже отдельную квартиру можем для этого завести лишь бы ты была счастлива.

Не знаю, где мой муж научился такому красноречию, но звучало крайне многообещающе. Я положила ладонь на его щеку, которая сильно заросла за эти две недели, и залюбовалась абсолютно довольным мужчиной. В уголках глаз цвета молочного шоколада уже появились морщинки, но в них не пропала мальчишечья задорность. А улыбка… все та же теплая и доверительная, та, из-за которой я потеряла голову много лет назад.

– А тебе на надо на работу, Глава Виртуса? – неожиданно вспомнила я.

Мне хотелось начинать говорить о реальном мире, о настоящем, где я уже существую в полной мере. Это станет для меня якорем, чтобы перестать витать в прошлом. Тем более это я восемнадцатилетняя девчонка, которая где-то пропадала двадцать лет, а он-то уже солидный деловой мужчина с своими обязанностями и взрослой работой.

– Нет, я не пойду на работу, – неожиданно заявил “деловой мужчина” и сильнее укутался в одеяло. Я прыснула от его милого вида и не удержавшись поцеловала в торчащий носик.

И вот он рулит всей империей Фатумов?

– А как они там будут без тебя?

– Я же Глава Виртуса. Я могу быть занят.

– Полмесяца? – хмыкнула я.

– Даже больше, если понадобится. Пока я ждал тебя два десятилетия, все это время посвятил Виртусу. – Муж накрутил локон моих волос себе на палец. – Думаю, я могу уйти в заслуженный отпуск.

– Звучит заманчиво, – поддержала я идею.

Мы замолчали, вслушиваясь в глухие раскаты грома за окном. Начинало темнеть и тяжелые облака стали оседать на лесные массивы. Где-то внизу бушевал ливень, и мне вдруг до дрожи захотелось оказаться там – снаружи под холодными струями воды, чтобы солоноватые капли касались губ, а волосы и одежда прилипли к телу, подтверждая, что у меня теперь есть физическая оболочка.

– Лучше расскажи, где была ты все это время? – словно почувствовав мое желание, спросил Дайя.

– Где я была эти двадцать лет? – эхом отозвалась я и положила голову ему на грудь. Внутри апартаментов так тихо, что, кажется, я могла слышать мерный звук его сердцебиения. – Знаешь, я была одновременно везде и нигде. Я не слышала, что говорят люди, не видела, что они конкретно делают. Я просто чувствовала их настроение. Когда где-то назревал очередной конфликт, я сразу мчалась туда, чтобы погасить пожар.

– Это многое объясняет, – теперь задумался уже Дайя. – После того как ты исчезла и полился тот дождь, многое поменялось. Люди изменились… в лучшую сторону. Неожиданно назревавшие войны резко сошли на нет. Отношение к природе кардинально изменилось. Люди продолжили делать больно друг другу, но не окружающей среде. Это очень сильно развязало Фатумам руки. Мы смогли больше фокусироваться на воспитании нового поколения и разрабатывать новые технологии…

Неожиданно Дайя запнулся и резко замолчал. Он виновато посмотрел на меня, словно чем-то задел.

– Что случилось? Продолжай, ты же помнишь, – я быстро исправилась, – знаешь, как я люблю слушать твой голос.

Я старалась убрать из лексикона слова, ассоциирующиеся с прошлым.

Я здесь, я тут, я в моменте. Нужно не забывать и привыкнуть уже.

– Я спросил, где была ты, а стал рассказывать о своем. Прости, это у меня уже профессиональное.

– Профессиональное?

– Я же преподаватель в нашем ВУЗе.

– ВУЗе?

– А ты разве не знала?

Двадцать лет. Нас разделяет двадцать лет. Мне стало даже на миг неловко – он все знает, точнее помнит обо мне. А я уже и не уверена, что это все тот же Дайя, которого знала я. Чем он занимается, с кем общается, что любит, кто его друзья? Впишусь ли я теперь в его уже окружение и обыденную жизнь?

– Нет, я будто бы и была с вами, но при этом была где-то еще, – я вздохнула, испугавшись собственных опасений. – Гея дала мне назначение – стать миротворцем, Белым Ягуаром. И я была им. Каждая частичка воды на этой Земле была мною, а я ею. Когда я касалась человека в образе дождя, морской волны или даже воды в кране, то уносила с собой его боль, темные мысли, алчность. Поэтому когда завершился круговорот воды на планете – когда каждая капля испарилась в свое время и стала дождем – Гея вернула меня назад в том же самом обличье. И это так странно! Мне снова восемнадцать! Как будто богиня просто поставила мою жизнь на паузу.

– Думаю, это был подарок тебе от нее. Лично меня все устраивает, – довольно промурлыкал Дайя, притягивая меня к себе еще ближе. – Вот теперь точно я тебя никуда не отпущу. Ангелина, прости, если ты опять надумаешь пожертвовать собой ради кого-то или чего-то, я буду противиться этому всеми возможными и невозможными способами.

Слова мужа меня успокоили. Если мне придется его заново узнавать, то единственное, чем все это может закончиться – я снова в него влюблюсь как в первый раз.

~*~

На двадцатые сутки мы все же решили разнообразить досуг. Наконец в Дайя проснулся аппетит к чему-то еще, помимо меня. Он достал телефон и стал кому-то набирать сообщение.

– Что это у тебя? – поразилась я, наблюдая как коммуникатор мужа светился всей поверхностью и на нем не оказалось кнопок.

– Это сенсорный телефон, малыш, – любимый протянул мне аппарат. – Ты можешь набирать сообщения прямо с экрана.

Я аккуратно взяла мобильник и поразилась, какими огромными они стали. У меня раньше ридер был такого размера. На экране по категориям аккуратно рассортированы несколько десятков приложений. Только мессенджеров оказалось более пяти штук. При этом мельком я отметила, что обзывая меня Ботанкой Бестолковой, у него не то что никаких социальных сетей не оказалось, даже элементарные игрушки не закачены.

– А что еще можно с ним делать? – спросила я, листая незнакомые цветастые логотипы разных компаний.

– Да вообще все. Подключиться к интернету и делать видео созвоны, смотреть кино, читать, переводить деньги, – принялся перечислять Фатум, – заказывать еду и одежду с доставкой на дом.

– Ты серьезно? С ума сойти!

– Ты же в курсе, что многое было разработано Винем, – с ноткой гордости в голосе поделился Дайя.

– Я и не сомневалась.

Я с некоторой опаской игралась с телефоном мужа (не напортачить бы и случайно не скинуть кому-нибудь свои нюдсы), как в дверь позвонили. Дайя пошел открывать, а я юркнула на кровать и укуталась в одеяло. Вдруг сейчас кто-нибудь зайдет, а я тут голая сижу?!

– Мог бы и предупредить! – крикнула я ему вдогонку.

Дайя закатил в квартиру большую тележку с едой, затем вновь вернулся в коридор и втолкнул напольный рейл на колесиках обвешанный разнообразной одеждой.

– Ты можешь не прятаться, – засмеялся мужчина. Только сейчас я обратила внимание, что за доставкой он прошествовал в чем мать родила. Это уже какое-то безобразие. Я не хочу, чтобы такой красотой любовался еще кто-то помимо меня! – Здесь никого нет.

– Но кто-то же это привез?

Все еще укутанная в одеяло подобно древнегреческой богине, я присоединилась к Дайя и с любопытством изучала доставленные яства. По количеству еды можно сделать вывод, что муж проголодался очень сильно. Под круглым клошем оказалось аппетитно запеченное мясо с овощами, под овальным – блюда из птицы и рыбы, а также сладости и выпечка, которые особо сильно мне пригляделись.

– Моя секретарша очень деликатна. Она телепортировала заказ и вернулась на Виртус, – сообщил муж, сервировал стол и галантно помог мне пододвинуть стул. Как мне не хватало его ухаживаний! – Приятного аппетита.

Мы принялись за еду, отчего у меня от чрезмерных эмоций даже выступили слезы. Я уже не помню, когда в последний раз ела такую вкусную готовку. Последние месяцы в образе ягуара в поисках храма Геи не сопровождались гастрономическими изысками.

– А другие жители этого здания? – полюбопытствовала я, пригубив лимонад из свежих ягод с мятой.

От удовольствия я аж зажмурилась: вкус сочной малины вперемешку с черникой навеял воспоминания о лете в чистом виде. Подобно солнечному лучику сквозь листву вспыхнули картинки беззаботного детства.

Дайя с нескрываемым удивлением наблюдал за мной, но от комментариев воздерживался и иногда лишь тихонько улыбался, когда я уже слишком сильно выражала восторг.

– На этот этаж гостям вход недоступен.

– Гостям?

– Мы находимся в уникальном эко-отеле класса люкс. Он построен из переработанных материалов и использует возобновляемые источники энергии. И вообще-то он назван в твою честь. KattaMarin.

– Морская кошка? – удивилась я. – И кто владелец гостиницы, что у тебя есть собственные апартаменты здесь?

– Виртусу. А так как я Глава Виртуса, у меня есть свои привилегии.

Мое влияние на Землю оказалось многосторонним. Помимо изменения человеческого мировосприятия и отношения с окружающей среде, флора и фауна также трансформировалась. Башня, в которой мы проводили время, оказалась самой дорогой гостиницей в мире, потому что построена посреди бывшей пустыни. Если взглянуть на отель со стороны, он был полностью зеленым и построен в форме огромного кактуса. На нижних этажах есть сад с тропическими растениями, который помогает очищать воздух. Только окна нашей квартиры не были закрыты растительностью, потому что Дайя хотел видеть небо.

Благодаря моим ливням большая часть песчаных пространств на планете вновь превратилась в плодородные земли, которые при помощи людских стараний быстро покрылись лесным покровом.

– Ты помнишь легенду о Мэй и Кат? Кажется, благодаря тебе они наконец воссоединились. – Я кивнула. Конечно же я помню Кат, который превратился в песчаного воина, чтобы достать своей принцессе ожерелье с семицветным камнем. Чтобы вновь быть вместе с любимым, Мэй требовалось возродить пустыню. – Так что они задолжали тебе большое спасибо.

– А с каких пор у Виртуса есть свой отель? – поинтересовалась я, примеряя наряды, которые Дайя только что для меня заказал.

Хмн, а вкус у него отличный. Или у его секретарши. В любом случае, я рада снова иметь возможность нарядиться как нормальная девушка. Особо пригляделись джинсы с завышенной талией. Так и знала, что они снова вернутся в моду!

Коллекции платьев позавидовали бы модные бутики: женственные платья-комбинации, стильные с открытыми плечами, провокационные с глубокими вырезами, классические с цветочным принтом.

Не забыла ассистентка и про обычные спортивные костюмы, худи с принтом и без, кроптопы и милые шортики с юбками.

Девушка еще предусмотрительно повесила на полку сумку с косметичкой. Этот ангелочек мне уже априори нравится.

– Потребность в более здоровых и экологичных способах жизни уже давно в тренде, поэтому Виртус решил не отставать и построил сеть эко-отелей.

– То есть вы начали заниматься коммерцией? – не стала я ходить вокруг да около. – Раньше вы вроде только в науку инвестировали.

– Чтобы инвестировать в науку, нужен стабильный приток финансов, – подтвердил воодушевленно муж. Мой любимый трудоголик просто обожал свою работу и явно готов говорить о ней сутками. – Многое изменилось, сама концепция Виртуса уже давно не та. Я тебе все покажу, когда будешь готова туда отправиться.

Когда мы вдоволь насладились едой, а я одета с иголочки, муж положил мне на колени небольшую увесистую коробочку.

– Это что? – с предвкушением спросила я готовая к очередному сюрпризу. Ощущение, что у меня сегодня именины. Никогда не получала столько подарков в один день!

– А ты открой, – улыбнулся Дайя. Узнаю это выражение лица – уверенность в том, что презент придется мне по вкусу.

Кольцо гиацинта.

Муж аккуратно достал украшение и надел мне на палец. Так вот куда пропал камень, когда мы телепортировались в отель.

– Это был последний штрих. Теперь все как должно быть. – Дайя взял мою ладонь и поцеловал. На его безымянном пальце красовалось точно такое же кольцо.

– Спасибо, милый. – Разве день может быть еще лучше? – Что теперь?

– Что? – взгляд Дайя был как бездонный космос. Порой я глядела на него и теряла дар речи. Может, теперь я простой человек и его сила наконец стала на меня действовать? – У тебя впереди вся жизнь, просто скажи, что бы ты хотела делать? Куда-то поехать, чем-то заняться, просто остаться здесь со мной.

– Я хочу увидеть маму и брата.

Глава 2. Никого не пощадило время

– Иногда мне кажется, что мы самая плохая семья в городе.

– Может нам стоит переехать в город побольше?

Симпсоны

Мы договорились, что Дайя первым зайдет к маме и подготовит почву для встречи.

Антонина, никогда не бывавшая по-настоящему занятой мамочкой, после моего исчезновения превратилась в чудо-женщину. У нее на руках оказались только что родившийся младенец, а еще агрессивный подросток и трехлетний карапуз.

На всем этом фоне ее родная дочь внезапно уехала с Красным Крестом без каких-либо предупреждений и словно сквозь воду канула. Как объяснил Дайя, если бы не я в качестве дождя прикоснулась к ним и не унесла с собой все переживания, они бы с Антониной умерли от горя.

Они осознавали грусть от того, что меня больше нет рядом, но в душе оставалась надежда. Они просто мирно ждали моего возвращения, словно это было уже оговорено с самого начала.

На Сиреневую улицу я вернулась с неописуемым воодушевлением. Минь перекрасил фасад дома, отчего он стал выглядеть намного свежее. Во дворе мама построила небольшую террасу и посадила в разы больше цветов, а еще добавились фруктовые деревья.

Дайя зашел в дом, предусмотрительно захватив с собой большой букет цветов (нет, не сорванных у нас во дворе). Он все так же навещал мою семью по праздникам во время моего отсутствия, так как его родители продолжали оставаться нашими соседями.

Я села в беседке на крыльце дома, ожидая условного знака от Дайя. Когда муж открыл дверь, из дома медленно поковыляла Сириус. Боже, старушечке уже более двадцати лет, а она все еще помнит меня.

Собака сильно поседела и пополнела. Мама явно ее баловала всякими вкусностями и раскормила до удивительных габаритов. Сэна, увы, с нами уже нет. Кот умер в достатке и любви от старости пару лет назад на руках у Явы. Вся семья сильно горевала и даже устроила ему небольшие похороны, и теперь кот покоился на заднем дворе под сиреневыми кустами, в которых любил прятаться, неожиданно выпрыгивать и кусать всех за ноги.

Кряхтя Сириус несколько раз пыталась запрыгнуть ко мне на садовые качели, но задние ноги уже слишком слабы. Я взяла в охапку питомицу и посадила рядом с собой. Как в детстве, собака улеглась мне на колени и довольно засопела.

– Сириус, хорошие же были времена, да, подруга? Что говоришь? Что уже глуховата и не слышишь? Да кто ж мог подумать, что теперь даже ты старше меня, старушечка.

Я закрыла глаза и прислушалась к звукам, запахам и ветру, что гулял по саду и игрался в кронах деревьев. Меня окружало сочетание сладких, терпких и пряных ароматов, которые переносили в прошлое – в то время, когда я еще даже не знала Дайя, не обладала никакими сверхспособностями и, конечно, не имела длинный хвост с розетками роз по всему телу.

Я была Ангелина Вердаль, обычная школьница с совсем приземленными мечтами выучиться на ветеринара и путешествовать по миру с благотворительными миссиями. Я чувствовала, что мне судьбой предопределено помогать людям.

Помогла ли я им? Действительно ли моя жертва того стоила?

– Ты кто? – неожиданно услышала я, совсем забывшись в своих раздумьях.

Я подняла глаза и увидела перед собой приземистого широкоплечего парня. На нем была широченная толстовка и какие-то модные светящиеся наушники. Также в ушах и в губе красовались пирсинги. Молодой человек не дал мне и слова вставить, как продолжил нападки:

– Дай угадаю, ты очередная мамина ученица, с которой она хочет меня познакомить?

Хмн… я слышала от Дайя, что Антонина очень сильно не взлюбила избранницу Марата и пытается всеми силами помешать развитию их отношений. Она убеждала, что ему еще гулять лет так до тридцати, а там и посмотрим. Странно, ведь наши с Дайя отношения в школе она полностью поддерживала.

Сначала я хотела ответить что-то вроде “Хей, бро”. Не знаю, так теперь общается молодежь? Надо будет позалипать в соц сетях, чтобы понять, что вообще теперь творится.

– Блин, а все так очевидно? – решила я вместо поспешного знакомства подыграть братишке.

Хотя… как это ни парадоксально, младший брат теперь оказался старше меня на два года. Если бы я не потеряла ребенка из-за Акида, то сейчас они были бы ровесниками.

– Ладно, не бери в голову. Это же не ты виновата, – сжалился надо мной Марат и плюхнулся рядом. Он также начал нежно гладить пожилую питомицу. Или компаньона, как теперь модно называть. – Ты давно у мамы занимаешься? Я тебя раньше не видел.

С тех пор как мама ушла на раннюю пенсию, она стала давать частные уроки по рисованию и дизайну. Для этого Минь построил террасу, чтобы жена могла проводить свои занятия.

– Нет, вот недавно только переехала.

Марат уставился на меня и даже не пытался этого скрывать. У него были не свойственные парням густые ресницы, которые обрамляли умные глаза цвета мокрого асфальта. По губам и мимике видно, что юноша саркастичен и подколов от него можно ожидать во всем.

– Но мы точно виделись. Ты мне смутно кого-то напоминаешь. А у меня очень хорошая память на лица, – самоуверенно заявил Марат и достал телефон. Он стал листать соцсети, может, приняв меня за очередную звезду интернета.

– Мне часто говорят, что я на кого-то похожа, – решила я отмазаться банальным ответом.

– Не, у тебя… очень эффектная внешность. А ты в кино не снималась?

Видимо, нынешняя молодежь крайне прямолинейна. Как говорится, мужчины уже разучились делать комплименты и обычная воспитанность уже воспринимается как подкат.

– Точно, ты похожа на мою старшую сестру! – неожиданно сделал вывод Марат, хлопнув себя по колену, отчего Сириус испугалась и вздрогнула во сне.

Парень поспешно принялся гладить ее по спине, чтобы собака вновь могла спокойно погрузиться в сон.

– У тебя есть сестра? Вы тогда не очень похожи, – дала я объективную оценку.

Я больше походила на маму – худощавая, черные глаза и вьющиеся волосы. Мы также были очень смуглыми и с удовольствием загорали. Марат же больше взял от Миня – крепкое плотное телосложение и невысокий рост, серые глаза и молочно белая кожа. Явно, что пребывание на солнце превращает его в помидорку.

– Да, сводная старшая сестра, – пояснил молодой человек.

– Она тоже здесь живет?

– Нет, честно говоря, никогда ее не встречал. Мама только фотографии показывала. Но ты однозначно на нее похожа. Дай гляну, может, где-то снимок будет. – Марат стал копаться на “облаке” в поисках моей фотки.

Я заинтересованно закивала. Любопытно, а что мама рассказывала ему обо мне? Раз у нынешнего поколения принято все в лоб спрашивать, может и мне так же поступить?