Бывшие в министерстве магии

Собрание

Последними в зал вошли заместитель министра магии, дерганый и в сбившемся набок шейном платке, и глава департамента магического правопорядка. Копф был собран и на его фоне замминистра Дальс выглядел совсем непрезентабельно, будто его только что силком из постели выдернули, куда он полчаса назад упал в полном изнеможении.

Они прошли к возвышению. У Дальса подломились ноги, и он рухнул на ближайшее кресло, а глава департамента занял место оратора.

Он неторопливо пристроил трость, повозил пальцем по регулятору артефакта усиления звука и посмотрел на зал, сурово сдвинув брови.

— Утра всем, коллеги, — голос Копфа разнесся по залу, и я торопливо хлопнула по уху, где крепился мерзко зафонивший от резонанса зум. — Прошу секретарей глав отделов с допуском младшей и средней категории покинуть зал.

Послышались шевеления, несколько человек двинулось к выходу. Фааль с деловым видом остался сидеть. Ну да, он же говорил, что он прекрасный секретарь, наверняка и допуск соответствующий имеет. Я как можно незаметнее обежала глазами доступную без поворачиваний головы часть зала в поисках затылка, профиля, положения в три четверти или какого иного ракурса темноволосой головы Верстена, но блудливого нарушителя моего неспокойного сна в обозримом пространстве не обнаружилось. Наверняка где-то позади притаился. Сразу стало неуютно и немного нервно. А что, если он прямо за мной сидит и ухмыляется? Волоски на затылке зашевелились, будто на них кто-то подышал. Снова вспомнились пикантные подробности сна в исполнении Адама. Знал бы он, что я делала с ним в этом сне в ответ, сам себе бы позавидовал.

Мои неуместные мысли прервала придавившая уши подушкой тяжесть. Копф активировал дополнительную систему защиты? Что происходит?

— Коллеги, в Лагарде объявляется чрезвычайное положение в режиме строжайшей секретности, — предельно мрачно и серьезно начал глава департамента правопорядка. — Сегодня рано утром практически одновременно были совершены покушения на главу Лагардийского союза верховного канцлера Ривиса, военного министра Арма и министра магии архимагистра Хога. Арм скончался, не приходя в сознание, Ривис в крайне тяжелом состоянии и шансов у него мало, арихимагистр Хог… не в себе. Он полностью лишился дара, и вы сами понимаете, что это означает для мага. Неизбежное сумасшествие и медленное и мучительное угасание. Покушения на канцлера и военминистра произошли во дворце, оба были у себя в кабинетах и происшествия удалось скрыть, чтобы не сеять паники. Покушение на министра Хога случилось у него дома, есть свидетели, департамент правопорядка сделал, что можно, но с вероятностью 90 процентов это будет в газетах, и огласки не избежать. Поэтому замминистра Дальс назначен исполняющим обязанности, а наша задача выяснить причину и найти виновных.

Копф замолчал. Дал присутствующим ошеломленно погудеть, потом пристукнул по краю кафедры взятой в руку тростью. Воцарилась напряженная тишина и глава департамента заговорил снова:

— Министерство магии продолжит работу в штатном режиме. К уже ведущемуся расследованию параллельно инициируется еще одно, ответственным за которое назначается управление по предотвращению и устранению магических происшествий и катастроф и отдел магической безопасности, начальника управления Адама Верстена вы все знаете, поэтому прошу познакомиться со старшим инспектором ОМБ магессой Мейл. Несмотря на то, что она вступила в должность только вчера, в первый же день успела показать себя. С лучшей стороны. Инспектор Мейл…

Пришлось встать и снова себя показать. Со всех сторон. И повернуться, чтоб сидящие позади смогли оценить и другие мои стороны. Верстен, как я и думала, обнаружился позади. Прямо за мной, через два ряда как нарочно пустующих в этом месте кресел. Его секретарша, та самая эффектная особа, что разнимала меня и Адама на пару с Фаалем, сидела рядом с ним и что-то строчила в планшетке.

— Инспектор Мейл, — чуть приподнял брови глава департамента, — что это у вас?..

— Это служебная форма установленного образца, магис Копф, — ответила я.

— Я заметил. Похвально, что вы так серьезно относитесь к правилам и рекомендациям к внешнему виду сотрудников министерства. Но ваше лицо. Вас кто-то ударил?

— Это была дверь, сэр. Случайность, — ответила я так, что все те, кто до этого слышал про Верстена, твердо уверились, что я из благородства (или из страха) его выгораживаю.

Конечно же, сегодня новость дня — череда дерзких покушений, но это проходяще, а вот слух о распускающем руки начальнике всегда будет в топе горячих, или я не огненный маг. Раздавшееся по залу легкое «шу-шу-шу» это подтверждало. Моя часть, что была повернута к обсуждаемому сейчас ведьмаку, почувствовала тяжелый взгляд, от которого нестерпимо зазудело между лопатками. И почти сразу возник зуд за ухом, где был прикреплен зум. Верстен прислал ругательное письмо?

— Будьте поосторожнее, магесса Мейл, не хотелось бы лишиться такого ценного кадра, когда у нас каждая голова на счету, — сказал глава департамента.

— Да, магис Копф, я постараюсь, — пообещала я и села.

— Подробности о дополнительном расследовании будут озвучены ответственным за исполнение на закрытом заседании комитета внутренней безопасности у меня в кабинете через час. Каждый отдел получит дополнение к основному приказу о порядке деятельности в свете случившегося. Можете быть свободны. Не торопитесь, прежде чем выйти, каждый из присутствовавших подойдет к одному из ожидающих у входа штатных менталистов, чтобы активировать печать клятвы о неразглашении.

— Лайд, как думаете, — повернулась я к секретарю, склоняясь ближе, и говорила вполголоса, чтобы дела отдела не стали достоянием любопытных, — на этом закрытом заседании мне что-нибудь понадобится, какие-то отчеты, может, статистика?

— Понятия не имею, магесса Мейл, — так же негромко ответил Фааль, — но лучше подготовиться. Статистика лишней не будет, тем более мы только вчера с вами все это разобрали. Отчитываться не о чем, инспекции и осмотры не выполнялись должным образом довольно долго, но… я что-нибудь придумаю. Надеюсь, вас там не слишком задержат. Мы ведь запланировали на сегодня быстренько пробежаться по заявкам в черте города из тех, что еще две недели назад нужно было выполнить.

— Инспектор Мейл, — желчным голосом проговорил от двери Верстен, — вы можете продолжить ворковать с секретарем у себя в кабинете. Вы всех задерживаете.

Адам стоял на пороге, рядом переминался менталист, их всегда легко отличить от прочих по специальному знаку в форме глаза над переносицей.

И правда, народ разошелся. Из всех остались только мы с Фаалем, увлекшиеся планированием рабочего дня.

Спешно двинулась к выходу, улыбаясь и сияя фингалом так, что Верстен поспешил отвернуться.

Беги, беги, министерство хоть и большое, но деваться тебе некуда, теперь меня просто так не уволишь. Сам Копф признал, что я ценный кадр. Так что я буду максимально долго портить тебе жизнь, как ты испортил мне мое долго и счастливо, дорогой и люби… Забыли.

Собрание (2)

В кабинете Копфа мне пришлось сидеть почти впритирку к Верстену. При любом шевелении наши бедра, плечи и локти соприкасались, вызывая во мне желание наброситься на Адама прямо тут и сделать с ним что-нибудь особо жестокое. Например, постричь налысо. Исключительно от зависти. Его волосы, расчесанные на ходу пятерней, всегда лежали так, словно он из салона вышел, а мне со своими приходилось воевать с помощью косметики, шпилек и доброго слова. Вот, опять черной гривой тряхнул и протерся по моему бедру своим. Мммм… Скотина! Дождется… И что ему не сидится ровно! Сам ерзает и мне слушать не дает, а послушать стоило.

Какой смысл был перебираться из просторного зала в кабинет главы департамента? Из-за усиленной защиты? Или Копф таким образом хотел избранных из посвященных выделить?

Помещение было просторным, но не для двух десятков особей, среди которых присутствовали довольно крупные образцы с таким размахом плеч, что с одним тесно станет, а их тут… Обладатель самой внушительной сажени, как положил глаз на мои бедра при входе в кабинет, так этот глаз там и лежал, рискуя заработать в придачу к косой сажени еще и косоглазие. В общем, все это несвятое воинство сидело, дышало, благоухало одеколоном и мужественностью. Я подумала и предпочла знакомые бедра рядом с моими, чем эти непроверенные. А может и зря. У меня же вроде как план.

Вкратце, нас собрали, чтобы сообщить, что покушения произошли не просто примерно в одно время, а именно что в одно время, причем, если бы так страшно пострадавший министр Хог был на работе, он бы все равно как-нибудь пострадал. Его кабинет в куполе, венчающем министерство, как раз над конференц-залом, уже не подлежал никакому ремонту. Копф пообещал нас туда пустить после того, как закончат аналитики.

Точно так же сработали ловушки в личных комнатах в собственных домах канцлера Ривиса и военминистра Арма. Теперь вкусное. По предварительным заключениям это были ложные срабатывания систем безопасности. Самое странное, что воздействия не укладывались ни в какую схему, настолько разными они были. Арм сгорел практически мгновенно. Ривис вдохнул убойную дозу вещества, которое подается из распылителей при пожаре и при соприкосновении с воздухом образует пламягасящие нити. Должно было образовать, но не образовало.

С Хогом вообще произошла дикая вещь. В любой домашней и офисной системе безопасности есть поглотитель магических всплесков. Реагирует на сорвавшееся заклинание или, к примеру, на острый психоз у мага, когда тот перестает контролировать силу. Вытягивает излишки в накопители. Эта штука всегда тщательно настраивается на средний магический фон помещения и, учитывая личные параметры владельца, понижает всплеск до этих самых средних параметров. Согласитесь, рядовой маг фонит слабее, чем архимагистр, равно владеющий четырьмя стихиями. НО! Система среагировала на Хога как на выброс и весьма агрессивно, поглотив практически все. И щиты не спасли.

Это и была та самая реакция резонанса, только не зеркальная, которой я козыряла перед Копфом вчера после побоища с Адамом, а самая настоящая. Когда поступающая в накопители энергия раскачивает систему и усиливает воздействие.

Та-а-ак. Кажется понятно, что именно я, инспектор-однодневка, делаю среди всех этих матерых служак. Моя спонтанная бравная брехня вылезла мне боком.

Собственно, я даже представить не могла, что факультативный курс по системам безопасности, куда я пошла, чтоб хоть изредка понимать, о чем треплется Адам, и который, к удивлению того же Адама, закончила с отличием, получив сертификат, станет таким судьбоносным в моей жизни и карьере.

Самое гадкое в глушилках и щитах — чем мощнее, тем меньше под ним просидишь. У самых сильных нулевая проницаемость и воздуха это тоже касается. И выдыхаемому деваться некуда. Получается этакая парилка. А учитывая, что нас тут не один…

В кабинете становилось все жарче. Я уже расстегнула пару пуговок на форменной рубашке и избавилась от накидки. И жилет бы сняла, если бы не столь обильное внимание к обильному содержимому, проглянувшему в образовавшемся вырезе. Верстен тоже страдал. Представляю, как ему в его гриве и костюме некомфортно. На висках ведьмака выступила испарина. Адам уже опустошил два стакана воды и жадно косился на мой недопитый. А Копф все бухтел.

Очередное прикосновение ноги Верстена стало последней каплей. Мне и так жарко, а он прижимается. Я зашипела, как яишенка на сковородке.

— Вам нехорошо, магесса Мейл? Здесь душновато, но мы уже почти закончили.

— Ничего, магис Копф, это просто последствия утреннего столкновения с ведом Верстеном, я потерплю.

Магис Копф посмотрел на меня, споткнулся о мой начинающий наливаться загадочной синевой фингал, перевел взгляд на Адама.

— Позвольте, я… — начал разворачиваться ко мне ведьмак, а на кончиках его пальцев задымило заклинание «сухой лед». Где он раньше был, придурок…

— Вы и так уже себе позволили, вед Верстен. Обойдусь своими силами.

В рядах присутствующих послышались покашливания разных оттенков укоризны. Еще бы, поставить фингал коллеге это одно, а поставить фингал женщине — совсем другое. В неслучайности случайного уже мало кто сомневался. Слухи такие слухи.

— Сейчас не время для разногласий, — упрекнул глава департамента. — Вы уж как-нибудь уладьте ваши личные проблемы, только… мирным путем.

— Конечно, — послушно отозвалась я. — Нам ведь теперь вместе работать.

— Да, несомненно, причем весьма тесно, — подтвердил Копф.

Я искоса глянула на Адама. Ведьмак всем видом изображал готовность трудиться «на» и «во», а длинные пальцы нервно выбивали дробь по браслету зуммера, тлеющего огоньками неотвеченных вызовов.

(С/за/при)говор

— Лайд, это было невероятно, потрясающе, восхитительно!

Я подтянула на груди сползающее полотенце, от удовольствия поджав пальчики на босых ногах, сильные руки моего потрясающего секретаря надежно и крепко удерживали меня за талию. Я плавилась от сладости и восторга, а по лицу Фааля расплывалась чуточку горделивая и удовлетворенная улыбка.

— Я же обещал, что сумею вас удивить.

— Если вы уже закончили… удивлять, Фааль, — василиск бы позвидовал ядовитому шипению в голосе, раздавшемся у двери в мой кабинет, а взгляд вполне бы мог окаменить, — я хотел бы получить помимо зрелищ, квартальную сводку и график выездов невероятно, потрясающе восхищенной магессы Мейл на будущий месяц.

— Для чего вам мой график, вед Верстен? — поинтересовалась я аккуратно, чтобы снова не поскользнуться, ведь Фааля уже рядом нет, чтоб меня поймать, попятилась к двери в каморку с удобствами. Под взглядом Верстена я чувствовала себя совершенно голой, полотенце не справлялось. Справился бы, наверное, индивидуальный спецкостюм высшей магической защиты, и то не факт. Адам Верстен видел (и не только) меня голой и без труда мог дорисовать прикрытое в мельчайших подробностях.

— Как вы сами сказали, инспектор, нам вместе работать. Так что потрудитесь для начала, избавиться от полотенца.

— Прямо сейчас? Это расценивать как приказ? Как скажете, — я подняла руки, сдаваясь под начальственным взором.

А нужно точнее распоряжения формулировать!

Лайд, умчавшийся в приемную, шумно поронял карандаши и полез под стол собирать, а звуки, похожие на сдавленные смешки, были только похожи на них.

Полотенце держалось на груди и капельке магии.

Сам же от зрелищ отказался.

— Оденься… тесь, магесса Мейл. Вы не у себя дома. Заниматься подобным на работе…

— Чем же?

— Устройством личной жизни.

— Минутку, сейчас вспомню подходящую формулировку… Как же там было?.. Это не то, что ты думаешь?

Глаза Верстена, обычно отливающие золотом в моменты эмоционального пика, приобрели зеленоватый оттенок. Все. Это край. Выбесила. Сердце камнем ухнуло в пятки. Я шмыгнула за дверь и трясущимися руками принялась натягивать одежду.

Вот и порадовалась… Нет, я понимаю, что начальство не обязано в дверь стучать, особенно если в приемной пусто, а в кабинете говорят, но мог бы и. Я же девочка, а не оперативник с… со стажем.

Вернувшись от Копфа, вся взопревшая я возблагодарила судьбу за душ и предусмотрительность Фааля. Лайд помнит все, а что не помнит — записывает и помнит, куда. Он помнил, что не было полотенец и принес. А еще лично мне презентовал внешне непритязательную банку с коричневато-серой массой.

— Это для душа, — сказал он. — Вы удивитесь эффекту.

Внутри было густое мыло с запахом кофе, невероятно ароматное и бодрящее. И судя по банке без маркировки, но с оттиском именной лицензионной печатки — сделанное под заказ.

Эффект превзошел все ожидания.

Я выскочила в одном полотенце, чтобы выразить восторг, поскользнулась, Фааль, расставлявший папки на появившемся у меня в кабинете новом стеллаже, обернулся на звук распахнувшейся двери и мой возглас и успел предотвратить падение. Увы, в этот раз без свидетелей не обошлось. К конце концов, слухи нужно подкреплять. Шиншилла видела нас с Фаалем в обнимку вчера, сегодня Верстен.

Теперь и выйти страшно.

Хорошо, что я оставила пакет, в котором мне выдали форму, здесь. Нашлась запасная рубашка. Свежая одежда и чудесное мыло — аромат все еще витал в воздухе — придали сил.

Я зря трусила. Верстена не было ни в кабинете, ни в приемной.

Я прошла и села за чайный столик, где была налита чашка. Лайд поднял голову от документов.

— У меня создалось впечатление, что о нас теперь точно подумали.

— Сильно сомневаюсь, что вед Верстен станет это с кем-то обсуждать, конечно, но впечатление мы произвели.

— Извините, Лайд. Мое появление в полотенце было неуместно.

— Вы, как вы сами сказали, магесса Мейл, в прекрасной форме, — чуть лукаво улыбнулся Фааль. — Я свободен и мужчина. Подобные пересуды если и отразятся на моей репутации, то совсем в ином ключе, чем на вашей. В министерстве нет запрета на близкие отношения между сотрудниками, но это не поощряется. Особенно, когда один из партнеров занимает руководящую должность.