Сети Сансары

«Трое на холме»

Пикингил сидел в кресле у камина, устало вытянув ноги в сторону пламени. Колдун разрушения копошился в своих воспоминаниях. Он лениво прикрыл глаза и положил руки на подлокотники. Со стороны казалось, что маг спит. На самом деле он творил магию, постепенно растворяясь в чертогах памяти. Взор заволокла пелена.

В своих воспоминаниях Джордж еще не разменял шестой десяток. Не было у него ни седины в висках, ни печали в глазах, ни морщин. И вообще, он был не один. Теперь их стало двое. Молодой Пикингил не мог его видеть, но именно он вел Джорджа-старшего по лабиринтам памяти. Сначала Джордж услышал шум в ушах. Воздух вокруг него поменялся, а вместо пыльного кабинета он почувствовал свежий ветер. А еще голоса. Звонкие, шумные, громкие. Первым был юношеский голос, недовольный и весьма тихий для колдуна.

–Значит так, о том, что здесь произойдет, мы расскажем родителям?

Мимо колдуна прошли двое. Джордж в молодости, на тридцать восемь лет моложе, и нынешняя глава Шабаша, младше на тридцать семь лет. Светлые волосы Анны завязаны голубой лентой, летнее синее платье чуть колыхал ветер. Двое молодых магов шли рука об руку. Вокруг них самих – бескрайнее зеленое поле с редкими кустами. Как только они поднялись на холм, девушка остановилась, глубоко вздохнула и уперлась руками в колени. Подумав, ответила:

–Об этом мы не расскажем родителям. Нет, не так. Особенно родителям!

Парень молча ждал, разглядывая горизонт. Джордж подошел к себе молодому. Они не видели его, не могли знать, что он где-то рядом. Единственное, что могло смутить юных магов, так это легкое покалывание в ладонях, свидетельство инородной Силы. Джордж знал правила и не вмешивался в ход развитий событий, а просто наблюдал за этим временным отрезком так, словно его это не касалось.

Анна расправляет спину и поворачивается к другу. Девушка улыбается, прикрывая лицо рукой. Она тяжело дышит, глубоко вдыхая и с шумом выдыхая воздух.

–Вот Урсула удивится, когда мы придем первые! – сказала она, начиная спускаться с горы. Парень молча пошел за ней, подворачивая рукава своей рубашки. Урсула, невеста Джорджа, была магом воздуха. Тот самый редкий вид природных волшебников, которые не могли взять под контроль ведьминскую магию крови, костей или фамильяров, или как колдуны подчинить себе магию разрушения, восстановления или созидания.

–Так…– Анна повернулась к нему, всё также прикрывая ладонью лицо от солнца, – Как там дела с Урсулой?

–Все хорошо – соврал юный колдун, надев на себя миловидную улыбку, – Готовимся к свадьбе.

Анна нарочито равнодушно пожала плечами и повернулась к нему спиной, пошла вперед. Когда они вышли на открытую дорогу, Колдун разрушения выдохнул. Сейчас перед ним не находилось ничего примечательного, но через несколько часов они встретят здесь отряд инквизиторов. Анна захочет остаться, призовет половину Шабаша. Тринадцать ведьм и колдунов будут защищать рябиновое поле с одним единственным деревом. Десять из магов погибнут.

Двое волшебников зашли в небольшой дом, заранее оборудованный для магов. Выбитые окна, дверь, слетевшая с петель, гнилые доски внутри и обшарпанные снаружи. В этом помещении, состоящем из одной комнаты, многие маги проведут свои последние часы.

Внутри комнаты- небольшой алтарь. Тринадцать черных свечек, несколько разброшенных костей животных и кубки для ведьм крови. Анна подошла к одному, открыла фляжку и плеснула туда жидкость бурого цвета. Юный Джордж скривился и отошел в сторону. Оба молчали.

Джордж подошел к окну понаблюдать за погодой. Разглядывая тучи и гадая, что изменится за эти сутки, Анна шептала заклинания, увеличивающие ее силу. Вокруг нее сгущались тени, подрагивал огонь свечей. Анна была настроена серьезно, в отличии от многих магов, которые хотели договориться о мире с инквизиторами. Анна же, как и Джордж, в этот мир не верили. Не будут инквизиторы, в шаге от победы, договариваться с магами. Молодой колдун разрушения встряхнул руку, освобождая место Силе. Той самой, Древней и Первозданной, что находится внутри любого волшебника.

Тяжело вздохнув, он вышел на улицу, закрыв за собой дверь. В спину ему донеслось пожелание удачи от Анны.

Прислонившись к дереву и пытаясь унять дрожь в руках, Джордж пытался отвлечься от гнетущих мыслей. Он думал о доме, семье, родителях, что ждут его и Урсуле. Джордж старался думать о хорошем, но мысленно возвращался к словам Анны: «Готовься к худшему, надейся на лучшее» – так сказала ему девушка, перед тем как они пошли сюда. Колдингс не была уверена в том, что именно здесь пройдут инквизиторы. И Джордж в глубине души надеялся, что ведьма крови ошибается. И все же он готовился. Зачитывал заклинания, выводил в воздухе руны, ставил защиту себе и Анне. После очередной готовой руны, парень не выдержал и решил связаться со своим другом, Артуром, по магическому светоскопу, одному из способов связи между магами. Они говорили с ним очень долго. Пикингил сидел под деревом, прислонившись к шершавому стволу спиной, слушал голос своего друга, наблюдал за последними лучами заходящего солнца и пытался запомнить каждый миг уходящего дня. Он и запомнил. Именно в тот момент, когда солнце уже скрывалось за горизонтом, навстречу вышла его подруга, Лилит. Она показалась из леса, держа в руках пустые ножны и несколько свитков. Увидев своего старого приятеля девушка улыбнулась, помахала ему рукой и пошла в его сторону. Джордж отключил связь с Артуром и продолжил ждать ведьму, пока она не подошла. Лилит попросила разрешения присесть рядом и устроилась бок о бок с ним.

– Осматривала границы, – Чуть погодя начала разговор колдунья. – Они придут сегодня и пройдут вот там – рукой она указала в сторону лощины, где жили старые ведьмы и их фамильяры. Злые, одичавшие, они неустанно ждали новую кровь. Люди знали об опасности этого места и обходили его стороной за версту, ведьм не трогали, а вот инквизиторы точно забредут в ловушку, где добрая половина их сразу погибнут. Сейчас на том месте нет уже ничего, кроме выжженной земли, да обугленных до черноты деревьев. В тот день Джордж смотрел не на лощину, а на нее.

Лилит сидела рядом с ним и любовалась закатом как ни в чем не бывало. Она рассказывала о различных заклинаниях, о способах телепортации и заклятиях разрушения. Колдунья говорила так увлеченно, что Джорджу на миг показалось, будто нет никакой войны. Никакой злой убийца не придет и никто не захочет пересечь этот холм в надежде сжечь всех колдунов на свете. Есть только он, Лилит и это дерево. Пикингилу просто нравилось сидеть рядом с Лилит, обсуждать магию, их мирную жизнь, и, конечно же, семьи. Каждый раз он смотрел на нее, и как будто бы видел впервые. Обычная с виду девушка. Ничем не примечательная, особенно тогда, облачённая в тот свой чёрный костюм ведьмы-охотницы. Стандартная форма, выдаваемая всем магам, вне зависимости от их статуса и специальности. Такие костюмы были предназначены для защиты от острых предметов и случайных ударов. Крепко скроенные, с защитными пластинами внутри, на вид они прибавляли несколько килограмм носящему. Но с такой защитой всяко становилось спокойнее, если, к примеру, тебя захотят ударить ножом. Стандартную форму шили из кожи василиска, и эта одежда стала особенно популярной в годы войны. Они просидели так еще несколько минут, прежде чем зайти в тот дом. Там они прижались друг к другу и втроем, Лилит, Джордж и Анна, уснули.

Утром первым встал Джордж. Оставив спящих Анну и Лилит в комнате, он вышел из дома размяться. От долго положения лежа его ноги немного онемели, и пока он их растирал, ходил из стороны в сторону, две колдуньи вышли из дома. Обе недовольные, невыспавшиеся со спутанными волосами, они производили довольно нелицеприятное впечатление. Джордж видел, как Лилит отошла в сторону и мысленно сконцентрировалась, призывая своих фамильяров. Вороны с соседних деревьев с криком сорвались с веток и полетели в сторону магов. Анна умывалась холодной водой, проводя руками по лицу, убирая грязь. Все молчали, каждый из которых был погружен в свои мысли.

Но вот ветер сменил направление, подул в их сторону и до ребят донесся запах кофе. Терпкого и немного пережаренного. Все повернулись в сторону, откуда, как им показалось, доносился этот аромат. Солнце мешало им увидеть основную картину, но если приглядеться, то можно было заметить тонкую струйку дыма со стороны леса. Едва заметной линией она поднималась над верхушками деревьев, растворяясь в воздухе.

Первой среагировала Анна. Отбросив бутылку с водой в сторону, девушка бросилась в дом, на ходу нашептывая заклинания. Серый щит мгновенно окутал своей пеленой их, защищая от взоров инквизиторов.

–Это могут быть не они – дрожащим голосом сообщила Лилит. Джордж стоял столбом и не мог отвезти взгляда от леса. Предчувствие конца возрастало в нем, мешая дышать и думать с трезвой головой. Хотелось разорваться на несколько частей, одна из которых хотела убежать и спрятаться, а вторая кинуться туда, в лес, хоть немного задержать Серых Плащей.

–Это они, – в дверях появилась Анна Колдингс. Одной рукой она придерживалась за косяк двери, а второй водила рукой по воздуху, нащупывая прорехи в щите и устраняя их. – Нас еще не обнаружили. Где остальные? Я не могу до них достучаться.

Ей никто не ответил. Джордж и Лилит разглядывали тонкие струйки дыма, поднимающиеся то тут, то там с расстоянием всего несколько метров. Сколько их там? Двадцать инквизиторов? Сорок? Пятьдесят? Им показалось, что они услышали лай собак. Все трое сжались, вспоминая псов серых стражей. Их свирепость, злость и желание выслужиться перед хозяевами. Немало ведьм и колдунов были загрызены волкодавами инквизиторов и немало секретных мест магов обнаружено благодаря им. Джордж с Анной переглянулись. Оба поняли, что подмоги не будет.

Все силы они бросили на мост, ведущий прямо в столицу Картасара, мало кто мог подумать, что инквизиторы нападут на академию магии. Тринадцать магов вызвались защищать рябиновую поляну, но пришли только трое. Джордж видел, как Анна сомневается, как ее глаза мельтешат между Пикингилом с Веспер и лесом, откуда идет дым. Анна в этот день негласно стала их командиром и все последствия, которые потом случились, легли на ее плечи.

–Лилит – жестко сказала ведьма крови, – Мне нужны твои фамильяры. Отправь их туда – она пальцем указала в сторону леса, – И доложи, сколько там инквизиторов. – Лилит кивнула и направила руки к глазам. Магия на кончиках ее пальцев подрагивала от Силы, искры зеленым пламенем переваливались из стороны в сторону, а глаза девушки стали белыми. Тотчас вороны сзади нее полетели в сторону леса, пролетая сквозь защитный барьер и двигаясь к инквизиторам. Лилит сейчас видела все их глазами и сразу же докладывала Анне Колдингс и Джорджу Пикингилу. Сама ведьма фамильяров оставалась слепа и глуха к окружающему ее миру. Ведьма крови переглянулась с колдуном разрушения и по старой, давно забытой привычке взяла его за руку, переплетая пальцы.

– А от тебя мне нужно, чтобы ты уходил отсюда – шепотом произнесла она, заглядывая Джорджу в глаза.

–Без колдуна разрушения вы мало что сможете. – сухо ответил Джордж, сжимая ее ладонь.

– Я и не говорю, что мы выстоим. Нам нужно время до прибытия подмоги. И ты её приведёшь, – Колдингс говорила тихо и размеренно, по слогам. Лицо её стало каменным, не выражающим эмоций, и все же по глазам Джордж почувствовал, что так Анна прощается с ним.

У них оставалось несколько минут, прежде чем инквизиторы закончат завтракать, выпьют кофе, соберутся и двинутся дальше, прямо на них. На подходах к поляне талисманы инквизиторов, сделанные руками ведьм, завибрируют от присутствующей в воздухе силы. Тогда истребители ведьм сменят курс и засекут их: колдуна разрушения и двух ведьм – крови и фамильяров.

Это будет быстрая драка. Расправа, но никак не битва, как ожидали волшебники. Инквизиторы нападут на них, быстро убив, и пойдут дальше, как ни в чём ни бывало. Джордж протяжно выдохнул, разжимая их с Анной сплетённые пальцы и прошёл несколько шагов вперёд. Было похоже, что он всматривается в горизонт. На самом деле Джордж колдовал. Быстрым шёпотом наговаривал Заклятье Ужаса, чтобы хоть как-то помочь девушкам. Это Заклятье не даст им большого преимущества, но Инквизиторы хотя бы не будут чувствовать своего превосходства над ведьмами. На этом холме они встретят свои страхи. Всё то, чего их сердца и души боятся больше жизни. Магия Пикингила построена на Разрушении, и хоть Заклятье Ужаса считалось базовым, у магов его направленности оно получалось лучше всего.

Анна схватила колдуна за рукав рубашки, потянула на себя и сердито зашипела:

– Не смей тратить магию зря! Это нам не поможет. Уходи и приведи мне ведьм на подмогу! – девушка посмотрела в глаза магу Разрушения.

– Я не брошу вас. Ни тебя, ни Лилит. – Джордж ответил ей спокойным, ясным взглядом. В этот момент они окончательно прощались друг с другом. Спокойно, тихо и без слов. Анна взяла Джорджа за руку, провела пальцами по его ладони, поглаживая кожу.

Руки Джорджа были липкими от пота и заметно тряслись. Сердце Анны забилось быстро-быстро от мысли, что это последнее её прикосновение к нему. В горле встал ком, а из груди предательски вырвался судорожный вздох. Она подняла на Джорджа взгляд и заметила, что он тоже смотрит на неё не отводя глаз. В глазах ведьмы крови защипало и она смахнула невидимые слёзы.

– Я вернусь за вами, – тихо пообещал он, наклоняясь к девушке так, что их лбы соприкоснулись. Анна сжала челюсть, чтобы точно не расплакаться, но редкие слезы все-таки выступили и тонкой мокрой дорожкой скатились по лицу, и, задержавшись на подбородке, упали вниз.

Джордж-старший, тот, что за всем этим наблюдал со стороны, должен был уйти из воспоминания вместе со своим молодым двойником, но интерес оказался сильнее. И желание узнать, что же все-таки произошло заставило его остаться на месте в этот раз. Отойдя в сторону, чтобы не мешать уже свершившемуся, он стал переживать эту битву повторно.

Анна произнесла заклинание перемещения. Молодой Пикингил медленно стал погружаться в оранжевые отблески портала, растворяясь в пространстве. Через несколько секунд он исчез совсем, оставив после себя лишь случайные искорки. Анна развернулась и подошла к ведьме фамильяров. Дым, клубившийся над поляной исчез, и сейчас они слышали лай собак и приближающиеся шаги инквизиторов. Лилит вела своих воронов параллельно их армии и по траектории их движения Анна могла примерно понимать, откуда идут Серые Плащи.

– У нас есть пара минут. Потом их медальоны нас засекут, а после и псы заметят, – предупредила Лилит, водя руками по воздуху. Ее лицо, сосредоточенное и внимательное, слепо глядело в пустоту.

– Хорошо. Тогда готовься. Уводи фамильяров в сторону, я снимаю защиту. – Анна тоже повела руками по воздуху, собирая Силу вокруг себя. Её ладони наполнились энергией, такой же Древней и сильной, как у Пикингила.

Но её магия была другой по сути. Более слаженной, чёткой, рассчитанной до мелочей. Колдингс направляла энергию в нужное русло, не разбрасываясь Силой попусту, как колдуны. Анна Колдингс пару раз хлопнула в ладоши и разрушила щит. На секунду кругом стало тихо. Потом звуки вернулись. На деревьях зашелестели листья.

Анна и Лилит смотрели, не отрываясь, вперёд. Над их головами пролетел орел. Отбрасывая едва заметную тень на землю, птица пролетела дальше. Девушки несколько раз глубоко вздохнули, успокаивая сердцебиение. Прошла минута. Две. Пять. От всматривания в близлежащие деревья заслезились глаза, стало трудно глядеть не моргая.

Из леса вышел первый отряд инквизиторов, готовых к бою. Их ведьмовские амулеты светились зелёным огнем. Они шли вперёд не выбиваясь из строя. Возглавлял отряд незнакомый двум ведьмам Серый Плащ. Даже сидя на коне он казался им огромным. Высокий рост, непропорциональная фигура, с широкими плечами и узкой талией контрастом выделяла его на фоне остальных участников битвы. Рябиновое дерево, у которого Анна стояла с Лилит склонило к ним свои ветви, как бы скрывая за собой. Анна отрешенно подумала, что Лилит даже не спросила ничего про Джорджа. Всем её вниманием завладел тот неизвестный инквизитор. Лидер Серых Стражей оглядел их. Высоко подняв свой меч, инквизитор подержал его несколько секунд в воздухе, а затем резко опустил лезвием вперёд. Это был сигнал к битве. На двух ведьм тотчас понеслись инквизиторы.

Побросав ненужные вещи, колдуньи бросились бежать. Они карабкались на склон, убегая от инквизиторов за спиной. Те же, крича непонятные двум беглянкам ругательства, неслись вслед. Плащи не обещали ведьмам лёгкую смерть: они спустили с цепей собак, но потом, пробежав немного вперёд, внезапно остановились, сбитые с толку. Моргая глазами и вертя головой из стороны в сторону, Серые Плащи нелепо оглядывались, перешептываясь между собой.

– Что с ними? – Лилит, воспользовавшись передышкой, уже собирала Силу в руках, создавая заклинания смерти.

– Заклятье Ужаса, – пояснила Анна. – Джордж наложил. – она оглянулась на того единственного инквизитора, стоявшего теперь позади всех. Что-то ей не понравилось в нем. Он словно был недоступен для нее. Скрыт от её мыслей, магии. От заклятья Джорджа. Анна прощупала воздух и ауру рядом с лидером Плащей, в надежде хоть что-то узнать. Бесполезно. Она ничего не чувствовала, будто там ничего и никого нет.

– Я не ощущаю его, – указала пальцем Анна на сидящего на коне Серого Плаща.

Лилит, проследив за взглядом подруги, нахмурилась.

– Я тоже. Будто там…

– Никого нет, – закончили ведьмы одновременно.

Тем временем остальные Серые Плащи опомнились и теперь снова приближались к ним. Девушки уже видели их страшные, перекошенные звериным оскалом лица, и их руки, крепко сжимающие мечи и топоры. Мимо ведьм пролетело несколько стрел. Лилит выкрикнула заклинание и первые несколько человек упали замертво, а ведьма фамильяров сразу принялась создавать новое смертоносное заклятье. Теперь за дело взялась Анна. Она остановила сердца следующим инквизиторам, уже подошедшим к колдуньям слишком близко. Магия на руках дрогнула и вышла из-под контроля. Девушка, не рассчитав свои Силы, отбросила в сторону потоки волшебства. И ахнула, схватившись за больную руку. Лилит ободряюще глянула на подругу, выкрикнула второе заклинание и отошла в сторону. По её лицу градом катился пот, волосы противно липли к лицу. Веспер посмотрела на инквизиторов и усмехнулась своим мыслям.

– Анна…

Колдингс подняла голову. Её подруга стояла в нескольких метрах от неё, сжимая что есть силы кулаки и проглатывая слёзы. Всхлипы изредка вырывались из неё и Лилит отвернулась, чтобы Анну это не смутило. Колдингс принялась шептать новое заклинание, когда один из инквизиторов, молодой парень, влетел раньше всех на поляну. Анна запомнила эту секунду в деталях. Мальчишка, их ровесник, сжимая меч в правой руке, бежал прямо на них. В его глазах не было ненависти, только страх и желание выслужиться перед хозяином. Он замахнулся, занеся меч над головой.

И его глаза лопнули. Лилит среагировала быстрее мечника, ударила огнем в лицо, а затем, переправляя огненный столп, направила магию на противников. Над полем тотчас разнесся запах горящей плоти, сладкий и навязчивый.

– Не стой столбом, Анна! – прокричала Лилит, создавая другое заклинание.

«Нам нужно бежать отсюда», – подумала Анна и кинулась к подруге: дёрнула Веспер за руку, потрясла за плечо.

– Лилит, надо уходить отсюда, – перед глазами стоял тот парень. Без глазных яблок, с обожжённым лицом. Нужно взять себя в руки. Нужно собраться. Но как это сделать, когда не исчезает из мыслей образ того, кто ещё несколько секунд назад был жив? В горле пересохло, а собственные губы казались Анне деревянными и онемевшими. Страх полностью захватил её тело. И тут, когда Лилит повернулась чтобы что-то ответить подруге, перед ними возник огромный оранжевый столб. Он расчертил землю по прямой, отделяя толпу инквизиторов от ведьм, а оранжевый свет заискрился потоками магии. Через секунду Анна Колдингс и Лилит Веспер увидели подмогу: Тринадцать магов, выходящих из портала.

Джордж-старший очнулся в кресле. Вздрогнув, мужчина потер руками виски. Магия в его комнате, как и на поле той самой Рябиновой битвы, искрила от напряжения. Слишком сильное заклинание, чересчур много сил он потратил на него. Так Пикингил и просидел в своей комнате, смотря в одну точку и гадая, о чём вообще думали инквизиторы в тот день и мог ли он как-то это остановить?

«Не мы это начали»

Утренний кофейный напиток приятно обжег горло. Андреа, обхватив кружку обеими руками, осторожно делала глотки, периодически дуя внутрь чашки, чтоб быстрей остудить. Осмотрев поляну, на которой они остановилась, девушка мысленно перенеслась домой. Деревня Самлсбери, расположенная в кругу скалистых гор и бурных рек. Свежий ветер, девственная природа и дружелюбные соседи. Всё то, что нужно было Андреа. Глянув в сторону, девушка заметила своего брата, Салазара. Тот разговаривал с одним из Синих Плащей, показывая в сторону леса и что-то объясняя. При этом брат активно жестикулировал. Андреа попыталась прислушаться, но быстро сдалась, и, плюнув на всё, встала и подошла к своему родственнику.

В лагере сегодня было особенно тихо. Все устали и хотели домой, некоторые уже разобрали свое оружие и теперь складывали вещи. Всем хотелось поскорее оказаться в Самлсбери. Андреа подумала, что пойдет к своему товарищу, Серафиму, который вскоре уезжал охранять южные территории. С Серафимом у Андреа были серьёзные отношения.

Пара собиралась играть свадьбу в следующем году, когда станет поспокойнее. Даже её лучший друг, Алистер Кроули, – как впрочем и её брат Салазар, – не были против их союза, хоть Алистер поначалу враждебно относился к Серафиму. Что касалось её чувств, Андреа была влюблена в Серафима очень давно, даже придумала имена их будущим детям. Девочку она назвала бы Габриэль. Как инквизитор, Андреа хотела подобрать имена для своих детей сразу, чтобы им не пришлось менять его потом, когда настанет пора надеть Синий или даже Серый плащ. Поэтому имя из священнописания, производное от имени архангела Гавриила, который сообщил новоиспеченным родителям Марии и Иосифу новость о зачатии сына Божьего, казалось Андреа очень хорошим вариантом. Но если это будет мальчик, рассуждала Андреа, то она назовет его Михаилом, что означало бы «равный» и «Бог». Да. Именно так. Андреа не сомневалась, что из ее детей выйдут отличные инквизиторы.

Уже подходя ближе к Салазару, Андреа заметила, каким был хмурым инквизитор, стоящий рядом с её братом. Складки на его лбу придавали лицу отталкивающее выражение. Исподлобья молодой человек глядел вверх, на склон холма неподалёку и что-то неодобрительно говорил, мотая головой в разные стороны.

Андреа услышала часть разговора:

– Их всего трое. Проще обойти, – сказал молодой парень, потирая ладонью свое запястье.

– Это ведьмы. Наше дело их убивать, – отрезал Салазар, пресекая любые попытки с ним спорить. Однако незнакомый инквизитор не сдавался, продолжая настаивать на своем:

– Люди устали и хотят домой.

– Вы – лентяи. Не можете вы устать! – крикнул Салазар на подчиненного.

– Салазар…– Андреа подошла к брату и накрыла его руки своими. Она потянула его на себя и прижалась к крепкому телу, как бы отгораживая его от всего мира.

– Что такое? – Андреа, приложившись щекой к руке Салазара, мельком посмотрела на инквизитора.

Молодой парень, бледный, с красными глазами. Он, видимо, не спал несколько ночей, а сейчас и вовсе был на взводе и в любой момент мог натворить глупостей. Андреа стало жаль его.

Девушка решительно потянула брата в сторону, где никто не смог бы их услышать. Дойдя до края лагеря, Андреа вручила Салазару кружку с кофе, посадила его на землю, а сама осталась стоять. Уперев руки в боки, девушка выразительно посмотрела на него сверху вниз. Долгие походы, как сейчас, старили Салазара. И, хотя между ними было пару лет разницы, брат рядом с ней выглядел стариком. Он очень исхудал и совсем не походил на молодого, пышущего жизнью и здоровьем юношу.

– На холме три мага, – осторожно начал ее брат, тщательно подбирая слова. – Я хочу их убить.

– Их всего трое. – перебила его сестра.

– Ведьма крови, фамильяров и Разрушитель.

При упоминании последнего по телу девушки пробежали мурашки. Не каждый день встречаешь Разрушителя, и уж не каждый день можешь его победить. Колдуны данной направленности считались одними из самых опасных и жестоких магов. Андреа их откровенно боялась, и после услышанного меньше всего ей хотелось идти на тот холм сегодня. Девушка открыла рот, чтобы сказать об этом брату, но тот её перебил:

– Одна из них – Анна Колдингс. Ведьма Шабаша. Вторая – Лилит Веспер, её ученица.