Трофей для зверя

Глава 1

Мужчина сразу привлекал внимание, хотя на первый взгляд в нем не было ничего особенного. Простой черный плащ, затертый, как у любого путника, стоптанные охотничьи ботинки с комками грязи, налипшими на каблуки, глубоко надвинутый на лицо капюшон.

Выделялся он только ростом – на голову выше мельтешащих вокруг него продавцов – и манерой держаться. В нем не было ни суеты, ни торопливости, зато просматривалась стать. Он спокойно ходил мимо прилавков, на которых кожевники раскладывали свои товары: цветные браслеты, нательные сумки и новые, поблескивающие заклепками упряжи. Иногда брал какую-то вещь и рассматривал ее так, будто ему на самом деле было интересно.

В этот момент Мелена не могла отвести взгляда от его рук. Сильные, с крепкими длинными пальцами, по-мужски красивые. Такие могут защитить, подарить неземное удовольствие… и причинить боль. Много боли.

– Нам сюда, – произнес один из стражников, распахивая перед ней дверь.

Даже не взглянув на него, Мелена вошла внутрь и остановилась посреди тесной темной лавочки, от пола до потолка заваленной всяким хламом. Здесь пахло чем-то кислым, а еще тушеными овощами и подгоревшими котлетами.

– Госпожа, – сгорбленный старичок проворно выскользнул из-за полупрозрачной занавеси, отделявшей основное помещение от крохотной коморки, в которой он жил, – я так рад вас видеть. Ваше появление в моей скромной обители – всегда великое событие. Могу я предложить…

– Достаточно, Харрин, – она пренебрежительно отмахнулась от его подхалимства и, постукивая рукоятью плети по бедру, неспешно прошлась вдоль нагромождения коробок, свертков, рулонов. – Скажи, нашел ли ты то, о чем я просила?

Старик замялся. Его маленькие, похожие на крысиные глаза испуганно забегали по сторонам.

– Понимаете, тут такое дело… Я очень старался…

– Нашел? – перебила Мелена, лениво взглянув на него через плечо.

Харрис побледнел. Никого в Асолле не обмануло бы это снисходительное спокойствие. Все знали, что за ним скрывается. Хуже только, если Мелена начинала ласково улыбаться.

– Нет, – его плечи безвольно опустились, – я перерыл все блошиные рынки, кинул клич среди тех, кто торгует краденным, но так и не смог найти ни одного амулета.

– Плохо. – Она задумчиво попинала носком большой сундук, потом с досадой цыкнула и обернулась к старику. – Очень плохо…

– То, что вы просите – невозможно найти. Амулеты из Андракиса – это то, что можно найти в самом Андракисе, а никак не посреди Милрадии… – Он сник, напоровшись на равнодушный взгляд.

– Даю тебе время до следующей недели. Найдешь – останешься здесь, и я закрою глаза на твои грязные делишки. Нет – вылетишь из Асоллы, лишившись всего.

С этими словами Мелена направилась к выходу, и стражник снова распахнул перед ней дверь, склонив голову в почтительном поклоне.

Выйдя на крыльцо, она вытянула из-за пояса мягкие кожаные перчатки и обернулась, невольно ища взглядом того мужчину.

Он никуда не ушел. Наоборот, оказался совсем близко и теперь рассматривал ножи в кожаной оплетке. Капюшон все так же низко спускался на глаза, прикрывая верхнюю половину лица. Мелена видела только губы, сжатые в нитку, и жесткую линию подбородка, но почему-то хотелось большего. Подойти, сдернуть этот убогий капюшон и заглянуть ему в глаза.

Раздраженно стиснув зубы, она кивнула стражнику, чтобы следовал за ней, и бодро направилась к тому месту, где они оставили лошадей. Слишком много дел, чтобы тратить время на какого-то бродягу.

Однако стоило только завернуть за угол, как сердце споткнулось, сбиваясь с ритма, а потом забилось с неистовой силой.

– Стой, – едва слышно приказала своему сопровождающему и, подкравшись к выступу стены, аккуратно выглянула на оживленную улицу.

Мужчины уже не было.

– Куда он запропастился? – процедила сквозь зубы, но через миг заметила высокую фигуру на пороге одной из лавок.

Веселая продавщица неестественно громко смеялась, протягивая ему какую-то безделушку. Даже на таком расстоянии было видно, как ее щеки пылают алым и как она закусывает губы и призывно смотрит, пытаясь привлечь понравившегося мужчину.

– Сброд, – брезгливо обронила Мелена и снова юркнула за угол, чувствуя неуместное раздражение. Жестом подозвала стражника. – Чтобы завтра той лавки не было. Понял?

– Как прикажете, госпожа.

Выкинув из головы бродягу и девицу, крутившую перед них хвостом, Мелена взлетела в седло и, пришпорив вороного жеребца, помчалась к замку. Боясь попасть под тяжелые копыта, люди шарахались в стороны, но никто не смел и слова пикнуть вслед главе королевской стражи.

Узкими улочками она поднялась к боковым воротам, притормозив лишь на миг, пока охрана поспешно распахивала перед ней тяжелые дубовые створки. Навстречу уже бежал конюх. Мелена ловко соскочила на землю и не глядя бросила ему поводья.

Ее ждал король Вейлор. И у нее снова не было для него хороших новостей.

На ходу распахивая плащ, она направилась в мастерскую – так король называл зал, в котором предавался раздумьям и марал холсты в попытках поймать гармонию.

Отрывисто постучав, она склонила голову в ожидании ответа и, когда раздалось скупое «войдите», шагнула внутрь.

С последнего ее визита здесь прибавилось картин. Любимый сюжет – трон, накрытый звериной шкурой – повторялся на каждом втором полотне. Иногда это была шкура песчаного кхассера, иногда серая с темными пятнами, а на той, что он рисовал сейчас, черные полосы чередовались с огненно-красными.

– Как тебе мои работы? – не оборачиваясь, спросил король.

– Они прекрасны.

Ложь давалась привычно легко.

– Я знал, что ты оценишь по достоинству, – он неспешно выводил черную линию. – Есть новости?

– Нет, мой король, – глухо ответила Мелена, – амулет так и не нашли.

– Плохо, – задумчиво ответил Вейлор, не отрываясь от своего занятия, – Может, ты была недостаточно убедительна, когда говорила этим торгашам, что он нам нужен?

– Я старалась. Как обычно…

– Мне не нужны старания. Мне нужен результат, Мел. Без амулета наша защита неидеальна.

– Я знаю, но…

– Найди мне его. Достань хоть из-под земли, хоть с того света, хоть с самого Андракиса! Поняла?!

– Да, мой король, – Мелена склонила голову, пряча ярость, полыхавшую во взгляде. – Я могу идти?

– Иди! – он так ни разу и не обернулся, продолжая выводить полосы на звериной шкуре.

Мелена бесшумно выскользнула за дверь.

Настроение было ни к черту, поэтому она спустилась во двор, где тренировались ее воины, и, взяв привычный легкий меч, вскочила на тренировочную линию.

Она знала ритм каждого орудия, размах каждой секиры и длину выпадающих шестов. Не билась – танцевала, гибкой кошкой проходя препятствие за препятствием. Вдох – пригнуться, выдох – проскользнуть снизу. Прыжок – и уйти в сторону.

Каждое движение – отточено до автоматизма, каждый взмах – достигал цели. Каждый удар сердца – наполнен уверенностью.

… Перед глазами снова темная фигура и жестко поджатые губы. И странная мысль: какие они на вкус?

Плотный мешок, набитый песком, со всего маху влетел в бок, сбивая ее на стылую землю. Мелена приземлилась на колени и ладони, ободрав их до крови о ледяную корку.

– Черт, – прохрипела, поднимаясь на ноги. Грудь тяжело вздымалась и опадала, а пульс потерял размеренность ритма. – Черт.

Вытерев руки о брюки, она подняла меч и вернулась на исходную позицию. Сдаваться она не привыкла. Как и показывать свою боль.

Уже вечером, закрывшись в своей комнате, Мел сняла кожаную рубаху и, чуть поморщившись, развернулась перед зеркалом, чтобы рассмотреть наливающийся кровоподтек. Кончиками пальцев аккуратно прикоснулась к нему и тут же сморщилась от боли:

– М-да, – распрямилась, убирая руку.

Абсолютно нагая прошла до купели и опустилась в горячую, пахнувшую хвоей воду, не обращая внимания на то, как дерет ссадины и ушибы.

Под утро ей приснился главный рынок Асоллы, снующие со своим дешевым барахлом продавцы, громкие зазывалы и мальчишки, стайками носящиеся среди взрослых… И темная фигура мужчины в плаще, скрывающаяся в тени домов. Желание увидеть его лицо становилось не преодолимым, но рядом с ней не было ни одного стражника, которого можно было бы отправить за бродягой, поэтому Мелена отправилась сама. Но сколько бы она ни старалась приблизиться, черный силуэт был все так же недосягаем. Лишь красивые мужские губы кривились в жёсткой усмешке.

Задыхаясь от беспомощности, она проснулась.

– Проклятье! – ударила по подушке.

Спать больше не хотелось, поэтому она поднялась и распахнула окно, впуская в комнату студеный воздух.

Мысли снова крутились вокруг того мужчины.

Что-то было не так, неправильно, но Мелена никак не могла понять, что именно.

Наверняка, простой бродяга, какой-нибудь вольный охотник, забредший в столицу пополнить свои скудные запасы. Только и всего.

… Ни черта не простой. Не держатся так простые. У него в каждом жесте спокойная уверенность, в каждом движении – тщательно контролируемая сила.

С досадой хлопнув по подоконнику, Мелена оделась и покинула свою комнату. Нужно найти этого мужчину и содрать с его головы дурацкий капюшон.

***

В этот раз на рынок она спустилась не одна. Пять воинов шагали чуть позади и грозно рыскали по сторонам, как выискивающие добычу коршуны.

О том, кого они ищут на самом деле, Мелена никому не сказала. У нее не было причин разыскивать того мужчину, кроме ее собственного ощущения неправильности.

Первым делом она завернула в тот переулок, где увидела его в прошлый раз. Глупо было ожидать, что два дня подряд он будет ходить мимо одних и тех же прилавков, но Мел все равно почувствовала укол разочарования. Ни слова не сказав сопровождающим, она направилась дальше, вливаясь в разномастную людскую толпу.

Прошлась мимо оружейных лавок, потом свернула в ряды ткачей и ремесленников, свернула к Мясному проулку. Мужчины в черном плаще нигде не было. Он как сквозь землю провалился, и Мелена отчаянно жалела, что не подошла к нему вчера. Теперь он мог быть где угодно.

– За кем мы охотимся? – спросил один из воинов, тот, что по положению выше остальных.

– Не задавай лишних вопросов.

Каждый раз, когда взгляд цеплялся за темный плащ, сердце Мелены подпрыгивало в груди и пропускало удар. Но каждый раз это была ложная тревога.

– Ну же, – прошипела сквозь зубы, – покажись. Я же знаю, что ты где-то близко.

Все так же безрезультатно они добрались до птичьего рынка. Здесь к гомону людских голосов добавлялись надсадные крики петухов, грустное мычание пегой коровы, блеянье коз и заливистый лай беспородных шавок. Безвольная скотина Мелену не интересовала, а вот загон с бесновавшимся черным жеребцом привлек внимание.

– Вы не смотрите, что он мечется, как окаянный, – худенький мужичок сокрушенно качал головой, – так-то он смирный и покладистый, а сегодня взвился, словно одержимый. Никакого сладу с ним нет. Не продам теперь…

Мелена слушала его вполуха и продолжала наблюдать за жеребцом. Он то хрипел, то пятился, то взбрыкивал на месте и пытался умчаться прочь, но натыкался на изгородь и снова брыкался. И глаза у него были дикие, перепуганные, будто поблизости притаился коварный хищник.

– Я заберу его, – коротко обронила Мелена, отстегивая от пояса кошель, плотно набитый монетами.

– Госпожа, вы уверены?

– Накинь недоуздок и подведи ко мне.

Конюх подчинился. С огромным трудом ему стоило поймать неспокойного жеребца и подтянуть его к Мелене.

– Он ваш.

Она по-хозяйски почесала между нервно прядущих ушей:

– Кого боишься, красавец?

Конь всхрапнул, тревожно переступая с ноги на ногу и оглядываясь.

– Идем, – Мелена кивнула одному из своих людей, чтобы забрал жеребца, и направилась прочь.

Вонь этого места действовала ей на нервы.

Но не прошли они и десятка метров, как конь взвился, вырвал поводья из рук и, взбрыкивая, понесся сквозь толпу, снося всех, кто попадался на пути.

Люди кричали, началась давка, кто-то в панике повалился на землю прямо под тяжелые копыта и неминуемо бы погиб… если бы не мужчина в темном плаще.

Откуда он взялся – никто не понял. Просто встал поперек дороги перепуганного жеребца и, вскинув руки, ловко ухватился за болтавшийся недоуздок. От резких движений капюшон сполз с его головы, но он даже не обратил на это внимания. Притянул к себе вспененную морду и, по-хозяйски поглаживая по носу, начал успокаивать:

– Тихо, мальчик. Тихо.

Конь хрипел, дрожал всем телом, приседая на задние ноги, но как завороженный смотрел на мужчину.

Мелена тоже смотрела. Жадно впитывала черты: волевой подбородок, высокие скулы, прямой нос и темные брови вразлет. Мужчина был смуглым, словно провел много времени под палящим солнцем, а в коротко стриженных русых волосах пробивались пряди другого цвета. То ли рыжие, то ли красные…

Придя в себя, Мелена решительно шагнула к мужчине:

– Как тебя звать и откуда ты?

Он еще раз провел пальцами по мягкому трепещущему носу жеребца и только после этого обернулся к ней. Глаза у него были карие, обычные. И почему-то это разочаровало Мелену. Она ждала чего-то другого, особенного…

– Я задала вопрос.

– Маэс. – Мужчина пожал плечами. Он вовсе не выглядел испуганным и не лебезил перед ней, как все остальные, – из деревни Вьюр-Тан на западном берегу…

– Я знаю, где эта деревня, – перебила Мел. – Что ты делаешь в Асолле?

– Работенку какую-нибудь хочу найти. Не сильно сложную, – он не скрывался, смотрел прямо, но в его взгляде ничего нельзя было разобрать.

Что-то не стыковалось, не давало покоя, заставляя пристальнее вглядываться в красивое лицо.

Да, он был непростительно по-мужски красив.

– Увижу еще раз, что праздно шатаешься по городу – отправишься за решетку, – Мелена раздраженно выхватила у него поводья.

– Как скажете, госпожа, – он склонил голову.

– Уходим! – процедила сквозь зубы и, стремительно развернувшись, пошла прочь.

Подумать только, ночь не спала из-за какого-то тунеядца! К позорному столбу на площади привязать бы его и высечь.

Вне себя от ярости она обернулась, чтобы убедиться, что этот трутень не стоит без дела, и напоролась на его прямой, жесткий взгляд.

Где-то под коленками дрогнуло. Мелена сбилась с шага, а потом и вовсе остановилась, не в силах пошевелиться. Уставилась на него, широко распахнув глаза, но мужчина на нее даже не смотрел.

Показалось…

С трудом совладав с дыханием, она отправилась дальше.

Но не пройдя и сотни метров, Мелена остановилась. Она не могла заставить себя уйти. Ноги отказывались идти, и внутри, от хребта и дальше, натягивался канат, удерживавший на месте.

Ее взгляд был прикован к вороному жеребцу. Он уже успокоился и лишь изредка нервно подергивал длинным хвостом, пытаясь отмахнуться от ленивых снежинок. Она подошла к нему, провела ладонью по лоснящейся щеке и залянула в темные, влажные и очень умные глаза:

– Ты же его испугался, да? Из-за него метался, как бешеный? А потом он тебя поймал и заставил успокоиться. Все он. – Конь нетерпеливо всхрапнул и тряхнул густой гривой. – Он, – убежденно кивнула Мелена, – он… – Все сводилось к этому незнакомцу. Он был в центре всего. Мелена развернулась к воинам: – Схватить мужчину в плаще. И привести во дворец.

Приказ легко сорвался с ее губ. Она была уверена в своем решении.

Воины тут же бросились исполнять, а Мелена продолжила путь в одиночестве, чувствуя, как понимается волна нетерпения. Ей хотелось знать, кто он такой, откуда, зачем пришел в Асоллу. Интуиция подсказывала, что в разговоре откроется много интересного. В сказочку о том, что это просто бродяга, пожаловавший в город ради работы, она больше не верила.

Ждать пришлось долго. Она уже пристроила нового жеребца в конюшню, проверила тренировочные площадки и теперь ходила по двору, раздраженно пиная перед собой маленький камень.

Наконец, вдали послышались голоса и звон шпор по брусчатке. Спустя пару мгновений во двор вошел тот самый безраздельно завладевший ее вниманием мужчина в окружении воинов. Их мечи были обнажены, взгляды неотступно следили за пленником. Но несмотря на это и на то, что их пятеро, а он один, выглядело все так, будто это он вел их.

Пальцы невольно сжали рукоять плети, неизменно висевшей на поясе. В какой-то момент Мелена поняла, что не дышит, во все глаза наблюдая за приближением мужчины. Его движения были уверенными, а походка легкой и по-звериному пружинистой.

– Почему так долго? – голос не подвел – получилось хлестко и требовательно.

– Пришлось его поискать.

– Неважно, – отмахнулась, подступая ближе к мужчине.

Он смотрел на нее сверху вниз, сжав губы в жесткую линию, а в глазах – штиль. Ни одной эмоции, лишь холодное пристальное внимание.

Прячась за маской ледяного пренебрежения, Мелена рассматривала его, испытывая дикое волнение. Сердце гремело так, что казалось, его слышат все вокруг. Каждая дворовая шавка, каждый проходящий мимо человек.

– За что меня задержали? – спросил он. – В чем моя вина?

От его спокойного голоса на затылке вставали дыбом волосы. Мелена была обескуражена. Она никак не могла понять, почему при виде этого бродяги ей хотелось по-кошачьи выгнуть спину и зашипеть.

Потому что не бродяга он, – нашептывало чутье, – не бродяга. А кто-то другой. Хищный, опасный, цинично прикрывающийся маской обычного человека. Надо держаться подальше от него.

Но разве глава королевской стражи могла себе позволить отступить? Никогда.

– Потом разберемся. В камеру его! На первом уровне.

Один из воинов дернул его за рукав, но Маэс даже не пошевелился, продолжая смотреть на Мелену. Его взгляд становился все тяжелее и тяжелее. В какой-то момент ей даже показалось, что его заволакивает густая непроглядная тьма.

– Ты слышал, что она сказала, – другой воин грубо толкнул его в плечо, вынуждая подчиниться.

Стиснув зубы, Маэс усмехнулся и покорно пошел в указанном направлении. И лишь когда скрылся за дверью, ведущей в подземелье, Мелена смогла нормально вдохнуть. С сипом втянула воздух, тряхнула головой и поморщилась, только сейчас поняв, что все это время до боли сжимала рукоять плетки. Настолько сильно, что ногти впились в ладонь до кровавых полумесяцев.

Ей внезапно показалось, что он здесь лишь потому, что сам так решил, а вовсе не по причине того, что пятеро вооруженных людей силой заставили его прийти.

– Черт, – запрокинула лицо к мутному зимнему небу.

Сверху, неспешно кружась, падали крохотные мерцающие снежинки. Их танец, наверное, был красивым, но Мелену эта красота не трогала.

Нужно было отправляться в камеру и выпотрошить этого наглеца, посмевшего вести себя так уверенно, словно именно он тут хозяин, выбить из него всю правду… Но впервые в жизни Мелена робела перед предстоящим допросом. Не знала, о чем спрашивать у этого странного мужчины и куда деваться от тяжелого, пробивающего насквозь взгляда.

Такая реакция была для нее в новинку и вызывала смятение. Что в Маэсе такого особенного?

– Госпожа, – к ней бежал мальчишка-посыльный, – король требует вашего немедленного присутствия!

Сказал и унесся прочь, чтобы передать другие поручения.

Облегчение… Именно это она испытывала, узнав, что ее вызывает Вейлор. Какие бы новости ее ни ждали, она радовалась отсрочке. Ей нужна была передышка, прежде чем войти в клетку к зверю.

Мелена снова обратила взор в ту сторону, где скрылся Маэс, чувствуя, как ускоряется растревоженное сердце. Недовольно поджала губы, медленно выдохнула, запирая волнение глубоко внутри, и устремилась к главному входу.

Король не любил ждать

Глава 2

– Мой король…

– Где тебя черти носят?! – Вейлор был не в духе.

Его одутловатое, некрасивое лицо нервно подрагивало, воротник вокруг шеи собрался складками, а небольшие глубоко посаженные глаза полыхали яростным пламенем.

Заложив руки за спину и глядя строго перед собой, Мелена сдержано ответила:

– Проводили рейд. Забирали подозрительных…

Вернее одного подозрительного.

– Не там ты подозреваешь. Совсем чутье потеряла! – грубо обрубил он. – Вестник с границы прилетел.

Мелена знала это. Еще только переступив порог, она заметила на балке под потолком невзрачную угрюмую птицу с пустой перевязью на левой лапе.

– Есть новости?

– Есть! – рявкнул король. – Колебания засекли. Несколько дней назад защита дрогнула!

Это были плохие новости.

После того как проклятый кхассер разрушил все обители, долина Изгнанников перестала быть крепким рубежом, защищающим Милрадию от Андракийцев. В Асолле не сомневались, что именно этой зимой захватчики попытаются прорваться через Сторожевые Скалы. Ждали и готовились. Но ожидания – это одно, а реальные действия – совсем другое.

– На нашу сторону кто-то прошел? – спросила Мелена.

– Нет. Они патрулировали день и ночь, но никого не было. Все колебания с той стороны, до нас доходят лишь отголоски. Они ищут слабое место.

Слабых мест не было. Если только проклятые андракийцы не придумали, как сломать возведенную на крови первых кхассеров защиту. Увы, древние мудрецы не были так уж мудры. Их настолько пленила идея изолировать чудовищ, что они не предусмотрели возможность безопасных проходов для своих людей. Как с той стороны нельзя было прорваться в Милрадию, так и с этой нельзя было запустить разведчиков в Долину.

– Мы усилим охрану города. Запасов предостаточно, оружия тоже.

– Этого мало! Мы должны были выставить купол над столицей! Такой, чтобы ни одна летающая тварь не могла подобраться!

Для купола нужен амулет из Андракиса, а его не было. И этот факт крайне раздражал нетерпеливого короля.

– Я работаю над этим.

– Плохо работаешь! Порой мне кажется, что ты размякла и не в состоянии решить простейших задач. Упустила кхассера в том году, позволила ему разворотить всю долину! Если бы не он…

Мелена едва слышно скрипнула зубами. Побег кхассера стал ее провалом. Именно она недооценила возможности зверя, не просчитала его действий и не увидела в мелкой девице из долины потенциальную угрозу.

– Такого больше не повторится.

– Не разочаруй меня, Мелена. Ты же знаешь, я не люблю разочаровываться. И наказываю тех, кто посмел меня разочаровать.

Уж кому как не ей это знать. Она лично не раз выполняла его жестокие приказы.

– Я проконтролирую, чтобы границы были усилены.

На душе было тревожно. В Милрадии привыкли полагаться на нерушимую защиту, а теперь она трещала по швам, едва сдерживая готовый хлынуть из Андракиса ужас.

Что это за колебания? Что пытаются сделать андракийцы?

Как же не хватало глаз, наблюдающих за Долиной изгнанников. Впервые в жизни Мелена жалела, что на стороне Асоллы нет оракулов и провидцев, или магов, способных видеть звериными глазами.

В глубокой задумчивости Мелена отправилась в подземелье, туда, где ее ждал странный бродяга. Тревога из-за его появления смешивалась с дурными предчувствиями после новостей вестника. Мел ненавидела это состояние, когда тычешься из стороны в сторону, как слепой котенок, но ни черта не понимаешь.

В подземелье было прохладно. На сквозняке тяжелые факелы отбрасывали неровные тени на серые стены и узкие каменные ступени, по крутой спирали ведущие вниз на закрытые уровни.

Бродяга был наверху, в широкой светлой камере с окном под потолком. Спускать его ниже не было повода. Пока.

Возле дверей, ведущих в отсек для задержанных, Мелену остановил Дэннис – главный тюремщик Асоллы.

– Напомни, почему мы держим здесь этого бродягу? В чем он виноват?

– Слишком много вопросов, тебе не кажется? – Мелена вскинула брови и, задев тюремщика плечом, вошла внутрь.

Маэс сидел на узкой лавке, привалившись к стене и прикрыв глаза, но Мел чувствовала, что он наблюдал за ней из-под полуприкрытых век.

– Подъем! – скомандовала она, грохоча рукояткой плети по прутьям решетки.

Глаза он открыл, но не пошевелился, только лениво вздернул брови.

Мелена взяла стул, поставила его вплотную к решетке и села.

– Я буду задавать тебе вопросы, и в твоих интересах отвечать правдиво. Если мне покажется, что ты врешь, я позову мастера воспоминаний, и он запросто выпотрошит тебя и все твои секреты.

– Нет секретов, – скупо ответил Маэс.

Мел чувствовала, что он совершенно ее не боится, и это злило. Все боялись! Стоило ей только нахмуриться – все в радиусе десяти метров покрывались испариной и белели от страха. Этот же продолжал сидеть и как ни в чем не бывало смотреть ей в глаза.

– Откуда ты?

– Я уже говорил. Из Вьюр-Тана.

– Ты понимаешь, что я прямо сейчас могу отправить туда гонца, чтобы он подтвердил твои слова?