Академия Конфедерации. Турнир Масок
- -
- 100%
- +
– Сегодня? – забыв об обиде, я с надеждой взглянула в лицо драконьего короля.
В стремительно наступающих сумерках сверкнули его темные глаза.
– Может быть, – загадочно сказал он. – Откроешь мне доступ в свои покои или предпочитаешь встретиться у меня?
– У вас! – быстро сказала я. – Там нам никто не помешает, – в ответ на его вопросительный взгляд быстро пояснила я.
– А как же мои любовницы? – насмешливо спросил он.
– Обойдетесь один вечер без них, – буркнула я, заливаясь краской.
Ответом мне стал тихий смех драконьего короля.
Мотлифер Флемм, король Многоцветной Звезды
Когда девчонка выпалила фразу об его любовницах, которых он, якобы, тащил себе в постель, Мотлифер Флемм не знал, плакать ему или смеяться. Плакать потому, что всех любовниц он забросил сразу же после того, как ему на голову стараниями канцлера конфедерации свалилось это нелепое поручение об обеспечении безопасности наследницы Ариэ. Смеяться потому, что вид у Висвэрины при этом был ужасно обиженный. Он не понимал ее негодования, не понимал ее стремления разозлить или уязвить его, не понимал ее желания всеми силами заставить его отказаться от этого брака. В конце концов, в создавшихся обстоятельствах он был вынужден поступить подобным образом, спасая ей жизнь, уверял он сам себя. Висвэрина Ариэ была слишком молода и слишком неопытна для того, чтобы он воспринимал ее как женщину, как любовницу, или даже как жену. Кроме того, ее отец явно намекнул о том, что малышка еще не вошла в силу для того, чтобы приобщать ее к прелестям взрослой жизни. Но она всячески провоцировала его, добиваясь непонятных ему целей. Только боги знали, каких усилий ему стоило сдерживать себя с ней.
Да, Висвэрина Ариэ была весьма привлекательной девушкой и обещала стать красавицей. Через год или два. Да, даже сейчас она ему нравилась. Нравилась ее несгибаемая воля, позволявшая ей выпутываться из самых невероятных ситуаций, в которые она попадала с завидной регулярностью, нравилась ее привязанность к младшему брату, нравилось ее жизнелюбие и дружба с драконьими принцами, на которых у него самого были большие планы. Нравилось то, как возмущенно и в то же время восторженно она смотрела на него.
Не нравилось ему то, что она была смертницей. Он это почувствовал еще в тот момент, когда впервые увидел ее после того, как вытащил из временной петли. На девчонке словно лежала печать смерти, метка, поставленная неким потусторонним существом. Существом, которое охотилось за ней и решило во что бы то ни стало ее достать. Висвэрина Ариэ была жертвой. Он это знал, но все равно не мог отказать ей, когда она позвала его к постели своего умирающего брата и впервые попросила его помочь. Он помог. А потом ему пришлось вытаскивать ее с того света, потому что дочь могущественного клана Ариэ смогла соединить его силу со своей и вытащить из лап черных спрутов своего брата, но не смогла сделать простейшее действие – закрыть поток своей магии. Действие, которому лорды обучали своих детей с младенчества.
Вслед за тем, как он вытащил ее из ментального захвата неизвестного хищника, последовало реальное нападение на дом Ариэ. Король второго по силе дома Ариэ и наследный принц старшего дома случайно и глупо погибли при этом нападении, но девчонке снова повезло. Затем последовал очередной виток странного везения. Магия погибших Ариэ по какой-то невероятной случайности снова выбрала ее. Самую неудачную кандидатуру из всех Ариэ, ту, которая не могла справиться со своей собственной родовой магией. Ее пытались запереть под охраной в неприступном дворце Ариэ, куда был заказан вход даже ему самому. Но она сумела выбраться из самой недоступной цитадели их миров – башни Ариэ. Ее пытались выдать замуж за кузена, чтобы сохранить в семье ее магию. Но ей снова повезло и она смогла ускользнуть из плена самого сильного короля вселенной. И снова просить помощи у него.
У Мотлифера против воли вырвался короткий смешок, когда он вспомнил, как она, открыв портал, вывалилась среди ночи прямо в его постель. Мало того, что ее возросшая магия на ее эмоциях чуть не разнесла пол Академии, она еще притащила к нему образец магии той неизведанной черной зверюшки, которая терроризировала их миры. В который раз пытаясь сохранить ее жизнь, он уже окончательно взял ее под свою личную защиту, сделав ее своей женой раньше, чем предполагал, невзирая на все неприятности, которые грозили ему со стороны своего дома и дома Ариэ. Ее запах сводил с ума его дракона, привкус ее магии, как и вкус ее губ и прикосновения ее тела сводили с ума его самого. Его брат Феладин хохотал во время его разговора с отцом, королем Утренней Звезды Лемифаром Пятым, когда он объявил семье о своей стремительной женитьбе, в то время как его мать, королева Элинор держалась за сердце. Девчонка Ариэ оказалась полукровкой с примесью божественной магии ее матери – богини Амиэры. Несмотря на то, что ее отец, король Кариджен Ариэ всегда славился своими любовными похождениями, такого от него не ожидал никто. В добавление ко всему Амиэра подарила своей дочери легендарного серебряного дракона, который по преданиям был отнят у их мира богами за недостойное поведение. Почему богиня вернула серебряных драконов в их мир, было еще одной загадкой. Впрочем, с появлением серебряного дракона у малышки Висвэрины ее магия стала несколько стабильней, и вот уже несколько недель она не подвергалась ментальным атакам со стороны ее старых знакомых – черных спрутов. Возможно (только возможно!), что серебряные драконы были защитниками их миров от космических хищников наподобие черных спрутов, которых так много расплодилось в последнее время. И богиня вернула их в мир конфедерации для того, чтобы дать им шанс выжить в предстоящей битве. В том, что столкновение с черными спрутами неизбежно, он не сомневался. Его беспокоило только то, что в него снова оказывалась вовлечена эта несносная, сводящая его с ума девчонка Ариэ.
Но завершением всего стала золотая вязь их с Висвэриной брачных браслетов идеальной пары – атауэ, которая проявлялась в роду драконов только раз в тысячелетие и считалась священной. Именно существование этой связи примирило его дом с его браком на наследнице Ариэ! По иронии судьбы, Мотлифер, как и Висвэрина, был своеобразной белой вороной в своей семье, уже при рождении вобрав в себя почти половину всей родовой магии Дома. Он получил свою собственную планету в десять лет, а созвездие планет – сразу же после окончания Академии, и его силы, как и силы Висвэрины, постоянно росли, несмотря на то, что в их мирах наблюдалась совершенно другая тенденция. Самое забавное в этой истории с девчонкой Ариэ, о чем пока не знал никто, было то, что при их первой полноценной близости не произошло не просто перехода части силы жены к мужу, но и вообще никакого слияния их магических сил. Каждый остался при своем. Он наивно полагал, что забрав часть силы Висвэрины, он поможет ей стабилизировать ее собственную магию, после чего вернет тот излишек силы, которую он у нее забрал вместе с частью своей собственной силы в их общего ребенка. Но все снова пошло не так. Сила Висвэрины оставалась по-прежнему нестабильной, а это означало, что она по-прежнему представляла постоянный магический маяк для космических хищников-паразитов – искателей магиии. Более того, упрямая девчонка всячески пыталась принять участие в этой головной боли конфедерации – показушном традиционном магическом соревновании Академии Магии – турнире масок, который всегда сопровождался мощным выплеском магии, привлекающим из космоса к их мирам всякую шваль.
Мотлифер устало потер пальцами переносицу. Для Висврины Ариэ это было опасно вдвойне. Из слабого маяка участие в турнире масок превращало ее в прожектор магического света, направленного в космическое пространство. Он пытался ее остановить, но девчонка не хотела его слушать. Похоже, у нее были собственные резоны для участия в этом турнире. Он надеялся только, что этими резонами была не какая-либо навязанная ей спрутами связь с космическими пиратами, которые поставили целью уничтожить их Конфедерацию. Все, что он мог сделать накануне того, как она примет участие в турнире завтра утром, было привязать ее к серебряному дракону, сделав его ее тенью и охранником, как это было у всех драконов их мира, и установить с ним магическую связь. Однако, в этом случае он не мог предсказать, как поведет себя магическая сила Ариэ. Она могла не принять этой типичной только для лордов драконов королевского рода связки и ослабить Висвэрину накануне основного состязания турнира. В благоприятном случае, она могла кратно усилить врожденные и приобретенные способности Висвэрины за счет их соединения с силой драконов. Мотлифер от души надеялся на последнее.
Глава 4
Проведав Итару в лазарете Академии и убедившись, что с ней все в порядке, я вернулась в свои покои и, раскрыв экран даэра, некоторое время отвечала на пропущенные вызовы. Это, в основном, были пожелания от семьи успехов в завтрашнем турнире. Мой шестилетний братец Улли Ариэ похвастался созданием новой маленькой планеты для игр, которую они подпольно сотворили вместе со своим дружком, шкодником Данзором Флеммом из дома лордов драконов эфира, и на которой скрывались для того, чтобы спокойно поиграть в их пиратскую игру.
– Я дал тебе доступ на эту планету, – хитро блестя глазами, сказал Улли. – Тебе и лорду Мотлиферу. Приходите поиграть.
– А Мотлиферу то зачем? – хмыкнула я.
– Он знает все технические характеристики новых космических кораблей конфедерации, – прищурил хитрющие глаза Улли. – Если он захочет с нами поиграть, мы сможем ввести их характеристики в игру и сделать ее уникальной! Представляешь, что это будет за игра! Мы прыгнем сразу на высший уровень!
Качая головой и невольно улыбаясь ему в ответ, я закрыла канал связи, покормила моего прожорливого Лунта, и пошла переодеваться, готовясь к свиданию с драконьим королем.
«Наряжайся не наряжайся, а пока ты будешь ему хамить, тебе ничего не светит, принцесса, блин, иноземная, – ворчала неугомонная шиза. – Вот подведешь под монастырь своего дракона разноцветного, будешь потом локти кусать!»
«С чего это я его под монастырь подведу?» – рассеянно отвечала я, прикладывая к себе перед зеркалом новое светло-розового цвета эльфийское платье.
«А зачем в турнир лезешь? Со своей магией? – не унималась шиза. – На тебя опять черный клякса-паразит клюнет, а ему тебя снова выручать. Угробишь мужика. Он тоже, чай, не железный!»
«Тебе то какая печаль?» – удивилась я.
«Так ты потом из-за него сама себя уничтожишь, – расстроенно бормотала шиза. – И что мне тогда, бедной, делать? Снова болтаться, как желе, в космосе и ждать, пока появится новый или новая Ариэ, которая сумеет меня принять? Итак страху натерпелась, когда тебя Риверин магией Ариэ стала накачивать! Зачем она, кстати, это делала, тебя не волнует?»
«Нет, не волнует! – отвечала я, натягивая на себя эльфийское кружево. – Неприятности надо решать по мере их поступления».
«Ну-ну, – еще раз вздохнула шиза. – Похоже, в ближайшие сто лет ты будешь очень занята, решая свои неприятности, принцесса Висвэрина!»
Больше не слушая ее причитаний, я покрутилась перед зеркалом, проверяя достаточно хорошо ли я выгляжу в роскошном розовом кружевном эльфийской работы платье, осталась недовольна своим видом и, под необидные подколки моей шизы, снова переоделась в свое обычное темно-синенькое платьице с открытыми плечами. Стремясь избежать дальнейших сомнений по поводу своего внешнего вида, схватила на руки Лунта и, убедившись, что драконий король дал мне разрешение на перенос в его покои, шагнула в провал преподавательского портала.
Лорд Мотлифер стоял посреди своей гостиной, ожидая меня. Кивнув мне в знак приветствия, предложил мне присесть, а сам поманил к себе Лунта. Усевшись в кресло у окна, я наблюдала, как перебравшийся на руки драконьего короля маленький серебряный дракон внимательно прислушивался к тому, что говорил ему лорд Мотлифер. Затем в течение некоторого времени драконий лорд и серебряный дракончик в молчании гипнотизировали друг друга пристальным взглядом глаза в глаза. Наблюдая за ними я заметила, что на безупречно красивом лице драконьего короля ясно проступали следы усталости, несмотря на то, что его внешний вид не позволял даже подумать об этом: волосы были уложены в идеальную прическу, одет он был как всегда с иголочки, широкие плечи расправлены, спина прямая, жесты отточены, снова до противного идеала, словно у красивой куклы.
«Как будто его не баба рожала, а рисовали по лекалу, – услужливо предложила мне шиза, противно хихикая. – Что, влюбилась, теперь колбасит, да?»
По повелительному жесту драконьего короля Лунт перелетел из его рук мне на плечо. Темные глаза лорда Мотлифера обратились ко мне.
-Смотри мне в глаза, Висвэрина, – коротко сказал он, беря меня за руки.
Я вздрогнула и передернула плечами. Его глаза завораживали меня, затягивая в их темную глубину, словно в омуты. От прикосновений к его теплым ладоням мне вдруг стало жарко. От тихого шепота заклинаний, срывавшихся с его губ, по моему тему забегали мурашки возбуждения, превращая для меня звуки его голоса и ощущения его прикосновений в чрезвычайно интимные.
– Что то не так? – резко спросил драконий король, не прерывая контакт наших глаз. – Отвечай, Висвэрина, я ни разу не проводил привязку дракона к кому-либо из клана Ариэ.
– У меня кружится голова, – прошептала я первое, что пришло в голову.
Голова, кстати, действительно кружилась.
– Так и должно быть, – так же резко и коротко сказал лорд Мотлифер.
– Для того, чтобы стать частью тебя, твоему дракону нужно пропитаться твоей магией, – чуть погодя объяснил мне он. – Если тебе станет совсем нехорошо во время привязки, скажи мне об этом, и я задействую своего дракона.
– Чем мне это грозит? – я едва могла пошевелить губами.
– Ты станешь моей рабыней, – усмехнулся драконий король. – Да не дергайся ты так! – он сильнее сжал мою руку, когда я попыталась вырвать ее из плена его рук. – Я пошутил.
С его последними словами у меня в глазах потемнело, я ухватилась за руки лорда Мотлифера, для того, чтобы не упасть, и он придержал меня, обхватив уже не только мои кисти, но и удерживая мои руки до локтя. Головокружение быстро прошло, темнота перед глазами также рассеялась. Однако, открыв глаза, я не увидела перед собой своего серебряного дракона.
– Где Лунт? – обеспокоенно спросила я, прежде чему успела подумать.
Из-за моего плеча прямо перед моим лицом возникла призрачная голова моего серебряного дракона, который вопросительно заглянул мне в лицо, в то время как в моей голове раздался его тихий неуверенный голос: «Висвэрина?»
– Он тебе ответил? – поинтересовался драконий лорд, с несвойственной для него улыбкой глядя на мое обескураженное лицо.
– Я не знала, что он умеет говорить, – ляпнула я очередную глупость.
Дракон в моей голове рассмеялся, как рассмеялся в свою очередь и драконий король.
– Раньше ты не слышала его, – пояснил мне, как дитю малому, лорд Мотлифер, и, помолчав, добавил: – Теперь тебе надо как следует выспаться для того, чтобы закрепить связь. К завтрашнему утру она должна быть окончательно оформлена.
– К завтрашнему утру? – как эхо повторила за ним я. – Это не помешает мне принять участие в турнире?
– Нет, – в ответ на мой требовательный и, возможно, не самый доброжелательный взгляд сказал драконий король. – Это, скорее, даст тебе определенный преимущества.
– Какие преимущества? – потребовала я.
– Ну, скажем, все драконы будут принимать тебя за свою. И как своя, ты сможешь получить помощь и поддержку от любого драконьего клана.
– Но они же не знают Лунта? – не поняла я.
– Знаешь, Висвэрина, – драконий лорд выпустил из своих рук мои руки и, обняв меня за талию, притянул ближе к себе. Я наклонила голову, избегая смотреть ему в глаза, мое бедное сердце забилось чаще, в горле пересохло, и я украдкой перевела дыхание, стараясь успокоиться. Ощутив на своем виске его дыхание, я едва не подпрыгнула от возбуждения, когда его губы прошептали буквально в мое ухо: – Иногда я поражаюсь тому, что ты говоришь и что делаешь. Ты уверена, что во временной петле в твое тело не подселился кто-то другой, вроде тех клякс, о которых ты говорила на одной из моих лекций?
Он определенно снова издевался над моей глупостью, но тем не менее, мне стало не по себе. Кто его знает, может быть эта магическая привязка к Лунту, а через него – ко всему сообществу драконов давала ему шанс залезть в мою голову и прочитать мои мысли?
«Да-да, Висвэрина, – внесла свои пять копеек моя шиза. – Я тоже поражаюсь, как можно быть такой непроходимой блондинкой! Ты же читала о магии драконов в своем стэллсе. С таким раскладом магии, как у тебя, скорее ты начнешь читать мысли всех драконов, чем они твои! Он рискует намного больше, чем ты, потому что он привязал к тебе своего дракона, но не привязал твоего к себе».
«Почему?» – удивилась я.
«Потому что он благородный дурак!» – буркнула моя шиза.
«Ну, и что это значит?» – не сдавалась я.
«А это значит, что если что-то случится с тобой, то он узнает об этом. Но не наоборот! То есть, переводя это для блондинок, если он ввяжется в неприятности из-за тебя, спасет тебя, но ему самому будет грозить опасность, ты не сможешь ему помочь, потому что не узнаешь об этом».
«Это как?» – не поняла я.
«Да вот так! – передразнила меня шиза. – Он тебе не доверяет».
«А вот это уже нечестно!» – возмутилась я.
Шиза фыркнула и ничего не ответила.
«Ну ладно, – мстительно подумала я, – будем играть по твоим правилам, мой самоуверенный дракон!»
Стараясь не думать о том, что у меня от его близости по телу бегали мурашки возбуждения, я томно выдохнула, и в свою очередь обхватила своими руками его стан. Затем медленно, уговаривая себя не тупить, подняла к нему голову и, оказавшись в волнующей близости от его губ, прошептала в эти самые идеально очерченные чувственные губы, почти касаясь их своими губами:
– Я тоже не перестаю поражаться вашим поступкам, мой лорд. Вы действительно считаете меня маленькой дурочкой, которая не заметит, что вы не привязали к себе моего дракона?
На секунду ощутив, как прервались, а затем зачастили удары сердца в его груди и сбилось его дыхание, я мстительно закрепила свою победу, томно выдохнув ему в губы:
– Не так ли, дорррогой супруг?
Несколько томительно долгих секунд мы смотрели друг другу в глаза, почти соприкасаясь губами, а потом лорд Мотлифер выдохнул и очень осторожно отодвинул меня от себя.
– Висвэрина, сейчас не время! – сквозь зубы произнес он. – Ты должна стабилизировать привязку дракона.
Меня просто ошпарило разочарованием.
– О-о! Вы мастер отговорок, лорд Мотлиферрр! – в свою очередь почти прошипела я, чувствуя, что я действительно становлюсь драконьей леди.
– Висвэрина, тебе надо отдохнуть, – отодвинулся еще на шаг от меня драконий король. – После твоего участия в завтрашнем турнире нам придется серьезно поговорить.
– О чем нам говорить? О том, что вы вслепую используете меня? – с горькой насмешкой спросила я.
– В чем вы меня обвиняете, принцесса? – перешел на «вы» драконий король. Это уже было серьезно, но меня уже было не остановить.
– В том, что вы все время жульничаете! Почему вы не привязали к себе Лунта?
– Потому что эта дополнительная нагрузка для дракона!
– То есть, совсем не потому, что вы хотите следить за мной, но не желаете, чтобы я могла следить за вами? Так?
– Следить за мной опасно и утомительно!
– Но я ваша жена! Я имею право знать, если с вами что-то случится! И я, в конце концов, сильный маг, я смогу вам помочь, если вам будет нужна помощь!
– Мне не нужна помощь! – отрезал он.
– Не нужна мояпомощь? – уточнила я.
– Как вам угодно, принцесса Висверина!
– Как вам угодно, лорд Мотлифер!
Я выскочила из его покоев, как ошпаренная, и ураганом понеслась по коридорам Академии по направлению к своим покоям. Очутившись у себя, я заблокировала доступ на мою территорию лорду мужу и вызвала на экране даэра информацию о том, как отвязать от себя дракона пары-атауэ. Набрав на арсе вызов Улли, я стала ждать, когда на него ответит мой маленький, но чрезвычайно умненький братец.
Мне не пришлось долго ждать. Улли, судя по картинке на экране арса, был уже готов к тому, чтобы отправиться спать.
– Что-то случилось, Виса? – протерев сонные глаза, спросил он, зевая. – Волнуешься перед завтрашними испытаниями?
– Чего тут волноваться! – фыркнула я.
– Правильно, – зевнул Улли. – С твоим нынешним уровнем магии тебе никто не страшен. Этот турнир для тебя так, разминка. Ты чего такая встрепанная?
– Улли, мне надо снять браслеты-ограничители, которые надел на меня лорд Мотлифер!
– Лорд Мотлифер? Так официально? – Улли окончательно проснулся. – Зачем тебе это?
– Я хочу разорвать связь атауэ.
Ответом мне была немая сцена с участием моего маленького братца, вылупившего от удивления глаза.
– Атауэ нельзя разорвать, Виса, – спустя несколько томительно медленных минут осторожно, словно разговаривая с душевнобольной, сказал Улли. – Ни при каких обстоятельствах.
– Не может быть! – не поверила я. – Просто никто не пробовал. Но это не твоя забота, Улли. Ты поможешь мне снять ограничители?
– Виса, а ты уверена в том, что делаешь?
– Улли, ты мне поможешь? – нетерпеливо повторила я.
– Виса, я тебя люблю, – примирительно сказал Улли. – Я помогу тебе снять ограничители, но я не хочу, чтобы ты себя убила, поссорившись с драконом. Атауэ нельзя снять. Ограничители снять можно и довольно легко, особенно с твоим уровнем магии. Я думал, что твой король сам снимет их с тебя накануне турнира. Ты меня слушаешь?
– Да, Улли, – вздохнула я. – Извини.
«Не пороть горячки, быть последовательной, – про себя подумала я. – Сначала снимем браслеты-ограничители, а потом подумаю обо всем остальном».
Спустя несколько минут и указаний моего шкодливого братца мои браслеты-ограничители магии были сняты. Поблагодарив Улли и клятвенно пообещав ему не делать глупостей, я распрощалась с братцем и вернулась к экрану своего даэра. Улли, как всегда, оказался прав. Связь атауэ действительно не снималась. От слова совсем. Даже в редких случаях, когда выбранные Вселенной идеальные пары так ненавидели друг друга, что стремились убить, от магической связи душ невозможно было избавиться. Точнее, возможно, но только со смертью одного из ее владельцев. Рассудив, что убить драконьего короля даже при моем уровне магии у меня кишка тонка, да и мне как-то не хотелось доходить до таких крайностей, я стала читать о том, как я могла ему досадить. Просто так, от злости, от понимания того, что я ничего не могла сделать для того, чтобы от него отвязаться. Через несколько часов, потирая покрасневшие от бессонницы глаза, я решила сделать тривиальное – разорвать свою связку с его драконом. Не бог весть что, конечно, но, как говорится, в базарный день и грош – цена.
Разбуженный моими стараниями Лунт оказался настоящим сокровищем. Выслушав озвученный мной вопрос о возможности разрыва связи с драконом эфира, он чихнул, зевнул и почти также как Улли лениво поинтересовался, уверена ли я в том, что делаю. Я заверила его, что уверена, подкрепив это изрядной порцией лести по поводу его собственных способностей. Лунт благосклонно выслушал мои горячие уверения в том, что он самый лучший, потом немного повозился и, наконец, сказал мне, что связь с драконом лорда Мотлифера по кличке Фер Флемм по моей просьбе разорвана.
«Что ж ты творишь, полоумная! – запричитала моя шиза, разбуженная нашими действиями. – Как же мы без него?»
«Как мне проверить, разорвана ли моя связь с Фером?» – не обращая внимания на кликушество шизы, спросила я у Лунта.
«Попытайся его позвать», – флегматично отозвался мой дракончик.
Я тут же сделала это, первый раз осторожно, второй – уже более смело, а когда радужный дракон не откликнулся с третьего раза, я похвалила Лунта и с чувством честно выполненного долга отправилась спать. Завтра, точнее, уже сегодня утром, меня ожидал тяжелый день главного соревнования турнира масок.
Однако выспаться мне не удалось. Как только моя голова коснулась подушки и я с предвкушением готовилась провалиться в сон, засветился экран моего арса. Ругаясь про себя последними словами, как это делал Ларибэлл, я ответила на вызов и увидела на экране у себя на ладони взволнованное личико Рэтары Арпад.
– Виса, ты представляешь, – с места в карьер заявила она. – Я ходила на свидание с королем Феладином Флеммом!
– Мои поздравления! – буркнула я, едва удерживая глаза открытыми.
– Он такой душка! – продолжала трещать принцесса магов тени. – Мы поужинали в ресторации в столице и он рассказал мне столько всего интересного!
– Рэтара, переходи к делу, – посоветовала я, зевая, как обожравшийся магии дракон Ларибэлла. – Он сделал тебе предложение?