Семейный альбом Вериго. Книга первая

Воспоминания о моем дедушке

В моем детстве и становлении ключевую роль сыграл мой дед Владислав Антонович Вериго (1909—1999). До последних дней – а прожил он более 90 лет – он был главой семьи и служил нам примером. Из детства я помню рассказы дедушки о его юных годах, проведенных в белорусском Полоцке. Дедушка на склоне лет писал стихи, здесь и далее привожу строки из его стихотворений, которые мы издали в книге «Автобиография в стихах», [Вери05]:

Именно там, в Полоцке, жила семья Вериго, Антон и Катерина, дети Владислав и три его брата – Вильгельм, Станислав и Иван Антоновичи. Детство пришлось на исторически непростой отрезок времени – нелегкий период Первой Мировой войны сменился и вовсе тяжелыми годами революции и войны гражданской.

Закончив школу и проработав первые годы в Полоцке, дед приезжает учиться в Ленинград и живет в семье своего старшего брата Вильгельма, который уехал в Ленинград раньше и уже заканчивал Юридический Факультет Университета. Затем Владислав заканчивает курсы «Профтысячи» (возможность обучаться в СССР для молодых юношей и девушек, проработавших несколько обязательных лет на производстве) и поступает в 1930-х годах в Институт ГВФ – Гражданского Воздушного Флота. Там он встречает Валентину Александровну Плотвинову, мою бабушку, в 1939 году у них рождается дочь Ирина – моя мама.

Рисунок 1 – Владислав Антонович Вериго и Валентина Александровна. Фрагмент фото с офицерами Академии, 1946

За три месяца до начала Великой Отечественной Институт становится военной Академией – фронту срочно нужны кадры. Инженер-майор Вериго назначен старшим офицером, начальником кафедры. Во время войны Академия готовит кадры в Йошкар-Оле, Республика Марий Эл. Владислав Антонович регулярно командируется на фронт для подготовки летчиков и введения в использование новых приборов – в том числе для пилотирования в условиях тумана. Данная тема позднее стала диссертационной работой, которую дедушка успешно защитил. Сохранились дедушкины письма с фронта.

В это время в блокаду умирает мама Владислава – Катерина Каспаровна, которая не была эвакуирована на «Большую землю». Академия, уезжая, распорядилась взять из Ленинграда только ближайших родственников, но не родителей. Образ матери, доброй и ласковой, узнаем мы из нескольких стихотворений Владислава. В воспоминаниях детства дедушка то ищет у мамы защиты, то хочет приехать на белом коне и забрать маму с собой.

Далёкий образ милой мамы…

Защита наша от беды…

Нет для меня прекрасней дамы,

Олицетворенья доброты. (1980 год)

Восстановление Академии в послевоенном Ленинграде требовало многих усилий. Вериго назначен начальником Второго (Электротехнического) факультета. Все эти годы его супруга, моя бабушка Валентина Александровна Плотвинова работает преподавателем, защищает диссертацию, преподает спецкурсы по навигационным приборам.

Родная Академия,

С тобой я рос и жил.

В твои дела, свершения

Свой скромный труд вложил.

Выйдя на пенсию, Владислав Антонович посвящает себя воспитанию внука. Я многому научился у дедушки, он был и остается для меня примером главы семьи.

Наша дочь истая художница

Вдохновенно пишет цветы.

Трудится в меру возможности,

Обожает «Глаза Земли».

Всем признаюсь,

Внуком горжусь —

Он взрослеет, займется ученьем.

Будет добрым, красивым

И учёным пытливым,

А для нас и большим утешеньем. (1981 год)

В воспоминаниях своих дедушка часто рассказывал про Полоцк, братьев, маму, которой приходилось много работать. Про отца он упоминал реже, рассказывал о том, что отец был связан с железной дорогой и рано умер, оставив четверых детей на попечение матери. Из переписки с братом дедушки Станиславом я узнал, что можно найти что-то интересное о семье, что в истории нашей есть интересные предки. Собственно говоря, здесь и пришел мой черед исследовать и узнать о своем прадеде Антоне Иосифовиче Вериго и о роде Вериго.

«Его называли рыцарем. И это справедливо во всём: в его отношении к стране, к товарищам, и победившим, и погибшим и в его отношении к семье, к жене, к внуку» – напишет в предисловии к книге стихов дедушки профессор И. В. Арнольд. Насколько точным оказалось это сравнение! Лишь когда мне исполнилось 45 лет я узнал, что род Вериго принадлежит княжеским (то есть рыцарским) родам Центральной Европы. Книга «Род князей Вериго» издана в 1930-х годах [Wery37] и ее можно найти в библиотеках Европы. Посещая архивы Петербурга, я начал заниматься нашей родословной. Вот начальный вариант родового дерева, информация о Вериго А. И. была дополнена позднее ().

Рисунок 2 – Актуальный фрагмент родового дерева – от 1859 года до наших дней.

Удельный Князь Войшелк и его отец, Король Литвы Миндовг

Для того, чтобы осознать древность рода Вериго, обратимся к прародителю рода, Князю Войшелку [Wiki01], благодаря которому род получает свое название. Встречается различное написание имени Войшелк (Вышелк, Вышелег, Вошелег, Войселк, Волштыник, Волстыник, в том числе Василий – имя которое встречается и на гербе, и проходит красной нитью через поколения, можно заключить, что св. Василий является покровителем рода Вериго).

Князь Войшелк был удельным Князем Новгородским и правил по повелению отца своего Миндовга в Новгородке (Новогрудке, [Wiki02], ныне Республика Беларусь). После непродолжительного времени Войшелк стал монахом и был известен под именем Лавриш. Со своими соподвижниками он основал Монастырь на реке Неман. Узнав об убийстве своего отца, Войшелк снимает с себя монашеский обет и возвращается назад. После нескольких лет княжествования Лавриш снова становится монахом. На сей раз до конца своих дней, однако жизнь его прерывается не монашеским, но княжеским образом – он был убит своими врагами.

Согласно легенде, озвученной в [Wery37] со ссылками на другие источники, Войшелк был в татарском плену и носил оковы, прозванные в славянских языках Веригами. Легенду подтверждает тот факт, то Новогрудок несколько раз захватывался татарами. С тех пор князь получил прозвище Вериго, а его потомки назывались Вериговичами.

Рисунок 3. Удельный князь Войшелк и его происхождение.

Отцом Войшелка является Миндовг (Миндаугас, Мендог), коронованный в XII веке первый король литовский. Считается, что имя Миндовг означает на древнелитовском «многомыслящий». Согласно Воскресенским летописям, отцом Миндовга был Мовкольд, восходящий через своего отца князя Ростислава к полоцкой ветви князей Рюриковичей. Есть и другие версии происхождения Миндовга ().

От Войшелка до Игнатия и его братьев

Известный нам сын Войшелка именовался Андрей Веригович Рудый. Он продолжил линию себежских удельных князей, далее следуют его потомки Давид, Роман, Василий и Кирик. Кирик Васильевич Вериго (ск. в 1412 году) был отцом трех сыновей, которые оказались прародителями трех ветвей Вериго.

Рисунок 4. Родовое древо Вериго – От Новгородских, Литовских и Полоцких князей к Игнатию Вериго и его братьям.

– Игнатий Вериго, себежский князь (см. далее) являлся прародителем белорусско-литовской ветви.

– Василий Кириллович Вериго, был воеводой Витебским и является прародителем российской ветви Вериго и Веригиных. По трактовке [Wery37], данная ветвь была истоком известного российского рода князей Волконских

– Андрей Кириллович Вериго является прародителем «малопольской» ветви Вериго.

Игнатий Вериго правил в Себеже в пятнадцатом веке, являясь удельным князем. В документах он упоминается, как «Помазанник Божий» – Dei Gloria, имеющий право вершить суд на земле.

В начале XV века подходит к концу Голодная война русских и литовских князей с князьями Тевтонского ордена. Сохранилась запись о том, что «Игнатий Вериго, владея в Себежском тракте недвижимым имением во время Царствования Короля Польского Владислава II Ягеллы в войну противу Кржижанов в полку Василия Индрана Костелковского на явочную перепись 1420 года являлся». Под кржыжанами понимаются крестоносцы и связанные с этим военные действия.

Гербы рода Вериго

Во-первых, род Вериго связан с гербом Шренява. Происхождение герба Шренява относится к 1370-м годам. Существуют различные транскрипции имени (Шренява, Стрженява и др.), кроме того герб этот именуется еще Slepowron, Ostoja и другими именами. Белая оборотная «S» напоминает изгиб реки (имеется ввиду река Шренява в Польше). Крестом отмечено место сражения Болеслава Храброго в XIII веке. Герб ведет свое начало от хоругви святого Василия – это упоминание мы находим в книге Антона Вериго [Veri34], вышедшей в 1934 в Каунасе. Стоит напомнить, что Игнатий Вериго, чье упоминание вместе со Шренявой является самым ранним, служил именно в полку св. Василия.

В Польской шляхте герб не давали одной семье, а причисляли к нему несколько родов. Известно, что гербу Шринява в разное время существования Шляхты приписывалось 175 родов [Wiki04].

В 1825 году в Шляхетском собрании Минска был принят важный документ. Данное писание подтверждало принадлежность рода Вериго к польской шляхте. Род причислялся к гербу «Шренява». Кроме того, все Даревские, Вериго и Вериго-Даревские согласно этому документу являются одним родом – родом Вериго-Даровских [Wery37]. Приставка или имя Даровский (также пишется Даревский или Доревский) происходит от семейного имения Дарево или Дарово.