Труп в морге. Рассказ

© Виктор Александрович Вержбицкий, 2017

ISBN 978-5-4490-0762-9

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

1

Шёл конец сентября, и на улицах начиналась золотая осень. Этим вечером в субботу в городском парке предстояло важное событие. А именно, сходка общества полуночников, которые имели обычай каждую субботу собираться вместе возле костра и травить друг другу байки. Да не обычные байки городских сплетников, а самые настоящие жуткие истории.

Всего Братство составляло пятеро школьников. Первый из них, самый младший, Эйган – щуплый кудрявый подросток, двенадцати лет. Затем был Билли – темнокожий короткостриженый четырнадцатилетний юноша, любитель школьного регби. Далее был Адам, самый старший из ребят, ему было пятнадцать и он носил круглые очки – заносчивый мальчик азиатской внешности, весьма упитанный в силу страсти к еде. Среди рассказчиков были также и две девочки. Первая из них Дженни – смышлёная сероглазая девочка с вьющимися светлыми волосами, четырнадцати лет. И ещё Аманда – худенькая остроносая девица, её ореховые волосы всегда были заплетены в аккуратные косички, ей было тринадцать.

Вечером небо было почти ясное. Тёмный небосвод был усыпан множеством сияющих звёзд. Мальчики старательно разожгли костёр, и пятёрка школьников вновь уселась на брёвна вокруг огня.

– Приветствую всех вас здесь сегодня, – торжественно начал Билли. – Поскольку мы сюда пришли за новой пугающей историей, которую нам сегодня поведает Адам.

– Я польщён, что ты меня торжественно представил, – самодовольно сказал мальчик-азиат. – Всю неделю я думал, какую жуть вам сегодня рассказать… И я нашёл для вас подходящий рассказ.

– Надеюсь, он будет не про пончики-людоеды, – иронично бросила Аманда.

– Да он так распинается, что сейчас лопнет от важности, – добавила саркастично Дженни.

Билли и Эйган прикрыли ладонями рты, чтобы не выдавать своё хихиканье и не смущать рассказчика.

– Это вы сейчас так говорите. Но я-то знаю, что моя история очень крутая. Она будет о роковой, просто замогильной страсти. Наверняка вы все знаете людей, которые хоть раз в жизни пережили безответную любовь к какой-нибудь зазнавшейся цыпочке. Почти всегда это доставляет долгие и мучительные страдания её жертве… И вот, представьте, что этот человек так и не смог заполучить эту девицу, уже стал взрослым и устроился работать в городской морг. – Адам сделал выразительную паузу. – И вот, объект его любви внезапно умирает. И её труп неожиданно окажется в полной его власти…

– Как-то мне уже не нравится начало… – брезгливо прокомментировала Дженни.

Адам с ехидцей посмотрел на неё.

– Поэтому я назвал свою историю: «Труп в морге».

– Как банально… – процедила Аманда.

– Я начинаю…

2

Этим холодным декабрьским вечером в уютном ресторанном зале на Клэй-стрит играла мелодичная джазовая музыка оркестра Глена Миллера. В полутёмном зале, наполненном запахом парфюма и еды, на сцене выступала любительская команда музыкантов, во главе со стройной темнокожей певицей, одетой в чёрное вечернее платье, усыпанное россыпью звёзд. Её тёмные пепельные волосы были прилизаны в изящную причёску в стиле 60-х, а на плечах женщины развивалась блестящая зелёная лента, будто снятая с новогодней ёлки. Её тяжёлый прокуренный голос распевал в микрофон «Серенаду Лунного Света», чем и приковывал к себе внимание всех мужчин в зале.

За угловым столом под пирамидальной оранжевой лампой сидела парочка из мужчины и женщины. Со стороны казалось, что это были коллеги по работе, но на самом деле они пришли сюда на своё первое свидание.

– Я очень люблю книги по хирургии. Ты меня понимаешь, Джен?

Девушка скучающе закивала в ответ.

– А ты умный, Джулиан. Это всегда плюс. Но, знаешь, думаю, меня мало интересуют такие увлечения.

За этим чёрным круглым столом сидел Джулиан Тирел – начинающий патологоанатом в Сан-Франциско. Это всё, чего он добился к своим двадцати восьми годам, отучившись до этого восемь лет в медицинском колледже в Лос-Анджелесе. А напротив него сидела Джанетт Смит – стройная миниатюрная молодая бухгалтерша, двадцати шести лет, брюнетка с причёской в форме каре, одетая в простое чёрное вечернее платье и кожаные сапоги. Она работала в отделе товароведения на складе пирса №16, которую уломала встретиться с Джулианом их общая подруга Лейла Грей.

Девушка спешно доедала свою баранину по-французски и допивала свой бокал сухого красного вина, затем аккуратно утеревшись салфеткой. Далее она встала из-за стола, прихватив с собой сумочку.

– Спасибо тебе, Джулиан. Было очень мило. Но я пожалуй пойду домой. Завтра такая куча дел на работе, надо выспаться, ну ты понимаешь…

Джулиан огорчённо посмотрел на неё.

– Уже уходишь? Но ты даже не попробовала десерт и вечер ещё только начался.

– Ничего, – сказала она, утешительно похлопав его по плечу. – Не переживай. Можешь позвонить мне как-нибудь через недельку, но лучше через две…

И с этими словами Джанетт пошла к гардеробщице, забрать своё пальто. Джулиан Тирел остался сидеть за столиком в одиночестве, отхлебнув из бокала красного вина. Для своего возраста он был некрасив, остронос, сильно худощав, так что кожа на его лице и ладонях просвечивала. Он стеснялся своих чёрных засаленных волос, отчего их всегда старался прилизывать гелем. Глазницы вокруг его тёмно-серых глаз заплыли тёмными кругами из-за постоянной утомительной работы с мертвецами. И сегодня, десятого декабря он за долгое время смог выбить себе свиданье с девушкой, которое тоже закончилось не слишком удачно. Да что там! Джулиан бы обманывал себя, если бы сказал, что его отношения с прекрасным полом хоть когда-нибудь складывались удачно.

Мужчина жил в отдельной двухкомнатной квартире на четвёртом этаже в доме №18 на Фелл-стрит. Его родители жили далеко, в Стейтсборо, Джорджия. Друзья у Джулиана в силу его чрезмерной занятости были только в Фейсбуке и на работе. Все его знакомства начинались с одного и того же: «Привет! Я Джулиан, патологоанатом в городском морге. Хочешь встретиться?». На этом большинство из них и заканчивались…

Насладившись исполнением Глена Миллера, он и сам не заметил, как покинул ресторан «Океанская звезда» и уже доехал на такси к своему дому. Всю дорогу подвыпивший Джулиан спал в такси на заднем сиденье. Открыв ключом дверь своей квартиры, он плюхнулся у себя в гостиной на диван, так и не сняв с себя пальто и шарф.

– Здо-р-р-р-о-о-ва! – послышалось из дальнего угла комнаты. Затем оттуда раздались протяжный свист и щёлканье.

Это белый домашний какаду Тирела раскачивался в клетке на своих качельках. Его звали Кекс.

– Тише, Кексик, у меня сегодня был не очень удачный день… – ответил ему Джулиан.

Он измученно потянулся на диване, затем встал, повесил пальто и шарф в шкафу и пошёл к своему единственному преданному товарищу, выпустив попугая из клетки. Кекс довольно защёлкал клювом, радостно устроившись на плече хозяина, пока тот насыпал птичий корм ему в миску. Мужчина посмотрел на часы, они показывали десять вечера, и включил телевизор, удобно устроившись на диване. Какаду в это время путешествовал по всей комнате, залетая то на люстру, то на полки.

– Вечерние новости Сан-Франциско, – донеслось из ящика. Сегодня утром в районе станции Таунсенд была найдена мёртвая женщина, двадцати семи лет, полиция сейчас ведёт следствие. – В новостях показали фотографию лица убитой. – Тело погибшей уже опознали родственники. Это была жительница Сан-Франциско, Лина Картер – известная фотомодель в различных модных изданиях. Мы очень соболезнуем её родным и близким.

С каждым словом телеведущего, лицо Джулиана становилось всё более бледным и взволнованным. Усталые до красноты глаза патологоанатома ещё больше выпучились, а нижняя челюсть отвисла в неверии. Джулиан нервно налил себе стакан воды и промочил горло. Из головы у него не выходила фотография убитой: мёртвое каменное лицо с закрытыми глазами, длинные рыжие волосы, пухлые губы. Это была когда-то очень популярная в его школе черлидерша, Лина Картер. За ней толпами бегали все окрестные альфа-самцы, сильно не блещущие интеллектом. Когда-то в юности, лет эдак в 18—20 Джулиан держал её фотографию у себя под подушкой. Девушка рано сформировалась, была очень хороша собой и сексуальна, что сводило его с ума. Несколько раз Джулиан делал попытки пригласить Лину на свиданье, но каждый раз он получал отказ, с надменной высокомерной миной на лице девицы. А теперь, через восемь лет она лежит мёртвая перед входом на станцию метро и её показывают в новостях.

– Даже как-то жалко её… – подумал Тирел. – Хотелось бы узнать причину её смерти в столь молодом возрасте. Ладно, завтра надо рано ехать на работу, пора идти спать. Эй, Кекс! Ну-ка лети обратно в клетку!

Джулиан позаботился о том, чтобы его попугай не летал ночью по всей квартире и лёг под пуховое одеяло. Сегодняшний день принёс ему очередной жизненный облом. А завтра его снова ждёт пропахший медицинским раствором подвал.

3

Утром в четверг Джулиан Тирел отправился на работу на своём седане цвета кофейной пены. На улицы погода принесла сегодня мокрый снег, дворники автомобиля работали без остановки. В такую слякоть на крутых холмистых дорогах Сан-Франциско приходилось быть особенно осторожным, Джулиан не рисковал переключать скорость свыше двадцати миль в час. Через полтора часа он добрался до шестиэтажного серого здания на Мишн-стрит 88С, главный морг города. Оставив свою машину на парковке, Тирел поспешил раскрыть свой чёрный зонт и быстрой походкой направился в вестибюль.

– Доброе утро, мистер Тирел! – окликнул его слегка охрипший голос низкорослого, сильно облысевшего охранника средних лет из вестибюли. – Скверная погодка сегодня, вы задержались в дороге.

– И тебе доброго утра, Мигель, – приветливо ответил Джулиан.

Тирел повесил свою верхнюю одежду на крючок в гардеробе, нацепив на себя белоснежный медицинский халат. Светло-синие, обработанные в стерильном растворе резиновые перчатки, звонко щёлкнули у него на запястьях. Осталось только одеть на голову медицинский колпак и можно отправляться в холодный подвал с трупами.

В регистрационном зале к нему быстро подоспела медсестра, поспешив сообщить:

– Доктор Тирел, у меня для вас важные новости. Сегодня к нам доставили несколько «особенных» тел, в связи с чем вам сегодня будет ассистировать доктор Эдвард Мунц.

Джулиан недовольно поморщился, ему не нравилось, когда кто-то посторонний лезет в его работу.

– Мунц? Это ещё что за фрукт? Сандра, ты знаешь, кто он такой?

Смазливая белокурая медсестричка смущённо пожала плечами.

– Ну… я почти ничего о нём не знаю, кроме того, что его сюда направило Федеральное Бюро в качестве судебного мед эксперта.

– Ладно, я познакомлюсь с ним лично. Где сейчас Мунц?

– Полчаса назад он отправился в морозильник за трупом вьетнамца, фигурирующего в уголовном деле. Сейчас доктор должен быть в операционной.

Выяснив всё что можно у Сандры Олсен, молодой патологоанатом спустился по холодному переходу в подвал. Он не любил ездить в лифтах без крайней на то необходимости. Двойные двери операционной со скрипом открылись, в помещении уже горели белые светодиодные лампы. Один из трёх металлических столов был занят лежачим мертвяком, а вокруг него ходил человек средних лет, по виду врач, таким же образом одетый, как и сам Джулиан. Он делал на сером теле надрезы скальпелем и делал заметки на диктофон.

– Хмм-хм, – Подал голос Тирел, чтобы известить о своём присутствии увлёкшегося работой судебного мед эксперта. – Это вы должно быть присланный эксперт?

Врач слегка дрогнул от неожиданности, отложил на стол свой скальпель и повернулся к Джулиану.

– Верно, вы абсолютно правы, я Эдвард Мунц. Меня сюда прислали по нескольким уголовным делам. А вы должно быть здешний патологоанатом?

– Вы тоже не ошиблись. Да, я Джулиан Тирел, приятно познакомиться. – Он протянул ему руку с вежливой улыбкой. Мунц в ответ пожал её испачканной в кровь перчаткой. – Могу я спросить, кто ваш пациент? – полюбопытствовал он у доктора.

– Складская крыса, вьетнамская мразь, – с брезгливостью ответил Мунц.

– И он наверняка погиб в криминальной перестрелке?

– Четыре пули вонзились в его туловище, одна в плечо, колотая рана на ноге – полный набор.

Тирел с профессиональным любопытством рассматривал посеревшего голого азиата с небольшими короткими волосами на голове, тонкими бровями и усами, козлиной бородкой. Глаза у трупа были закрыты. Тело гангстера было покрыто татуировками: вертикальный столбик из трёх вьетнамских иероглифов с задней стороны шеи, золотой с красным дракон на правом запястье. Плюс к этому, у вьетнамца на теле имелось несколько старых шрамов от пуль и от ножевых порезов.

– Так в чём же кроется ваша миссия с этим телом? – спросил у Мунца озадаченный Тирел.

– Я должен обескровить жмурика, вылить всё в ведро – весело произнёс врач. – В его крови я должен буду найти особый вид вьетнамской дури «Риггер». А это характерный признак того, что узкоглазый принадлежал к группировке «Белые угри».

– У него на теле есть несколько татуировок. Вон, какой огромный и яркий дракон на запястье. Разве это ни о чём не говорит?

Эдвард лишь усмехнулся.

– Говорит. Например, что вьетнамца могли забросить в другую преступную триаду в качестве шпиона под прикрытием. И тот втихаря собирал информацию для своего босса. В принципе, я не имею права раскрывать вам тайны следствия.

Они закончили с азиатом в 11:00, затем увезли труп обратно в морозильную камеру. Следующим на стол лёг молодой белый мужчина, по возрасту двадцати шести лет, долговязый, тощий, с короткой щетиной волос и длинной наколкой на левой руке «Я люблю тебя Синти!». У этого трупа не было никаких свежих ран, за исключением нескольких ссадин и деформированных шейных позвонков.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.