- -
- 100%
- +
«Глаза» – вспомнил Хин. У рыцаря всегда были очень чувствительные к свету глаза. Одно время он даже носил специальные очки, защищавшие его от солнечного света, возможно даже, что они сейчас валяются на каком-нибудь складе особняка, неподалёку от кинжалов Хинамона.
Дальше, на лестнице, света было ещё больше, и исходил он со стороны второго этажа, где базировалась стража и сидели основные заключённые – если таковые были – которых можно было не морить голодом и не держать в сыром тёмном холодном подвале.
Пока рыцарь смотрел в сторону льющегося с лестницы тусклого света, в ожидании, пока его глаза к нему привыкнут, Хинамон невольно остановил на нём взгляд. Свет позволил разведчику наконец получше рассмотреть друга, с которым он так давно не виделся. «Схуднул» – первым делом подумал Хин. Но даже так Хамим оставался на уровень крупнее и сильнее разведчика. Дранная роба смотрелась совершенно не к месту и в глубине души разведчик обрадовался, что остался при своём походном костюме. Хинамон привык видеть друга только в чистой и дорогой одежде, но тут было даже что-то другое. При взгляде на Хамима вы сразу понимали, что это не раб, не смерд, не заключённый. Его осанка, фигура, манера себя держать даже в таких тяжёлых условиях, всё это будто кричало о том, что он дворянин.
Хамим убрал пальцы с глаз, щурясь посмотрел в сторону лестницы и кивнул Хину. Можно было двигаться дальше.
Едва они ступили на первую ступеньку, как сверху послышались голоса:
– Эй, верни карту на место, не думай, что я не видел, – сказал первый голос, с хрипотцой.
– Да ладно тебе, это всего лишь игра, – сказал более лояльный, мягкий голос.
– Игра, которую я выиграл, – сказал первый.
– С чего это? – опешил второй.
– Потому что ты хренов жулик, будешь знать, – отрезал хриплый.
– Ладно-ладно, – сдался второй. – Ещё партийку?
– Погоди, мне отлить надо, – сказал первый и послышался скрип отодвигаемого стула.
Беглецы к этому времени уже дошли до промежуточной площадки между третьим и вторым этажом и Хамим дал знак активировать камуфляжное заклинание. Благо, Хинамон успел его заранее подготовить. Всё же по скорости заклинаний он был не так хорош, как рыцарь. Тот генерировал через себя потоки манны столь быстро, что вы бы даже вздохнуть не успели, а рыцарь уже закончил бы читать заклинание. Правда был в этом и свой минус. Хамим не мог генерировать энергию большими объёмами, поэтому доступ к по-настоящему сильным заклинаниям ему был навсегда закрыт. Такие дела.
Послышались шаги. Стражник, тот самый, с хрипотцой, спускался вниз, прямо на промежуточную площадку, где стояли беглецы. Со своей позиции Хинамон видел его довольно плохо, а сам пост охраны не видел совсем, но шаг за шагом и вот стражник предстал перед разведчиком во всей совей красе: толстоватый, осунувшийся, с загнутым кривым носом и какими-то блеклыми оборванными бровями. Чёрное одеяние стражника было всё уляпано чем-то жёлтым и белым. В общем и целом – позор на лице нации тёмных эльфов, а не стражник.
Стражник встал прямо перед Хамимом, начал развязывать штаны, но вдруг остановился, вглядываясь в стену, будто что-то заметив. Хин выжидал. Рыцарь просил никого не убивать, но если их сейчас обнаружат…
Стражник нахмурился и будто собирался уже что-то сказать, как…
– Эй, Кеттер, ты же не собираешься ссать прямо здесь? – крикнул второй страж с поста.
– А какое тебе дело до того, где я ссу? – осклабился хриплый, поворачивая голову.
– А такое, что мне потом это всё нюхать, – ответил лояльный мягкий голосок. – Иди в сортир.
– Ещё чего, – набычился первый. – Но так и быть, спущусь на третий. Пожалею твой девичий носик.
Расхохотавшись собственному остроумию, Кеттер начал спускаться вниз, в сторону тёмного коридора, откуда только что пришли наши герои.
Хамим дал знак следовать за ним, к посту.
В два прыжка рыцарь оказался позади второго стражника и, повесив свою руку у того над головой, шепнул заклинание.
Стражник тут же осунулся, будто задремал, уставился в стол долгим тяжёлым взглядом и затих.
Хинамон знал это заклинание. Его так и называли в школе разведки: «дрёма». Вот только, чтобы прочитать такое заклинание, разведчику бы понадобилось с минуту подготовки, а то и больше, а Хамим среагировал в считанные секунды.
– Второй ничего не заподозрит? – шепнул на ухо другу Хин.
– Не, я так уже делал. Этот, – он кивнул на лояльного стражника, – будет сам думать, что он задремал. Гарантирую.
– Тогда пошли дальше, – шепнул разведчик, но тут его взгляд зацепился за кинжал, а затем и за ключи на большом золотом кольце, на поясе стражника.
– А вот это они уже заметят, – проследив за взглядом друга, отметил рыцарь.
Мысленно попрощавшись с кинжалом и своими вещами, Хин повернулся в сторону лестницы, и они двинулись на первый подземный этаж тюрьмы Шимхани.
Первый этаж баронской темницы мало чем отличался от второго. Люди тихо сидели по камерам, по стенам трещали и шипели факелы, в углах плели свои паутины пауки.
На посту находился лишь один стражник, задремавший за столом со скрещенными на груди руками. Хамим медленно подплыл к нему, усилив сон заклинанием, на всякий случай, и они двинулись дальше, к выходу из подземелья.
К удивлению двух тёмных эльфов, дверь в темницу оказалась незапертой.
Друзья боязливо вышли в коридор северного крыла, оглядываясь по сторонам, в любой момент ожидая подвоха – не могло же им так повезти – но ничего не происходило. Видно кто-то и вправду просто забыл закрыть дверь. А может это специально сделал тот самый стражник, что обронил у их камеры ключи? Как знать, как знать.
Едва они сделали несколько шагов в сторону юга, по коридору, как слева от них резко раскрылась дверь и Хамима боднули чем-то в живот.
Хин машинально дёрнулся рукой к поясу, но рука схватилась за пустоту, заставив сильнее сжать челюсть от досады. Однако увидев наконец кто перед ними, разведчик немного успокоился, даже слегка улыбнувшись.
В дверях неизвестной им комнаты стояла служанка в белом переднике на чёрное платье. В тонких обсидиановых руках девушка держала плетённую корзину, доверху набитую бельём. Белые длинные волосы, заплетённые в толстые косы, свисали по бокам, на груди. Красные тусклые глаза, метались от одного незнакомого ей сварта к другому, медленно осознавая происходящее. Эльфийка открыла было рот, набирая в грудь воздух, но Хамим сработал молниеносно, вовремя подскочив к девушке, зажимая одной рукой её рот, второй уже колдуя заклинание забвения, в простонародье: «дрёма».
В этот же момент, из-за угла коридора показался стражник.
У Хинамона не было времени на раздумья. Он просто толкнул парочку в комнату, прыгнув за ними следом, и резко захлопнул дверь.
***
Стражник заметил краем глаза какое-то движение и поднял голову ровно в тот момент, когда впереди громко хлопнула дверь.
В особняке барона Шимхани никто не смеет хлопать дверьми.
Несколько секунд стражник гадал; ему хотелось проучить невежу, но одновременно с этим он боялся нарваться на кого-нибудь из старших. Если он помешает командиру или одному из друзей барона, а ещё хуже застукает их с какой-нибудь молодкой… ищи его потом по канавам.
Сварт медленно подкрался к той самой двери – он был уверен, что хлопнула именно она – и прислушался, приложив к ней правое ухо.
Тишина.
Досчитав до трёх, стражник резко распахнул дверь, прыгнув вперёд.
Когда он приземлился в центре комнаты – кинжалы уже лежали в его ладонях.
Набитая соломой деревянная кровать, старый сундук без крышки, а в углу гора нестиранных шмоток. Похоже здесь жили низшие слуги, что работали в конюшнях и на улице. Но что тогда могло…
По каменному полу потянуло ветерком и страж заметил приоткрытое маленькое окошко под самым потолком.
– Сквозняк, – прыснул от досады и облегчения стражник. – Дерьмо.
Эльф вышел из комнаты, пряча кинжалы за поясом.
Пора было будить Лима; пришёл его черёд дежурить на первом этаже.
***
Едва стражник закрыл за собой дверь, два тёмных эльфа скинули с себя камуфляж, устало переглянувшись.
Служанка, усыплённая заклинанием, лежала в объятиях Хамима, мерно посапывая.
«Может уже отпустишь бедняжку» – жестами сказал Хин, указывая на девушку.
Рыцарь смущённо потупился, осторожно уложив её в ворохе грязного белья. Не самое лучшее место для ночлега, особенно для девушки, но всё же лучше, чем холодный каменный пол. Он хотел было попросить друга помочь уложить её в постель, но пока он размышлял над уместностью сего действа, разведчик уже спел дойти до двери, выглянуть в коридор и позвать Хамима, показывая, что всё чисто. Решив, что он и так сделал для девушки всё возможное, рыцарь укрыл её какой-то простынёй и вышел из комнаты, вслед за другом.
Следовало отдать Хамиму должное – особняк барона Шимхани он знал, будто свой собственный. Они лавировали по лабиринтам коридоров, минуя десятки совершенно неотличимых друг от друга дверей, выбирая лишь нужные, чтобы пройти потайные комнаты насквозь и выйти через них в другие коридоры. Большинство помещений были пустые или имели минимум мебели, но были и по-настоящему захламлённые комнаты, на подобии кабинета самого Шимхани, где от переизбытка вещей шагу негде было ступить. Хин конечно подозревал, что его друг хорошо ориентируется во всех крупных особняках и замках земель тёмных эльфов, но это всё равно впечатляло. Как всегда говаривал сам рыцарь: «никогда не угадаешь, что может пригодиться в жизни».
Дважды они чуть не нарвались на прислугу, один раз едва разминулись с каким-то солдатом в доспехах, но больше эксцессов не происходило, и они медленно, но верно, приближались к центральной части особняка. А у самого выхода на главный двор, Хин вдруг остановился.
– Ты чего? – опешил вдруг Хамим.
– Он там, – кивнул вдоль коридора разведчик.
– Кто? – посмотрев вдоль коридора, спросил рыцарь.
– Шимхани, – бросил Хинамон так, будто плиту в колодец уронил.
– Не стоит, – положил ему на плечо руку Хамим.
– Он ведь не отстанет.
– Мы потом не выберемся из этого особняка, понимаешь? – пытался втолковать ему рыцарь. – Мы ещё отомстим, обещаю. Только выберемся отсюда.
Хинамон не двигался с места. Внутри него закипала злоба.
Третья сила? Решили сделать из него марионетку? Так может ему следует поотрывать им за это головы? Сначала Шимхани, а затем и этому герцогу Мифмариллу? Возможно, он за это и поплатится, но может хоть так ему удастся удержать страну от кровопролитной революции на самом пороге войны.
– Хин, кто-то идёт, – шептал ему Хамим. – Хин, идём скорее. – Но Хин стоял и смотрел в конец коридора. Стоял, понимая, что никого он сейчас убивать не станет. Он не такой. Придётся всё рассказать королю и рассчитывать лишь на его благоразумие, как он и планировал изначально. Трус.
Служанка завернула из-за угла, пройдя по тому самому месту, где ещё секунду назад сидел Хинамон. Но она не заметила ничего подозрительного, ведь Хинамона там уже не было.
Друзья бежали через центральный внутренний двор, надеясь лишь на то, что их никто не заметит. Странный план, но другого у них не было. Благо на дворе стояла глухая ночь и даже прекрасно видевшим в темноте свартам требовалось бы поднапрячься, чтобы заметить что-то подозрительное дальше собственного носа. Так они думали.
– Стой, кто идёт? – крикнул кто-то со стены. – Эй!
– Закрой глаза, – негромко сказал Хамим и, вытянув руку в сторону голоса, прошептал Слово.
Беззвучно взорвалась вспышка ярчайшего света, после чего послышался крик стражника со стены.
Хин хорошо знал сильные стороны своего друга. Вспышка – главное оружие рыцаря и причина его плохого зрения. Вспышка ослепляет врагов, причём ослепляет надолго. Иногда даже навсегда. Хорошее заклинание, но вы уже могли догадаться, к каким последствиям приводит её частое использование.
– Этот крик весь особняк слышал, – поморщился разведчик. – И это я молчу про вспышку.
– Теперь уже ничего не поделаешь, – устало улыбнулся Хамим. – Можешь что-нибудь сделать с этими воротами?
Рыцарь уже начинал выдыхаться. Видно долгое пребывание за решёткой не пошло на пользу его выносливости. А значит, придётся всё брать в свои руки.
Хин посмотрел вперёд.
Длинную серую каменную стену разрывали крепкие деревянные ворота, запертые сейчас на все засовы и замки. Калитка с этой стороны была не заперта, что указывала на наличие стражи с другой стороны ворот. Насколько он понимал, это были восточные ворота, откуда начиналась необходимая им южная тропа.
– Сейчас, – бросил разведчик и, метнувшись вперёд, в несколько прыжков перемахнул через врата. Приземляясь, он умудрился мастерски вырубить двоих стражников, стороживших подход к тропе с той стороны ворот. Совсем ещё зелёные новобранцы. Это хорошо. Таких сильно наказывать не станут.
Хинамон быстро отодвинул засов и открыл калитку ворот, как раз вовремя, чтобы впустить в неё уже подбегающего Хамима. Затем, также быстро, разведчик закрыл засов обратно. Пусть теперь ищут их по всему двору. Вряд ли кто заметил, как они преодолели ворота.
Но оказалось, что кто-то всё же заметил. Трое стражников при доспехах, с оружием наперевес, неслись прямо к ним. Толи они помогали сторожить врата и подход к тропе, толи были на обходе, теперь это было не важно. Они были и сейчас бежали на двух беглецов с вполне определёнными намерениями – вот что важно.
Недолго думая, Хин выхватил у одного из лежавших на земле свартов короткий меч, готовясь дать отпор.
Один из стражников вскинул лёгкий арбалет, выстрелив в разведчика. Хин с лёгкостью отбил быстро летящий болт, прыгнув вперёд, чтобы заслониться от стрелка его же товарищами. Манёвр сработал. Горе стрелок пытался ещё какое-то время прицелиться, но понял всю тщетность своих попыток и, бросив арбалет наземь, достал длинный кинжал.
К этому времени бывалый разведчик уже успел парировать первый удар одного из нападавших, попутно ранив в руку второго, сделавшего неаккуратный выпад вперёд.
Стражники отступили было назад, но вдруг снова ринулись вперёд, одновременно атакуя эльфа со всех сторон.
Хинамон с лёгкостью отбивал все выпады двух неопытных солдат, прекрасно осознавая, что он мог бы убить их в любую секунду. Мог, но не хотел.
Накопив достаточно манны, он разжал левый кулак, ударив по парочке чёрным разрядом.
Солдаты рухнули наземь, так и не выпустив оружия из рук.
Поминая, что врагов было трое, разведчик начал был осматриваться, но тут же увидел третьего стража, лежавшего в нескольких метрах от места сражения. Над ним, угрюмо осматривая округу, нависал Хамим.
– Бежим, – махнул рукой в сторону тропы Хин, не понимая, почему его друг медлит.
– На своих двоих далеко не убежим, они сейчас погоню пустят, – покачал головой рыцарь.
– Ну и что ты предлагаешь? – уже начинал волноваться Хин. Ведь свобода была так близко, а друг чего-то медлил.
– Пойдём, – кивнул куда-то в сторону Хамим и разведчику ничего больше не оставалось, как последовать за товарищем.
Они сошли с тропы и пробежали вдоль стены пару десятков метров, упёршись в большой крытый загон, окрашенный в чёрный и красный цвет. Влево от загона уходила небольшая тропинка, соединяющаяся с южной тропой, вправо же шла настоящая полноценная дорога, уходя к южным вратам особняка и лунному тракту. На больших воротах красовалась эмблема Хуорна – чёрное дерево на красном фоне.
– Что? Загон Мекантеров? Ты с ума сошёл? – опешил разведчик, завидев, куда привёл его рыцарь.
– У тебя есть предложения получше? Уж извини, что здесь нет лошадей, – скорчил гримасу Хамим.
Дело в том, что лошади не пользовались в Хуорне популярностью. Сварты считали лошадей скакунами для смердов, которые не могут совладать с Мекантерами. Мекантеры же, в свою очередь, были боевыми скакунами тёмных эльфов и, по совместительству, относились к семейству пантер, а если быть точнее мрак-пантер, более злобной и рослой родне обычных пантер.
– Да я на них со школы не ездил, – шипел Хинамон.
– Есть идеи получше? Нам не убежать без Мекантеров.
Несколько секунд они сверлили друг друга взглядами, после чего разведчик сдался.
– Моя смерть будет на твоей совести, – угрюмо обронил Хинамон.
– Договорились, – улыбнулся, открывая загон, Хамим.
Стоило дверям загона открыться, как Мекантеры тут же воззрились на пришельцев, оскалив белые, размером с ладонь, клыки. По тёмному помещению пробежала волна густого рычания, заставив разведчика невольно поёжиться. Тварей было порядка десятка, каждая в своём вольере, что несказанно обрадовало боязливого эльфа.
– Привет, – неуверенно бросил Хин ближайшему зверю с почти белыми глазами и иссиня-чёрной шерстью. Зверь в ответ рыкнул и резко бросился вперёд. Зубы Мекантеры сошлись в дюйме от носа разведчика, заставив того шлёпнуться на землю. Если бы не цепь, удерживающая этого огромного монстра в вольере, история Хинамона уже подошла бы к концу.
– У тебя тут всё в порядке? – спросил Хамим, выводя из стойла одну из пантер. Та послушно следовала за рыцарем, будто служила ему уже многие годы. Серо-синяя шерсть мекантера переливалась, будто металл, а глаза горели тёмной сиренью. Пантера опустила взгляд на Хинамона, рассматривая разведчика, будто какую-то диковинку.
– Красивая, – обронил он вдруг.
– Забирай, – улыбнулся рыцарь. – Ты ей тоже приглянулся, я смотрю. А я подыщу себе другую…
– Ты всегда умел с ними обращаться, – не сводя глаз с пантеры, бросил Хин другу.
– Как и любой другой дворянин, – пожал плечами Хамим, констатируя факт. В Хуорне детей сызмальства учили езде на мекантерах.
Со стороны улицы послышались голоса и разведчик, чисто на автомате, закрыл двери загона, заперев их на засов.
Голоса приближались, но разобрать их Хин не мог, пока они не подошли совсем близко.
– Они где-то здесь, – сказал гнусавый голос. – Я видел, как они перепрыгнули ворота.
– Прямо так взяли и перепрыгнули? – недоверчиво спросил более властный голос.
– Ну не прямо так, а как убийцы из ордена. Так вжух-вжух…
– Я понял, хватит, – оборвал его властный.
– Но они могли уже убежать по восточной тропе, – предположил третий голос.
– Или по южной, – предположил четвёртый.
– Ага, пешком, – с издёвкой бросил гнусавый.
– И ты думаешь, они придут к загону? – поинтересовался властный.
– Я думаю, они уже здесь, – понизил голос гнусавый и все сразу затихли.
Хинамон, ожидая чего угодно, решил отойти от ворот подальше.
Ворота содрогнулись раз, второй, будто кто-то дёргал их с той стороны, после чего последовал крик:
– А ну выходите оттуда, а то мы вас сожжём нахрен!
Хамим уже сидел в седле нового Мекантера, чёрного, как сама ночь, и здорового, будто буйвол, так что разведчику оставалось лишь последовать примеру друга и неуверенно спросить:
– А что теперь?
– А теперь твой выход, – улыбнулся рыцарь.
– Считаю до трёх! – послышалось с улицы.
– В смысле? – не понял Хинамон.
– Ну, ты у нас всегда был по части разрушительных заклинаний, – пожал плечами Хамим.
– Раз! – крикнул голос с улицы.
Хин глубоко вздохнул, пропуская через себя огромный поток манны.
– Два!
Выставил вперёд левую руку.
– Три!
И ударил в дверь разрядом чёрной молнии.
Маленькие деревянные ворота загона разлетелись в щепки, а эффектно вылетевшие в клубах чёрного дыма беглецы разметали стражников в разные стороны, всё дальше и дальше удаляясь по южной тропе прочь из особняка барона Шимхани.
– Ахахахаха! – хохотал во весь голос Хамим.
Но счастье длилось недолго. Как и предсказывал рыцарь, погоня не заставила себя ждать.
– Погоня! – крикнул Хин Хамиму.
– Сколько их? – не отрываясь от тропы, спросил рыцарь.
– Вижу шестерых! – доверяя зверю следовать за своим собратом, рискнул обернуться разведчик.
– Попробуем оторваться!
Хинамон нахмурился. Пытаться оторваться от солдат на их территории, казалось ему не лучшей идеей, но на другую требовалось время, и он начал подготовку.
Мимо него пролетела стрела.
– Осторожнее! – прокричал впереди рыцарь.
Хамим всё дальше отрывался от Хина, а преследователи наоборот нагоняли разведчика, начиная наступать на пятки. В довершении всего, мимо пролетели ещё две стрелы. Такими темпами они скоро превратят его в решето или же попадут в зверя и тогда разведчика просто разметает по каменистой дороге. Хорошо ещё, что никто из них не применял магию. Вероятно, не могут сконцентрироваться во время езды или не владеют разрушительной магией. Что было весьма кстати.
Понимая, что времени больше попросту нет, Хин закрыл глаза и вобрал в себя всё энергию, что только смог достать. Благо, что сейчас стояла глубокая ночь, днём бы у него точно ничего не вышло.
Энергия гор, звёзд, леса и воздуха пролетала сквозь него набирая обороты. Он настолько сильно увлёкся, что перед глазами всё поплыло, а сердце начало сбиваться с ритма, не выдерживая напора манны. И в тот самый момент, когда его собственная голова готова была разлететься на части, как переспелый арбуз, он отпустил всю накопившуюся в нём манну.
Всё вокруг погрузилось в густую вязкую черноту. Не просто темноту, где отсутствует свет, а черноту, осязаемую черноту, что пожирает само время.
А дальше всё произошло в доли секунды. С небес упал поток чёрных молний, ударивших в скалу, вдоль которой струилась южная тропа, ведущая к подножию лунной горы со стороны Хуорна. Молнии разметали скалу в щебень, уничтожив тропу позади Хинамона и тех, кто по ней следовал. Завершили феерию камнепад и оглушающий раскат грома, будто пытающиеся перекричать друг друга.
Когда всё закончилось, и чернота отступила, разведчик тяжело выдохнул и улыбнулся. Он до последнего не был уверен, что у него получится. Да, разрушительные заклинания всегда были его козырем, но в последнее время он всё реже и реже прибегал к ним, стараясь пользоваться более тонкими заклинаниями. А всё потому, что все эти молнии так изматывают…
В голове внезапно зазвенело, уши заложило, а перед глазами всё неистово завертелось. Он почувствовал, что заваливается вбок на полном ходу, но поделать с этим ничего не мог.
– Опа, – вовремя подставил ему плечо Хамим, не давая свалиться с седла. – Ну ты даёшь Хин… – послышалось откуда-то издалека, а дальше – блаженная темнота.
***
Разведчик пришёл в себя лёжа у костра, мерно потрескивающего в самом центре каменной площадки, усыпанной валунами и кривыми ветвистыми деревьями.
Судя по встающему вдалеке солнцу, он находился на восточном склоне лунных гор. Прямо перед ним простирались бесконечные леса великого Хуорна – дома тёмных эльфов.
– Завтракать будешь? – появился в поле зрения Хамим. – Я тут поймал кое-кого.
Когда рыцарь так говорил, это означало, что лучше Хинамону не знать, кого именно поймал его друг.
– Буду, – буркнул разведчик, принимая сидячее положение. В голове ещё шумело, но это уже были дальние отголоски, от которых, как ему было известно, скоро не останется и следа.
Поданный Хамимом пережаренный кусок не подавал надежд, но всё же голод взял вверх над здравым смыслом, и уставший эльф решил рискнуть.
– Не боишься? – обвёл взглядом место стоянки Хин, попробовав мяса. Судя по всему, какой-то опоссум или что-то вроде того. Не самое плохое блюдо. Он, бывало, ел гадость и похуже.
– Ты уничтожил тропу, – улыбнулся Хамим. – А через горы они до нас ни в жизнь не доберутся. Можно и дух перевести.
– У тебя ведь уже есть план? – напрямую спросил разведчик, хорошо зная друга.
– Ты уверен, что не хочешь стать третьим в игре? – спросил Хамим, прекрасно зная ответ на собственный вопрос.
– Уверен, – безапелляционно отрезал Хин.
– Тогда пойдём в Хуорн обходными тропами, – спокойно сказал рыцарь. – Я знаю парочку таких. За нами, скорее всего, отправят погоню, но не думаю, что у нас возникнут проблемы замести следы.
– А как думаешь войти в город? – дожёвывая мясо, спросил разведчик.
– Через торговцев, – уверенно заявил Хамим. – У меня есть парочка должников там, не волнуйся.
– А потом?
– А потом идём к королю и выкладываем всё, как есть, – пожал плечами рыцарь.
– Вот так просто? – вскинул бровь Хинамон.
– Ну, не совсем просто, – замялся Хамим, – но это мы ещё продумаем по пути. Видишь ли, в окружении короля нас точно будут поджидать.
Разведчик окинул долгим взглядом подножье, лес, горизонт, солнце…
– Значит, около двух дней, – наконец заключил он.
– Если повезёт, – кивнул Хамим.
– Хорошо, – завершив трапезу, одобрил план Хинамон. Если это можно было назвать планом.
Внезапно налетевший ветер поднял с земли несколько засохших листиков, унося их в сторону самого великого из лесов.
Всё же он возвращается домой.