Измена. (Не) истинная для Дракона

Глава 1 Не устраивай истерик

Эйлина

Не могу поверить, что через несколько часов моя жизнь изменится. Оголяю плечо и смотрю на метку, что появилась неделю назад, разрушив мою привычную жизнь. Десять лет я готовилась стать жрицей острова Драконов, а тут такое. Мечты, планы, – все пошло прахом.

Поглаживаю контур метки дракона вверху плеча и не понимаю, почему я ничего не чувствую к тому, кто должен стать моим мужем? Разве у истинных не должно все искрить от избытка чувств друг к другу? Почему в моей груди ничего не щемит, когда думаю о лорде Бофорте?

Селет – молодой и очень красивый дракон. Высокий рост, поджарое тело, изящное лицо, каштановые волосы ниже плеч, карие глаза с медовыми искорками. Учтивый, внимательный, не обделен обаянием. Казалось бы, все при нем. О чем можно еще мечтать? Вот только нет в нем сурового взгляда, широких скул, мощного разворота плеч и какой-то мужской жёсткости. Будущий супруг довольно слащавый, как выразилась бы моя подруга с острова драконов, и внешне, и внутренне.

Жених, наследник древнего рода, как насмешка судьбы для жрицы острова Драконов, и в тоже время – честь для дракона. Если истинная – жрица, значит Великие Драконы Мироздания благословляют весь род, возвышают его над другими. Такие подарки судьба делает редко. Всего три раза за историю подобное случалось, и вот сейчас четвертый.

Только я не рада метке, совершенно не рада. Во мне все бунтует, словно я кого-то предаю, от кого-то отворачиваюсь. Ничего не понимаю. У жриц сильная интуиция, и моя вопит об опасности, об ошибке, которую я могу совершить. С каждым днем после появления метки предчувствие усиливалось, и сейчас достигло пика.

В голове паника. Мне сложно дышать даже в тонком удлиненном корсаже и накинутом поверх шелковом халате символичного белого цвета. Кровь кипит, хочется распахнуть окна, впустить прохладный воздух дождливого дня. Даже погода не располагает к празднику. Нужно что-то делать, чтобы церемония не состоялась, но что, не знаю.

– Ты задумчивая, Эйлина. Все в порядке? – ласково, при служанках спрашивает матушка, но в отражении зеркала я замечаю укор в её светлых глазах.

Если бы не посторонние девушки, что готовят меня к церемонии, уверена, она бы не была со мной так любезна. Мой союз с лордом Бофортом открывает перед ней новые горизонты. Ей больше не придется заниматься пошивом одежды для селян, ведь мой будущий супруг уже приобрел ей небольшой домик и выделил нескольких слуг, определил месячное содержание.

– Вы подарили мне истинную, это малость, которую я могу сделать для вас, – приторно заявил лорд в нашу первую встречу матушке, отчего та расплылась в улыбке.

Она всегда хотела лучшей жизни, и судьба ей улыбнулась. Матушка не позволит мне ничего сделать, чтобы оттянуть церемонию, чтобы разобраться в себе. Никому неинтересно, что творится у меня на душе. Всем нужен священный союз, и каждому для исполнения собственных целей.

Даже для Селета Я ключ к расположению императора и его семьи, ведь мы благословленная самими Драконами пара. Будущий супруг даже обмолвился, что, возможно, переедем в столицу. И это лишь меркантильная сторона медали. Есть ведь и другая.

Для Бофорта я истинная, единственная, та, которая будет согревать своим теплом и подарит наследников. Любовь дракона безусловна к своей паре. Но ведь я не дракон, и меня не слышат. Не хотят слышать.

Только для меня проблема, что я совершенно не знаю будущего мужа. Мне нужно привыкнуть к нему, полюбить.

Сегодня седьмой день моей новой жизни, пятый с момента возвращения в Эйлентор, и все эти дни лорд оказывает мне знаки внимания, старается уделять мне каждую свободную минутку, хоть ему и тяжело, ведь службу никто не отменял.

Селет учтив и вежлив, не позволяет себе лишнего в нашем общении, стремится узнать меня лучше, смотрит такими глазами, что у любой другой дамы сердечко растаяло, но не у меня. Каждый жест, каждое слово, каждый взгляд пропитан ложью, я чувствую. Я не верю ему. Но я должна довериться, ведь мы истинные.

– Все в порядке, матушка, – киваю через зеркало, когда одна из служанок убирает руки от моей прически.

– Ты уверена? Мне не нравится твой бледный вид. Ты должна была выспаться, ведь сегодня такой важный день. Что за неуважительное отношение к лорду? Почему он должен смотреть на бледную поганку, вместо привлекательной жены? – подходит сзади и придирчиво осматривает мое лицо, не забывая крутить мою голову, словно я кукла, а не живой человек. – Или ты хочешь, чтобы лорд завёл себе фаворитку?

Служанки суетятся с платьем, готовые шнуровать корсет, и помочь мне с основным нарядом, а я продолжаю сидеть за туалетным столиком, ужасаясь словам матушки.

– Что вы, нет. Я спала, матушка. Сон был беспокойным. Всего неделя прошла, я не знаю лорда. Мне страшно становиться его женой. К чему такая спешка? Судьба определена, мы истинные, но я человек. Неужели мы не можем обвенчаться позже? Все знают, кто мы друг для друга. Торжество – это условность. А фаворитка – дикость, мы же пара.

Пытаюсь достучаться до нее и немного успокоить себя, ведь от одной мысли, что наш союз может быть разрушен, становится страшно. Хочется прогнать навязчивые слова матушки, которые бьют набатом в голове, рождая ужасную боль в висках. Но увы, не выходит. Эдала Эмрис все для себя решила, выбрала сторону, и не поможет мне ни успокоиться, ни принять судьбу.

– Эйли, девочка моя, – в ее голосе ласка, а плечи сжимает так сильно, что могут остаться синяки, настолько ее злит мое упрямство. – Ты боишься, я тоже боялась. Страх и сомнения – это нормально. Совсем скоро ты станешь леди Бофорт. Это большая ответственность, к которой ты не то что не готова, ты ее не заслужила. Ты привыкла ни за что не отвечать и жить в свое удовольствие на острове Драконов.

Матушка говорит это так, словно я там живу, вернее жила, в свое удовольствие и в окружении десятка слуг. Но жрица – это не развлечение, это большая ответственность. Матушка никогда этого не понимала, и не поймет, ведь она не знает, что твориться на острове.

– Забудь о прошлом. Драконы определили твою судьбу, соединив тебя с лордом. Прекрати кривить свой очаровательный носик и с честью прими подарок судьбы. Будь ласковой и покорной. От тебя завишу и я, моя дорогая. Поэтому улыбнись и сделай все, чтобы муж любил тебя, радовал и заботился еще и обо мне.

– Но, матушка. Я не люблю его, ничего к нему не чувствую! Разве я многого прошу? Время. Всего лишь время, чтобы узнать будущего супруга немного лучше. Разве это преступление?

Поворачиваюсь на пуфике и смотрю на матушку снизу-вверх. Едва мы встречаемся взглядами, щеку обжигает лёгкой пощечиной.

– Прекрати истерику, Эйлина, – уже не стесняется посторонних, конечно, они всего лишь слуги, никто. – Через два часа твое венчание с лордом Бофортом. Ты выйдешь за него, станешь его женой, а потом узнавайте друг друга сколько хотите. Любовь не гарант счастья. Я любила твоего отца, и что? К чему меня любовь привела? К нищете. А ведь за мной ухаживали другие, но я выбрала того, кто приглянулся, глупая. Надо всегда выбирать разумом. Будешь не ласковой, он сошлет тебя куда-нибудь, и меня вместе с тобой, будет приезжать, чтобы сделать сыновей, а сам будет здесь, менять фавориток, как перчатки, пока не найдёт самую покорную.

– Матушка, – потираю щеку, и с ужасом смотрю на ту, что подарила мне жизнь. – Что ты такое говоришь?

– Что надо, то и говорю. Ты истинная дракона! Точка. Тебе не нужно его любить, ты должна позволять ему любить себя. Все. Со временем привыкнешь. Помогите ей надеть платье, – последние слова она бросает уже служанкам.

К горлу подступил предательский ком, мешающий сделать вздох. На глазах – слезы, а в душе дикая боль. Не хочу так жить. Не смогу. Мне нужно поговорить с Селетом. Он должен ко мне прислушаться, ведь я его истинная. В этом матушка права. А раз я истинная, разве он не согласиться на маленькую уступку?

Конечно, согласится, ведь истинная важнее собственных желаний. Так нам говорили. Срываюсь с мягкого пуфа и выбегаю в коридор.

– Стой! Куда ты? Эйлина! – матушка кричит в спину, но мне все равно.

Бегу по коридорам, стук каблучков по мраморному полу разносится эхом, подстегивая инстинкты. Дыхание быстро сбивается, в боку начинает колоть от быстрого бега, но мне все равно. Я спешу к покоям жениха, чтобы перенести церемонию. Он должен меня понять и пойти на уступки, ведя я для него все, мои желания главнее.

Пробегаю мимо слуг, идущих с большими вазонами, едва не сбиваю их с ног. Бросаю на ходу извинения. Лица мелькают на моем пути, никого не различаю. Я должна успеть, пока не прибыли первые гости. Поворот, второй, длинный коридор, и вот нужная дверь.

Останавливаюсь перед ней, перевожу дыхание, иначе не свяжу и двух слов, захлебываясь воздухом. Стараюсь глубоко дышать, чтобы скорее отворить нужную дверь. Матушки не видно, значит не побежала за мной. Отлично.

Оглядываюсь по сторонам и замечаю в конце коридора двух стражников. Странно, за все время пребывания здесь не помню их внутри дома. Охраняют кого-то? Но кого? Да и на меня странно смотрят. Может, юбка задралась? Ой, я же в корсаже и легком халате, словно только что встала с постели и решила пройтись по покоям, а не показаться другим жителям дома. Стыд какой.

Краска моментально приливает к лицу, и я спешно нажимаю ручку двери, чтобы спрятаться в покоях лорда. Да, вид не самый пристойный для визита, но, если мы истинные и нам суждено быть вместе, в этом нет ничего постыдного. Едва открываю дверь, как до слуха доносятся женские стоны.

Что происходит? Может, я ошиблась покоями? Нет, не могла. Мне просто кажется. Это нервы перед венчанием. Отворяю дверь дальше и жалею, что решилась поговорить с Селетом. Хочу стереть картинку из памяти, потому что мерзко, гадко и… больно, несмотря на то, что еще не успела полюбить.

Мой истинный, мой дракон стоит ко мне спиной со спущенными штанами, а его талию обвивают стройные голые женские ножки. Этим двоим хорошо, понятно без слов. Пара в светлых одеждах выделяется на фоне темного стола из деревянного массива. Бедра жениха ритмично двигаются, а стоны любовницы становятся все громче и чаще.

Мне бежать надо, постараться забыть, выжечь из памяти, ведь так не должно быть. Мы ведь пара. Но вместо этого, стою и смотрю, как, чуть ускорившись, лорд замирает, запрокинув голову, а девушка льнет к нему грудью, и в этот момент мы встречаемся с ней взглядами.

Она спешит обратить его внимание на меня, кивает головой, отлипает от него, спешно спрыгивая со стола и поправляя юбки, пока жених с ленцой поворачивается в мою сторону, возвращая брюки на место.

– Тебе не стоило покидать свои покои, Элина, – с толикой раздражения бросает в мою сторону, заправляя белую рубашку за пояс штанов. – Возвращайся к себе и готовься к венчанию. Гости вот-вот начнут прибывать, а ты расхаживаешь… – и проходится по мне красноречивым взглядом. – В непристойном виде.

Это он будет говорить мне о пристойностях? Он? Который только что был с другой, что уму непостижимо, ведь истинный должен желать только пару. А здесь. Нет, невозможно. Больно щипаю себя за руку, надеясь проснуться, но картинка остается прежней. Это все происходит на яву.

– Я Эйлина, – дрогнувшим голосом, звенящим от непролитых слез, поправляю его, сама не знаю зачем. – Мы ведь истинные, Селет. Как ты мог мне изменить?

– Не устраивай истерик, Элина, – специально коверкает имя, показывая свое превосходство, а я не могу поверить, что передо мной все тот же улыбчивый и добрый мужчина, которого я видела буквально вчера. – Ты всего лишь истинная, к тому же жрица. Ты мой статус, мое положение, мать моих сыновей, не более.

– Простите, – бросает на ходу симпатичная девушка, в которой я узнаю одну из служанок, что лорд обещал выделить для матушки, выбегая из покоев.

– Все, не утомляй меня, если не хочешь занять ее место. Или хочешь и за этим пришла?

Селет медленно подходит ко мне и развязывает бантик шелковых лент на груди, скидывает с плеч халатик, оставляя меня в удлиненном корсаже, едва скрывающим коленки.

– Мне это нравится, возможно, ты все же останешься главной в моей постели, но далеко не единственной, – шепчет на ушко и начинает задирать по бедрам легкую ткань, пока я прибываю в шоке. – Жриц в моей постели не было. Раздевайся.

Командует и отходит в сторону постели. Стою и смотрю на молодого мужчину. Казалось бы, все при нем: молодость, стать, напускные, как оказалось, манеры. О чем еще мечтать?

Оказывается, есть о чем.

О чести!

– Ну, чего ты ждешь, Элина? Сама повторяешь, мы истинные. Венчание лишь формальность, дань традициям и обществу. Когда мы завершим ритуал, не так уж важно. Давай, покажи себя и закрепим наш союз, – и начинает стягивать рубашку через голову, позволяя увидеть поджарое тело до свадьбы, что против правил.

– Ты ужасен, Селет, – голос осип, могу лишь шептать, нос щиплет от непролитых слез. – Как ты можешь такое говорить? Скажи, что шутишь. Прошу. Я не смогу делить тебя с другими, и ты не должен. Мы ведь…

– Так, мне это надоело, – дракон перебивает, устало потирая переносицу, и идет на меня.

В три быстрых шага оказывается рядом, и, грубо схватив за плечо, выталкивает из покоев, как ненужную вещь, чем ранит еще больше. Как такое возможно в паре? Все мироздание рушится в это мгновение.

– Стража, – выйдя за мной в коридор, Селет окликает двух мужчин в конце коридора.

Они бодрым шагом подходят к покоям и смотрят на жениха немигающим взглядом. Неужели мне никто не поможет? Неужели никто не скажет, что так нельзя, и что это неправильно? Испуганно смотрю на стражу, жениха, и понимаю – не помогут. Я букашка, а лорд – хозяин.

Сердце заходится в диком скаче, а в висках пульсирует от страха и напряжения. Не могу поверить, что все это происходит в реальности.

– Отведите леди Эмрис в ее покои и проследите, чтобы она из них не выходила до начала церемонии.

Стража мгновенно берет меня под руки и ждет финальной отмашки, пока в моей голове паника. Вот о чем кричала интуиция. О лжи, о фальшивой любви. Я всего лишь вещь. Поэтому сердце не замирало от восторга, противилось мужчине. Оно все чувствовало.

– Идите.

Отмахивается от нас, как от надоедливых мушек, и возвращается в покои, пока меня волокут в известном направлении, и откуда не выпустят, ведь таков приказ. Вижу, как закрывается дверь покоев жениха, дикая мысль бьет набатом в голове, а потом срывается с губ за секунду до закрытия.

– Венчания не будет. Я не выйду за тебя, Селет.

Слышу ухмылку, а потом дверь закрывается. Кажется, ему все равно. Ведь он все решил.

Глава 2 Что выберет маленькая жрица?

Эйлина

– Отпустите меня, – дергаюсь в руках стражи, отчего их хватка становится еще сильнее.

– Вы не в себе, леди Эмрис. Мы проводим вас в покои и будем охранять, согласно приказу. Не упрямьтесь, как неразумная овечка, – произносит один из стражников с легкой иронией.

Хочется возмутиться, стукнуть ногой по полу, но ведь я не такая. Я тихая и уравновешенная, всегда решаю все мирным путем. Но сейчас… сейчас мне хочется бунтовать, бежать куда глаза глядят, лишь бы подальше от этого кошмара. Вот только хватка на плечах слишком цепкая. Мне не сбежать.

В покои меня буквально втолкали, как какую-то девку. Матушка и служанки заохали, не понимая, что происходит. Начали суетиться вокруг, причитали что-то, но я не слышала их. Мне было больно. Пусть я не успела полюбить его, как человека, но успела зауважать за выдержку и обходительность. И что теперь? Это все оказалось ложью.

Зарылась в прическу пальцами, испортив ее, и скатилась на пол по стеночке. Паркетный пол неприятно холодит тело, но это сейчас не имеет никакого значения. Мне нужно придумать, как остановить торжество, как спасти девичью честь, чтобы выйти из союза незапятнанной. Как на зло, в голове ни одной мысли, словно сейчас рано. Но как может быть рано, если осталось всего пара часов?

– Ууууу, – вою сквозь слезы, как раненый зверёк, взываю мысленно к драконам, прося освободить от истинности, но на зов никто не откликается.

Даже Амалакай не слышит мой зов, или оставляет его без ответа, а ведь я единственная, кто смогла добиться расположения Дракона жизни. Он всегда откликался. До того, как загорелась метка и мне пришлось покинуть остров. В тот день в душе поселились пустота и чувство незащищённости, словно хранителя лишилась, незримого и такого важного.

– Оставьте нас, – грозно рычит матушка, и раздается топот ног, а затем хлопок двери. – Ты что сотворить посмела, Эйлина? В каком виде тебя доставила стража? Только не смей говорить, что ты умышленно спуталась с ними на глазах лорда Бофорта, чтобы разрушить ваш союз.

– Нет! – вскидываю голову и смотрю на нее с неверием. Даже сейчас, когда из моих глаз льют слезы, а тело сотрясает дрожь, она винит меня. – Конечно, нет. Это он изменил мне. Со служанкой. И сказал, чтобы привыкала. В его постели всегда будут другие. Я так не смогу, матушка.

– Хватит реветь. Ты истинная. Какая разница, кто греет его постель? Ты будешь леди Бофорт, не они. Не утомляй меня такой ерундой. Я думала, что-то страшное случилось, а тут, пфф, – она даже отмахнулась от меня так же, как Селет. – Почему ты в одном корсаже, Эйлин, и почему тебя привела стража?

Смотрю на нее и понимаю, нет смысла ничего объяснять. Она не услышит, не поймет ничего. Она выбрала сторону. Не мою. А значит, будет убеждать, что не права я, а не лорд. Я совершенно одна, мне никто не поможет.

Драконы-основатели, за что вы так со мной? Вы сотворили мер, даровали жизнь, выбрали меня себе в услужение, так чем я вас прогневала, что обрекли на такую судьбу? Или то было испытание, кого выберу, вас или пару? Запуталась. В голове тысячи мыслей, и все далеки от случившегося, потому что не хочу вспоминать голые ноги на мужском торсе, стоны девушки. Мне противно. Лучше бы прогневала лорда, но осталась на острове.

– Я не буду его женой, матушка. Лучше изведу себя, уморю голодом, но не буду с ним. Тот, кто не может хранит мне верность, не будет моим мужем. Драконы поймут меня и примут душу. Это ради них. Ради того, за что они сражались с Тьмой, – голос не мой, он идет из глубины меня и пугает, но чувствую, как на душе с каждым словом становится легче и слезы утихают.

– Эйлина! – матушка прижимает ладошки к груди. Сейчас будет истерика. – Ты в бреду, девочка моя. Что ты такое говоришь? Лорд тебя любит.

– У нас вышло недоразумение, леди Эмрис, – за спиной матушки бесшумно появился Селет и напугал нас своим елейным голосочком. Фу, теперь мне противно. – Не сочтите за неуважение, но вы не могли бы оставить меня наедине с Эйлиной? Нам нужно поговорить. Прошу.

Приложив свободную руку к груди, делает легкий поклон. Льстивый жест мог бы сработать, если бы в руках мужчина не держал мой шелковый халатик, что так удивил матушку. На мгновение она теряется, но все же быстро берет себя в руки, и обходит лорда стороной, оставляя нас наедине.

– Матушка, нет. Мне ведь нужна была помощь. Не…

Договорить не успеваю. Дверь за ее спиной закрывается, отрезая нас с Бофортом от мира. И мне было бы не так страшно, если бы не темная ненависть в его глазах с толикой презрения.

– Мне кажется, ты перешла все границы, Элина, – и снова коверкает имя. – Ну-ка, иди сюда. Я покажу тебе, как надо себя изводить, чтобы наверняка сработало.

– Не подходи ко мне, – пячусь назад от жениха.

Не хочу, чтобы он ко мне прикасался после этой… служанки. Вообще не хочу его прикосновений. Даже находиться в одной комнате не хочу. Но ему все равно. Я его собственность, так определили Драконы и не мне с этим тягаться. Но я не сдамся ему. Все равно не буду его. Даже если схватит за волосы и отволочет под венец, не стану его. Придумаю что-нибудь.

– Ты же хотела себя извести. Так чего боишься? – отбросив мой халатик на пол, продолжает наступать.

Упираюсь в кровать так неожиданно, что падаю на нее попкой, и едва успеваю упереться в мягкий матрас локтями, чтобы не упасть полностью. Селет становится рядом, и, наклонившись, опирается на вытянутых руках в постель. Наши лица очень близко друг от друга. Его дыхание щекочет кожу, но не приятно, а раздражающе.

Хочется оттолкнуть его, выбраться из плена, но, вместо этого, не двигаюсь. Зверю нельзя показывать страх, иначе – конец. И если сердечко стучит, как у загнанной птички, от дикого страха, что никак невозможно скрыть от дракона, то действия могу контролировать.

Смотрю прямо в глаза, выдерживаю испепеляющий взгляд, от которого хочется сжаться в комочек. Злится. Вижу, как в темных глазах плещется раздражение. Не могу поверить, что такое возможно. Истинных должно тянуть друг к другу, они должны дышать любовью друг к другу, а мы?

А мы ненавидим друг друга. Или только я, а ему на меня плевать. Это неправильно. Кто ошибся в нашем союзе? Не верю, что такой видят мою жизнь древние Драконы. Я служила им верой и правдой, хранила и буду хранить тайны мироздания, и, если надо, отдам свою жизнь за них.

– Ты моя истинная, Эйлина. Смирись. Мне мало одной, – касается рукой моей коленки и начинает медленно вести вверх по бедру, обнажая ноги. – Просто смирись, и все у нас будет хорошо. Матушка будет жить неподалеку от нас. У тебя будут слуги, почет и уважение. Не вороти свой носик. Натяни улыбку и готовься к венчанию. А изводить себя не стоит. Родишь мне наследника, и я сам тебе помогу. Только попроси.

– Что? – все волоски на теле встают дыбом от услышанного. – Ты меня… – слово застревает в горле.

Он говорит это так серьезно, что я верю, исполнит сказанное, не моргнув глазом. Уму непостижимо. Да лучше пусть меня раздерут создания Тьмы, чем погибнуть от руки истинного. Абсурдно, невозможно, страшно. Мурашки страха покрыли кожу, а я все так же смотрю на истинного и пытаюсь увидеть хоть тень сомнения в собственных словах и не нахожу.

– Ты с ума сошел. Ты не сделаешь этого. Я ведь твоя.

– Истинная? – перебивает меня. – Да. Но твоя ценность лишь в том, что только от тебя я получу сильное потомство. С другими дети могут вообще не родиться, погибнут внутри. К чему мне отказываться от подарка великих Драконов? – его ладонь больно сжимает бедро, но мне все равно.

Меня пугает угроза жизни. Нет, я сбегу. Не позволю этому случиться. Я что-нибудь придумаю. Вернусь на остров и попрошу защиту. Они должны меня понять и принять. Драконы мироздания, прошу, сотрите метку, скажите, что это ошибка. Молю вас. Заклинаю.

– Будь хорошей девочкой, Эйли. Грей мою постель по требованию, рожай сыновей и не суй свой очаровательный носик куда не просят. Договорились? Или мне объяснить доходчивее?

Резко разводит мои колени, вклиниваясь между ними. Страх затопляет сознание, а с губ срывается крик.

– Нет! Не трогай!

Нет, не могу, не хочу. Только не так, не сейчас. Пытаюсь отползти на кровати, но руки скользят на шелковых простынях, а Селет легко притягивает меня к себе, не позволяя двинуться в сторону, а потом и вовсе нависает надо мной, поглаживая носом щеку и делая жадный вдох.

– Решай, Эйли. У тебя два варианта, – говорит прямо на ушко, пока проворная рука, добравшись до талии, больно ее сжимает. – Я тебя изведу сам, когда получу все, что мне нужно, или ты играешь по моим правилам. Жизнь или небытие, что выберет маленькая жрица острова Драконов? М-м-м?

А что может выбрать маленькая жрица, давшая клятву на крови, никому не причинять зла и принимать свою судьбу? Ничего. Только согласиться. Но не на долго. Я что-то придумаю и сбегу. Вымолю у Драконов прощение за самовольство, попрошу освободить от истинности, которая ничего не значит. Но мне нужна передышка.

– Я жду, – внимательно смотря в глаза, спрашивает жених, поглаживая ребра грубоватыми пальцами.

– Второе, – едва слышно отвечаю, и, прочистив горло, повторяю, потому что сипение не устроило дракона. – Я выбираю второе. Только отпусти меня сейчас. Прошу, Селет.

Мужчина смотрит на меня еще мгновение, а потом с ехидной улыбкой поднимается с постели и отходит на пару шагов. Спешу поправить платье и сесть на постели. Хочется позорно спрятаться за шкафом, но это совсем глупо. Разве он даст мне до него добежать? Конечно, нет.

– Вот и умница, Эйлина. А теперь будь хорошей девочкой и готовься к церемонии венчания, и не вздумай выкинуть что-либо. Будет много гостей, в том числе и сын императора. Будь учтивой и кроткой, ведь это главные добродетели женщины. Помни об этом и выполняй, иначе будем разыгрывать первый вариант.

Подходит ко мне, но я не могу пошевелиться. Мне страшно от огня, что играет на дне его зрачков. Он исполнит свое обещание, а значит, я должна сбежать раньше, чем разгневаю его, ведь я жрица, а мы никогда не отличались покорностью.